Решение по делу № 3А-31/2025 от 30.04.2025 - о признании нормативных правовых актов недействующими в части.

Дело (УИД) № 18OS0000-01-2024-000368-56

Производство №3а-31/2025 (3а-357/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 апреля 2025 года город Ижевск

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Малкова К.Ю.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой Д.Д.,

с участием:

прокурора Бузанаковой Е.Б.,

представителя административного истца ФИО1,

представителя административного ответчика Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 о признании нормативных правовых актов недействующими в части,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее по тексту – ИП ФИО3, административный истец) обратился в Верховный Суд Удмуртской Республики с административным исковым заявлением, которым просит признать недействующими со дня принятия:

- пункты 8225 и 8233 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года № 555 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год»;

- пункты 8083 и 8091 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 13 ноября 2023 года № 734 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год».

Административное исковое заявление мотивировано тем, что административный истец является собственником нежилого помещения с кадастровым номером №, площадью 623,5 кв.м., литера А, этаж 1,2, номера на поэтажном плане 1 этаж: 14-20; 2 этаж: 26-30, расположенного по адресу: <адрес>, а также нежилого здания с кадастровым номером №, площадью 736,3 кв.м., литера О, расположенного по адресу: <адрес>. Данные объекты недвижимости административным ответчиком включены в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023, 2024 годы (далее по тексту – Перечни на 2023, 2024 годы, Перечни). Вместе с тем, на момент включения в оспариваемые Перечни названные объекты недвижимости не отвечали признакам, предусмотренным статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации. Так, заявленные объекты недвижимости расположены на земельных участках, виды разрешенного использования которых однозначно не предусматривают возможность размещения на них объектов, предназначенных для размещения офисов, торговых объектов общественного питания и бытового обслуживания. Кроме того, согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости (далее по тексту – ЕГРН), а также сведениям, содержащимся в документах технического учета, заявленные объекты недвижимости не предназначены для использования в целях, предусмотренных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, имеют складское, производственное назначение. Таким образом, основания для включения в указанные Перечни названных объектов недвижимости отсутствовали. Включение в данные Перечни указанных объектов недвижимости административный истец считает противоречащим статье 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации и статье 1.1 Закона Удмуртской Республики «О налоге на имущество организаций и Удмуртской Республике», ввиду того, что отсутствовали доказательства позволявшие отнести данные объекты недвижимости к объектам недвижимости, предназначенным для размещения офисов, торговых объектов общественного питания и бытового обслуживания либо их фактического использования в названных целях. Административный истец полагает, что оспариваемые нормативные правовые акты нарушают его права, так как незаконно возлагают на него обязанность уплачивать имущественный налог в порядке статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, то есть в повышенном размере.

В судебное заседание административный истец ИП ФИО3, представители заинтересованных лиц Бюджетного учреждения Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (далее по тексту - БУ УР «ЦКО БТИ»), Администрации муниципального образования «город Ижевск», Управления Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике (далее по тексту – УФНС по Удмуртской Республике), заинтересованное лицо ФИО4, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Учитывая требования статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту – КАС РФ), положения статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд в соответствии с частью 5 статьи 213 КАС РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, признав их явку необязательной.

Представитель административного истца ФИО1 административное исковое заявление поддержала в полном объеме по доводам, в нем изложенным, а также поддержала дополнительные письменные объяснениях.

Представитель административного ответчика Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения административного искового заявления и пояснила, что основанием для включения в оспариваемые Перечни заявленных объектов недвижимости явились данные, полученные в результате фактического обследования одного из объектов недвижимости, данные о видах разрешенного использования земельных участков, на которых расположены заявленные объекты недвижимости, а также данные из открытых источников сети «Интернет» о нахождении в данных объектах различных коммерческих организаций, в том числе осуществляющих торговую деятельность, а также оказывающих бытовые услуги населению.

Прокурор Бузанакова Е.Б. в судебном заседании дала заключение по делу, в соответствии с которым имеются основания для удовлетворения административного иска.

Выслушав объяснения представителей административного истца, административного ответчика и заинтересованного лица, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего административного дела, а также материалы административных дел №№3а-45/2023, 3а-100/2023, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 208 КАС РФ с административным исковым заявлением о признании нормативного правового акта недействующим полностью или в части вправе обратиться лица, в отношении которых применён этот акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы.

Согласно статье 215 КАС РФ, нормативный правовой акт может быть признан судом недействующим полностью или в части, если установлено его противоречие (несоответствие) иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Материалами дела подтверждается, что административный истец ФИО3 с 4 февраля 2016 года является собственником объекта недвижимости – помещения, назначение: нежилое, наименование: нежилое помещение, площадью 623,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> (т.1 л.д.30,83-84).

Помещение с кадастровым номером №, согласно сведений Единого государственного реестра недвижимости (далее по тексту – ЕГРН), не имеет связи со зданием, в котором оно расположено (т.2 л.д.68, т.4 л.д.146).

Вместе с тем, согласно объяснениям представителя административного истца нежилое помещение с кадастровым номером № расположено в нежилом здании с кадастровым номером № (литера А).

Согласно сведениям ЕГРН, по состоянию на 17 октября 2022 года у объекта недвижимости с кадастровым номером № отсутствовала связь с земельным участком, в пределах которого расположен данный объект недвижимости. По состоянию на 13 ноября 2023 года у объекта недвижимости с кадастровым номером № в ЕГРН имелась связь с земельными участками с кадастровыми номерами № (т.1 л.д.155-156, т.3 л.д.73, т.4 л.д.146).

Вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером № по состоянию на 13 ноября 2023 года был следующим: «Производственные предприятия, производственные базы строительных, коммунальных, транспортных и других предприятий. Предприятия IV-V класса; Склады и оптовые базы IV-V класса» (т.1 л.д.55-56).

Вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером № по состоянию на 13 ноября 2023 года был следующим: «Производственная деятельность (код 6.0)» (т.2 л.д.68).

Земельный участок с кадастровым номером № с 16 августа 2023 года находится в общей долевой собственности ФИО3 (56/100 доли) и ООО «Вимас» (44/100 доли) (т.1 л.д.92-93).

Земельный участок с кадастровым номером № с 20 ноября 2023 года находится в собственности заинтересованного лица ФИО4 (т.2 л.д.133-134).

Кроме того, с 1 октября 2019 года административный истец ФИО3 является собственником объекта недвижимости – здания, назначение: нежилое, наименование: двухэтажное административное здание, площадью 736,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> (т.1 л.д.31-33, 87-88).

Объект недвижимости с кадастровым номером №, согласно сведениям ЕГРН, по состоянию на 17 октября 2022 года располагался на земельном участке с кадастровым номером №, имеющего по состоянию на указанную дату вид разрешенного использования «эксплуатация и обслуживание комплекса зданий производственной базы» (т.1 л.д.56-56, т.2 л.д.127).

