Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград Дело №А12-12927/2023

Резолютивная часть решения объявлена 20 декабря 2023 года

Решение суда в полном объеме изготовлено 27 декабря 2023 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Пильника С.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тарасовой Е.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о взыскании задолженности и заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 о процессуальном правопреемстве

при участии в заседании

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 09.06.2023;

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании задолженности по арендной плате за период с 10.03.2023 по 14.04.2023 суммы в размере 51 591 руб., неустойки за несвоевременную арендную оплату в размере 10 576,16 руб., штраф за нарушение условий договора в размере 50 000 руб., а также понесенных убытков по уборке и вывозу мусора в размере 53 664 руб.

Ответчик отзыва на заявленные требования истца не представил, явку представителей в судебное разбирательство не обеспечил.

Рассмотрев материалы дела, оценив в совокупности доказательства, имеющиеся в материалах дела, арбитражный суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Из искового заявления и приложенных документов усматривается, что между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 подписано дополнительное соглашение №1от 21.12.2022г. к договору субаренды нежилого помещения №08/07/2022 от 01.07.2022г., в связи со сменой арендатора на основании договора перенайма № l от 21.12.2022г. подписанного между ИП ФИО1 и ООО «СтройСервис плюс».

Передача недвижимого имущества подтверждается актом приема-передачи от 01.07.2022г.

По условиям пункта 5.4. договора субаренды нежилого помещения №08/07/2022 от 01.07.2022г. субарендатор обязался оплачивать постоянную часть арендной платы в срок не позднее 10 числа текущего месяца (предоплата), переменную часть - до 10 числа месяца, следующего за отчетным.

Сумма постоянной арендной платы за помещения за каждый календарный месяц составляет 45 094 руб. (п. 5.2. договора).

09 февраля 2023 года в адрес ИП ФИО2 направлено уведомление о расторжении договора субаренды нежилого помещения №08/07/2022 от 01.07.2022г., на основании п. 10.2. указанного договора.

Стороны в условиях п. 10.2 договора предусмотрели, что арендатор вправе досрочно, предварительно уведомив субарендатора не менее чем за 30 календарных дней, прекратив действие договора в одностороннем внесудебном порядке. Договор считается расторгнутым по истечение 30 календарных дней с момента получения вышеуказанного уведомления субарендатором.

Как усматривается из отчета об отслеживании поповой корреспонденции с почтовым идентификатором №40010578908309, ценное письмо в котором направлено уведомленне о расторжении договора №11 от 09.02,20223. прибыло в место вручения 11.02.2023г„ ответчиком получено не было и возращено истцу по истечению срока хранения 16.03.2023г.

По мнению истца, уведомление о расторжении договора может считаться доставленным, 16.03.2023г., в день его возврата с отметкой «истек срок хранения», а действие договора прекращенным по истечение 30 календарных дней, которые истекают 14.04.2023г. Таким образом, дата расторжение договора считается 14.04.2023г.

По условиям пункта 5.4. договора если субарендатор своевременно не возвращает помещение, он обязан оплатить арендную плату, предусмотренную договором, до момента возврата помещения арендатору.

В виду того, что помещение ответчиком так и не передано помещение по акту приема-передачи, за ответчиком образовалась задолженность, в размере постоянной арендной платы за период с 10.03.2023г. по 14,04.2023г. (до даты расторжения договора) и составляет 51 591 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В данном случае между истцом и ответчиком заключен договор субаренды, к правоотношениям, сложившимся между сторонами применимы положения главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статей 606, 611, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность арендодателя по отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в пользование, а обязанность арендатора - в своевременном внесении установленной договором платы за владение и пользование имуществом.

Как установлено и видно из материалов дела, истец свои обязательства по договору субаренды выполнил. Факт передачи имущества, являющегося предметом договора аренды, сторонами не оспаривается.

Следовательно, у ответчика возникла встречная обязанность по внесению платы за арендованное имущество.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В нарушение требований процессуального закона ответчик не представил относимых и допустимых доказательств в подтверждение факта исполнения обязательств по оплате арендных платежей за переданное ему по договору аренды имущество.

