Решение по делу № А65-22468/2024 от 12.05.2025.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-22468/2024

Дата принятия решения – 12 мая 2025 года.

Дата объявления резолютивной части – 29 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Кузнецовой Т.Д.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Шигаповой Л.Р.,

рассмотрев в судебном заседании путем проведения веб-конференции дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, обществу с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд Экспорт», ФИО7 о взыскании убытков в виде непогашенных расходов и вознаграждения в деле о банкротстве ООО «Восток-Трейд» (дело №А65-24662/2018) в общем размере 481 371,98 руб,

с участием в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Общества с ограниченной ответственностью строительная компания «Оренвектор», ФИО8,

с участием:

истца – ФИО1, паспорт (онлайн),

ответчика ФИО3 – ФИО9, по доверенности от 15.10.2024,

ответчика ФИО2 – не явился, извещен,

ответчика ФИО4 - не явился, извещен,

ответчика ФИО5 - не явился, извещен,

ответчика ФИО6 - не явился, извещен,

ответчика ООО «Восток-Трейд Экспорт» - не явился, извещен,

ответчика ФИО7 - не явился, извещен,

третьих лиц – не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 18.07.2024 поступило заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, обществу с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд Экспорт» о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Восток Трейд» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2024 заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением от 01.10.2024 дело передано на рассмотрение судьи Кузнецовой Т.Д.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.10.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены - общество с ограниченной ответственностью строительная компания «Оренвектор», ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.12.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО7.

Определением от 23.01.2025 дело назначено к судебному разбирательству.

Определением от 01.04.2025 судом в порядке ст. 49 АПК РФ принято уточнение требований, согласно которым истец просит взыскать солидарно с учредителей (участников) ООО «ВостокТрейд», заявителя по делу о несостоятельности (банкротстве) и единственного исполнительного органа (генерального директора): ФИО2, ФИО3, в том числе в период с 07.06.2016г. по 08.11.2017г. обязанности единственного исполнительного органа – генерального директора должника, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, в том числе исполняющего в период с 24.10.2019г. по 18.07.2023г. обязанности единственного исполнительного органа (генерального директора), общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд Экспорт» - заявителя по делу о несостоятельности ООО «Восток-Трейд» в пользу ФИО1 возмещение убытков в виде непогашенных расходов и вознаграждения в деле о банкротстве ООО «Восток-Трейд» (дело №А65-24662/2018) в общем размере 481 371,98 руб., в том числе: 313 903,23 руб. вознаграждение за процедуру наблюдения и конкурсного производства (по 03.10.2019г.), судебные расходы за процедуру наблюдения и конкурсного производства – 132 286,61 руб., проценты по вознаграждению временного управляющего – 35 185,14 руб.

В судебном заседании 29.04.2025 истец на заявленных требованиях настаивал.

Представитель ответчика ФИО3 требования не признал, заявление о пропуске срока исковой давности поддержал.

Ответчик ООО «Восток-Трейд Экспорт» своего представителя в суд не направил, извещен, представил отзыв, согласно которому требования не признает, полагает пропущенным срок для подачи требований.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, извещен, представил отзыв, согласно которому требования не признает, заявил о пропуске срока исковой давности.

Ответчик ФИО4 в суд не явился, извещен, представил отзыв, согласно которому требования не признает, заявил о пропуске срока исковой давности.

Ответчик ФИО5 в суд не явился, извещен, представил отзыв, согласно которому требования не признает, заявил о пропуске срока исковой давности.

Ответчик ФИО7 в суд не явился, извещен, представил отзыв, согласно которому требования не признает.

Ответчик ФИО6 и третьи лица в суд не явились, извещены.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу ч.6 ст.121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Дело рассматривается в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, выслушав истца и представителя ответчика, судом установлено следующее.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами.

По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом; по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (Закон об ООО) исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

По смыслу названных норм, исключение юридического лица из реестра по причине отсутствия отчетности, расчетов в течение долгого времени, равно как и неисполнение обязательств перед кредиторами является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО при условии, если судом установлены неразумные и/или недобросовестные действия (бездействия) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, которые привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В соответствии с пунктом 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53) заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11, так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления. Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве). Форма и содержание названного заявления должны соответствовать требованиям, предусмотренным пунктом 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве и статьей 225.13 АПК РФ. Оно оплачивается государственной пошлиной в размере, определенном по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ исходя из суммы, предъявленной к взысканию в интересах подавшего иск кредитора.

На основании пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из материалов дела следует, общество с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.10.2015 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №6 по Республике Татарстан.

