Решение по делу № А33-4813/2023 от 15.05.2025 | АС Красноярского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

15 мая 2025 года

Дело № А33-4813/2023

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 25 апреля 2025 года.

В полном объёме решение изготовлено 15 мая 2025 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Красовской С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по первоначальному иску общества с ограниченной ответственностью «Арус» (ИНН 5905245976, ОГРН 1065905053796)

к публичному акционерному обществу «Юнипро» филиалу «Березовская ГРЭС» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании гарантийного удержания, задолженности за фактически выполненные работы, о признании недействительным отказа от исполнения договора подряда, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами

и встречному иску к филиала «Березовская ГРЭС» публичного акционерного общества «Юнипро» (ИНН <***>, ОГРН <***>, с Холмогорское, Шарыповского района, Красноярского края)

к обществу с ограниченной ответственностью «Арус» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Пермь)

о признании недействительным отказа от исполнения договора подряда, взыскании неустойки за нарушения сроков выполнения работ, штрафа за нарушения окончательного срока выполнения работ,

в присутствии:

от истца по первоначальному иску: ФИО1 – представителя по доверенности №11/1 от 01.01.2024, ФИО2 представителя по доверенности от 01.12.2024,

от истца по встречному иску: ФИО3 – представителя по доверенности от 06.09.2022,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шевченко А.П.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Арус» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, публичному акционерному обществу «Юнипро» филиалу «Березовская ГРЭС» (далее – ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в виде суммы гарантийных удержаний по договору в размере 10 401 673,36 руб., задолженности за фактически выполненные работы в размере 8 225 673,18 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами (на сумму гарантийных удержаний) за период с 30.01.2024 по 14.12.2024 в размере 2 691 319,10 руб., с продолжением начисления процентов на сумму долга 10 401 673,36 руб. до даты фактического исполнения и оплаты долга ответчиком, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 449 558,91 руб., начисленных на сумму долга 8 225 673,18 руб. за период с 12.01.2023 по 12.02.2025 с продолжением начисления процентов на сумму долга 8 225 673,18 руб. до даты фактического исполнения и оплаты долга ответчиком, признании недействительным зачета встречных однородных требований, выраженного в требовании исх. №25-0908 от 13.03.2023 г, на сумму 10 401 673, 36 руб., признании недействительным одностороннего отказа от исполнения Договора подряда № Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019, выраженного в письме исх. № 25-3472 от 03.10.2024.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 27.02.2023 возбуждено производство по делу.

12.10.2023 в материалы дела через систему «Мой Арбитр» от ответчика поступило встречное исковое заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным отказа ООО «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241 в виде уведомления АР3012/3-И от 30.12.2022; о взыскании с ООО «Арус» в пользу ПАО «Юнипро» неустойки за нарушения сроков выполнения работ, штрафа за нарушение окончательного срока выполнения работ по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 в размере 25 535 235,13 руб.; стоимости не возвращенных давальческих материалов 9 792 805 руб. 99 коп., убытков в виде стоимости, необходимой для полного завершения предусмотренного договором комплекса работ «под ключ» в размере 16 456 880 руб. 31 коп.

Определением от 16.10.2023 к производству суда принято встречное исковое заявление.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

26 марта 2019 года между ПАО «Юнипро» (Заказчик) и ООО «Арус» (Подрядчик) заключен договор подряда №Б-19-0467/241, в соответствии с условиями которого Подрядчик принял на себя обязательства выполнить полный комплекс работ «под ключ», включая проектно-изыскательские работы, предоставление оборудования и материалов, строительно-монтажные и пуско-наладочные работы по Safe. On. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» на объекте филиала «Берёзовская ГРЭС» ПАО «Юнипро».

Сторонами были подписаны дополнительные соглашения к договору:

- №1 от 31.10.2019 об изменении срока выполнения работ (включая график производства работ), условий поставки материалов и оборудования подрядчиком (включая перечень материалов и оборудования), изменении порядка приемки и оплаты работ, материалов и оборудования, об условиях предоставления банковской гарантии на возврат аванса, а также внесения изменений в техническое задание.

- №2 от 13.11.2020 об изменении срока выполнения работ (включая график производства работ), изменения цены договора и сметной документации, изменении порядка приемки и оплаты работ, а также внесения изменений в техническое задание.

- 3 от 01.02.2021 о порядке предоставления и использования программного обеспечения с приложением соответствующего сублицензионного договора.

Заявленное истцом как подписанное сторонам дополнительное соглашение №4 к договору в материалы дела предоставлено не было, подрядчик не подтвердил его подписание со своей стороны. Напротив, ответчик представил в материалы дела в приложении к встречному иску проект дополнительного соглашения №4, подписанный со своей стороны, от подписания которого подрядчик отказался в связи с несогласием со сроками выполнения работ (что подтверждается предоставленным подрядчиком в материалы дела письмом №АР2023/3-И от 20.12.2022).

Согласно п. 1.1. Договора подрядчик обязался выполнить по заданию заказчика полный комплекс работ «под ключ», включая проектно-изыскательские работ, предоставление материалов и оборудования, строительно-монтажные и пуско-наладочные работ по Safe On: Система обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на объекте филиала «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро», включая внедрение систем раннего обнаружения возгораний, системы пожаротушения паровых турбин энергоблоков 1-3, возгораний на турбопитательных насосах с установкой детектора дыма и тепла, системы пожаротушения на турбопитательных насосах энергоблоков 1-3 и сдать результат работ Заказчику, а Заказчик обязался принять результат работ и оплатить его..

В соответствии с п.1.6 Договора (в редакции Дополнительного соглашения № 2 от 13.11.2020), срок окончания работ по договору установлен 30 марта 2022 года. В соответствии с п.1.8. Договора сроки окончания этапов работ определяются согласно Графику производства работ (Приложение №3 к Договору).

В силу п. 2.3 Договора подрядчик обязан:

1.Доставить на объект необходимое оборудование, комплектующие изделия в объеме согласно сметной, проектной документации и Приложению № 4 к Договору (в редакции Приложений 1.5.1, 1.5.2, 1.5.3, 1.5.4, 1.5.5 Дополнительного соглашения № 2 от 13.11.2020 года) в сроки, обеспечивающие выполнение Работ в соответствии с Графиком производства работ;

2.Выполнить Работу в объеме и сроки, предусмотренные Договором и приложениями к нему, согласно утвержденной Ответчиком проектной документации и действующим СНиП, сдать Объект (результат полностью выполненных Работ) приемочной комиссии и совместно с Заказчиком;

3.Обеспечить ввод Объекта в эксплуатацию в срок, указанный в пункте 1.6 Договора (в редакции пункта 1.5 Дополнительного соглашения № 2 от 13.11.2020 года), с качеством в соответствии с проектной документацией, техническими условиями, действующими требованиями нормативных документов, СНиП и ГОСТ Российской Федерации.

Цена Договора с учетом дополнительного соглашения №2 от 13.11.2020 г. и приложения №1 к дополнительному соглашению №2 (сметной документации) составляет 122 829 352, 68 рублей, в том числе НДС 20 471 558, 78 рублей.

Общая стоимость материалов и оборудования, поставляемых Подрядчиком, составила 103 010 613, 84 рубля, включая НДС 20 471 588, 78 рублей.

Общая стоимость работ составила 19 818 738, 84 рубля, включая НДС 3 303 123, 14 рубля.

С учетом п. 5.1 Договора в редакции п. 1.9 дополнительного соглашения №2 к Договору цена договора являлась твердой и не подлежала изменению в период действия Договора.

Согласно п. 1.7 Договора (в редакции п. 1.6 Дополнительного соглашения №2), Работы считаются выполненными в полном объеме после подписания Итогового акта сдачи-приемки выполненных работ по Энергоблокам №1 и 2, и Итогового акта сдачи-приемки выполненных работ по Энергоблоку №3 Заказчиком или его уполномоченным представителем.

Согласно п. 5.2. Договора (в редакции п. 1.10 дополнительного соглашени№2) Заказчик за поставляемые материалы и оборудование выплачивал поэтапно авансовые платежи, а также осуществлял платеж за вычетом аванса и гарантийных удержаний 10% в течение 15 дней с момента подписания товарной накладной по форме ТОРГ-12.

Оплата выполненных работ осуществлялась поэтапно, в размере 90% от стоимости этапа работ, включая НДС, указанной в передаточных документах (акт сдачи-приемки выполненных работ, Акт передачи прав на использование ПО, Справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3).

Окончательный расчет осуществлялся в соответствии с п. 5.7-5.11, 5.13 договора. Согласно п. 5.7 Договора исполнение обязательств подрядчика обеспечивается гарантийными удержаниями в размере 10% от стоимости работ подрядчика по договору (с НДС). В случае надлежащего исполнения Подрядчиком обязательств по Договору гарантийные удержания выплачиваются Заказчиком в полном объеме по каждому Объекту в течение 80 дней с момента ввода соответствующего объекта в эксплуатацию, сдачи Объекта приемочной комиссии и подписания Сторонами Итогового акта сдачи-приемки по Объекту (энергоблоку).

Как указано истцом, стоимость этапов выполненных и принятых заказчиком работ, включая материалы и оборудование, согласно подписанным актам приемки и товарным накладным, представленным в материалы дела, составила 104 272 623, 46 руб., включая НДС.

В связи с тем, что оплата работ производилась по условиям договора в размере 90% с учетом гарантийных удержаний в размере 10%, сумма оплаты за выполненные работы составила 93 870 810,10 руб.

Сумма гарантийных удержаний составила 10 401 673,36 руб.

Как следует из первоначального искового заявления, на этапе выполнения строительно-монтажных работ системы пожаротушения на энергоблоках, заказчик потребовал существенным образом изменить согласованную ранее трассировку пожарного трубопровода (прокладка труб под фальшполом, вместо наружного расположения над энергоблоком), что влекло для подрядчика дополнительные трудозатраты ввиду сложности монтажа в стесненных условиях по обновленной трассе и расходы на закуп материалов, не предусмотренных сметой.

Согласованное решение сторонами достигнуто не было.

