Решение по делу № А40-7042/2023 от 30.09.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-7042/2023-45-45

30 сентября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 сентября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 30 сентября 2025 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Григорьевой И.М., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Антипиным Р.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

1) ООО "АЕСП" (ИНН: <***>) в лице участника ФИО1

2) ООО "СПЕЦИАЛЬНЫЕ ЗНАКИ И МАРКИРОВКА" (ИНН: <***>) в лице

участника ФИО1

3) ООО "ТБК ИНВЕСТ ГРУПП" (ИНН: <***>) в лице участника ФИО2

Лады Борисовны

к ответчику: ООО "АЕСП" (ИНН: <***>),

третьи лица:

1) ФИО3, 2) ФИО5 Слав 3) ФИО4

о признании сделок недействительными

при участии: согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

ООО "АЕСП" (ИНН: <***>) в лице участника ФИО1, ООО "Специальные знаки и маркировка" и ООО "ТБК ИНВЕСТ ГРУПП" обратились в арбитражный суд с иском к ООО "АЕСП" (ИНН: <***>) (с учетом принятых в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений исковых требований) о/об:

признании недействительным договор от 21.08.2017 г. между ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> об отчуждении исключительного права на товарный знак «AESP» №175912 (регистрация 27.11.2017 №РД0238088). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с момента вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения взыскать в пользу ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно;

признании недействительным договор от 21.08.2017 между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> об отчуждении исключительного права на товарный знак «SIGNAPRO» №417394 (регистрация 27.11.2017 №РД0238089). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно;

признании недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по передаче права администрировать домены второго уровня в сети Интернет www.aesp.ru и www.signamax.ru. Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно;

признании недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по отчуждению программы для ЭВМ фирменного сайта размещенного в сети Интернет по адресам www.aesp.ru и www.signamax.ru со всеми опубликованными там объектами интеллектуальной собственности (текстами, изображениями и программами). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно;

обязании ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с момента вступления в законную силу судебного решения по своему выбору, или изменить свое фирменное наименование, или прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию ООО«АЕСП» ОГРН <***> в отношении видов деятельности с кодами ОКВЭД 46.69.5, 24.33, 25.50, 25.61, 26.11, 26.30.11, 26.30.12, 26.30.13, 26.30.14, 26.30.15, 26.30.16, 26.30.19, 26.30.5, 46.14.1, 46.14.9, 46.69, 46.90, 62.01, 62.02, 62.09, 63.11, 63.11.1, 68.10, 68.10.1, 68.31, 69.10, 69.20, 70.10.1, 70.10.2, 70.22, 71.12.1, 71.20, 72.19, 73.11, 73.20.1, 77.33, 77.39.2, 77.39.29, 78.10, 82.99, 85.42.9, 95.11. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно;

признании недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по отчуждению готового (действующего) бизнеса ООО «АЕСП» ОГРН <***> как предпринимательской деятельности направленной на извлечение экономических выгод, осуществляемой с использованием следующего имущественного комплекса:

[1] Исключительное право на использование фирменного наименования «АЕСП» при осуществлении на территории РФ видов деятельности с кодами ОКВЭД 46.69.5, 24.33, 25.50, 25.61, 26.11, 26.30.11, 26.30.12, 26.30.13, 26.30.14, 26.30.15, 26.30.16, 26.30.19, 26.30.5, 46.14.1, 46.14.9, 46.69, 46.90, 62.01, 62.02, 62.09, 63.11, 63.11.1, 68.10, 68.10.1, 68.31, 69.10, 69.20, 70.10.1, 70.10.2, 70.22, 71.12.1, 71.20, 72.19, 73.11, 73.20.1, 77.33, 77.39.2, 77.39.29, 78.10, 82.99, 85.42.9, 95.11

[2] Исключительное право на коммерческие обозначения:

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как на самостоятельно действующее юридическое лицо «AESP» (с русским вариантом «АЕСП»), «AESP, Inc.», «Advanced Electronic Support Products, Inc.» (вариант написания «Advanced Electronic Support Products Inc.), а также графическое изображение сходное до степени смешения с товарным знаком «AESP» №175912 как элемент оформления печатной продукции общества и страниц его фирменного сайта;

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как на подразделение американской компании «AESP, Inc.», выступающие на рынке РФ от ее имени - названные выше коммерческие обозначения (кроме графического изображения товарного знака) с дополнениями вида «российское представительство», «представительство в России» «Офис в России», «Офис в Москве», «Центральный офис», «Официальное представительство в Москве», «Торговое представительство в Москве» и (или) «московский торговый офис»;

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как на самостоятельно действующее юридическое лицо -«AESP East Еuгоре» (с русским вариантом «АЕСП Восточная Европа»), «Компания AESP East Еuгоре»;

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как на подразделение американской компании «AESP, lnc.», выступающие на рынке РФ от ее имени - «AESP East Еuгоре» (с русским вариантом «АЕСП Восточная Европа»), «Компания AESP East Еuгоре», а также «Представительство AESP East Еuгоре»;

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как лицо, оказывающие услуги по обучению и сертификации -«Учебный центр AESP, lnc.» «Учебный центр АЕСП», «Учебный центр АЕСП Восточная Европа», «Учебный центр АЕСП ВЕ», «УЦАЕСП ВЕ», «Обучающий центр AESP East Еuгоре», «Треннинг-Центр AESP East Еuгоре».

[3] Исключительное право на товарные знаки SIGNAMAX №444080 и SIGNAPRO №417394;

[4] Право (требования) по договору с АО «Региональный Сетевой Информационный Центр» (АО «РСИЦ») от 30.05.2005 №205185/NIC-D в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.aesp.ru;

[5] Право (требования) по договору с АО «Региональный Сетевой Информационный Центр» (АО «РСИЦ») от 30.05.2005 г. в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.siqnamax.ru;

[6] Исключительное право на программу для ЭВМ - фирменный сайт, размещенный в сети Интернет по адресам (доменным именам второго уровня) www.aesp.ru и www.signamax.ru и имевший следующий функционал:

• он-лайн доступ к контактным реквизитам и к публикациям имиджевого характера, способствующим формированию положительной деловой репутации владельца сайта - об истории общества, его продукции и услугах, партнерах и крупнейших клиентах. С той же целью на каждой странице сайта внизу размещен знак копирайта, указывавший на авторское право АЕСП за период с 2010 г. по текущий год, а сверху - коммерческое обозначение, представляющее собой графическое изображение сходное до степени смешения с товарным знаком «AESP» №175912., а также слоган «30 лет - Партнер проверенный временем!», отсылающий к 1995 г. - дате учреждения истца;

• он-лайн доступ к сервисам - обратной связи с руководством общества, регистрации на тренинги, автоматизированного подбора продукции, подписки на новости, запроса печатных каталогов, скачивания «Программы администрирования СКС», скачивания электронных изображений печатных изданий общества (каталоги продукции и пресс-релизы), заказа прайс-листа; он-лайн доступ к просмотру базы данных, - иллюстрированного онлайн каталога продукции, просмотру текущих публикаций в разделе «новости», публикаций общества за период с 2003 г. в разделе «Архив новостей», действующих сертификатов на продукцию общества.

