УИД № 77RS0034-02-2024-022240-55

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

12 сентября 2025 года адрес

Судья Щербинского районного суда адрес фио, при секретаре Векленко А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2417/2025 по иску адрес в лице конкурсного управляющего – государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к Фу ИО, Фой ИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

истец адрес в лице конкурсного управляющего - государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в суд с иском к ответчикам Фу А.Д., ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, указав в обоснование заявленных требований, что решением Арбитражного суда адрес от 12.12.2016 года по делу А40-200773/2016 адрес признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». По состоянию на 01.06.2024 года в реестр требований кредиторов включено требований на 37,5 сумма прописью, процент удовлетворения требований кредиторов 1,98%. Ф А.Д. занимал в банке следующие должности: заместитель Председателя Правления с 2011 гола до даты отзыва у банка лицензии; член Правления с 2015 года до даты отзыва у банка лицензии. Ф А.Д., как лицо, контролировавшее банк, привлекается к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве банка за действия (бездействия), повлекшие причинение банку ущерба, совершенные в период с 01.09.2014 года по 26.09.2016 года.

Предполагаемый размер субсидиарной ответственности - 37,5 сумма прописью Ф А.Д. подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам банка в связи с принятием им в составе коллегиальных органов управления банка решений, нарушающих требования нормативных актов о банковской деятельности, а также в связи с бездействием при работе в составе указанных органов управления кредитной организацией, что стало причиной банкротства должника. Фу А.Д., как лицу, контролирующему банк, вменяется совершение в период с 01.09.2014 года по 26.09.2016 года дефектных сделок, повлекших наступление объективного банкротства банка.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации, в Определении от 27.11.2023 года № 305-ЭС18-6680 (28-30) по делу №А40-200773/2016, из материалов дела следует, что объективное банкротство банка «ВПБ» (АО) наступило вследствие действий (бездействия) контролирующих его лиц, а именно в результате совершения в период с 01.09.2014 года по 26.09.2016 года следующих действий: формирование неликвидной ссудной задолженности в результате предоставления кредитов организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности (технические заемщики), в том числе аффилированным по отношению к контролирующим банк лицам; вывод ликвидного обеспечения в преддверии возбуждения процедуры банкротства путем расторжения обеспечительных договоров в отношении заведомо невозвратных (технических) кредитов; безвозмездное выбытие ликвидных активов кредитной организации в результате заключения договоров купли-продажи; создание дополнительных обязательств на стороне кредитной организации посредством заключения договоров поручительства за компании, не ведущие реальную хозяйственную деятельность; хищение денежных средств вкладчиков посредством проведения операции но незаконному списанию и получению из кассы банка денежных средств на основании фиктивных расходных кассовых ордеров. Банк уже по состоянию на начало исследуемого периода времени (01.09.2014 года) имел признаки банкротства в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объёме.

Ф А.Д. как лицо, контролировавшее банк, не мог не знать о факте причинения вреда банку его действиями, а следовательно, знал и о возможном взыскании с него убытков за совершение данных действий. Таким образом, банк является кредитором Ффио по требованиям, вытекающим из фактов причинения вреда. Конкурсному управляющему банка в ходе осуществления процедуры конкурсного производства стало известно о совершении ФИО2 действий, направленных на вывод активов не только банка, но и своих собственных в целях избежание обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой и уголовной ответственности за действия (бездействия), совершенные в отношении банка. Так, между ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения следующего недвижимого имущества: земельного участка, площадью 800 кв.м., по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№.

Конкурсный управляющий банком полагает, что указанная сделка соответствует признакам, предусмотренным ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ. Оспариваемая сделка заключена в период, когда лица, контролирующие должника, совершали действия, направленные на причинение вреда банку. Договор дарения по своей природе является безвозмездной сделкой, экономического смысла не имеет и имеются основания полагать, что указанная сделка в действительности опосредовала вывод актива из-под взыскания, в связи с чем ничтожна на основании ст. ст. 10,168 ГК РФ (злоупотребление правом). Сделка, вероятно, была заключена между ближайшими родственниками, на что указывает совпадение фамилии сторон сделки и даты рождения: Ф А.Д., паспортные данные рождения; Фа Г.Н., паспортные данные рождения. Принимая во внимание, что по договору дарения в пользу третьего лица отчуждено недвижимое имущество, то последствием признания оспариваемой сделки недействительной будет возврат в собственность Ффио: земельного участка, площадью 800 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№.

На основании изложенного, истец просит суд признать недействительной сделкой договор дарения, заключённый между ФИО2 и ФИО1 в отношении земельного участка, площадью 800 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность Ффио недвижимого имущества: земельного участка, площадью 800 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№.

