АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, <...>

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«18» февраля 2025 годаДело № А38-5441/2022г. Йошкар-Ола

Резолютивная часть решения объявлена 4 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 18 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Щегловой Л.М.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем Гусейновой П.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску акционерного общества «Марий Эл Дорстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ответчику государственному казенному учреждению Республики Марий Эл «Марийскавтодор» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо индивидуальный предприниматель ФИО1

о взыскании неосновательного обогащения

с участием представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности,

от ответчика – ФИО3 по доверенности,

от третьего лица – не явился, извещен по правилам статьи 123 АПК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Истец, акционерное общество «Марий Эл Дорстрой», обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением, уточненным по правилам статьи 49 АПК РФ, к ответчику, государственному казенному учреждению Республики Марий Эл «Марийскавтодор», о взыскании неосновательного обогащения в сумме 250000 руб.

По существу спора истец сообщил, что между сторонами заключен государственный контракт №0308200000119000003_936 от 19.03.2019 на выполнение работ по реконструкции автомобильной дороги Одобеляк-Куженер-Параньга на участке 4+879 – км 9+072. В 2019 году обществом в соответствии с подписанными актами выполнены работы на общую сумму 44274898 руб., в период с января по июль 2020 года выполнены работы на сумму 5579990 руб.

В связи с отсутствием технической возможности для дальнейшего выполнения работ 25 августа 2020 года стороны пришли к соглашению о расторжении государственного контракта №0308200000119000003_936 от 19.03.2019 с 31.12.2020.

Пунктом 5 указанного соглашения истец принял на себя обязательство в срок до 21 декабря 2020 года выполнить работы на сумму 50587015 руб. согласно объемам, установленным техническим заданием (приложение №2 к соглашению), локальными сметами (приложение №3 к соглашению).

По утверждению подрядчика, по состоянию на 21.12.2020 АО «Марий Эл Дорстрой» выполнены и приняты заказчиком путем подписания актов формы КС-2 работы на сумму 34552152 руб. В период с 21.12.2020 по 30.12.2020 истец также выполнил работы на сумму 2767690 руб. 63 коп., данная сумма была взыскана по решению Арбитражного суда РМЭ по делу А38-1851/2022.

Объем невыполненных подрядчиком работ составил 13266173 руб. 14 коп.

Считая, что подрядчик ненадлежащим образом исполнил обязательства по контракту, заказчик направил в адрес общества претензию №5557 от 30.12.2020 о выплате штрафа, предусмотренного пунктом 8.5 контракта, в размере 502204 руб. 52 коп.

В связи с отказом подрядчика добровольно уплатить штраф, требование об уплате санкции было удовлетворено из суммы банковской гарантии №ЭБГ-61/2019 от 06.03.2019, которое исполнено ПАО «Меткомбанк». Предъявленное впоследствии регрессное требование гаранта (ПАО «Меткомбанк») к принципалу (АО «Марий Эл Дорстрой») удовлетворено, истец уплатил банку 502204 руб. 52 коп., что подтверждается платежным поручением №2476 от 04.06.2021.

Участник спора полагает, что применение к нему меры ответственности в размере фиксированной суммы штрафа, рассчитанной от цены контракта, не позволяет учесть характер и причины ненадлежащего исполнения обязательства, а также соблюсти баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Так, общество отметило, что со стороны заказчика также имело место ненадлежащее исполнение встречных обязательств по государственному контракту, а именно: несвоевременная передача земельных участков и технической документации для выполнения работ. Более того, по мнению подрядчика, учреждением не представлено каких-либо доказательств причинения ему имущественного ущерба, подтверждения соответствия взыскиваемой суммы штрафа размеру понесенных убытков.

Истец в соответствии с пунктом 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» посчитал достаточным и соразмерным удержание с него штрафа в размере 252204 руб. 52 коп. Оставшуюся сумму 250000 руб. просил взыскать в качестве неосновательного обогащения.

Требование подрядчика обосновано правовыми ссылками на статьи 309, 370, 405, 1102 ГК РФ, пункт 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (т.1, л.д. 7-9, т.2, л.д. 9-11, т.3, л.д. 49-50, т.4, л.д. 1-2, т.5, л.д. 1-2, т.7, л.д. 135-136, 152).

