Решение по делу № А66-1190/2023 от 12.03.2025.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

12 марта 2025 года

г.Тверь

Дело № А66-1190/2023

(резолютивная часть решения от 27 февраля 2025 года)

Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Борцовой Н.А., при ведении протокола, аудиозаписи секретарем судебного заседания Поляковой Е.Н. (до перерыва) секретарем судебного заседания Вишняковой К.А. (после перерыва 13.02.2025 г.), помощником судьи Ужко А.В. (после перерыва 27.02.2025 г.), с участием представителей: истца - ФИО1, ответчика - ФИО2, ФИО3, третьего лица - ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи, (ОГРН <***>, ИНН <***>), к ответчику обществу с ограниченной ответственностью "Фармико", г. Тверь, (ОГРН <***>, ИНН <***>),

с участием третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", г. Москва, Межрегионального управления Росфинмониторинга по Центральному Федеральному округу, г. Москва,

о взыскании 84 092 842-84 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи, ОГРН <***>, ИНН <***> обратилось в Арбитражный суд Тверской области с иском к ответчику обществу с ограниченной ответственностью "Фармико", г. Тверь, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее ответчик) о взыскании 84 092 842-84 рублей, в том числе: 76 448 038-94 рублей задолженности по оплате лекарственных препаратов, поставленных в рамках договора №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года в период с 18 июня 2020 года по 26 мая 2022 года, 7 644 803-90 рублей договорной неустойки.

Третьим лицом в иске указано общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", г. Москва.

Определением от 21 марта 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Межрегиональное управление Росфинмониторинга по Центральному Федеральному округу (109028, <...>).

13 апреля 2023 года от ответчика поступило заявление о фальсификации доказательств по делу: универсальных передаточных документов №№ УА-1265 от 23.05.2022, УА-1214 от 17.05.2022, УА889 от 29.03.2022, УА-2706 от 27.12.2021, УА-2275 от 18.11.2021, УА-1125 от 27.07.2021, УА-1079 от 21.07.2021, УА-1058 от 19.07.2021, УА-1052 от 19.07.2021, УА-1042 от 16.07.2021, УА-1017 от 13.07.2021, УА-1015 от 13.07.2021, УА-920 от 02.07.2021, УА-857 от 25.06.2021, УА-844 от 24.06.2021, УА-821 от 21.06.2021, УА-732 от 09.06.2021, УА-690 от 03.06.2021, УА-669 от 02.06.2021, УА-656 от 31.05.2021, УА-640 от 28.05.2021, УА-628 от 26.05.2021, УА-610 от 25.05.2021, УА-596 от 21.05.2021, УА-590 от 20.05.2021, УА-424 от 19.04.2021, УА-401 от 15.04.2021, УА-420 от 26.03.2021, УА-79 от 04.12.2020, УА-5 от 30.06.2020, УА-1 от 18.06.2020.

В судебном заседании 20 апреля 2023 года судом было рассмотрено заявление общества с ограниченной ответственностью "Фармико" об отводе судьи (определение от 24 апреля 2023 года, резолютивная часть от 20 апреля 2023 года).

В судебном заседании 20 апреля 2023 года к материалам дела приобщены подлинные универсальные передаточные документы.

Ответчик поддержал заявление о фальсификации доказательств, представленное 13 апреля 2023 года, но заявил о необходимости его уточнения с учетом обозрения и приобщения к материалам дела подлинных документов (УПД).

В судебном заседании 7 июня 2023 года обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" представлено уточненное заявление о фальсификации доказательств, а именно: УПД №№: УА-844 от 24.06.2021, УА-5 от 30.06.2020, УА-889 от 29.03.2022, УА-596 от 21.05.2021, УА-640 от 28.05.2021, УА-628 от 26.05.2021, УА-610 от 25.05.2021, УА-920 от 02.07.2021, УА-1058 от 19.07.2021, УА-1042 от 16.07.2021, УА-1015 от 13.07.2021, УА-1 от 18.06.2020, УА-1 от 18.06.2020, УА-1015 от 13.07.2021, УА-1015 от 13.07.2021, УА-656 от 31.05.2021, УА-669 от 02.06.2021, УА-857 от 25.06.2021, УА-732 от 09.06.2021, УА-690 от 03.06.2021, УА-37 от 26.10.2020, УА-53 от 10.11.2020, УА-57 от 17.11.2020, УА-63 от 18.11.2020, УА-71 от 25.11.2020, УА-9 от 12.01.2021, УА-226 от 17.03.2021, УА-532 от 13.05.2021, УА-624 от 26.05.2021, УА-831 от 22.06.2021, УА-950 от 06.07.2021, УА-1079 от 21.07.2021, УА-2707 от 28.12.2021.

От истца, общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", г. Москва поступили письменные возражения на заявления о фальсификации, которые приобщены к материалам дела.

Суд приступил к рассмотрению ходатайства ответчика в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи отказалось исключить перечисленные выше документы из числа доказательств.

Суд разъяснил представителям общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи и обществу с ограниченной ответственностью "Фармико" уголовно правовые последствия заявления о фальсификации, предусмотренные статьями 303, 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Подписки отобраны.

В процессе рассмотрения дела обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" также было представлено заявление о фальсификации договора №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года по причине не предоставления истцом его подлинника на обозрение.

Суд приступил к рассмотрению ходатайства ответчика в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи отказалось исключить копию договора №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года из числа доказательств.

Суд разъяснил представителям общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи и обществу с ограниченной ответственностью "Фармико" уголовно правовые последствия заявления о фальсификации, предусмотренные статьями 303, 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Подписки отобраны.

Суд приступил к проверке заявлений о фальсификации доказательств.

В целях проверки заявления о фальсификации договора обществу с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи предложено представить подлинный договор №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года.

Для проверки заявления о фальсификации УПД общество с ограниченной ответственностью "Фармико" заявило о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы, проведение которой просит поручить обществу с ограниченной ответственностью ЦНПЭ "ПетроЭксперт" (127055, <...>).

Определением от 20 июля 2023 года судом удовлетворено ходатайство общества с ограниченной ответственностью "Фармико", г. Тверь, ОГРН <***>, ИНН <***> о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью ЦНПЭ "ПетроЭксперт" (127055, <...>) из числа экспертов: ФИО4, ФИО5.