24.11.2022 истец уведомил, что ответчиком не принято решение о способе подключения и не выполнены работы по подключению Шкафов вводно-распределительных (ШВР) на ЭБ 1, 2, что препятствует выполнению пусконаладочных работ (ПНР) по этапам № 8, 14 и дальнейших работ по договору. Кроме того, для выполнения указанных работ, необходимо оказать содействие подрядчику для выполнения работ, а именно: согласовать сметную документацию по увеличению стоимости работ по договору и обеспечить возможность производства СМР на энергоблоке № 3 в 2022 году.

Ответ на указанное обращение истцом не получен.

20.12.2022 истец направил в адрес ПАО «Юнипро» письмо № АР2012/3-И, в котором выражен отказ от подписания дополнительного соглашения № 4 в связи с несогласием с предложенными сроками выполнения работ до 10.11.2023, с предложением расторгнуть договор.

09.01.2023 истец направил ответчику уведомление АР3012/3-И от 30.12.2022 об одностороннем отказе от Договора с приложением к нему Актов сдачи-приемки выполненных работ КС-2. В письме подрядчик ссылался на ст. 719 ГК РФ и невыполнение заказчиком своих обязанностей по договору, которые не позволяли подрядчику продолжить выполнение работ.

В ответе от 20.01.2023 исх. № 03-0202 на вышеназванное письмо и уведомление ПАО «Юнипро» указывало на несоответствие действительности обстоятельств, указанных в обоснование отказа от дальнейшего выполнения работ, заявило о заинтересованности в дальнейшем выполнении работ и предложением направить доводы по дальнейшему их выполнению.

Письмом от 20.03.2023 №25-1039 ПАО «Юнипро» уведомило об отказе в подписании актов сдачи-приемки выполненных работ №1, 2, 3, 4, 5 от 28.12.22 в связи с не завершением работ подрядчиком и невозможностью использовать результаты по назначению заказчиком, а также наличием недостатков в документах. Заказчик требовал устранить допущенные нарушения, выполнив работы в полном объеме с надлежащим качеством.

Письмом от 21.03.2023 № 25-1050 ПАО «Юнипро» указало на необоснованность требований об одностороннем отказе подрядчика от договора и предлагало продолжить выполнение работ на условиях договора.

05.10.2023 ПАО «Юнипро» направило требование №25-3450 от 02.10.2023 об уплате неустойки за просрочку этапов 7,8,9 в размере 1 152 824,42 руб.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим первоначальным иском.

ПАО «Юнипро» обратилось со встречным иском о признании недействительным отказа подрядчика от договора и взыскании неустойки за просрочку выполнения работ.

Рассмотрев ходатайство ПАО «Юнипро» об оставлении первоначального иска без рассмотрения, суд пришел к следующим выводам.

Целью установления претензионного порядка разрешения спора, среди прочего, является экономия средств и времени сторон, сохранение между сторонами партнерских отношений, уменьшение нагрузки судов.

Из процессуального поведения ответчика, активно возражавшего против иска, не усматривается намерение урегулировать спор в несудебном порядке, досудебный порядок урегулирования спора (его соблюдение или несоблюдение) уже не может эффективно обеспечить те цели и задачи, для которых данный институт применяется, тем более что стороны всегда имеют возможность урегулировать спор путем заключения мирового соглашения.

Так, в силу части 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором. Иные споры, возникающие из гражданских правоотношений, передаются на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора только в том случае, если такой порядок установлен Федеральным законом или договором.

Если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в решении суда, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда (пункт 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пункту 2 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено Федеральным законом.

По смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, пункта 7 части 1 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату государственной пошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Досудебный порядок урегулирования экономических споров представляет собой взаимные действия сторон материального правоотношения, направленные на самостоятельное разрешение возникших разногласий. Лицо, считающее, что его права нарушены действиями другой стороны, обращается к нарушителю с требованием об устранении нарушения. Если получатель претензии находит ее доводы обоснованными, то он предпринимает необходимые меры к устранению допущенных нарушений, исключив тем самым необходимость судебного вмешательства. Такой порядок ведет к более быстрому и взаимовыгодному разрешению возникших разногласий и споров.

С учетом изложенного, судом отклонены доводы ПАО «Юнипро» о необходимости оставления иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, поскольку оставление иска без рассмотрения в данном случае не способно достигнуть целей, которые имеет институт досудебного урегулирования спора.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Заключенный сторонами договор от 26.03.2019 №Б-19-0467/241, является смешанным договором подряда и договора поставки.

В части отношений по договору поставки спор между сторонами отсутствует.

Отношения по договору подряда регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных подрядных работ является сдача результата работ подрядчиком (статьи 711, 746 ГК РФ).

На основании пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 Информационного письма от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" (далее - Информационное письмо N 51), основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ).

Оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав условия спорного договора в соответствии с требованиями статьи 431 ГК РФ, исходя из буквального толкования условий договора, суд пришел к следующим выводам.

Первоначальный иск.

В обоснование первоначальных исковых требований ООО «Арус» указывает, что 30.12.2022 в адрес ПАО «Юнипро» направлено уведомление об одностороннем отказе от договора на основании статьи 719 Гражданского кодекса РФ, в связи с тем, что подрядчик не может приступить к выполнению работ и закончить уже начатые строительно-монтажные работы по монтажу трубопроводов системы пожаротушения в связи с отсутствием технологических остановов, позволяющих выполнить работы по монтажу трубопроводов в сроки, установленные договором либо в разумные сроки, несогласованием заказчиком сметной документации в текущих ценах на дополнительный объем работ, выполнение которых возникло в связи с требованиями Заказчика отсутствием решения Заказчика о порядке подключения шкафов вводно-распределительных (ШВР), что не позволяло приступить к указанным работам.

К уведомлению об одностороннем отказе ООО «Арус» приложены акты выполненных работ КС-2, и Справка о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 28.12.2022, с требованием принять и оплатить фактически выполненных работы на общую сумму: 9 679 170, 00 руб. в соответствии с пунктом 4.2. договора, согласно которому заказчик в течении 3 (трех) рабочих дней с момента получения от Подрядчика подписывает акт о приемке выполненных работ по соответствующему этапу (КС-2), Справку КС-3.

В связи с тем, что мотивированный отказ от приемки выполненных работ в адрес истца не направлялся, ООО «Арус» полагает, что работы считаются принятыми и подлежащими оплате.

Стоимость фактически выполненных работ скорректирована в соответствии с заключением эксперта №044/ССТЭ-24 (изм.1) от 09.09.2024 по судебной строительно-технической экспертизе по настоящему делу, составила 8 251 226,61 руб.

ООО «Арус» полагает, что по правилам пункта 2 статьи 718 Кодекса не требуется доказывать потребительскую ценность фактически выполненных подрядчиком работ при соблюдении подрядчиком требований статьи 716 Кодекса об уведомлении заказчика о невозможности продолжения работ.

В обоснование требований о взыскании неосновательного обогащения в виде суммы гарантийных удержаний по договору в размере 10 401 673,36 руб. ООО «Арус» ссылается на то, что в соответствии с п. 5.7. договора исполнение обязательств Подрядчика по Договору обеспечивается гарантийными удержаниями Заказчика, представляющими собой часть оплаты по Договору в пользу Подрядчика, в размере 10 (десять) % с НДС, от стоимости Работ Подрядчика, включая стоимость оборудования и материалов, программного обеспечения и прав использования ПО, причитающейся к выплате Подрядчику, согласно подписанных Сторонами Актов о приемке выполненных работ. Поскольку оплата по принятым Заказчиком этапам работ произведена на 90% и по данным Истца размер гарантийных удержаний по принятым Заказчиком этапам работ № 1,2,3,4,5,6,10,11,12 составляет 10 401 673,36 руб., соответствующие денежные средства подлежат оплате подрядчику на основании п. 1 ст. 1102 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что в соответствии с пунктом 5.7. договора исполнение обязательств Подрядчика по Договору обеспечивается гарантийными удержаниями Заказчика, представляющими собой часть оплаты по Договору в пользу Подрядчика, в размере 10 (десять) % с НДС, от стоимости Работ Подрядчика, включая стоимость оборудования и материалов, программного обеспечения и прав использования ПО, причитающейся к выплате Подрядчику, согласно подписанных Сторонами Актов о приемке выполненных работ.

Размер гарантийных удержаний по принятым заказчиком этапам работ № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 10, 11, 12 составляет 10 401 673,36 руб.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом.

Гарантийное удержание представляет собой договорное условие о возможности удержания заказчиком части стоимости работ для покрытия возможных расходов, вызванных ненадлежащим исполнением подрядчиком обязательств в отношении качества работ. Поскольку гарантийное удержание законодательством не предусмотрено, стороны при включении данного условия в договор должны согласовать размер, порядок удержания при оплате работ; в договоре также могут быть согласованы порядок и срок возврата гарантийного удержания.

В соответствии с пунктами 5.7. - 5.10 договора исполнение обязательств подрядчика по договору обеспечивается гарантийными удержаниями заказчика, представляющими собой часть оплаты по договору в пользу Подрядчика, в размере 10 (десять) % с НДС, от стоимости работ Подрядчика, включая стоимость оборудования и материалов, программного обеспечения и прав использования ПО, причитающейся к выплате Подрядчику, согласно подписанных Сторонами Актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) (для проектно-изыскательских работ только Актам сдачи-приемки выполненных работ, для программного обеспечения и прав использования ПО только Актам приема-передачи прав пользования ПО) и Справок о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС3) (далее – «гарантийные удержания»).

Гарантийные удержания Заказчика являются обеспечением надлежащего исполнения обязательств Подрядчика по Договору в соответствии со статьей 329 ГК РФ.

В случае надлежащего исполнения Подрядчиком всех обязательств по Договору гарантийные удержания выплачиваются Заказчиком в полном объеме Подрядчику в течение 80 (восьмидесяти) календарных дней с момента ввода Объекта в эксплуатацию, сдачи Объекта приемочной комиссии и подписания Сторонами Итогового акта сдачи-приемки выполненных работ (пункт 4.3 Договора).

Кроме того, в случае если Заказчик воспользовался правом удовлетворить (исполнить) требования об уплате неустойки, штрафов, расходов или иных убытков за счет гарантийный удержаний, то гарантийные удержания выплачиваются Подрядчику за вычетом удовлетворенных таким образом сумм.