По состоянию на 13 ноября 2023 года объект недвижимости с кадастровым номером №, согласно сведениям ЕГРН, располагался на земельном участке с кадастровыми номерами № а также и на земельном участке с кадастровым номером №, имеющего по состоянию на указанную дату вид разрешенного использования «Производственные предприятия, производственные базы строительных, коммунальных, транспортных и других предприятий. Предприятия IV-V класса; Склады и оптовые базы IV-V классов (Зона многофункциональной производственной, коммунальной и общественно-деловой застройки (ПД1)» (т.2 л.д.127,131-132).

Земельный участок с кадастровым номером № с 15 августа 2023 года находится в собственности ФИО3 (т.2 л.д.131-132).

Земельный участок с кадастровым номером № с 2006 года находится в аренде на основании договора о предоставлении земельного участка в пользование на условиях аренды №3921 от 6 мая 2006 года (т.1 л.д.89-91, т.3 л.д.152-248, т.4 л.д.1-31).

В силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Оспариваемыми в части нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации урегулированы общественные отношения в сфере налогообложения.

Согласно статей 72 и 76 Конституции Российской Федерации установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон.

Согласно статей 3, 14 и 15 Налогового кодекса Российской Федерации каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги, которые должны иметь экономическое обоснование и не могут быть произвольными.

Подпунктом 33 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», действующего на момент принятия Перечня на 2023 год, к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, отнесено решение вопросов установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов, а также установления налоговых ставок по федеральным налогам в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Аналогичные полномочия органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения закреплены в пункте 67 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 года №414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации», действующего на момент принятия оспариваемого постановления Правительства Удмуртской Республики от 13 ноября 2023 года № 734.

Как следует из материалов дела, помещение с кадастровым номером № было включено под пунктами 8225, 8083 в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023, 2024 годы.

Кроме того, здание с кадастровым номером № было включено под пунктами 8233, 8091 в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023, 2024 годы.

Налог на имущество физических лиц является местным налогом, устанавливается и вводится в действие в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации (далее по тексту, в том числе НК РФ) и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований и обязателен к уплате на территориях этих муниципальных образований (статья 399 названного Кодекса).

В силу статьи 400 НК РФ физические лица являются налогоплательщиками налога на находящееся у них в собственности имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 401 названного Кодекса, которая к таковому относит, в том числе единый недвижимый комплекс и иные здания, строение, сооружение, помещение (подпункты 4 и 6 пункта 1 названной статьи).

Таким образом, административный истец, в связи с находящимися в его собственности объектами недвижимости, является плательщиком налога на имущество физических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 403 НК РФ, если иное не установлено настоящим пунктом, налоговая база определяется в отношении каждого объекта налогообложения как его кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости и подлежащая применению с 1 января года, являющегося налоговым периодом, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Согласно подпункта 2 пункта 2 статьи 406 НК РФ, налоговые ставки устанавливаются нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований (законами городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя, нормативными правовыми актами представительного органа федеральной территории «Сириус») в размерах, не превышающих: 2 процентов в отношении объектов налогообложения, включенных в перечень, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 настоящего Кодекса.

Налог на имущество физических лиц на территории муниципального образования «город Ижевск» урегулирован решением Городской думы г. Ижевска от 20 ноября 2014 года № 658 «О налоге на имущество физических лиц на территории муниципального образования «Город Ижевск», в соответствии с которым этот налог в отношении объектов налогообложения, включенных в перечень объектов недвижимого имущества, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ, в отношении объектов налогообложения, предусмотренных абзацем вторым пункта 10 статьи 378.2 НК РФ, исчисляется исходя из кадастровой стоимости недвижимого имущества.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что административный истец является субъектом правоотношений, регулируемых оспариваемыми нормативными правовыми актами, поскольку права административного истца в связи с включением заявленных здания и помещения в оспариваемые Перечни затрагиваются, в связи с чем, он обладает правом на обжалование данных нормативных правовых актов в соответствующих частях.

Частью 2 статьи 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» предусмотрено, что налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества применяется к объектам недвижимости, указанным в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, включенным в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики.

Пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ установлено, что уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1 числа очередного налогового периода по налогу на имущество организаций определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 статьи 378.2 Кодекса, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

Таким образом, формирование перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется исходя из их кадастровой стоимости, в том числе и для целей исчисления и уплаты налога, регламентируется пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ и конкретизирующими его положения актами.

В связи с указанными основаниями, суд приходит к выводу о том, что в Удмуртской Республике в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ уполномоченным органом исполнительной власти по определению перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период является Правительство Удмуртской Республики.

Правительство Удмуртской Республики в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации, актами Правительства Российской Федерации, Конституцией Удмуртской Республики, настоящим Законом, другими законами Удмуртской Республики, актами Главы Удмуртской Республики издает постановления и распоряжения, обеспечивает их исполнение. Акты, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Удмуртской Республики (статья 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года №84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики»).

Реализуя свои полномочия, Правительство Удмуртской Республики утвердило:

- Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, издав постановление от 17 октября 2022 года № 555;

- Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год, издав постановление от 13 ноября 2023 года № 734.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, нежилое здание с кадастровым номером №, а также нежилое помещение с кадастровым номером № вошли в данный Перечень, что нашло отражение в пунктах 8225, 8233.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики № 555 от 17 октября 2022 года опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» 17 октября 2022 года на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) и 20 октября 2022 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики № 555 от 17 октября 2022 года неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемых пунктов 8225, 8233.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год, нежилое здание с кадастровым номером №, а также нежилое помещение с кадастровым номером № вошли в данный перечень, что нашло отражение в пунктах 8083, 8091.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики от 13 ноября 2023 года № 734 опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» 14 ноября 2023 года на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) и 17 ноября 2023 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики № 734 от 13 ноября 2023 года неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемых пунктов 8083, 8091.

Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что при принятии оспариваемых нормативных правовых актов порядок их принятия соблюден, а именно оспариваемые нормативные правовые акты приняты Правительством Удмуртской Республики в соответствии с установленными полномочиями, кроме того, их форма, процедура принятия, правила введения в действие и опубликования соблюдены.

На момент рассмотрения настоящего административного дела, оспариваемые нормативные правовые акты вступили в силу, являются действующими, административное исковое заявление подано суд в период действия данных нормативных правовых актов.

По смыслу положений главы 21 КАС РФ, в том числе и положений статьи 209 КАС РФ, надлежащим административным ответчиком по данной категории административных дел является орган государственной власти, принявший оспариваемый нормативный правовой акт, то есть в данном случае Правительство Удмуртской Республики. Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами».

Согласно пункту 1 статьи 378.2 НК РФ налоговая база определяется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, как кадастровая стоимость имущества, утвержденная в установленном порядке, в отношении административно-деловых центров и торговых центров (комплексов) и помещений в них; нежилых помещений, назначение которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривают размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

Согласно пункту 3 статьи 378.2 НК РФ административно-деловым центром признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях делового, административного или коммерческого назначения. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях делового, административного или коммерческого назначения, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки);

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях делового, административного или коммерческого назначения признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки).