Перед экспертами поставлен следующий вопрос:

1. Кем, ФИО6, или иным лицом произведена подпись за ФИО6 в следующих УПД: №№: УА-844 от 24.06.2021, УА-5 от 30.06.2020, УА-889 от 29.03.2022, УА-596 от 21.05.2021, УА-640 от 28.05.2021, УА-628 от 26.05.2021, УА-610 от25.05.2021, УА-920 от 02.07.2021, УА-1058 от 19.07.2021, УА-1042 от 16.07.2021, УА-1015 от 13.07.2021, УА-1 от 18.06.2020, УА-1 от 18.06.2020, УА-1015 от 13.07.2021, УА-1015 от 13.07.2021, УА-656 от 31.05.2021, УА-669 от 02.06.2021, УА-857 от 25.06.2021, УА-732 от 09.06.2021, УА-690 от 03.06.2021, УА-37 от 26.10.2020, УА-53 от 10.11.2020, УА-57 от 17.11.2020, УА-63 от 18.11.2020, УА-71 от 25.11.2020, УА-9 от 12.01.2021, УА-226 от 17.03.2021, УА-532 от 13.05.2021, УА-624 от 26.05.2021, УА-831 от 22.06.2021, УА-950 от 06.07.2021, УА-1079 от 21.07.2021, УА-2707 от 28.12.2021.

22 августа 2023 года в материалы дела поступило заключение эксперта № 23М/263-А66-1190/23-ПЭ от 18 августа 2023 года.

Определением от 30 ноября 2023 года удовлетворены: ходатайства истца и третьего лица о приобщении к материалам дела дополнительных документов с приложениями, ходатайство истца о допросе в качестве свидетеля ФИО7, ходатайство третьего лица о допросе в качестве свидетеля ФИО8.

Определением от 24 января 2024 года удовлетворены: ходатайства истца об истребовании в ООО "Оператор-ЦРПТ" дополнительной информации, о приобщении к материалам дела дополнительных документов с приложениями, ходатайство ответчика о допросе в качестве свидетелей ФИО9; ФИО10; ФИО11, ходатайство третьего лица об истребования в ООО "Оператор-ЦРПТ" дополнительной информации.

Указанным определением судом принято заявление общества с ограниченной ответственностью "Фармико" об отказе от заявлений о фальсификации доказательств.

Определением от 21 февраля 2024 года арбитражным судом возвращен встречный иск общества с ограниченной ответственностью "Фармико", г. Тверь, о взыскании 70 000 000 рублей премии.

В судебном заседании 6 марта 2024 года ответчик ходатайствовал об истребовании доказательств, а именно - просил истребовать:

- кредитные досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) "Орбис Фарм" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие", АО "Альфа Банк" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

- кредитные досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) ООО "Фармсклад № 1" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие", АО "Альфа Банк" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

- кредитные досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) ООО "ФАРМИКО" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие", АО "Альфа Банк" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

- в ООО "Оператор-ЦРПТ" сведения об IP-адресах, с которых поступали сведения об отгрузке в систему мониторинга по следующим номерам УПД в отношении соответственно ООО "Орбис Фарм", ООО "Фармсклад № 1", ООО "Фармико", указанным в вышеприведённой в ходатайстве таблице.

Ходатайство ответчика удовлетворено в части истребования у ООО "Оператор-ЦРПТ" сведений об IP-адресах в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в остальной части в удовлетворении ходатайства судом отказано.

В судебном заседании 18 апреля 2024 года удовлетворены ходатайства истца и ответчика о приобщении к материалам дела письменных пояснений. По ходатайству общества с ограниченной ответственностью "Фармико" к материалам дела приобщены дополнительные документы.

К материалам дела приобщены подлинные экземпляры дополнительного соглашения №1 к договору поставки №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года на 1 листе, акт на предоставлении премии №1 к договору поставки №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года от 26 апреля 2022 года на 2 листах.

Ответчиком заявлено ходатайство об истребовании кредитных досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие", АО "Альфа Банк" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

- кредитных досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

- кредитных досье (то есть все сведения о выданных кредитах, включая копии кредитных договоров, копии заявок-анкет на предоставление кредита, копии договоров поручительства, если таковые заключались, а также копии заявок-анкет на невыданные кредиты, а также иные сведения и документы) общества с ограниченной ответственностью "ФАРМИКО" в ПАО "Сбербанк", Банк "Открытие", АО "Альфа Банк" и ПАО "Совкомбанк" за период с 01.01.2019 года по 31.12.2022 года;

Суд отказал в удовлетворении данного ходатайства.

Обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной финансово-бухгалтерской экспертизы.

Перед экспертом ответчик просит поставить следующие вопросы:

"Определить цепочку движения товара, исходя из данных программы "1С Предприятие 8.3";

- Определить (идентифицировать) товар, исходя из данных программы "1С Предприятие 8.3", который транзитно "де-юре" перемещался по договорам поставки между обществом с ограниченной ответственностью "ОРБИС ФАРМ", обществом с ограниченной ответственностью "ФАРМСКЛАД № 1", обществом с ограниченной ответственностью "ФАРМИКО";

- Определить экономическую целесообразность сделки для каждого субъекта транзитного движения товара?".

В удовлетворении ходатайства о назначении судебной финансово-бухгалтерской экспертизы было отказано.

При рассмотрении ходатайства, суд исходил из следующего.

Статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

С учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 г. № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если для разрешения спора по существу специальные познания не требуются, суд вправе отказать в назначении экспертизы.

По смыслу указанной нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.

Вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств (Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 г. № 11АП-13036/2019 по делу № А65-3597/2019), а не затрагивать любые взаимоотношения и взаимные претензии сторон друг к другу за рамками рассматриваемого спора.

Следовательно, само по себе заявление участника процесса о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.06.2020 г. № Ф01-9770/2020 по делу № А11-6937/2018 (Определением Верховного Суда РФ от 07.09.2020 г. № 301-ЭС20-11121 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке кассационного производства данного Постановления)).

При рассмотрении ходатайства участника дела о назначении экспертизы суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены таким доказательством. При этом арбитражный суд вправе отказать в назначении экспертизы, если сочтет, что ее назначение нецелесообразно ввиду наличия уже имеющихся в деле доказательств (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 02.10.2019 г. № Ф01-4521/2019 по делу № А31-7519/2017 (Определением Верховного Суда РФ от 16.01.2020 г. № 301-ЭС19-25205 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке кассационного производства данного Постановления)).

В судебном заседании 18 апреля 2024 года допрошены свидетели: ФИО9; ФИО10; ФИО11.

В судебном заседании 29 мая 2024 года к материалам дела приобщены: ответ на запрос от ООО "Оператор-ЦРПТ", письменные объяснения ответчика, заключение специалиста, допрошены в качестве свидетелей ФИО7, ФИО8, удовлетворены ходатайства общества с ограниченной ответственностью "Фармико" об истребовании доказательств полностью, общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" - в части.

Кроме того, в судебном заседании истцом представлено заявление о фальсификации доказательств: дополнительного соглашения о премировании №1 от 12 января 2021 года, акта №1 от 26 апреля 2022 года.

Общество с ограниченной ответственностью "Фармико" отказалось исключить дополнительное соглашение о премировании №1 от 12 января 2021 года, акта №1 от 26 апреля 2022 года к договору №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года из числа доказательств.

