АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

МОТИВИРОВАННОЕ РЕШЕНИЕ

Дело № А43-4250/2023

г. Нижний Новгород 03 июля 2023 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе

судьи Алмаевой Елены Николаевны (шифр 23-92),

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН <***>, ИНН: <***>) г. Санкт-Петербург,

к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), р.п. Смолино, Нижегородская область,о взыскании 62 500 руб. 00 коп.,

без вызова сторон,

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 266060, а также 120 руб. 00 коп. почтовых расходов, 125 руб. 00 коп. стоимости спорного товара, 200 руб. 00 коп. расходов на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 2500 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятом судебном акте в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

05.04.2023 от ответчика поступил отзыв, в котором исковые требования не признал. Ответчик считает, что кассовый чек не может являться бесспорным доказательством приобретения именно маникюрного инструмента, имеющего технические признаки контрафактности. В чеке не указано наименование товара, его индивидуальные признаки, в связи с чем невозможно определить за какой именно товар был выдан чек. Представленные фотографии не позволяют однозначно идентифицировать, что изображенный на них товар был приобретен именно у ИП ФИО1 В случае если суд придет о доказанности факта нарушения исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности ответчиком, то ИП ФИО1 просила снизить размер компенсации до разумных пределов.

Поступившие документы опубликованы на сайте Арбитражного суда Нижегородской области в информационно – телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе «Картотека арбитражных дел» и приобщены к материалам дела.

На основании статей 226, 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в порядке упрощенного производства без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

22.05.2023 принято решение в виде резолютивной части согласно части 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принятая по результатам рассмотрения дела резолютивная часть решения размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в установленном порядке.

Согласно части 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Судом установлено, что от ответчика поступила апелляционная жалоба, в связи с чем изготовлено мотивированное решение.

Как следует из материалов дела, ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» по свидетельству на товарный знак №266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030, правовая охрана предоставлена в отношении товаров класса МКТУ 08.

01.12.2020 в торговых точках, расположенных по адресам: <...>; <...> предлагался к продаже и был реализован товар - «Маникюрные инструменты», маркированный надписью «ZINGER», в которых осуществляет свою деятельность ИП ФИО1

Указанный товар приобретен по договорам розничной купли-продажи, в подтверждение которого продавцом были выданы кассовые чеки от 01.12.2020 №№ 01, 04, содержащие сведения о продавце - ИП ФИО1 (ИНН: <***>).

В подтверждение факта продажи товара истцом в материалы дела представлена также видеосъемка от 01.12.2020, произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Как следует из искового заявления, на приобретенном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060, принадлежащим истцу, тогда как ООО «Зингер СПб» не давало своего разрешения на использование принадлежащих ему исключительных прав.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ООО «Зингер СПб» направило в адрес ответчика досудебную претензию, в которой предлагало добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 750 000 руб. Надлежащие доказательства отправки претензии представлены в материалы дела.

Поскольку указанная претензия была оставлена без исполнения, ООО «Зингер СПб» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон и представленные в их обоснование документы в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются, в том числе, защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статье 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Часть 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

Материалами дела подтверждается, что ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» по свидетельству на товарный знак №266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030, правовая охрана предоставлена в отношении товаров 6, 8, 14, 21, 26, 35, 42 класса МКТУ, том числе - пилочка для ногтей, щипцы для ногтей, ножницы для ногтей, ножницы, ножницы механические для стрижки волос (ручные инструменты).

Между тем 01.12.2020 в торговых точках, расположенных по адресам: <...>; <...> ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар - «Маникюрные инструменты», маркированный надписью «ZINGER».

В соответствии со статьей 493 ГК РФ и пункта 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 N 2463, договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи.

Спорный товар приобретен по договорам розничной купли-продажи, в подтверждение которого продавцом были выданы кассовые чеки от 01.12.2020, содержащие сведения о продавце.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

В подтверждение факта продажи спорного товара истцом в материалы дела представлена видеосъемка, произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Представленная истцом в материалы дела видеозапись процесса закупки отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договоров розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, проход покупателя к продавцу, оплату товара и выдачу продавцом чека), а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи чека и товара чеку и товарам, представленным в материалы дела.

Представленной видеозаписью подтверждается, что закупка проводилась по указанным истцом адресам, продавец в магазине передал представителю истца именно те чеки, которые приобщены к материалам настоящего дела, приобретенный у ответчика товар на видеозаписи визуально соответствует товару, зафиксированному в торговых точках ответчика.

Следовательно, в совокупности с иными доказательствами (спорным товаром, видеозаписью процесса приобретения этого товара), представленные истцом кассовые чеки подтверждает реализацию ответчиком именно спорного товара. Каких-либо доказательств того, что ответчик представленные в материалы дела чеки выдал в отношении иного товара, чем тот, на который ссылается истец, и который также имеется на видеозаписи, в материалы дела не представлено.