Согласно пункту 4 статьи 378.2 НК РФ торговым центром (комплексом) признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 4.1 статьи 378.2 НК РФ, в целях настоящей статьи отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам, признается одновременно как административно-деловой центр, так и торговый центр (комплекс), если такое здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

В целях настоящего пункта:

- здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 5 статьи 378.2 НК РФ в целях настоящей статьи фактическим использованием нежилого помещения для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

С учетом особенностей, установленных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества определяется в отношении следующих видов недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения:

1) административно-деловые центры и торговые центры (комплексы) и помещения в них (за исключением административно-деловых центров и (или) помещений, находящихся в оперативном управлении государственных органов Удмуртской Республики, государственных учреждений Удмуртской Республики, органов местного самоуправления в Удмуртской Республике и созданных ими муниципальных учреждений);

2) нежилые помещения, назначение, разрешенное использование или наименование которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

В силу положений пунктов 1, 3, 4, 4.1, 5 статьи 378.2 НК РФ основанием для включения объектов недвижимости в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, являются данные о назначении зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документах технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости, а также данные о видах разрешенного использования земельного участка либо данные об их фактическом использовании в целях делового, административного или коммерческого назначения, для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания или объектов бытового обслуживания. При этом фактическим использованием объекта недвижимости в указанных целях признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

То есть, согласно статье 378.2 НК РФ для признания законным включение объекта недвижимости в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, достаточно установления его соответствия одному из условий, указанных в пунктах 3 - 4.1 или подпункта 2 пункта 1 и пункта 5 названной статьи.

Как было установлено в ходе рассмотрения дела, здание с кадастровым номером № по состоянию на 17 октября 2022 года располагалось на земельном участке с кадастровым номером №, имеющего по состоянию на указанную дату вид разрешенного использования «эксплуатация и обслуживание комплекса зданий производственной базы».

По состоянию на 13 ноября 2023 года здание с кадастровым номером № располагалось на земельном участке с кадастровым номером № вид разрешенного использования которого по состоянию на указанную дату был таким же - «эксплуатация и обслуживание комплекса зданий производственной базы», а также на земельном участке с кадастровым номером №, имеющего по состоянию на указанную дату вид разрешенного использования - «Производственные предприятия, производственные базы строительных, коммунальных, транспортных и других предприятий. Предприятия IV-V класса; Склады и оптовые базы IV-V классов (Зона многофункциональной производственной, коммунальной и общественно-деловой застройки (ПД1)».

Помещение с кадастровым номером №, согласно сведений ЕГРН, не имеет связи со зданием, в котором оно расположено.

Вместе с тем, согласно объяснениям представителя административного истца нежилое помещение с кадастровым номером № расположено в нежилом здании с кадастровым номером № (литера А).

Согласно сведениям ЕГРН, по состоянию на 17 октября 2022 года у объекта недвижимости с кадастровым номером № отсутствовала связь с земельным участком, в пределах которого расположен данный объект недвижимости. По состоянию на 13 ноября 2023 года у объекта недвижимости с кадастровым номером № в ЕГРН имелась связь с земельными участками с кадастровыми номерами №

Вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером № по состоянию на 13 ноября 2023 года был следующим: «Производственные предприятия, производственные базы строительных, коммунальных, транспортных и других предприятий. Предприятия IV-V класса; Склады и оптовые базы IV-V класса».

Вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером № по состоянию на 13 ноября 2023 года был следующим: «Производственная деятельность (код 6.0)».

Вид разрешенного использования земельного участка является одной из его характеристик как объекта недвижимости. Содержание этого понятия раскрывается в земельном, градостроительном и кадастровом законодательстве.

Согласно подпункту 8 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из основополагающих принципов земельного законодательства является деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства.

В силу пункта 2 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов. Любой вид разрешенного использования из предусмотренных зонированием территорий видов выбирается правообладателем самостоятельно, без дополнительных разрешений и процедур согласования.

Частью 11 статьи 34 Федерального закона от 23 июня 2014 года № 171-ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что разрешенное использование земельных участков, установленное до дня утверждения в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации классификатора видов разрешенного использования земельных участков, признается действительным вне зависимости от его соответствия указанному классификатору.

Законодатель в подпункте 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, приводя условия, при наличии которых здание признается административно-деловым или торговым центром, четко указал, что один из видов разрешенного использования земельного участка должен предусматривать размещение на нем офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания.

Следовательно, вид разрешенного использования земельного участка, исходя из формальной определенности налоговых норм, при отнесении объекта налогообложения к административно-деловому, торговому центру, должен соответствовать виду, предусмотренному для этих целей Налоговым кодексом Российской Федерации.

При этом налоговое законодательство не требует прямого соответствия вида разрешенного использования земельного участка соответствующему коду Методических указаний, для возможности включения в Перечень.

В силу статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками, включая арендаторов, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением.

Исходя из части 1 статьи 51, части 1 статьи 55.24 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство в числе иных предусмотренных законодательством условий подтверждает допустимости размещения объекта капитального строительства на земельном участке в соответствии с разрешенным использованием такого земельного участка. В свою очередь эксплуатация зданий, сооружений должна осуществляться в соответствии с их разрешенным использованием (назначением).

Таким образом, приобретая или получая в пользование земельный участок с видом разрешенного использования, предусматривающим размещение офисных зданий делового и коммерческого назначения, правообладатель земельного участка обязан использовать его по целевому назначению, в том числе с возведением и последующей эксплуатацией объектов капитального строительства, соответствующих разрешенному виду использования земельного участка.

Анализируя вышеназванные виды разрешенного использования земельных участков с кадастровыми номерами №, суд приходит к выводу о том, что они, не являясь безусловно определенными в целях применения положений статьи 378.2 НК РФ, прямо не предполагают размещения на них офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания.

В соответствии с Классификаторами видов разрешенного использования земельных участков, утвержденных Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 1 сентября 2014 года № 540 и Приказом Росреестра от 10 ноября 2020 года № П/0412, вышеназванные виды разрешенного использования земельных участков не соответствуют критериям, установленным статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, и не свидетельствуют о возможности размещения на земельных участках офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Виды разрешенного использования земельных участков, в пределах которых были расположены в юридически значимые периоды времени заявленные объекты недвижимости, в целом носили смешанный характер, и из буквального их прочтения не позволяют прийти к выводу о размещении на них объектов в целях, соответствующих приведенному выше федеральному и региональному налоговому законодательству.

Учитывая предписание федерального законодателя о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика (пункт 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации), заявленные объекты недвижимости не могли быть включены в оспариваемые Перечни по видам разрешенного использования земельных участков, на которых они расположены, без исследования вопроса о наличии иных оснований, установленных статьей 378.2 НК РФ.

Следовательно, заявленные объекты недвижимости не могли быть включены в Перечни на 2023, 2024 годы по видам разрешенного использования земельных участков, на которых они расположены.

Таким образом, с учетом положений статьи 378.2 НК РФ, для того, чтобы признать нежилое здание с кадастровым номером № в целях размещения офисных помещений делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, не менее 20 процентов общей площади этого здания должно включать в себя помещения, предназначенные и (или) фактически используемые для перечисленных целей.

При этом здание с кадастровым номером № в котором, согласно пояснений стороны административного истца, находится заявленное помещение с кадастровым номером №, в спорные Перечни не включалось.

