Решение по делу № 2-245/2024 от 06.10.2025 - о взыскании страхового возмещения, неустойки, материального ущерба.

УИД 68RS0001-01-2023-001693-72

Дело № 2-43/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

6 октября 2025 г. г. Тамбов

Октябрьский районный суд города Тамбова в составе судьи Нишуковой Е.Ю., при секретаре Сухарниковой П.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» и ФИО2 о взыскании страхового возмещения, неустойки, материального ущерба,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» и ФИО2, указав, что 6 сентября 2021 г. по адресу: <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ему автомобиля «Ford Focus», гос. рег. знак №, и автомобиля «Лада Приора», гос. рег. знак №, под управлением ФИО2

Постановлением по делу об административном правонарушении от 24 сентября 2021 г. виновником ДТП признан ФИО2, в действиях которого установлено нарушение пункта 6.13 Правил дорожного движения РФ. В результате дорожно-транспортного происшествия его автомобилю были причинены механические повреждения.

На момент ДТП гражданская ответственность ответчика ФИО2 была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» (полис серии ТТТ № №, срок действия - с 15 июля 2021 г. по 14 июля 2022 г.); а его гражданская ответственность - в ООО «СК «Согласие» (полис серии ХХХ № №, срок действия - с 28 июля 2021 г. по 27 июля 2022 г.).

26 октября 2021 г. он обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения. 2 ноября 2021 г. между ним и страховщиком было заключено соглашение об урегулировании убытков по заявлению № 18746362, согласно которому размер реального ущерба составил 269 247,29 руб.

12 ноября 2021 г. ПАО СК «Росгосстрах» уведомило его об отказе в страховом возмещении, поскольку по договору ОСАГО было застраховано иное транспортное средство.

Для установления суммы ущерба истец обратился в экспертное учреждение. Согласно экспертному заключению ИП ФИО3 № 20/21 от 21 января 2022 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составила 459 400 руб.

28 января 2022 г. он обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией, в которой просил доплатить ему страховое возмещение в размере, предусмотренном экспертным заключением. В этой связи он полагал, что страховая компания нарушила существенные условия соглашения об урегулировании убытков от 2 ноября 2021 г., поскольку не исполнила по нему своих обязательств в установленный срок и в полном объеме. Поэтому соглашение подлежит расторжению.

24 февраля 2022 г. ПАО СК «Росгосстрах» перечислило ему 134 623,64 руб. - 50 % от суммы страхового возмещения, предусмотренной соглашением (от 269 247,29 руб.), уведомив его 22 февраля 2022 г. о том, что имела место обоюдная вина участников ДТП. Оставшаяся сумма в размере 134 623,64 руб. до настоящего времени не выплачена.

23 ноября 2022 г. он обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией о доплате страхового возмещения, представив экспертное заключение ИП ФИО3 № 41/22 от 9 ноября 2022 г., согласно которому действия второго участника ФИО2 не соответствовали требованиям ПДД и стали причиной ДТП.

Письмом от 25 ноября 2022 г. ПАО СК «Росгосстрах» уведомило его об отсутствии оснований для доплаты страхового возмещения.

2 февраля 2023 г. о направил финансовому уполномоченному обращение, в котором просил взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» ущерб в размере 324 776,36 руб.

Решением финансового уполномоченного ФИО4 № У-23-12054/5010-003 от 19 февраля 2023 г. ему было отказано в удовлетворении заявления.

Первоначально просил суд расторгнуть соглашение от 2 ноября 2021 г., заключенное между ним и ПАО СК «Росгосстрах»; взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» невыплаченную сумму страхового возмещения в размере 265 376,36 руб. (в пределах страхового лимита 400 000 руб.), неустойку в размере 265 376,36 руб., а также штраф в размере 50 % от взыскиваемой суммы судом; с ФИО2 – сумму ущерба 59 400 руб., представляющую собой разницу между страховым лимитом и страховым возмещением в сумме 459 400 руб., рассчитанным экспертом.

Протокольным определением суда от 10 мая 2023 г., к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «СК «Согласие» (страховая компания истца).

Заочным решением Октябрьского районного суда города Тамбова от 31 мая 2023 г. исковые требования ФИО1 были удовлетворены.

Определением Октябрьского районного суда города Тамбова от 21 августа 2023 г. заочное решение было отменено, рассмотрение дела по существу – возобновлено.

В процессе нового рассмотрения дела по ходатайству ПАО СК «Росгосстрах» была назначена судебная экспертиза, в том числе по вопросам:

- какова стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, на дату ДТП 6 сентября 2021 г. и в месте ДТП в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Положением ЦБ РФ от 04 марта 2021 года № 755-П) ?

- какова рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия на 6 сентября 2021 г., согласно среднерыночным ценам в регионе?

По результатам судебной экспертизы эксперт ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России составил заключение №№ 2345-2346/3-2-23 от 3 апреля 2024 г., в котором пришел к следующим выводам:

- стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, на дату ДТП 6 сентября 2021 г. в соответствии с Единой методикой, утв. Положением ЦБ РФ от 19 сентября 2014 г. № 432-П, могла составлять: без учета износа - 823 224 рубля; с учетом округления до сотен 823 200 – рублей: с учетом износа - 490 019 руб. 50 коп; с учетом округления до сотен - 490 000 руб.;

- рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия на 6 сентября 2021 г., согласно среднерыночным ценам в регионе могла составлять: без учета износа - 1 449 212 руб.; с учетом округления до сотен - 1 449 200 руб., с учетом износа - 485 678 руб.; с учетом округления до сотен - 485 700 руб.

По результатам судебной экспертизы – 6 августа 2024 г. ФИО1 уточнил исковые требования (т. 3 л.д. 236), просил суд:

расторгнуть соглашение от 2 ноября 2021 г., заключенное между ним и ПАО СК «Росгосстрах»; взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» невыплаченную сумму страхового возмещения в размере 265 376,36 руб. (в пределах страхового лимита 400 000 руб.), неустойку в размере 265 376,36 руб., а также штраф в размере 50 % от взыскиваемой суммы судом; с ФИО2 – сумму ущерба 85 678 руб., представляющую собой разницу между страховым лимитом и суммой 490 000 руб., рассчитанной судебным экспертом.