Гарантийные удержания не выплачиваются Подрядчику в случае расторжения Договора по основаниям, определенным в пункте 11.5 Договора, и в случае расторжения Договора (отказа от его исполнения) в связи с ненадлежащим исполнением Подрядчиком своих обязательств.

За счет гарантийных удержаний удовлетворяются (исполняются) требования Заказчика к Подрядчику, связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств.

Судом установлено, что ООО «Арус» не осуществило сдачу полностью завершенных (выполненных) работ, соответственно, им не был направлен и подписан со стороны Заказчика итоговый акт сдачи-приемки выполненных работ (пункт 4.3 Договора), отсутствуют Акты ввода Объекта в эксплуатацию, сдачи Объекта приемочной комиссии, которые равно как и Итоговый акт сдачи-приемки выполненных работ, являются согласно условиям договора основанием для выплаты гарантийных удержаний.

В отношении требования истца по первоначальному иску о признании недействительными зачета встречных однородных требований, выраженного в требовании Березовской ГРЭС (филиал ПАО «ЮНИПРО») №250908 от 13.03.2023, на сумму 10 401 673, 36 руб., суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 154, статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации зачет, как способ полного или частичного прекращения обязательства является односторонней сделкой, для совершения которой, по общему правилу, необходимы определенные условия: требования должны быть встречными, однородными, с наступившими сроками исполнения. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Правила применения нормы статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей предпосылки прекращения обязательства односторонним заявлением о зачете, разъяснены Верховным Судом Российской Федерации в пункте 10 Постановления Пленума от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" (далее - Постановление Пленума N 6), в соответствии с которым для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением, наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете.

Зачет встречного однородного требования представляет собой действие контрагентов, направленное на погашение взаимной задолженности.

Возражения относительно проведенного зачета или его размера могут быть рассмотрены судом в рамках разрешения спора о взыскании соответствующей задолженности и/или неустойки. Сторона по своему усмотрению вправе заявить свои возражения против зачета, как при предъявлении исковых требований, так и в возражениях на иск либо посредством предъявления встречного иска.

Размер гарантийных удержаний по принятым Заказчиком этапам работ № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 10, 11, 12 составляет 10 401 673,36 руб.

Поскольку обоснованность проведенного ответчиком гарантийного удержания в размере 10 401 673,36 руб. установлена в ходе исследования материалов дела и подтверждена судом, у первоначального истца перед ответчиком имелись встречные обязательства, вытекающие из исполнения спорного договора, суд признает обоснованным произведенный ПАО «Юнипро» зачет, выраженный в требовании № 250908 от 13.03.2023, на сумму 10 401 673, 36 руб., с учетом чего в удовлетворении требования о взыскании суммы гарантийного удержания в размере 10 401 673,36 руб. судом отказано.

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (на сумму гарантийных удержаний) за период с 30.01.2024 по 14.12.2024 в размере 2 691 319,10 руб., с продолжением начисления процентов на сумму долга 10 401 673,36 руб. до даты фактического исполнения и оплаты долга ответчиком.

Указанное требование истца также не подлежит удовлетворению, поскольку является дополнительным к требованию о взыскании неосновательного обогащения в виде суммы гарантийного удержания.

В отношении требования истца по первоначальному иску о взыскании задолженности за фактически выполненные работы в размере 8 225 673,18 руб. суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, на момент отказа подрядчика от исполнения договора сумма фактически выполненных работ составляет 8 225 673,18 руб.

Определением от 21.02.2024 суд удовлетворил ходатайства ООО «Арус» и филиала «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» о назначении судебной строительной технической экспертизы. Назначена судебная строительная техническая экспертиза. Проведение экспертизы поручено экспертам ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы».

25.09.2024 в материалы дела поступило экспертное заключение от ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы».

06.11.2024 судом удовлетворено ходатайство истца по первоначальному иску о вызове в судебное заседание экспертов ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» - ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 для дачи пояснений по экспертному заключению.

В судебное заседание 14.01.2024 экспертами ФИО4, ФИО6 обеспечена явка, даны пояснения по заключению. Протокольным определением от 14.01.2025 суд обязал предоставить уточненное заключение экспертов, с учетом вопросов ООО «АРУС», исполненное ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы»

21.01.2025 в материалы дела поступило ходатайство о приобщении Заключения эксперта №044-СТЭ изм.1 от 09.09.2024 по судебной строительно-технической экспертизе, приобщенное к материалам дела в судебном заседании.

1. На вопрос №1 истца об объеме фактически выполненных Подрядчиком на дату одностороннего отказа Подрядчика (30.12.2022 г.) от Договора подряда Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019 работ, эксперты привели перечень выполненных проектно-изыскательских работ; также в Таблице №1 «Ведомость фактически выполненных работ» представленной на стр. 26-63 данного Заключения столбце 7 Таблицы представлены все фактически выполненные компанией ООО «Арус» работы на объекте филиала «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» на дату одностороннего отказа Подрядчика (30.12.2022 г.) от Договора подряда Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019 г. В столбце 9 указаны фактически выполненные качественно работы.

2. По вопросу 2 истца о стоимости качественно выполненных Подрядчиком работ по Договору на дату одностороннего отказа Подрядчика (30.12.2022), а также дублирующий вопрос 9 ответчика, согласно проведенному исследованию, с учетом использования сметной стоимости, стоимость фактически выполненных качественно работ (строительно-монтажных) составила 77 262 003,00 рублей (семьдесят семь миллионов двести шестьдесят две тысячи три рубля 00, в т.ч. НДС (20%) 12 877 000,50 руб. (двенадцать миллионов восемьсот семьдесят семь тысяч рублей 50 копеек) Также подрядчиком были выполнены следующие проектно-изыскательские работы:

- Предпроектное обследование (ППО) на сумму 164 160, 00 рублей;

- Командировочные расходы ППО на сумму 257 040, 00 рублей;

- Проектно-изыскательские работы (ПИР) на сумму 493 910, 84 рублей;

- Экспертиза промышленной безопасности на сумму 240 000 рублей.

Общая стоимость качественно выполненных Подрядчиком работ по Договору на дату одностороннего отказа Подрядчика (30.12.2022) включающая в себя проектно-изыскательские, а также строительно-монтажные работы составила 78 417 113,84 рублей (семьдесят восемь миллионов четыреста семнадцать тысяч сто тринадцать рублей 84 копейки).

1-3. При ответе на вопрос 1 - 3 ответчика по первоначальному иску о том, соответствуют ли подготовленная по договору от 26.03.2029 № Б-19-0467/241 на объекте филиала «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» проектно-изыскательская и рабочая документация условиям договора, требованиям нормативных актов/СНиП, правилам и нормам проектирования, эксперты пришли к выводу, что отклонений от условий договора, требований нормативных актов/СНиП, правил и норм проектирования выявлено не было.

Заказчик принял документацию по Акту №1 от 29.11.2019 на Предпроектное обследование (ППО); Акту №2 от 17.08.2020 г. на Проектно-изыскательские работы (ПИР); Акту №3 от 05.06.2020 г. на Экспертизу промышленной безопасности, с указанием об отсутствии претензий к объему и качеству работ.

4. При ответе на вопрос 4 ответчика по первоначальному иску о том, являются ли работы по трассировке трубопроводов и подключению шкафов ШВР дополнительными работами (как заявляет подрядчик), не предусмотренными сметной документацией; обязан ли был подрядчик предусмотреть данные работы при заключении договора и предоставлении/формировании сметной документации; являются ли эти работы обязательными для реализации проекта, эксперты ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» провели натурный осмотр объекта, а также анализ томов проектной, рабочей и сметной документации, Договора №19-0467/241.

По результатам проведения натурного осмотра экспертами установлено, что трассировки трубопроводов сетей пожаротушения частично расходятся с проектной документацией. Поскольку Подрядчик выполнял работы «под ключ», включающие помимо монтажа разработку проектной документации, Подрядчик, в рамках разработки проектной документации, мог провести работы по обследованию здания ГРЭС и существующих в нем коммуникаций для определения оптимального местоположения оборудования и трассировок трубопроводов и кабелей. Кроме того Подрядчик сам указал в проектной документации на листах 2 томов БГРС-0519-ПС1.3, ПС2.3, ПС3.3, листах 2 томов БГРС-0519-ПТ1.6, ПТ2.6, ПТ3.6 Рабочей документации: «1. Оборудование установить согласно листам плана и уточнить по месту с учетом удобства обслуживания, эксплуатации, технологических особенностей монтажа. При монтаже электроэлементов руководствоваться соответствующей эксплуатационной документацией.» Эксперт пришел к выводу, что поскольку Подрядчик сам указывал в разработанной им проектной документации, что местоположение оборудования и следовательно трассировки кабелей и трубопроводов могут быть изменены в процессе монтажа и таким образом, он понимал и принимал перспективу увеличения количества примененных материалов.

Эксперты сделали вывод о том, что работы по трассировке трубопроводов и подключению шкафов ШВР не являлись дополнительными выявленными работами, и Подрядчик был обязан предусмотреть данные работы при заключении договора и предоставлении/формировании сметной документации. При этом данные работы не были обязательными для реализации проекта.

5-7. При ответе на вопросы 5-7 ответчика о соответствии строительно-монтажных и пуско-наладочных работы по Safe.on. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро», условиям договора, требованиям нормативных актов/СНиП, проектной документации и возможности использования результатов работ по функциональному назначению эксперт пришел кс следующему выводу.

В ходе проведения исследования специалистами был выявлен ряд дефектов, несоответствий строительным нормам и правилам, проектной документации. Дефекты, по мнению эксперта, носят локальный характер, также большая часть дефектов возникла не из-за нарушения технологии строительно-монтажных работ, а является следствием незавершенных строительно-монтажных работ. Наличие данных дефектов качества выполненных работ позволяет продолжить последующий монтаж систем и завершение СМР. Между тем, не завершение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ препятствует использованию результатов работ по функциональному назначению. До завершения работ «под ключ» использование результатов работ по функциональному назначению невозможно, равно как и окончательный вывод о качестве выполненных работ. Эксперты не могут установить наличие скрытых недостатков, таких как неисправность оборудования до окончания строительно-монтажных работ и производства пуско-наладочных работ.