В Перечни на 2023, 2024 годы включено только принадлежащее административному истцу заявленное по настоящему делу нежилое помещение с кадастровым номером №

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению применительно к указанному помещению, являются предназначение и фактическое использование непосредственно данного помещения, находящегося в собственности административного истца, а не всех помещений, расположенных в здании с кадастровым номером №, с которым, более того, согласно сведениям ЕГРН, названное нежилое помещение не имеет установленной связи.

Так, согласно данным, содержащимся в ЕГРН в отношении здания с кадастровым номером №, сведения о данном объекте недвижимости, расположенном по адресу: <...>, 20 сентября 2019 года внесены в ЕГРН на основании технического плана от 30 июля 2019 года, подготовленного кадастровым инженером Домашних А.А., со следующими характеристиками: наименование – двухэтажное административное здание; вид объекта недвижимости – здание; назначение – нежилое; площадь – 736,3 кв.м. Последующий учет изменений данного объекта недвижимости по состоянию на 17 октября 2022 года, 13 ноября 2023 года не осуществлялся. Сведения о видах разрешенного использования здания в ЕГРН отсутствуют (т.1 л.д.55-56,61-78).

При этом, содержащееся в ЕГРН наименование здания «двухэтажное административное здание» не тождественно значению административно-деловой центр, соответственно о правомерности включения данного здания в Перечни само по себе, без учета наименования и назначения помещений, его образующих, а также без проведения мероприятий по определению вида его фактического использования, свидетельствовать не может.

Согласно содержащимся в ЕГРН данным в отношении нежилого помещения с кадастровым номером №, сведения о данном объекте недвижимости, расположенном по адресу: <адрес>, внесены в ЕГРН 20 декабря 2013 года на основании кадастрового паспорта помещения от 23 ноября 2009 года, выданного ГУП УР «Удмуртский республиканский центр технической инвентаризации и учета недвижимого имущества» со следующими характеристиками: площадь 623,5 кв.м., назначение - нежилое, наименованием - нежилое помещение. Данные характеристики по состоянию на 17 октября 2022 года, 13 ноября 2023 года в ЕГРН не менялись. Сведения о виде разрешенного использования данного объекта недвижимости в ЕГРН отсутствуют (т.1 л.д.55-56, 79-82, 83-84).

Таким образом, сведения о заявленных нежилом здании с кадастровым номером № и нежилом помещении с кадастровым номером №, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости на момент утверждения оспариваемых нормативных правовых актов, также не позволяют отнести названные объекты недвижимости как предназначенные для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания. На основании указанных сведений объекты недвижимости с кадастровыми номерами № не подлежали включению в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на 2023, 2024 годы.

Оценивая документы технического учета (инвентаризации) в отношении объектов недвижимости с кадастровыми номерами №, суд приходит к следующему.

Как было установлено судом, сведения об объекте недвижимости с кадастровым номером № внесены в ЕГРН 20 сентября 2019 года на основании технического плана от 30 июля 2019 года, подготовленного кадастровым инженером Домашних А.А. Данный технический план не имеет экспликаций с назначением помещений в данном здании, составлен на основании проектной документации, которая в силу закона не является документом технического учета, указанным в статье 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации (т.1 л.д.61-78).

В материалах дела имеется технический паспорт в отношении здания с кадастровым номером № (литера О), составленный по состоянию на 19 июля 2019 года БУ УР «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (т.1 л.д.24-29, 95-100, т.2 л.д.200).

Между тем, данный технический паспорт на здание по состоянию на 19 июля 2019 года не может быть принят судом в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку в соответствии с частью 8 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», пунктом 7.3 части 2 статьи 14 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» с 1 января 2013 года для целей осуществления государственного кадастрового учета объектов недвижимости проведение технической инвентаризации и изготовление технических паспортов таких объектов недвижимости не предусмотрено, в связи с чем технические паспорта, составленные после указанной даты, не могут быть признаны допустимыми доказательствами, сведения которых подтверждали бы назначение здания и его составных частей.

Иных документов технического учета (инвентаризации) в отношении здания с кадастровым номером № не составлялось.

Как было установлено судом, сведения об объекте недвижимости с кадастровым номером № внесены в ЕГРН 20 декабря 2013 года на основании кадастрового паспорта помещения от 23 ноября 2009 года, выданного ГУП УР «Удмуртский республиканский центр технической инвентаризации и учета недвижимого имущества» (т.1 л.д.55-56, 79-82, 83-84).

Между тем, приведенные выше положения подпункта 2 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации связывают возможность включения нежилых помещений в Перечни со следующими условиями:

- в редакции Федерального закона от 2 ноября 2013 года № 307-ФЗ - со сведениями о назначении нежилых помещений в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости;

- в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ - со сведениями о назначении, разрешенном использовании или наименовании нежилых помещений в Едином государственном реестре недвижимости или документах технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости.

Таким образом, обе указанные редакции не отождествляют документы технического учета (инвентаризации) с кадастровыми паспортами и сведениями из Единого государственного реестра недвижимости.

Данное правовое регулирование обусловлено следующим.

Положение об организации в Российской Федерации государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 4 декабря 2000 года № 921 (далее - Положение), в первоначальной редакции к объектам, подлежащим государственному техническому учету и технической инвентаризации, подразделяющейся на первичную, плановую и внеплановую, относило любые объекты капитального строительства (пункты 3, 6 и 7).

Из пунктов 4, 7 и 11 Положения также следует, что по результатам первичной технической инвентаризации на каждый объект учета оформляется технический паспорт, который является документальной основой для ведения Единого государственного реестра объектов градостроительной деятельности; объектам учета в установленном порядке присваиваются инвентарный и кадастровый номера.

Согласно пункту 12 Положения сведения об объектах учета, полученные от уполномоченных организаций технической инвентаризации, являются основой для осуществления государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ведения государственного статистического учета, определения размера налога на имущество, ведения земельного, градостроительного кадастров, а также реестра федерального имущества.

1 марта 2008 года вступил в силу Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» (далее - Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ), регулирующий отношения, возникающие в связи с ведением государственного кадастра недвижимости, осуществлением государственного кадастрового учета недвижимого имущества и кадастровой деятельности.

Статьей 43 названного Федерального закона (в редакции Федерального закона от 21 декабря 2009 года № 334-ФЗ) для его применения к отношениям, возникающим в связи с осуществлением государственного учета зданий, сооружений, помещений, объектов незавершенного строительства, до 1 января 2013 года был установлен переходный период, в который применялись нормативные правовые акты в сфере осуществления государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства и государственного технического учета жилищного фонда.

При этом частью 3 данной статьи было предусмотрено, что в переходный период соответствующие органы и организации по государственному техническому учету и (или) технической инвентаризации в целях, связанных с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, выдают кадастровые паспорта объектов недвижимости.

Согласно части 4 статьи 14 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ (в той же редакции) кадастровый паспорт объекта недвижимости представляет собой выписку из государственного кадастра недвижимости, содержащую уникальные характеристики объекта недвижимости, а также в зависимости от вида объекта недвижимости иные предусмотренные настоящим Федеральным законом сведения об объекте недвижимости (в первоначальной редакции - необходимые для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения об объекте недвижимости).