Вместе с тем, 6 октября 2025 г. представитель истца по доверенности ФИО5 направил заявление, в котором просит взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» неустойку за весь период нарушения прав истца.

В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО5 не явились, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела. Представитель истца направил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, поддерживает исковые требования. Ранее в судебном заседании представитель истца настаивал на отсутствии вины своего доверителя в дорожно-транспортном происшествии

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, однако судебное извещение возвращено в суд в связи с истечением срока хранения. Ранее в судебном заседании 25 сентября 2023 г. исковые требования ФИО1 – в той части, которая предъявлена к нему, признавал, пояснив, что действительно выехал на перекрёсток на красный сигнал светофора и остановился.

В судебное заседание представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» не явился, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела. Ранее представитель ответчика по доверенности ФИО6 направляла письменные возражения (т. 2 л.д. 176-177), в которых просила отказать в удовлетворении исковых требований. Указала, что согласно постановлениям по делу об административном правонарушении оба участника ДТП признаны виновными в нарушении пункта 6.13 ПДД, и эти постановления не обжалованы. Таким образом, из предоставленных документов, составленных уполномоченными сотрудниками полиции, не представляется возможным установить степень вины каждого из участников ДТП. Решение суда об установлении степени вины отсутствует. Поэтому истцу были выплачены 50 % от стоимости восстановительного ремонта транспортного средства. Подписав соглашение, он согласился с тем, что денежные средства в размере 269 247 руб. 29 коп являются страховым возмещением по заявленному страховому случаю. При этом истец выразил согласие с тем, что в случае, если до момента осуществления выплаты в рамках соглашения на основании предоставленных по событию документов будет установлено, что вина в ДТП установлена за несколькими из участников, либо виновник в ДТП не будет определен сотрудниками компетентных органов, сумма страхового возмещения, указанная в пункте 4 соглашения, подлежит пропорциональному уменьшению в зависимости от количества и степени виновности лиц или участников ДТП. Соответственно, перечислив ФИО1 134 623,64 руб., ПАО СК «Росгосстрах» в полном объеме исполнило условия соглашения. В части неустойки полагает, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, поэтому на основании статьи 222 ГПК РФ исковое заявление должно быть оставлено без рассмотрения. Кроме того, просила применить положения статьи 333 ГК РФ и снизить размер неустойки и штрафа, поскольку они должны носить компенсационный характер; суд в данном случае должен установить баланс между мерой ответственности и отрицательными последствиями для кредитора. Полагала возможным применить при расчете процентов статью 395 ГК РФ.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «СК «Согласие», также не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом.

На основании ст. 117, 118 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд признал извещение всех участников процесса надлежащим, учитывая, что оба ответчика ранее принимали участие в судебном заседании, а, следовательно, знали о рассматриваемом деле и имели возможность отслеживать движение дела на сайте суда посредством ГАС-Правосудие. На основании ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Финансовый уполномоченный также извещался о времени и месте судебного заседания. Его представитель по доверенности ранее направлял письменные пояснения, в которых фактически повторил выводы, изложенные в решении финансового уполномоченного; просит отказать в удовлетворении исковых требований.

Изучив доводы сторон, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого, осуществляется страхование (страхового случая).

Согласно абзацу восьмому пункта 1 статьи 1 Закона об ОСАГО договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - это договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Статьи 961, 963 и 964 Гражданского кодекса Российской Федерации указывают обстоятельства, которые при наступившем страховом случае позволяют страховщику отказать в страховой выплате либо освобождают его от страховой выплаты. И по общему правилу эти обстоятельства носят чрезвычайный характер или зависят от действий страхователя, способствовавших наступлению страхового случая.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, обязанность страховщика выплатить страховое возмещение возникает при наступлении предусмотренного в договоре и согласованного сторонами события. Составляющими страхового случая как такового являются только факт возникновения опасности, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинно-следственная связь между ними.

В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу при использовании транспортного средства, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

В соответствии с пунктом 12 статьи 12 Закона об ОСАГО - в случае, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков страховщик и потерпевший согласились о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков, экспертиза не проводится.

Пунктом 22 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. При этом потерпевший вправе предъявить требование о страховом возмещении причиненного ему вреда любому из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность лиц, причинивших вред.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то в силу прямого указания закона их страховщики производят страховое возмещение в равных долях (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При несогласии с таким возмещением потерпевший вправе предъявить требование о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Судом установлено, и это следует из копии административного материала, что 6 сентября 2021 г. по адресу: <...> в районе дома № 4, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Ford Focus», гос. рег. знак №, принадлежащего ФИО1, и автомобиля «Лада Приора», гос. рег. знак №, под управлением ФИО2

На момент ДТП гражданская ответственность ответчика ФИО2 была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» (полис серии ТТТ № №, срок действия - с 15 июля 2021 г. по 14 июля 2022 г.); гражданская ответственность ФИО1 - в ООО «СК «Согласие» (полис серии ХХХ № №, срок действия - с 28 июля 2021 г. по 27 июля 2022 г.).

26 октября 2021 г. ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения, представив документы, предусмотренные Правилами ОСАГО.

28 октября 2021 г. страховщик произвел осмотр транспортного средства истца, по результатам которого был составлен соответствующий акт (т. 2 л.д. 46).

2 ноября 2021 г. между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» было заключено соглашение № 18746362 о размере страхового возмещения, в котором стороны определили, что в случае признания события страховым случаем, предоставления полного пакета документов, соблюдения порядка обращения к страховщику, а также подтверждения факта страхования ответственности владельца ТС общий размер реального ущерба, подлежащий возмещению страховщиком, составляет 269 247,29 руб. и подлежит выплате не позднее 10 рабочих дней с момента подписания соглашения (т. 2 л.д. 46).

12 ноября 2021 г. ПАО СК «Росгосстрах» уведомило ФИО1 о невозможности выплаты, поскольку по договору ОСАГО было застраховано транспортное средство «Лада Приора» (ФИО2) с другим государственным номером, чем тот, который указан в представленных документах.

9 декабря 2021 г. сотрудником страховой компании было подано заявление о внесении изменений в договор страхования, заключенный с ФИО2 (т. 2 л.д. 42-об.). После чего основания, по которым ФИО1 было отказано в страховом возмещении, отпали.