Представитель истца адрес в лице конкурсного управляющего - государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» по доверенности фио в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик Ф А.Д. в судебное заседание не явился, извещен судом о времени месте судебного заседания надлежащим образом, обеспечил явку представителя по доверенности фио

Представитель ответчика Ффио по доверенности фио в судебное заседание явилась, с исковыми требование не согласилась, в удовлетворении исковых требований просила отказать, поддержала доводы, изложенные в письменной позиции, согласно которой полагала, что договор дарения от 10.03.2016 года не может быть признан мнимой сделкой, поскольку стороны при заключении указанного договора достигли того результата, который предполагает вид данной сделки. Кроме того, договор дарения заключен до признания банка несостоятельным и до отзыва лицензии. Также пояснила, что Ф А.Д. к субсидиарной ответственности как лицо, контролировавшее банк, в настоящее время не привлечен, в связи с чем у истца отсутствуют основания для обращения в суд с исковым заявлением о признании договоров дарения недействительными. Кроме того, полагала, что истцом пропущен срок исковой давности.

Ответчик Фа Г.Н. в судебное заседание не явилась, извещена судом о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, ходатайств об отложении слушания по делу не заявляла, возражений на иск не представила, уважительность причины неявки в судебное заседание не обосновала.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по адрес в судебное заседание не явился, извещен судом о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, ходатайств об отложении слушания по делу не заявлял.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, изучив доводы иска, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующим выводам.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пунктом 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 указанной статьи).

В пунктах 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намереньем причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иной форме.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к объекта гражданских прав относятся недвижимые вещи (недвижимое имущество, недвижимость): земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В соответствии с п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка), либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п.п. 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Пунктом 1 ст. 213 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам или юридическим лицам.

Согласно п.1, п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на плоды, продукцию, доходы, полученные в результате использования имущества, приобретается по основаниям, предусмотренным статьей 136 настоящего Кодекса. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии со ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п.п. 1-3 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в п. 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (п. 1 ст. 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Из положений ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно п.1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании п. 1 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и п. 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу п. 4-6 ст. 1 Федерального закона Российской Федерации от 13.07.2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости. Государственная регистрация перехода права на объект недвижимости, ограничения права на объект недвижимости, обременения объекта недвижимости или сделки с объектом недвижимости проводится при условии наличия государственной регистрации права на данный объект в Едином государственном реестре недвижимости, если иное не установлено федеральным законом. Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, установленных федеральным законом, государственной регистрации подлежат возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления, ограничения прав и обременения недвижимого имущества, в частности сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда, наем жилого помещения.

Судом установлено и следует из письменных материалов дела, что 10.03.2016 года между ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения жилого дома с земельным участком, согласно условиям которого даритель (Ффио) безвозмездно передает в собственность одаряемому (ФИО1) следующие объекты недвижимого имущества: 1. жилой дом, 2 - этажный, общей площадью 320 кв.м, кадастровый (или условный) номер № №№, расположенный по адресу: адрес, адрес, адрес, уч. 151.

Жилой дом принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора купли - продажи недвижимого имущества от 12.03.2014 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 01.04.2014 года сделана запись регистрации № 77-77-17/040/2014-367, свидетельство о государственной регистрации права серии 77-АР № 507813, выдано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве от 01.04.2014 года; 2. земельный участок общей площадью 800 кв.м; кадастровый (или условный) номер № №; категория земель - земля населенных пунктов, разрешенное использование - для коллективного садоводства, расположенный по адресу: адрес, адрес, адрес, адрес, уч. 151; земельный участок принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора купли - продажи недвижимого имущества от 12.03.2014 года, о чем в Едином государственной реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 01.04.2014 года сделана запись регистрации № 77-77-17/039/2014-592, свидетельство о государственной регистрации права серии 77-АР № 507817, выдано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве от 01.04.2014 года.

Даритель и одаряемый являются близкими родственниками: Ф А.Д. является сыном ФИО1 Даритель гарантирует, что до подписания настоящего договора объекты никому не проданы, не заложены, в споре, под арестом и запретом отчуждения не состоят и свободны от любых прав третьих лиц.

Объекты передаются дарителем одаряемому в срок не позднее 25.05.2016 года путем подписания сторонами акта приема-передачи жилого дома и земельного участка (приложение № 1 к настоящему договору). Переход права собственности на объекты от дарителя к одаряемому подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д. 64-67 том 2, л.д. 113-116 том 2).

10.03.2016 года между ФИО1 и ФИО2 подписан акт приема – передачи объектов недвижимости: земельного участка, площадью 800 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м., по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№ (л.д. 68 том 2, л.д. 117 том 2).

Согласно выписке ЕГРН от 01.08.2024 года, от 07.02.2025 года Фа Г.Н. является собственником жилого дома с кадастровым номером № №№, расположенного по адресу: адрес, вн.тер.г. адрес, адрес, общей площадью 320 кв.м, о чем в ЕГРН внесена запись о регистрации права собственности № 77-77/017-77/006/240/216-1559/2 от 06.06.2016 года (л.д. 42-47 том 1, л.д. 138-139 том 2).