При оформлении вышеназванного договора стороны были ознакомлены с условиями договора и претензий по передачи имущества не имели, вопросов о законности заключения договора не возникло, договор ранее ответчиком не оспаривался.

В соответствии с требованиями ст. 614 ГК РФ, арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

Таким образом, с учетом положений ст. 614 ГК РФ и вышеописанных условий договора субарендатор обязан вносить своевременно все платежи за предоставленный в субаренду объект.

Тот факт, что субарендатор фактически освободил арендованное помещение от своего имущества и не пользуется им, судом не принимается во внимание, ввиду того, что доказательств возврата переданного имущества истцу не представлено.

Так, в соответствии с требованиями статьи 622 Гражданского кодекса РФ, при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

В соответствии с п. 1 ст. 408 ГК РФ, обязательство прекращается надлежащим исполнением.

Согласно ч. 2 ст. 655 ГК РФ, при прекращении договора аренды здания или сооружения арендованное здание или сооружение должно быть возвращено арендодателю с соблюдением правил, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

С учетом этого, передача арендуемого нежилого помещения от арендатора к арендодателю по истечении срока аренды должна осуществляться по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Если иное не предусмотрено законом или договором аренды, обязательство арендатора передать арендуемое помещение арендодателю считается исполненным после предоставления его арендодателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче. Уклонение арендатора от подписания документа о передаче арендуемого нежилого помещения на условиях, предусмотренных договором, рассматривается как отказ соответственно арендатора от исполнения обязанности по передаче имущества.

Суд установил и материалы дела подтверждают факт пользования ответчиком спорным имуществом в период с 10.03.2023 по 14.04.2023. Наличие задолженности по арендной плате в заявленный период по существу субарендатором не опровергнуто, доказательств оплаты долга в полном объеме не представлено.

По расчету истца долг за период с 10.03.2023 по 14.04.2023 составляет 51 591 руб. Судом расчет истца проверен и признается верным.

Контррасчет ответчиком не представлен. Доказательств уклонения истца от приема-передачи помещения ответчик суду не представил.

Таким образом, наличие задолженности в заявленной истцом сумме за соответствующий период подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

При таких обстоятельствах, суд считает обоснованным требования истца взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 задолженности по арендной плате за период с 10.03.2023 по 14.04.2023 в размере 51 591 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за несвоевременную арендную оплату за период с 14.04.2023 по 24.05.2023 в размере 10 576,16 руб.

В соответствии с положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка является одним из способов защиты нарушенного права.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По условиям пункта 8.2. договора, при нарушении субарендатором сроков оплаты по договору, в том числе сроков оплаты арендной платы, обеспечительного платежа, арендатор вправе требовать с субарендатора оплаты неустойки в размере 0,5 % от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.

Расчет неустойки судом проверен, признан правильным. Контррасчет ответчиком не представлен.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Арбитражный суд первой инстанции считает подлежащим снижению неустойку по следующим основаниям.

Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется судом в том случае, когда неустойка явно несоразмерна последствия нарушения обязательства.

Согласно пунктам 69 - 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах (Определения от 21 декабря 2000 года N 263-О, от 22 января 2004 года N 13-О, от 22 апреля 2004 года N 154-О) указал, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные стороной имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые участники обязательства вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года N 11680/10 по делу N А41-13284/09 разъяснено, что правила статьи 333 Кодекса предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Данная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года N 11680/10.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года N 17 "Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения. Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Таким образом, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, что, однако, не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2013 года N 12945/13, Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07 апреля 2014 года N ВАС-3952/14, Постановлениях от 31 января 2014 года Федерального арбитражного суда Поволжского округа по делу N А55-11298/2013, от 19 сентября 2013 года Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу N Ф03-4373/2013).

Неустойка как мера ответственности должна носить компенсационный, а не карательный характер и не может служить мерой обогащения, как указано в вышеперечисленных судебных актах.