[7] Исключительное право на печатные издания: «Корпоративный буклет AESP, 2013», Каталог «Оптические компоненты и системы, 2013», Каталог «Телекоммуникационные шкафы SignaProTm Rack Solution, 2013», Каталог «СКС SignamaxTm Cabling System и кабельные каналы, 2012», «Блокнот проектировщика СКС SIGNAMAXTm, 2013», Пресс-релизы «Signapro Product News» (20 выпусков с 12.02.2007 по 03.03.2010), Пресс-релизы «Signamax Product News» (41 выпуск с 04.02.2003 по 04.04.2007), Пресс-релизы «Signamax Product News» (10 выпусков с 26.12.2003 по 14.05.2008);

[8] Исключительное право на базу данных - иллюстрированный «Онлайн каталог продукции», доступ к которой осуществлялся на фирменном сайте общества;

[9] Исключительное право на произведения, опубликованные на фирменном сайте общества в разделе «Новости» в период с 2003 по 2017 годы (в настоящее время находятся в разделе «Архив новостей»);

[10] Исключительное право на изображения, демонстрируемые на фирменном сайте общества в разделе «Фотогаллерея»;

[11] Исключительное право на служебные произведения: «D.C. «Центры обработки данных - правила проектирования и методы монтажа» - Специальный курс», «F.B. «Волоконно-оптическая Кабельная Система» - Базовый курс», «В.Н. "Кабельная система" - Базовый курс» и «В.С. RC. «Кабельная система» - Ре-сертификация»;

[12] Исключительное право на изображения - бланки лицензий «AUTHORIZED INSTALLER», «Серебряный Бизнес Партнер» и «Золотой Бизнес Партнер»;

[13] Право (требования) по рамочному договору №1 -2016 от 15.01.2016 г. с ООО «ТБК Инвест Групп» (ИНН <***>);

[14] Право (требования) по договору №8533/3 от 29.07.2013 с ООО «ВЕСТ КОЛЛ ЛТД» на получение услуг связи по абонентскому номеру <***>;

[15] Право (требования) по договору №12953/1 от 04.10.2007 г. с ООО «ВЕСТ КОЛЛ ЛТД» на получение услуг связи по абонентскому номеру <***>;

[16] Право (требования) по договору №б/н от 01.05.2015 с ПАО «Банк ВТБ» (правопреемник ОАО АКБ «Банк Москвы») аренды нежилых помещений в бизнес-центре «Головино Плаза» по адресу: <...>;

[17] Деловая репутация (гудвилл) и деловые связи.

Применить последствия недействительности сделки, в виде взыскания в пользу ООО «АЕСП» ОГРН <***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> рыночной стоимости бизнеса перед отчуждением в размере 175 545 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО3, ФИО5 Слав, ФИО4.

Ответчик, третьи лица, извещенные о дате, времени и месте проведения судебного заседания в соответствии со ст. ст. 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса РФ в судебное заседание не явились, заявлений и ходатайств, препятствующих рассмотрению дела по существу, не направили. Спор рассмотрен в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам в отсутствие ответчика и третьих лиц.

Истец в ходе судебного заседания поддержал исковые требования в окончательной редакции.

Ответчик и третьи лица возражали против удовлетворения исковых требований по доводам ранее представленных письменных пояснений и отзывов.

Исследовав материалы дела, выслушав представителя истца, оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 132 ГК РФ предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности (абзац первый пункта 1). В состав предприятия как имущественного комплекса входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором (абзац второй пункта 2).

Согласно пункту 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки.

На основе системного толкования статей 10, 53.1, пункта 2 статьи 168, пункта 2 статьи 174, пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ, статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ, пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №53 от 21.12.2017 (т.5, л.д. 33-57), доказательствами наличия сделки по отчуждению всего действующего бизнеса (передачи реципиенту возможности фактически осуществлять определенную приносящую доход деятельность с одновременным прекращением или существенным сокращением такой возможности у передающей стороны) признаются в т.ч. следующие обстоятельства:

- ограниченность периода времени, в течение которого была произведена вся совокупность взаимосогласованных частных сделок и действий по передаче реципиенту возможности использовать для получения дохода средства индивидуализации, иные активы и ресурсы передающей стороны;

- до начала совершения данной совокупности частных сделок и действий реципиент не вел собственный бизнес на том же рынке, где действовала передающая сторона;

- в результате данной совокупности частных сделок и действий объем бизнеса реципиента резко вырос до масштаба сопоставимого с прежним объемом бизнеса передающей стороны, а последняя, напротив, была вынужден прекратить или существенно сократить объем деловой активности на том же рынке. При обычных условиях ведения предпринимательской деятельности столь резкое увеличение выручки является затруднительным и, как правило, не обусловлено разумными и ординарными экономическими действиями;

- для переноса деловой репутации (гудвил) передающей стороны на реципиента принимаются специальные меры по сокрытию от посторонних факта передачи бизнеса. Для этого в качестве реципиента, в том числе, используется юридическое лицо (т.н. «зеркальное общество») с фирменным наименованием, совпадающим или сходным до степени смешения с фирменным наименованием передающей стороны («основного общества»), идентичным перечнем видов экономической деятельности и теми же контактными реквизитами.

С момента своего учреждения в 1995 году истец ООО "АЕСП" ОГРН <***> (АЕСП-1) осуществлял на рынке РФ предпринимательскую деятельность по коду ОКВЭД 46.69.5 «Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами» с использованием имущественного комплекса, ключевые составные элементы которого перечислены в пунктах [1]-[17] шестого искового требования.

Применительно к правам АЕСП-1 на отдельные элементы этого комплекса суд исходит из следующих доказательств:

[1] том 4 листы 104-110, том 3 листы 144-152 - выписки из ЕГРЮЛ от 12.12.2017, от 16.01.2023 подтверждают наличие у АЕСП-1 исключительного права на фирменное наименование «АЕСП» при осуществлении на территории РФ видов деятельности с кодами ОКВЭД 46.69.5, 24.33, 25.50, 25.61, 26.11, 26.30.11, 26.30.12, 26.30.13, 26.30.14, 26.30.15, 26.30.16, 26.30.19, 26.30.5, 46.14.1, 46.14.9, 46.69, 46.90, 62.01, 62.02, 62.09, 63.11, 63.11.1, 68.10, 68.10.1, 68.31, 69.10, 69.20, 70.10.1, 70.10.2, 70.22, 71.12.1, 71.20, 72.19, 73.11, 73.20.1, 77.33, 77.39.2, 77.39.29, 78.10, 82.99, 85.42.9, 95.11;

[2] том 1 л.д. 15, 20-150, том 2 л.д. 1-51, том 3 л.д. 1-26, том 5 л.д. 76, том 9 л.д. 57-62, 65-106, 108-125, том 10 л.д. 1-23 – публикации на страницах фирменного сайта АЕСП-1, его каталоги, препринты, иные презентационные материалы, сертификаты, которые АЕСП-1 выдавало своим контрагентам, а также документы третьих лиц, где есть сведения, которые сообщал о себе сам истец, подтверждают исключительные права АЕСП-1 на коммерческие обозначения: «AESP» (с русским вариантом «АЕСП»), «AESP, Inc.», «Advanced Electronic Support Products, Inc.» (вариант написания «Advanced Electronic Support Products Inc.), графическое изображение сходное до степени смешения с товарным знаком «AESP» №175912 как элемент оформления печатной продукции общества и страниц его фирменного сайта, «AESP, Inc.» с дополнениями вида «российское представительство», «представительство в России» «Офис в России», «Офис в Москве», «Центральный офис», «Официальное представительство в Москве», «Торговое представительство в Москве» и (или) «московский торговый офис»; «AESP East Europe» (с русским вариантом «АЕСП Восточная Европа»), «Компания AESP East Europe», «Учебный центр AESP, Inc.» «Учебный центр АЕСП», «Учебный центр АЕСП Восточная Европа», «Учебный центр АЕСП ВЕ», «УЦ АЕСП ВЕ», «Обучающий центр AESP East Europe», «Треннинг-Центр AESP East Europe»

[3] том 5 л.д. 22, том 16 л.д. 91-117 - ответ ФИПС от 06.04.2023 на запрос суда подтверждает, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало исключительным правом на товарный знак SIGNAPRO №417394;

[4] том 5 л.д. 17 - ответ АО «РСИЦ» от 28.03.2023 на запрос суда подтверждает, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало правом требования по договору от 30.05.2005 №205185/NIC-D в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.aesp.ru;

[5] том 6 л.д. 110 - ответ АО «РСИЦ» от 26.05.2023 на запрос суда подтверждает, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало правом требования по договору от 30.05.2005 в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.signamax.ru;