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц учредителями общества, с долями участия в уставном капитале общества, являются ФИО2 (25 % доли), с 28.10.2015 по 07.07.2017); ФИО3 (25 % доли Должника, с 28.10.2015 года по 22.06.2017); ФИО4 (25 % доли, с 28.10.2015 по 22.06.2017; ФИО5 (25 % доли, с 28.10.2015 года по 22.06.2017); ФИО6 (75 % доли Должника, с 23.06.2017 по 18.07.2023); ФИО7 (25 % доли, с 12.02.2020 по 18.04.2022), по 18.07.2023 - дату исключения из ЕГРЮЛ Должника - 25 % доли принадлежали ООО Восток-Трейд».

Руководителями ООО «Восток-Трейд» являлись: с момента создания до 06.06.2016 ФИО5, с 07.06.2016 по 08.11.2017 ФИО3, с 09.11.2017 по 16.05.2019 (дату внесения записи в отношении ФИО10 управляющего) ФИО8; с 24.10.2019 до момента исключения общества из ЕГРЮЛ 18.07.2023 ФИО7.

Таким образом, указанные лица признаются судом контролирующими должника лицами.

13.08.2018 Общество с ограниченной ответственностью Строительная компания "Оренвектор" обратилось в суд с заявлением о признании Общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее по тексту - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2018 по делу № А65-24662/2018 заявление Общества с ограниченной ответственностью Строительная компания "Оренвектор" признано обоснованным, в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО1, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.04.2019 по делу № А65-24662/2018 общество с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.08.2019 конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2019 (резолютивная часть от 03.10.2019) по делу №А65-24662/2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019, требования ООО СК «Оренвектор» (ИНН <***>) и Федеральной налоговой службы России, включенные в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», в размере 2 319 676руб. признаны погашенными, произведено процессуальное правопреемство сторон – Федеральной налоговой службы России и ООО СК «Оренвектор» (ИНН <***>) на ООО "Восток-Трейд Экспорт", принят отказ ООО "Восток-Трейд Экспорт" г.Казань от заявления о признании общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом), производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «ВостокТрейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекращено.

Судом апелляционной инстанции было указано на нарушение арбитражным управляющим порядка обращения с заявлением о возмещении вознаграждения и судебных расходов при рассмотрении заявления ООО «Восток-Трейд Экспорт» о намерении погасить требования кредиторов.

При этом, определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-24662/2018 от 13.06.2019 года по делу №А65-24662/2018 с общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд» в пользу арбитражного управляющего ФИО1 взысканы 134 000 руб. вознаграждения, 28 063,76 руб. расходов на проведение процедуры наблюдения.

Во исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС №026665562 от 09.07.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-24662/2018 от 13.06.2019 года по делу №А65-24662/2018 установлены проценты по вознаграждению временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 в размере 35 182,14 руб.

Во исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС №031763106 от 11.11.2019 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.03.2020 с Общества с ограниченной ответственностью «Восток Трейд», г. Казань, в пользу арбитражного управляющего ФИО1 взысканы расходы в сумме 284 126,08 руб.

Во исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС 032830008 от 24.03.2020.

Истец обратился в Отдел судебных приставов №1 по Советскому району г.Казани с заявлениями о возбуждении исполнительных производств на общую сумму 481 371,98 рублей, на основании которых возбуждены следующие исполнительные производства:

№120894/19/16008-ИП от 28.11.2019 года на сумму 162 063,76 рублей;

№120895/19/16008-ИП от 28.11.2019 года на сумму 35 182,14 рублей;

№40135/20/16008-ИП от 25.05.2020 года на сумму 284 126,08 рублей.

Постановлениями судебного пристава-исполнителя от 26.04.2023 исполнительные производства были окончены ввиду невозможности установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

Поскольку в рамках указанных исполнительных производств денежные средства в пользу истца с должника не взысканы, сумма задолженности составляет 481 371,98 рублей, истец обратился в суд с настоящим заявлением.

Пунктом 1 статьи 20.6, пунктом 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве предусмотрено право арбитражного управляющего на получение вознаграждения в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для временного управляющего тридцать тысяч рублей в месяц (пункт 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве).

По общему правилу пункта 2 статьи 20.6, пункта 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве, пункта 1 статьи 59 Закона о банкротстве вознаграждение арбитражного управляющего и расходы по делу о банкротстве относятся на должника.

При недостаточности у должника имущества для погашения расходов обязанность осуществить соответствующие выплаты может быть возложена на его учредителей и участников (пункт 5 статьи 61, пункт 2 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 N 307-ЭС20-1134(2)).