Суд разъяснил представителям общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи и общества с ограниченной ответственностью "Фармико" уголовно правовые последствия заявления о фальсификации, предусмотренные статьями 303, 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Подписки отобраны.

Суд приступил к проверке заявлений о фальсификации доказательств.

Для проверки заявления о фальсификации общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" заявило о назначении по делу комплексной судебной (почерковедческой и технической) экспертизы, проведение которой предложило поручить АНО "Верхневолжская лаборатория судебных экспертиз", город Тверь.

В судебном заседании 10 июля 2024 года к материалам дела приобщены дополнительные документы.

Обществом с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", г. Москва заявлено о фальсификации обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" доказательств, приобщенных в материалы дела, а именно: протокола осмотра доказательств, составленного нотариусом г. Москвы от 17 апреля 2024 года и заключения специалиста №27 от 27 мая 2024 года.

Заявление мотивировано тем, что ответчиком незаконным путем получены информационные базы данных, внесены в них нужные изменения, недостоверностью и недопустимостью доказательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 39 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.12.2021 г. "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суде первой инстанции" в силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае обращения лица, участвующего в деле, с письменным заявлением о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления, исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу и, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу, проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства (в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры). При этом способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.

В порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

В силу части 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также, если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и приведенными разъяснениями постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации, не принимает к рассмотрению заявление общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", поскольку оно не является заявлением о фальсификации применительно к положениям статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а содержит оценку стороной в споре доказательств, представленных другой стороной, по своей сути данное заявление является правовой позицией третьего лица относительно доказательств по делу.

Общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" также просило вынести частное определение об установлении факта хищения информационных баз данных общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", г. Москва и направить его в адрес Главного следственного управления ГУ МВД России в городе Москве, в производстве которого находится уголовное дело №122024500110000060.

Поскольку факт хищения информационных баз данных и информации с почтовых серверов конкретными физическими лицами может быть установлен только в рамках рассмотрения уголовного дела, оснований для вынесения частного определения не имеется.

Истец в судебном заседании 10 июля 2024 года поддержал ходатайство о назначении в рамках заявления о фальсификации доказательств, принятого арбитражным судом к рассмотрению в судебном заседании 29 мая 2024 года.

В рамках проведения комплексной судебной экспертизы перед экспертами просит поставить следующие вопросы:

1. Кем, ФИО12 или иным лицом, выполнены подписи от имени управляющего индивидуального предпринимателя ООО "ФАРМСКЛАД №1" в дополнительном соглашении о премии № 1 от 11.01.2021 года;

2. Каким способом и (или) с использованием каких технических средств выполнена подпись за индивидуального предпринимателя ООО "ФАРМСКЛАД №1" ФИО12 в дополнительном соглашении о премии № 1 от 11.01.2021 года;

3. Кем, ФИО7 или иным лицом, выполнены подписи от имени генерального директора ООО "ФАРМСКЛАД №1" в акте № 1 от 26 апреля 2022 года о предоставлении премии;

4. Каким способом и (или) с использованием каких технических средств выполнена подпись от имени генерального директора ООО "ФАРМСКЛАД №1" ФИО7 в акте № 1 от 26 апреля 2022 года о предоставлении премии.

Поскольку для рассмотрения вопроса о назначении по делу судебной строительной экспертизы суд должен располагать сведениями о возможности проведения экспертизы, об эксперте (ах) (с указанием фамилии, имени, отчества эксперта, его образовании, специальности, стаже работы и занимаемой должности), о сроке проведения экспертизы, размере вознаграждения эксперту (экспертам), рассмотрение дела в судебном заседании было отложено 30 сентября 2024 года.

Определение суда от 10 июля 2024 года направлено в экспертные организации для целей получения необходимой информации.

В судебном заседании 30 сентября 2024 года ответчиком заявлено об исключении из числа доказательств по делу соглашения о премировании №1 от 12 января 2021 года, акта №1 от 26 апреля 2022 года к договору №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года.

Истец отказался от заявления о фальсификации доказательств по делу в связи с их исключением из числа доказательств.

Отказ принят судом. Производство по заявлению о фальсификации дополнительного соглашения о премировании №1 от 12 января 2021 года, акта №1 от 26 апреля 2022 года прекращено судом.

Рассмотрение дела в судебном заседании неоднократно откладывалось по ходатайству сторон для предоставления дополнительных доказательств.

Определением от 12 декабря 2024 года рассмотрение дела было отложено на 12 февраля 2025 года.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражных судов в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

К дате судебного заседания от ответчика и третьего лица поступили письменные пояснения, приобщенные в материалы дела.

Истец требования поддержал.

Ответчик иск оспорил полностью.

Третье лицо поддержало заявленные исковые требования.

В судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 13 февраля 2025 года 10 час. 30 мин. Информация о перерыве размещена на официальном сайте арбитражных судов в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва рассмотрение дела продолжено при ведении протокола, аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания Вишняковой К.А. Отводов нет.

За время перерыва от ответчика поступили дополнения к письменным пояснениям, приобщенные в материалы дела.

Правовая позиция сторон, третьего лица не изменилась.

Суд завершил исследование доказательств по делу.

Для подготовки сторон к судебным прениям в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании был объявлен перерыв до 27 февраля 2025 года 16 час. 30 мин. Информация о перерыве размещена на официальном сайте арбитражных судов в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва рассмотрение дела продолжено при ведении протокола, аудиозаписи судебного заседания помощником судьи Ужко А.В. Отводов нет.

Состоялись прения сторон, стороны обменялись репликами.

Из материалов дела следует, что общество с ограниченной ответственностью "ФАРМСКЛАД №1" (Поставщик) и общество с ограниченной ответственностью "ФАРМИКО" (Покупатель) заключили договор поставки № ФМ-ФК/1806 от 18.06.2020 г. (далее Договор), по условиям которого Поставщик обязуется поставить Покупателю фармацевтическую продукцию и другую продукцию (далее Товар), а Покупатель обязуется принять и оплатить Товар на условиях и в сроки, предусмотренные Договором,

Наименование, ассортимент и количество Товара, цена за единицу Товара и общая цена Товара, условия оплаты, условия и срок поставки Товара, а также иные условия согласовываются Сторонами в Спецификациях, составляемых и подписываемых Сторонами на каждую партию Товара и являющихся неотъемлемой частью Договора в порядке, предусмотренном Договором.

Поставщик подтверждает, что Товар, поставленный по настоящему Договору, является его собственностью, свободен от прав и претензий третьих лиц. Поставка Товара по Договору и его дальнейшая продажа не нарушает права третьих лиц.

Поставка Товара осуществляется партиями на основании подписанной Сторонами Спецификации.