[6] том 3 л.д. 16, 136-140, 142, том 9 л.д. 93, 94-97, 100-102, 107-111, 115-116, 119-120, том 10 л.д. 3, 25, 32, 34-37, 39-45, 53-56 - бумажные копии страниц в сети Интернет с материалами АЕСП-1 за период до 31.12.2017, подтверждающие исключительные права истца на спорную программу – фирменный сайт вместе с размещенными публикациями, презентационными материалами, базами данных продукции, программами обучения и другими материалами;

[7] том 9 л.д. 110-125, том 10 л.д. 4-21 – факты размещения с возможностью скачивания на страницах фирменного сайта АЕСП электронных изображений печатных изданий «Корпоративный буклет AESP, 2013», Каталог «Оптические компоненты и системы, 2013», каталога «Телекоммуникационные шкафы SignaProTm Rack Solution, 2013», каталога «СКС SignamaxTm Cabling System и кабельные каналы, 2012», «Блокнот проектировщика СКС SIGNAMAXTm, 2013», пресс-релизов «Signapro Product News» (20 выпусков с 12.02.2007 по 03.03.2010), пресс-релизов «Signamax Product News» (41 выпуск с 04.02.2003 по 04.04.2007), пресс-релизов «Signamax Product News» (10 выпусков с 26.12.2003 по 14.05.2008) подтверждают, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало исключительным правом на эти презентационные материалы;

[8] том 9 л.д. 110-111, том 10 л.д. 32 – бумажные копии страниц в сети Интернет с адресами https://www.aesp.ru/product/ и http://www.aesp.ru/product/SCS-category-5e/ от 31.12.2017 с указанием знака копирайта AESP 2010-2017, , подтверждающие исключительное право АЕСП-1 на базу данных - иллюстрированный «Онлайн каталог продукции»;

[9] том 10 л.д. 33-37 - бумажные архивные копии страниц в сети Интернет с адресами http://www.aesp.ru/news/newsarchive/ и http://www.aesp.ru/news/newsarchive/2003/ от 13.01.2017 и от 24.01.2017, соответственно, с указанием знака копирайта AESP 2010-2017, подтверждающие исключительное право АЕСП-1 на произведения, опубликованные на его фирменном сайте в разделе «Новости» в период с 2003 по 2017 годы (в настоящее время находятся в разделе «Архив новостей»);

[10] том 9 л.д. 61-62 - бумажная копия страницы в сети Интернет по адресу https:/www.aesp.ru/ about/gallery/172 от 04.01.2018 с указанием знака копирайта AESP 2010-2017, подтверждающая исключительное право АЕСП-1 на архив изображений, демонстрируемых на его фирменном сайте в разделе «Фотогаллерея»;

[11] том 9 л.д. 66, 68, 69, 73, 79-80, 82, 83, 85-88, 117, том 10 л.д. 39-45, 118, 119 - бумажные копии страниц в сети Интернет http://www.aesp.ru/education/, http://www.aesp.ru/education/course/, http://aesp.ru/education/course/tsentry-obrabotki-dannyh/, http://aesp.ru/education/course/opticheskaya-kabelnaya-sistema/, http://aesp.ru/education/course/kabelnaya-sistema-baza/, http://aesp.ru/education/course/kabelnaya-sistema/, содержащие соответствующие программы обучения, публикации об обучении по этим программам в корпоративных изданиях АЕСП-1, объявления о наборе на курсы обучения и лицензии выданные контрагентам истца по окончании этих курсов подтверждают исключительные права АЕСП-1 на служебные произведения «D.C. «Центры обработки данных - правила проектирования и методы монтажа» - Специальный курс», «F.B. «Волоконно-оптическая Кабельная Система» - Базовый курс», «В.H. "Кабельная система" - Базовый курс» и «В.С. RC. «Кабельная система» - Ре-сертификация»;

[12] том 9 л.д. 81-90 - примеры лицензий «AUTHORIZED INSTALLER», «Серебряный Бизнес Партнер» и «Золотой Бизнес Партнер», которые АЕСП-1 выдало в 2003-2017 своими партнерам, подтверждающие исключительное право истца на изображения – бланки этих лицензий;

[13] том 2 л.д. 108-110, 112, 116, 118, 119, 124, 127, 129, том 9 л.д. 119-125, том 10 л.д. 52, том 16 л.д. 1-90 – документы АЕСП-1 подтверждающие, что до отчуждения бизнеса этот истец обладал правом требования по рамочному договору №1-2016 от 15.01.2016 с ООО «ТБК Инвест Групп» (ИНН <***>), и что возможность использовать такое право для производства больших объемов продукции для ее последующей продажи было существенным элементом бизнеса АЕСП-1;

[14] том 6 л.д. 74 - ответ ООО «ВЕСТ КОЛЛ ЛТД» от 29.05.2023 на запрос суда, подтверждающий, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало правом требования по договору №8533/3 от 29.07.2013 на получение услуг связи по абонентскому номеру <***>;

[15] том 6 л.д. 74 - ответ ООО «ВЕСТ КОЛЛ ЛТД» от 29.05.2023 на запрос суда, подтверждающий, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало правом требования по договору №12953/1 от 04.10.2007 на получение услуг связи по абонентскому номеру <***>;

[16] том 2 л.д. 111, 116, 123, 125, 126, 132-135, 140, 142, том 3 л.д. 142, том 7 л.д. 34-71, т.10 л.д.74 - ответ ПАО «Банк ВТБ» от 22.08.2023 на запрос суда и публикации АЕСП-1 подтверждающие, что до отчуждения бизнеса АЕСП-1 обладало правом требования по договору от 01.05.2015 с ПАО «Банк ВТБ» (правопреемник ОАО АКБ «Банк Москвы») аренды нежилых помещений в бизнес-центре «Головино Плаза» по адресу: <...> и использовал данное помещение в качестве официального торгового офиса;

[17] Доказательством наличия у АЕСП-1 деловой репутации является факт того, что в качестве реципиента бизнеса было использовано специально созданное «зеркальное общество» АЕСП-2. В противном случае, - при негативной деловой репутации АЕСП-1, в качестве реципиента отчуждаемого бизнеса следовало избрать компанию с существенно отличающимися фирменным наименованием и контактными реквизитами.

Доказательствами того, что в результате совокупности отдельных сделок и действий в короткий срок АЕСП-1 утратило, а АЕСП-2 получило возможность использовать в своей предпринимательской деятельности перечисленные выше элементы имущественного комплекса АЕСП-1, суд признает следующее:

[1] том 1 л.д. 16, 18, 19, том 2 л.д. 52-104, том 3 л.д. 27-135, 136-141, том 4 л.д. 20-25, 99-103 - выписки из ЕГРЮЛ от 04.11.2017 и от 16.01.2023, бумажные архивные копии страниц в сети Интернет в домене www.aesp.ru, а также скачанных с этих страниц электронных изображений документов, включая изданные ответчиком каталоги и прайс-листы, подтверждающие что АЕСП-2 использует то же фирменное наименование для осуществления той же деятельности на том же товарном рынке;

[2] том 1 л.д. 15, 20-150, том 2 л.д. 1-51, том 3 л.д. 1-26, том 9 л.д. 110-125, том 10 л.д. 4-21, 39-45, 77-78, 111-117 - бумажные архивные копии страниц в сети Интернет в домене www.aesp.ru, который администрирует АЕСП-2, и где ответчик до сих пор продолжает или несколько лет продолжал демонстрацию документов и публикаций АЕСП-1, а также сертификаты которые, АЕСП-2 выдает своим партнерам, подтверждают, что начиная с 2018 ответчик использует принадлежавшие истцу коммерческие обозначения в той же деятельности на том же товарном рынке;

[3] том 5 л.д. 22, том 16 л.д. 91-117 - ответ ФИПС от 06.04.2023 на запрос суда подтверждает, что факт отчуждения в пользу АЕСП-2 исключительного права на товарный знак SIGNAPRO №417394;

[4] том 5 л.д. 17 - ответ АО «РСИЦ» от 28.03.2023 на запрос суда подтверждает факт отчуждения в пользу АЕСП-2 права требования по договору от 30.05.2005 №205185/NIC-D в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.aesp.ru;

