СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-3960/2025-АК

г. Пермь

31 июля 2025 года Дело № А50-21528/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 июля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Якушева В.Н.,

судей Муравьевой Е.Ю., Шаламовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шляковой А.А.,

при участии:

от истца по первоначальному иску: ФИО1 по доверенности от 26.07.2024, предъявлен паспорт и диплом о наличии высшего юридического образования; ФИО2 предъявлен паспорт, решение директора, ФИО3, по доверенности от 20.01.2025, предъявлен паспорт;

от ответчика по первоначальному иску: директор ФИО4, паспорт; ФИО5 по доверенности от 23.09.2024, предъявлен паспорт и диплом;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенные надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика по первоначальному иску, общества обществу с ограниченной ответственностью «Триэль Рус»,

на решение Арбитражного суда Пермского края

от 02 апреля 2025 года

по делу № А50-21528/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью «Пермэкопром» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Триэль Рус» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании неосновательного обогащения в сумме 5 463 000,02 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.06.2024 по 19.03.2025 в сумме 835 792, 37 руб. с дальнейшим начислением

по день фактической оплаты долга,

по встречному заявлению общества с ограниченной ответственностью «Триэль

Рус»

к обществу с ограниченной ответственностью «Пермэкопром»

о взыскании задолженности в сумме 1 312 000 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Крестьянское хозяйство «Элирон» ФИО6 (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), общество с ограниченной ответственностью «Триэль»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Пермэкопром» (далее – истец, общество или ООО «Пермэкопром») обратилось в Арбитражный суд Пермского края (далее – суд) с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Триэль Рус» (далее – ответчик, общество или ООО «Триэль Рус») о взыскании неосновательного обогащения в сумме 5 463 000,02 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 835 792,37 руб. с дальнейшим начислением по день фактической оплаты долга (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ)).

Определениями суда от 10.10.2024, 20.11.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Крестьянское хозяйство «Элирон» ФИО6 (далее – третье лицо, КХ «Элирон»), общество с ограниченной ответственностью «Триэль».

Определением суда от 10.10.2024 для совместного рассмотрения с первоначально заявленными требованиями принято встречное исковое заявление ООО «Триэль Рус» к ООО «Пермэкопром» о взыскании задолженности в размере 1 312 000 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.04.2025 по настоящему делу первоначальные исковые требования удовлетворены, с ООО «Триэль Рус» в пользу ООО «Пермэкопром» взыскано неосновательное обогащение в сумме 5 463 000,02 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02.06.2024 по 19.03.2025 в сумме835 792,37 руб., с их последующим начислением с 20.03.2025 по день фактической уплаты задолженности исходя из суммы задолженности и ключевой ставки Банка России, а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 51 506 руб.; в доход федерального бюджета с ООО «Триэль Рус» взыскана государственная пошлина в размере 2 988 руб. На ООО «Триэль Рус» возложена обязанность в течение 20 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу, за свой счет вывезти с территории ООО «БЭЭС» по адресу: <...>, оборудование - Конвейерный комплекс КК-100 – 1 ед., Конвейер с системой считывания – 3 ед., Накопительный стол – 1 ед. В удовлетворении встречных исковых требований ООО «Триэль Рус» отказано.

Не согласившись с судебным актом, ООО «Триэль Рус» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит отменить решение суда полностью и принять новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что в обжалуемом решении суд не исследовал все представленные сторонами доказательства и не установил ключевые обстоятельства дела, не дал оценки доводам ответчика о том, что оборудование, поставленное ответчиком истцу, после расторжения договора поставки не пригодно для производственных целей ввиду выявленных ответчиком дефектов (неисправностей). Подписывая Соглашение о расторжении Спецификации № 1 к договору поставки оборудования № 15/05 от 15.05.2023, стороны исходили из того обстоятельства, что оборудование будет возвращено поставщику в том же состоянии, в каком было поставлено покупателю - новое, с сохраненными потребительскими свойствами, без недостатков (дефектов), позволяющем его дальнейшую реализацию поставщиком по цене не ниже указанной в договоре поставки оборудования№ 15/05 от 15.05.2023. С момента заключения вышеуказанного соглашения о расторжении договора, истец обязан был обеспечивать сохранность оборудования, в соответствии со ст. 514 ГК РФ, и в случае его ухудшения, возместить убытки, возникшие вследствие его повреждения (его части). Обязывая ответчика вывести оборудование со склада истца, судом первой инстанции не учтено, что оборудование имеет существенные повреждения, что подтверждено представленными в материалы дела доказательствами. Вместе с тем, истец распорядился оборудованием - продал третьему лицу: Крестьянскому хозяйству «Элирон» ФИО6, а также с учетом того что, в результате ответственного хранения оборудования истец не предпринял мер для его сохранности, качество оборудования изменилось настолько, что оно не могло быть использовано по первоначальному назначению, в связи с чем по мнению ООО «Триэль Рус», судом необоснованно отказано в удовлетворении встречного иска.