Информация о принятии искового заявления к производству, о времени и месте судебных заседаний была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Республики Марий Эл в сети «Интернет».

Истец в судебном заседании поддержал уточненное исковое требование (протокол и аудиозапись судебного заседания от 04.02.2025).

Ответчик в отзыве на иск, дополнениях к нему и в судебном заседании с требованием не согласился. Возражая против доводов истца, учреждение сообщило, что в установленный контрактом срок от подрядчика не поступало информации о готовности объекта, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении подрядчиком возложенных на него обязательств.

Так, в соответствии с пунктом 6.2 контракта подрядчик предъявляет заказчику для приемки выполненные работы и предоставляет акт о приемке выполненных работ (форма № КС-2), справку о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) а также исполнительную документацию.

Согласно пункту 6.1 контракта приемка выполненных работ осуществляется в пределах объемов работ, указанных в техническом задании (приложение №1 к контракту), при условии предоставления исполнительной документации в полном объеме.

По сообщению учреждения, подрядчиком нарушены сроки выполнения работ по контракту, и работы были выполнены не в полном объеме.

Заказчиком все земельные участки, относящиеся к категории земель промышленности, транспорта, связи и иного спецназначения (в том числе с кадастровым номером 12:09:0040104:4), переданы АО «Марий Эл Дорстрой» своевременно, что подтверждается актом №1 от 08.04.2019.

По утверждению ответчика, работы, предъявленные по актам №№19.1, 19.3, 19.4, 19.5, 19.6, 19.7 от 30.12.2020 г. (за исключением расчистки полосы отвода), подрядчик мог выполнять с момента передачи строительной площадки (08.04.2019), поэтому нарушение их сроков лежит исключительно на подрядчике.

Также отсутствовали обстоятельства, препятствующие выполнению обществом работ, предъявленных по актам №№19.1, 19.3, 19.4, 19.5, 19.6, 19.7 от 30.12.2020, в сроки, установленные соглашением о расторжении контракта от 25.08.2020.

В связи с тем, что АО «Марий Эл Дорстрой» не выполнило целый ряд видов и объемов работ, предусмотренных техническим заданием, нарушило установленный соглашением от 25.08.2020 срок, учреждением в адрес подрядчика была направлена претензия исх. №5557 от 30. 12.2020 о ненадлежащем исполнении подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом. В дальнейшем банку направлено требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии.

Следовательно, у ГКУ РМЭ «Марийскавтодор» имелись правовые основания для предъявления требования об уплате штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств.

Кроме того, учреждением отмечено, что в экспертном и дополнительном экспертном заключениях экспертом подтверждены факты ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по контракту.

Стороной отмечено, что размер штрафа определен в контракте в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 30.08.2017 №1042 «Об утверждении Правил определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем). Сумма удержанного штрафа была согласована сторонами в пункте 8.5.1, рассчитана заказчиком по правилам Федерального Закона №44-ФЗ и Постановления Правительства РФ от 30.08.2017 №1042.

Более того, ответчик возражал против снижения суммы штрафа, полагая, что общество не представило каких-либо доказательств причинения ему имущественного вреда, а также доказательств, подтверждающих наступление для него каких-либо негативных последствий, поэтому в иске просил отказать (т.1, л.д. 98-101, 129-130, т.3, л.д. 115-116, т.4, л.д. 16-17, т.6, л.д. 96-98, т.7, л.д. 46-53, 144-148, протоколы и аудиозаписи судебных заседаний от 14.01.2025, 04.02.2025).

Привлеченный к участию в деле в качестве третье лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуальный предприниматель ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела по правилам статьи 121 и 123 АПК РФ, в судебное заседание не явился, письменный отзыв на иск не представил.

В соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ спор разрешен без участия третьего лица по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения истца и ответчика, арбитражный суд считает необходимым удовлетворить иск по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 19 марта 2019 года истцом, акционерным обществом «Марий Эл Дорстрой» (подрядчиком), и ответчиком, государственным казенным учреждением Республики Марий Эл «Марийскавтодор» (заказчиком), заключен в письменной форме государственный контракт №0308200000119000003_936, по условиям которого подрядчик принял на себя обязательство выполнить работы по реконструкции автомобильной дороги Одобеляк-Куженер-Параньга на участке км 4+879 – км. 9+072 в соответствии с техническим заданием, а заказчик обязался принять и оплатить результат работ (т.1, л.д. 12-41).

