Решение по делу № 02-6856/2025 от 25.12.2025 - о расторжении договора цессии, признании недействительным договора цессии.

УИД № 77RS0033-02-2025-017052-71

Дело № 2-6856/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 декабря 2025 года Чертановский районный суд адрес в составе председательствующего судьи фио, при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску фио к адрес, ООО ПКО «АйДи Коллект» о расторжении договора цессии, признании недействительным договора цессии,

УСТАНОВИЛ:

фио обратился в суд с указанным иском к адрес, ООО ПКО «АйДи Коллект». Заявленные требования мотивированы тем, что решением Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г. по делу № А57-35039/2023 с ООО «ЛМ-СТРОЙ», ИП фио на основании договора банковской гарантии № 9913-19КЭБГ/0021 от 06.02.2023 г. и договора поручительства от 11.09.2023 г. были взысканы в солидарном порядке: задолженность по Договору банковской гарантии по состоянию на 16.04.2024 г. в размере сумма, включая основной долг по возмещению выплаченной банковской гарантии в размере сумма, вознаграждение в размере сумма, неустойка в размере сумма, штраф в размере сумма; вознаграждение, начисляемое по ставке 25 % годовых на сумму основного долга по возмещению выплаченной банковской гарантии в день за период с 17.04.2024 г. по дату фактического исполнения обязательства, неустойка, начисляемая по ставке 25 % годовых на сумму просроченной задолженности за каждый день просрочки, за период с 17.04.2024 г. по дату фактического исполнения обязательства; госпошлина в размере сумма Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2024 г. решение Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г. было оставлено без изменения. Постановлением Арбитражного суда адрес от 25.04.2025 г. решение Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г., постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2024 г. были отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Определением Арбитражного суда адрес от 25.06.2025 г. было принято к рассмотрению заявление КИВИ Банк (АО) о процессуальном правопреемстве (замене истца на адрес). Определением Арбитражного суда адрес от 03.07.2025 г. встречное исковое заявление ИП фио к КИВИ Банк (АО) о признании договора поручительства от 11.09.2023 г. недействительным было оставлено без рассмотрения на срок по 21.08.2025 г., недостатки встречного иска были исправлены, и он был принят к производству. 29.07.2025 г. между адрес (цедентом) и ООО ПКО «АйДиКоллект» (цессионарием) был заключен договор цессии, по которому цедент уступил цессионарию право требования по договору банковской гарантии № 9913-19КЭБГ/0021 от 06.02.2023 г. и договору поручительства от 11.09.2023 г. фио считает Договор цессии недействительной сделкой, поскольку он не давал согласия на уступку прав гаранта третьим лицам. Более того, п. 15 Договора банковской гарантии содержит условие о возможности переуступки прав кредитора третьему лицу, однако, не указывает на возможность отсутствия у такого третьего лица статуса субъекта банковской деятельности. Соглашаясь с условием о возможности переуступки права требования кредитора по нему третьему лицу, истец подразумевал возможность переуступки кредитором прав требования субъекту банковской деятельности, а не кому угодно. Для истца личность кредитора имеет принципиальное значение, он никогда не согласится бы взять кредит у физического лица или юридического лица без лицензии на осуществление банковской деятельности, т.к. наличие такой лицензии предполагает подчинение кредитора требованиям законодательства о банковской деятельности и законодательства о защите прав потребителей, является дополнительной гарантией прав должника. При выборе кредитной организации учитывалась добропорядочная репутация Киви Банк (АО) при разрешении вопросов о возврате долга. ООО ПКО «АйДи Коллект» обладает иным объемом прав, использует иные способы воздействия на должников. В случае с прежним кредитором такая ситуация была бы априори исключена и истец был бы вправе рассчитывать на исключительно цивилизационное разрешение конфликта в судебном порядке. В связи с этим, истец просил признать договор уступки права требования (цессии) от 29.07.2025 г., заключенный между адрес и ООО ПКО «АйДи Коллект», недействительным.

