Решение по делу № А07-27862/2022 от 29.12.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, https://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: https://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Уфа

29 декабря 2023 года Дело № А07-27862/2022

Резолютивная часть решения объявлена 25 декабря 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 29 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Симахиной И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Максютовым Т.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Общества с ограниченной ответственностью "АКВИЛОН"

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Общество с ограниченной ответственностью "Научно-производственная лаборатория "Технологии креплений"

о признании недействительным решения об отказе в возбуждении дела (выдачи предупреждения) от 15 июля 2022 года за исх. № 6/7621

при участии в судебном заседании, состоявшемся 19 декабря 2023 года:

от антимонопольного органа: ФИО1 – заместитель начальника отдела антимонопольного контроля товарных рынков по доверенности № 59 от 25.07.2023г., наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом 100231 0473836 (регистрационный номер 168 от 14.01.2022г.), предъявлено служебное удостоверение № 25804 от 25.07.2023г.

от третьего лица: ФИО2 – адвокат по доверенности без номера от 27.09.2022г., предъявлено удостоверение адвоката № 2268 от 07.12.2012г.

при участии в судебном заседании, состоявшемся 25 декабря 2023 года:

от заявителя: ФИО3 – представитель по доверенности № 59/2905 от 15.05.2023г., наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом 135524 3229831 (регистрационный номер 1593 от 04.07.2017г.), личность удостоверена паспортом (путем использования системы веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (в режиме онлайн)).

Общество с ограниченной ответственностью "АКВИЛОН" (далее – Заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан (далее – Антимонопольный орган, Управление) об отказе в возбуждении дела (выдачи предупреждения) от 15 июля 2022 года за исх. № 6/7621.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19 сентября 2022 года в рамках части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Общество с ограниченной ответственностью "Научно-производственная лаборатория "Технологии креплений" (далее – Третье лицо, Лаборатория).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17 ноября 2023 года рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции было отложено на 19 декабря 2023 года в 14 час. 00 мин.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12 декабря 2023 года было удовлетворено ходатайство Заявителя об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (в режиме онлайн).

В судебном заседании, состоявшемся 19 декабря 2023 года, представитель Третьего лица представил доказательства, подтверждающие факт направления копий отзыва по существу заявленных требований в адрес Заявителя.

Заявитель при открытии системы веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (в режиме онлайн) не подключился к каналу связи, что свидетельствует о его неявке в судебное заседание, состоявшееся 19 декабря 2023 года. При этом судом было установлено, что средства связи воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, что зафиксировано на видеозаписи хода судебного заседания, Заявителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля.

Из материалов дела усматривается, что Заявителем дважды (27 ноября и 15 декабря 2023 года) заявлялись ходатайства об ознакомлении с материалами дела в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" посредством информационной системы.

Указанные ходатайства были удовлетворены.

Вместе с тем, судом было установлено, что в общедоступной информационной системе "Картотека арбитражных дел" (https://kad.arbitr.ru), обеспечивающей автоматический централизованный сбор информации о движении судебных дел из арбитражных судов и представление этой информации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", материалы настоящего дела были размещены не в полном объеме.

С целью размещения материалов настоящего дела в электронном виде в полном объеме, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19 декабря 2023 года в судебном заседании на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 25 декабря 2023 года в 14 час. 30 мин.

22 декабря 2023 года было одобрено ходатайство Заявителя об ознакомлении с материалами дела в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" посредством информационной системы.

В судебном заседании, состоявшемся 25 декабря 2023 года, представитель Заявителя заявленные требования поддержал, на вопросы суда подтвердил факт предоставления ему доступа к материалам дела в электронном виде, а также пояснил, что не поддерживает ранее оставленное открытым ходатайство об истребовании доказательств, в связи с чем данный вопрос был снят с рассмотрения.

Представители Антимонопольного органа и Третьего лица в судебном заседании заявленные требования просили оставить без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, а также заслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, суд установил следующее.

23 мая 2022 года в Управление поступило и было зарегистрировано за входящим номером 7398 обращение Общества о возможном нарушении антимонопольного законодательства со стороны Лаборатории, выразившееся в незаконном использовании продукции Общества.

По результатам рассмотрения обращения Общества Антимонопольным органом было вынесено решение об отказе в возбуждении дела (выдачи предупреждения) от 15 июля 2022 года за исх. № 6/7621.

Считая, что решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан об отказе в возбуждении дела (выдачи предупреждения) от 15 июля 2022 года за исх. № 6/7621 не соответствует действующему законодательству и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, Общество с ограниченной ответственностью "АКВИЛОН" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с настоящим заявлением.