Также апеллянт считает неправомерным отказ суда в принятии уточненных встречных исковых требований ответчика, поскольку в обоснование новых требований им приводились те же доводы и фактические обстоятельства дела, которые были заявлены в первоначальном требовании.

Кроме того, ООО «Триэль Рус» ссылается на то, что в нарушении ст. 159 АПК РФ, суд первой инстанции, проигнорировал заявленное ходатайство об уменьшении заявленных истцом процентов, в порядке ст. 333 ГК РФ, изложенное в отзыве на заявление об уточнении исковых требований.

ООО «Пермэкопром» в представленном в суд апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу выразило несогласие с доводами ответчика, приведенными в апелляционной жалобе, указало на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, просило оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Участвовавшие в судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили решение суда отменить; представители истца просили оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле отзывы на апелляционную жалобу не представили, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 15 мая 2023 года между ООО «Триэль Рус» (поставщик) и ООО «Пермэкопром» (покупатель) заключен Договор № 15/05 поставки оборудования (далее - Договор), по условиям которого покупатель покупает, а поставщик поставляет и передает в собственность оборудование согласно подписанной сторонами Спецификации, форма которой предусмотрена в приложении № 1 к Договору и Техническим характеристикам к Спецификации (при наличии) (п. 1.1. Договора).

Согласно п. 2.1. Договора, стоимость оборудования, срок и условия оплаты по конкретной партии указываются в Спецификации на конкретную единицу Оборудования.

В соответствии с п. 3.1. Договора, условия поставки указываются в конкретных Спецификациях к Договору.

В Спецификациях № 1 от 15.05.2023 и № 2 от 19.05.2023 к Договору, стороны согласовали ассортимент, количество, цены и комплектацию поставляемого Оборудования.

Оборудование согласно вышеуказанным Спецификациям поставлено поставщиком на склад покупателя, расположенный по адресу: 673403, Забайкальский край, <...>.

В счет оплаты поставленного оборудования истец платежными поручениями от 19.05.2023 № 85, от 22.05.2023 № 86, от 26.06.2023 № 117 перечислил в адрес ответчика 5 463 000,02 руб.

Соглашением сторон от 11 марта 2024 года Спецификация № 1 к Договору поставки оборудования № 15/05 от 15.05.2023 расторгнута.

По условиям п. 5 Соглашения, поставщик взял на себя обязательство в срок до 01 июня 2024 года возвратить покупателю оплату, перечисленную за поставленное по Спецификации оборудование, платежным поручением № 85 от 19.05.2023 в сумме 3 280 000,01 руб., платежным поручением № 86 от 22.05.2023 в сумме 215 000 руб., платежным поручением № 117 от 26.06.2023 в сумме 1 968 000,01 руб., на общую сумму 5 463 000,02 руб., путем перечисления денежных средств на расчетный счет покупателя.

Согласно п.п. 3, 4 Соглашения, передача оборудования от покупателя поставщику осуществляется не позднее 3 (трех) рабочих дней с момента подписания настоящего Соглашения и оформляется актом возврата оборудования, подписанным уполномоченными представителями сторон; возврат оборудования осуществляется силами и за счет поставщика, со склада покупателя, расположенного по адресу: 673403, Забайкальский край, <...>.

Согласно п. 6 Соглашения, в срок до 22 июня 2024 года стороны составляют и подписывают Акт сверки взаимных расчетов по Спецификации. Обязательства сторон по Спецификации считаются исполненными после окончательного взаиморасчета между сторонами.