Истец фио в суд не явился, извещался надлежащим образом, ранее ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик адрес явку своего представителя в суд не обеспечил, извещался надлежащим образом, ходатайств о проведении судебного разбирательства в свое отсутствие или об отложении слушания дела не заявил, о причинах неявки суду не сообщил, представил письменные возражения на иск, в которых просил отказать в удовлетворении заявленных требований, указал, что адрес является акционером КИВИ Банк (АО) и на основании ст. 189.101 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-Ф3 «О несостоятельности (банкротстве)» его универсальным правопреемником. Решением Арбитражного суда адрес от 11.04.2024 г. по делу № А40-53159/2024 КИВИ Банк (АО) признано подлежащим ликвидации, функции ликвидатора были возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 04.06.2025 г. между КИВИ Банк (АО) в лице ликвидатора ГК «Агентство по страхованию вкладов» и его правопреемником адрес был подписан Акт приема-передачи имущества (активов) и документов, оставшихся после завершения расчетов с кредиторами, включающий в себя, помимо прочего, право требования долга с истца. 29.07.2025 г. ответчики заключили оспариваемый договор цессии в отношении активов, в числе которых значится не только право требования к ИП фио То обстоятельство, что уступка права требования осуществлена в отсутствие уведомления должника, само по себе не является основанием для признания договора об уступке прав (требований) недействительным, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки повлекли возникновению на стороне истца убытков или наступление иных неблагоприятных для него последствий не представлено. Неуведомление должника о состоявшейся уступке не влечет ничтожности сделки, поскольку законодателем установлены иные последствия неисполнения этой обязанности. Истец в рамках договорных отношений с банком выступал как индивидуальный предприниматель, предоставляющий поручительство за юридическое лицо, а не как физическое лицо (потребитель). Согласно п. 4.5. Договора поручительства № 9913-19КЭБГ/0021 от 11.09.2023 г. поручитель выразил свое согласие на уступку Банком любым третьим лицам прав (требований) Банка к нему по Обеспеченным обязательствам и по договорам, заключенным в обеспечение исполнения Обеспеченных обязательств. Таким образом как у КИВИ Банк (АО), так и у его правопреемника адрес имелось выраженное согласие должника на продажу права требования к нему абсолютно любым третьим лицам, что опровергает довод истца о его убежденности относительно возможности переуступки кредитором прав требования исключительно субъекту банковской деятельности.

Представитель ответчика ООО ПКО «АйДи Коллект» по доверенности фио в суд явилась, иск не признала, представила и поддержала письменные возражения по заявленным требованиям, где указано, что правило ч. 2 ст. 388 ГК РФ не применяется, поскольку в денежном обязательстве личность кредитора, как правило, значения не имеет. Истцом посредством подписания условий договора поручительства № 9913-19КЭБГ/0021 от 11.09.2023 г. было выражено согласие на уступку Банком любым третьим лицам прав (требований) Банка к Клиенту по Обеспеченным обязательствам и по договорам, заключенным в обеспечение исполнения Обеспеченных обязательств. Уведомление об уступке относится к юридически значимым сообщениям, направляется по адресу регистрации, по месту жительства или пребывания, по адресу, который гражданин указал сам (например, в кредитном договоре), если гражданин является предпринимателем, то уведомление направляется по адресу из ЕГРИП или по тому адресу, который указал сам ИП. Поручителем был указан адрес регистрации: адрес, 15.08.2025 г. ООО ПКО «Айди Коллект» направило истцу уведомление о состоявшейся уступке прав требования по данному адресу (ШПИ 14575411231983), 13.09.2025 г. письмо было получено адресатом. Уступка права требований по кредитному договору и истребование (получение) цессионарием денежных средств в рамках договора уступки права требования не относится к числу банковских операций и не требует лицензии для осуществления банковской деятельности. Раскрытие информации о должнике при уступке права требования по кредитному договору не является нарушением банковской тайны. Режим банковской тайны распространяется на операции, которые совершаются по счету, а при уступке права требования третьему лицу передается иная информация, банк не передает новому кредитору права на осуществление банковских операций по счету физического лица, а лишь уступает право требования возврата конкретной денежной суммы, что никак не нарушает права физического лица как потребителя финансовой услуги: соответствующая финансовая услуга была ему оказана (выдан кредит), теперь физическое лицо имеет обязанность - вернуть сумму кредита и проценты за пользование им. Ни гражданское законодательство, ни специальные законы не содержат запрета на возможность передачи права требования по кредитным договорам заключенными с физическими лицами и не требует наличие у цессионария лицензии на осуществления банковской деятельности, что полностью соответствует диспозитивному методу правового регулирования в гражданском праве, где все разрешено, что прямо не запрещено. Истцом не предоставлено доказательств наличия между ним и кредитором особого характера правоотношений (связанных или возникших на основе кредитного договора), их лично-доверительных характеристик, которые бы свидетельствовали о существенном значении для него личности кредитора, также отсутствуют доказательства нарушения прав должника совершением сделки по уступке права требования. Уступку права требования по обязательствам, вытекающим из кредитного договора, можно соотнести с сущностью денежного обязательства, которое не носит личного характера, - уплата кредитору определенной денежной суммы в срок, всегда признается надлежащим исполнением денежного обязательства. Истцом не доказано, что личность кредитора оказывает существенного влияние на процесс исполнения взятых им на себя обязательств.