Соглашение оформлено путем составления одного документа с приложениями, имеющими силу его неотъемлемых частей, от имени сторон подписано уполномоченными лицами (пункт 2 статьи 434 ГК РФ), поэтому контракт как консенсуальная сделка вступил в силу и стал обязательным для его участников (статьи 425, 433 ГК РФ).

Заключенное сторонами соглашение по его существенным условиям является государственным контрактом на выполнение подрядных работ для государственных нужд, по которому подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному заказчику, а государственный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

Таким образом, государственный контракт №0308200000119000003_936 от 19.03.2019 признается арбитражным судом заключенным, поскольку соответствует требованиям гражданского законодательства о форме, предмете, сроке и цене. Действительность или заключенность контракта не оспаривалась сторонами в судебном порядке.

Правоотношения участников сделки регулируются гражданско-правовыми нормами о подрядных работах для государственных или муниципальных нужд, содержащимися в статьях 763-768 ГК РФ, общими правилами о подряде (пункт 2 статьи 702 ГК РФ), а также соответствующими нормами Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Из контракта в силу пункта 2 статьи 307 ГК РФ возникли взаимные обязательства сторон. При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 ГК РФ).

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

По смыслу статьи 702 ГК РФ подрядчик может считаться исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий.

Истец выполнял работы, предусмотренные контрактом. Между тем 25.08.2020 в связи с дальнейшей технической невозможностью выполнения подрядчиком работ сторонами подписано соглашение о расторжении государственного контракта (т.1, л.д. 42).

Пунктом 2 соглашения от 25.08.2020 зафиксирован объем финансирования по государственному контракту в сумме 100440904 руб. 06 коп. В пункте 7 данного соглашения установлено, что подрядчиком не будут исполняться обязательства на сумму 315973977 руб.

При этом из пункта 5 соглашения от 25.08.2020 следует, что подрядчик в срок до 21 декабря 2020 года обязался исполнить оставшиеся обязательства на сумму 50586015 руб. 77 коп. (техническое задание - приложение №2 к соглашению, и локальные сметы - приложение №3 к соглашению) (т.1, л.д. 42).

Между тем, как следует из материалов дела, по состоянию на 21 декабря 2020 года АО «Марий Эл Дорстрой» выполнило работы частично, на сумму 35552152 руб. (т.1, л.д. 86).

Пунктом 8.5 заключенного сторонами государственного контракта предусмотрено, что в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет подрядчику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Размер штрафа, предусмотренный пунктом 8.5.1 контракта, определяется исходя из пункта 2 соглашения о расторжении (пункт 9 соглашения от 25.08.2020) (т.1, л.д. 42).

В соответствии с пунктом 11 соглашения обязательства сторон по контракту прекращаются с момента расторжения контракта, за исключением штрафных санкций.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по выполнению работ заказчик направил в адрес подрядчика претензию №5557 от 30.12.2020 с требованием оплатить штраф в размере 502204 руб. 52 коп., что составляет 0,5% стоимости работ, установленной пунктом 2 соглашения о расторжении государственного контракта (т.1, л.д. 72).

На указанную претензию АО «Марий Эл Дорстрой» направило ответ, в котором не согласилось с требованием ответчика и указало, что просрочка исполнения обязательств на общую сумму 16033863 руб. 77 коп. вызвана несвоевременной и неполной передачей заказчиком участков автомобильных дорог, необходимой документации, препятствующих выполнению работ. Соответственно, по мнению общества, просрочка обусловлена также ненадлежащим исполнением ГКУ РМЭ «Марийскавтодор» обязательств заказчика, что, в силу статьи 404 ГК РФ, является обстоятельством, исключающим вину подрядчика (т.1, л.д. 73).

18 мая 2021 года заказчик обратился к ПАО «МЕТКОМБАНК» с требованием об осуществлении уплаты суммы штрафа по банковской гарантии №ЭБГ-61/2019 (т.1, л.д. 76-78).