26.07.2024 истцом в адрес ответчика посредством электронной связи (почты) направлена досудебная претензия с требованием в течение 30 календарных дней возвратить сумму оплаты по Соглашению о расторжении Спецификации к Договору поставки оборудования № 15/05 от 15.05.2023 и процентов за необоснованное пользование чужими денежными средствами.

Досудебная претензия направлена ООО «Пермэкопром» на электронную почту Генерального директора ООО «Триэль Рус» ФИО7 (director@31rus.ru) и его заместителя ФИО8 (akimov@31rus.ru).

02.09.2024 истцом в адрес ответчика направлены подтверждающие оригиналы досудебной претензии и приложения к ней.

Письмом исх. № 02-09-1/24 от 02.09.2024 ответчик признал факт получения досудебной претензии и наличие задолженности перед истцом, однако, на момент подачи настоящего искового заявления, сумма оплаты по Соглашению и проценты за необоснованное пользование чужими денежными средствами не возвращены.

Истец по встречному иску, ссылаясь на то, что спорное оборудование истцом в полном объеме не оплачено, предъявил требования о взыскании с общества «Пермэкопром» задолженности по оплате поставленного товара в сумме 1 312 000 руб., представляющей собой разницу между стоимостью оборудования по договору поставки от 15.05.2023 (6 560 000,02 руб.) и фактически уплаченной истцом суммой (5 463 000,02 руб.).

Суд, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71 АПК РФ признал требования истца по первоначальному иску подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению, при этом обоснованно исходил из следующего.

Правоотношения истца и ответчика вытекают из договора поставки (глава 30, параграф 3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

В соответствии со статьёй 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Статьей 516 ГК РФ предусмотрено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ). В соответствии с пунктом 1 статьи 450 ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другими законами или договором. Согласно пункту 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. В случае расторжения договора обязательства считаются прекращенными с момента заключения соглашения сторон о расторжении договора, если иное не вытекает из этого соглашения или характера изменения договора (пункт 3 статьи 453 ГК РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление № 16).

Как разъяснено в абзацах 3, 4 пункта 5 Постановления № 35, соглашением сторон могут быть предусмотрены специальные правила, по которым возвращается имущество в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным законом, а также установлена обязанность возврата имущества в случае расторжения договора при отсутствии нарушений.

К названным отношениям сторон могут применяться положения главы 60 ГК РФ, поскольку иное не установлено законом, соглашением сторон и не вытекает из существа соответствующих отношений (статья 1103 Кодекса).

Из разъяснений, приведенных в пунктах 1 и 4 Постановления № 16, следует, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 ГК РФ.

Как установлено судом, воспользовавшись названным правом, истец и ответчик заключили соглашение о расторжении договора поставки от 15.05.2023, в котором указали обязательство перед истцом по возвращению уплаченной по названному договору суммы и обязанность ответчика осуществить за свой счет и своими силами возврат спорного оборудования.

При этом, как верно отмечено судом, данное соглашение не признано недействительным в установленном законом порядке, доказательств, свидетельствующих о его ничтожности, в материалы дела не представлено.

В связи с этим соглашение, являющееся в силу статьи 8 ГК РФ сделкой, и устанавливающее права и обязанности сторон, подлежит исполнению этими сторонами.

В ходе судебного разбирательства судом установлен и ответчиком фактически не опровергнут факт неисполнения ответчиком обязательств по возврату уплаченной истцом по договору поставки суммы (5 463 000, 02 руб.) и вывозу спорного оборудования со склада покупателя, расположенного по адресу: Забайкальский край, <...>.

Следовательно, учитывая, что до настоящего времени денежные средства ответчиком не возвращены, доказательств обратного в материалы дела не представлено (ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ), требование истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 5 463 000,02 руб. правомерно удовлетворено судом.

Истцом было также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 02.06.2024 по 19.03.2025 в размере 835 792,37 руб., а также о присуждении процентов по день фактического исполнения ответчиком обязательства по возврату денежных средств.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что сумма процентов заявлена в пределах распорядительных прав истца, справедливо признал ее верной и подлежащей удовлетворению в заявленном размере.