Из разъяснений, приведенных в пункте 25 "Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, также следует, что при отсутствии у должника средств для финансирования процедур его банкротства необходимые расходы (в том числе вознаграждение арбитражного управляющего) могут быть взысканы с его учредителей.

При недостаточности у должника имущества арбитражный управляющий вправе обратиться с требованием о компенсации расходов к заявителю по делу о банкротстве (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве).

Таким образом, учредители (участники) должника и заявитель по делу о банкротстве отвечают перед арбитражным управляющим по долгам о возмещении расходов субсидиарно по отношению к должнику. В то же время для целей обращения к указанным лицам не требуется окончания мероприятий исполнительного производства в отношении должника в связи с невозможностью исполнения, а достаточно привести доводы о наличии (по внешним признакам) разумных оснований полагать, что имеющегося у должника имущества недостаточно для эффективного и оперативного осуществления выплаты.

При доказанности оснований для обращения к учредителям (участникам) или заявителю по делу о банкротстве с требованием о взыскании расходов указанные лица наряду с должником отвечают перед арбитражным управляющим солидарно (статьи 322, 323 и 325 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).

Из существа отношений несостоятельности следует, что в случае исполнения требования о возмещении расходов заявитель по делу имеет право регрессного требования на всю сумму к должнику и его учредителям (участникам), так как они являются лицами, на которых лежит конечная обязанность профинансировать процедуру банкротства (абзац первый пункта 2 статьи 325 ГК РФ).

Данный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.04.2023 N 307-ЭС20-22306(4).

Судом установлено, что 18.01.2023 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись о принятии решения о предстоящем исключении общества из реестра юридических лиц в связи с наличием недостоверных сведений.

18.07.2023 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись N 2231600790265 в отношении ООО "Восток-Трейд" о прекращении деятельности юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

По общему правилу требования о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению только в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (Закон о банкротстве, Закон).

Статьей 61.19 названного Закона, предусмотрен порядок рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

В силу п. 1 названной статьи Закона, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве, и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (Постановление Пленума ВС РФ N 53) разъяснено, что после прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, чьи требования в деле о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3 ст. 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (отдельные вопросы, связанные с применением Закона о банкротстве (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.03.2019), после возвращения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, уполномоченный орган вправе обратиться в суд в общеисковом порядке с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или о возмещении ими убытков (ст. 61.14 и 61.20 Закона о банкротстве). Такое исковое заявление подлежит разрешению судом в соответствии с положениями гл. III.2 Закона о банкротстве, в том числе в соответствии с закрепленными в этой главе презумпциями.

Судом установлено, что истцом подано заявление на основании главы III.2 Закона о банкротстве после прекращения производства по делу о банкротстве, при этом, исполнительные производства окончены в связи с отсутствием имущества должника, в связи с этим суд полагает, что аналогичная правовая позиция подлежит применению по аналогии и к исковому заявлению ФИО1 Прекращение производства по делу в связи с погашением реестра требований кредиторов и отказом заявителя от заявления о признании должника банкротом не исключает возможность установления оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В силу положений п. 2 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в п. 1 ст. 87 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Закона N 14-ФЗ от 08.02.1998 "Об обществах с ограниченной ответственностью" (Закона N 14-ФЗ).

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д.

В силу действующего законодательства участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Поскольку любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей или учредителей (участников) организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя и участника, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности контролируемых общество лиц перед контрагентами управляемого, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица (имущественного вреда), противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя и участника перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым ими обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя, учредителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед ним.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя и учредителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого ими юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества), суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

В силу положений статей 9, 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указывает на сделки по отчуждению имущества должника на общую сумму 7 960 000 руб.:

1. 15.06.2017 по продаже ответчику ФИО4 транспортного средства - полуприцепа-тяжеловоза, марки 9942L3-3, год выпуска 2012, идентификационный номер (VIN) <***> за 510 000 руб.; согласно отчету независимого оценщика рыночная стоимость указанного транспортного средства составляет 1 500 000 руб.;

2. 23.06.2017 по продаже ответчику ФИО4 транспортного средства - грузового тягача седельного, марки МАН TGS 33.480 6X4 BLS-WW, 2011 год выпуска, идентификационный номер (VIN) <***>, за 1 050 000 руб., согласно отчету независимого оценщика рыночная стоимость указанного транспортного средства составляет 2 800 000 руб.;