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 23 названного Федерального закона кадастровый паспорт объекта недвижимости выдавался при постановке на кадастровый учет такого объекта недвижимости и исходя из положений пункта 1 статьи 17, пунктов 10 и 11 статьи 33 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в редакции Федерального закона от 21 декабря 2009 года № 334-ФЗ) до 1 января 2013 года являлся обязательным приложением к документам, необходимым для осуществления государственной регистрации прав на объект недвижимого имущества, а после указанной даты до 1 января 2017 года - в случае, если сведения о таком объекте недвижимого имущества отсутствовали в государственном кадастре недвижимости.

Пункт 12 статьи 33 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ и часть 2 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ технические паспорта, выданные в установленном законодательством порядке до 1 марта 2008 года в целях, связанных с осуществлением государственной регистрации прав на объекты недвижимого имущества, приравнивали по юридической силе к кадастровым паспортам объектов недвижимости.

Исходя из положений части 8 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ нормативные правовые акты в сфере осуществления государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства, в том числе вышеназванное Положение, не применяются с 1 января 2013 года.

1 января 2017 года вступили в силу Федеральные законы от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» и от 3 июля 2016 года № 361-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», которым в вышеуказанный закон, а также в Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» (наименование согласно редакции от 3 июля 2016 года) и в Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» были внесены изменения.

В соответствии с положениями названных нормативных правовых актов с учетом внесенных в них с 1 января 2017 года изменений, отношения, возникающие в связи с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и государственного кадастрового учета, с 1 января 2017 года регулируются Федеральным законом от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», частью 1 статьи 28 которого предусмотрено, что государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав удостоверяются выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Такое правовое регулирование согласуется с положениями подпункта 2 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ, согласно которой с 1 января 2017 года назначение, разрешенное использование или наименование нежилых помещений в целях определения налоговой базы устанавливается на основании сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, а не в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости, как было предусмотрено прежней редакцией.

При этом каких-либо изменений в части, допускающей возможность использования в таких целях документов технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости, в данный подпункт внесено не было.

Таким образом, кадастровый паспорт, выдававшийся в подтверждение постановки объекта недвижимости на кадастровый учет и необходимый для государственной регистрации прав на него, несмотря на отраженные в нем характеристики объекта недвижимости, не может быть отнесен к документам технического учета (инвентаризации).

В этой связи, содержащиеся в указанном кадастровом паспорте от 23 ноября 2009 года сведения о назначении помещений, входящих в состав объекта недвижимости с кадастровым номером №, суд не принимает во внимание.

При этом, содержащееся в экспликации технического паспорта на здание, расположенное по адресу: <адрес> (Литер А), датированной 2009 годом, назначение входящих в объект недвижимости с кадастровым номером № помещений следующее:

1 Этаж: 14 - склад 447,7 кв.м., 15 – кабинет 7,4 кв.м., 16 – склад 50,4 кв.м., 17 – раздевалка 2,8 кв.м., 18 – санузел 6,7 кв.м., 19 – санузел 1,2 кв.м., 20 – бойлерная 17,1 кв.м.;

2 Этаж: 26 – площадка 32,5 кв.м., 27 – кабинет 30,6 кв.м., 28 – подсобное 6,9 кв.м., 29 – подсобное 4,2 кв.м., 30 – кабинет 16,0 кв.м.

Общая площадь итого: 623,5 кв.м. (т.1 л.д. 103, т.2 л.д.121).

При этом, наименование помещения «кабинет» не тождественно наименованию «офис» исходя из признаков, содержащихся в статье 378.2 НК РФ, следовательно, площадь этого помещения не имеет правового значения и не может являться условием включения объекта недвижимости в Перечень объектов недвижимого имущества.

Изучив представленную в материалах дела техническую документацию на заявленные здание с кадастровым номером №, помещение с кадастровым номером №, суд приходит к выводу о том, что названные объекты недвижимости не могли быть включены в оспариваемые Перечни в соответствии со сведениями, содержащимися в документах технического учета.

Оценив представленные в материалы настоящего административного дела доказательства по правилам статьи 84 КАС РФ, суд приходит к выводу о том, что отнести здание с кадастровым номером № и помещение с кадастровым номером № к объектам недвижимости, в отношении которых налоговая база должна определяться из их кадастровой стоимости, не позволяет ни виды разрешенного использования земельных участков, ни сведения о данных объектах недвижимости, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, ни документы технического учета (инвентаризации).

Пунктом 9 статьи 378.2 НК РФ предусмотрено, что вид фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений определяется уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений, устанавливаемым с учетом положений пунктов 3, 4, 5 настоящей статьи высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Федеральный законодатель, устанавливая с 1 января 2014 года особенности определения налоговой базы, исчисления и уплаты налога в отношении отдельных объектов недвижимого имущества исходя из их кадастровой стоимости, в статье 378.2 НК РФ предусмотрел требования к процедуре принятия нормативного правового акта, регулирующего отношения в названной сфере, обязав уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1-го числа очередного налогового периода определять перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 названной статьи, указал, что вид фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений устанавливается в соответствии с принятым высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений (подпункт 1 пункта 7, пункт 9).

Исходя из системного анализа взаимосвязанных положений статьи 378.2 НК РФ, при принятии решения о включении в Перечень объекта по его фактическому использованию как административно-делового центра, помещения в котором фактически используется для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), или торговым центром (комплексом), помещения в котором используются для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания должен наличествовать акт обследования фактического использования объекта недвижимости, проведенного в отношении спорного нежилого здания до издания нормативного правового акта в строгом соответствии с Порядком определения вида фактического использования зданий, при условии, что содержание Акта позволяет сделать однозначный вывод о том, какие помещения и на какой площади используются для размещения торговых объектов, объектов общественного питания или бытового обслуживания, и (или) для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки) и что их общая площадь превышает 20 процентов от общей площади здания.

Согласно пункту 2 статьи 375 НК РФ налоговая база в отношении отдельных объектов недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость по состоянию на 01 января года налогового периода в соответствии со статьей 378.2 данного Кодекса.

Пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ определено, что уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1-го числа очередного налогового периода по налогу: определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 данной статьи, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость; направляет перечень в электронной форме в налоговый орган по субъекту Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу указанных норм определение перечня объектов недвижимого имущества, подлежащих включению, и проведение обследования таких объектов должно проводиться до начала налогового периода, на который уполномоченным органом определяется перечень объектов недвижимого имущества, то есть в данном случае до 1 января 2023 года, до 1 января 2024 года соответственно.

Положение о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения утверждено постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года №270 (далее - Положение).

В соответствии с вышеназванным Положением, мероприятия по определению вида фактического использования объектов недвижимости проводятся в форме:

1) межведомственного взаимодействия Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики (далее - Министерство) с территориальными органами федеральных органов исполнительной власти, государственными органами Удмуртской Республики, органами местного самоуправления муниципальных образований, образованных на территории Удмуртской Республики;

2) запросов Министерством сведений и документов, необходимых для определения вида фактического использования объектов недвижимости, у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, граждан, являющихся собственниками (владельцами) объектов недвижимости;

3) обследований объектов недвижимости (далее - обследование).

