Постановление по делу № 11АП-2401/2025 от 27.03.2025

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 марта 2025 года Дело № А55-32581/2024

город Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 марта 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Кузнецова С.А., судей Деминой Е.Г., Морозова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Вдовенко А.А., с участием: от истца: представитель ФИО1 (доверенность от 28.01.2025 № б/н), от ответчика: представитель ФИО2 (доверенность от 01.10.2024 № 1890), от третьего лица: представитель не явился, извещен надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества "Промсвязьбанк" на решение Арбитражного суда Самарской области от 22.01.2025 (судья Лукин А.Г.) по делу № А55-32581/2024 по иску государственного казенного учреждения Самарской области "Управление капитального строительства" к публичному акционерному обществу "Промсвязьбанк" о взыскании долга, неустойки и процентов, третье лицо: общество с ограниченной ответственностью СК «Факел»,

УСТАНОВИЛ:

государственное казенное учреждение Самарской области "Управление капитального строительства" (далее – ГКУ "УКС", истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к публичному акционерному обществу "Промсвязьбанк" (далее – ПАО "ПСБ", ответчик) о взыскании 34 940 418 руб. 62 коп. долга, 8 173 717 руб. 96 коп. неустойки за период с 06.07.2024 по 08.12.2024, 4 194 513 руб. 39 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.07.2024 по 08.12.2024, 1 292 795 руб. 48 коп. неустойки за период с 09.12.2024 по 14.01.2025, 742 536 руб. 86 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.12.2014 по 14.01.2025, процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты долга, неустойки за пользование чужими денежными средствами в размере 0,1 % по день фактической уплаты долга (уточненные исковые требования).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью СК «Факел» (далее – ООО СК «Факел», третье лицо).

Решение Арбитражного суда Самарской области от 22.01.2025 иск удовлетворен частично, с ответчика в пользу истца взыскано 34 940 418 руб. 62 коп. долга, 9 466 513 руб. 44 коп. пени, пени с 15.01.2025 на сумму долга 34 940 418 руб. 62 коп. до момента фактического исполнения обязательства по уплате данной задолженности исходя из 0,1 % от суммы неуплаченной задолженности за каждый день просрочки, в остальной части иска отказано.

Ответчик обжаловал судебный акт суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В апелляционной жалобе ответчик просит решение Арбитражного суда Самарской области от 22.01.2025 в части удовлетворения иска отменить, в иске отказать полностью.

Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением и недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствием изложенных в обжалуемом судебном акте выводов обстоятельствам дела, нарушением и неправильным применением норм материального и процессуального права.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, объяснения лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между государственным казенным учреждением Самарской области «Управление капитального строительства» (далее - Заказчик, ГКУ «УКС», Бенефициар) и обществом с ограниченной ответственностью «СК «Факел» (далее - Подрядчик, ООО «СК «Факел», Принципал) заключен государственный контракт от 24.02.2022 № 3 (далее - Контракт, ИКЗ: 212631585657263150100100030014399414).

Согласно п. 1.1 контракта предметом Контракта являлось выполнение строительно-монтажных работ по объекту: «Проектирование и строительство детского отделения № 5 Самарской психиатрической больницы в Промышленном районе г. Самары по адресу: ул. Воронежская, д.11 а» (далее - объект).

В соответствии с п. 1.2 контракта Подрядчик обязался выполнить работы в соответствии с техническим заданием и проектно-сметной документацией в сроки, указанные в Контракте и в графике выполнения строительно-монтажных работ, а Заказчик обязался принять результат работ и оплатить его на условиях, предусмотренных настоящим Контрактом.

Цена Контракта составила: 174 552 093 руб. 24 коп., в том числе НДС - 20% 29 092 015 руб. 54 коп. (НДС не подлежит уплате в бюджет в случаях и порядке, предусмотренных законодательством о налогах и соборах).

Контракт (в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2023 № 8) действует до 31.07.2024.

Согласно пунктам 3.1, 3.2 Контракта (в редакции дополнительного соглашения от 10.08.2023 № 6) срок производства работ: с момента заключения Контракта до 30.11.2023, при этом работы осуществлялись поэтапно: сроки выполнения этапов работ определены графиком выполнения строительно-монтажных работ.