[5] том 6 л.д. 110 - ответ АО «РСИЦ» от 26.05.2023 на запрос суда подтверждает факт отчуждения в пользу АЕСП-2 права требования по договору от 30.05.2005 г. в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.signamax.ru;

[6] том 1 л.д. 16-19, 20-150, том 2 л.д. 1-53, 59-74, 75-98, 100-150, том 3 л.д. 1-27, 59-69, 71-79, 81-100, 124-130, 131, 134-135, 138, 141, том 9 л.д. 61-62, 91-92, 97, 103, 106, 110-125, том 10 л.д. 4-21, 32, 34-45, 53-55 - бумажные копии архивов страниц в сети Интернет, а также документов АЕСП-1 и АЕСП-2, подтверждающие, что начиная с 2018 именно ответчик использует спорную программу для ЭВМ – фирменный сайт в домене www.aesp.ru в сети Интернет для размещения собственных документов и публикаций. Наряду с этим АЕСП-2 до сих пор продолжает или несколько лет продолжал демонстрацию на том же сайте документов и публикаций АЕСП-1, которые там были размещены по состоянию на 31.12.2017;

[7] том 1 л.д. 15, 20-150, том 2 л.д. 1-51, том 9 л.д. 110-125, том 10 л.д. 4-21, 77-78 - бумажные копии архивов страниц в сети Интернет и скачанных с этих страниц спорных электронных корпоративных изданий АЕСП-1, подтверждающие, что АЕСП-2 длительное время после 01.01.2018 демонстрировало и предлагало эти издания для скачивания от своего имени;

[8] том 3 л.д. 28-58, том 9 л.д. 110-111, том 10 л.д. 32 - содержание «Онлайн каталога» на фирменном сайте по состоянию на 2023, а также сведения сервиса WebArchiv.Org о сроках изменения соответствующих страниц в сети Интернет подтверждают тот факт, что вместе с возможностью управлять фирменным сайтом истца в домене www.aesp.ru в сети Интернет ответчик получил в свое распоряжение и стал использовать в своих интересах размещенную на этом сайте базу данных истца – иллюстрированный «Онлайн каталог»;

[9] том 3 л.д. 1-26, том 10 л.д. 33-37 – бумажные копии страниц в сети Интернет http://www.aesp.ru/news/newsarchive/ и http://www.aesp.ru/news/newsarchive/2003/ подтверждающие, что те материалы, которые АЕСП-1 публиковало в период с 2003 по 2017 годы на своем фирменном сайте в разделе «Новости», продолжали быть доступны на тех же страницах в сети Интернет и после 2017 года;

[10] том 9 л.д. 61-62 - бумажная копия страницы в сети Интернет по адресу https:/www.aesp.ru/ about/gallery/172 подтверждает, что вместе с возможностью управлять фирменным сайтом истца в домене www.aesp.ru в сети Интернет ответчик получил в свое распоряжение и стал использовать в своих интересах изображения, демонстрируемые на этом сайте в разделе «Фотогаллерея»;

[11] том 9 л.д.110-111, 115-117, том 10 л.д. 39-43, 45, 118, 119 - содержащие соответствующие программы обучения, публикации в период после 2017 об обучении по этим программам в корпоративных изданиях, объявления АЕСП-2 в период после 2017 о наборе на курсы обучения подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать в своей деятельности служебные произведения АЕСП-1 «D.C. «Центры обработки данных - правила проектирования и методы монтажа» - Специальный курс», «F.B. «Волоконно-оптическая Кабельная Система» - Базовый курс», «В.H. "Кабельная система" - Базовый курс» и «В.С. RC. «Кабельная система» - Ре-сертификация»;

[12] том 10 л.д. 111-117 - примеры лицензий (свидетельств, сертификатов), которые после 01.01.2018 АЕСП-2 выдавало третьим лицам, а также бланки этих документов размещенные на странице сайта в домене www.aesp.ru в сети Интернет в период после 2017, подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать эти бланки в своей деятельности;

[13] том 2 л.д. 64, 68, 70, 77, 80, 81, 85, 86, 90, 92, 94, 95, 100-104, 106, 107, том 3 л.д. 74, 77, 86, 95, том 6 л.д. 37, том 10 л.д. 77-78, 79-80, 81-82 и 83-84, том 12 л.д. 103-108 –финансовая отчетность АЕСП-2, публикации ответчика на сайте в домене www.aesp.ru в сети Интернет в период после 2017, изданные в 2018-2020 годах каталоги продукции АЕСП-2, полученные ответчиком в тот же период разрешительные документы (сертификаты) на продукцию, подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать в своей деятельности те же производственные мощности ООО «ТБК Инвест Групп» в тех же целях и в сопоставимых объемах;

[14] том 1 л.д. 17, том 3 л.д. 124-127, том 9 л.д. 63-64 том 10 л.д. 77-84 - бумажные копии страниц сайта в домене www.aesp.ru в сети Интернет в период после 2017, включая раздел «Контакты" фирменного сайта, а также изданные в 2018-2020 годах каталоги продукции АЕСП-2, подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать в своей деятельности (для контактов с потребителями) абонентский номер <***>;

[15] том 1 л.д. 15-150, том 2 л.д. 1-150, том 3 л.д. 1-129, 131, том 9 л.д. 61, 63, 64, том 10 л.д. 77-84 – бумажные копии страниц сайта в домене www.aesp.ru в сети Интернет в период после 2017, включая раздел «Контакты" фирменного сайта, разрешительная документация (сертификаты на продукцию) АЕСП-2 за 2019-2022 годы, а также изданные в 2018-2020 годах каталоги продукции АЕСП-2, подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать в своей деятельности (для контактов с потребителями) абонентский номер <***>;

[16] том 1 л.д. 17, том 2 л.д. 53, 54, 58, 64, 66, 67, 69, 71, 77, 82, 88, 89, 91, 103, 105, том 3 л.д. 124-127, том 10 л.д. 74, 77-84 - публикации за 2018-2020 годы на страницах сайта в домене www.aesp.ru в сети Интернет, указание в прайс-листах и каталогах продукции АЕСП-2 изданных в 2018-2020 годах подтверждают, что после отчуждения в его пользу бизнеса истца ответчик стал использовать в своей деятельности (для контактов с потребителями) торговый офис в бизнес-центре «Головино Плаза» по адресу: <...>;

[17] том 12 л.д. 103-108 – финансовая отчетность АЕСП-2 за 2017 и последующие годы, совместно с перечисленными выше доказательствами, что после аномально резкого роста объемов продаж в 2018 году ответчик в течение нескольких лет в непрерывно увеличивающихся объемах реализовывал на том же товарном рынке собственную продукцию с помощью использования средств индивидуализации АЕСП-1 (фирменное наименование и коммерческими обозначения), выданных на имя АЕСП-1 разрешительных документов, каталогов продукции и иные корпоративных изданий АЕСП-1 выпущенных в 2012-2013 годах, отчужденных у АЕСП-1 каналов коммуникации с покупателями (телефоны, торговый офис, электронная почта, сайт в сети Интернет), подтверждает, что АЕСП-2 удалось без существенных потерь перенести на себя ту деловую репутацию (гудвилл), которую АЕСП-1 смогло создать в период до 2018 года.

Суд учитывает, что практически все эти сделки и действия (кроме формального отчуждения прав на телефонные номера) произошли в период с 03.07.2017 (учреждение «зеркального общества» АЕСП-2) до 23.01.2018 (формальная передача АЕСП-2 права администрировать домены www.aesp.ru и www.signamax.ru). Фактически передача от АЕСП-1 к АЕСП-2 контроля над всеми без исключения средствами индивидуализации и иными средствами ведения бизнеса завершилась уже к 01.01.2018 в связи с переходом всего производственного персонала АЕСП-1 на работу в АЕСП-2.