Обследование проводится комиссией, в состав которой могут быть включены представители: Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики; Министерства торговли и бытовых услуг Удмуртской Республики; Министерства экономики Удмуртской Республики; Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике (по согласованию); администрации муниципального района (городского округа), образованного на территории Удмуртской Республики, на территории которого проводится обследование (по согласованию) (пункт 16 Положения).

В ходе проведения обследования проводятся фото- и (или) видеосъемка и необходимые измерения в целях фиксации фактического использования объекта недвижимости (пункт 20 Положения).

По результатам обследования, планового обследования в срок не более 5 рабочих дней со дня окончания проведения обследования, планового обследования составляется акт обследования фактического использования объекта недвижимости по форме, утвержденной Министерством (пункт 24 Положения).

Из объяснений представителя Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики следует, что одним из оснований включения нежилого здания с кадастровым номером № в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023, 2024 годы послужили данные, полученные в результате фактического обследования данного объекта недвижимости, а именно данные, содержащиеся в актах обследования от 30 июня 2022 года и от 11 июня 2024 года, согласно которым был установлен вид фактического использования данного объекта недвижимости - размещение офисов и объектов бытового обслуживания (т.2 л.д.34-67).

Согласно пункту 1 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения (здесь и далее в редакции, действовавшей на момент утверждения оспариваемых Перечней), настоящее Положение устанавливает порядок определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений, расположенных на территории Удмуртской Республики, в отношении которых налоговая база в соответствии с Законом Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года №55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» определяется как кадастровая стоимость, в целях определения перечня объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на очередной налоговый период.

В соответствии с пунктом 31 Положения, на основании сведений, полученных в результате проведения мероприятий по определению вида фактического использования объектов недвижимости, указанных в пунктах 2, 3 настоящего Положения, Министерство ежегодно, не позднее 1-го числа очередного налогового периода по налогу, разрабатывает и вносит в установленном порядке на рассмотрение Правительства Удмуртской Республики проект постановления Правительства Удмуртской Республики об утверждении Перечня на очередной налоговый период.

Применительно к оспариваемым Перечням на 2023, 2024 годы акт обследования от 11 июня 2024 года не может быть принят во внимание, поскольку данное мероприятие по определению вида фактического использования в отношении заявленного объекта недвижимости проведено после утверждения оспариваемых Перечней на 2023, 2024 годы, то есть после 17 октября 2022 года и соответственно после 13 ноября 2023 года.

Следовательно, акт обследования от 11 июня 2024 года не является относимым доказательством при разрешении заявленных требований.

Из содержания акта обследования от 30 июня 2022 года следует, что площадь размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры составила 736,3 кв.м., что составляет 100 % от общей площади здания.

Вместе с тем, в акте обследования от 30 июня 2022 года не приведены конкретные признаки обследованных помещений в здании, свидетельствующие о размещении в нем офисов. Нет указания на наличие офисной инфраструктуры, иных признаков размещения именно офисов. Какие конкретно помещения и с какой площадью отнесены комиссий к офисным в акте не указано. По непонятным причинам к площади входной группы отнесена вся площадь здания (736,3 кв.м.). При этом, исходя из содержания акта и приложенных к нему фотографий следует, что в данном здании имеются также и такие помещения как гараж, мойка машин и склад. Однако соответствующие признаки, свидетельствующие о том, что данные помещения являются сопутствующей офисной инфраструктурой к основным помещениям, в акте также не приведены.

В акте от 30 июня 2022 года указано, что здание используется для размещения офиса компании «Энерго-Строитель».

Между тем, согласно представленных стороной административного истца договоров аренды данное здание на момент проведения обследования использовалось ООО «Энергостроитель», ООО «Инженерный центр «Теплосфера», ООО «Энергия» (т.2 л.д.7-9, 17-23, 179-181, 182-184, 185-189).

Так, согласно сведениям ЕГРЮЛ основным видом экономической деятельности ООО «Энергостроитель» (ИНН <***>) является строительство жилых и нежилых зданий. Также ООО «Энергостроитель» осуществляет лицензируемый вид деятельности: деятельность по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений (лицензия №18-Б/00282 от 26 апреля 2019 года) (т.5 л.д.38-39).

Основным видом экономической деятельности ООО «Инженерный центр «Теплосфера» (ИНН <***>), согласно данным ЕГРЮЛ, является производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха (т.5 л.д.42-43).

Основным видом экономической деятельности ООО «Энергия» (ИНН <***>), согласно данным ЕГРЮЛ, является деятельность вспомогательная, связанная с перевозками (т.5 л.д.40-41).

Согласно представленных указанными обществами по запросам суда штатных расписаний, помещения в здании с кадастровым номером № используются названными обществами для размещения своих административных служб, а именно для размещения бухгалтерии, экономических, технических служб (т.4 л.д.192-197, т.5 л.д.16-17).

Расположенные в здании административные службы указанных обществ не могут быть квалифицированы как самостоятельные хозяйствующие субъекты и рассматриваться в отрыве от всей производственной деятельности данных организаций, поскольку нежилые помещения спорного здания используются для осуществления производственной деятельности указанных организаций, как помещения производственного комплекса, а не в целях делового, административного или коммерческого назначения, как это закреплено в пункте 3 статьи 378.2 НК РФ.

Данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела не оспаривались административным ответчиком, который каких-либо доказательств того, что вышеназванные помещения имеют самостоятельное офисное назначение и не предназначены для обслуживания деятельности ООО «Энергостроитель», ООО «Инженерный центр «Теплосфера», ООО «Энергия», в нарушение требований частей 1 и 2 статьи 62, пункта 3 части 8, части 9 статьи 213 КАС РФ не представил.

В частности факт нахождения в помещениях здания с кадастровым номером № административного персонала ООО «Энергостроитель», обеспечивающего основную производственную деятельность данной организации, подтверждается, в том числе договором аренды нежилых помещений №12/22/ар от 1 января 2022 года, согласно которому ООО «Энергостроитель» арендует у ООО «Вимас» нежилое помещение площадью 130,6 кв.м. в здании с кадастровым номером № находящемся в непосредственной близости от здания с кадастровым номером №, по этому же адресу: г<адрес> (литер Б). В данном помещении находятся производственные и складские площади ООО «Энергостроитель», что, кроме того подтверждается актом обследования фактического использования объекта недвижимости с кадастровым номером № от 30 августа 2023 года (т.5 л.д.13-15,18-19).

Факт осуществления ООО «Энергостроитель» производственной (строительной) деятельности подтверждается представленными стороной административного истца в материалы дела договорами строительного подряда №7G00-FA050/02-010/0061-2024 от 14 июня 2024 года, заключенным между АО «Т Плюс» и ООО «Энергостроитель», №307/20069-Д от 15 августа 2023 года, заключенным между АО «Русатом Инфраструктурные решения» и ООО «Энергостроитель» (т.4 л.д. 201-251, т.5 л.д.1-6, 7-12).

