Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-20387/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 января 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мальцева С.Д.,

судей Игошиной Е.В.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Акопян Э.Л. кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ашка Строй» на постановление от 19.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Чикашова О.Н., Аюшев Д.Н., Сластина Е.С.) по делу № А27-20387/2023 по иску общества с ограниченной ответственностью «Ашка Строй» (350087, Краснодарский край, городской округ город Краснодар, <...>, цокольный этаж, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «СибирьЭнергоТрейд» (650066, Кемеровская область – Кузбасс, городской округ Кемеровский, <...>, часть помещения 902, офис 910, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании задолженности по договору поставки.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Адал» (117638, город Москва, внутригородской территориальный городской муниципальный округ Нагорный, шоссе Варшавское, дом 56, строение 2, помещение 2/2, ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Терминал-Ойл» (650051, Кемеровская область – Кузбасс, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

В судебном заседании участвовали представители: в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от общества с ограниченной ответственностью «СибирьЭнергоТрейд» ФИО8 по доверенности от 09.01.2025, посредством системы веб-конференции от общества с ограниченной ответственностью «Ашка Строй» ФИО9 по доверенности от 17.07.2024.

Суд

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ашка Строй» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СибирьЭнергоТрейд» (далее – ответчик, компания) о взыскании 3 327 500 руб. предварительной оплаты за товар, 153 931 руб. 06 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 21.03.2023 по 29.09.2023 с продолжением начисления по день фактического исполнения обязательства.

В порядке положений статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общества с ограниченной ответственностью «Адал» (далее – общество «Адал»), «Терминал-Ойл» (далее – общество «Терминал-Ойл»).

Решением от 27.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Потапов А.Л.) иск удовлетворен в части взыскания 324 219 руб. 50 коп. предварительной оплаты за товар, 13 466 руб. 22 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.03.2023 по 29.09.2023 с последующим начислением по день фактической оплаты долга, в удовлетворении остальной части требований отказано.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы определением от 10.07.2024 апелляционная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлекла к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6, ФИО7.

Постановлением от 19.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение Арбитражного суда Кемеровской области отменено, иск удовлетворен в части взыскания 324 219 руб. 50 коп. задолженности, 61 670 руб. 14 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.04.2023 по 09.09.2024 с продолжением начисления с 10.09.2024 по день фактической оплаты долга, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с результатами рассмотрения дела, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы заявитель выражает несогласие с выводами суда апелляционной инстанции относительно аффилированности и общности экономических интересов общества, общества «Адал», ФИО5, полагает, что цена соглашения об уступке права требования (цессии) с дисконтом 40% не может свидетельствовать о фактической заинтересованности его сторон, считает недоказанным факт поставки товара ответчиком обществу «Адал», обращает внимание на имеющиеся у него ограничения в доказывании юридически значимых обстоятельств по рассматриваемому спору.

В отзыве, приобщенном судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), компания возражает против доводов кассатора.

В судебном заседании представители сторон высказались сообразно доводам, изложенным в кассационной жалобе, а также представленном на нее отзыве.

Учитывая надлежащее извещение третьих лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обществом «Адал» платежными поручениями от 14.03.2023 № 174, № 175 № 176 перечислены компании денежные средства в общей сумме 3 327 500 руб., в основании платежа указано на оплату по счету 13.03.2023 № 144 (далее – счет) по договору от 13.03.2023 № РС23/25 (далее – договор) за дизельное топливо.

Полагая, что после получения вышеуказанной платы компания обязательство по поставке товара не исполнила, общество «Адал» направило в ее адрес претензию от 07.04.2023 с требованием о возврате уплаченных денежных средств.

Между обществом «Адал» (цедент) и обществом (цессионарий) заключено соглашение об уступке права требования (цессии) (далее – договор цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) в размере 3 327 500 руб., в том числе налог на добавленную стоимость 20%, за товар, приобретенный по счету, а также право требования неустойки/процентов/убытков и иных штрафных санкций, которые возникли к моменту заключения соглашения (пункт 1.1 договора цессии).

По акту приема-передачи документов от 12.09.2023 истцу переданы: счет, платежные поручения от 14.03.2023 № 174 на сумму 1 710 335 руб., от 14.03.2023 № 175 – 403 051 руб., от 14.03.2023 № 176 – 1 214 114 руб., претензии от 07.04.2023, письменные пояснения директора по обстоятельствам возникновения задолженности, удостоверенные в нотариальном порядке, образцы подписи директора, печати организации, отобранные в нотариальном порядке.

Ссылаясь на необоснованное уклонение компании от возврата полученных денежных средств общество обратилось с настоящими исковыми требованиями в арбитражный суд.