Согласно выписке из ЕГРН от 31.07.2024 года, от 07.02.2025 года Фа Г.Н. является собственником земельного участка с кадастровым номером № №, общей площадью 800 кв.м, расположенного по адресу: адрес, вн.тер.г. адрес, адрес, о чем в ЕГРН внесена запись о регистрации права собственности № 77-77/017-77/006/244/2016-155/2 от 06.06.2016 года (л.д. 20-38 том 1, л.д. 140-149 том 2).

Согласно письменной позиции стороны истца усматривается, что решением Арбитражного суда адрес от 12.12.2016 года по делу А40-200773/2016 адрес признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». По состоянию на 01.06.2024 года в реестр требований кредиторов включено требований на 37,5 сумма прописью, процент удовлетворения требований кредиторов 1,98%. Ф А.Д. занимал в банке следующие должности: заместитель Председателя Правления с 2011 года до даты отзыва у банка лицензии; член Правления с 2015 года до даты отзыва у банка лицензии. Ф А.Д., как лицо, контролировавшее банк, привлекается к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве банка за действия (бездействия), повлекшие причинение банку ущерба, совершенные в период с 01.09.2014 года по 26.09.2016 года.

Предполагаемый размер субсидиарной ответственности - 37,5 сумма прописью, между тем ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения следующего недвижимого имущества: земельного участка, площадью 800 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №; жилого дома, площадью 320 кв.м, по адресу: адрес, адрес, адрес, кадастровый номер № №№.

Конкурсный управляющий банком полагает, что указанная сделка соответствует признакам, предусмотренным ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ. Оспариваемая сделка заключена в период, когда лица, контролирующие должника, совершали действия, направленные на причинение вреда банку. Договор дарения по своей природе является безвозмездной сделкой, экономического смысла не имеет и имеются основания полагать, что указанная сделка в действительности опосредовала вывод актива из-под взыскания, в связи с чем ничтожна на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ (злоупотребление правом).

Определением Арбитражного суда адрес от 18.05.2022 года к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечены фио и фио, производство по заявлению в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2022 года определение суда первой инстанции отменено в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника фио, Ффио, фио, фио и фио В отмененной части судом апелляционной инстанции принят новый судебный акт об удовлетворении предъявленных требований и приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности привлеченных лиц до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда адрес от 05.04.2023 года постановление суда апелляционной инстанции отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности фио, Ффио, фио, фио и фиоJI. В отмененной части оставлено в силе определение суда первой инстанции. В остальной части определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставлены без изменения.

Определением судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 27.11.2023 года определение Арбитражного суда адрес от 18.05.2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2022 года и постановление Арбитражного суда адрес от 05.04.2023 года по делу А40-200773/2016 в обжалуемой части вопроса о субсидиарной ответственности фио, Ффио, фио, фио, фио, фио, фио отменено, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд адрес (л.д. 48-71 том 1).

Согласно письменной позиции стороны ответчика Ффио усматривается, что лицензия на осуществление банковских операций у кредитной организации адрес (адрес) отозвана Приказом Банка России от 26.09.2016 года № ОД-3258 (через пол года после заключения договора дарения от 10.03.2016 года); решение Арбитражного суда адрес от 12.12.2016 года адрес признан несостоятельным (банкротом) - через 9 месяцев после заключения договора дарения от 10.03.2016 года; 16.09.2019 года в Арбитражный суд адрес поступило заявление о привлечении контролирующих банк лиц к субсидиарной ответственности по делу № А40-200773/2016 - через 3,5 года после заключения договора дарения от 10.03.2016 года. Таким образом, очевидно, что сделка, совершенная задолго до отзыва лицензии, до признания банка банкротом, до подачи в отношении Ффио заявления о привлечении к ответственности, подтверждает отсутствие правового основания заявленного к Фу А.Д. и Ффио требования.

Кроме того, стороной ответчика Ффио заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

На основании ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно позиции стороны истца усматривается, что конкурсному управляющему банка в ходе осуществления процедуры конкурсного производства на основании запроса от 31.07.2024 года, поступившего на рассмотрение 01.08.2024 года в Филиал публично-правовой компании «Роскадасгр» по Москве, стало известно о совершении ФИО2 действий, направленных на вывод активов не только банка, но и своих собственных в целях избежания обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой и уголовной ответственности за действия (бездействия), совершенные в отношении банка. Ввиду того, что вследствие злоупотребления правом ФИО2, выразившегося в отчуждении объекта недвижимого имущества, нарушены законные интересы банка, как кредитора, добросовестно рассчитывающего обратить взыскание на указанное недвижимое имущество по результатам привлечения Ффио к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков и субсидиарной ответственности, истец полагает, что срок в указанном споре исковой давности следует считать со дня, когда банк узнал об исполнении сделки. Между тем, указанные сведения банком были получены из приложенных к исковому заявлению выписок из ЕГРН от 01.08.2024 года. Следовательно, срок исковой давности следует считать с 01.08.2024 года.