В соответствии с пунктом 4.2 Контракта Подрядчик в срок не позднее пяти рабочих дней до даты, установленной в графике выполнения строительно-монтажных работ обязан:

- направить письмом и (или) электронной почтой Заказчику уведомление о необходимости приступить к приемке результата Работ;

- подготовить результаты Работ к сдаче Заказчику с комплектом необходимой исполнительной документации в соответствии с требованиями действующего законодательства.

По мнению истца, в процессе исполнения Контракта ООО «СК «Факел» несвоевременно выполняло обязательства по Контракту, а именно нарушило конечные и промежуточные сроки выполнения строительно-монтажных работ.

13.05.2024 ГКУ «УКС» на основании п. 3 ст. 708, пункт 2 статьи 405, п. 3. ст. 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 9 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44 -ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", п. 9.3 Контракта, было принято решение отказаться от исполнения государственного контракта от 24.02.2022 № 3 (ИКЗ: 212631585657263150100100030014399414) в одностороннем порядке. 24.05.2024 указанное решение вступило в законную силу.

В соответствии с пунктом 2.6 контракта (в редакции дополнительного соглашения от 10.08.2023 № 6) Заказчик производит выплату авансового платежа Подрядчику на лицевой счет, указанный в Контракте в размере 102 365 627 руб. 97 коп. и в соответствии с графиком оплаты выполненных по контракту работ (Приложение № 3 к Контракту), но не более лимитов бюджетных обязательств, доведенных по данному объекту на соответствующий финансовый год.

Подтверждение выполнения предусмотренных контрактом работ в объеме произведенного авансового платежа производится в срок до 30.11.2024.

Во исполнения принятых на себя обязательств, ПСУ «УКС» перечислило ООО «СК «Факел» аванс в полном объеме в размере 102 365 627 руб. 97 коп., что подтверждено платежными поручениями от 25.05.2022 № 632, от 18.10.2022 № 1327.

Истец принял у ООО «СК «Факел» работы на сумму 72 344 240 руб. 52 коп.

При этом, денежных средств, включая, вышеуказанный аванс, истец оплатил ООО «СК «Факел» 153 201 327,45 рублей, включая вышеуказанный аванс.

По расчетам истца ООО «СК «Факел» не представило встречное исполнение по полученным от истца денежным средствам в размере 80 857 086 руб. 93 коп. и которые истец потребовал с ООО «СК «Факел» в судебном порядке в рамках дела № А55-28493/2024.

05.12.2023 ГКУ «УКС» размещено в Единой информационной системе в сфере закупок требование № 6752 о возврате неотработанного аванса в размере 80 857 086 руб. 93 коп., которое до настоящего времени ООО «СК «Факел» не исполнило.

Условиями контракта предусмотрено обеспечение исполнения обязательств ООО «СК «Факел» перед истцом, путем предоставления истцу банковской гарантии.

21.02.2022 ПАО «Промсвязьбанк» выдало банковскую гарантию № 04961-22-10 в пользу ГКУ «УКС» на сумму не превышающую 52 395 627 руб. 97 коп. Период действия гарантии - с 21.02.2022 до 31.01.2023 (включительно).

27.01.2023 в банковскую гарантию от 21.02.2022 № 04961-22-10 внесены изменения № 1 согласно которым, срок действия гарантии увеличивается по 31.01.2024 (включительно).

31.01.2024 в банковскую гарантию от 21.02.2022 № 04961-22-10 внесены изменения № 2 согласно которым, срок действия гарантии увеличивается по 31.08.2024 (включительно).

Банковская гарантия обеспечивала обязательства ООО «СК «Факел» по контракту па выполнение строительно-монтажных работ по объекту: "Проектирование и строительство детского отделения № 5 Самарской психиатрической больницы в Промышленном районе г. Самары по адресу: ул. Воронежская, д. 11 а", планируемого к заключению между Бенефициаром и Принципалом по результатам определения поставщика (подрядчика, исполнителя) при осуществлении закупки № 0142200001321032167, Идентификационный код закупки 212631585657263150100100030014399414.

Гарантия предоставлена под отлагательным условием, предусмотренным пунктом 6 части 2 статьи 45 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В соответствии с условиями банковской гарантии Банк обязался уплатить по требованию Бенефициара сумму в пределах 52 395 627 руб. 97 коп. в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения Принципалом основного обязательства.