8. При ответе на вопрос 8 об объеме и стоимость устранения недостатков, характере недостатков (скрытые/явные, устранимые/неустранимые) Экспертами был определен объем устранения выявленных недостатков, указанный в Таблице №5 на стр. 143 Заключения.

На основании данной ведомости экспертами была определена стоимость устранения выявленных недостатков, которая составила 555 991,14 руб. (пятьсот пятьдесят пять тысяч девятьсот девяносто один рубль 14 копеек), в т.ч. НДС (20%) 92 665,19 руб. (девяносто две тысячи шестьсот шестьдесят пять рублей 19 копеек)

10. При ответе на вопрос 10 об объеме, перечне и стоимости фактически смонтированных материалов и оборудования по Safe.on. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» согласно сметной документации эксперт указал полный перечень смонтированного оборудования согласно сметной документации в столбце 7 Таблицы №6. Общая стоимость фактически смонтированного оборудования составила 57 530 274,85 рублей (пятьдесят семь миллионов пятьсот тридцать тысяч двести семьдесят четыре рубля восемьдесят пять копеек).

11. При ответе на вопрос 11 о перечне, объеме и стоимости давальческих материалов, вовлеченных в произведенные подрядчиком работы было установлено, что все материалы примененные при производстве работ материалы были давальческими. Часть материалов, которые были выданы Филиалом Березовской ГРЭС ПАО «Юнипро» и полученных ООО «Арус», не была смонтирована и не возвращена на склады, лежит на территории ГРЭС.

Всего ООО «Арус» было выдано давальческих материалов на сумму 78 882 640, 54 рублей (семьдесят восемь миллионов восемьсот восемьдесят две тысячи шестьсот сорок рублей 54 копейки). Всего ООО «Арус» было возвращено давальческих материалов на сумму 12 379 252, 92 рубля (двенадцать миллионов триста семьдесят девять тысяч двести пятьдесят два рубля 92 копейки). Таким образом, на балансе ООО «Арус» осталось материалов на сумму 78 882 640,54 рублей – 12 379 252,92 рублей = 66 503 387, 60 рублей, из которых смонтировано оборудования на сумму 57 530 274,85 рублей.

12. При ответе на вопрос 12 о перечне работ и их стоимости для полного завершения, предусмотренного договором от 26.03.2019 №Б-19-0467/241 комплекса работ под ключ, включая проектно-изыскательские работы, предоставление оборудования и материалов, строительно-монтажные и пуско-наладочные работы по Safe. On. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» эксперт установил, что необходимо произвести устранение выявленных недостатков фактически выполненных работ, стоимость устранения которых составила 555 991,14 рублей (пятьсот пятьдесят пять тысяч девятьсот девяносто один рубль 14 копеек), в т.ч. НДС (20%) 92 665,19 руб. (девяносто две тысячи шестьсот шестьдесят пять рублей 19 копеек)

Также для завершения предусмотренных договором работ необходимо произвести работы, предусмотренные сметной документацией Приложения №1.6.1-1.7.5 к Дополнительному соглашению №2 от 13.11.2020 к Договору подряда №Б-19-0467/241 от 26.03.2019, не выполненные ранее Подрядчиком. Экспертами была составлена Ведомость невыполненных объемов работ, представленная в Таблице №7 на стр. 177-206 экспертного заключения. На основании данной ведомости экспертами была определена стоимость для завершения работ «под ключ», представленная в Локальном сметном расчете №3 (стр. 207-273), которая составила 41 855 585,86 рублей (сорок один миллион восемьсот пятьдесят пять тысяч пятьсот восемьдесят пять рублей 86 копеек).

Таким образом, общая стоимость для полного завершения, предусмотренного договором от 26.03.2019 №Б-19-0467/241 комплекса работ под ключ, составила: 555 991,14 руб. + 41 855 585,86 руб. = 42 411 577 руб. (сорок два миллиона четыреста одиннадцать тысяч пятьсот семьдесят семь рублей 00 копеек.

14. Также при ответе на вопрос 14 о целесообразности полного или частичного демонтажа результатов работ в случае, если работы выполнены некачественно, эксперт отметил, что до окончания строительно-монтажных работ «под ключ» эксперты считают нецелесообразным демонтаж оборудования. Однако в случае невыполнения работ «под ключ» результаты не могут быть использованы по функциональному назначению. Кроме того, в случае завершения СМР и пуско-наладочных работ, при выявлении существенных скрытых недостатков, которые эксперты не могли выявить, полный или частичный демонтаж результата работ целесообразен.

Представленное в материалы дела экспертное заключение соответствует требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о допустимости доказательств, соответствует Федеральному закону от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и нормам статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Экспертное заключение является ясным и полным, его выводы носят категоричный характер и не являются противоречивыми, какие-либо сомнения в обоснованности заключения эксперта отсутствуют.

Исследовав представленную ООО «Арус» в материалы дела рецензию от 22.10.2024, суд не находит представленные в ней доводы опровергающими выводы экспертов по существу. Выводы, указанные в рецензии, по мнению суда, являются противоречивыми, не соответствующими действительности. Само по себе несогласие ООО «Арус» с выводами экспертов не свидетельствует о недостатках проведенной экспертизы.

С учетом пояснений и ответов на вопросы суда и сторон экспертов, изложенных в судебном заседании 14.01.2025, уточнения экспертного заключения, суд приходит к выводу о соответствии экспертного заключения требованиям действующего законодательства. Выводы эксперта сторонами опровергнуты не были, изложены ясно, полно и непротиворечиво, иных вопросов, не исследованных экспертом, сторонами не заявлено. Таким образом, у суда отсутствуют сомнения в обоснованности заключения эксперта и суд исследует его наряду с иными имеющимися в деле доказательствами.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 Кодекса).

По смыслу статей 702, 711, 740, 746 Кодекса, пунктов 8, 12, 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" основанием для возникновения у заказчика обязательства по оплате выполненных работ являются сдача подрядчиком и принятие заказчиком результатов работы. Подписание актов выполненных работ без возражений и замечаний не препятствует заказчику впоследствии оспаривать фактический объем, стоимость и качество выполненных работ.

С учетом изложенных обстоятельств, поскольку факт выполнения истцом по первоначальному иску работ на сумму 8 225 673,18 руб. (не оплаченных заказчиком) подтвержден материалами дела, в том числе, результатами судебной экспертизы, ответчиком выполнение работ не оспорено, доказательств оплаты выполненных работ в указанной части не представлено, суд полагает обоснованным требование истца по первоначальному иску в указанной части.

Довод ответчика о том, что законодательством и договором не предусмотрена обязанность заказчика принять по частям результаты не завершенных подрядчиком этапов работ, судом отклоняется, поскольку в экспертном заключении указано, что эти работы являются выполненными, имеют для ответчика по первоначальному иску потребительскую ценность, их стоимость подтверждена экспертным заключением. Указанные работы могут быть использованы при продолжении выполнения работ на объекте.

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 449 558,91 руб., начисленных на сумму долга 8 225 673,18 руб. за период с 12.01.2023 по 12.02.2025 с продолжением начисления процентов на сумму долга 8 225 673,18 руб. до даты фактического исполнения и оплаты долга ответчиком.

В соответствии со статьей 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из разъяснений, приведенных в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", следует, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Поскольку судом установлено, что имеет место ненадлежащее исполнение денежного обязательства, требование истца о взыскании суммы процентов за пользование чужими денежными средствами является правомерным.

Расчет процентов проверен судом, признан соответствующим требованиям действующего законодательства и арифметически верным. Ответчиком расчет не оспорен, контррасчет не представлен.

Пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

При изложенных обстоятельствах, требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 449 558,91 руб., начисленных на сумму долга 8 225 673,18 руб. за период с 12.01.2023 по 12.02.2025 с продолжением начисления процентов на сумму долга 8 225 673,18 руб. до даты фактического исполнения и оплаты долга ответчиком, признается судом обоснованным.

Рассмотрев требование истца по первоначальному иску о признании недействительным одностороннего отказа Березовской ГРЭС (филиал ПАО «ЮНИПРО») от исполнения Договора подряда № Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019, выраженного в письме исх. № 25-3472 от 03.10.2024, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении в связи со следующим.

Согласно подпункту «б» пункта 11.5 Договора, заказчик имеет право отказаться от договора в одностороннем внесудебном порядке в случае просрочки любого из этапов работ более чем на 30 дней; в случае, если подрядчик не выполняет работы или выполняет так медленно, что становится очевидным, что работы не будут завершены к установленным в Графике производства работ срокам. Указанные условия соответствуют также предусмотренному в статье 715 ГК РФ праву на отказ от договора.

По состоянию на момент получения ответчиком уведомления истца об одностороннем досрочном расторжении договора (09.01.2023) выполнены в полном объеме этапы работ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 10, 11, 12 на общую сумму 104 016 733,66 руб., в т.ч. НДС (приняты и оплачены), что установлено, в том числе по результатам судебной экспертизы.

Этапы 7, 8, 9, 13, 14, 15 не были приняты ответчиком, в ходе судебного разбирательства стороны указали на их частичное выполнение (которое было подтверждено судебным экспертом), однако ответчик настаивал на отсутствии обязанности приемки частично выполненного объема работ в связи с невозможностью использовать его по функциональному назначению и отсутствию потребительской ценности у работ до момента их завершения.

Между тем, ответчик указывал, что указанные истцом обстоятельства не препятствовали выполнению работ по договору и не являлись основанием для одностороннего отказа подрядчика, на что он указывал в письмах подрядчику от 20.01.2023 № 03-0202, от 21.03.2023 № 25-1050.

Суд установил, что по состоянию на дату отказа от договора, подрядчик нарушил сроки начала выполнения работ/этапов монтажных работ, в связи с чем согласованные сторонами в окончательной редакции приложения 2 к дополнительному соглашению №2 промежуточные сроки выполнения работ были также нарушены.

Монтажные работы на энергоблоке №3, срок начала которых был установлен как 04.01.2020, были начаты только 13.05.2021.