Удовлетворяя иск в части, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 330, 382, 384, 386, 389, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), исходил из наличия между сторонами договора, признал подтвержденным частичное исполнение обязательств по поставке товара компанией обществу «Адал» на сумму 3 003 280 руб. 50 коп. представленными в материалы дела товарно-транспортными накладными, документами, подтверждающими отпуск спорного нефтепродукта, пояснениями лиц, участвовавших в спорных правоотношениях, пришел к выводу о том, что на дату заключения договора цессии общество «Адал» обладало правом требования к ответчику на сумму 324 219 руб. 50 коп. (стоимость непоставленного товара), констатировал, что требование в этой части перешло к новому кредитору, взыскал долг и проценты за неправомерное удержание денежных средств.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривая спор по правилам, установленным для рассмотрения в суде первой инстанции, дополнительно руководствовался статьями 1, 8, 10, 307, 309, 310, 329, 433, 434, 438, 450.1, 454, 484, 486, 487, 506 ГК РФ, пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», пунктами 1, 65, 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктом 66 Постановления № 7, пунктами 1, 9, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), правовыми позициями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлениях от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, Верховного Суда Российской Федерации, отраженными в определениях от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805, от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 18.01.2018 № 305-ЭС17-13822, от 31.05.2018 № 309-ЭС17-21840, от 08.06.2020 № 307-ЭС16-7958.

Установив наличие признаков аффилированности лиц, участвующих в деле, констатировав наличие у ФИО5 полномочий на представление интересов общества «Адал», следующих из обстановки, совершение данным лицом действий, направленных заключение договора, предоставление сведений о лицах, принимающих исполнение от общества «Адал», принятие товара данными лицами, признав доказанным получение обществом «Адал» нефтепродуктов на сумму 3 003 280 руб. 50 коп., в связи с чем установив наличие долга компании перед третьи лицом в размере 324 219 руб. 50 коп., перешедшего к истцу как к новому кредитору по договору цессии, выявив, что договор расторгнут 17.04.2023 по инициативе покупателя, полагая, что проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, могут исчисляться с момента его прекращения, скорректировав расчет инкриминируемой ответственности, удовлетворил требования в части.

При том апелляционным судом учтена процессуальная позиция общества «Адал», ФИО2, ФИО3, ФИО4

Изучив кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа полагает выводы судов о применении материального и процессуального права соответствующими установленным по делу обстоятельствам, а также имеющимся в материалах дела доказательствам, при этом исходя из следующего.

Согласно статьям 454, 506 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору поставки состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства поставщика передать в обусловленный срок производимые или закупаемые товары для использования в предпринимательской деятельности или иных целях, не связанных с личным, семейным, или иным подобным использованием, а также обязательства покупателя принять и оплатить этот товар (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм материального права, а также исходя из требований процессуального закона (статья 9, 65 АПК РФ), при возникновении между сторонами спора относительно надлежащего исполнения условий синаллагматического (двусторонне обязывающего) договора поставки на покупателя возлагается обязанность доказать факт перечисления денежных средств (иного пополнения имущественного фонда контрагента), а на поставщика – факт осуществления поставки обусловленного соглашением сторон товара на эквивалентную сумму.

Положения пункта 3 статьи 487 ГК РФ предоставляют покупателю, внесшему продавцу сумму предварительной оплаты за товар, не получившему причитающегося исполнения, требовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Как следует из материалов дела, для установления юридически значимых обстоятельств для правильного разрешения спора требуется определить факт перечисления взыскиваемой суммы, а также непредставление на эту сумму товара, в том числе материально-правовой факт – наличие соответствующего права.

Согласованный сторонами порядок передачи товара (статьи 421, 456, 516 ГК РФ) может предусматривать обязанность покупателя по получению товара в места нахождения продавца, в том числе с последующим подписанием покупателем документов, опосредующих оформление исполнения. При этом покупатель обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки, в том числе – проверить его комплектность (пункт 1 статьи 513 ГК РФ).

В свою очередь на продавца, являющегося должником в рассматриваемом обязательстве, распространяются требования по соблюдению положений статьи 312 ГК РФ, направленные на проверку полномочий лица, принимающего исполнение от лица кредитора, а также негативные последствия, возникающие в связи с неосмотрительным проведением соответствующей проверки. Если представитель кредитора действует на основании полномочий, содержащихся в документе, который совершен в простой письменной форме, должник вправе не исполнять обязательство данному представителю до получения подтверждения его полномочий от представляемого, в частности до предъявления представителем доверенности, удостоверенной нотариально, за исключением случаев, указанных в законе, либо случаев, когда письменное уполномочие было представлено кредитором непосредственно должнику (пункт 3 статьи 185) или когда полномочия представителя кредитора содержатся в договоре между кредитором и должником (пункт 4 статьи 185).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», следует, что по смыслу пункта 2 статьи 312 ГК РФ право должника требовать от представителя кредитора подтверждения его полномочий, в частности предъявления доверенности, удостоверенной нотариально, возникает тогда, когда исполнение принимается от имени представляемого лицом, действующим на основании письменного документа, а письменное уполномочие не было представлено непосредственно кредитором должнику и не содержится в договоре между ними.