Согласно платежному поручению №24134 от 03.06.2021 денежные средства в размере 502204 руб. 52 коп. были перечислены учреждению «Марийскавтодор» на основании распоряжения от 03.06.2021 (т.1, л.д. 79).

В последующем АО «Марий Эл Дорстрой» в регрессном порядке возвратило ПАО «МЕТКОМБАНК» сумму 502204 руб. 52 коп., что подтверждается платежным поручением №2476 от 04.06.2021 (т.1, л.д. 81).

Истец, воспользовавшись правом на применение к удержанному с него заказчиком штрафу статьи 333 ГК РФ, предоставленным пунктом 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», обратился в суд с настоящим иском.

При этом общество указало, что удержанный размер штрафа за ненадлежащее исполнение контракта является несоразмерным нарушению обязательств, подлежит уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ до 252204 руб. 52 коп., а излишне уплаченные денежные средства в виде неосновательного обогащения в сумме 250000 руб. должны быть взысканы с ответчика в пользу истца.

Ответчик настаивал на том, что штраф, предусмотренный государственным контрактом от 19.03.2019, начислен подрядчику правомерно, и оснований для применения статьи 333 ГК РФ не имеется.

В связи с возникшими между сторонами разногласиями относительно надлежащего исполнения сторонами условий государственного контракта арбитражным судом, по ходатайству сторон, определением Арбитражного суда от 16.01.2024 была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручалось эксперту ФГБОУ ВО «Поволжский государственный технологический университет» (Кафедра строительных технологий и автомобильных дорог) ФИО4 (т.6, л.д. 115-121).

На разрешение эксперта ставились следующие вопросы:

1. Мог ли подрядчик приступить к вырубке древесно-кустарниковой растительности в объемах, предусмотренных соглашением от 25 августа 2020 года о расторжении государственного контракта №0308200000119000003_936, на ПК22+63-ПК41 +93 (участок после моста) до передачи заказчиком подрядчику участков с кадастровыми номерами 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257 и документов на лесосечные работы на лесных участках 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257, на земельном участке 12:09:0040104:4?

2. Мог ли подрядчик приступить к работам по снятию растительного грунта, демонтажным работам, переустройству коммуникаций, земляным работам, разборке и строительству железобетонных труб, восстановлению земляного полотна на ПК22+63-ПК41+93 (участок после моста) до расчистки полосы отвода в границах участков 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257, 12:09:0040104:4 и завершить их в объемах, предусмотренных соглашением от 25 августа 2020 года о расторжении государственного контракта №0308200000119000003_936 (с учетом ответа на вопрос 1)?

3. Мог ли подрядчик завершить к 21 декабря 2020 года выполнение работ, предусмотренных соглашением от 25 августа 2020 года о расторжении государственного контракта №0308200000И9000003_936, на ПК22+63-ПК41+93 (участок после моста) при условии:

-передачи подрядчику для производства работ участков с кадастровыми номерами 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257 - 02 ноября 2020 года;

-передачи подрядчику документов на лесосечные работы на лесных участках 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257 - 09 октября 2020 года; на земельном участке 12:09:0040104:4 - 30 ноября 2020 года (с учетом ответов на вопросы 1, 2)?

4. Могли ли быть выполнены в установленные сроки (до 21.12.2020) работы, предусмотренные Соглашением о расторжении контракта, которые подлежали выполнению на земельных участках, переданных подрядчику по акту передачи №1 от 08.04.2019?

5. Какие виды работ, предусмотренные Техническим заданием к Соглашению о расторжении контракта, могли выполняться подрядчиком независимо от передачи лесных участков?

6. Обязательно ли соблюдение технологической последовательности, указанной в ППР, при выполнении данного вида работ? Возможно ли ее изменение подрядчиком для данного вида работ?

7. Возможно ли было выполнить работы по дорожному полотну (после моста), которые подлежали выполнению на земельных участках, переданных подрядчику по акту передачи №1 от 08.04.2019, до работ по расчистке полосы отвода от мелколесья и дикорастущего кустарника (вырубке), подлежащих выполнению на лесных участках с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257?

Экспертом в заключении от 11.03.2024 установлено следующее.