Согласно приобщенной к делу финансовой отчетности, в 2018 году объем реализации продукции АЕСП-1 по сравнению с 2017 годом сократился в 33 раза, а в последующие годы упал до нуля. Одновременно с этим в 2018 году произошел аномальный рост объема такой же по содержанию предпринимательской деятельности ответчика АЕСП-2. По сравнению с 2017 годом объем реализации продукции у АЕСП-2 в 2018 году вырос сразу в 18 539 раз, достигнув уровня сопоставимого с показателями АЕСП-1 в 2017 году.

При обычных условиях ведения предпринимательской деятельности столь резкое увеличение выручки ответчика АЕСП-2 является затруднительным и, как правило, не обусловлено разумными экономическими действиями.

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Ответчик и третьи лица не предоставили доказательства, опровергающие позицию истца. Из содержания Возражений от 25.07.2023 (том 7 л.д. 9-10) и объяснений в судебных заседаниях представителя ответчика и третьих лиц усматривается, что данные участники, по существу, признают факт отчуждения всего бизнеса АЕСП-1 в пользу АЕСП-2, оправдывая свои действия экономической целесообразностью.

Суд признает установленным, что в период с июля 2017 года по январь 2018 года была совершена единая сделка по отчуждению готового (действующего) бизнеса АЕСП-1 в пользу АЕСП-2. Сделка была осуществлена путем совокупности отдельных взаимосвязанных действий и сделок, в результате которых в распоряжении и пользовании АЕСП-2 оказались все элементы имущественного комплекса АЕСП-1, включая средства индивидуализации (коммерческие обозначения, фирменное наименование, товарные знаки), права на доменные имена, программу для ЭВМ - фирменный сайт, права требования, средства коммуникации с клиентами (телефоны, электронная почта, торговый офис), а также деловая репутация (гудвил).

Данная сделка недействительна ввиду дефекта формы (п.2 ст.650 ГК РФ) поскольку ее объект отвечал определенным в ст.132 ГК РФ признакам предприятия, но вопреки п.1 ст.650 ГК РФ единый документ, подписанный истцом и ответчиком, не составлялся.

Данная сделка недействительна в силу статьи 168 ГК РФ, поскольку являясь сделкой между коммерческими организациями, она не предусматривала встречного предоставления, что противоречит самому существу предпринимательской деятельности, целям создания коммерческой организации (пункт 1 статьи 50 ГК РФ), запрету на дарение между коммерческими организациями (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ, Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 1637/09 по делу N А08-3498/07-12-28), а также уставной цели АЕСП-1 - достижению максимальной экономической эффективности и прибыльности предприятия (пункт 2.1 Устава АЕСП-1).

Данная сделка недействительна по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3, 4 статьи 1, статьей 10 ГК РФ.

Доводы ответчика и третьих лиц об отсутствии в их действиях злоупотребления правом опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Согласно выводам арбитражных судов по ранее рассмотренным делам №А40-162227/2017 и №А40-70282/2020 с участием тех же лиц, в период с 2016 по 2021 годы действия всех четырех участвующих в настоящем деле обществ определялись совместной волей третьих лиц, которые в корпоративном конфликте с ФИО1 последовательно преследовали цель не допустить ее участие в их общем бизнесе.

Все рассматриваемые действия и сделки с элементами имущественного комплекса АЕСП-1 совершены после того, как в гражданском споре ФИО1 предъявила ФИО4 требования, удовлетворение которых было нежелательно для третьих лиц. При этом управление деятельностью всех четырех участвующих в споре обществ производилось из одного и того же места, на что указывает, в том числе, совпадение IP-адресов, использовавшихся обществами для подачи налоговой отчетности и управления банковскими счетами.

Суд отклоняет как несостоятельные доводы ответчика и третьих лиц о вынужденном характере и экономической целесообразности перевода бизнеса в АЕСП-2, вследствие массовых отказов клиентов от сотрудничества с АЕСП-1 после его привлечения к участию в судебных процессах по искам ФИО1 В материалах дела отсутствуют доказательства таких отказов. Напротив, выручка АЕСП-1 в 2017 году выросла по сравнению с 2016 годом. Первое привлечение АЕСП-1 к участию судебном разбирательстве по иску ФИО1 (дело №А40-162227/2017) произошло 13 декабря 2017 года, когда процесс отчуждения бизнеса завершался.

Рассматриваемая сделка по отчуждению бизнеса также недействительна по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, поскольку она была совершена единоличным исполнительным органом АЕСП-1 (ФИО4) в ущерб интересам данного общества, что было очевидно для единоличного исполнительного органа АЕСП-2 (ФИО4). Отчуждение бизнеса немедленно повлекло многократное сокращение объемов деятельности АЕСП-1 в 2018 году по сравнению с 2017 годом и его полное прекращение в последующие годы.

Суд признает правомерность требования АЕСП-1 о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика рыночной стоимости бизнеса перед отчуждением (пункт 2 статьи 167 ГК РФ), поскольку полученное по сделке выражалось, в том числе, в пользовании переданными нематериальными активами и, к тому же возврат бизнеса в натуре (реституция) в настоящее время невозможен в силу значительности срока, прошедшего с момента отчуждения, и произошедших за этот период изменений.

При определении стоимости бизнеса АЕСП-1 перед отчуждением суд исходит из следующего.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление доказательств может влечь неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), на что обращено внимание в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции".

Согласно части 3 статьи 70 АПК РФ, признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 12505/11 по делу N А56-1486/2010, в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", внимание судов обращено на то, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 09.04.2002 N 90-О, возможность применения судом в случае уклонения стороны от участия в экспертизе правовой презумпции признания невыгодного для нее факта обусловлена задачей пресекать препятствующие осуществлению правосудия действия (бездействие) недобросовестной стороны и обеспечивать дальнейшие судебные процедуры по установлению и исследованию фактических обстоятельств дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" в силу принципов равноправия и состязательности сторон арбитражный суд не вправе принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон спора, не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. Однако, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, суд осуществляет руководство процессом, оказывает содействие в реализации равных процессуальных прав лиц, участвующих в деле (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу части 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применение нормы, регулирующей сходные отношения (аналогия закона), обусловлено наличием пробела в правовом регулировании судопроизводства в арбитражных судах.

В Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации не содержится положений, регулирующих действия суда в случае уклонения стороны от проведения экспертизы. Вместе с тем общими положениями арбитражного процессуального законодательства предусмотрены последствия и распределены риски участвующих в деле лиц за совершение или несовершение ими процессуальных действий.

В случае уклонения лица от проведения экспертизы (несовершения процессуальных действий) риск наступления последствий следует отнести на уклонившуюся сторону (часть 2 статьи 9, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 79 ГПК РФ, регулирующей сходные отношения (аналогия закона), при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Правомерность применения арбитражными судами части 3 статьи 79 ГПК РФ по аналогии обоснована в пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе". В случае непоступления ходатайства о назначении экспертизы или отсутствия согласия на ее проведение, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о распределении бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Кодекса).

Лицо, представившее доказательство, на основании части 2 статьи 9 АПК РФ несет риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий, связанных с подтверждением подлинности документа, в отношении которого подано заявление о фальсификации.

Если достоверность данного заявления с учетом обстоятельств конкретного дела может быть проверена только путем проведения экспертизы, влекущей порчу документа, то при отсутствии согласия представившего документ лица на такое повреждение суд вправе признать факт, для выяснения которого требовалась экспертиза, установленным (часть 5 статьи 3 АПК РФ, часть 3 статьи 79 ГПК РФ).

В настоящем споре ФИО1 представила в суд основанный на приобщенных к делу доказательствах расчет, согласно которому стоимость действующего (готового) бизнеса АЕСП-1 перед отчуждением составляла 175 545 000 руб. Для его подтверждения и уточнения ФИО1 также ходатайствовала о назначении судебной оценочной экспертизы, представила согласие экспертной организации и внесла на депозит суда необходимую денежную сумму на оплату услуг экспертов.

Ответчик и контролирующее его третье лицо (ФИО4) систематически уклонялись от выполнения требований суда представить находившиеся у них документы, которые были необходимы для судебной оценочной экспертизы (определения от 19.12.2024, от 18.03.2025, от 19.06.2025, от 12.08.2025 о назначении судебного штрафа, письмо экспертной организации от 21.07.2025 №0838-25 о невозможности провести экспертизу в отсутствие первичных учетных документов). В такой ситуации проведение судебной оценочной экспертизы оказалось невозможным.