Изучив материалы дела, исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17 и 18, части 1 и 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации). Равным образом оно распространяется и на организации как объединения граждан (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004г. № 15-П "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан").

В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина (объединения граждан) часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Тем самым в нормах арбитражного процессуального законодательства находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2017г. № 3032-О, от 26.10.2017г. № 2360-О, от 18.07.2017г. № 1690-О, от 20.12.2016г. № 2665-О и другие).

Всякое заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса в порядке, установленном законом. Тем самым предполагается, что заинтересованные лица вправе обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса лишь в установленном порядке (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2017г. № 879-О).

Арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности, об оспаривании затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц.

Согласно части 1 статьи 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела об оспаривании затрагивающих права и законные интересы лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями (далее – органы, осуществляющие публичные полномочия), должностных лиц, в том числе судебных приставов - исполнителей, рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пленумами Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 6 их совместного постановления № 6/8 от 01.07.1996г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" было разъяснено, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

Частью 1 статьи 65, частью 3 статьи 189 и частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что по делам о признании недействительными ненормативных правовых актов обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Вместе с тем указанные положения не исключают общих требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из которых применительно к категории дел о признании недействительными ненормативных правовых актов обязанность по доказыванию своих доводов и нарушения оспариваемым ненормативным правовым актом прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности возлагается на заявителя.

Указанное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20.12.2016г. № 2665-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав положениями статей 17, 65, 201, 266, 270, 291.6, 291.8 и 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положениями статей 3.1 и 34 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", в соответствии с которой положения статей 65 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ставя возможность удовлетворения арбитражным судом заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц в зависимость от выявления арбитражным судом нарушения оспариваемым решением или действием (бездействием) прав и свобод заявителя, что предполагает наличие у последнего обязанности доказать в ходе судебного заседания факт такого нарушения.

При этом суд отмечает, что в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства.

Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с предоставлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из положений частей 1-5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

По смыслу части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд проверяет законность обжалуемого ненормативного правового акта исходя из обстоятельств, которые существовали на момент его принятия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2016г. № 305-КГ16-382).

Предмет судебного разбирательства по делам об оспаривании ненормативных правовых актов определен частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту.

Осуществление такой проверки судом в силу статьи 123 Конституции Российской Федерации, статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подчинено принципу равноправия и состязательности сторон, в связи с чем судебное разбирательство не должно подменять осуществление контроля в соответствующей административной процедуре.

Аналогичная правовая позиция была сформулирована Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 01.12.2016г. № 308-КГ16-10862.

Указанное означает, что, оценивая в порядке части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность ненормативного правового акта государственного органа, суд не подменяет собой государственный орган, а лишь осуществляет проверку, соответствуют ли его выводы совокупности собранных в ходе административной процедуры доказательств и нормам права.

Иными словами, суд, не имея организационной соподчиненности с административным органом, не должен устанавливать вновь или переустанавливать фактические обстоятельства, подлежащие выяснению в рамках соответствующей административной процедуры, принимать от административного органа и оценивать доказательства, не исследованные им при прохождении административных процедур, а также иным образом подменять правосудие по административным делам административной деятельностью.

Схожие по своему смыслу разъяснения для судов общей юрисдикции были даны Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в абзаце втором пункта 61 постановления от 27.09.2016г. № 36 "О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации", согласно которому суд не вправе признать обоснованным оспариваемое решение, действие, бездействие со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения соответствующего органа, организации, лица, изменяя таким образом основания принятого решения, совершенного действия, имевшего место бездействия.

Судом оцениваются на соответствие закону лишь те выводы, которые были положены в основу обжалуемого ненормативного правового акта, поскольку при рассмотрении дела в рамках главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяется вопрос о законности конкретного ненормативного правового акта, а не спорная ситуация в целом.

В случае, если суд установит, что основание, по которому был принят обжалуемый ненормативный правовой акт, не соответствует закону, это обстоятельство должно повлечь за собой признание такого ненормативного правового акта недействительным.

Статья 8 Конституции Российской Федерации выступает гарантом единого экономического пространства, свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств, поддержки конкуренции, свободы экономической деятельности, статья 34 – запрещает деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.

Как следует из части 1 статьи 1 Федерального закона от 26.07.2006г. № 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее – Закон № 135-ФЗ), данный нормативный правовой акт определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения: монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции (пункт 1); недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации (пункт 2).