1. До передачи заказчиком подрядчику участков с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257 и документов на лесосечные работы подрядчик приступить к вырубке древесно-кустарниковой растительности на данных участках не мог. Участок с кадастровым номером 12:09:0040104:4 не относится к категории лесных участков, поэтому подрядчик мог приступить к вырубке древесно-кустарниковой растительности с момента передачи его заказчиком подрядчику 08.04.2019 (акт №1) в объемах, предусмотренных соглашением, на ПК22+63-ПК41+93 (участок после моста) до передачи заказчиком подрядчику участков с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257.

Эксперт отметил, что все участки, на которых техническим заданием государственного контракта от 19.03.2019 предусматривалось производство строительно-монтажных работ, кроме участков земель лесного фонда с кадастровыми номерами, были переданы подрядчику 08.04.2019, что подтверждается актом №1. Участки земель лесного фонда с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257 переданы подрядчику 02.11.2020, что подтверждается соответствующим актом №2.

В части 1 раздела №5 проектной документации указывается, что в целях обеспечения нормальных условий производства дорожно-строительных работ и минимизации стоимости объекта объезд участка реконструкции в период производства работ предусматривается по существующим автомобильным дорогам общего пользования (подъезд к пгт. Куженер и объездная автомобильная дорога пгт. Куженер). Соответственно, проведение работ подразумевалось с перекрытием движения на рассматриваемом участке реконструируемой автомобильной дороги.

Работы по разработке и строительству железобетонной трубы отв. 1,0 м на ПК 36+25 предусмотрены в пределах земель, переданных заказчиком подрядчику по акту №1 от 08.04.2019.

Тем самым, по мнению эксперта, подрядчику ничего не препятствовало начать работы по снятию растительного грунта, демонтажные работы, переустройство коммуникаций, земляные работы, разработку и строительство железобетонных труб, восстановление земляного полотна на ПК22+63-ПК41+93 (участок после моста) до расчистки полосы отвода в границах участков с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257, кроме работ, выполнение которых предусматривалось в границах лесных участков с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257.

К работам, предусмотренным в пределах земельных участков с кадастровыми номерами 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257 подрядчик мог приступить с момента передачи земель заказчиком (акт №2), то есть с 02.11.2020.

Также экспертом в ходе проведенных исследований установлено, что подрядчик мог завершить к 21 декабря 2020 года все виды работ, предусмотренные техническим заданием, в объемах, предусмотренных соглашением от 25.08.2020.

Эксперт указал, что анализ государственного контракта №№0308200000119000003_936 от 19.03.2019, приложений к нему, соглашения о расторжении контракта, проектно-сметной документации показал, что соблюдение технологической последовательности, определенной в проекте производства работ, при выполнении работ является рекомендуемым, но не обязательным. В ходе исследования не установлены факторы, препятствующие выполнению данных видов работ на указанных участках.

Таким образом, подрядчик мог выполнять работы по дорожному полотну (после моста) на земельных участках, переданных подрядчику по акту №1 от 08.04.2019, до работ по расчистке полосы отвода от мелколесья и дикорастущего кустарника (вырубки) на лесных участках с 12:09:0010187:2, 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0000000:1257 (т.6, л.д. 136-155).

Опрошенный в судебном заседании эксперт, предупрежденный судом об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, поддержал выводы, изложенные в экспертном заключении, ответил на дополнительные вопросы суда и сторон (т.7, л.д. 22, протокол и аудиозапись судебного заседания от 16.05.2024).

По правилам части 1 статьи 87 АПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

Исследовав результаты экспертного заключения от 11.03.2024, выслушав мнения истца и ответчика, определением арбитражного суда от 21 октября 2024 года назначена дополнительная судебная экспертиза, проведение которой поручено тому же эксперту.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Мог ли подрядчик приступить к работам по снятию растительного грунта, демонтажным работам, переустройству коммуникаций, земляным работам, разборке и строительству железобетонных труб в границах участков 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257 и завершить их в объемах, предусмотренных соглашением от 25 августа 2020 года о расторжении государственного контракта №0308200000119000003_936 к 21.12.2020, при отсутствии разрешения на строительство на земельных участках 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257?