На дату отказа подрядчика от договора также нарушен и срок окончания выполнения всего объема работ, установленный дополнительным соглашением № 2 (30.03.2022). Обоснования уважительности причин просрочки подрядчика в материалы дела не представлены.

По пункту 3 статьи 715 ГК РФ, если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

С учетом вышеприведенного нормативного регулирования, заказчик был вправе предоставить подрядчику разумный срок для выполнения работ, а отказ находящегося в просрочке подрядчика от дальнейшего выполнения работ в связи с неразумными сроками их окончания является обоснованным.

Суд соглашается с доводом ответчика по первоначальному и иску о том, что договор расторгнут по его инициативе в связи с существенными нарушениями подрядчиком своих обязательств, влекущими соответствующую ответственность.

На дату отказа заказчика 03.10.2023, подрядчиком была допущена существенная просрочка обязательств по договору, являющаяся, в том числе, вследствие неправомерного отказа подрядчика от договора, когда выполнение работ не производилось.

Договор считается расторгнутым с момента получения Подрядчиком от Заказчика уведомления. Согласно почтовому идентификатору отправления 80080889229880 письмо было вручено получателю 22.11.2023, следовательно, суд признает обоснованным односторонний отказ Березовской ГРЭС (филиал ПАО «ЮНИПРО») от исполнения Договора подряда № Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019, выраженного в письме исх. № 25-3472 от 03.10.2024.

При изложенных обстоятельствах, оснований для удовлетворения требования истца по первоначальному иску о признании недействительным одностороннего отказа Березовской ГРЭС (филиал ПАО «ЮНИПРО») от исполнения Договора подряда № Б-19-0467/ 241 от 26.03.2019, выраженного в письме исх. № 25-3472 от 03.10.2024 судом не установлено.

Встречный иск.

Как следует из встречного искового заявления, ПАО «Юнипро», с учетом принятых судом уточнений, просит:

- признать недействительным отказ общества с ограниченной ответственностью «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241;

- взыскать с ООО «Арус» в пользу ПАО «Юнипро» неустойку за нарушения сроков выполнения работ, штраф за нарушение окончательного срока выполнения работ по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 в размере 25 535 235,13 руб.;

- взыскать с ООО «Арус» стоимость невозвращенных давальческих материалов по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 - 9 792 805,99 руб.;

- взыскать с ООО «Арус» убытки в виде стоимости, необходимой для полного завершения предусмотренного договором комплекса работ «под ключ» по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 - 16 456 880,31 руб.

В отношении требования о признании недействительным отказа ООО «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241, суд приходит к следующим выводам.

В пункте 1 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

В силу пункта 2 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно указанной норме, для отказа от договора по инициативе подрядчика необходимо нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, заключающееся в непредоставлении материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствующее исполнению договора подрядчиком, при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок.

Вместе с тем, таких нарушений со стороны заказчика судом установлено не было, доказательства нарушений подрядчиком в материалы дела не представлены.

По состоянию на момент получения ПАО «Юнипро» уведомления ООО «Арус» об одностороннем досрочном расторжении договора (09.01.2023) выполнены в полном объеме этапы работ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 10, 11, 12 на общую сумму 104 016 733,66 руб., в т.ч. НДС (приняты и оплачены), что установлено, в том числе по результатам судебной экспертизы.

Этапы 7, 8, 9, 13, 14, 15 не были приняты заказчиком, в ходе судебного разбирательства стороны указали на их частичное выполнение (которое было подтверждено судебным экспертом), однако ПАО «Юнипро» настаивало на отсутствии обязанности приемки частично выполненного объема работ в связи с невозможностью использовать его по функциональному назначению и отсутствию потребительской ценности у работ до момента их завершения.

В качестве оснований для одностороннего отказа от выполнения работ подрядчик указывал следующие обстоятельства, не позволяющие приступить к выполнению работ и закончить уже начатые работы:

- отсутствие технологических остановов, позволяющих выполнить работы в разумные сроки;

- несогласование сметной документации на дополнительный объем работ;

- отсутствие решения о порядке выполнения части работ по подключению шкафов.

Таким образом, фактически подрядчик указывал не только на неисполнение встречных обязательств заказчиком, выразившееся в недопуске к работам и отсутствию остановов, но и на отсутствие соглашения по цене работ, которые подрядчик полагает дополнительными (работы по трассировке, по подключению шкафов). При этом несогласование цены дополнительных работ является самостоятельным основанием для рассмотрения обоснованности или необоснованности отказа.

ПАО «Юнипро» указано, что указанные ООО «Арус» обстоятельства не препятствовали выполнению работ по договору и не являлись основанием для одностороннего отказа подрядчика, на что он указывал в письмах подрядчику от 20.01.2023 № 03-0202, от 21.03.2023 № 25-1050.

Монтажные работы на энергоблоке №3, срок начала которых был установлен как 04.01.2020, были начаты только 13.05.2021.

Согласно пунктам 1-3 статьи 708 ГК РФ, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Указанные в пункте 2 статьи 405 ГК РФ последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков. Согласно пункту 1 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения.

По смыслу указанных норм подрядчик допустил просрочку исполнения обязательств и нес риск неблагоприятных последствий своей просрочки. Согласно представленным в дело документам и пояснениям ПАО «Юнипро», последним было предложено выполнить работы в разумный срок с учетом требований техники безопасности и графика остановов энергоблоков.

Специфика предусмотренных договором монтажных работ на энергоблоках, с учетом требований техники безопасности, предполагала возможность выполнения работ на резервном энергоблоке или энергоблоке, находящемся в ремонте. То есть производство работ возможно только в период приостановки работ энергоблока (далее – «останов»).

Как следует из пояснений ПАО «Юнипро», согласно постановлению Правительства РФ от 27.12.2010 № 1172 Системный Оператор ЕЭС России ежедневно проводит расчеты выбора состава генерирующего оборудования, находящегося в резерве, в отношении генерирующего оборудования участников оптового рынка; также проводит планирование работы генерирующего оборудования (включение и отключение) с учетом планового потребления в ЕЭС России.

Согласно п.п. 1.1-1.3 Положения об организации оперативно-диспетчерского управления в операционной зоне Филиала АО «СО ЕЭС» Красноярское РДУ осуществляет от имени АО «СО ЕЭС» функции по единоличному управлению электроэнергетическим режимом работы ЕЭС России в пределах закреплённой операционной зоны.

Таким образом, график остановов энергоблоков ПАО «Юнипро» определяется Красноярским РДУ ДЦ АО «СО ЕЭС» в соответствии с потребностями рынка электроэнергии, не зависел от решений ПАО «Юнипро».

Тот факт, что заказчик предоставлял возможность дальнейшего выполнения работ и предпринимал меры, которые бы позволили подрядчику планировать их график в дальнейшем, подтверждается направлением в адрес подрядчика проектом дополнительного соглашения №4, представленным в материалы дела, предусматривающего в приложении 1 график производства работ, согласно которому подрядчик мог их выполнять с учетом графика остановов энергоблоков (приложение 2 к ДС4). Предложенный Заказчиком в проекте дополнительного соглашения срок выполнения работ был разумен и соразмерен со сроком, установленным в графике производства работ (приложение 2 к ДС 2), поскольку период выполнения для невыполненных подрядчиком к моменту отказа работ в соответствие с действовавшим графиком составлял более года.

Для выполнения работ заказчиком согласно проекту ДС-4 от 31.10.2022 Заказчиком было предусмотрен срок окончания работ 30.11.2023.

Невозможность подрядчика приступить к выполнению работ опровергается сведениями из нарядно-допускной системы филиала и общим журналом работ, предоставленными в материалы дела, в соответствии с которыми подрядчику в продолжение 2022 года, в том числе после окончания предусмотренного договором срока выполнения работ (30.03.2022), предоставлялся доступ для выполнения всех видов работ по договору подряда.

Доказательств недопуска подрядчика к месту производства работ и отсутствия технологических остановов энергоблоков, которые подрядчик заявляет в качестве оснований для отказа от договора, не представлено.

Таким образом, у подрядчика имелась возможность непрерывно выполнять монтажные работы учетом того, что их выполнение находилось за пределами ранее согласованных сроков окончания работ (30.03.2022).

Довод ООО «Арус» о несогласовании заказчиком сметной документации относительно дополнительного объема работ, а также не решения вопроса о подключении шкафов ШВР, судом отклоняется на основании следующего.

Согласно пояснениям ПАО «Юнипро», данный довод подрядчика связан с его отказом выполнять в цене договора работы, производство которых он был обязан предусмотреть в проектной и проектно-сметной документации в рамках твердой цены договора.

Суд приходит к выводу о том, что спорные работы по трассировке трубопроводов (которые подрядчик считает дополнительными) подрядчик был обязан выполнить в рамках твердой цены договора без ее увеличения.

На финальных этапах выполнения договора заказчик выражал готовность к увеличению цены договора (письмо № 03-3303 от 30.09.2022), однако из переписки сторон следует, что стороны не достигли соглашения о цене выполняемых дополнительных работ.

Из документов, представленных в дело, не следует, что заказчик требовал выполнения данных работ без оплаты, а невыполнение таких дополнительных работ препятствовало дальнейшему выполнению всего объема работ на условиях заключенного договора.

Согласно пункту 1.1 договора, подрядчик принял на себя обязательства выполнить полный комплекс работ «под ключ», включая проектно-изыскательские работы, предоставление оборудования и материалов, строительно-монтажные и пуско-наладочные работы по Safe. On. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро» на объекте филиала «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро».

Таким образом, спорные работы по подключению шкафов ШВР подрядчик также был обязан выполнить в рамках твердой цены договора.

Суд соглашается с позицией ПАО «Юнипро» о том, что их отсутствие в составленной подрядчиком смете было упущением подрядчика, которое последний был обязан исправить за свой счет.

В письме от 27.10.2021 №03-3839 заказчик указал, что монтажные работы по подключению электрического шкафа ШВР не вошли в проектную и сметную документацию по вине подрядчика. Согласно пункту 1.1 договора подрядчик обязался выполнить работы по предмету договора под ключ, включая проектную и проектно-сметную документацию. Информация по точке подключения шкафа ШВР была предоставлена подрядчику на основании п. 5.2.4.20 технического задания (приложение 1.3 к договору подряда) и письма заказчика от 17.09.2021.