В соответствии с п.п. 63-68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Если лицу, направляющему сообщение, известен адрес фактического места жительства гражданина, сообщение может быть направлено по такому адресу.

Адресат юридически значимого сообщения, своевременно получивший и установивший его содержание, не вправе ссылаться на то, что сообщение было направлено по неверному адресу или в ненадлежащей форме (статья 10 ГК РФ).

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

При таких обстоятельствах суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд, заслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно ч. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ч. 1 – ч. 3 ст. 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Независимая гарантия выдается в письменной форме (пункт 2 статьи 434), позволяющей достоверно определить условия гарантии и удостовериться в подлинности ее выдачи определенным лицом в порядке, установленном законодательством, обычаями или соглашением гаранта с бенефициаром.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

К обязательствам лиц, не указанных в абзаце первом настоящего пункта и выдавших независимую гарантию, применяются правила о договоре поручительства.

В соответствии со ст. 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии.

Гарант не вправе предъявлять бенефициару к зачету требование, уступленное гаранту принципалом, если иное не предусмотрено независимой гарантией или соглашением гаранта с бенефициаром.

В силу ст. 373 ГК РФ независимая гарантия вступает в силу с момента ее отправки (передачи) гарантом, если в гарантии не предусмотрено иное.

Согласно ч. 2 ст. 375 ГК РФ гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж. Условиями независимой гарантии может быть предусмотрен иной срок рассмотрения требования, не превышающий тридцати дней.

В силу ч. 1 ст. 379 ГК РФ принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

В силу ст.ст. 361, 363 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 06.02.2023 г. ООО «ЛМ-СТРОЙ» в лице генерального директора фио обратилось в КИВИ Банк (АО) с заявкой на предоставление в соответствии с Рамочным Договором банковской гарантии, 01.02.2023 г. была сформирована счет-оферта, 01.02.2023 г. принципал акцептировал оферту посредством выплаты банку вознаграждения за выдачу гарантии.

06.02.2023 г. КИВИ Банк (АО) (гарант) выдал ООО «ЛМ-СТРОЙ» (принципалу) банковскую гарантию № 9913-19КЭБГ/0021 со следующими параметрами: бенефициар – МКУ «Отдел капитального строительства», обеспечиваемое обязательство – обязательства ООО «ЛМ-СТРОЙ» перед МКУ «Отдел капитального строительства».

11.09.2023 г. принципал оплатил гаранту сумма

11.09.2023 г. КИВИ Банк (АО) (гарант) и ООО «ЛМ-СТРОЙ» (принципал) заключили дополнительное соглашение к Договору банковской гарантии, по которому принципал обязуется погасить задолженность по Договору банковской гарантии в срок по 26.02.2024 г., включая основной долг по возмещению выплаченной банковской гарантии в размере сумма, вознаграждение, начисляемое по ставке 25 % годовых на сумму основного долга по возмещению выплаченной банковской гарантии в день.