Под партией Товара понимается Товар, отгружаемый по одной товарной накладной ф. ТОРГ-12 или УПД.

Спецификация оформляется в соответствии с предварительном заявкой Покупателя и прайс-листом Поставщика при наличии возможности поставить заказываемый Товар в полном объеме и в соответствии с запрашиваемыми условиями.

Стороны подтверждают и гарантируют, что любое лицо, подписавшее заявку от имени Стороны, имеет необходимые полномочия делать и принимать заявки, а также изменять их в рамках Договора. Заявки, переданные в отсканированном виде, посредством электронной почты, признаются Сторонами имеющими силу оригинала документа, составленного в простой письменной форме.

Доставка Товара, если иное не согласовано Сторонами в Спецификации (товарной накладной ф. ТОРГ-12 (или УПД), счете), может осуществляться:

а) путем выборки Товара (самовывоз со склада Поставщика).

Обязательство по поставке Товара признается исполненным на дату его передачи представителю Покупателя или транспортной организации, назначенной Покупателем, и подписания товарных накладных или УПД;

б) путем доставки Товара Поставщиком на склад Покупателя, либо иному лицу, указанному Покупателем, автомобильным транспортом.

Обязательство по поставке Товара признается исполненным на дату передачи Товара на складе Покупателя или лицу, указанному им, и подписания товарных накладных или УПД.

Покупатель обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие Товара. Покупатель обязан соблюдать при приемке правила, обеспечивающие сохранность Товара (температурный, световой режим и пр.).

Приемка Товара Покупателем производится:

по количеству - путем сличения фактически поступившего Товара с данными, указанными в товаросопроводительных документах (товарная накладная или УПД, товарно-транспортная накладная),

по качеству - в соответствии с документами о качестве Товара.

Выборочная (частичная) проверка количества Товара с распространением результатов проверки какой-либо части Товара на всю партию не допускается.

Приемка Товара по количеству товарных (грузовых) мест осуществляется Покупателем в момент поставки:

на складе Поставщика - при доставке Товара на условиях подпункта а) пункта 2.6 Договора,

на складе Покупателя - при доставке Товара на условиях подпунктов б) и в) пункта 2.6 Договора.

Уполномоченный представитель Покупателя или перевозчик, осуществляющие приемку Товара, подписывают товарную накладную, УПД или иной товаросопроводительный документ и передают Поставщику доверенность на получение Товара.

Товар подлежит оплате по цене, согласованной Сторонами в Спецификации.

Цена на Товар включает в себя НДС, стоимость тары, упаковки, маркировки и доставки Товара на склад Покупателя, если иное не согласовано сторонами, а также стоимость доставки.

Цена единицы Товара, указанная в Спецификации к Договору, а также общая стоимость Товара, оплаченная предварительно, не подлежит изменению без письменного согласования Сторон.

Оплата Товара производится на условиях, согласованных Сторонами в Спецификации.

В случае, когда условия оплаты Товара Сторонами в Спецификации не определены, оплата Товара производится путем предварительной оплаты в размере 100% от стоимости партии Товара.

Счет Поставщика на оплату партии Товара должен быть оплачен Покупателем в течение 3 рабочих дней с даты, указанной в счете. В случае отсутствия оплаты в указанный срок счет может быть аннулирован.

За нарушение сроков оплаты Товара, Поставщик вправе требовать от Покупателя уплаты неустойки в размере 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10% от неуплаченной суммы.

За нарушение сроков поставки оплаченного Товара, Покупатель вправе требовать от Поставщика уплаты неустойки в размере 0,1% от стоимости не поставленного в срок Товара за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости не поставленного в срок Товара.

Все споры решаются путем двухсторонних переговоров, с обязательным соблюдением досудебного, претензионного порядка урегулирования таких споров.

Претензии по качеству и количеству Товара, об уплате неустойки предъявляются в порядке и сроки, установленные в Договоре, в остальных случаях претензии предъявляются в течение 5 рабочих дней с момента обнаружения.

Сторона, получившая претензию, обязана рассмотреть ее в течение 14 рабочих дней.

Не урегулированные Сторонами споры подлежат рассмотрению в арбитражном суде в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Договор действует в течении календарного года и вступает в силу с даты, указанной на первом листе Договора.

Если ни одна из Сторон, не позднее, чем за 30 календарных дней до окончания срока действия Договора не заявила о своем желании расторгнуть Договор, он считается продленным на новый календарный год.

Договор может быть досрочно расторгнут по соглашению Сторон, либо по требованию одной из Сторон в порядке и по основаниям, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации, с обязательным извещением заинтересованной стороны за 14 рабочих дней до предполагаемой даты расторжения Договора.

За период с момента заключения Договора по 26 мая 2022 года Поставщиком в адрес Покупателя был поставлен Товар в виде лекарственных препаратов на общую сумму 407 966 092-49 рублей.

По данным истца, ответчик оплатил часть поставленного Товара на сумму в размере 331 518 053-55 рублей, оставшаяся часть поставленного Товара на сумму 76 448 038-94 рублей не была оплачена.

Истцом 06 декабря 2022 года в адрес ответчика направлялось досудебное требование о погашении задолженности и уплате неустойки за исх. №211.

Поскольку в досудебном порядке спор урегулирован не был, истец обратился в арбитражный суд за защитой нарушенного права.

Изучив материалы дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлена обязанность лиц, участвующих в деле, доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Указанная норма закона содержит перечень юридических фактов, с которыми связано возникновение гражданских прав и обязанностей, как по воле субъекта гражданского права, так и помимо его воли.

В силу статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, предусмотренных в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Требования истца основаны на ненадлежащем исполнении ответчиком обязательств, возникающих из договора от 18 июня 2020 года № ФМ-ФК/1806, который по своей правовой природе является договором поставки, условия договора соответствуют требованиям, предъявляемым главой 40 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 506 и 516 Гражданского кодекса Российской Федерации поставщик обязуется передать в обусловленный срок производимые или закупаемые им товары покупателю, а покупатель - оплатить поставляемые товары в порядке, предусмотренном в договоре поставки.

На основании статьи 510 Гражданского кодекса Российской Федерации договором поставки может быть предусмотрено получение товаров покупателем (получателем) в месте нахождения поставщика (выборка товаров). Если срок выборки не предусмотрен договором, выборка товаров покупателем (получателем) должна производиться в разумный срок после получения уведомления поставщика о готовности товаров

Пунктом 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к договору поставки применяются положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 названного Кодекса.

В силу пункту 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара.

Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. Товар не признается готовым к передаче, если он не идентифицирован для целей договора путем маркировки или иным образом.

Факт поставки истцом товара в пользу ответчика и наличие задолженности в заявленном размере подтверждается представленной в материалы дела совокупностью доказательств, в том числе универсальными передаточными документами, содержащими печать и подпись лица, получившего товар, данными ООО «Оператор-ЦРПТ».