Пунктами 73 - 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 (в редакции от 07 февраля 2017 года) также разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Как разъяснено в пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 (в редакции от 07 февраля 2017 года), снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Степень соразмерности неустойки последствиям обязательства является оценочной категорией, поэтому неустойка подлежит уменьшению судом, исходя из внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, однако недопустимо уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований.

Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2019 года N 307-ЭС19-14101 по делу N А56-64034/2018).

Не ограничивая сумму устанавливаемых договором неустоек, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет суду право устанавливать соразмерные основному долгу их пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Учитывая положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при исчислении размера неустойки, арбитражный суд первой инстанции, исходя из фактических обстоятельств дела, явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства ответчиком, отсутствия доказательств причинения истцу убытков, вызванных нарушением ответчиком обязательства, в сумме, сопоставимой заявленной ко взысканию договорной неустойки, учитывая соотношение стоимости оказанных услуг по договору и суммы неустойки, признает необходимым применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки с 0,5% до 0,1%, взыскав с ответчика в пользу истца неустойку в сумме 2 115,23 руб. за просрочку оплаты арендных платежей, поскольку сложившаяся судебно-арбитражная практика свидетельствует о том, что наиболее распространенным в договорных отношениях коммерческих организаций на территории Российской Федерации является размер неустойки 0,1% за каждый день просрочки исполнения обязательства, который чаще всего встречается в заключаемых договорах, то есть соответствует обычно сложившейся хозяйственной практике и обычаям делового оборота, что само по себе не доказывает чрезмерность или кабальность согласованного сторонами в договоре размера пеней.

Такой размер неустойки в сумме 2 115,23 руб. достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца и соответствует принципам добросовестности и разумности.

Также истец просит взыскать с ответчика штраф за нарушение условий договора в размере 50 000 руб.

Стороны оговорили в условиях пункта 3.9. договора, что субарендатор обязан не загромождать проезды, содержать прилегающую к помещению территорию в чистом состоянии.

Истец ссылается на то, что ответчик в нарушение названных условий договора оставлена территория в захламленном виде производственными отходами (банерное полотно, мешки из полипропилена и бумаги, спецодежда и обувь б/у, шины, пластиковые ящики), что подтверждается актом осмотра территории от 13.03.2023г.

По условиям пункта 8.9. договора субарендатор обязан оплатить арендатору штраф в размере 50 000 рублей при нарушение обязанности, предусмотренной п. 3.9. договора.

В адрес ответчика истцом направлялось уведомление исх. №114 от 13.03.23г. с предложением в пятидневный срок привести в порядок территорию, вывезти весь мусор и передать помещение и территорию по акту приема-передачи.

Однако ответчик так и не привел прилагающую территорию в надлежащее состояние.

Факт нарушения названных выше условий договора индивидуальным предпринимателем ФИО2 не оспорен, в связи с чем, требование о взыскании штрафа обоснованно и подлежит удовлетворению в заявленном к взысканию размере.

В связи с тем, что ответчик и не убрал территорию от принадлежащего ему мусора, истец был вынужден заключить договор на вывоз строительного мусора и понесла расходы, которые расценивает как убытки по вывозу и утилизации мусора в размере 53 664 руб.

Стороны оговорили в условиях пунктов 3.7. и 8.3. договора, что арендатор имеет правo требовать возмещения убытков в вязи с невыполнением субарендатором условий договора, убытки, причинённые субарендатором, арендатору помещения возмещаются в полном объёме.

В соответствии с абзацем 1 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков истец должен представить доказательства факта их причинения и размера, а также наличия причинной связи между понесенными убытками и неправомерными действиями ответчика.

Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

По правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом установлено что арендатор уведомил субарендатора о расторжении договора аренды и просил освободить арендуемый объект, привести террриторию в надлежащее состояние и возвратить их по акту приема-передачи.

Оценив представленные документы, суд пришел к выводу о ненадлежащем исполнении ответчиком своей обязанности по возврату арендованного объекта.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследовав фактические обстоятельства и представленные в дело доказательства, суд пришел к выводу о доказанности факта причинения убытков ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по возврату арендованного имущества в состоянии, пригодном для использования по целевому назначению, и подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца 53 664 руб. убытков, составляющих стоимость услуг по уборке и вывозу мусора.