3. 23.06.2017 по продаже ответчику ФИО2 транспортного средства - грузового фургона, марки ПЕЖО ПАРТНЕР PEUGEOT FARTHER, 2011 год выпуска, идентификационный номер (VIN) <***>, за 65 000 руб., согласно отчету независимого оценщика рыночная стоимость указанного транспортного средства составляет 320 000 руб.;

4. 20.06.2017 по продаже ответчику ФИО2 транспортного средства - грузового фургона, марки CITROEN BERLINGO, 2011 год выпуска, идентификационный номер (VIN) <***>, за 30 000 руб., согласно отчету независимого оценщика рыночная стоимость указанного транспортного средства составляет 300 000 руб.;

5. 27.06.2017 по продаже ответчику ФИО2 - грузового фургона, марки PEUGEOT PARTNER, 2011 год выпуска, идентификационный номер (VIN) <***>, модель, № двигателя 10JBEDPSA9H080003374, за 45 000 руб., согласно отчету независимого оценщика рыночная стоимость указанного транспортного средства составляет 310 000 руб.;

6. по перечислению денежных средств в пользу ООО «Компания Восток Трейд» (ИНН <***>, ОГРН <***>) по договору займа на сумму 1 080 000 рублей по платежным поручения №1464 от 10.10.2017 года в сумме – 660 000 рублей; №1481 от 18.10.2017 года в сумме – 420 000 рублей;

7. по перечислению денежных средств в пользу ООО «Экстэн» (ИНН <***>, ОГРН <***>) по договору займа в размере 1 000 000 рублей по платежному поручению №207 от 07.02.2017 года;

8. по перечислению денежных средств в пользу ООО «Завод Экстэн» (ИНН <***>, ОГРН <***>) по договору займа №1 от 01.07.2016 года в размере 650 000 рублей по платежному поручению №1477 от 18.10.2017.

По мнению истца, сделки по отчуждению транспортных средств совершены должником в отношении аффилированных лиц, в отсутствие встречного исполнения и по заниженной стоимости, сделки по перечислению безналичных денежных средств также совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ввиду отсутствия возврата заемных средств и беспроцентности их предоставления.

Как указывает истец, по данным бухгалтерского учета Должника на последнею отчетную дату предоставления бухгалтерской отчетности имелась значительная кредиторская задолженность, которая на 31.12.2016 года составила – 130 860 тыс.рублей. данное обстоятельство, по мнению истца, свидетельствует об осведомленности сторон сделок о неблагополучном финансовом состоянии Должника и о существующих финансовых обязательствах и цели оспариваемых сделок – причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно Бухгалтерской отчетности ООО «Восток-Трейд» за 2016 год предоставленной 29.03.2017 года Должником в налоговый орган у Должника имелись активы всего – 131 984 тыс.рублей.

Таким образом, числящаяся в отчетности кредиторская задолженность в размере 130 860 тыс.руб., то есть указана в размере меньшем, чем стоимость запасов и дебиторской задолженности.

При этом, отсутствие у должника имущества само по себе не является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Судом установлено, что в реестр требований кредиторов были включены требования ООО Строительная компания «Оренвектор», основанные на решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.10.2017 по делу №А65-1796/2017, оставленному без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2017 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.04.2018, по обязательствам, вытекающим из поставки некачественного товара, и Федеральной налоговой службы по уплате налогов и пени за период с 01.02.2018 по 19.11.2018.

При этом, неисполнение обязательств перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника. Причины, по которым должник не исполняет свои обязательства, могут быть различными, причем как правовыми, так и неправовыми. К ним могут относиться: обжалование судебного акта о взыскании задолженности в судах вышестоящих инстанций, плохая организация бухгалтерии должника, неприязненные отношения руководства должника и руководства кредитора и т.п. Недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 18245/12, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 310-ЭС15-12396).