Доводы и возражения ответчика, влияющие на возможность отказа в удовлетворении исковых требований полностью или в части подлежат отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как "разумная степень достоверности" или "баланс вероятностей" (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 г. № 305-ЭС16-18600(5-8)).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (как и для их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, нескомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора. По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника.

Тесная экономическая связь позволяет аффилированным лицам внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что их процессуальный оппонент в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, основанных на договорных связях аффилированных лиц, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности (реальности) соответствующих хозяйственных операций (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 г. № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 г. № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 г. № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 г. № 305-ЭС18-3533, от 11.02.2019 г. № 305-ЭС18-17063(3), № 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 г. № 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 г. № 305-ЭС18-25788(2)), когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Степень совпадения обстоятельств, выясненных судом в результате подобного скрупулезного анализа, с обстоятельствами, положенными утверждающим лицом (аффилированным кредитором) в основание притязаний, для вывода об их обоснованности должна быть крайне высока, а само совпадение отчетливо.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемые сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 г. № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 г. № 306-ЭС16-17647(7), от 28.04.2017 г. № 305-ЭС16-19572, от 25.05.2017 г. № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 г. № 306-ЭС16-20056(6)).

По пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Первичные учетные документы, подтверждающие сделку, принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных (типовых) форм первичной учетной документации, а по документам, форма которых не предусмотрена в этих альбомах и утверждаемым организацией, должны содержать обязательные реквизиты. Требования, предъявляемые к оформлению первичных документов, носят императивный характер.

Надлежащими и достаточными доказательствами приема-передачи товара являются документы первичного бухгалтерского учета, которыми подтверждается хозяйственная операция по передаче товарно-материальных ценностей, в частности, универсальные передаточные документы, оформленные в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Универсальные передаточные документы, представленные истцом в подтверждение факта поставки товара, являются надлежащими прямыми доказательствами поставки товара, отвечают требованиям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержат все необходимые реквизиты (номер и дата договора поставки, наименование, количество, цена передаваемой продукции, подписи должностных лиц поставщика и покупателя, оттиски печатей поставщика и покупателя либо сведения о подписании документа в электронном виде, дата составления и номер документа, адреса торговых точек ответчика (адреса доставки товара) и являются первичными учетными бухгалтерскими документами, применяемые для оформления продажи (отпуска) товарно-материальных ценностей.

Само по себе отсутствие в универсальных передаточных документах отдельных реквизитов не может являться основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании задолженности, так как обязанность покупателя по оплате закон связывает с фактом получения им товара, а не с полным соответствием составленной и подписанной сторонами товарной накладной, указанным унифицированным формам.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации полномочия подписывающего лица также могут явствовать из обстановки, в которой действует представитель (грузополучатель).

Покупатель товара, действуя добросовестно в сфере предпринимательской деятельности, обязан принять меры к получению товара надлежащими полномочными лицами и к недопущению использования его печати неуполномоченными лицами. Приняв товар с проставлением отметки о его получении в товарно-транспортных накладных, ответчик не может ссылаться как на отсутствие у него оригиналов документов, так и на отсутствие у него обязанности по оплате фактически принятого товара.

В пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 г. № 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Аналогичные разъяснения приведены в абзаце втором пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при этом в абзаце четвертом этого же пункта указано, что равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие с ним трудовых или гражданско-правовых отношений, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, об утере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 г. № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 г. № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 г. № 307-ЭС15-9787).

По своей правовой сути проставление печати юридического лица преследует цель дополнительного удостоверения подлинности документа (пункт 5.24 ГОСТ Р 7.0.97-2016. Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов, утвержденного Приказом Росстандарта от 08.12.2016 г. № 2004-ст).

Юридические лица несут ответственность за использование собственной печати и, как следствие, риск за ее неправомерное использование другими лицами.

В силу пункта 3 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик (в том числе являющийся налоговым агентом) обязан составить счет-фактуру, вести книги покупок и книги продаж. Приказом ФНС России от 29.10.2014 г. № ММВ-7-3/558@ утверждена форма налоговой декларации по НДС. В соответствии с пунктом 5.1 статьи 174 Налогового кодекса Российской Федерации в налоговую декларацию включаются сведения, указанные в книге покупок и книге продаж налогоплательщика УПД со статусом "1" подлежат регистрации в книге покупок и книге продаж (пункты 1,2 Правил ведения книги покупок, пункты 1,3 Правил ведения книги продаж, Приложение № 5 к письму ФНС России от 21.10.2013 г. № ММВ-20-3/96@).

Действия ответчика по отражению в документах своей бухгалтерской и налоговой отчетности спорных операций свидетельствуют о подтверждении ответчиком факта получения товара, а предоставленные налоговыми органами на судебный запрос книги покупок ответчика и книги продаж истца являются доказательствами факта поставки товара (Определение Верховного Суда РФ от 8 ноября 2021 г. № 308-ЭС21-20305 по делу № А32-41497/2018).

Федеральный закон от 12 апреля 2010 года № 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств" обязывает маркировать лекарства средствами идентификации (используется национальная система цифровой маркировки "Честный знак", с 01 июля 2020 года маркировка всех лекарственных средств обязательна), а участников оборота отчитываться в систему Мониторинга движения лекарственных препаратов (МДЛП) обо всех операциях с маркированными лекарствами. Оператором информационная система мониторинга движения лекарственных препаратов является Центр развития перспективных технологий.

При этом необходимо иметь в виду, что Система МДЛП не включала товар, который был введен в оборот до 01 июля 2020 года, а также через систему МДЛП не проходили не подлежащие маркировке товары: медицинские изделия, сырье, расходные материалы, т.е. то, что не относится к лекарственным препаратам.

Реализация истцом в адрес ответчика лекарственных препаратов подтверждена обществом с ограниченной ответственностью "Оператор-ЦРПТ", что является подтверждением факта поставки товара (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 1 сентября 2022 г. № 09АП-54870/22 по делу № А40-235781/2021, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 9 июля 2021 г. № 09АП-38821/21 по делу № А40-23940/2021).

В указанной связи суд критически оценивает доводы ответчика, что товарные накладные подписывались неуполномоченным лицом, учитывая, что часть товарных накладных ответчиком не оспорена, производилась частичная оплата принятого товара, в первичных передаточных документах имеется печать ответчика. Принимая во внимание сформировавшийся между сторонами Договора порядок оформления универсальных передаточных документов, суд находит его соответствующим обычаям делового оборота и сложившейся практики товарообмена между контрагентами.

Таким образом, поставка товара, безотносительно наличия соответствующего договора поставки, носила реальный характер.