Кроме того, ответчик и третьи лица не выполнили определение суда от 31.07.2025, не представив письменные позиции по представленному истцом расчету стоимости действующего (готового) бизнеса АЕСП-1 перед отчуждением

С учетом изложенного, а также, поскольку в расчете истца не обнаружено ошибок, суд признает установленным, что стоимость действующего (готового) бизнеса АЕСП-1 перед отчуждением составляла 175 545 000 руб.

Оценивая обоснованность остальных исковых требований, суд учитывает, что все они заявлены в отношении отдельных действий и сделок, которые являются составными элементами рассмотренной выше основной сделки по отчуждению бизнеса.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Следовательно, признание недействительности основной сделки с неизбежностью влечет признание недействительными всех ее составных частей (действий и сделок с отдельными элементами имущественного комплекса) - вне зависимости от наличия или отсутствия самостоятельных оснований оспорить такие действия и сделки.

Поэтому недействительность основной сделки по отчуждению бизнеса АЕСП-1 сама по себе является основанием удовлетворить остальные исковые требования ФИО1

Суд также учитывает отсутствие заявления ответчика об истечении срока исковой давности по требованию о признании недействительной основной сделки по отчуждению бизнеса АЕСП-1 в пользу АЕСП-2.

В силу этого суд отклоняет те заявления об истечении срока исковой давности, которые ответчик сделал в отношении трех первых исковых требований.

При оценке обоснованности данного заявления ответчика суд также руководствуется разъяснениями Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.11.2016 N 497-ПЭК16, от 25.10.2022 N 305-ЭС22-12747, от 16.06.2023 N 305-ЭС22-29647).

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации вправе, в частности, требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1) и оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как указано в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 Гражданского кодекса), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что течение срока давности по иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня, когда такой участник узнал о нарушении прав общества.

Участник корпорации, предъявляя соответствующие требования, действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом), который обосновывается наличием у Компании как истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба, как субъекту гражданско-правовых отношений.

Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица.

Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.

Для исчисления срока исковой давности по такому требованию имеет существенное значение момент, когда обладатель нарушенного права (участник) узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

Иной подход ставит участников общества, не обладающих возможностью постоянно контролировать органы управления юридическим лицом, в заведомо невыгодное положение, сопряженное с невозможностью реальной защиты своих интересов в ситуации, когда факт совершения сделки с заинтересованностью скрывается органом управления юридическим лицом, и при этом срок исковой давности продолжает течь, что противоречит сути законодательного регулирования отношений, касающихся одобрения сделок с заинтересованностью, направленных на предотвращение конфликта интересов между органами управления и участниками хозяйственных общества.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, то предполагается, что участник, предъявивший требование об оспаривании сделки должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом) (пункты 2 - 3 постановления Пленума N 27).

Таким образом, срок исковой давности по иску, заявленному участником корпорации, фактически контролируемой другой стороной корпоративного конфликта, не может начать свое течение ранее полной субъективной осведомленности процессуального истца об основаниях для оспаривания сделки, то есть обо всех обстоятельствах, составляющих юридический состав недействительности сделки. В течение периода, когда корпорация в лице противоположной стороны конфликта скрывает необходимую информацию от участника, субъективный срок исковой давности для него не течет.

В указанных случаях срок исковой давности должен исчисляться, по крайней мере, не ранее проведения очередного годового общего собрания участников по итогам того года, в котором был восстановлен корпоративный контроль за обществом, если только необходимые и достаточные сведения для судебного оспаривания сделки не были получены участником общества ранее проведения годового собрания из иных источников.

В настоящем деле исковые требования заявлены в отношении сделок и действий, совершенных в ситуации корпоративного конфликта между ФИО1 и третьими лицами. Последние, согласно выводам судов по ранее рассмотренным делам №А40-162227/2017 и №А40-70282/2020 с их участием, контролировали действия единоличных исполнительных органов всех четырех обществ с целью не допустить участие ФИО1 в их общем бизнесе.

Из материалов дела усматривается наличие сговора лиц, осуществлявших полномочия единоличных исполнительных органов АЕСП-1 (ФИО4), АЕСП-2 (ФИО4) и ООО «Специальные знаки и маркировка» (ФИО6).

ФИО1 обратилась с иском в суд 16.01.2023 – до истечения года после того, как 17.01.2022 она по решению районного суда была зарегистрирована в ЕГРЮЛ как участник истцов (том 3 л.д. 143, 144-152, том 4 л.д.1-9, 26-33).

Из материалов дела, также усматривается, что единоличные исполнительные органы истцов вплоть до последнего времени уклонялись от предоставления ФИО1 необходимой информации и документов (том 4 листы 58-62). По этой причине ФИО1 смогла получить необходимые сведения об условиях и основаниях недействительности оспоренных сделок и действий (включая сведения о письменных формах сделок и их безвозмездности) только благодаря тому, что в течение 2023 года такая информация поступала в суд по настоящему делу в результате исполнения соответствующих судебных запросов.

Суд также учитывает, что на момент вынесения решения исковые требования поддерживаются Управляющим АЕСП-1 ИП ФИО7, который был назначен 27.02.2025 после исключения ФИО4 (бывший Генеральный директор АЕСП-1) из числа участников данного общества (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 по делу №А40-161742/23-45-1156 – том 14 л.д. 69-78).

Суд приходит к выводу, что по всем требованиям, которые ФИО1 заявила в настоящем деле, срок исковой давности не пропущен.

Согласно пункту 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Согласно статье 1474 ГК РФ юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет".

Сокращенные фирменные наименования, а также фирменные наименования на языках народов Российской Федерации и иностранных языках защищаются исключительным правом на фирменное наименование при условии их включения в единый государственный реестр юридических лиц.

Распоряжение исключительным правом на фирменное наименование (в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования фирменного наименования) не допускается. Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Юридическое лицо, нарушившее правила пункта 3 настоящей статьи, по требованию правообладателя обязано по своему выбору прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить свое фирменное наименование, а также обязано возместить правообладателю причиненные убытки.

Вопреки этому, ответчик АЕСП-2, имея цель воспользоваться деловой репутацией АЕСП-1, использует с момента своей государственной регистрации 02.07.2017 фирменное наименование АЕСП-1 в отношении тех же видов экономической деятельности. Это оказалось возможным, поскольку Генеральный директор АЕСП-1 ФИО4 был одновременно единственным учредителем и Генеральным директором АЕСП-2, каковое он специально создал по согласованию с третьими лицами в качестве т.н. «зеркального общества» для переноса туда бизнеса АЕСП-1.

Суд признает обоснованным требование истца АЕСП-1 запретить ответчику АЕСП-2 использовать фирменное тождественное фирменному наименованию истца при осуществлении видов деятельности с кодами ОКВЭД 46.69.5, 24.33, 25.50, 25.61, 26.11, 26.30.11, 26.30.12, 26.30.13, 26.30.14, 26.30.15, 26.30.16, 26.30.19, 26.30.5, 46.14.1, 46.14.9, 46.69, 46.90, 62.01, 62.02, 62.09, 63.11, 63.11.1, 68.10, 68.10.1, 68.31, 69.10, 69.20, 70.10.1, 70.10.2, 70.22, 71.12.1, 71.20, 72.19, 73.11, 73.20.1, 77.33, 77.39.2, 77.39.29, 78.10, 82.99, 85.42.9, 95.11, обязать ответчика в течение месяца с момента вступления в законную силу судебного решения по своему выбору, или изменить свое фирменное наименование, или прекратить использование существующего фирменного наименования в отношении указанных видов деятельности.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд соглашается с доводами истцов о притворном характере пункта 3.1 оспоренных договоров от 21.08.2017, предусматривающего обязанность АЕСП-2 уплатить 10 000 руб. за отчуждаемые в его пользу исключительные права на товарные знаки "AESP" №175912 и "SIGNAPRO" №417394. Ответчик не выплатил это вознаграждение истцам, а единоличные исполнительные органы истцов, будучи аффилированы с ответчиком (том 4 л.д. 1-9, 99-103, 104-110, том 10 л.д. 111-117) и вместе с ним подконтрольны третьим лицам, в отсутствие объективных препятствий не предприняли никаких действий с целью побудить АЕСП-2 исполнить свои обязательства по оплате.