Кроме того, судом установлено, что кредитор ООО Строительная компания «Оренвектор» имел встречные обязательства перед должником, установленные решением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.07.2019 по делу № А47-1711/2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2019, по которому ООО СК «Оренвектор» обязано в течение пяти рабочих дней с момента вступления в силу решения суда возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд» неосновательное обогащение - фронтальный погрузчик Yigong zl 30 (Китай) 2015 г.в. (модель ZL 30, зав. № 951121613), модель двигателя YCD4J22G, руководство по эксплуатации, паспорт самоходной машины, дополнительное оборудование - дополнительные линии гидроразводки для подключения навесного оборудования. В случае неисполнения обязательства по возврату имущества в установленный судом срок с общества с ограниченной ответственностью строительной компании «Оренвектор» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд» подлежит взысканию судебная неустойка в размере 1 500 рублей за каждый день просрочки. С общества с ограниченной ответственностью строительной компании «Оренвектор» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток-Трейд» взыскана стоимость износа фронтального 20 А47-1711/2019 погрузчика Yigong zl 30 (Китай) 2015 г.в. (модель ZL 30, зав. № 951121613), модель двигателя YCD4J22G, в размере 13 314 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 285 рублей, судебные издержки в размере 104,90 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу, что арбитражным управляющим не доказано наличие у Общества признаков неплатежеспособности на дату совершения вышеуказанных сделок, а также того, что каждая из них была значимой для должника и повлекла возникновение у последнего признаков объективного банкротства, в связи с чем оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию не имеется.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывших руководителей и учредителей к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления. В рассматриваемом случае не доказано заявителем то обстоятельство, что в результате совершения указанных сделок было ухудшено финансовое состояние должника, повлекшее за собой банкротство предприятия.

Более того, учитывая отсутствие у ООО «Восток-Трейд Экспорт», ФИО7 статуса руководителя либо учредителя должника в период осуществления сделок, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

Ответчик ФИО6 вступил в общество в качестве учредителя 23.06.2017, следовательно, не имел возможности влиять на сделки, совершенные до указанной даты. Более того, суд ранее указывал, что привлечение лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности заявленных требований.

В материалах дела отсутствуют безусловные доказательства того, что выбранная должником схема ведения бизнеса организована ФИО6 или под его влиянием и контролем.

Заявитель не представил сведения, какие именно действия ФИО6 при совершения сделок привели к банкротству должника, в связи с чем отсутствуют доказательства всей совокупности необходимых к доказыванию обстоятельств для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, истец указал на неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по передаче конкурсному управляющему документации, указанной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и ее искажению.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснением пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 13.10.2017 N 305-ЭС17-9683, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Конкурсный управляющий указал, что непередача документов привела к невозможности определить основные активы должника, к невозможности выявления сделок, совершенных в период подозрительности и их условий, не позволившей проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

По данным последней бухгалтерской отчетности, представленной в налоговый орган 29.03.2017, у ООО «Восток-Трейд» за 2016 год имелись активы 131 984 тыс.рублей, в том числе: основные средства (транспортные средства, самоходные машины и др. недвижимое имущество) - 3 690 тыс.рублей; запасы (материалы, готовая продукция и товаров для перепродажи)- 76 761 тыс.рублей; отложенные налоговые активы – 56 тыс.рублей; НДС по приобретенным ценностям – 621 тыс.рублей; дебиторская задолженность - 23 727 тыс.рублей; финансовые вложения – 23 275,00 тыс.рублей; прочие внеоборотные активы - 64 тыс.рублей; денежные средства и денежные эквиваленты – 3 790 тыс.рублей.

Таким образом, следует, что у должника имелись активы достаточные для погашения реестра требований кредиторов, однако, непередача первичных документов, затруднила проведение мероприятий, направленных на пополнение конкурсной массы, что повлекло неблагоприятные последствия, в частности, непогашение задолженности перед арбитражным управляющим.

Между тем, в соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Статьями 32, 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" установлено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В соответствии со статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество, в том числе, обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе.

В силу п. 3 ст. 29 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Согласно п. 1 ст. 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Кроме того, по смыслу изложенного в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 N 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ" разъяснения общество в целях предоставления участнику хозяйственного общества реализации права на получение информации об обществе обязано хранить документы, связанные с его деятельностью, за весь период осуществления такой деятельности и принимать меры к возврату или восстановлению (при наличии такой возможности) отсутствующих документов.

Таким образом, руководитель должника обязан не только обеспечить ведение бухгалтерского учета и сохранность первичных учетных документов должника, но и в случае необходимости их восстановление.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ руководителем должника в период с 09.11.2017 по 16.05.2019 являлась ФИО8.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 по делу № А65-24662/2018 суд обязал ФИО8 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «ВостокТрейд», г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 документацию должника.

Согласно разъяснениям абз. второго п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения обязанности по представлению документации должника в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

В пункте 24 Постановления Пленума ВС РФ N 53 указано, что по смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Доказательств то, что на ответчиков была возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации общества не представлено, как и доказательств, что данная документация находилась у ответчиков, либо что ответчики совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Бывшим руководителем общества не представлено доказательств отсутствия у нее документации должника, а также доказательств передачи такой документации иному лицу или учредителю общества.