28 января 2022 г. ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией (поступила в страховую компанию 8 февраля 2022 г.), в которой указал, что виновником ДТП был признан ФИО2, поэтому он просит произвести ему страховое возмещение в размере, определенном в экспертном заключении ИП ФИО3 № 20/21 от 21 января 2022 г. (согласно данному заключению - стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составила 459 400 руб.) – т. 2 л.д. 50, 53-61.

22 февраля 2022 г. ПАО СК «Росгосстрах» составило акт о страховом случае, утвердив размер страхового возмещения, подлежащий выплате ФИО1, - 134 623,64 руб. Одновременно с этим – истец был уведомлён о том, что страховое возмещение составляет 50 % от суммы, предусмотренной соглашением от 2 ноября 2021 г., поскольку имела место обоюдная вина участников ДТП (т. 2 л.д. 78, 80).

24 февраля 2022 г. ПАО СК «Росгосстрах» перечислило ФИО1 134 623,64 руб., что подтверждается платежным поручением № 67 (т. 2 л.д. 79).

23 ноября 2022 г. ФИО1 вновь обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией, в которой просил произвести доплату страхового возмещения, сославшись на экспертное заключение ИП ФИО3 № 41/22 от 9 ноября 2022 г., которым установлено, что действия ФИО2 являются единственной причиной дорожно-транспортного происшествия (т. 2 л.д. 81-82, 83-об.-108).

Письмом от 25 ноября 2022 г. ПАО СК «Росгосстрах» уведомило ФИО1 о том, что страховое возмещение было произведено в соответствии с пунктом 6 соглашения от 2 ноября 2021 г., которым, в частности, предусмотрено, что в случае установления вины нескольких участников ДТП – сумма страхового возмещения подлежит пропорциональному уменьшению в зависимости от количества и степени виновности лиц, участвовавших в ДТП (т. 1 л.д. 138). Тем самым отказало ФИО1 в удовлетворении претензии.

2 февраля 2023 г. ФИО1 направил финансовому уполномоченному обращение, в котором просил взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» ущерб в размере 324 776,36 руб.

Решением финансового уполномоченного ФИО4 № У-23-12054/5010-003 от 19 февраля 2023 г. ему было отказано в удовлетворении заявленных требований со ссылкой на условия соглашения от 2 ноября 2021 г., на документы уполномоченных сотрудников полиции, из которых не представляется возможным установить вину участников ДТП, а также на отсутствие решения суда об установлении степени вины ФИО1 и ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии.

Не согласившись с решением финансового уполномоченного, ФИО1 обратился в суд, ссылаясь на отсутствие своей вины в дорожно-транспортном происшествии.

Изучив в этой части доводы стороны и имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" и Правилами дорожного движения.

Так, пунктом 1.3 Правил дорожного движения установлено, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пунктом 6.2 Правил дорожного движения предусмотрено, что круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение;

желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности;

красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение; сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

Пунктом 6.13 Правил предусмотрено, что при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

Водителям, которые при включении желтого сигнала не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение (пункт 6.14 ПДД).

Помимо этого, суд считает возможным исходить из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 25 июня 2019 г. N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", поскольку в нём даны разъяснения о квалификации действий, фактически схожих с теми, о которых в рамках настоящего спора заявляют стороны.

Так, во втором абзаце пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. N 20 разъяснено, что водитель транспортного средства, въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Таким образом, приведенные выше положения и разъяснения устанавливают однозначный запрет движения транспортных средств на запрещающий сигнал светофора, коими являются красный и желтый. Единственным исключением из запрета выезда на желтый сигнал светофора является случай, при котором транспортное средство не может остановиться, не прибегая к экстренному торможению.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерным владением без цели хищения» от 9 декабря 2008 г. № 25 разъяснено, что при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность её обнаружить.

Как следует из рапорта государственного инспектора ГИБДД, имеющегося в административном материале, 6 сентября 2021 г. в 1 час 45 мин водитель автомобиля «Форд Фокус» ФИО1 по предварительным данным – при проезде регулируемого перекрестка на запрещающий сигнал светофора допустил столкновение с движущимся на разрешающий сигнал светофора автомобиля «Лада Приора».

Участок дороги места происшествия – регулируемый перекресток улиц Авиационная, Киквидзе, 40 лет Октября и ФИО7 и города Тамбова, имеет асфальтированное покрытие, видимость в обоих направлениях - неограниченная, имелось искусственное освещение, светофорное регулирование, дорожные знаки и разметка. Дорожно-транспортное происшествие произошло в ночное время суток (т. 3 л.д. 57-об.-58).

По версии водителя ФИО2, изложенной в его объяснении от 6 сентября 2021 г.: «... двигался по улице 40 лет Октября со стороны улицы Гастелло по направлению улицы Бастионной во 2 ряду от бордюрного камня попутного направления. На перекрестке остановился на запрещающий сигнал светофора; после того, как загорелся разрешающий сигнал светофора, я начал движение; проехав 7-10 метров, произошел удар...».

По версии водителя ФИО1, изложенной в его объяснении от 6 сентября 2021 г.: «... двигался по улице ФИО7 со стороны улицы Октябрьской в направлении улицы Киквидзе в первом ряду, в попутном направлении со скоростью 70 км/ч; начал выезжать на перекресток улиц ФИО7 / 40 лет Октября на моргающий зеленый переходящий в желтый сигнал светофора, вдруг я увидел двигавшегося слева направо относительно направления движения автомобиль «Лада Приора», во избежание столкновения - принял руль вправо, но ДТП избежать не удалось... ».

Из материалов дела следует, что постановлением инспектора ИАЗ отдела ГИБДД УМВД России по городу Тамбову от 24 сентября 2021 г. ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.12 КоАП РФ (т. 2 л.д. 83).

Данным постановлением установлено, что 6 сентября 2021 г. в 1.45 час, двигаясь под управлением автомобиля «Лада Приора», гос. рег. знак №, в районе дома № 4 по улице Авиационной города Тамбова, ФИО2 проехал на запрещающий сигнал светофора, тем самым нарушив пункт 6.13 Правил дорожного движения РФ.

Постановлением инспектора ИАЗ отдела ГИБДД УМВД России по городу Тамбову от 24 сентября 2021 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.12 КоАП РФ (т. 2 л.д. 82-об.).