Прикрываемые договорами от 21.08.2017 безвозмездные сделки по отчуждению исключительных прав на товарные знаки "AESP" №175912 и "SIGNAPRO" №417394 недействительны в силу статьи 168 ГК РФ, поскольку они противоречат пункту 1 статьи 50 ГК РФ, определяющему извлечение прибыли как основную цель деятельности коммерческой организации, пункту 2.1 Уставов истцов, которые предусматривают, что основной целью их деятельности является достижение максимальной экономической эффективности и прибыльности; подпункту 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 1637/09 по делу N А08-3498/07-12-28), устанавливающего запрет дарения между коммерческими организациями; пункту 3.1 статьи 1234 ГК РФ, предусматривающему запрет безвозмездного отчуждения исключительного права в отношениях между коммерческими организациями.

Прикрываемые безвозмездные сделки недействительны по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3, 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ, поскольку лица, определявшие действия и решения сторон этих сделок, допустили злоупотребление правом.

Прикрываемые безвозмездные сделки недействительны в силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ, поскольку при их совершении единоличные исполнительные органы истцов действовали в сговоре с ответчиком и в ущерб интересам (уставным целям) правообладателей. Это обстоятельство было явным для Генерального директора АЕСП-2 ФИО4, который знал или должен был знать о нем.

Из материалов дела (ответы АО РСИЦ от 28.03.2023 и 26.05.2023 на судебные запросы, доводы представителя ответчика и третьих лиц), усматривается, что АЕСП-1 безвозмездно передало АЕСП-2, а последнее приобрело права на администрирование доменных имен www.aesp.ru и www.signamax.ru в сети Интернет.

С учетом разъяснений о применении статьи 153 ГК РФ, сформулированных в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, суд квалифицирует такие взаимосогласованные действия АЕСП-1 и АЕСП-2 как сделки по распоряжению правами на доменные имена www.aesp.ru и www.signamax.ru.

Поскольку эти сделки между коммерческими организациями не предусматривали встречного предоставления, они недействительны в силу статьи 168 ГК РФ как противоречащие пункту 1 статьи 50 ГК РФ, подпункту 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 1637/09 по делу N А08-3498/07-12-28) и пункту 2.1 Устава АЕСП-1.

Сделки также недействительны в силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ, поскольку при их совершении ФИО4 был одновременного Генеральным директором как в АЕСП-1, так и в АЕСП-2, в силу этого не мог не знать, что действует в ущерб интересам (уставным целям) АЕСП-1.

Сделки также недействительны по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3, 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ, поскольку лица, определявшие действия и решения сторон этих сделок, допустили злоупотребление правом.

Суд отклоняет как необоснованный довод представителя ответчика и третьих лиц о недоказанности исключительных прав АЕСП-1 на программу для ЭВМ – фирменный сайт, демонстрируемый в сети Интернет в доменах с адресами www.aesp.ru и www.signamax.ru.

Согласно статье 1226 ГК РФ, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1256 ГК РФ интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами.

Согласно пункту 4 статьи 1259 ГК РФ, для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. В отношении программ для ЭВМ и баз данных возможна регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя в соответствии с правилами статьи 1262 настоящего Кодекса.

Согласно статье 1261 ГК РФ авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе, на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Согласно пункту 2 статьи 1295 ГК РФ исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1296 ГК РФ исключительное право на программу для ЭВМ, базу данных или иное произведение, созданные по договору, предметом которого было создание такого произведения (по заказу), принадлежит заказчику, если договором между подрядчиком (исполнителем) и заказчиком не предусмотрено иное.

Наличие у АЕСП-1 исключительного права на спорный фирменный сайт усматривается из совокупности следующих доказательств.

Приобщенная к материалам дела бумажная копия страницы спорного сайта с адресом http://www.aesp.ru/news/the_new_website_aesp/ содержит объявление АЕСП-1 от 10.11.2011 (цит.): «Новый вебсайт АЕСП. AESP с чувством глубокого удовлетворения СООБЩАЕТ, что ЗАВЕРШЕНА РАБОТА НАД НОВЫМ КОРПОРАТИВНЫМ САЙТОМ!!! Новый сайт уже размещен пор НАШЕМУ ТРАДИЦИОННОМУ адресу www.aesp,ru. МЫ ПОСТАРАЛИСЬ учесть новые тенденции и достижения современного сайтостроительства. Вашему вниманию представлены самые горячие новинки НАШЕГО КАТАЛОГА продуктов. Подписка на новости AESP также уже работает. МЫ БУДЕМ искренне признательны за все Ваши пожелания по сайту, что Вы хотели бы видеть и без чего можно обойтись. Письма можно направлять на feedback@aesp.ru». Принадлежность данной страницы спорного сайта именно АЕСП-1 подтверждается размещением в левой ее части новостей о деятельности данного общества в 2011, а внизу слева - знака правовой охраны «© Представительство AESP East Europe 2010-2012» на основе коммерческого обозначения, исключительные права на которое принадлежат АЕСП-1.

Также из материалов дела усматривается и не отрицается ответчиком, что спорный сайт демонстрируется в сети Интернет в доменах с адресами www.aesp.ru и www.signamax.ru, правом администрировать которые до отчуждения бизнеса в пользу АЕСП-2 обладало именно АЕСП-1.

Материалами дела подтверждается, что до отчуждения бизнеса именно АЕСП-1, и только оно, использовал спорный сайт для публикации текущих новостей и объявлений о своей деятельности, каталогов и прайс-листов своей продукции, свидетельств на товарные знаки, действующих сертификатов на свою продукцию, а также для организации обратной связи с клиентами.

Таким образом, вне зависимости от того, был ли спорный фирменный сайт создан в 2011 году персоналом АЕСП-1 как служебное произведение или же этот сайт был создан третьим лицом по заказу АЕСП-1, именно АЕСП-1 до отчуждения всего бизнеса в пользу АЕСП-2 обладало исключительным правом на данную программу для ЭВМ.

После отчуждения в пользу АЕСП-2 всего бизнеса АЕСП-1, включая переход к нему администрирования доменов www.aesp.ru и www.signamax.ru, на спорном сайте прекратили появляться новые материалы АЕСП-1 и одновременно с этим стали размещаться материалы уже самого АЕСП-2.

При этом страницы спорного сайта сохранили тот же дизайн, включая рекламный слоган в шапке с указанием контактных телефонов, с указанием 2010 в качестве срока начала действия правовой охраны и фирменного наименования «АЕСП».

Все материалы АЕСП-1, которые до конца 2017 были размещены на фирменном сайте или присутствуют там же до сих пор (контактные реквизиты, список крупнейших пользователей, архив новостей и публикаций за 2003-2017 годы, программы предлагаемых курсов по обучению специалистов с бланками выдаваемых свидетельств), или длительное время (в течение 2018-2020 годов) демонстрировались на тех же местах вплоть до истечения срока их действия (каталоги и прайс-листы продукции АЕСП-1 за 2012-2013 годы, выданные на имя АЕСП-1 сертификаты и свидетельства).

С учетом разъяснений о применении статьи 153 ГК РФ, сформулированных в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, суд квалифицирует действия сторон как сделку по отчуждению программы для ЭВМ – фирменного сайта истца АЕСП-1 в пользу ответчика АЕСП-2.

Поскольку эта сделка между коммерческими организациями не предусматривала встречного предоставления, она недействительна в силу статьи 168 ГК РФ как противоречащая пункту 1 статьи 50 ГК РФ, подпункту 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ (Постановление Президиума ВАС РФ от 27.07.2010 N 1637/09 по делу N А08-3498/07-12-28) и пункту 2.1 Устава АЕСП-1.