Ответчиком было заявлено требование об уменьшении размера процентов в порядке статьи 333 ГК РФ. В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик ссылается на то, что судом не было рассмотрено его ходатайство о снижении взыскиваемых истцом процентов.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае оснований для снижения процентов в порядке ст. 333 ГК РФ, не имеется, поскольку к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Также аналогичный правовой подход изложен в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, в котором отражено, что размер процентов, предусмотренный пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, определяется исходя из редакции этой нормы, действовавшей в соответствующий период, и снижению на основании статьи 333 ГК РФ не подлежит.

Апелляционный суд исходит также из того, что проценты начислены ответчику по ключевой ставке Банка России, действовавшей в период с 02.06.2024 по 19.03.2025 (от 16% до 21%).

В соответствии со статьей 35 Федерального закона от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» основными инструментами и методами денежно-кредитной политики Банка России являются в том числе, процентные ставки по операциям Банка России.

Банк России может устанавливать одну или несколько процентных ставок по различным видам операций или проводить процентную политику без фиксации процентной ставки. Банк России использует процентную политику для воздействия на рыночные процентные ставки (статья 37 вышеуказанного закона).

Процентная ставка рефинансирования (учетная ставка) – ставка процента при предоставлении Центральным банком Российской Федерации (Банком России) кредитов коммерческим банкам; была введена 1 января 1992 года (телеграмма Банка России от 29.12.1991 № 216-91).

С 1 января 2016 года Банком России не устанавливается самостоятельное значение ставки рефинансирования, оно приравнивается к значению ключевой ставки Банка России, определенному на соответствующую дату.

Ключевая ставка – процентная ставка по основным операциям Банка России по регулированию ликвидности банковского сектора; является с 13 сентября 2013 года основным индикатором денежно-кредитной политики (информация Банка России от 13.09.2013 «О системе процентных инструментов денежно-кредитной политики Банка России»).

Таким образом, ставка рефинансирования представляет собой наименьший размер платы за пользование денежными средствами в российской экономике, что является общеизвестным фактом. Уменьшение неустойки ниже ставки рефинансирования возможно только в чрезвычайных случаях, а по общему правилу не должно допускаться (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10, от 01.07.2014 № 4231/14).

Следовательно, судом правомерно удовлетворено требование истца о взыскании с ответчика процентов в заявленном размере.

Ответчиком во встречном иске заявлено о взыскании убытков в виде задолженности по оплате стоимости поставленного оборудования в размере 1 312 000 руб., представляющей собой разницу между стоимостью оборудования по договору поставки от 15.05.2023 (6 560 000,02 руб.) и фактически уплаченной истцом суммой (5 463 000,02 руб.).

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований общества «Триэль Рус», суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Как следует из пункта 10 Постановления № 35, если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства.

При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3, 4 статьи 425 ГК РФ).

В силу абзацев 1 - 2 пункта 5 постановления № 35, если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений. Например, если покупатель оплатил пять партий товара, а получил только две, при расторжении договора он вправе требовать либо возврата сумм, уплаченных за три партии товара, либо возврата всей оплаты при условии возвращения им полученного товара. Указанное правомочие покупателя не ограничивает иные права, принадлежащие ему в связи с нарушением обязательства другой стороной, в частности право на возмещение убытков.

Согласно пункту 6.2 постановления № 35, если договор расторгается в связи с нарушениями, допущенными стороной, передавшей по этому договору имущество, либо не в связи с нарушением какой-либо из сторон, сторона, получившая имущество в собственность и обязанная его вернуть другой стороне, только в том случае компенсирует отсутствие или ухудшение этого имущества в денежной форме, если она распорядилась этим имуществом или потребила его, а также если гибель имущества или его ухудшение произошли в условиях, когда сторона относилась к обеспечению сохранности имущества существенно менее заботливо, чем это свойственно обычному участнику гражданского оборота. После того как сторона узнала или должна была узнать о наличии оснований для расторжения договора, она компенсирует стоимость имущества при наличии ее вины в любой форме.

Учитывая, что договор поставки от 15.05.2023 фактически расторгнут сторонами путем заключения соглашения от 11.03.2024, в котором стороны согласовали обязательство перед истцом по возвращению уплаченной по названному договору суммы и обязанность ответчика осуществить за свой счет и своими силами возврат спорного оборудования, то есть обязательство оплатить поставленный товар в момент расторжения договора поставки было прекращено, суд первой инстанции справедливо признал, что в рассматриваемом случае оснований для удовлетворения заявленных обществом «Триэль Рус» требований не имеется.