Как указано в Заключении по результатам судебной строительной технической экспертизы при ответе на вопрос 4 ответчика по первоначальному иску, по результатам проведения натурного осмотра экспертами было установлено, что Подрядчик сам указал в проектной документации, которую он разрабатывал при выполнении договора «под ключ», на листах 2 томов БГРС-0519-ПС1.3, ПС2.3, ПС3.3, листах 2 томов БГРС-0519-ПТ1.6, ПТ2.6, ПТ3.6 Рабочей документации: «1. Оборудование установить согласно листам плана и уточнить по месту с учетом удобства обслуживания, эксплуатации, технологических особенностей монтажа. При монтаже электроэлементов руководствоваться соответствующей эксплуатационной документацией».

Подрядчик указывал в разработанной им проектной документации, что местоположение оборудования и, следовательно, трассировки кабелей и трубопроводов могут быть изменены в процессе монтажа и таким образом, он понимал и принимал перспективу изменения количества примененных материалов. Подрядчик, в рамках разработки проектной документации, мог провести работы по обследованию здания ГРЭС и существующих в нем коммуникаций для определения оптимального местоположения оборудования и трассировок трубопроводов и кабелей, однако не сделал этого.

Согласно статье 761 ГК РФ, подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ.

При обнаружении недостатков в технической документации или в изыскательских работах подрядчик по требованию заказчика обязан безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки, если законом или договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ не установлено иное.

Суд соглашается с выводами эксперта о том, что формулировки проектной документации об определении месторасположения оборудования и трассировки по месту с учетом удобства обслуживания, эксплуатации, технологических особенностей монтажа сами по себе не являлись недостатками или дефектами документации, требующими внесения изменений и корректировок в проектную документацию. На подрядчика согласно абз. 4 п. 5.15 Технического задания к Договору возложена обязанность предусмотреть все планируемые Подрядчиком расходы. Таким образом, указанное основание для отказа подрядчика связано с его отказом выполнять в цене договора работы, производство которых он был обязан предусмотреть в проектной и проектно-сметной документации в рамках твердой цены договора. Однако тот факт, что подрядчик при составлении сметной документации, являясь разработчиком проекта, не предусмотрел надлежащий способ размещения оборудования и его полную сметную стоимость, свидетельствует о принятии на себя риска изменения сметной стоимости и выполнения работ в счет твердой цены договора.

Подрядчик, допустивший недостаток в проектной документации и не предусмотревший соответствующий объем работ, на основании статьи 761 ГК РФ обязан безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки, если законом или договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ не установлено иное.

Договором подряда в пункте 2.3.8 также предусмотрена обязанность безвозмездно переделать проектную документацию с недостатками.

Именно на подрядчика согласно абзацу 4 пункта 5.15 Технического задания возложена обязанность предусмотреть все планируемые подрядчиком расходы. Таким образом, указанное основание для отказа подрядчика связано с его отказом выполнять в цене договора работы, производство которых он был обязан предусмотреть в проектной и проектно-сметной документации в рамках твердой цены договора.

Согласно статье 709 ГК РФ, цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение.

Цена работы может быть определена путем составления сметы.

В случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком.

Цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой.

Подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

Согласно пункту 5.1 договора цена работ является твердой и не подлежит увеличению в период действия договора.

В соответствии с абзацем 2 пункта 4 статьи 709 ГК РФ, при существенном возрастании стоимости материалов и оборудования, предоставленных подрядчиком, а также оказываемых ему третьими лицами услуг, которые нельзя было предусмотреть при заключении договора, подрядчик имеет право требовать увеличения установленной цены, а при отказе заказчика выполнить это требование - расторжения договора в соответствии со статьей 451 настоящего Кодекса.

Вместе с тем, права на односторонний отказ подрядчика от договора в случае несогласия заказчика на увеличение цены работ ни договором, ни законом не предусмотрено.

Несогласие заказчика с дополнительной оплатой работ, которые должны быть предусмотрены в твердой цене договора, равно как его несогласие с предложенной подрядчиком ценой дополнительных работ не являлось по смыслу статьи 716 ГК неисполнением обязанностей заказчика по содействию, а также не исполнением встречных обязанностей заказчиком.

Кроме того, суд принимает во внимание, что по условиям спорного договора право подрядчика на односторонний отказ от исполнения договора не предусмотрено.

При изложенных обстоятельствах, суд признает необоснованным, не соответствующим обстоятельствам дела и положениям заключенного сторонами договора отказ ООО «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241, в связи с чем соответствующее требование истца по встречному иску подлежит удовлетворению.

Истцом по встречному иску также заявлено требование о взыскании неустойки за нарушения сроков выполнения работ, штрафа за нарушение окончательного срока выполнения работ по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 в размере 25 535 235,13 руб.

В соответствии с пунктом 2.3.35. договора Подрядчик обязался выполнить Работу в объеме и сроки, предусмотренные Договором и приложениями к нему.

Согласно пункту 1.8. договора сроки выполнения этапов Работ определяются в соответствии с Графиком производства работ (Приложение № 3 к Договору, далее - График), Приложение № 2 к дополнительному соглашению № 2 к Договору.

Всего, согласно графику работ, работы подразделяются на 15 этапов со следующими сроками выполнения:

- четвертого этапа (поставка материалов и оборудования для ЭБ № 3): начало 10.11.2020, окончание 31.12.2020;

- пятого этапа (поставка материалов и оборудования для ЭБ № 3): начало 04.01.2021г., окончание 05.02.2021г.;

- шестого этапа (поставка материалов и оборудования для ЭБ № 3): начало 08.02.2021г., окончание 26.03.2021г.;

- седьмого этапа (Монтажные работы (MP) на ЭБ № 3): начало 04.01.2020 г., окончание -02.04.2021 г.;

- восьмого этапа (Пуско-наладочные работы (ПНР) на ЭБ № 3): начало 22.03.2021 г., окончание-16.04.2021 г.;

- девятого этапа (Комплексные испытания систем ПС, ПТ и СОУЭ на ЭБ № 3. Опытная эксплуатация систем): начало 19.04.2021 г., окончание- 14.05.2021 г.;

- тринадцатого этапа (Монтажные работы (MP) на ЭБ №№ 1, 2): начало 30.08.2021 г., окончание-03.12.2021 г.;

- четырнадцатого этапа (Пуско-наладочные работы (ПНР) на ЭБ №№ 1, 2): начало 22.11.2021, окончание - 17.12.2021.

В соответствии с пунктом 1.6 договора (в редакции Дополнительного соглашения № 2 от 13.11.2020) срок окончания всех работ установлен до 30.03.2022.

В связи с тем, что ответчиком принятые обязательства по договору выполнялись ненадлежащим образом, допущено нарушение сроков окончания части этапов работ, установленных графиком, а также нарушение окончательного срока выполнения Работ по Safe. On. «Системы обнаружения возгораний и системы автоматического пожаротушения на филиале «Березовская ГРЭС» ПАО «Юнипро», истцом по встречному иску 13.03.2023 в адрес ответчика направлено требование об уплате неустойки/штрафа № 25-0908 (общая сумма требования - 34 784 084,07 руб.):

- «поэтапная» неустойка рассчитана по состоянию на 29.12.2022: выполнены с нарушением срока этапы 4, 5, 6, 10, 11, 12 - общая сумма неустойки 1 757 347,60 руб.; не выполнены работы по этапам 7, 8, 9, 13, 14, неустойка по состоянию на 29.12.2023 составила 2 361 646,05 руб.; штраф за нарушение окончательного срока выполнения работ в общем размере - 30 670 090,42 руб.

Данное требование в размере 10 401 673,36 руб. удовлетворено частично за счет гарантийных удержаний, в соответствии с пунктами 5.7., 5.10., 5.11. договора.

В остальной части, в сумме 25 535 235,13 руб. требование от 13.03.2023 № 25-0908 ответчиком не исполнено.

В связи с невыполнением ответчиком работ по этапам 7, 8, 9,13,14 в период 2023 года, невыполнения ответчиком части требования от 13.03.2023, истцом 02.10.2023 в адрес ответчика направлено требование № 25-3450 (общая сумма требования 25 535 235,13 руб.):

- «поэтапная» неустойка рассчитана по состоянию на 28.09.2023: не выполнены работы по этапам 7, 8, 9, 13, 14, неустойка за период с 30.12.2022 по 28.09.2023 составила 1152 824,42 руб.; штраф за нарушение окончательного срока выполнения работ не оплаченный ответчиком в части в размере 24 382 410,71 рубль.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

По смыслу закона неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств может носить компенсационный (зачетный по отношению к убыткам) и (или) штрафной характер. Размер неустойки стороны договора определяют самостоятельно и добровольно, не исключая возможность определения ее величины исходя из цены договора, стоимости этапа работ, кратно ключевой ставке и т.д.

Условиями договора стороны могут предусмотреть начисление неустойки и за просрочку внесения авансовых платежей (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.08.2016 № 305-ЭС16-4576).

В случаях просрочки внесения авансового платежа допускается начисление неустойки, если это установлено законом или явно выражено в соглашении сторон (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2016 № 305-ЭС16-4576, от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570, 29.08.2019 № 304-ЭС19-7209, от 11.02.2021 № 305-ЭС20-22754).

При этом Верховным Судом Российской Федерации в определении от 07.06.2017 № 302-ЭС17-6131 указано, что при толковании на основании положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации условий договора к вопросам ответственности предъявляются повышенные требования к определенности и непротиворечивости условий договора, в связи с чем, расширительное толкование условий договора не допускается.

Поскольку данное условие касается юридической ответственности, его содержание должно определенно указывать на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования.

Договором предусмотрена ответственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора.

Согласно пункту 8.5 договора за нарушение сроков окончания выполнения каждого этапа работ, определенного Графиком производства работ Подрядчик выплачивает Заказчику неустойку, в размере 1/360 ключевой ставки ЦБ РФ (действовавшей в соответствующие периоды нарушений) от цены соответствующего этапа за каждый день просрочки исполнения обязательств.