Сделка также недействительна в силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ, поскольку Генеральным директором АЕСП-1 и АЕСП-2 был ФИО4, который не мог не знать, что действует в ущерб интересам (уставным целям) АЕСП-1.

Сделка также недействительна по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3, 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ, поскольку как было указано выше третьи лица, определявшие действия и решения обеих сторон, допустили злоупотребление правом.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Правовая позиция об этом сформулирована в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12.

Принцип диспозитивности, характерный для гражданских правоотношений, распространяет свое действие и на процессуальные отношения; в арбитражном процессе диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорных правоотношений, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом.

Арбитражным судом при рассмотрении настоящего дела были созданы условия для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора (часть 3 статьи 9, статья 66 АПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленные требования являются обоснованными, документально подтвержденными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Истцы просят взыскать с ответчика неустойку на случай неисполнения судебного решения в отношении каждого из удовлетворенных судом требований в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Суд, рассмотрев данное требование, находит его подлежащим удовлетворению.

В силу ч. 1 ст. 16 АПК РФ, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда, являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (п. 1 ст. 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" на основании п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (ст. 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее – судебная неустойка).

Уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (п. 2 ст. 308.3 ГК РФ).

Сумма судебной неустойки не учитывается при определении размера убытков, причиненных неисполнением обязательства в натуре: такие убытки подлежат возмещению сверх суммы судебной неустойки (п. 1 ст. 330, ст. 394 ГК РФ). В силу п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Действующее законодательство предоставляет стороне, в пользу которой принят судебный акт по существу спора, в случае его неисполнения должником в установленный судом срок, требовать взыскания неустойки, с целью побуждения последнего к исполнению решения/постановления суда.

Целью присуждения судебной неустойки является побуждение должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, а основанием ее начисления - судебный акт о присуждении судебной неустойки.

Оплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение в соответствии с п. 2 ст. 308.3 ГК РФ.

Обязательность исполнения судебных актов установлена статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и частью 1 статьи 16 АПК РФ, согласно которой вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Неисполнение судебных актов, а также неисполнение требований арбитражных судов влекут за собой ответственность, установленную названным Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно правовой позиции, сформированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25.01.2001 N 1-П, обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неоправданная задержка его исполнения рассматривается как нарушение права на справедливое правосудие в разумный срок.

Размер судебной неустойки должен соответствовать общим принципам справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из недобросовестного поведения и учитывает необходимость соблюдения баланса интересов участвующих в деле лиц.

Принимая во внимание значимость для истцов своевременного исполнения ответчиком решения суда по настоящему делу, период разрешения настоящего судебного спора, суд приходит к выводу о возможности в полном объеме удовлетворить требования истцов о применении в отношении ответчика мер понуждения на случай неисполнения настоящего решения в виде взыскания судебных неустоек.

Оснований для определения иного размера неустоек суд не усматривает.

Судом рассмотрены все доводы ответчика, однако они не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, так как документально правовые притязания истцов не опровергают, не соответствуют фактическим обстоятельствам спора, действующему законодательству, направлены на уклонение от выполнения принятых на себя обязательств, и не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

В соответствии со статей 110 АПК РФ расходы ФИО1 по оплате госпошлины относятся на ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 4, 8, 9, 65, 71, 110, 167-170, 171, 176, 180, 181 АПК РФ суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор от 21.08.2017 между ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> об отчуждении исключительного права на товарный знак «AESP» №175912 (регистрация 27.11.2017 №РД0238088). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с момента вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения взыскать в пользу ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Признать недействительным договор от 21.08.2017 между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> об отчуждении исключительного права на товарный знак «SIGNAPRO» №417394 (регистрация 27.11.2017 №РД0238089). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Признать недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по передаче права администрировать домены второго уровня в сети Интернет www.aesp.ru и www.signamax.ru. Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Признать недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по отчуждению программы для ЭВМ фирменного сайта размещенного в сети Интернет по адресам www.aesp.ru и www.signamax.ru со всеми опубликованными там объектами интеллектуальной собственности (текстами, изображениями и программами). Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с даты вступления в законную силу решения суда за свой счет и своим иждивением возвратить ООО «АЕСП» ОГРН <***> всё полученное по сделке. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Обязать ООО «АЕСП» ОГРН <***> в течение месяца с момента вступления в законную силу судебного решения по своему выбору, или изменить свое фирменное наименование, или прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию ООО«АЕСП» ОГРН <***> в отношении видов деятельности с кодами ОКВЭД 46.69.5, 24.33, 25.50, 25.61, 26.11, 26.30.11, 26.30.12, 26.30.13, 26.30.14, 26.30.15, 26.30.16, 26.30.19, 26.30.5, 46.14.1, 46.14.9, 46.69, 46.90, 62.01, 62.02, 62.09, 63.11, 63.11.1, 68.10, 68.10.1, 68.31, 69.10, 69.20, 70.10.1, 70.10.2, 70.22, 71.12.1, 71.20, 72.19, 73.11, 73.20.1, 77.33, 77.39.2, 77.39.29, 78.10, 82.99, 85.42.9, 95.11. На случай неисполнения решения суда взыскать в пользу ООО «АЕСП» ОГРН<***> с ООО «АЕСП» ОГРН <***> неустойку в размере 10 000 (десять тысяч) рублей за каждый рабочий день допущенной просрочки по дату фактического исполнения решения включительно.

Признать недействительной сделку между ООО «АЕСП» ОГРН <***> и ООО «АЕСП» ОГРН <***> по отчуждению готового (действующего) бизнеса ООО «АЕСП» ОГРН <***> как предпринимательской деятельности направленной на извлечение экономических выгод, осуществляемой с использованием следующего имущественного комплекса:

• коммерческие обозначения, используемые при указании на ООО «АЕСП» ОГРН <***> как на самостоятельно действующее юридическое лицо -«AESP» (с русским вариантом «ДЕС/7»), «AESP, /пс», «Advanced Electronic Support Products, /лс.» (вариант написания «Advanced Electronic Support Products Inc.), а также графическое изображение сходное до степени смешения с товарным знаком «AESP» №175912 как элемент оформления печатной продукции общества и страниц его фирменного сайта;

[3] Исключительное право на товарные знаки SIGNAMAX №444080 и SIGNAPRO №417394;

[4] Право (требования) по договору с АО «Региональный Сетевой Информационный Центр» (АО «РСИЦ») от 30.05.2005 г. №205185/NIC-D в отношении администрирования доменного имени второго уровня www.aesp.ru;

копирайта, указывавший на авторское право АЕСП за период с 2010 г. по текущий год, а сверху - коммерческое обозначение, представляющее собой графическое изображение сходное до степени смешения с товарным знаком «AESP» №175912., а также слоган «30 лет - Партнер проверенный временем!», отсылающий к 1995 г. -дате учреждения истца;

он-лайн доступ к просмотру базы данных, - иллюстрированного онлайн каталога продукции, просмотру текущих публикаций в разделе «новости», публикаций общества за период с 2003 г. в разделе «Архив новостей», действующих сертификатов на продукцию общества.

[13] Право (требования) по рамочному договору №1 -2016 от 15.01.2016 г. с ООО «ТБК Инвест Групп» (ИНН <***>);

[14] Право (требования) по договору №8533/3 от 29.07.2013 г. с ООО «ВЕСТ КОЛЛ ЛТД» на получение услуг связи по абонентскому номеру <***>;

[16] Право (требования) по договору №б/н от 01.05.2015 г. с ПАО «Банк ВТБ» (правопреемник ОАО АКБ «Банк Москвы») аренды нежилых помещений в бизнес-центре «Головино Плаза» по адресу: <...>;

[17] Деловая репутация (гудвилл) и деловые связи.

Взыскать с ООО "АЕСП" (ИНН: <***>) в пользу ФИО1 расходы по госпошлине в размере 36 000 (тридцать шесть тысяч) руб.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья И.М. Григорьева