Таким образом, факт реализации ответчиком спорного товара, приобщенного к материалам дела в качестве вещественного доказательства, подтверждается материалами дела.

При этом суд, проведя сравнительный анализ противопоставляемых изображений, установил, что обозначение «ZINGER», размещенное на упаковке спорного товара, сходно с товарным знаком №266060 «ZINGER» до степени смешения, поскольку созвучно наименованию, расположено на оранжевом фоне, напечатано схожим шрифтом, располагается в одном и том же углу в сравнении с оригинальными этикетками, используется на одной и той же группе товаров, что приводит к ассоциации с товарным знаком «ZINGER».

При этом доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику в установленном законом порядке своих исключительных прав на товарный знак, как и доказательства введения спорного товара в гражданский оборот с разрешения истца, из материалов не следует и ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на объект интеллектуальной собственности путем его незаконного использования.

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец просит взыскать компенсацию в двукратном размере стоимости использования товарного знака №266060 «ZINGER» в размере 62500 руб. 00 коп. из расчета 750000 руб./1товарный знак/2 класса МКТУ/1 способ применения/12 месяцев Х 2 =62500 руб. 00 коп., то есть в соответствии с ч. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

В пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 разъяснено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование не должно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и ответчиков (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 №40-П).

В подтверждение стоимости использования товарного знака №266060 «ZINGER» истцом в материалы дела представлен лицензионный договор от 11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака ZINGER, свидетельство № 266060, заявка № 2000716572, приоритет от 03.07.2000, дата регистрации 26.03.2004, в соответствии с условиями которого лицензиат уплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб., включая НДС 20%.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Заявленный размер компенсации в отношении ответчика является соразмерным и обоснованным ввиду следующего: факт нарушения исключительных прав выявлен истцом, наличие вины в совершенном правонарушении доказано.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права (статья 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В пунктах 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Таким образом, отсутствие вины доказывается ответчиком, который не представил в материалы дела доказательств наличия чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства, освобождающего его от ответственности.

Ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре путем принятия мер по проверке сведений о товарных знаках, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора, выяснить обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.

Вместе с тем, обратное свидетельствует о неразумности поведения лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

Таким образом, ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ), выраженное в предложение к продаже и продаже товара, который в прямую нарушает действующее законодательство, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе произвольно.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. Статьей 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, при установлении размера компенсации снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 N 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, N 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, N 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и N 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

Ответчик таких доказательств в материалы дела не представил.

В соответствии со статьей 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для деятельности предпринимателя.

Кроме того, согласно пункту 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 23.04.2019, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

При таких обстоятельствах, ходатайство ответчика о снижении размера компенсации подлежит отклонению.

С учетом изложенного, поскольку ответчиком не доказана необоснованность произведенного истцом расчета компенсации, суд полагает, что размер компенсации подлежит определению исходя из расчета истца.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд полагает требования истца законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца.

Требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек в сумме125 руб. 00 коп., составляющих стоимость контрафактного товара, подлежат удовлетворению, поскольку в качестве доказательств произведенных расходов представлены кассовые чеки от 01.12.2020 №№ 01, 04 и видеозапись покупки. Приобретенный товар приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика почтовые расходы в размере120 руб. 00 коп.

Факт несения расходов в заявленной сумме подтверждается представленным в материалы дела кассовыми чеками АО «Почта России» от 10.11.2022, от 09.02.2023.

К судебным издержкам относятся те расходы, которые непосредственно связаны с рассмотрением дела в суде и фактически понесены лицом, участвующим в деле, в том числе почтовые расходы.

Данные судебные издержки в сумме 120 руб. 00 коп. являлись необходимыми для участия в процессе истца и документально подтверждены, в связи с чем они являются обоснованными и подлежащими отнесению на ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку товар, приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства, признан судом контрафактным, то он подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу и истечения установленного срока на его кассационное обжалование.

Государственная пошлина по иску составляет 2 500 руб. 00 коп. и в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), р.п. Смолино, Нижегородская область, о снижении размера компенсации отклонить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), р.п. Смолино, Нижегородская область, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР Спб» (ОГРН <***>, ИНН <***>), <...> руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, а также 120 руб. 00 коп. почтовых расходов, 125 руб. 00 коп. стоимости спорного товара, 200 руб. 00 коп. расходов на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 2500 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае составления мотивированного решения такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Исполнительный лист выдать после вступления настоящего решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Исполнительный лист до истечения срока на обжалование настоящего решения в апелляционном порядке выдается по заявлению взыскателя.

После вступления решения в законную силу контрафактный товар - маникюрный инструмент подлежит уничтожению.

Мотивированное решение составляется по заявлению лица, участвующего в деле, Заявление о составлении мотивированного решения может быть подано в Арбитражный суд Нижегородской области в течение пяти дней со дня размещения настоящего решения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Н. Алмаева