Согласно пунктам 8.7., 8.7.3. договора за нарушение окончательного срока выполнения Работ, установленного пунктом 1.6. Договора, в том числе, если оно явилось основанием для одностороннего внесудебного отказа Заказчика от исполнения Договора в порядке, предусмотренном пунктом 12.5 Договора, Подрядчик уплачивает Заказчику штраф: если просрочка превышает сто восемьдесят календарных дней - в размере 25 % от цены Договора.

Неустойка за нарушение последнего, 15-го этапа Графика, в требованиях истца не заявлена, поскольку согласно пункту 8.7. договора в сумму штрафа за нарушение окончательно срока выполнения всех работ по договору засчитывается сумма неустойки, начисленная в соответствии с пунктом 8.5. договора за нарушение срока окончания выполнения последнего этапа работ, определенного Графиком производства работ.

Согласно п. 8.13. Договора неустойка в части, не покрытой гарантийными удержаниями, подлежит уплате Подрядчиком Заказчику в течении 5 (пяти) рабочих со дня предъявления Заказчиком соответствующего письменного уведомления (требования).

Согласно абзацу 2 пункта 8.6 договора, если подрядчику до момента отказа от договора уже были начислены неустойки согласно пункту 8.5 договора (за нарушение срока начала или сроков окончания этапов работ), они засчитываются в счет неустойки за просрочку, явившуюся основаниям для расторжения договора. В случае если ранее начисленные согласно пункту 8.5 договора были взысканы с подрядчика неустойки (в т.ч. за счет гарантийных удержаний), то неустойка за просрочку подлежит соразмерному уменьшению.

Взыскание штрафа за нарушение окончательного срока выполнения работ в общем размере 30 670 090,42 руб. признается судом обоснованным. При этом с учетом того, что начисленные заказчиком неустойки частично были удержаны в счет гарантийных удержаний в части 10 401 673,36 руб., размер неустойки подлежит уменьшению и составляет 20 268 417,1 руб.

Проверив доводы ООО «Арус» о признании недействительным и неприменении к отношениям сторон пункта 8.7. договора (штрафы за нарушение окончательных сроков выполнения работ), в которых ответчик ссылается на статьи 10, 428 ГК РФ, полагая, что договор являлся договором присоединения с субъектом, занимающим доминирующее положение, стороны находились в неравных переговорных условиях, изначально содержали обременительные условия и приводили к нарушению баланса интересов, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и пояснений сторон, спорный договор заключен вне рамок федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», в материалы дела не представлено доказательств наличия у ПАО «Юнипро» признаков субъекта, на которого данный закон распространяется, указанные доводы ООО «Арус» не находят подтверждения.

Представленное в материалы дела положение о закупках ПАО «Юнипро» содержит пункт 7.23.1, согласно которому при проведении закупки предпочтительным является использование унифицированных типовых форм договоров, утвержденных в Обществе. Договор заключается на основании протокола о результатах закупочной процедуры с учетом условий, указанных в Закупочной документации и в Предложении Участника закупочной процедуры, признанным наилучшим, с учетом обоснованных изменений достигнутых по результатам переговоров в рамках закупки.

Кроме того, ПАО «Юнипро» представлены пояснения о том, что в ходе закупочных договорных процедур ООО «Арус» пользовалось правом представления разногласий к проекту договора и его разногласия были приняты в ходе переговоров и внесены в договор, о чем свидетельствует протокол разногласий к проекту договора и протокол о результатах закупочной процедуры № 77 от 28.12.2018 года, на странице 14 которого отмечено, что условия договора приняты с протоколом урегулирования разногласий, согласованным сторонами.

Суд отмечает, что в представленном в материалы дела протоколе разногласий и в договоре учтены разногласия подрядчика по размеру ответственности по пунктам 8.4, 8.5, 8.8. договора; ответственность уменьшена вдвое. По спорному пункту 8.7. договора разногласия подрядчика отсутствуют.

Вместе с тем, при проверке судом расчета неустойки судом установлено, что ПАО «Юнипро» не исключен период моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

В силу пункта 7 вышеуказанного Постановления в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 N 305-ЭС20-23028 по делу N А40-54774/2020.

Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Судом произведен расчет неустойки на 29.12.2022 с исключением периода моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022), в соответствии с которым размер неустойки составил 24 494 003,44 руб., в том числе,

1 719 878,75 руб. неустойки за просрочку выполнения этапов работ: 4 (33 646 руб. 74 коп.), 5 (184 995 руб. 85 коп.), 6 (210 863,47 руб.), 10 (224 779, 36 руб.), 11 (179 952, 51 руб.), 12 (885 640, 82 руб.),

1 352 883,21 руб. неустойки за просрочку выполнения этапов работ: 7 (600 879,36 руб.), 8 (142 969,76 руб.), 9 (44 021, 01 руб.), 13 (480 648, 14 руб.), 14 (84 364, 94 руб.) работ,

штрафа за просрочку окончательного срока - 30 670 090, 42 руб. (25% от цены договора)

ИТОГО 33 742 852, 23 руб. – 10 401 673, 36 руб. (удержанная сумма неустойки из суммы гарантийного удержания) = 23 341 179,02 руб.

Плюс доначисления неустойка за 7,8,9,13, 14 этапы за период с 30.12.2022 по 28.09.2023 в размере 1 152 824, 42 руб.

ИТОГО 24 494 003 руб. 44 коп.

Ответчиком по встречному иску заявлено ходатайство о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации со ссылкой на несоразмерность последствиям нарушенного обязательства.

По смыслу положений пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойка (штраф) призваны обеспечить исполнение обязательств, служат средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств, возможных его убытков.

Помимо этих функций неустойка (штраф) имеют своей целью наказание стороны договора за нарушение взятых на себя обязательств, поскольку потерпевшая сторона не обязана доказывать причиненный ей ущерб. Пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 73 Постановления от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Согласно пункту 75 указанного Постановления при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

По смыслу пункта 71 Постановления Пленума от 24.03.2016 N 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

При этом, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

В Определении от 21.12.2000 N 263-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. При этом, суд обязан выяснить соответствие взыскиваемой неустойки наступившим у кредитора негативным последствиям нарушения должником обязательства и установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Принимая во внимание компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, соразмерность суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень соразмерности заявленной истцом суммы штрафа последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 N 5467/14 по делу N А53- 10062/2013, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

Следует также учитывать, что неустойка (штраф) по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства и не должна служить средством обогащения.

Степень соразмерности заявленной истцом суммы штрафа последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

Таким образом, оценив обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы и пояснения сторон в рассматриваемой части, принимая во внимание, что просрочка исполнения подрядчиком обязательств подтверждена материалами дела, однако при этом вызвана и поведением заказчика и поведением исполнителя; учитывая компенсационную природу неустойки, значительный размер заявленных к взысканию штрафных санкций, учитывая период выполнения ответчиком работ по договору, суд пришел к выводу о возможности уменьшения размера начисленной истцом по встречному иску за нарушение сроков выполнения работ неустойки до суммы 7 292 595,42 руб.

По результатам рассмотрения требования истца по встречному иску о взыскании 16 456 880,31 руб. убытков в виде в виде цены замещающей сделки, суд приходит к выводу об удовлетворении указанного требования на основании следующего.

Согласно пункту 8.14 договора, подрядчик обязуется возместить заказчику все убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением договора. Убытки подлежат возмещению в полной сумме сверх штрафов и неустоек, предусмотренных договором.

Как установлено судом, расторжение договора произведено вследствие одностороннего отказа ПАО «Юнипро» от договора, оформленного уведомлением от 03.10.2023 №25-3472 (получено ООО» АРУС» 22.11.2023) в связи с нарушениями подрядчиком сроков при выполнении работ.

Согласно пункту 2 статьи 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В пункте 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичного договора, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.

Иной порядок определения убытков изложен в пункте 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающем возможность расчета убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой на сопоставимые товары, работы или услуги, при условии, если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора (пункт 1 настоящей статьи).

Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.

Предусмотренное пунктом 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации правило взыскания абстрактных убытков создает гарантию того, что в случае нарушения договора должником и расторжения договора кредитором последний получит минимальную денежную компенсацию.

Вместе с тем, как в ситуации получения полной компенсации понесенного ущерба с учетом заключения замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и в случае получения абстрактных убытков (пункт 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), по мнению суда, необходимо учитывать, что возможность взыскания убытков не может преследовать цель обогащения кредитора за счет должника.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Как следует из материалов дела, экспертом в заключении по результатам судебной экспертизы определена стоимость для полного завершения предусмотренного договором комплекса работ «под ключ»: стоимость устранения недостатков + стоимость завершения работ по договору (555 991 руб. 14 коп. + 41 855 585 руб. 86 коп.) = 42 411 577 руб..

ПАО «Юнипро» даны пояснения, согласно которым установленная экспертом стоимость соответствует критериям «текущей цены» работ в понимании пункта 2 статьи 393.1 ГК РФ, а также представлены дополнительные доказательства в обоснование текущей цены – коммерческие предложения подрядчиков, цены в которых сопоставимы с расчетом судебной экспертизы (№ 3/25 от 13.01.2025 от ООО «Ремонтно-строительное предприятие», № Т-25-4 от 13.01.2025 от ООО «Гранит», № 580-53 от 13.01.2025 от ООО «Айэс Компани»).

Размер убытков определен истцом во встречному иску следующим образом: 42 411 577 руб. - 25 954 696 руб. 69 коп. = 16 456 880 руб. 31 коп., исходя из:

Согласно условиям заключенного между Истцом и Ответчиком договора, остаток невыплаченной подрядчику суммы для завершения работ «под ключ» составляет 25 954 696 руб. 69 коп. Разницу между установленной договором стоимостью работ и установленной экспертом стоимостью работ для их полного завершения («текущей ценой») ПАО «Юнипро» расценивает как убытки, причиненные фактическим отказом ООО «Арус» от выполнения работ по Договору подряда от 26.03.2019 №Б-19-0467/241., в связи с которым договор был впоследствии расторгнут.