Данным постановлением установлено, что 6 сентября 2021 г. в 1.45 час, двигаясь под управлением автомобиля «Форд Фокус», гос. рег. знак №, в районе дома № 4 по улице Авиационной города Тамбова, ФИО2 проехал на запрещающий сигнал светофора, тем самым нарушив пункт 6.13 Правил дорожного движения РФ (часть 3 статьи 12.12 КоАП РФ вменена в связи повторным нарушением).

Таким образом, в рамках дорожно-транспортного происшествия, происшедшего 6 сентября 2021 г., оба водителя были признаны виновными в совершении административного правонарушения.

Вместе с тем, по смыслу статьи 61 ГПК РФ постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное должностным лицом, не имеет преюдициального значения при разрешении судом вопроса о гражданско-правовых последствиях в виде материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. Поэтому в рамках настоящего гражданского дела каждая из сторон вправе была приводить доводы в опровержение своей вины в дорожно-транспортном происшествии и представлять в связи с этим соответствующие доказательства.

В процессе рассмотрения дела по ходатайству ПАО СК «Росгосстрах» была назначена судебная экспертиза, на разрешение эксперта были поставлены вопросы: как должны были действовать водители в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, произошедшей 6 сентября 2021 г., для обеспечения безопасности дорожного движения, согласно требованиям ПДД РФ, а также в действиях кого из водителей имеется несоответствие требованиям безопасности дорожного движения, которые послужили причиной ДТП и располагал ли каждый из водителей технической возможностью избежать столкновения?

По результатам автотехнической экспертизы эксперт ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста в заключении №№ 2345-2346/3-2-23 от 3 апреля 2024 г. котором пришел к следующему выводу: в общем случае в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, произошедшей 6 сентября 2021 г., для обеспечения безопасности дорожного движения водители должны были действовать согласно требованиям пунктов 6.2, 6.13 ПДД РФ. В объеме имеющегося материала установить, в действиях кого из водителей имеется несоответствие требованиям безопасности дорожного движения, которое послужило причиной ДТП, невозможно ввиду не удовлетворения ходатайства в части предоставления видеограммы (т. 3 л.д.80-91).

Определением Октябрьского районного суда города Тамбова от 23 сентября 2024 г. по вопросу установления вины в дорожно-транспортном происшествии была назначена повторная судебная экспертиза.

Исходя из вывода эксперта, судом была истребована информация о работе светофорного объекта на перекрестке улиц Киквидзе – 40 Октября города Тамбова и схема пофазных направлений движения транспорта на указанном перекрестке (л.д. 242), которая была предоставлена в распоряжение эксперта.

В заключении № 531/3-2-25 от 13 марта 2025 г. эксперт ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста пришел к выводу, что в действиях обоих водителей имеется несоответствие требования пункта 6.2 ПДД, которое послужило причиной ДТП. При этом эксперт указал, что постановка вопроса о наличии или отсутствии у водителей технической возможности избежать столкновения лишена логического смысла; столкновение исключалось при выполнении водителями требований пункта 6.2 ПДД РФ (т. 4 л.д. 41-46).

Из исследовательской части заключения усматривается, что эксперт просматривал видеограмму. В результате чего установил, что видеограмма отражает перемещение автомобиля Форд Фокус под управлением ФИО1 с ориентированным вперед снимающим устройством. Антураж окружающей обстановки позволяет отождествить данное перемещение по проезжей части улицы Комиссара Московского. Учитывая съемку в темное время суток, низкое качество отредактированного файла, по возможности кадры дублируются визуально более информативными иллюстрациями.

В связи с этим эксперт указал, что смена сигнала светофора, заранее продублированная таймером обратного отсчета времени разрешающего сигнала и трехсекундным его миганием, для направления движения автомобиля Форд Фокус произошла, когда он находился заведомо до места, где следовало прекратить движение. Поэтому действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям п. 6.2 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения.

Одновременно с этим, эксперт установил, что в тот момент, когда для автомобиля истца сигнал светофора менялся с разрешающего на запрещающий, для автомобиля ФИО2 уже длительное время функционировал красный сигнал светофора. Поэтому его действия также не соответствовали требованиям п. 6.2 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения.

Оценив заключение эксперта, суд исходит из следующего.

В пунктах 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. N 25 (ред. от 25.06.2024) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» обращено внимание судов на то, что при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями.

В компетенцию судебной автотехнической экспертизы входит решение только специальных технических вопросов, связанных с дорожно-транспортным происшествием. При анализе и оценке заключений автотехнических экспертиз судам следует также исходить из того, что объектом экспертного исследования могут быть обстоятельства, связанные лишь с фактическими действиями водителя транспортного средства и других участников дорожного движения.

Таким образом, для установления причины возникновения дорожно-транспортного происшествия необходимо установить, какие нарушения ПДД находятся в причинной связи с наступившими последствиями. Тогда как эксперт вправе оценивать лишь фактические действия водителей транспортного средства, решая специальные технические вопросы.

В связи с этим, учитывая, что заключение эксперта - необязательно для суда и оценивается в совокупности с другими доказательствами (в силу части 3 статьи 86 ГПК РФ), суд считает возможным не принимать вывод эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ в той части, в которой он устанавливает причинную связь между нарушением водителями Правил дорожного движения и самим столкновением, поскольку тем самым он дает правовую оценку их действий. В данном случае – это является прерогативой суда.

Судом установлено, что движение на вышеуказанном перекрестке регулировалось светофорным объектом со сменой фаз регулирования - с «разрешающего» зеленого на «запрещающий» желтый, красный сигнал светофора; светофорный объект оснащен информационным табло по отсчитыванию времени работ фаз светофора, с обратным отсчетом.

В этой связи эксперт, исследуя схему пофазных направлений движения транспорта на указанном перекрестке (сведения о функционировании светофорного объекта и направлениях движения транспорта и пешеходов), указал, что направление следования автомобиля «Форд Фокус» по улице Комиссара Московского определяется как «2Т»; перемещение автомобиля «Лада Приора» под управлением ФИО2 по улице 40 лет Октября (слева направо по отношению к автомобилю Форд Фокус) определяется как «4Т».