Применительно к доводам о наличии встречного требования в виде не предоставленной премии в сумме 70 000 000 рублей на основании дополнительного соглашения к Договору, суд учитывает, что в судебном заседании 30 сентября 2024 года ответчиком заявлено об исключении из числа доказательств по делу соглашения о премировании №1 от 12 января 2021 года, акта №1 от 26 апреля 2022 года к договору №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года. Указанные доказательства были исключены из материалов дела.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 г. № 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" (далее - Постановление № 6), по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете.

Согласно пункту 19 Постановления № 6 обязательства могут быть прекращены зачетом после предъявления иска по одному из требований. В этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете как во встречном иске (статья 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом (часть 1 статьи 64, 65, часть 7 статьи 71, часть 1 статьи 168, части 3, 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом. Зачет как способ прекращения обязательства является односторонней сделкой. Для зачета достаточно заявления одной стороны (пункт 2 статьи 154, статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Вместе с тем, факт наличия задолженности истца перед ответчиком по иному договору поставки на момент рассмотрения настоящего дела подлежит оценке в рамках дела №А41-36341/2024, следовательно, основания для проведения зачета у суда отсутствуют.

Согласно правовой позиции истца и третьего лица, с которой суд считает возможным согласиться, общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" является оптовым поставщиком лекарственных препаратов. Поставка препаратов производилась через дистрибьюторскую сеть, а также непосредственно в государственные лечебные и аптечные учреждения.

Согласно анализу, произведенному аудиторами за период 2020 - 2022 гг., общая сумма реализации третьим лицом составила 9 196 666 269-84 рублей, в том числе поставки в рамках госконтрактов - 1 036 598 945-88 рублей, т.е. только 11,27% от общего оборота. Объем поставок через дистрибьюторскую сеть составил 88,73%.

Дистрибуция - это процесс движения продукции от производителя к клиентам. Компания продает товары своими силами или с помощью посредников - других организаций. Дистрибьюторские компании - это промежуточное звено между производителем продукции и конечным ее потребителем.

В Российской Федерации отсутствует правовой акт, регулирующий осуществление дистрибуции лекарств. Однако на уровне ЕАЭС Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 03.11.2016 г. № 80 утверждены Правила надлежащей дистрибьюторской практики в рамках Евразийского экономического союза

Этими правилами в качестве мер минимизации рисков неправильного оборота лекарственных препаратов выделяется контролируемая система дистрибьюции, которая относится к видам мер, направленных на обеспечение отслеживания всех этапов транспортирования лекарственного препарата до места назначения.

На практике система дистрибуции включает плотное взаимодействие с каждым дистрибьютером: определение достаточности складских запасов, оперативная поставка, если дистрибьютор выиграл государственный аукцион, предоставление товарных кредитов (т.е. отсрочки платежа за поставленный товар).

Общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" реализовывало почти 89% своего товара через дистрибьюторскую сеть, минимально участвуя в торгах для заключения государственных контрактов. В дистрибьюторскую сеть входили, в том числе, общество с ограниченной ответственностью "Фармико", общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", общество с ограниченной ответственностью "Корпус Сибро", общество с ограниченной ответственностью "Дэос-Фарм", общество с ограниченной ответственностью "Пульс", общество с ограниченной ответственностью "Фарминвестгрупп". Взаимоотношения с дистрибьюторами строились на основании заключенных рамочных договоров поставки.

Продажи через дистрибьюторскую сеть для крупных поставщиков более прибыльны и менее затратны, поскольку дистрибьюторы берут на себя организацию продаж, логистику и доставку.

Удобство созданной дистрибьюторской сети заключалось также в том, что складские помещения размещались в непосредственной близости - в <...>. Каждый из дистрибьюторов имел склад на этой территории, в т.ч. и общество с ограниченной ответственностью "Фармико" - дополнительно к складу, расположенному в г. Тверь.

В Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 21 декабря 2018 г. № 47-П отражено, что участие в группе компаний, взаимозависимость, аффилированность, подчиненность по каким-либо гражданско-правовым основаниям:

- представляет собой распространенное правовое состояние (экономическое правоотношение), а его правовое определение и оформление являются предпосылкой налогового регулирования и контроля;

- сопутствует установлению устойчивых хозяйственных связей, кооперации и сокращению издержек, специализации и распределению экономических ролей и управленческих функций среди участников рынка, таких как производители, дилеры, лицензиаты и т.п.

- названные экономико-правовые отношения, процедуры и связанные с ними институты (правообразования) относятся к необходимым средствам поддержания правопорядка в гражданском обороте, обеспечения достоверности публичных реестров, защиты конкуренции и борьбы с экономическими злоупотреблениями на рынке;

- к правонарушению не относятся.

Относительно довода ответчика о том, что договор поставки является мнимой сделкой (ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), как правило направленной на создание искусственной задолженности, характерной особенностью которой является то, что стороны правильно оформляют все документы, однако не намерены реально создать для себя правовые последствия, дополнительно в предмет доказывания входят следующие обстоятельства:

- экономическая обоснованность и целесообразность заключения договора поставки;

- наличие (отсутствие) возможности отгружать товар, а также получать его в заявленном объеме;

- обстоятельства перевозки груза от поставщика к покупателю;

- исследование цепочки производственных (закупочных) связей поставщика с третьими лицами.

Ответчик заявляет о мнимости договора поставки между истцом и ответчиком, как заключенного между аффилированными лицами внутри группы компаний общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", не имеющего иной цели, кроме транзита денежных средств внутри аффилированной группы лиц.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 г. № 308-ЭС18-2197).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Отклоняя доводы о мнимости договора поставки, суд исходит из следующей совокупности обстоятельств и связанной с ней общностью норм права.

В рамках рассмотрения дела №А40-150326/2022 судами были установлены обстоятельства о наличии фиктивного документооборота между участниками сделки, что свидетельствовало о нереальности взаимоотношений общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" и ТОО "Айерол-Фарм" и отсутствии реальности хозяйственных операций.

Указанные обстоятельства способствовали принятию единственным участником общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" ФИО8 решения об отстранении коммерческого директора ФИО13 от управления коммерческой деятельностью Общества и замены генерального директора ФИО14

Суд при этом обращает внимание третьего лица, что наличие каких-либо незаконных схем продажи лекарственных средств между участниками группы компаний, в части доводов о выводе денежных средств, подлежит оценке в рамках уголовного дела.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 г. № 308-ЭС16-1475, факт общности экономических интересов имеет место не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 22.03.1991 г. № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В настоящем деле суд учитывает отсутствие доказательств фактического контроля деятельности общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад №1" со стороны ФИО13 и ФИО14 и наличие уголовного дела в отношении данных лиц, а также ФИО6 применительно к правовой позиции, сформированной, в частности, Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14 февраля 2018 г. № Ф07-16353/17 по делу № А56-53967/2015, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12 января 2018 г. № Ф05-20317/17 по делу № А40-66704/2017, согласно которой при разрешении спора по имущественным требованиям, вытекающим из договора, в связи с обстоятельствами заключения которого возбуждено уголовное дело о мошенничестве, арбитражный суд вправе рассматривать постановление о возбуждении уголовного дела как служащее основанием гражданско-правовой презумпции совершения соответствующим лицом мошенничества и неисполнения договорных обязательств.