Расчет убытков судом проверен и признается обоснованным.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Частью 2 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что расходы понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле.

Частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену данной стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Из общего смысла нормы статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством. В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что переход права, защищаемого в суде, в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) влечет переход права на возмещение судебных издержек, поскольку право на такое возмещение не связано неразрывно с личностью участника процесса (статьи 58, 382, 383, 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В указанном случае суд производит замену лица, участвующего в деле, его правопреемником (статья 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 44 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.01.2021 № 103-О в силу взаимосвязанных положений части 1 статьи 65, статьи 101, статей 106 и 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возмещение стороне судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителя, может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение ею указанных расходов в действительности имело место.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункты 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В ходе судебного разбирательства истцом заявлено о проведении процессуального правопреемства в связи с оформлением индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) договора цессии №1 от 27.10.2023.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса, в том числе на стадии исполнения судебного акта.

Из буквального толкования положений статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд производит замену стороны ее правопреемником по заявлению заинтересованного лица или по собственной инициативе при установлении для этого материально и процессуально-правовых предпосылок.

Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Судом установлено, что 21.10.2023 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) - цедент и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) - цессионарий подписан договор цессии №1 от 27.10.2023, по условиям которого цедент передает (уступает), а цессионарий принимает право требования к дебитору цедента – ИП ФИО2 задолженность по дополнительному соглашению №1 от 21.12.2022г. к договору субаренды нежилого помещения №08/07/2022 от 01.07.2022г. в размере 165 831,16 руб.

Договор уступки права требования от 31 марта 2021 является возмездным и соответствует положениям статей 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что личность кредитора имеет существенное значение для должника. Таким образом, для перехода права взыскателя к другому лицу согласие должника не требовалось, так как перемена кредитора на положении должника не сказывается.

В договоре уступки права требования (цессии) сторонами согласованы все существенные условия договора цессии: указано право требования, которое перешло к взыскателю, его основание, определена стоимость передаваемого права требования. Таким образом, договор отвечает требованиям пункта 1 статьи 388 ГК РФ, не противоречит закону, иным правовым актам, соответствует положениям параграфа 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Главой 24 "Перемена лиц в обязательстве" Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено получение согласия должника на переход прав кредитора к другому лицу. По общему правилу для должника не имеет значения, в чью пользу он должен исполнить существующее у него денежное обязательство.

По смыслу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для правопреемника все действия, совершенные до его вступления в правоотношение, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для стороны правоотношения, которую правопреемник заменил.

Объем переданных прав согласован сторонами указанной сделки без неопределенности в идентификации уступленного права, так как в договоре имеется ссылка на договор, из которого возникло требование оплаты.

Процессуальное правопреемство обусловливается правопреемством в материальном праве.

В пункте 1 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием). Договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

При этом, принимая во внимание, что задолженность взыскивается в пользу лица, участвующего в деле, процессуальное правопреемство возможно только по рассмотренному заявлению в той части, в которой требования о взыскании удовлетворены и переданы.

Руководствуясь статьями 48, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) задолженность по арендной плате за период с 10.03.2023 по 14.04.2023 в размере 51 591 руб., сумму неустойки за несвоевременную оплату арендных платежей в размере 2 115,23 руб., штраф за нарушение условий договора в размере 50 000 руб., понесенные убытки по уборке и вывозу мусора в размере 53 664 руб., а также понесенные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 975 руб.

В оставшейся части исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 оставить без удовлетворения.

Произвести в порядке процессуального правопреемства замену взыскателя - индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) на его правопреемника - индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в части взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) задолженности по арендной плате за период с 10.03.2023 по 14.04.2023 в размере 51 591 руб., сумму неустойки за несвоевременную оплату арендных платежей в размере 2 115,23 руб., штраф за нарушение условий договора в размере 50 000 руб., понесенные убытки по уборке и вывозу мусора в размере 53 664 руб.

В удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО1 о процессуальном правопреемстве в остальной части отказать.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия, апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.

Судья С.Г. Пильник