В связи с этим эксперт указал, что момент смены сигнала светофора для направления «2Т» с разрешающего на запрещающий произошел при переходе со 2-го на 3-й такт; для направления «4Т» уже длительное время функционировал красный сигнал светофора (момент очередности включения сигналов показан стрелкой). Само же столкновение произошло в течение 3-го такта (как следует из схемы – для направления движения ФИО1 в этот момент горел желтый сигнал светофора).

В заключении эксперта (на странице 6) приведена схема работы светофора и обозначены направления следования каждого из водителей - «2Т» («Форд Фокус») и «4Т» («Лада Приора»).

Исходя из комментариев эксперта, суд, обозрев вышеназванную схему, установил, что в момент столкновения на перекрестке, то есть на 3 такте (как указал эксперт) для автомобиля «Форд Фокус» («2Т») горел желтый сигнал светофора. Соответственно, он въезжал на перекресток (учитывая, что время перехода с зеленого на желтый сигналы составляет 3 секунды) в тот момент, когда режим работы светофора переходил с зеленого на желтый, то есть горел зеленый мигающий либо желтый мигающий сигнал. Что в силу положений пункта 6.2 ПДД РФ разрешало для него дальнейшее движение.

Что касается автомобиля «Лада Приора» («4Т»), которым управлял ФИО2, то из представленной схемы пофазных направлений усматривается, что для направления движения данного автомобиля длительное время - с 1 по 3 такты (когда для ФИО1 ещё горели зеленый, а затем зеленый мигающий сигналы светофора) горел красный сигнал светофора. Об этом же фактически указал эксперт. Следовательно, ФИО2 подъезжал к светофору, а затем выезжал на перекресток в тот момент, когда для него уже горел красный, запрещающий сигнал светофора.

В этой связи сам ФИО2 в письменных объяснениях указывал, что на перекрестке он остановился на запрещающий сигнал светофора. В судебном заседании от 25.09.2023 г., признавая свою вину, он пояснил, что ехал на красный свет (т. 3 л.д. 38). То есть, выехав на красный сигнал светофора, на некоторое время он на перекрестке остановился.

Таким образом, в момент выезда ФИО1 на перекресток ФИО2, если бы, следуя ПДД, остановил автомобиль перед светофором (когда загорелся красный сигнал светофора), изначально не должен был на нем находиться – постольку, поскольку, зеленый сигнал светофора для него в тот момент еще не загорелся (исходя из схемы пофазных направлений), и он еще не мог начинать движение в сторону перекрестка.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о том, что только нарушение ПДД, допущенное ФИО2, стало причиной столкновения транспортных средств, повлекшего их повреждение. Фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что у ФИО1 в сложившейся обстановке имелось преимущество в движении по отношению к ФИО2

Оценивая видеограмму, эксперт указал, что смена сигнала светофора для направления движения автомобиля «Форд Фокус» (истца) произошла, когда он находился заведомо до места, где следовало прекратить движение. Однако, эксперт не указал, где именно находился ФИО1 в момент смены сигналов светофора, и на какой сигнал светофора он въехал непосредственно на перекресток. При этом он не оценил видеограмму в совокупности со схемой пофазных направлений. Кроме того, не было произведено расчетов – с той целью, чтобы установить наличие у водителя ФИО1 технической возможности остановить автомобиль перед перекрестком после того, как для него началась смена сигналов светофора.

Таким образом, заключение эксперта не содержит аргументированных и последовательных выводов, доказывающих то обстоятельство, что действия ФИО1 стали непосредственной причиной столкновения.

В свою очередь, выводы суда, изложенные выше, согласуются с выводами другого эксперта – ИП ФИО3 в экспертном заключении № 41/22 от 9 ноября 2022 г., в котором она подробно проанализировала и видеограмму (установив, что Орлов въезжал на перекресток на разрешающий сигнал светофора), и схему пофазных направлений.

Несмотря на то, что экспертное заключение, составленное во внесудебном порядке, не имеет равного значения по отношению к выводам судебной экспертизы - в том смысле, которое придается заключению эксперта в статьях 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд может принять его в качестве письменного доказательства (о чем высказывал свою правовую позицию Верховный Суд РФ). И в данном случае, поскольку суд критически относится к конечным выводам судебного эксперта, суд полагает, что технические выводы ИП ФИО3, являющейся экспертом-техником (внесена в государственный реестр) и, соответственно, обладающей специальными познаниями в этой области, могут являться доказательством, подтверждающим тот факт, что только нарушения, допущенные ФИО2, стали причиной дорожно-транспортного происшествия.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО1 и ФИО2 отсутствовала обоюдная вина, которая давала страховой компании основание для выплаты истцу 50 % от суммы, предусмотренной соглашением от 2 ноября 2021 г. Соответственно, он вправе был требовать от ПАО СК «Росгосстрах» выплаты страхового возмещения в недостающей части

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза, в силу пункта 12 статьи 12 Закона об ОСАГО, может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО).

После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Указанное выше соглашение может быть также оспорено потерпевшим по общим основаниям недействительности сделок, предусмотренным гражданским законодательством (параграф 2 главы 9 ГК РФ).

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

К существенным условиям договора страхования гражданской ответственности в соответствии со статьей 942 Гражданского кодекса Российской Федерации относятся: имущественные интересы, составляющие объект страхования (статья 4 Закона об ОСАГО); страховой случай (статья 1 Закона об ОСАГО); размер страховой суммы (статья 7 Закона об ОСАГО); срок действия договора.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Как было указано выше, 2 ноября 2021 г. между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» было заключено соглашение № 18746362 о размере страхового возмещения, в котором стороны определили, что в случае признания события страховым случаем, предоставления полного пакета документов, соблюдения порядка обращения к страховщику, а также подтверждения факта страхования ответственности владельца ТС общий размер реального ущерба, подлежащий возмещению страховщиком, составляет 269 247,29 руб. и подлежит выплате не позднее 10 рабочих дней с момента подписания соглашения (т. 2 л.д. 46).