Стороны вправе в своем соглашении установить порядок подтверждения полномочий представителя кредитора, например, установить, что при наличии сомнений должник обращается непосредственно к кредитору с требованием оперативно подтвердить полномочия его представителя в простой письменной форме, в том числе в форме электронного документа и иного сообщения, переданного по каналам связи (статьи 165.1, 185.1, 434 ГК РФ). В таком случае полномочия представителя кредитора подтверждаются в предусмотренном сторонами порядке.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (статьи 309, 310 ГК РФ).

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого (статья 182 ГК РФ). При этом положения статьи 183 ГК РФ допускают возможность последующего одобрения сделки, к которому относятся конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют о таком одобрении, например, полная или частичная оплата товаров, работ (пункта 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом изложенного, фактическое наличие у представителей полномочий на представление интересов, достаточность проведенной должником проверки полномочий лица, принимающего представление, устанавливаются исходя из конкретных обстоятельств дела, в том числе – поведения кредитора, соответствия совершенных сторонами спорного правоотношения действий поведению, ожидаемому от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 Постановления № 25).

В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (часть 3 статьи 487 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 487 ГК РФ, в случае, когда продавец не исполняет обязанность по передаче предварительно оплаченного товара и иное не предусмотрено законом или договором купли-продажи, на сумму предварительной оплаты подлежат уплате проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня, когда по договору передача товара должна была быть произведена, до дня передачи товара покупателю или возврата ему предварительно уплаченной им суммы. Договором может быть предусмотрена обязанность продавца уплачивать проценты на сумму предварительной оплаты со дня получения этой суммы от покупателя.

По общему правилу тяжущиеся лица должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в противном случае они несут негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В силу того, что настоящее дело не обременено банкротным элементом, учитывая, что имеются признаки аффилированности, установленные и оцененные на предмет действительности судом апелляционной инстанции, тем не менее следует учитывать, что в случае наличия таковой в отношениях должника к кредитору, последний обязан исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(4)).

Более того, согласно выработанной в судебной практике правовой позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Анализ доказательств для целей разрешения спора по существу производится судом в соответствии с принципом свободной оценки таковых по внутреннему убеждению судьи (судей), однако судебной практикой выработана определенная степень требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемых в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств (стандарты доказывания).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ (представленную в дело переписку, свидетельские показания), установив факт заключения между обществом «Адал» и ответчиком договора, учтя представленные в дело доказательства обращения ФИО5 к компании в целях приобретения товара от имени общества «Адал», последующее совершение последним действий, явно и недвусмысленно указывающих на одобрение соответствующей договорной связи (в том числе – указание в реквизитах платежных документов договора и счета, переданных компанией ФИО5), свидетельские показания ФИО5, указывающего на наличие у него поручения от ФИО3, являющегося бывшим супругом ФИО2 (директора общества), условия заключенного между цессионарием и цедентом договора, содержащего не типичный дисконт, наличие у ФИО5 необходимых полномочий, констатировав наличие между указанными лицами фактических правоотношений, подтверждающих общность экономического интереса, перечисление компании денежные средства в размере 3 327 500 руб., по договору, произведя тщательную проверку представленных в обоснование поставки товара документов, а также свидетельских показаний на предмет подложности, не выявив признаки мнимости и исключив сомнения в действительности существующих правоотношений, установив исполнение поставщиком обязательств по передаче дизельного топлива на сумму 3 003 280 руб. 50 коп., подтвердив, что право требования суммы предварительной оплаты передано по договору цессии обществом «Адал» обществу, признав наличие у последнего права требования на сумму непоставленного товара в размере 324 219 руб. 50 коп., определив дату расторжения договора, начала течения срока начисления процентов, произведя их перерасчет, апелляционная коллегия пришла к верному выводу о том, что предъявленный иск подлежит удовлетворению частично.

Суд кассационной инстанции полагает, что проведенная судами оценка доказательств соответствует положениям статьи 65 АПК РФ о распределении бремени доказывания, статьи 71 АПК РФ, устанавливающей стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения одному из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308), а также установленному в гражданском обороте стандарту поведения добросовестного его участника, определяемому по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25).