В обеспечение надлежащего выполнения договорных обязательств принципала по Договору банковской гарантии 11.09.2023 г. и Дополнительного соглашения к нему от 11.09.2023 г. между КИВИ Банк (АО) (банком) и ИП фио (поручителем) был заключен договор поручительства № 9913-19КЭБГ/0021П от 11.09.2023 г., по которому поручитель солидарно с принципалом несет ответственность перед гарантом.

01.09.2023 г. банк выплатил бенефициару по его требованию сумма

Денежные средства в счет возмещения, уплаченные по банковской гарантии, и вознаграждение банка, возмещены не были.

Решением Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г. по делу № А57-35039/2023 с ООО «ЛМ-СТРОЙ», ИП фио на основании договора банковской гарантии № 9913-19КЭБГ/0021 от 06.02.2023 г. и договора поручительства от 11.09.2023 г. были взысканы в солидарном порядке: задолженность по Договору банковской гарантии по состоянию на 16.04.2024 г. в размере сумма, включая основной долг по возмещению выплаченной банковской гарантии в размере сумма, вознаграждение в размере сумма, неустойка в размере сумма, штраф в размере сумма; вознаграждение, начисляемое по ставке 25 % годовых на сумму основного долга по возмещению выплаченной банковской гарантии в день за период с 17.04.2024 г. по дату фактического исполнения обязательства, неустойка, начисляемая по ставке 25 % годовых на сумму просроченной задолженности за каждый день просрочки, за период с 17.04.2024 г. по дату фактического исполнения обязательства; госпошлина в размере сумма

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2024 г. решение Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г. было оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда адрес от 25.04.2025 г. решение Арбитражного суда адрес от 13.06.2024 г., постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2024 г. были отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда адрес от 25.06.2025 г. было принято к рассмотрению заявление КИВИ Банк (АО) о процессуальном правопреемстве (замене истца на адрес).

Определением Арбитражного суда адрес от 03.07.2025 г. встречное исковое заявление ИП фио к КИВИ Банк (АО) о признании договора поручительства от 11.09.2023 г. недействительным было оставлено без рассмотрения на срок по 21.08.2025 г., недостатки встречного иска были исправлены, и он был принят к производству.

Согласно ст. 189.101 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-Ф3 «О несостоятельности (банкротстве)» учредитель (участник) кредитной организации, признанной банкротом, в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, вправе получить стоимость или часть имущества кредитной организации, оставшегося после завершения расчетов с ее кредиторами (далее - оставшееся имущество).

Согласно ч. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ч. 1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Решением Арбитражного суда адрес от 11.04.2024 г. по делу № А40-53159/2024 КИВИ Банк (АО) признано подлежащим ликвидации, функции ликвидатора были возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

04.06.2025 г. между КИВИ Банк (АО) в лице ликвидатора ГК «Агентство по страхованию вкладов» и его правопреемником адрес был подписан Акт приема-передачи имущества (активов) и документов, оставшихся после завершения расчетов с кредиторами, включающий в себя, помимо прочего, право требования долга с истца.

адрес является акционером КИВИ Банк (АО) и его универсальным правопреемником.

29.07.2025 г. между адрес (цедентом) и ООО ПКО «АйДиКоллект» (цессионарием) был заключен договор цессии, по которому цедент уступил цессионарию право требования по договору банковской гарантии № 9913-19КЭБГ/0021 от 06.02.2023 г. и договору поручительства от 11.09.2023 г.

15.08.2025 г. ООО ПКО «Айди Коллект» направило истцу уведомление о состоявшейся уступке прав требования по данному адресу (ШПИ 14575411231983), 13.09.2025 г. письмо было получено адресатом.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Истец по приведенным выше основаниям полагает свои права нарушенными.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть, представленных сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 ГПК РФ предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Таким образом, оценка относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности является исключительной прерогативой суда.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, возлагается на лицо, заявляющее об этом, т.е. на истца.