Отказывая ФИО1 в удовлетворении обращения, финансовый уполномоченный указал, что заявитель, подписав соглашение, согласился с тем, что сумма в размере 269 247 рублей 29 копеек является страховым возмещением по заявленному страховому случаю. При этом заявитель выразил согласие с тем, что в случае, если до момента осуществления выплаты в рамках соглашения на основании предоставленных по событию документов, предусмотренных Правилами ОСАГО, будет установлено, что вина в ДТП, установлена за несколькими из участников, либо виновник в ДТП не будет определен сотрудниками компетентных органов, сумму страхового возмещения, указанная в пункте 4 Соглашения, подлежит пропорциональному уменьшению в зависимости от количества и степени виновности лиц или участников ДТП. И, поскольку из представленных документов, составленных уполномоченными сотрудниками полиции, не представляется возможным установить вину конкретного участника ДТП, а также степень вины каждого из участников ДТП, то финансовый уполномоченный пришел к выводу о полной реализации ФИО1 права на страховое возмещение.

Однако суд не соглашается с выводами финансового уполномоченного, поскольку буквальное содержание соглашения от 2 ноября 2021 г. не свидетельствует о том, что ФИО1 давал согласие на выплату ему 50 % от оговоренной суммы.

В пункте 6 соглашения (на который ссылалась также страховая компания, отказывая ФИО1 в удовлетворении претензии), в частности, отражено, что в случае, если до момента осуществления выплаты в рамках соглашения на основании предоставленных по событию документов, предусмотренных Правилами ОСАГО, будет установлено, что вина в ДТП установлена за несколькими из участников, либо виновник в ДТП не будет определен сотрудниками компетентных органов, сумма страхового возмещения, указанная в пункте 4 Соглашения, подлежит пропорциональному уменьшению в зависимости от количества и степени виновности лиц или участников ДТП.

Таким образом, соглашение предусматривает возможность уменьшения оговоренной суммы, исходя из совокупности двух факторов - от количества участников ДТП и от степени их виновности. В данном же случае – к моменту выплаты возмещения у ПАО СК «Росгосстрах» не имелось документов, подтверждающих степень виновности ФИО1 Следовательно, у страховой компании отсутствовали основания для выплаты ему половины от суммы, предусмотренной соглашением.

При этом суд полагает, что к спорным правоотношениям неприменимы разъяснения пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31, поскольку истец обратился за возмещением не по общему правилу, предусмотренному Законом об ОСАГО, а заключил со страховой компанией соглашение, не настаивая на проведении независимой экспертизы.

Соглашение об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства фактически представляет собой упрощенный способ определения размера убытка, поскольку потерпевший, соглашаясь с предложенным страховщиком после осмотра повреждений с размером убытка, фактически освобождает страховщика от обязанности по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства, а также от выплаты той части страхового возмещения, которая составляет разницу между стоимостью восстановительного ремонта без учета износа (которую страховщик должен был оплатить в случае организации восстановительного ремонта) и с учетом износа. То есть фактически он дает согласие на уменьшение размера возмещения на соответствующую величину. Такое соглашение в определенной степени может расцениваться как сделка по прощению части долга (в силу статьи 415 ГК РФ).

Следовательно, заключая с ПАО СК «Росгосстрах» вышеназванное соглашение, ФИО1 вправе был рассчитывать на получение суммы страхового возмещения, предусмотренной соглашением. Чего в данном случае не произошло. Что в силу статьи 450 ГК РФ следует расценивать как существенное нарушение условий соглашения, являющееся основанием для его расторжения.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 о расторжении соглашения от 2 ноября 2021 г., заключенного с ПАО СК «Росгосстрах».

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1).

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).

Согласно статье 405 Гражданского кодекса Российской Федерации должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения (пункт 1). Если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков (пункт 2).

Обстоятельства, изложенные выше, свидетельствуют о том, что ПАО СК «Росгосстрах» в одностороннем порядке изменило способ страхового возмещения, предусмотренный соглашением от 2 ноября 2021 г.

Действия ответчика повлекли для истца убытки в виде действительных расходов на восстановительный ремонт. Следовательно, при расторжении соглашения - в силу длительного неисполнения обязательства по вине страховщика и, соответственно, утраты интереса в восстановлении автомобиля силами страховщика – ФИО1 имеет право получить страховое возмещение в размере полной стоимости восстановительного ремонта, и собственными силами восстановить свой автомобиль.

В процессе рассмотрения дела судом была назначена судебная экспертиза по вопросу определения рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия на 6 сентября 2021 г., согласно среднерыночным ценам в регионе.

Согласно заключению эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России составил заключение №№ 2345-2346/3-2-23 от 3 апреля 2024 г., рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford Focus, гос. рег. знак №, с учетом повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия на 6 сентября 2021 г., согласно среднерыночным ценам в регионе могла составлять: без учета износа - 1 449 212 руб.; с учетом округления до сотен - 1 449 200 руб., с учетом износа - 485 678 руб.; с учетом округления до сотен - 485 700 руб.

Оценив данное заключение, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Заключение является полным, ясным, последовательным и не допускает неоднозначного толкования; содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, мотивированные и научно обоснованные ответы на поставленные судом вопросы, исходя из расчетов, произведенных в соответствии с нормативными и методическими документами. Кроме того, эксперт, который был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеет необходимую квалификацию, подтверждённую сертификатом соответствия, а также образование по соответствующей специальности.

В свою очередь, ни один из ответчиков не оспорил данное заключение, с точки зрения правильности произведенных расчетов и учета обстоятельств, имеющих значение при определении размера ущерба.

В данном случае – ФИО1 ограничивает свои требования стоимостью восстановительного ремонта с учетом износа - 485 678 руб. И, учитывая, что ПАО СК «Росгосстрах» перечислило ему страховое возмещение в размере 134 623 руб. 64 коп, то с общества подлежит взысканию разница между страховым лимитом 400 000 руб., предусмотренным ст. 7 Закона об ОСАГО (в этой части суд руководствуется пределами предъявленных требований), и выплаченной суммой. Что составляет 265 376 руб. 36 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П, Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда.

Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причинённого ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счёт лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путём предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причинённого им при использовании иными лицами транспортных средств.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причинённого ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространённый в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Каких-либо возражений относительно выводов эксперта от ответчика ФИО2 не поступило - ввиду того, что он устранился от участия в деле. Объективных доводов и доказательств, свидетельствующих о том, что существует иной, более разумный и распространённый в обороте способ исправления причиненных повреждений подобного имущества, ответчик не представил. В связи с чем - у суда отсутствуют основания для уменьшения заявленного размера убытков.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1, в счет стоимости восстановительного ремонта автомобиля разницы между 400 000 рублей, в пределах которых материальную ответственность несёт ПАО СК «Росгосстрах», и стоимостью восстановительного ремонта, рассчитанной экспертом (485 678 руб.), что составляет 85 678 руб.