Пунктом 7 статьи 4 Закона № 135-ФЗ конкуренция определена как соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Исходя из положений пункта 9 статьи 4 Закона № 135-ФЗ для признания действий хозяйствующего субъекта недобросовестной конкуренцией необходимо наличие в действиях хозяйствующего субъекта всех квалифицирующих признаков, а именно, эти действия должны:

- совершаться хозяйствующим субъектом-конкурентом на одном товарном рынке;

- быть направленными на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности;

- противоречить законодательству, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;

- причинять (иметь возможность причинять) убытки другому хозяйствующему субъекту конкуренту либо наносить вред его деловой репутации.

Совокупность указанных действий является актом недобросовестной конкуренции, поскольку при недоказанности хотя бы одного из элементов состава, действия лица не могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021г. № 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства", в силу запрета недобросовестной конкуренции хозяйствующие субъекты вне зависимости от их положения на рынке при ведении экономической деятельности обязаны воздерживаться от поведения, противоречащего законодательству и (или) сложившимся в гражданском обороте представлениям о добропорядочном, разумном и справедливом поведении (статья 10-bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса, пункты 7 и 9 статьи 4 Закона № 135-ФЗ).

Нарушение хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности норм гражданского и иного законодательства, в том числе в случае неправомерного использования охраняемого результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, само по себе не означает совершение акта недобросовестной конкуренции.

При рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности:

- факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции;

- отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики;

- направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, извлекать преимущество из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам-конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Для доказывания факта недобросовестной конкуренции необходимо установление как специальных признаков, определенных нормами статей 14.1 - 14.7 Закона № 135-ФЗ, так и общих признаков недобросовестной конкуренции, предусмотренных пунктом 9 статьи 4 Закона № 135-ФЗ, статьей 10-bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2019г. № 307-ЭС19-9220, из этого вытекает необходимость отграничивать нарушения лицом положений гражданского законодательства, законодательства о налогах и сборах, законодательства о лицензировании, иного законодательства, влекущие за собой получение различного рода выгод и преимуществ, от нарушений, которые направлены на получение выгод и преимуществ в результате недобросовестной конкуренции.

Статьей 10-bis Конвенции по охране промышленной собственности, заключенной в Париже 20.03.1883г. (Стокгольмский акт от 14.07.1967г., пересматривающий данный документ, ратифицирован СССР указом президиума Верховного Совета СССР от 19.09.1968г. № 3104-VII с оговоркой и заявлением), предусмотрено:

(1) Страны Союза обязаны обеспечить гражданам стран, участвующих в Союзе, эффективную защиту от недобросовестной конкуренции.

(2) Актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах.

(3) В частности, подлежат запрету:

1) все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента;

2) ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную или торговую деятельность конкурента;

3) указания или утверждения, использование которых при осуществлении коммерческой деятельности может ввести общественность в заблуждение относительно характера, способа изготовления, свойств, пригодности к применению или количества товаров.

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно указывалось, что антимонопольное законодательство трактует недобросовестную конкуренцию как деятельность, направленную на получение преимуществ, которая может противоречить не только законодательству и обычаям делового оборота, но и требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, что расширяет область судебного усмотрения в сфере пресечения недобросовестной конкуренции и связано с многообразием форм и методов недобросовестной конкуренции, не все из которых могут прямо противоречить законодательству или обычаям делового оборота (определения от 01.04.2008г. № 450-О-О, от 21.11.2013г. № 1841-О).

В соответствии с частью 1 статьи 39 Закона № 135-ФЗ антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания.

На основании части 8 статьи 44 Закона № 135-ФЗ по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (пункт 1); об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (пункт 2); о выдаче предупреждения в соответствии со статьей 39.1 Закона № 135-ФЗ (пункт 3).

В силу части 9 статьи 44 Закона № 135-ФЗ антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела в следующих случаях: вопросы, указанные в заявлении, материалах, не относятся к компетенции антимонопольного органа (пункт 1); признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют (пункт 2); по факту, явившемуся основанием для обращения с заявлением, материалами, дело возбуждено ранее (пункт 3); по факту, явившемуся основанием для обращения с заявлением, материалами, имеется вступившее в силу решение антимонопольного органа, за исключением случая, если имеется решение антимонопольного органа об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в соответствии с пунктом 2 данной части или решение о прекращении рассмотрения дела в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 48 Закона № 135-ФЗ и заявитель представляет доказательства нарушения антимонопольного законодательства, неизвестные антимонопольному органу на момент принятия такого решения (пункт 4); по факту, явившемуся основанием для обращения с заявлением, материалами, истекли сроки давности, предусмотренные статьей 41.1 Закона № 135-ФЗ (пункт 5); отсутствие нарушения антимонопольного законодательства в действиях лица, в отношении которого поданы заявление, материалы, установлено вступившим в законную силу решением суда или арбитражного суда (пункт 6); устранены признаки нарушения антимонопольного законодательства в результате выполнения предупреждения, выданного в порядке, установленном статьей 39.1 Закона № 135-ФЗ (пункт 7).