Суд не усматривает оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в части искажения документации должника, ввиду отсутствия доказательств намеренного искажения ими отчетности в целях создания препятствий для выявления имущества должника и включения его в конкурсную массу для целей последующей реализации.

Отражение недостоверных сведений в бухгалтерском балансе само по себе, не может являться достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Суд также не усматривает оснований для возложения на ФИО7 ответственности за причинение убытков, состоящих из вознаграждения арбитражного управляющего, установленного в рамках дела о банкротстве, прекращенного 10.10.2019, то есть до назначения данного лица директором должника 24.10.2019.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 20 Постановления N 53, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 ГК РФ).

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время, из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности. При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (часть 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления N 53). При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления N 53).

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3), определению ВС РФ N 307-ЭС22-18671 по делу N А56-64205/2021.

Согласно ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Предъявление любого иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для целей возмещения убытков по смыслу статьи 1064 ГК РФ необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. При этом противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками согласно п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда.

Кроме того, при разрешении требований суду необходимо проверить, являлись ли осмотрительными действия самого истца (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Судом установлено, что последнее исполнительное производство по исполнительным листам, выданным истцу, было возбуждено 20.05.2020.

Частью 1 статьи 36 Закона № 229-ФЗ предусмотрено, что содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства.

Ориентировочный срок исполнения судебных актов, который может быть больше в силу разных обстоятельств, предполагает, что у взыскателя по истечении двух месяцев возникает обоснованное основание интересоваться у государственного органа судьбой исполнительного производства и совершенных в определенный промежуток времени исполнительных действий, защищать свои права в этой стадии процесса, если он посчитает их нарушенными.

При этом в силу пункта 1 статьи 50.1 Закона № 229-ФЗ информационное взаимодействие сторон исполнительного производства с Федеральной службой судебных приставов и ее территориальными органами в электронном виде, а именно информирование лица, являющегося стороной исполнительного производства, о ходе принудительного исполнения исполнительного документа, в том числе о совершаемых исполнительных действиях и принимаемых мерах принудительного исполнения, может осуществляться посредством Единого портала государственных и муниципальных услуг в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Кроме того, статья 6.1 Закона № 229-ФЗ направлена на обеспечение информационной открытости Федеральной службы судебных приставов России и ее территориальных подразделений, доступа всех заинтересованных лиц к сведениям об исполнительном производстве и тем самым на реализацию задач исполнительного производства по правильному и своевременному исполнению исполнительных документов.

Согласно пункту 4 приведенной статьи сведения, содержащиеся в банке данных, являются общедоступными до дня окончания или прекращения исполнительного производства, которые являются общедоступными до обнаружения указанных лиц или имущества, а также сведений о возвращении исполнительного документа взыскателю по основаниям, предусмотренным пунктами 3 и 4 части 1 статьи 46 Закона № 229-ФЗ, или об окончании исполнительного производства по основаниям, предусмотренным пунктами 6 и 7 части 1 статьи 47 Закона № 229-ФЗ, которые являются общедоступными в течение трех лет со дня окончания исполнительного производства.

При этом, ответчиками заявлено о пропуске срока давности для предъявления требований.

В данном случае, производство по делу о банкротстве прекращено не в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, а ввиду погашения требований кредиторов к должнику в полном объеме.

Момент, с которого становится известно о нарушении прав кредиторов другими лицами, контролирующими должника, определяется фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов. Размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента окончания проведения всех необходимых мероприятий, осуществляемых конкурсным управляющим для пополнения конкурсной массы.

Истец приводил доводы о том, что постановления об окончании и возвращении ИД взыскателю от 26.04.2023 фактически направлены в адрес истца 23.04.2024 года и получены 15.05.2024 года. Между тем, ФИО1 не могла не знать при должной степени заботливости и осмотрительности о прекращении исполнительного производства, истцом не приведено каких-либо объективных причин, препятствовавших получению сведений об окончании исполнительного производства, на наличие в действиях уполномоченных лиц Федеральной службы судебных приставов нарушений, не позволивших стороне взыскателя воспользоваться своим правом на ознакомление с материалами исполнительного производства, истец не ссылался.

Согласно пункту 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 данного Федерального закона, не препятствует предъявлению к такому лицу требования о возмещении причиненных должнику убытков в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

Данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

При этом, течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, то есть не ранее введения первой процедуры банкротства, либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, либо прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (абзац 2 пункта 59 Постановления N 53).