В этой связи, акт обследования от 30 июня 2022 года, не содержащий соответствующих расчетов площадей, предназначенных для размещения офисов, однозначно не подтверждает факт использования здания с кадастровым номером № исключительно в офисных целях.

Таким образом, представленные в материалы дела акты обследования не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами соответствия оспариваемых нормативных правовых актов федеральному и региональному налоговому законодательству.

При этом, в отношении заявленного объекта недвижимости с кадастровым номером № мероприятия, связанные с его фактическим обследованием путем посещения и осмотра данного объекта в соответствии с требованиями Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270, на момент включения его в оспариваемые Перечни не проводилось.

Из материалов дела следует, что в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером № в юридически значимые периоды времени действовали следующие договоры аренды:

- договор аренды №26 от 1 августа 2021 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ООО ИЦ «Теплосфера» (арендатором), в соответствии с которым в пользование арендатора были переданы нежилые помещения общей площадью 64,2 кв.м. (литера О) для использования исключительно в производственных целях (т.2 л.д.7-9, 182-184);

- договор аренды №25 от 1 августа 2021 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ООО «Энергостроитель» (арендатором), согласно которому в пользование арендатору были переданы нежилые помещения общей площадью 411,3 кв.м. (литера О) для использования исключительно в производственных целях (т.2 л.д.17-23, 185-188);

- договор аренды №28 от 1 сентября 2021 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ООО «Энергия» (арендатором), согласно которому в пользование арендатору переданы нежилые помещения общей площадью 88,6 кв.м. (литера О) для использования исключительно в производственных целях (т.2 л.д.179-181).

Суд, проанализировав содержание вышеуказанных договоров аренды, приходит к выводу о том, что в целом площадь помещений здания с кадастровым номером № в юридически значимые периоды времени сдавалась арендаторам для осуществления производственной деятельности. Указанная деятельность арендаторов не относится к коммерческой деятельности в соответствии со статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером № были заключены следующие договоры аренды, которые действовали в юридически значимые периоды времени:

- договор аренды №29 от 1 августа 2021 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ООО «Энергостроитель» (арендатором), согласно которому в пользование арендатору переданы нежилые помещения общей площадью 447,7 кв.м. (Литера А), для использования исключительно в производственных и складских целях (т.2 л.д.110-114, л.д.173-175);

- договор аренды от 1 июня 2023 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ИП ФИО5 (арендатором), согласно которому в пользование арендатору переданы нежилые помещения общей площадью 470 кв.м. для осуществления предпринимательской деятельности по техническому обслуживанию и ремонту автотранспортных средств, машин и оборудования (автосервис) (т.2 л.д.169-172);

- договор аренды №22 от 1 июня 2021 года, заключенный между ИП ФИО3 (арендодателем) и ООО «Научно – Производственная Фирма «Пересвет»» (арендатором), согласно которому в пользование арендатору переданы нежилые помещения общей площадью 144 кв.м. (Литера А), исключительно для размещения складов (т.2 л.д.176 -178).

Судом учитывается, что помещения, используемые для размещения складов, не могут быть однозначно отнесены к объектам торговли в силу следующего.

Согласно пункту 31 Национального стандарта РФ ГОСТ Р 51303-2013 «Торговля. Термины и определения», утвержденного приказом Росстандарта от 28 августа 2013 года № 582-ст (действовавшего по состоянию на 17 октября 2022 года), под складом понимаются специальные здания, строения, сооружения, помещения, открытые площадки или их части, обустроенные для целей хранения товаров и выполнения складских операций.

Аналогичное определение «склада» содержится и в ныне действующем ГОСТ Р 51303-2023. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения, утвержденном Приказом Росстандарта от 30 июня 2023 года № 469-ст.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 28 декабря 2009 года № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» и в пункте 14 поименованных Национальных стандартах Российской Федерации торговый объект - это здание или часть здания, строение или часть строения, сооружение или часть сооружения, специально оснащенные оборудованием, предназначенным и используемым для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров.

Следовательно, если такой объект недвижимости как склад и используется в деятельности по продаже товаров (услуг), он может быть признан предназначенным или используемым для размещения торговых объектов только в случае, если он включает в себя помещение, предназначенное для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров, прохода покупателей.

При отсутствии данных признаков склад не может быть признан торговым объектом.

В рассматриваемом случае такие признаки отсутствуют.

В этой связи, использование на основании договоров аренды №29 от 1 августа 2021 года, №22 от 1 июня 2021 года помещений в складских целях однозначно не свидетельствует о размещении в них объектов торговли.

Кроме того, глава 30 Налогового кодекса Российской Федерации не содержит термина бытовые услуги, использует понятие «объект бытового обслуживания», не раскрывая его содержания.

Вместе с тем, по смыслу положений параграфа 2 главы 37, главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правил бытового обслуживания населения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 сентября 2020 года № 1514, правоотношения в сфере бытового обслуживания направлены на выполнение лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, работы и (или) оказание услуг, предназначенных для удовлетворения бытовых потребностей и иных нужд гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Потребителем в соответствии с абзацем третьим преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Следовательно, объектом бытового обслуживания для целей статьи 378.2 НК РФ с учетом приведенных федеральных норм является такой объект недвижимости, который используется для выполнения работ и (или) оказание услуг, предназначенных исключительно для удовлетворения личных потребностей гражданина.

В этой связи, невозможно однозначно утверждать, что использование ИП ФИО5 арендуемого по договору от 1 июня 2023 года помещения для организации автосервиса подтверждает факт осуществления на указанной площади деятельности исключительно по бытовому обслуживанию населения, поскольку в данных помещениях может производиться ремонт автотранспорта, принадлежащего как физическим, так и юридическим лицам.

Об оказании услуг по ремонту автотранспорта, принадлежащего, в том числе юридическим лицам, свидетельствуют представленные в материалы договоры на проведение работ по ремонту и техническому обслуживанию автотранспортных средств от 11 января 2024 года (заказчик ООО «Техзаказ»), от 19 июня 2023 года (заказчик ООО «С-Инжиринг-Про»), от 13 октября 2023 года (заказчик ООО «ЦентрПлем»), от 1 июля 2024 года (заказчик ООО «Парнас»), а также соответствующие заказ-наряды к данным договорам (т.4 л.д.148-170).

Суд, проанализировав содержание вышеуказанных договоров аренды, заключенных в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 18:26:020165:389, приходит к выводу о том, что указанные в них виды деятельности арендаторов не представляется возможным однозначно отнести к коммерческой деятельности в соответствии со статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Имеющиеся в материалах дела гарантийные письма, которые были представлены в налоговый орган, не могут подтверждать фактические арендные отношения и площадь помещений, фактически занимаемых данными организациями, в том числе под офисы (т.1 л.д.109,112,116,133,147).

Кроме того, наличие зарегистрированной по заявленному адресу контрольно-кассовой техники, а также представленные соответствующими операторами фискальные данные по указанной ККТ, в отсутствие определенного в установленном порядке вида фактического использования, об использовании заявленных объектов недвижимости более чем на 20 процентов от общей площади под цели, предусмотренные статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, также не свидетельствуют (т.2 л.д.25-26).