Оснований для иных суждений суд апелляционной инстанции не усматривает, при этом поддерживая выводы суда, отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства и ответчиком не доказано иного, что выявленные им 10.09.2024 недостатки (дефекты) оборудования возникли вследствие неисполнения истцом обязанности к обеспечению сохранности имущества существенно менее заботливо, чем это свойственно обычному участнику гражданского оборота, учитывая, что в соответствии с условиями Соглашения от 11.03.2024 передача оборудования от покупателя поставщику осуществляется не позднее 3 (трех) рабочих дней с момента подписания соглашения, то есть не позднее 14.03.2024, а также что возврат оборудования осуществляется силами и за счет поставщика, со склада покупателя, ответчик несет соответствующие риски по обеспечению сохранности спорного оборудования.

При этом, судом верно отмечено, что ответчик в рассматриваемом случае не лишен права обратиться в арбитражный суд с самостоятельными требованиями о взыскании убытков, обусловленных ухудшением переданного по договору поставки имущества.

Судом также верно, со ссылкой на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2021 № 307-ЭС21-5824, указано, что из пунктов 2 и 4 статьи 453 ГК РФ, пунктов 4 - 6.3 Постановления № 35 следует, что после расторжения договора обязательства сторон договора переходят в ликвидационную стадию, в рамках которой происходит справедливое определение завершающих имущественных обязательств сторон, в том числе возврат и уравнивание осуществленных ими при исполнении расторгнутого договора встречных имущественных предоставлений. При этом такие обратные (реверсивные) обязательства сторон, возникшие вследствие расторжения договора купли-продажи, как обязанность продавца вернуть деньги и обязанность покупателя вернуть товар, носят встречный и взаимозависимый характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064 по делу № А76-4808/2019).

Расторжение договора не отменяет ранее произошедший по договору купли-продажи переход права собственности на товар, у продавца право собственности на это имущество автоматически не восстанавливается, это право появляется у последнего производным способом (пункт 7 Постановления № 35). Однако у покупателя возникает обязательство произвести обратное отчуждение товара продавцу, которое, в свою очередь, взаимообусловлено возвратом последним денежных средств. До момента фактической обратной передачи товара продавцу по расторгнутому договору собственником является покупатель (абзац первый пункта 2 статьи 218, пункта 1 статьи 223 ГК РФ).

Учитывая изложенное, суд обоснованно в целях обеспечения эквивалентности предоставлений и исключения последующих исков, возложил на общество «Триэль Рус» обязанность в течение 20 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу, за свой счет вывести с территории ООО «БЭЭС» по адресу: <...>, оборудование - Конвейерный комплекс КК-100 – 1 ед., Конвейер с системой считывания – 3 ед., Накопительный стол – 1 ед.

На основании изложенного, апелляционный суд, оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства и обстоятельства дела в совокупности и во взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правомерно признал первоначальные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме, а встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Ссылки ответчика на то, что судом необоснованно отказано в удовлетворении встречного иска, признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку уточнение исковых требований общества предусматривало новое, не заявленное первоначально требование о взыскании убытков в виде расходов на восстановительный ремонт подлежащего возврату оборудования (тогда как изначально было заявлено требование о взыскании задолженности по договору поставки).

При таких обстоятельствах суд правильно в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса отказал в удовлетворении ходатайства об уточнении встречных исковых требований.

По вышеуказанным основаниям доводы апелляционной жалобы общества «Триэль Рус» подлежат отклонению, поскольку выводы суда не опровергают, по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, оснований для переоценки которых суд апелляционной инстанции не усматривает. Все доказательства, на которые заявитель ссылается в апелляционной жалобе, исследованы судом первой инстанции. При этом неотражение всех имеющихся в деле доказательств и доводов стороны в судебном акте не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены либо изменения решения суда первой инстанции не имеется.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ :

Решение Арбитражного суда Пермского края от 02 апреля 2025 года по делу № А50-21528/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Судьи

В.Н. Якушев

Е.Ю. Муравьева

Ю.В. Шаламова