Между тем, на дату обращения с заявлением о взыскании убытков с учетом уточнения (17.07.2024 направлено в электронном виде через систему "Мой Арбитр", 18.07.2024 зарегистрировано) истек трехгодичный срок исковой давности, поскольку датой введения первой процедуры банкротства в отношении должника является 20.11.2018, дата прекращения производства по делу – 10.10.2019, что касается дня, когда ФИО1 узнала или должна была узнать о нарушении своего права – суд полагает этими даты следует считать 20.07.2020 (истечение двухмесячного срока со дня возбуждения исполнительного производства).

Следовательно, срок исковой давности по заявлению о взыскании убытков пропущен.

Доводы о подаче жалоб на действия приставов, заявлений о розыске имущества должника, суд признает необоснованными, поскольку для определения момента отсутствия имущества должника не требуется окончания мероприятий исполнительного производства в отношении должника в связи с невозможностью исполнения, а достаточно привести доводы о наличии (по внешним признакам) разумных оснований полагать, что имеющегося у должника имущества недостаточно для эффективного и оперативного осуществления выплаты.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Установив факт обращения арбитражного управляющего в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков, за пределами срока исковой давности, о применении которого было заявлено ответчиками, суд приходит к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении требования.

Кроме того, судом установлено, что 18.01.2023 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись о принятии решения о предстоящем исключении общества из реестра юридических лиц в связи с наличием недостоверных сведений.

18.07.2023 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись N 2231600790265 в отношении ООО "Восток-Трейд" о прекращении деятельности юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Согласно пункту 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (пункт 2 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ).

Предусмотренный статьей 21.1 Закона N 129-ФЗ порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в названном реестре сведений, в отношении которых внесена запись о их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт "б" пункта 5 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ).

В определении Верховного суда РФ от 29.05.2018 N 302-КГ18-5664 отмечено, что дополнительные гарантии кредиторов-взыскателей недействующих юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ в административном порядке, предусмотрены частью 3 статьи 64.2 ГК РФ, согласно которому исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В силу пункта 3 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

В соответствии с пунктом 4 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ заявления могут быть направлены в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В случае направления заявлений решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается и такое юридическое лицо может быть ликвидировано в установленном гражданским законодательством порядке.

В силу пункта 7 статьи 22 Закона N 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 настоящего Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Изучив показатели финансово-хозяйственной деятельности ООО "Восток-Трейд", суд не находит обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о приведении общества в состояние объективного банкротства именно вследствие виновных действий ответчиков, поскольку само по себе прекращение хозяйственной деятельности юридическим лицом не свидетельствует о намеренном характере действий руководителя по доведению до банкротства.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. При этом, требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, погашены в полном объеме. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленному основанию - невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц - судом не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

Решения инспекции об предстоящем исключении являются общедоступными и публикуются в "Вестнике государственной регистрации", а также размещаются на официальном Интернет-сайте ФНС России в электронных сервисах "Риски бизнеса", "Прозрачный бизнес" и "Предоставление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде".

Заинтересованные лица, включая кредиторов, сами несут риски, связанные с тем, что они не ознакомились вовремя с данной информацией.

Суд полагает, что действуя с должной степенью осмотрительности, истец вправе был обратиться, но не обратился в регистрирующий орган с возражением о ликвидации ООО «Восток-Трейд».

Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие, что именно действия ответчиков причинили убытки истцу (нет причинно-следственной связи), невозможно установить негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность общества как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение общества, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие общество, после этого воздействия.

Оснований для привлечения ответчиков к ответственности по основаниям, предусмотренным п. 3 ст. 53.1 ГК РФ судом не установлено.

Довод о начале исчисления срока исковой давности с момента исключения должника из ЕГРЮЛ несостоятелен, поскольку сам истец не проявил должной осмотрительности при проведении мероприятий по исполнению судебных актов о взыскании долга перед истцом.

При этом, доводы ответчиков о наличии имущества должника – истребованного решением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.07.2019 по делу № А47-1711/2019, у ООО СК «Оренвектор» - фронтальный погрузчик Yigong zl 30 (Китай) 2015 г.в. (модель ZL 30, зав. № 951121613), суд признает несостоятельными, поскольку исполнительное производство было окончено по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" ввиду невозможности установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях. Постановления судебного пристава об окончании исполнительного производства не обжаловались.

В рамках настоящего судебного разбирательства местонахождение погрузчика не установлено, исполнительное производство, возбужденное во исполнение решения Арбитражного суда Оренбургской области от 25.07.2019 по делу № А47-1711/2019, окончено в связи с исполнением (передачей имущества ООО СК «Оренвектор» по акту приема-передачи 16.12.2019), уничтожено в связи с истечением срока хранения.