Согласно ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве) (ч. 2).

Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу (ч. 3).

Первоначальный кредитор и новый кредитор солидарно обязаны возместить должнику - физическому лицу необходимые расходы, вызванные переходом права, в случае, если уступка, которая повлекла такие расходы, была совершена без согласия должника. Иные правила возмещения расходов могут быть предусмотрены в соответствии с законами о ценных бумагах (ч. 4).

В силу ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В соответствии со ст. 389.1 ГК РФ взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 390 ГК РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

Если иное не предусмотрено законом, договор, на основании которого производится уступка, может предусматривать, что цедент не несет ответственности перед цессионарием за недействительность переданного ему требования по договору, исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, при условии, что такая недействительность вызвана обстоятельствами, о которых цедент не знал или не мог знать или о которых он предупредил цессионария, в том числе обстоятельствами, относящимися к дополни-тельным требованиям, включая требования по правам, обеспечивающим исполнение обязательства, и правам на проценты.

При уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия:

уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием;

цедент правомочен совершать уступку;

уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу;

цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

Предусмотренных законом оснований для признания договора цессии недействительным по признаку оспоримости или ничтожности не имеется.

Согласно п. 4.5. Договора поручительства № 9913-19КЭБГ/0021 от 11.09.2023 г. поручитель выразил свое согласие на уступку Банком любым третьим лицам прав (требований) Банка к нему по Обеспеченным обязательствам и по договорам, заключенным в обеспечение исполнения Обеспеченных обязательств.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» действующее законодательство не исключает возможность передачи прав требования по кредитному договору с потребителями (физическими лицами), лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Договор поручительства не содержит неясностей и неточностей, не содержит противоречащих закону положений.

фио, будучи в статусе индивидуального предпринимателя, выступил в роли поручителя за юридическое лицо, находящееся под его руководством, не является потребителем банковских услуг, и при должных внимательности и осмотрительности не мог не понимать существо сделки и придерживаться альтернативной интерпретации ее условий.

Как у КИВИ Банк (АО), так и у его правопреемников адрес имелось выраженное согласие должника на продажу права требования к нему любым третьим лицам.

Ни гражданское законодательство, ни специальные законы не содержат запрета на возможность передачи названного выше права требования и не требует наличие у цессионария лицензии на осуществления банковской деятельности.

Стандартизированное денежное обязательство, обязанность по исполнения которого возникла на стороне лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, по умолчанию не является обязательством, по которому личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Должник был уведомлен об уступке права требования надлежащим образом.

При этом не уведомление должника о переходе права требования не нивелирует достигнутые цедентом и цессионарием договоренности, а влечет за собой лишь квалификацию совершенных после заключения договора цессии платежей предыдущему кредитору в качестве надлежащего исполнения.

ООО ПКО «АйДи Коллект» действует на адрес в соответствии с требованиями действующего законодательства. Доводы истца о том, что ООО ПКО «АйДи Коллект» систематически применяет незаконные методы воздействия на должников, надуманны и голословны.

В соответствии со ст. 26 Ф3 от 02.12.1990 Nº 395-1 «О банках и банковской деятельности» четко определен объем предоставляемой информации и установлен круг лиц, которым кредитные организации и банки могут предоставлять информацию по счетам и вкладам физических лиц. Из данной нормы следует, что к понятию «банковская тайна» относится информация об операциях, счетах, вкладах клиентов, а при уступке права требования третьему лицу передается информация о финансовом обязательстве, что, в свою очередь, не противоречит закону.

Требования истца связаны с произвольным и ошибочным толкованием правовых норм, не основаны на законе.

Иск надлежит отклонить в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований фио к адрес, ООО ПКО «АйДи Коллект» о расторжении договора цессии, признании недействительным договора цессии отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Чертановский районный суд адрес течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательной форме изготовлено 31 марта 2026 года