Одним из доводов стороны административного ответчика об обоснованности включения заявленных объектов недвижимости в оспариваемые Перечни явился довод о наличии в открытых источниках сети «Интернет» информации о наличии по адресу: <...> различных коммерческих организаций, в том числе, торговых и оказывающих бытовые услуги населению.

Действительно, в соответствии с пунктом 2 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270, Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики в целях определения вида фактического использования объектов недвижимости осуществляет следующие мероприятия, в том числе среди прочих, проводит анализ информации об объектах недвижимости из открытых источников, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Вместе с тем, поскольку информация об объектах недвижимости из открытых источников, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», носит характер дополнительной, уточняющей к сведениям, полученным из Единого государственного реестра недвижимости, полученным в результате анализа технической документации на объекты недвижимости, полученным в результате фактического обследования объекта недвижимости, суд приходит к выводу о том, что эта информация рассматриваться как самостоятельное доказательство использования объекта недвижимости под размещение офисных помещений, административного и коммерческого назначения, торговых помещений, а также помещений, предназначенных для размещения объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, не может.

Более того, из представленной в материалы дела административным ответчиком из Интернет ресурсов «2 ГИС», «Яндекс карты» и «Руспрофайл» указанной информации, не представляется возможным установить, какие площади по данному адресу используются для размещения офисов, осуществления торговой деятельности, деятельности общественного питания и бытового обслуживания, и, соответственно, не представляется возможным оценить наличие или отсутствие предусмотренного статьей 378.2 НК РФ двадцатипроцентного критерия фактического использования применительно к заявленному объекту недвижимости (т.1 л.д.171-173).

Использование при определении кадастровой стоимости заявленных объектов недвижимости кода расчета вида использования 0603 (Бытовые, административно-бытовые здания) также однозначно не подтверждает фактическое их использование в целях размещения офисов, осуществления торговой деятельности, деятельности общественного питания и бытового обслуживания (т.1 л.д.170).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленные в материалах дела доказательства не подтверждают фактическое использование заявленных нежилого помещения и нежилого здания в целях, предусмотренных статьей 378.2 НК РФ.

При указанных обстоятельствах, исходя из критерия фактического использования заявленные объекты недвижимости в Перечни на 2023, 2024 годы не могли быть включены.

В силу прямого предписания, содержащегося в части 9 статьи 213 КАС РФ, административный ответчик обязан доказать законность включения объектов недвижимости в Перечни.

Между тем административным ответчиком относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих соответствие заявленных объектов недвижимости критериям, установленным Налоговым кодексом Российской Федерации и необходимым для включения последних в оспариваемые Перечни, не представлено.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для включения в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023, 2024 годы объектов недвижимости с кадастровыми номерами №, поскольку заявленные объекты недвижимости в юридически значимые периоды времени не обладали признаками объектов налогообложения, предусмотренными статьей 378.2 НК РФ и статьей 1.1 Закона УР «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

В оспариваемой части данные нормативные правовые акты в силу положений статьи 6 Налогового кодекса Российской Федерации являются не соответствующими Налоговому кодексу Российской Федерации, а так же не соответствуют статье 1.1 Закона Удмуртской Республике «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

Налог на имущество физических лиц относится к местным налогам, устанавливается Налоговым кодексом Российской Федерации и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований, вводится в действие и прекращает действовать в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации и нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных образований и обязателен к уплате на территориях этих муниципальных образований (подпункт 2 статьи 15, абзац первый пункта 1 статьи 399 НК РФ).

Учитывая положения статей 400, 403, 406 НК РФ при включении объектов недвижимости административного истца в Перечни, определяемые в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ, то есть в оспариваемые Перечни, на административного истца возлагается обязанность по уплате налога по более высокой ставке, поэтому административный истец обоснованно обратился с настоящим административным иском в суд.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего административного дела подтвердился факт противоречия постановлений Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года №555, от 13 ноября 2023 года № 734 в оспариваемых частях требованиям статьи 378.2 Налогового кодекса РФ и статьи 1.1 Закона УР «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике», то это является основанием для удовлетворения административного иска.

Исходя из смысла положений части 2 статьи 215 КАС РФ, нормативный правовой акт может быть признан недействующим как со дня его принятия, так и с иного указанного судом времени.

Определяя момент, с которого указанные нормативные правовые акты должны быть признаны недействующими в оспариваемых частях, суд принимает во внимание то, что административный истец в зависимости от принятого решения не будет являться налогоплательщиком налога в отношении принадлежащих ему объектов недвижимости в соответствии со статьей 378.2 НК РФ, поэтому оспариваемые части подлежат признанию недействующими со дня принятия данных нормативных правовых актов, иная дата не достигнет цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца.

В соответствии с частью 4 статьи 215 КАС РФ в резолютивной части решения суда по административному делу об оспаривании нормативного правового акта должны содержаться, в том числе указание на опубликование решения суда или сообщения о его принятии в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу в официальном печатном издании органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, уполномоченной организации или должностного лица, в котором были опубликованы или должны были быть опубликованы оспоренный нормативный правовой акт или его отдельные положения.

Согласно части 6 статьи 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года № 84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики» правовые акты Правительства Удмуртской Республики и правовые акты исполнительных органов Удмуртской Республики могут быть официально опубликованы в одном из следующих республиканских периодических печатных изданий: газете «Известия Удмуртской Республики», газете «Удмуртская правда», газете «Удмурт дунне», или путем размещения (опубликования) на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) в порядке, установленном Президентом Российской Федерации, или путем размещения (опубликования) на Официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (www.udmurt.ru) в порядке, установленном Главой Удмуртской Республики.

При указанных обстоятельствах, сообщение о принятии настоящего решения суда подлежит опубликованию в газете «Известия Удмуртской Республики», а также на сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течение одного месяца со дня вступления в законную силу.

В соответствии с частью 1 статьи 103 КАС РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.

В силу статьи 111 КАС РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 настоящего Кодекса.

Подпунктом 6 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ установлен размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, об оспаривании нормативных правовых актов, который для физических лиц на момент обращения административного истца с настоящим иском в суд составлял 300 рублей.

Поскольку административным истцом оспаривается два самостоятельных нормативных правовых актов, постольку при обращении в суд им обосновано была уплачена государственная пошлина в размере 600 рублей.

Поэтому при удовлетворении административного иска в пользу административного истца с административного ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, фактически уплаченная при подаче административного искового заявления.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 о признании нормативных правовых актов недействующими в части удовлетворить.

Признать недействующими со дня принятия пункты 8225, 8233 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 17 октября 2022 года № 555 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2023 год».

Признать недействующими со дня принятия пункты 8083, 8091 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 13 ноября 2023 года № 734 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2024 год».

Сообщение о принятии настоящего решения суда подлежит опубликованию в газете «Известия Удмуртской Республики» и на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с Правительства Удмуртской Республики в пользу ФИО3 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 (шестьсот) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в мотивированной форме в апелляционную инстанцию – Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции через Верховный Суд Удмуртской Республики путем подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение составлено 20 мая 2025 года.

Судья К.Ю. Малков

Копия верна:

Судья К.Ю. Малков