Доводы кассатора подлежат отклонению по следующим основаниям.

Указывая на ошибочность мнения суда относительно аффилированности и общности экономических интересов сторон и третьих лиц, а также его доказанности (в том числе ссылки на невозможность подтверждения рассматриваемого обстоятельства дисконтом 40% по договору цессии) заявитель не учитывает границы и пределы полномочий, представленных суду округа (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Исследование экономической взаимосвязи лиц, участвующих в деле, констатация обстоятельств является вопросом факта, следовательно, совершение подобного рода процессуальных действий является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций в рамках конкретного дела, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

В рассматриваемой ситуации судом учтены фактические отношения ФИО10 и ФИО3, а также наличие связей межу последним, истцом и обществом «Адал», являющиеся необходимыми в целях подтверждения наличия у ФИО10 полномочий выступать от имени покупателя, косвенно подтверждаемого также действиями последнего по исполнению обязательств из возникшего договора.

Произведенная апелляционным судом квалификация осуществлена в целях указания на наличие достаточных оснований для применения в отношениях сторон статьи 182 ГК РФ, предоставляющей ФИО10 полномочия, необходимые для исполнения договора, в том числе – представление сведений о лицах, получающих товар от имени общества «Адал». При этом кассатор, отрицающий наличие соответствующих пояснений, не обеспечил возможность допроса свидетелей, неоднократно вызванных апелляционным судом, пояснения которых, собранные в необходимой процессуальной форме, могли бы быть противопоставлены иным представленным в дело доказательствам.

По аналогичным основаниям отклоняются кассационной коллегией и возражения кассаторов против выводов апелляционного суда о доказанности поставки компанией третьему лицу товара, связанные с установлением фактических обстоятельств рассматриваемого спора.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 АПК РФ), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Упомянутые истцом ограничения в способах доказывания обстоятельств суд округа оценивает как субъективную оценку, лишенную обоснованной мотивации.

Суд кассационной инстанции учитывает, что при наличии общности экономических отношений, обуславливающих применение повышенного стандарта доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений), в ситуации, когда противостоящий субъект действительно не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен, обладает признаками, например, независимого кредитора, больший объем доказательств находится в сфере контроля оппонента, возможно применение к этому лицу пониженного стандарта доказывания (минимально необходимая степень достоверности).

Вместе с тем, проанализировав обстоятельства дела, поведение сторон на предмет добросовестности, у суда апелляционной инстанции не имелись сомнения относительно действительности представленных компанией документов.

Более того, как верно отмечено в обжалуемом постановлении, заявление о фальсификации не представлено, а возможность установления доказательственного факта не ограничена проведением почерковедческой и технико-криминалистических экспертиз, заявитель не лишен иных средств доказывания обстоятельств, на которые он ссылался, реализуемых посредством не опровержения фактов, на которые ссылается иная сторона, а подтверждение собственных, выраженных в усилении процессуальной позиции.

В рассматриваемой ситуации исполнение осуществлено компанией представителю общества «Адал» ФИО10, последующие отношения которого со своим доверителем не охватываются условиями обязательственной связи по договору и не могут быть противопоставлены компании. При этом общество «Адал», не ставящее под сомнение факт внесения предварительной оплаты, не ссылалось в ходе рассмотрения настоящего спора на иные обстоятельства возникновения соответствующего правоотношения, совершение им самостоятельных действий по заключению договора, получение от компании иных документов, указание иных лиц, уполномоченных получать товар.

Судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод участников гражданского оборота, а не проверять экономическую целесообразность действий субъектов предпринимательской деятельности, поскольку последние обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений. В этой связи суды не оценивают экономическую целесообразность принятых субъектами решений, так как в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П).

В условиях предоставления сведений о лицах, получающих товар, последующего прибытия таких лиц, имеющих необходимые документы, компанией должным образом проведены оформленные документы, призванные подтверждать факт правомочия на принятие исполнения, соблюдена должная степень осмотрительности в делах, которую подобает соблюдать субъекту предпринимательской деятельности при осуществлении последней.

Доводы заявителя, по существу, не затрагивают вопросов правильности применения судами при рассмотрении спора норм материального права, а выражают несогласие заявителя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств и содержат его мнение относительно данных обстоятельств.

Таким образом, поскольку суд округа не усмотрел нарушения апелляционной коллегией норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается необоснованной, а постановление по настоящему делу подлежит оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 19.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-20387/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.Д. Мальцев

Судьи Е.В. Игошина

ФИО1