В Банк от ГКУ «УКС» поступили идентичные по содержанию требования от 29.05.2024 № 2321, от 24.06.2024 № 2710, от 29.08.2024 № 3820, дополнение к требованию от 09.08.2024 № 3509 об уплате денежной суммы по банковской гарантии в размере 52 395 627 руб. 97 коп.

Требование мотивировано тем, что Принципал допустил неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательств по Договору, а именно:

13.05.2024 заказчиком на основании п. 3 ст.708, п. 2 ст.405, п. 3 ст. 723 ГК, ч. 9 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контракнной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», п. 9.3 Контракта, было принято решение отказаться от исполнения государственного контракта от 24.02.2022 № 3 (ИКЗ: 212631585657263150100100030014399414) в одностороннем порядке. 24.05.2024 указанное решение вступило в законную силу.

В соответствии с п. 1 ст. 375 ГК Банк уведомил Принципала о поступившем требовании.

Однако, банк не исполнил перед принципалом своей обязанности по выплате гарантии, в связи с чем истец обратился в суд с иском к ответчику - банку о взыскании денежных сумм, которые банк обязался безусловно выплатить по требованию истца - принципала.

Ответчик исковые требования не признал, указал, что в соответствии с положениями п. 2 ст. 376 ГК Банк письмом от 09.07.2024 № 58172 приостановил платеж по требованию Бенефициара по следующей причине: в адрес Гаранта поступила информация о том, что в Арбитражный суд по Самарской области направлено заявление об обеспечении иска с ходатайством о наложении запрета на истребование денежных средств но банковской гарантии.

Гарант имел разумные основания полагать, что арбитражным судом в отношении Банка могут быть приняты обеспечительные меры.

23.07.2024 Банк письмом № 61348 приостановил платеж по требованию Бенефициара но следующей причине: цена контракта составила 174 552 093 руб. 54 коп. Гарант выдал обеспечение исполнение контракта в виде банковской гарантии на сумму 52 395 627 руб. 97 коп., что составило 30% от цены контракта и равно сумме выплаченного Принципалу аванса, согласно платежному поручению от 25.05.2022 № 632. Однако, исходя из содержания требования следует, что Бенефициар произвел выплату авансового платежа на лицевой счет Принципала в размере 102 365 627 руб. 97 коп., что также подтверждено дополнительным соглашением от 10.08.2023 № 6 к государственному контракту от 24.02.2022 № 3и платежным поручением от 18.10.2022 № 1327. Следовательно, сумма аванса составила 58,6 % от начальной цены контракта.

Письмом от 06.09.2024 Банк просил направить письмо об изменении суммы банковской гарантии от 21.02.2022 № 04961-22-10 в соответствии с ч. 6.1 ФЗ от 05.04.2013 № 44-ФЗ. поскольку Гаранту стало известно о том, что расчеты по контракту в части выплаты аванса подлежат казначейскому сопровождению.

Кроме того, банк указал, что в рамках дела № А55-28493/2024 истец обратился к ООО «СК «Факел» с требованием о взыскании неотработанного ООО «СК «Факел» аванса по вышеуказанному контракту в сумме 80 857 086 руб. 93 коп. Таким образом, истец и так имеет возможность получить удовлетворение своих требований от принципала. Кроме того, принципал считает требования истца о возврате неотработанного аванса необоснованными, поскольку аванс отработан, установление данного обстоятельства (если оно будет установлено судом в рамках дела № А55-28493/2024) укажет на необоснованность требования истца к банку о выплате гарантии.

В связи с изложенным, ответчик и третье лицо помимо возражений просили также приостановить производство по настоящему делу до вступления в законную силу решения по делу № А55-28493/2024.

Суд первой инстанции, разрешая спор, исходил из следующего.

Как следует из пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу части 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

В отличие от поручительства, которое по правовой природе представляет собой акцессорный способ обеспечения обязательств, независимая гарантия является абстрактной сделкой, не зависящей от основания (каузы), в том числе в виде обеспеченного (основного) обязательства, и для нее не характерно присущее абсолютному большинству способов обеспечения обязательств свойство, именуемое акцессорностью объема.

Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (пункт 1 статьи 370 ГК РФ).

Положения пункта 2 статьи 370 ГК РФ запрещают гаранту ссылаться на какие-либо возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение которого была выдана гарантия, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче гарантии.