Обращаясь в Антимонопольный орган, Общество привело следующие доводы:

- Лаборатория в своих предпринимательских целях незаконным образом использует продукцию Общества, зарегистрированную в установленном законом порядке;

- Лаборатория незаконным образом размещало и распространяло в телекоммуникационной сети Интернет информацию о продукции Общества, более того, Интернет-сайт, на котором Лаборатория размещало скопированную продукцию, полностью идентичен Интернет-сайту Общества;

- генеральный директор Лаборатории Ч.Н.А. в период с 26 апреля по 15 октября 2021 года осуществлял трудовую деятельность в Обществе.

Проанализировав представленные Заявителем к обращению документы, а также документы, поступившие от Общества и Лаборатории в ответ на направленные запросы, Управление установило, что основным видом деятельности Общества по ОКВЭД является производство строительных металлических конструкций, изделий и их частей (код 25.11), а Лаборатории – производство прочих резиновых изделий (код 25.61), общим дополнительным видом деятельности как у Общества, так и Лаборатории является торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями (код 46.73.6), что следует из выписок из Единого государственного реестра юридических лиц.

Совокупность данных обстоятельств позволила Антимонопольному органу прийти к выводу, что вышеназванные юридические лица осуществляют деятельность на одном товарном рынке – торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями.

Заявитель как в ходе рассмотрения его жалобы в Управлении, так и в ходе рассмотрения настоящего дела указывает, что Лаборатория в своих предпринимательских целях незаконным образом использует продукцию Общества, зарегистрированную в установленном законом порядке.

Таким образом, Заявитель в целях подтверждения данного довода должен представить конкретные доказательства, достоверно подтверждающие, что Лаборатория предлагает контрагентам приобрести у нее продукцию, в действительности принадлежащую Обществу, однако реализуемую под видом продукции Лаборатории.

В соответствии с частью 1 статьи 65, пунктом 3 части 1 статьи 126, частью 7 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец и ответчик обязаны приложить к исковому заявлению и отзыву соответственно документы, подтверждающие обстоятельства, на которые они ссылаются, и указать, какие доказательства в подтверждение каких фактических обстоятельств представляются (абзац первый пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021г. № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

На основании части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Однако вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимыми и допустимыми (статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) доказательствами вышеуказанное обстоятельство не подтверждено.

В свою очередь Лаборатория данный факт отрицает, указывая, что никому не направляла предложения приобрести продукцию Общества под видом продукции Лаборатории, кроме того, у нее имеются свой производственный цех, свое собственное оборудование и акт выпуска пробной продукции, который не имеет никакого отношения к Заявителю.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются:

1) произведения науки, литературы и искусства;

2) программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ);

3) базы данных;

4) исполнения;

5) фонограммы;

6) сообщение в эфир или по кабелю радио- или телепередач (вещание организаций эфирного или кабельного вещания);

7) изобретения;

8) полезные модели;

9) промышленные образцы;

10) селекционные достижения;

11) топологии интегральных микросхем;

12) секреты производства (ноу-хау);

13) фирменные наименования;

14) товарные знаки и знаки обслуживания;

14.1) географические указания;

15) наименования мест происхождения товаров;

16) коммерческие обозначения.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", термином "интеллектуальная собственность" охватываются только сами результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации, но не права на них (статья 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации). На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальную собственность) в силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации признаются интеллектуальные права, которые включают в себя исключительное право, являющееся имущественным правом, а также личные неимущественные права (право авторства, право на имя, право на неприкосновенность произведения, право на обнародование, право на отзыв, право на неприкосновенность исполнения) и иные права (например, право следования, право доступа, право на вознаграждение за служебный результат интеллектуальной деятельности, право на защиту фонограммы от искажения при ее использовании, право на получение патента и др.). При этом личные неимущественные и иные права возникают и подлежат защите только в случаях, когда они специально поименованы и их охрана установлена положениями части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации о конкретном виде результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации.