В соответствии с заявлениями ответчика внутри группы компаний общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" товар не передавался, а оставался на складе ООО "Орбис Фарм", соответственно оспаривается цепочка сделок: общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" - общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" - общество с ограниченной ответственностью "Фармико" - общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", поскольку именно такой замкнутый круг сделки мог позволить транзит денежных средств внутри группы компаний.

Суд применительно к представленным товарным накладным независимо от других выводов относительно оценки движения товаров обращает внимание ответчика на то, что часть товара приобреталась истцом не у третьего лица, либо спорный товар по части товарных накладных был реализован ответчиком иным третьим лицам или государственным заказчикам.

Согласно правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в пункте 12 Обзора судебной практики ВС РФ за 4 квартал 2020 года, существование корпоративной структуры (группы компаний) является законным и не может рассматриваться как злоупотребление правом до тех пор, пока организованная таким образом деятельность не начинает приносить вред кредиторам организаций, которые входят в состав этой корпоративной структуры (группы компаний). С момента, когда нахождение должника в составе такой группы компаний начинает приносить вред его кредитору, который не входит в состав этой группы компаний, деятельность такой корпоративной структуры приобретает недобросовестный характер, а соответствующие сделки могут быть оспорены независимым кредитором (в том числе и по причине их экономической необоснованности) в рамках законодательства о банкротстве (например, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 декабря 2023 г. № 13АП-29271/23 по делу № А56-1592/2023).

Таким образом, наличие Группы компаний в виде дистрибьюторской сети не является основанием для признания сделок между истцом и ответчиком недействительными.

По общему правилу при оспаривании цепочки последовательных сделок следует установить следующие обстоятельства: определить цепочку последовательных спорных сделок; доказать аффилированность участников спорных сделок; доказать противоправность спорных сделок; доказать наличие конечной, противоправной цели спорных сделок (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 1 декабря 2020 г. № 09АП-55719/20 по делу № А40-244721/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 2 октября 2024 г. № Ф05-20787/24 по делу № А41-19601/2023 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 4 апреля 2023 г. № Ф05-5874/23 по делу № А41-101721/2018).

В предмет доказывания по заявленным возражениям о мнимости сделки входит также порочность воли сторон сделки, которые не желают и не имеют в виду наступление последствий, свойственных содержанию сделки, несоответствие волеизъявления сторон их воле.

Ответчиком представлено заключение №27 от 27 апреля 2024 года специалиста ФИО15

Согласно заключению специалиста определены сделки, совершенные обществом с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", обществом с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" и обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" в убыток, сделки по многократной продаже одних и тех же товаров, а также убыток общества с ограниченной ответственностью "Фармико" от совершенных сделок.

Суд в данном случае критически оценивает представленное доказательство и принимает во внимание, что сама по себе электронная база "1С Бухгалтерия" является специализированным программным обеспечением, позволяющим автоматизировать ряд процессов бухгалтерского учета. Следовательно, внесение либо удаление из базы данных 1С "Бухгалтерия 8.3" тех или иных записей находится в ведении лица, у которого к базе есть доступ (Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 30 января 2024 г. № 21АП-4350/22 по делу № А83-24328/2021).

Кроме того, в представленной в материалы дела рецензии на заключение специалиста № 27 от 27.05.2024 г. отражено, в частности, следующее:

- исследование проведено не всесторонне и не в полном объеме;

- ФИО15 были проведены исследования объектов, которые не отвечают требованиям допустимости, поскольку не содержат информацию, достаточную для ответов на вопросы, соответственно выводы эксперта недостоверны;

- ФИО15 нарушена методика проведения расчетов, нарушен Закон о бухгалтерском учете, ПБУ;

- в заключении отсутствует аргументация как экономической целесообразности или нецелесообразности сделок (нарушены сами критерии понятия "экономическая целесообразность"), не установлен факт многократной перепродажи товаров;

- в заключении указаны сделки с третьими лицами, не поименованными в заданных специалисту вопросах и не имеющих отношение к делу;

- документ составлен с многочисленными ошибками (в т.ч. математическими).

Относительно составленного нотариусом г. Москвы ФИО16 протокола осмотра доказательства от 17.04.2024 г. суд учитывает, что акционерное общество МНПК "Авионика" не выдавало нотариусу г. Москвы ФИО16 пропуск в кабинет № 305 по адресу: <...>.

Ссылка на наличие договоров поручительства как доказательство аффилированности участников спора судом отклоняется, поскольку, как указывает Верховный суд Российской Федерации в Определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 1 декабря 2022 г. № 307-ЭС20-9433 (8) по делу № А56-70701/2019, получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота является обычной практикой и само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора.

Заключение договоров поручительства являлось стандартной практикой с точки зрения целесообразности и разумности поведения сторон с целью обеспечения исполнения обязательств группой компаний. Предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Как пояснил свидетель (единственный участник общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм") ФИО8, общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" является оптовым поставщиком лекарственных препаратов. Поставка препаратов производилась через дистрибьюторскую сеть (больший объем продаж), а также непосредственно в государственные лечебные и аптечные учреждения.

Дистрибьюторами являлись как общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", так и общество с ограниченной ответственностью "Фармико". Взаимоотношения с дистрибьюторами строились на основании заключенных рамочных договоров поставки. Объем товара, поставляемого в адрес общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" всегда был достаточно большой.

Действия общества с ограниченной ответственностью "Фармико" по продаже товара обратно в общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" входят в схему вывода и хищения денежных средств общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм", но такие схемы формировались ФИО14, являющимся директором общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" и ФИО6, являющейся руководителем ответчика, на основании близкородственных, а соответственно доверительных отношений под контролем организатора - коммерческого директора общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" ФИО13

Доказательств того, что единственному участнику общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" было известно о продаже обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" обратно в адрес общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" лекарственных препаратов, приобретенных у истца по делу, по завышенной цене, материалы дела не содержат. Данное обстоятельство не подтверждено свидетелем ФИО8

Согласно пояснениям свидетеля ФИО7, являющегося в генеральным директором общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" в рассматриваемый период, общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" связывают с обществом с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" партнерские отношения. В рамках договора поставки, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" и обществом с ограниченной ответственностью "Фармскдад № 1" только за период с января 2021 года по декабрь 2022 года были поставлены лекарственные препараты на сумму 2,27 миллиарда рублей, часть из которых в т.ч. с прибылью была реализована в адрес общества с ограниченной ответственностью "Фармико" по заявкам последнего.