Из материалов дела следует, что с иском в суд адрес в лице конкурсного управляющего - государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилось согласно штампу на конверте отправителя 30.08.2024 года, выписка из ЕГРН получена 31.07.2024 года, то есть исковое заявление подано в пределах срока исковой давности.

Таким образом, доводы стороны ответчика Ффио о пропуске срока исковой давности не состоятельны.

В силу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, закрепленных в постановлении от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника, заключить договоры купли продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество, не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной, на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ (п. 86).

По смыслу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (Постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 07.02.2012 года № 11746/11).

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. Мнимость сделки вызвана расхождением воли и волеизъявления, объектом мнимой сделки являются правоотношения, которых стороны стремятся избежать, целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей.

Разрешая требования истца, суд приходит к выводу, что предусмотренных законом оснований для удовлетворения требований адрес в лице конкурсного управляющего - государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», не имеется.

Суду в нарушение норм ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, что договор дарения от 10.03.2016 года является мнимой сделкой.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь приведенными выше положениями закона, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований, поскольку исходит из того, что истцом не представлено относимых, допустимых и достаточных доказательств того, что договор дарения от 10.03.2016 года совершен формально для вида и что Ф А.Д. и Ффио при его заключении преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться сторонами, и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен быть получен при заключении данной сделки.

Напротив, проанализировав пояснения участников процесса, материалы дела, суд приходит к выводу о том, что действия сторон сделки соответствовали требованиям ст. 572 ГК РФ о договоре дарения, стороны договора имели и реализовали намерения создать законные последствия своих действий - передать и получить в собственность безвозмездно недвижимое имущество, договор дарения заключен сторонами в надлежащей письменной форме, содержит все существенные условия, не противоречащие действующему законодательству, договор подписан лично дарителем и одаряемым, намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно. Переход титула собственника от дарителя к одаряемому на основании заключенного сторонами договора дарения, оформлен в соответствии с требованиями закона, и породил соответствующие правовые последствия характерные для данного вида сделок.

10.03.2016 года между ФИО2 и ФИО1 подписан акт приема-передачи объектов недвижимости; за ФИО1 зарегистрировано право собственности на объекты недвижимости в установленном законом порядке.

Доказательств, которые бы свидетельствовали о наличии предусмотренных п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ оснований для признания сделки дарения недействительной, что оспариваемая сделка является мнимой в силу того, что Ф А.Д. не имел намерения передать ФИО1 недвижимое имущество, что договор дарения заключен с целью причинения имущественного вреда адрес, стороной истца не предоставлено. Между ФИО2 и ФИО1 согласованы все существенные условия договора, и волеизъявление сторон было направлено именно на осуществление передачи указанного в договоре недвижимого имущества от дарителя к одаряемому, перехода права собственности данного имущества, действия сторон, совершенные при заключении сделки, свидетельствуют об их намерении совершить именно сделку по дарению спорного имущества, и не подтверждают иных намерений.

Суд также учитывает, что в момент заключения указанного договора дарения, Ф А.Д. не являлся, и в момент принятия судом решения не является должником по исполнительному производству, не имеется вступившего в законную силу решения суда о привлечении Ффио к ответственности, у Ффио в момент заключения оспариваемого договора, не имелось неисполненных денежных обязательств.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований полагать, что, совершая сделку 10.03.2016 года, ее стороны действовали с нарушением пределов, установленных ст. 10 ГК РФ, учитывая презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений, установленную п. 5 указанной статьи, не имеется, в связи с чем требования о признании договора дарения от 10.03.2016 года недействительным, удовлетворению не подлежат.

Доводы истца о том, что договор дарения заключен между ближайшими родственниками, на что указывает совпадение фамилии сторон сделки и даты рождения: Ф А.Д., паспортные данные г.р. (сын); Фа Г.Н., паспортные данные г.р. (мать) исключительно с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания, выразившимся в отчуждении спорного имущества, не могут быть приняты судом в качестве указанных доказательств, поскольку истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, бесспорно указывающих на причинную связь между совершенной сделкой по договору дарения и нарушенными интересами банка, как кредитора, пострадавшего от действий (бездействий) указанного лица и намеренного удовлетворить свои требования за счет обращения взыскания на спорное имущество.

При таких обстоятельствах, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд не находит предусмотренных законом оснований для удовлетворения требований истца, и приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований адрес в лице конкурсного управляющего – государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к Фу ИО, Фой ИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Щербинский районный суд адрес путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 30 декабря 2025 года.

Судья А.С. Пучкова