Перечень возможных возражений гаранта ограничен лишь теми обстоятельствами, которые указаны в гарантии (часть 1 статьи 376 ГК РФ).

В части 1 статьи 376 ГК РФ предусмотрено, что гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.

То есть независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункты 2, 5 статьи 376 ГК РФ), что неоднократно отмечалось высшими судебными инстанциями (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 14 "Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий", пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии", пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

Институт независимой гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлению письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии.

Отход от принципа независимости гарантии допускается только при злоупотреблении бенефициаром своим правом на безусловное получение выплаты (пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

Для применения норм о злоупотреблении правом в споре о взыскании долга по независимой гарантии необходимо, чтобы из обстоятельств дела явно следовало намерение бенефициара, получившего вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству, недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании п. 2 ст. 10 Кодекса.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае никаких оснований полагать, что бенефициар вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству получил, и желает недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта, нет. Более того, бенефициар, считая обязательства по контракту неисполненными, обратился в суд за взысканием аванса, в рамках дела № А55-28493/2024. И требование о истца о взыскании аванса обусловлено не стремлением истца обогатиться получив двойную выгоду с ответчика и третьего лица, а недобросовестными действиями ответчика, необоснованно приостановившего выплату гарантии истцу.

Угроза двойного взыскания отсутствует, поскольку после получения от ответчика выплаты по банковской гарантии, основания требовать от третьего лица оплаты аванса в части полученной гарантии отпадут, а третье лицо получит обоснованное возражение по иску в рамках дела № А55-28493/2024 в части полученной выплаты истцом от гаранта.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для приостановления производства по настоящему делу до рассмотрения по существу дела № А55-28493/2024, поскольку, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, четко и недвусмысленно указал, что обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого выдана гарантия, даже если в самой гарантии содержится ссылка на это обязательство.

При этом, если в рамках дела № А55-28493/2024 действительно будет установлено выполнение принципалом своих обязательств перед истцом, то в соответствии с п. 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017, получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией обязательством.

В свою очередь, и гарант, ссылаясь на установленные в рамках дела № А55-28493/2024 обстоятельства, будет не лишен права обратиться за возмещением убытков в порядке регресса не только к принципалу, но и к бенефициару.

Ожидание окончания разбирательства по делу № А55-28493/2024, очевидно входит в противоречие с самим смыслом существования института банковской гарантии, который направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для приостановления производства по делу.

Суд первой инстанции признал приостановление ответчиком выплаты по банковской гарантии необоснованным в связи со следующим.

Письмом от 09.07.2024 № 58172 ответчик приостановил платеж по требованию Бенефициара по следующей причине: в адрес Гаранта поступила информация о том, что в Арбитражный суд по Самарской области направлено заявление об обеспечении иска с ходатайством о наложении запрета на истребование денежных средств но банковской гарантии. Однако, это не является обоснованным основанием для приостановки платежа. Приостановка была бы обоснованной только в случае принятия обеспечительных мер, а не в случае надежды ответчика на их принятие.

23.07.2024 Банк письмом № 61348 приостановил платеж по требованию Бенефициара но следующей причине:

Цена контракта составляет 174 552 093 руб. 54 коп. Гарант выдал обеспечение исполнение контракта в виде банковской гарантии на сумму 52 395 627 руб. 97 коп., что составляет 30% от цены контракта и равно сумме выплаченного Принципалу аванса, согласно платежному поручению от 25.05.2022 № 632.

Исходя из содержания требования следует, что Бенефициар произвел выплату авансового платежа на лицевой счет Принципала в размере 102 365 627 руб. 97 коп., что также подтверждено дополнительным соглашением от 10.08.2023 № 6 к государственному контракту от 24.02.2022 № 3и платежным поручением от 18.10.2022 № 1327. Следовательно, сумма аванса составляет 58,6 % от начальной цены контракта.

Данное обоснование приостановки платежа также признано судом первой инстанции необоснованным.

В соответствии со ст. 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательств одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из соглашения заключенного между сторонами - гарантии № 04961-22-10, сумма гарантии - 52 395 627 руб. 97 коп.

Обстоятельствами, при наступлении которых должна быть выплачена сумма гарантии, являются ненадлежащее выполнение или невыполнение Принципалом основного обязательства.