2. С учетом требований, содержащихся в п.п. 4.2, 5.7.1, 5.7.2, 5.7.6, 5.7.7, 6.1 Свода Правил СП 48.13330.2011, п.п. 3.15, 4.4, 5.11, 6.20, 6.21, 8.11 СП 48.13330.2019, допускается ли выполнение работ с отступлением от проектной и организационно-технической документации?

3. При выполнении работ по дорожному полотну (после моста) на земельных участках, переданных подрядчику по акту от 08.04.2019, до работ по расчистке полосы отвода (т.е. с отступлением от технологической последовательности, предусмотренной проектом организации строительства и проектом производства работ), на каких земельных участках должно было бы осуществляться размещение разработанного грунта, и где должна была бы располагаться дорога для построечного транспорта подрядчика? При выполнении работ с отступлением от технологической последовательности, предусмотренной проектом организации строительства и проектом производства работ, соответствовало ли бы место размещения разработанного грунта и дороги для построечного транспорта проектной документации? (т.7, л.д. 105-106).

В дополнительном экспертном заключении эксперт указал, что отсутствие в выданном разрешении на строительство №12-505000-02-2019 от 02.04.2019, действовавшем на весь объект, указания на земельные участки 12:09:0010126:9, 12:09:0010126:10, 12:09:0010187:2, 12:09:0000000:1257 не являлось основанием невозможности выполнения работ в установленный срок. При этом им отмечено, что согласно записям, отраженным в Общем журнале работ, подрядчик в течение одного календарного месяца, с 18.09.2020 по 19.10.2020, не выполнял какие-либо работы, в то время как на объекте можно было производить работы независимо от наличия/отсутствия разрешительных документов. Так, на участок до мостового сооружения были выданы все разрешительные документы, однако работы в этот период не выполнялись.

Эксперт дополнительно указал, что большая часть участка производства работ расположена на земельном участке с кадастровым номером 12:09:0000000:1257, однако, несмотря на отсутствие указания в выданном разрешении на строительство от 02.04.2019 данного земельного участка, подрядная организация все же выполняла эти работы.

Кроме того, эксперт в дополнительном заключении пояснил, что с учетом требований, содержащихся в пунктах 4.2, 5.7.1, 5.7.2, 5.7.6, 5.7.7 свода Правил СП 48.13330.2011, пунктах 3.15, 4.4, 5.11, 6.20, 6.21, 8.11 СП 48.13330.2019, допускается выполнение работ с отступлением от проектной и организационно-технической документации при соответствующих согласованиях с застройщиком (техническим заказчиком).

Также экспертом сделан вывод о том, что при выполнении работ с отступлением от технологической последовательности, предусмотренной проектом организации строительства и проектом производства работ, место размещения разработанного грунта и дороги для построечного транспорта не соответствовало бы проектной документации. Однако в случае, если у подрядной организации возникала необходимость во внесении изменений, то она могла обратиться к заказчику с предложениями о внесении таких изменений. Экспертом отмечено, что изменения в процессе строительства рассматриваемого объекта вносились сторонами неоднократно, но общество к заказчику с предложением о внесении изменений в части решения вопроса о размещении разработанного грунта и расположения дороги для построечного транспорта не обращались (т.7, л.д. 121-128).

Частью 3 статьи 86 АПК РФ предусмотрено, что экспертное заключение исследуется в заседании арбитражного суда и оценивается наряду с другими доказательствами.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Оценивая экспертное заключение и дополнительное экспертное заключение по правилам процессуального закона, арбитражный суд принимает во внимание следующие обстоятельства: научную обоснованность, аргументированность, полноту изложения по поставленным вопросам, ясность, наличие либо отсутствие противоречий в выводах, уровень квалификации и образования эксперта, а также связь с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Исходя из анализа представленных в материалы дела экспертных заключений, суд приходит к выводу, что заключения являются обоснованными и не противоречат другим имеющимся в деле доказательствам; неясностей в выводах эксперта не содержится.

Оценив имеющиеся в деле доказательства и экспертные заключения по правилам процессуального закона, арбитражный суд приходит к выводу о том, что подрядчиком нарушены обязательства, принятые им по соглашению о расторжении государственного контракта от 25.08.2020, что влечет к нему применение ответственности в виде штрафа.