При разрешении требования о неустойке суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 16.1 Закона об ОСАГО надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования признается осуществление страховой выплаты или выдача отремонтированного транспортного средства в порядке и сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

В пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 31 разъяснено, что наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по его осуществлению.

Таким образом, удовлетворение судом требования истца о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по договору ОСАГО, не исключает присуждение ему предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов, основанием для присуждения которых является ненадлежащее исполнение страховщиком возложенных на него обязательств.

В соответствии с абзацем вторым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО - при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определённого в соответствии с данным законом размера страхового возмещения по виду причинённого вреда каждому потерпевшему.

Неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства определяется в размере 1 % за каждый день просрочки от надлежащего размера страхового возмещения по конкретному страховому случаю за вычетом страхового возмещения, произведённого страховщиком в

добровольном порядке в сроки, установленные статьёй 12 Закона об ОСАГО.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения

страховщиком обязательства по договору включительно.

В пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кроме того, разъяснено, что по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств).

Из приведенных норм и разъяснений следует, что размер неустойки по Закону об ОСАГО определяется не размером присуждённых потерпевшему денежных сумм убытков, а размером страхового возмещения, обязательство по которому не исполнено страховщиком добровольно и в установленные законом сроки (данная правовая позиция высказана Верховным Судом РФ в Определении от 11 марта 2025 г. № 81-КГ24-12-К8).

Несмотря на то, что ПАО СК «Росгосстрах» перечислило истцу часть страхового возмещения, предусмотренного соглашением, это обстоятельство не должно учитываться при определении размера неустойки, поскольку обязательство не было исполнено в полном объеме. Следовательно, неустойка должна рассчитываться от всей суммы, которая не превышает стоимость восстановительного ремонта, рассчитанную экспертом по Единой методике.

Предъявляя требование о неустойке, ФИО1 ограничивает начало периода 23 ноября 2022 г. – днем, когда он обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией о доплате страхового возмещения.

Суд соглашается с такой позицией, если учесть, что изначально ответчик должен был выплатить ему возмещение по соглашению от 2 ноября 2021 г. не позднее 10 рабочих дней с момента подписания соглашения. Соответственно, неустойка подлежит начислению за период с 23 ноября 2022 г. по день вынесения решения, что составляет 1048 календарных дней.

Вместе с тем, поскольку в силу пункта 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и разъяснений в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 31 общий размер неустойки не может превышать установленный статьей 7 Закона об ОСАГО размер страховой суммы по виду причиненного вреда, а в данном случае – это 400 000 рублей, то суд ограничивает размер неустойки, взыскиваемой с ПАО СК «Росгосстрах», 400 000 рублей.

В процессе рассмотрения дела представитель ПАО СК «Росгосстрах» ходатайствовал об оставлении требования о неустойке без рассмотрения, ссылаясь на несоблюдение ФИО1 досудебного порядка, предусматривающего предварительное обращение к финансовому уполномоченному.

Частью 4 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заявление подаётся в суд после соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров.

Статьей 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора.

Действительно, пунктом 3 части 1 статьи 25 Закона Федерального закона от 4 июня 2018 г. № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» предусмотрено, что потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в части 2 статьи 15 настоящего Федерального закона, в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного. И в данном случае – обращение ФИО1 к финансовому уполномоченному не содержит просьбы о взыскании непосредственно неустойки. Однако суд полагает, что формальное несоблюдение вышеназванных условий не может свидетельствовать о безусловной необходимости оставления иска без рассмотрения.

Статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров.

В пунктах 1, 14, 25, 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» разъяснено, что под досудебным урегулированием следует понимать деятельность сторон спора до обращения в суд, осуществляемую ими самостоятельно (переговоры, претензионный порядок) либо с привлечением третьих лиц (например, медиаторов, финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг), а также посредством обращения к уполномоченному органу публичной власти для разрешения спора в административном порядке.

Если в обращении содержатся указание на конкретный материально-правовой спор, связанный с нарушением прав истца, и предложение ответчику его урегулировать, несовпадение сумм основного долга, неустойки, процентов, указанных в обращении и в исковом заявлении, само по себе не свидетельствует о несоблюдении обязательного досудебного порядка урегулирования спора.

Несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора в отношении вступающего в дело надлежащего ответчика, по общему правилу, не является основанием для оставления искового заявления без рассмотрения на основании абзаца второго статьи 222 ГПК РФ

Суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования. Об этом же разъяснено в пункте 116 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Таким образом, целью досудебного порядка является возможность урегулирования спора без задействования суда, а также предотвращение излишних судебных споров и судебных расходов.

С момента подачи иска ПАО СК «Росгосстрах» не признавало исковые требования ФИО1 и такой же позиции придерживалось до момента принятия судебного решения. Из поведения ответчика не усматривалось намерений добровольно и в кратчайшие сроки урегулировать спор во внесудебном порядке. Доказательств, подтверждающих совершение им действий, направленных на мирное разрешение спора, ответчик не представил.

При таких обстоятельствах – суд приходит к выводу об отсутствии оснований для оставления иска ФИО1 о взыскании неустойки без рассмотрения и считает необходимым разрешить возникший спор по существу, исследовав и оценив представленные доказательства.

Пунктами 2, 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по договору обязательного страхования права и законные интересы физических лиц, являющихся потерпевшими или страхователями, подлежат защите в соответствии с Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом.

При удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей также предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 31, наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по его осуществлению в добровольном порядке, в связи с чем страховое возмещение, произведённое потерпевшему - физическому лицу в период рассмотрения спора в суде, не освобождает страховщика от уплаты штрафа, предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО.

Таким образом, удовлетворение судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании страхового возмещения, обусловленного ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, предполагает и присуждение предусмотренного Законом об ОСАГО штрафа, который определяется в размере 50 % от всей суммы надлежащего страхового

возмещения.

Экспертным заключением установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по Единой методике превышает 400 000 рублей. И, учитывая, что надлежащее страховое возмещение ограничивается лимитом, а суд расторгает соглашение, предусматривающее меньшую сумму возмещения, то штраф должен рассчитываться от 400 000 рублей.