В свою очередь, общество с ограниченной ответственностью "Фармико" являлось одним из контрагентов общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", с которым были взаимные договора поставки.

Общество с ограниченной ответственностью "Фармико" сотрудничало с обществом с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" с 2020 года (контракты на поставку были заключены и исполнялись еще до прихода ФИО7 в общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" в качестве генерального директора).

Сотрудничество было взаимовыгодным, поскольку, после победы в аукционах на поставку, организации могли не получить в нужный для поставки по государственным заказам срок товар, а у другой компании, входящей в состав единой дистрибьюторской сети, этот товар мог быть, поэтому поставки были как от общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" в адрес общества с ограниченной ответственностью "Фармико", так и наоборот.

При любой поставке общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" имело прибыль и продавало товар только с наценкой. Единичные поставки "в ноль", т.е. по цене закупки, были тогда, когда цена на товар была предельной, а компания-партнер просила помощи в поставке очень нужного препарата по отыгранному аукциону.

Вся хозяйственная деятельность велась для получения прибыли, обязательства по договорам исполнялись, для чего общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" имело свой укомплектованный штат специалистов и складские помещения.

Общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" никогда не имело намерений заключать с обществом с ограниченной ответственностью "Фармико" исключительно формальные сделки для вида без намерения их исполнять. Какие-либо незаконные цели при этом не преследовались. Действия контрагента общества с ограниченной ответственностью "Фармико" оценивались как добросовестные (что подтверждается наличием большого годового оборота общества с ограниченной ответственностью "Фармико" и его активной игрой на аукционах с целью заключения государственных контрактов).

Таким образом, суд учитывает, что отсутствие лишь у одной из сторон сделки (в данном случае - общества с ограниченной ответственностью "Фармико") намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 31 июля 2018 г. № 4-КГ18-53).

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, приведенные сторонами доводы относительно мнимости сделки, суд приходит к выводу, что в рамках сформированной группы компаний общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" на момент совершения спорных сделок существовали как добросовестный контрагенты, в частности общество с ограниченной ответственностью "Фармсклад №1", так и фактически аффилированные организации - общество с ограниченной ответственностью "Фармико" и общество с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм".

Применительно к данному обстоятельству, факт реализации товара ответчиком третьему лицу и цель совершения такой реализации не затрагивает договорные отношения между истцом и ответчиком.

В рамках поставки товара по спорному Договору истцом преследовалась реальная цель - получение прибыли. Аффилированность истца и ответчика, в том числе, применительно к наличию уголовного дела, а также представленным по настоящему делу доказательствам своего документального подтверждения не нашла.

Действительность сделки, подтверждается в том числе, последующей частичной оплатой принятой ответчиком продукции, отражением факта купли-продажи товара в книгах покупок и книгах продаж, представленных налоговым органом, а также внесением сведений в системе Мониторинга движения лекарственных препаратов.

В свою очередь, возвращение товара от общества с ограниченной ответственностью "Фармико" в адрес общества с ограниченной ответственностью "Орбис Фарм" представляет собой самостоятельные сделки, совершенные между аффилированными лицами .

Независимо от указанных доводов, суд обращает внимание ответчика, что в силу п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Из представленных документов следует, что товар, полученный от истца, ответчик перепродал, при этом получив прибыль.

Таким образом, ответчик реализовал полученный от истца товар, получил за товар денежные средства, однако расчеты по спорному договору с истцом не произвел.

Бездействие ответчика по перечислению денежных средств истцу свидетельствует о недобросовестности ответчика, в связи, с чем его заявление о недействительности договора не имеет правового значения в силу п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29 июля 2024 г. по делу № А40-91618/2023).

Также суд учитывает следующее.

Первоначальная правовая позиция ответчика была сформирована, исходя из того обстоятельства, что часть товара Покупателем не была получена, а представленные первичные передаточные документы были сфальсифицированы. При этом, поставки по иным накладным ответчик не оспаривал, придавая силу заключенному между сторонами договору поставки.

В дальнейшем, заявляя о необходимости зачета встречных требований по оплате товара, поставленного от ответчика истцу, ответчик заявлял о действительности сведений, отраженных в накладных по отгрузке товара истцу, в том числе в отношении лиц, передавших товар, при этом в качестве оснований для отказа в удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1" заявило об аффилированности истца, ответчика и третьего лица.

Итоговая позиция ответчика, была сформирована исходя из недействительности договора поставки №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года, как мнимой сделки.

С учетом изложенного, к спорным правоотношениям подлежит применению принцип эстоппеля, являющегося одним из проявлений принципа добросовестности (ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и предполагающего недопустимость противоречивого и непоследовательного поведения участника правоотношений, ущемляющего интересы других участников правоотношений.

Главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне (ответчику), действующей переменчиво и непоследовательно, получить преимущества и выгоду, как следствие, своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из содержания упомянутой нормы следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Поэтому статья 10 Гражданского кодекса может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 г. № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в пункте 3 информационного письма № 127, в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Согласно пункту 2 этой же статьи в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом, суд может отказать в защите принадлежащего ему права.

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса.

Применительно к отраженному выше непоследовательному и противоречащему основным началам экономической деятельности организаций поведению ответчика, которое явно направлено на затягивание рассмотрения настоящего спора и уклонение от исполнения своих обязательств по договору поставки, суд полагает возможным применить положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации как основания для удовлетворения требований добросовестной стороны спора.

При указанных обстоятельствах, требование истца о взыскании 76 448 038-94 рублей задолженности по оплате лекарственных препаратов, поставленных в рамках договора №ФМ-ФК/1806 от 18 июня 2020 года, подлежит удовлетворению.

Также истец просил взыскать 7 644 803-90 рублей договорной неустойки.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Под неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5.1. Договора, за нарушение сроков оплаты Товара, Поставщик вправе требовать от Покупателя уплаты неустойки в размере 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10% от неуплаченной суммы.

Расчет неустойки судом проверен, признан арифметически верным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае несоответствия ее последствиями нарушения обязательств, является правом суда, а не его обязанностью. Наличие оснований для снижения суммы неустойки суд проверяет с учетом характера конкретного дела и его обстоятельств.

К выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки арбитражный суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании (пункт 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания для снижения размера неустойки судом при рассмотрении настоящего дела не установлены.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Фармико", г. Тверь, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Фармсклад № 1", г. Мытищи, (ОГРН <***>, ИНН <***>), 76 448 038-94 рублей задолженности, 7 644 803-90 рублей договорной неустойки, всего: 84 092 842-84 рублей, а также 200 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать взыскателю в порядке статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после вступления решения в законную силу.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд город Вологда в течение месяца со дня его принятия.

Судья Н.А. Борцова