Между тем истец воспользовался предоставленным ему пунктом 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» правом на снижение санкции на основании статьи 333 ГК РФ. В качестве основного довода им указано, что удержание штрафа по инициативе заказчика не позволило учесть характер и причины ненадлежащего исполнения обязательства, а также соблюсти баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате данного правонарушения.

Учитывая высокий размер штрафа, отсутствие в материалах дела доказательств наступления негативных последствий для заказчика, явную несоразмерность взыскиваемой санкции последствиям нарушения обязательства, участник спора считает соразмерной своей вине сумму штрафа 252204 руб. 52 коп. (т.7, л.д. 152, аудиозапись судебного заседания от 04.02.2025).

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Как разъяснено в пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в случае списания по требованию кредитора неустойки (штрафа) со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки (штрафа) в счет суммы основного долга и (или) процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке (штрафу) положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ). В то же время, если подлежащая уплате неустойка (штраф) перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки (штрафа) на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, причем пределы, до которых может быть снижена неустойка (штраф), суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки (штрафа); значительное превышение суммы неустойки (штрафа) суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др. При этом, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы штрафа последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Решение вопроса о явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

При определении размера штрафа необходимо установить баланс между такой мерой ответственности как штраф и действительным размером ущерба от неисполнения подрядчиком обязательства по контракту и соглашению. Устанавливая данные обстоятельства, арбитражный суд принимает во внимание компенсационную природу санкции.

Степень соразмерности предъявленного размера штрафа последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ.

Оценив обстоятельства исполнения спорного контракта и соглашения о его расторжении от 25.08.2020, арбитражный суд приходит к выводу о том, что подрядчик не намеренно затягивал выполнение работ, а добросовестно заблуждался относительно возможности (невозможности) нарушения технологической последовательности выполнения видов работ, предусмотренных техническим заданием, проектно-сметной документацией и проектом производства работ. При этом при рассмотрении дела установлено, что некоторая исполнительная документация (технологические карты для лесосечных работ), лесные участки, необходимые для производства работ, передавалась подрядчику заказчиком с нарушением сроков. Также суд учитывает то обстоятельство, что после расторжения контракта ГКУ РМЭ «Марийскавтодор» заключило с АО «Марий Эл Дорстрой» новые контракты от 94.07.2022 и от 05.05.2023 на продолжение выполнения работ на этом же объекте (т.5, л.д. 3-57).

При таких обстоятельствах, исходя из смысла и основных положений гражданского законодательства, назначения института ответственности за нарушение обязательств, арбитражный суд полагает, что удержанная заказчиком сумма штрафа (502204 руб. 52 коп.) не соответствует принципу компенсационного характера санкций в гражданском праве, несоразмерна последствиям нарушения подрядчиком обязательства и считает возможным снизить штраф по правилам статьи 333 ГК РФ до 252204 руб. 52 коп.

При этом снижением размера штрафа права заказчика не ущемляются, а устанавливается баланс между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Тем самым с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неосновательное обогащение в сумме 250000 руб. (502204 руб. 52 коп. – 252204 руб. 52 коп.).

При распределении судебных расходов, понесенных участниками спора при рассмотрении дела, арбитражный суд учитывает следующее.

По смыслу пункта 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» право на обращение с иском о снижении неустойки (штрафа) на основании статьи 333 ГК РФ имеет заведомо виновная сторона в обязательстве. Следовательно, при удовлетворении требования истца в части снижения размера штрафа по правилам статьи 333 ГК РФ понесенные им расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в сумме 8000 руб. и расходы по экспертизе в размере 95000 руб. возмещению не подлежат.

Излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 5044 руб. возвращается истцу из федерального бюджета в соответствии со статьей 333.40 НК РФ

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 4 февраля 2025 года. Решение в полном объеме изготовлено 18 февраля 2025 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с государственного казенного учреждения Республики Марий Эл «Марийскавтодор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерного общества «Марий Эл Дорстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неосновательное обогащение в сумме 250000 руб.

2. Возвратить акционерному обществу «Марий Эл Дорстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 5044 руб., уплаченную по платежному поручению №6452 от 17.11.2022.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья Л.М. Щеглова