Однако, в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ, на основании положений абзаца первого пункта 5.2 статьи 64 ГК РФ заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право.

Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется по правилам ГК РФ о ликвидации юридических лиц (абзац третий пункта 5.2 статьи 64 ГК РФ).

Суд разъясняет, что для целей назначения процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица значение имеет объективный критерий - наличие соответствующего имущества, в том числе прав требования к третьим лицам (дебиторская задолженность), за счет которого при надлежащем проведении процедуры ликвидации юридического лица могут быть удовлетворены требования кредиторов, а в оставшейся части - подлежит передаче участникам юридического лица (ликвидационная квота), а не субъективная осведомленность заинтересованных лиц о наличии того или иного имущества при первоначальном проведении процедуры ликвидации.

Более того, с учетом окончания исполнительных производств ввиду невозможности установления имущества общества по взысканию задолженности, что явилось основанием для обращения истца с настоящим заявлением, суд приходит к выводу, что фактически арбитражным управляющим заявлено о взыскании вознаграждения и судебных расходов с ответчиков как с заявителя по делу о банкротстве, руководителей и участников общества.

Требования текущего кредитора ФИО1 представляют собой вознаграждение арбитражного управляющего.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", для возникновения у текущих кредиторов права на подачу заявления о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности их требования должны быть подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Вознаграждение арбитражного управляющего и расходы в процедуре банкротства законом отнесены к текущим платежам, в связи с чем, подлежат включению в размер субсидиарной ответственности, при этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что взыскание вознаграждения управляющего осуществляется по правилам статьи 59 Закона о банкротстве: либо за счет средств должника, либо при их недостаточности посредством обращения с требованием к заявителю по делу.

В данном случае, производство по делу о банкротстве прекращено не в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, а ввиду погашения требований кредиторов к должнику в полном объеме.

Указанное заявление арбитражного управляющего о взыскании расходов по делу о банкротстве с учредителей (участников) должника подлежит рассмотрению в деле о банкротстве применительно к статье 112 АПК РФ (пункт 17 постановления N 91, пункт 52 постановления N 35).

В силу ч. 2 ст. 112 АПК РФ заявление по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде первой, апелляционной, кассационной инстанций, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде, может быть подано в арбитражный суд, рассматривавший дело в качестве суда первой инстанции, в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела по существу.

В соответствии с ч. 1 ст. 117 АПК РФ процессуальный срок подлежит восстановлению на основании ходатайства лица, участвующего в деле. Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 291.2, 308.1 и 312 настоящего Кодекса предельные допустимые сроки для восстановления (часть 2 статьи 117 АПК РФ).

При этом арбитражное процессуальное законодательство не устанавливает каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска процессуальных сроков. Данный вопрос решается с учетом конкретных обстоятельств дела, право установления наличия этих причин и их оценки принадлежит суду.

Произвольное восстановление процессуального срока на обжалование судебных актов нарушало бы принцип равноправия сторон, установленный статьей 8 АПК РФ.

Из материалов дела № А65-24662/2018 следует, что в целях финансирования процедуры банкротства должника ООО «СК «Оренвектор» (ИНН <***>) были внесены на депозит Арбитражного суда Республики Татарстан 150 000 руб.

Определением от 18.10.2019 по делу № А65-24662/2018 денежные средства в размере 150000руб. подлежали перечислению ООО «СК «Оренвектор» (ИНН <***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан по реквизитам, указанным в платежном поручении №2716 от 19.11.2018.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного суда от 17.01.2020 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.10.2019 по делу № А65-24662/2018 отменено, принят новый судебный акт, которым заявление ООО «СК «Оренвектор» о вынесении дополнительного решения о возврате заявителю денежных средств с депозита суда оставлено без удовлетворения.

При этом, суд апелляционной инстанции также указал, что поскольку денежные средства в сумме 150 000 рублей внесены заявителем на депозит суда в связи с его согласием финансировать процедуру банкротства, то вопрос о возврате указанной суммы с депозита связан с вопросом распределения судебных расходов по делу о банкротстве № А65-22468/2024.

Резюмируя изложенное, совокупность необходимых обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, равно как оснований для вывода о причинении ответчиками должнику убытков по приведенным истцом основаниям, у суда не имеется.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора истцом не доказана совокупность юридически значимых обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и наличие причинной связи с действиями (бездействием) ответчиков и причинением убытков, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Ввиду отказа в удовлетворении требований, понесенные истцом расходы на уплату государственной пошлины, подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ :

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья Т.Д. Кузнецова