В силу статьи 1353 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующих изобретения, полезной модели или промышленного образца, на основании которой федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности выдает патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Спорная продукция – лента бандажная – сама по себе уникальной продукцией Заявителя не является, доказательства, свидетельствующие об обратном, им не представлены (например, патент на изобретение, о наличии ноу-хау в разработанной исключительно у него продукции). Напротив, в ходе рассмотрения обращения Управлением Третьим лицом были представлены доказательства обратного, которые не были опровергнуты Заявителем.

Более того, в ходе рассмотрения обращения Антимонопольным органом Лабораторией были представлены сведения, также не опровергнутые Обществом, о том, что аналогичная по своей сути продукция реализуется также и иными лицами, в подтверждение чего были представлены каталоги, размещенные на Интернет-сайтах.

Антимонопольным органом было установлено, что акт выпуска пробной партии продукции Лаборатории датирован 25 марта 2022 года, продажа произведенной продукции на рынок в открытый доступ не осуществлялась, после изготовления продукции Лабораторией было проведено испытание головных образцов изделия, изготовленных по ТУ 27.33.13-52072687-2021, по методике испытаний 01-04/22, которые были направлены в испытательную лабораторию "СертификатПлюс", в которой продукция успешно прошла лабораторные испытания и получила сертификаты соответствия ГОСТ и сертификат пожарной безопасности.

Так, производимая Лабораторией продукция имеет следующие сертификаты: сертификат соответствия № ЕАС.04ИБН1.СМ.9237 от 20 апреля 2022 года; сертификат соответствия № РОСС RU.32079.04.СПБ1.ОC07.18909 от 20 апреля 2022 года; сертификат соответствия № РОСС RU.32001.04ИБФ1.ОСП20.18913 от 20 апреля 2022 года.

Материалы для производства изделий приобретались Лабораторией на основании договора купли-продажи № 1 от 03 марта 2022 года, а оборудование, с помощью которого производится ее продукция – на основании договора № 463 от 03 марта 2022 года.

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие у Лаборатории собственных ресурсов для производства спорной продукции, что – в условиях отсутствия доказательств, подтверждающих рассматриваемый довод – также опровергает позицию Заявителя о том, что Лаборатория незаконным образом использует его продукцию.

Каким образом конкретный приобретатель спорной продукции может быть введен в заблуждения относительно ее производителя Обществом также не обосновывается и не подтверждается.

Также не могут быть признаны обоснованными доводы Общества о тождественности Интернет-сайтов, принадлежащих ему и Лаборатории, поскольку, во-первых, абсолютная идентичность, позволяющая ввести в заблуждение пользователя между ними не усматривается, во-вторых, Обществом относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждено, что принадлежащий ему Интернет-сайт был создан ранее Интернет-сайта Лаборатории (в том виде, осмотр которого производился нотариусом).

Аналогичным образом Заявителем вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены доводы о том, что Лаборатория производила размещение на своем Интернет-сайте именно продукции, принадлежащей Обществу, поскольку им не доказано, что размещенные фотоматериалы в действительности принадлежат ему.

В свою очередь Лабораторией совпадение фотоматериалов объяснялось их заимствованием с Интернет-сайта иностранной компании.

Об авторстве конкретного лица на фотографию может свидетельствовать в числе прочего представление этим лицом необработанной фотографии (абзац второй пункта 110 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Какие-либо доказательства, в том числе исходные данные спорных фотоматериалов, Заявителем не представлены.

То обстоятельство, что генеральный директор Лаборатории в определенный временной промежуток являлся сотрудником Общества, в любом случае не может препятствовать ему заниматься предпринимательской деятельностью, в том числе по изготовлению аналогичной продукции.

В условиях же, когда Заявитель не подтвердил уникальность своей продукции и ее производства, данное обстоятельство само по себе не означает (даже в случае использования схожих методов производства), что Лабораторией были допущены какие-либо нарушения положений части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации и антимонопольного законодательства.

В материалах дела также отсутствуют сведения о причинении Лабораторией (либо о создании угрозы причинения) убытков либо нанесении вреда деловой репутации Общества, также отсутствуют сведения о получении Лабораторией преимуществ, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения при осуществлении экономической деятельности за счет Общества.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований не согласиться с выводами Антимонопольного органа, изложенными в обжалуемом Заявителем решении, в связи с чем приходит к выводу, что оно полностью соответствуют требованиям Закона № 135-ФЗ и не нарушает права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (часть 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах заявленные Обществом с ограниченной ответственностью "АКВИЛОН" требования подлежат оставлению без удовлетворения.

руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении заявленных требований Общества с ограниченной ответственностью "АКВИЛОН" отказать.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месяца с момента принятия, если не подана апелляционная жалоба согласно статье 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья И.В.Симахина