Суд соглашается с расчетом истца по встречному при определении размера убытков в виде цены замещающей сделки - 16 456 880,31 руб. и признает обоснованным это требование

Вместе с тем, требование истца о взыскании с ООО «Арус» стоимости невозвращенных давальческих материалов по договору подряда от 26.03.2019 № Б-19-0467/241 в размере 9 792 805,99 руб. суд признает необоснованным и не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

Согласно статье 704 ГК РФ если иное не предусмотрено договором подряда, работа выполняется иждивением подрядчика - из его материалов, его силами и средствами. Подрядчик несет ответственность за ненадлежащее качество предоставленных им материалов и оборудования, а также за предоставление материалов и оборудования, обремененных правами третьих лиц.

В соответствии со статьей 705, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором подряда риск случайной гибели или случайного повреждения материалов, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного используемого для исполнения договора имущества несет предоставившая их сторона; риск случайной гибели или случайного повреждения результата выполненной работы до ее приемки заказчиком несет подрядчик. При просрочке передачи или приемки результата работы риски, предусмотренные в пункте 1 настоящей статьи, несет сторона, допустившая просрочку.

В силу положений пункта 1 статьи 713 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан использовать предоставленный заказчиком материал экономно и расчетливо, после окончания работы представить заказчику отчет об израсходовании материала, а также возвратить его остаток либо с согласия заказчика уменьшить цену работы с учетом стоимости остающегося у подрядчика неиспользованного материала.

Согласно статье 714 ГК РФ подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.

В силу статьи 728 ГК РФ в случаях, когда заказчик на основании пункта 2 статьи 715 или пункта 3 статьи 723 настоящего Кодекса расторгает договор подряда, подрядчик обязан возвратить предоставленные заказчиком материалы, оборудование, переданную для переработки (обработки) вещь и иное имущество либо передать их указанному заказчиком лицу, а если это оказалось невозможным, – возместить стоимость материалов, оборудования и иного имущества.

Как установлено судом, в соответствии с пунктом 3.14 договора, принятые заказчиком от подрядчика материалы в качестве давальческих передаются подрядчику по требованию-накладной по форме М-15, оборудование – по акту приема-передачи оборудования в монтаж, ОС-15. Риск случайной гибели, повреждения материалов и оборудования в период с момента передачи Подрядчику и до момента приёмки Заказчиком Работ в соответствии с разделом 4 Договора, несет Подрядчик. Стоимость оборудования указывается в актах формы М-15 и ОС-15.

Если после выполнения Работ имеется неизрасходованный остаток оборудования или материалов, переданных Заказчиком для выполнения Работ в соответствии с Договором, Подрядчик обязан возвратить остаток оборудования и материалов Заказчику в течение 3 (трех) рабочих дней с даты выполнения Работ, либо с согласия Заказчика уменьшить цену Договора на стоимость оставшегося неиспользованного оборудования и материалов.

Заключением судебной экспертизы установлено, что ООО «Арус» не вернуло в составе выполненных и переданных заказчику работ, а также не смонтировало (в составе выполненных, но не принятых заказчиком работ) давальческие материалы Заказчика на сумму 9 792 805,99 руб. Эти материалы находятся на охраняемой территории ПАО «ЮНИПРО», при проведении судебной экспертизы эти давальческие материалы были осмотрены экспертами и лицами, участвующими при проведении экспертизы. Каку пояснил представитель ООО «Арус», у подрядчика отсутствуют притязания на этот давальческий материал.

Вместе с тем, согласно пояснениям ООО «Арус», 30.12.2022 общество направило в Березовскую ГРЭС уведомление об одностороннем отказе от договора подряда №Б-12-0467/241 от 26.03.2019, работы на объекте были остановлены.

Непосредственно после окончания работ ООО «Арус» предпринимало попытки передать давальческие материалы, полученные по договору подряда, однако ПАО «Юнипро» не предоставлено возможности для завершения указанных мероприятий.

Письмами от 23.10.2023, 24.10.2023, 25.10.2023, 26.10.2023, 21.11.2023, 29.11.2023 ООО «АРУС» обращалось в Березовскую ГРЭС с просьбой предоставить пропуск своему сотруднику ФИО8 для организации передачи давальческого материала.

24.10.2023 ПАО «Юнипро» письмом №25-3745 отказано в допуске на территорию станции.

Письмом от 01.12.2023 Березовская ГРЭС уведомило ООО «Арус» об обязанности самостоятельно обеспечить охрану имущества, находящегося на территории станции, письмом от 05.02.2024 № 03-0706 ответчику отказано в доступе на территорию станции и указано, что о дате организации процесса передачи давальческих материалов будет сообщено дополнительно.

Указанные обстоятельства со стороны ПАО «Юнипро» не оспорены.

При изложенных обстоятельствах, учитывая подтвержденную материалами дела возможность возврата переданного подрядчику материала, отсутствие доказательств неправомерного удержания либо иных препятствий в доступе к давальческому материалу со стороны подрядчика, суд признает необоснованным требование истца по встречному иску о взыскании с ответчика стоимости указанных материалов.

При изложенных обстоятельствах, оценив доводы по первоначальному и встречному искам, суд приходит к выводу о частичной обоснованности требований истца по первоначальному иску в сумме 8 225 673,18 руб. стоимости фактически выполненных работ, 2 449 558,91 руб. неустойки за нарушение срока оплаты выполненных работ. В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований следует отказать.

Судом признается обоснованным требование истца по встречному иску о признании недействительным отказа общества с ограниченной ответственностью «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241.

Встречный иск признается частично обоснованным в размере 5 122 129 руб. 19 коп. убытков в результате сальдирования. Как установлено судом, на момент возникновения у заказчика обязанности по оплате подрядчику основного долга в размере 8 225 673,18 руб., подрядчик имел неисполненное обязательство по уплате неустойки и штрафа за просрочку выполнения работ в размере 7 292 805,99 руб. (с учетом применения судом статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу вышеуказанного правового регулирования данные обязательства стали способными к сальдированию в дату возникновения у заказчика обязанности по оплате выполненных подрядчиком работ.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований следует отказать.

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 ГК РФ правоотношение по договору подряда включает два основных встречных обязательства: обязательство подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательство заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

Нарушение подрядчиком своих обязательств порождает необходимость перерасчета итогового платежа заказчика путем уменьшения цены договора на сумму начисленной неустойки за просрочку выполнения работ. Подобное сальдирование (формирование единственной завершающей обязанности одной из сторон договора) вытекает из существа подрядных отношений и происходит в силу встречного характера основных обязательств заказчика и подрядчика.

Сальдирование происходит автоматически в момент, когда обязательства стали встречными и способными к сальдированию, то есть с момента наступления срока исполнения обязательства, срок исполнения которого наступил позднее.

Аналогичный правовой подход о ретроспективном эффекте применительно к сходным правоотношениям при зачете требований выражен в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств".

С учетом условий договора об ответственности сторон, по смыслу пункта 1 статьи 407, статьи 410 ГК РФ определение завершающей договорной обязанности должно производиться с учетом правил проведения зачета встречных требований (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2023 № 305-ЭС23-15021 по делу № А40-256590/2021).

В соответствии со статьей 106, частями 1 и 2 статьи 107 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперту возмещаются расходы, понесенные им при проведении судебной экспертизы.

Определением от 21.02.2024 назначена судебная строительная техническая экспертиза, проведение экспертизы поручить экспертам ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы», с установлением фиксированной стоимости в размере 700 000 руб.

24.01.2024 в материалы дела через систему КАД "Мой Арбитр" от ответчика поступило платежное поручение № 33149 от 23.01.2024 на сумму 650 000 руб. за проведение судебной строительной технической экспертизы.

02.02.2024 в материалы дела через систему КАД "Мой Арбитр" от истца поступило платежное поручение №141 от 12.01.2024 на сумму 300 000 руб. за проведение судебной строительной технической экспертизы.

25.09.2024 в материалы дела поступило заключение эксперта № 044/ССТЭ-24 от 09.09.2024.

Определением от 16.10.2024 ООО «Центр инжиниринговых услуг и технической экспертизы» (ИНН <***>) выплачено 400 000 руб. за счёт денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края от ПАО «Юнипро» по платежному поручению № 33149 от 23.01.2024, 300 000 руб. за счёт денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края от ООО «Арус» по платежному поручению № 141 от 12.01.2024.

ПАО «Юнипро» (ИНН <***>) возвращено 250 000 руб., поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края по платежному поручению № 33149 от 23.01.2024.

С учетом результатов рассмотрения настоящего дела, расходы на оплату судебной строительной технической экспертизы, по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат взысканию в сумме 253 546 руб. с ООО «Арус» в пользу ПАО «Юнипро».

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении в суд с первоначальным исковым требованием ООО «Арус» уплачено 123 404 руб. государственной пошлины платежным поручением от 27.01.2023 № 362.

При обращении в суд со встречным иском ПАО «Юнипро» уплачено 156 676 руб. платежным поручением от 04.10.2023 № 29594.

Согласно части 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования.

В соответствии с абзацем вторым части 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1, суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных (часть 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Встречные требования в рамках настоящего дела являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что требования сторон по настоящему делу носят однородный характер, суд считает возможным произвести их зачет.

Проведя зачет требований по первоначальному и встречному искам, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении первоначального иска, взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Арус» (ИНН <***>) в пользу публичного акционерного общества «Юнипро» (ИНН <***>) 5 122 129,19 руб. убытков, 156 676 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 253 546 руб. судебных расходов на проведение экспертизы, в доход федерального бюджета 37 917 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказано.

Судом признан недействительным отказ общества с ограниченной ответственностью «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального иска отказать.

Встречный иск удовлетворить частично.

Признать недействительным отказ общества с ограниченной ответственностью «Арус» от исполнения договора подряда 26.03.2019 № Б-19-0467/241.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Арус» (ИНН <***>) в пользу публичного акционерного общества «Юнипро» (ИНН <***>) 5 122 129 руб. 19 коп. убытков, а также 156 676 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 253 546 руб. судебных расходов на проведение экспертизы, в доход федерального бюджета 37 917 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

С.А. Красовская