Бенефициар вправе в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения Принципалом основного обязательства представить Гаранту в письменной форме на бумажном носителе или в форме электронного документа требование об уплате денежной суммы по Гарантии, в размере цены Контракта, уменьшенном на сумму, пропорциональную объему фактически исполненных Принципалом обязательств, предусмотренных Контрактом и оплаченных Бенефициаром, но не превышающем сумму гарантии (далее - «Требование по гарантии»).

Гарант безотзывно обязуется выплатить Бенефициару любую сумму, не превышающую сумму гарантии (с учетом ранее выплаченных по гарантии сумм), не позднее 5 рабочих дней с даты получения гарантом требования по гарантии, содержащего указание на обстоятельства, при наступлении которых должна быть выплачена сумма гарантии или часть суммы гарантии, а также документов, указанных в настоящей гарантии.

Никаких условий, связывающих наступление события выплаты с договорными взаимоотношениями между бенефициаром и принципалом, в соглашении не содержится.

При этом, согласно условиям гарантии никакие изменения и дополнения, вносимые в Контракт, не освобождают гаранта от обязательств по гарантии. Гарантия может быть изменена гарантом в следующем порядке:

а) изменения, связанные с увеличением суммы и (или) срока действия Гарантии, исправлением ошибок в части несоответствия условиям, указанным в извещении об осуществлении закупки или документации о закупке или проекте Контракта, а также иные изменения, не ухудшающие положение Бенефициара, вступают в силу в дату выпуска Гарантом изменений в гарантию;

б) иные изменения в Гарантию вступают в силу в дату получения Гарантом согласия Бенефициара на соответствующее изменение гарантии.

Изменения в гарантию могут быть выпущены Гарантом как в форме документа на бумажном носителе, подписанного уполномоченным лицом Гаранта и скрепленного печатью, так и в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью уполномоченного лица Гаранта.

Ответчик за исключением вышеуказанных изменений никаких изменений в гарантию не вносил, о изменениях истца не уведомлял.

В соглашении указано, - никакие изменения и дополнения, вносимые в Контракт, не освобождают Гаранта от обязательств по гарантии.

Более того, в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, четко и недвусмысленно указано, что обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого выдана гарантия, даже если в самой гарантии содержится ссылка на это обязательство.

В этой связи гарант не имеет права требовать от бенефициара изменения условий гарантии в зависимости от условий контракта между бенефициаром и принципалом. Казначейское сопровождение контракта также никак не влияет на обязанность ответчика исполнить обязательства перед истцом.

Как подтвердил ответчик, ему поступили идентичные по содержанию требования от 29.05.2024 № 2321, от 24.06.2024 № 2710, от 29.08.2024 № 3820. Однако несмотря на данные требования ответчик, злоупотребляя своим правом, безосновательно приостановил исполнение своих обязательств перед истцом. Ответчик обязан был исполнить требования истца по выплате банковской гарантии.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование истца о выплате по гарантии обоснованно.

Как следует из материалов дела, ПАО «ПСБ» оплатило часть гарантии в размере 17 455 209 руб. 35 коп., что подтверждено платежным поручением от 09.12.2024 № 53126, в связи с чем истец уточнил исковые требования, снизил их размер до 34 940 418 руб. 62 коп.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в части основного долга исковые требования истца подлежат удовлетворению.

Помимо этого, согласно гарантии у Банка есть безотзывная обязанность в выплате Бенефициару любой суммы, не превышающей суммы гарантии (с учетом ранее выплаченных сумм), не позднее 5 рабочих дней с даты получения гарантом требования по гарантии, содержащего указание на обстоятельства, при наступлении которых должна быть выплачена сумма гарантии или часть суммы гарантии, а также документов, указанных в настоящей гарантии.

Как указано в соглашении по гарантии в случае неисполнения надлежащим образом предоставленного требования по гарантии в установленный срок гарант обязуется уплатить Бенефициару неустойку в размере 0,1% от указанной в требовании по гарантии суммы, подлежащей уплате, за каждый день просрочки, начиная с календарного дня, следующего за днем истечения установленного гарантией срока оплаты

В отношении требования по гарантии по дату исполнения гарантом требования по гарантии суд первой инстанции пришел к следующему.

Сумма неустойки, выплачиваемая в соответствии с настоящим пунктом гарантии, не ограничена суммой гарантии.