В данном случае, поскольку ПАО СК «Росгосстрах» не исполнило в добровольном порядке требование истца о доплате страхового возмещения, то с него в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 200 000 рублей (50 % от 400 000 рублей).

Заявляя о снижении неустойки и штрафа, представитель ответчика ссылается на обстоятельства, изложенные в письменных возражениях.

Пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

По смыслу Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (преамбулы закона), а также разъяснений, изложенных в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", в результате заключения договора страхования гражданин, заказавший и оплативший соответствующую финансовую услугу, является потребителем финансовой услуги, и на возникшие правоотношения распространяется Закон «О защите

прав потребителей».

Следовательно, в этом случае необходимо учесть разъяснения, содержащиеся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17, о том, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть

более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Из приведённых правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки, взысканной в пользу потребителя, производится в исключительных случаях и с указанием судом мотивов, по которым он пришёл к выводу о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Снижение неустойки не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями. В отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Данная правовая позиция со ссылкой не вышеприведенные разъяснения изложена в Обзоре практики по делам о защите прав потребителей, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 20 октября 2021 г. (вопрос № 20).

Кроме того, пунктом 5 статьи 16.1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом, Федеральным законом «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг»; а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего.

Заявляя о снижении размера неустойки, представитель ПАО СК «Росгосстрах» не представил доказательств того, что нарушение сроков выплаты страхового возмещения произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего. Равно как и не представил доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств. Тогда как обязанность по представлению таких доказательств возложена на него.

В свою очередь, ФИО1, который в данном правоотношении выступает в качестве кредитора, не должен был представлять доказательства возникновения у него убытков в результате задержки выплаты страхового возмещения (в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ).

Указывая на возможность применения двукратной учетной ставки Банка России при решении вопроса о соразмерности неустойки, представитель ответчика фактически просит заменить размер неустойки, предусмотренный пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, на размер процентов, который определен частью 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако, наличие Закона об ОСАГО, предусматривающего ответственность страховщика в виде выплаты неустойки в размере 1 % за каждый день просрочки, исключает при расчете неустойки применение статьи 395 ГК РФ - в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения по ОСАГО.

Данный вывод согласуется с положениями пункта 7 статьи 16.1 Закона об ОСАГО о том, что со страховщика не могут быть взысканы не предусмотренные настоящим Федеральным законом неустойка (пеня), сумма финансовой санкции, штраф; а также с разъяснениями Верховного Суда РФ в пункте 79 постановления Пленума от 8 ноября 2022 г. N 31.

Само по себе взыскание с ПАО СК «Росгосстрах» неустойки в размере, превышающем взыскиваемую сумму страхового возмещения, не свидетельствует о несоразмерности неустойки последствиям нарушенного обязательства. Более того, в случаях, когда размер неустойки определён законом, заявление о её снижении не может основываться на неразумности, несправедливости и на отсутствии баланса интересов. Иное толкование закона будет противоречить смыслу неустойки, размер которой в правоотношениях с потребителем установлен в повышенном размере – с той целью, чтобы предотвратить нарушение его прав и стимулировать финансовую организацию к надлежащему исполнению своих обязательств под угрозой наступления неблагоприятных материальных последствий.

Таким образом, суд не находит оснований для уменьшения заявленной суммы неустойки, а также взыскиваемой суммы штрафа.

Поскольку истец в силу закона был освобожден от уплаты государственной пошлины, то на основании ст. 103 ГПК РФ с ПАО СК

«Росгосстрах» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 9 853,76 рублей (рассчитана от 665 376,36 руб. - общей суммы страхового возмещения и неустойки, по правилам статьи 333.19 НК РФ в редакции, действовавшей на момент подачи иска).

В соответствии с частью пятой статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующее ходатайство. В случае, если указанное ходатайство заявлено обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

В силу части 4 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязательным условием заявления ходатайства о назначении судебной экспертизы является внесение денежных средств на счет, указанный в статье 96 Кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса.

Из материалов дела следует, что, ходатайствуя о назначении судебной экспертизы, представитель ответчика в последующем представил суду платежное поручение № 125901 от 5 марта 2025 г. о внесении на счет УСД Тамбовской области денежных средств в размере 21 888 рублей.

Учитывая, что ФБУ Тамбовская ЛСЭ провело порученную ему экспертизу, в подтверждение чего представлено заключение эксперта, и оно было исследовано, суд приходит к выводу о перечислении указанных денежных средств на счет экспертного учреждения.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Расторгнуть соглашение о размере страхового возмещения № 18746362 от 2 ноября 2021 г., заключенное между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» (ОГРН <***>; ИНН <***>).

Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания Росгосстрах (ОГРН <***>; ИНН <***>, почтовый адрес: 149002, Московская область, г. Люберцы, ул. Парковая, д. 3) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии №), убытки в размере 265 376 (двести шестьдесят пять тысяч триста семьдесят шесть) рублей 36 копеек; неустойку в сумме 400 000 (четыреста тысяч) рублей, штраф за неисполнение требования в добровольном порядке в сумме 200 000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 (паспорт РФ серии №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии №), в возмещение материального ущерба денежные средства в размере 85 678 (восемьдесят пять тысяч шестьсот семьдесят восемь) рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания Росгосстрах (ОГРН <***>; ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования городской округ - город Тамбов государственную пошлину в сумме 9 853 (девять тысяч восемьсот пятьдесят

три) рубля 76 копеек.

Управлению Судебного департамента Тамбовской области - перечислить с депозитного счета (лицевой счет <***>; расчетный счет <***>; кор. счет 40102810645370000057, банк: Отделение Тамбов//УФК по Тамбовской области г. Тамбов БИК 016850200)

Федеральному бюджетному учреждению Тамбовская Лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации на счет № 03214643000000016400 в отделении Тамбов Банка России/ УФК по Тамбовской области г. Тамбов, к/с 40102810645370000057; БИК 016850200, денежные средства в размере 21 888 (двадцать одна тысяча восемьсот восемьдесят восемь) рублей, внесенные 5 марта 2025 г. ПАО СК «Росгосстрах» в счет оплаты экспертизы (указан номер дела - № 2-245/2024)

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд города Тамбова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 20 октября 2025 г.

Судья Е.Ю. Нишукова