ПАО «Промсвязьбанк» получило требование от 24.06.2024 № 2710 от ГКУ «УКС» о перечислении денежной суммы в размере 52 395 627 руб. 97 коп. 28.06.2024 следовательно, последний день для перечисления денежных средств по гарантии -06.07.2024.

ПАО «ПСБ» оплатило часть долга по независимой гарантии в размере 17 455 209 руб. 35 коп., что подтверждается платежным поручением от 09.12.2024.

Расчет неустойки за период с 06.07.2024 по 08.12.2024: 52 395 627, 97 / 100 % * 0,1 % * 156 дней = 8 173 717 руб. 96 коп.

Расчет неустойки за период с 09.12.2024 по 14.01.2025: 34 940 418, 62 / 100 % * 0,1 % * 37 дней = 1 292 795,48 рублей.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Требование об уплате неустойки признано судом первой инстанции обоснованным.

Ответчик заявил о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, и просил снизить размер неустойки на основании ст.333 ГК РФ.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

По правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункта 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 подлежащая уплате неустойка может быть уменьшена судом, если она явно несоразмерна последствиями нарушения обязательства.

Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

В соответствии с пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17 от 14.07.1997 г. «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» критериями установления несоразмерности неустойки и основанием применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут являться: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки относительно суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другие.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с учетом правовых позиций, изложенных в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016, Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17 от 14.07.1997 г. «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 81 от 22.12.2011 г. «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции пришел к следующему.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-0 суд обязан установить баланс между вменяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Нарушенное обязательства является денежным.

В тоже время, согласно пункту 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства, и, с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Ключевая ставка Банка России действовавшая в рассматриваемый период составляла 18-21 %%, что соответствует 36-42 % годовых двойной ставки. Ставка 0,1% неустойки соответствует 36,5% процентам годовых, то есть соотносима и ниже двойной ключевой ставки.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии явной несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства, и об отсутствии оснований для снижения неустойки.

Истец также заявил требование о взыскании с ответчика пени по день оплаты основного долга.

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки (абз. 2 п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7).

С учетом изложенного суд первой инстанции признал требование об оплате неустойки обоснованным в полном объеме.

Истец также просил взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами.

В данной части суд первой инстанции признал требование истца не обоснованным в связи со следующим.

Истец начислил проценты за просрочку выплаты гарантии.

Однако, за данное нарушение предусмотрено взыскание неустойки, требование о взыскании которой суд первой инстанции признал обоснованным.

Пунктом 4 статьи 395 ГК РФ в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42 «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные данной статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором.

Как разъяснено в пункте 42 постановления постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, па которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 ГК РФ (зачетная неустойка), то положения пункта 1 статьи 395 ГК РФ не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ (пункт 4 статьи 395 ГК РФ).

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений по их применению предусмотренная законом или договором неустойка и проценты, установленные ст. 395 ГК, как последствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства имеют единую природу, являются взаимоисключающими.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, руководствуясь статьями 307, 309, 310, 329, 330, 333, 368, 370, 375, 376, 394, 395, 405, 708, 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 49, 51, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 14 "Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий", пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктах 42, 45, 65, 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", правовыми позициями, изложенными в пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии", в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, суд первой инстанции правомерно и обоснованно удовлетворил иск частично, взыскал с ответчика в пользу истца 34 940 418 руб. 62 коп. долга, 9 466 513 руб. 44 коп. пени, пени с 15.01.2025 на сумму долга 34 940 418 руб. 62 коп. до момента фактического исполнения обязательства по уплате данной задолженности исходя из 0,1 % от суммы неуплаченной задолженности за каждый день просрочки, а в остальной части иска отказал.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод подателя апелляционной жалобы о наличии оснований для приостановления производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу № А55-24893/2024, поскольку в данном случае отсутствуют предусмотренные п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ основания для приостановления производства по настоящему делу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом исследования суда первой инстанции, который дал им надлежащую правовую оценку. Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

В апелляционной жалобе не приведено доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для изменения или отмены судебного акта суда первой инстанции.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением дела в суде апелляционной инстанции, в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 22.01.2025 по делу № А55-32581/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий судья С.А. Кузнецов

Судьи Е.Г. Демина

В.А. Морозов