Апелляционное определение по делу № 22-3820/2023 от 06.09.2023.

Судья р/с: Яхонтова Е.А. № 22-3820/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 06 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего – Воробьевой Н.С.,

судей Жинковой Т.К., Мельникова Д.А.,

при секретаре судебного заседания Любавиной А.А.,

с участием прокурора Климентьевой Е.Ю.,

осуждённых ФИО1, ФИО2 (с использованием системы видеоконференцсвязи),

защитников-адвокатов Михайлеца А.Г., Матвиенко Н.В., Кондуковой Л.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по:

апелляционной жалобе адвоката Кокрятского А.Ю. на постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 19 мая 2023 года о вознаграждении адвоката, выполняющего работу по назначению суда;

апелляционной жалобе осуждённого ФИО1 на постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 09 июня 2023 года об отказе адвокату Глушковой Э.Н. в удовлетворении ходатайства о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы на постановление суда от 19 мая 2023 года;

апелляционной жалобе осуждённого ФИО1 на постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 22 мая 2023 года об установлении срока для ознакомления с материалами уголовного дела;

апелляционной жалобе осуждённого ФИО1 на постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 13 июля 2023 года об отказе ФИО1 в ознакомлении с выделенными материалами уголовного дела;

апелляционным жалобам с дополнениями осуждённого ФИО1, адвоката Глушковой Э.Н. в его защиту, осуждённого ФИО2, адвоката Кокрятского А.Ю. в его защиту на приговор Тяжинского районного суда Кемеровской области от 19 мая 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, судимый:

19 марта 2021 года приговором Тисульского районного суда Кемеровской области по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 02 годам 06 месяцам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 02 года 06 месяцев,

осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 03 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Тисульского районного суда Кемеровской области от 19 марта 2021 года и по совокупности приговоров на основании ч. 1 ст. 70 УК РФ к назначенному настоящим приговором наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Тисульского районного суда Кемеровской области от 19 марта 2021 года, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 04 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена прежней, срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок назначенного наказания время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 11 мая 2021 года до вступления приговора в законную силу из расчёта: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также время содержания под стражей по приговору Тисульского районного суда Кемеровской области от 19 марта 2021 года в период с 25 мая 2020 года по 10 февраля 2021 года из расчёта: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, <данные изъяты>, судимый:

17 августа 2018 года приговором Тяжинского районного суда Кемеровской области по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 02 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освобождён по отбытию срока наказания 13 августа 2020 года,

осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 04 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена прежней, срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок назначенного наказания время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 11 мая 2021 года до вступления приговора в законную силу из расчёта: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Воробьевой Н.С., выступления осуждённых, защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Климентьевой Е.Ю., полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменений, постановление о вознаграждении защитника Кокрятского А.Ю. изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А :

приговором суда ФИО1 и ФИО2 осуждены за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено 28 апреля 2021 года в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе на постановление суда от 09 июня 2023 года об отказе адвокату Глушковой Э.Н. в удовлетворении ходатайства о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы на постановление суда от 19 мая 2023 года осуждённый ФИО1 выражает несогласие с решением суда, считает его незаконным и необоснованным, ничем не мотивированным. Он (ФИО1) юридически не грамотен и находится в условиях следственного изолятора, заявлял отказ от защитника, который не был удовлетворён судом, не трудоустроен в СИЗО-<данные изъяты>, не имеет денежных средств на лицевом счёте, в связи с чем, просит отменить постановление суда от 09 июня 2023 года, восстановить процессуальный срок для обжалования постановления суда о взыскании процессуальных издержек.

В апелляционной жалобе на постановление суда от 22 мая 2023 года об удовлетворении ходатайства об ознакомлении с материалами уголовного дела и определении срока для ознакомления в 5 суток осуждённый ФИО1 считает решение суда незаконным и необоснованным. Указывает, что ему недостаточно отведённого времени 5 суток для ознакомления с 6 томами уголовного дела. Поскольку судья является заинтересованным лицом в исходе дела, просит отменить постановление от 22 мая 2023 года, восстановить срок для ознакомления и опровержения обвинительного приговора.

В апелляционной жалобе на постановление суда от 13 июля 2023 года осуждённый ФИО1 выражает не согласие с решением суда об отказе в удовлетворении ходатайства об ознакомлении с выделенными материалами уголовного дела в 2-х томах, поскольку при ознакомлении с материалами самого уголовного дела в 7-ми томах, он знакомился только с необходимыми ему материалами, время не затягивал, знакомился без защитника. На основании ч.,ч. 2, 3 ст. 217 УПК РФ он и защитник не могут быть ограничены во времени ознакомления, а постановлений об ограничении ознакомления судом не выносилось. Таким образом, обжалуемое постановление суда не отвечает требованиям УПК РФ, в связи с чем подлежит отмене. Просит обязать суд первой инстанции предоставить ему время для ознакомления с материалами уголовного дела с участием защитника.

В апелляционной жалобе с дополнениями осуждённый ФИО1 просит отменить приговор суда, ссылаясь на отсутствие со стороны потерпевшего И. претензий и заявления о преступлении. Обращает внимание, что по уголовном делу в ходе судебного разбирательства допущено множество нарушений, им были заявлены соответствующие ходатайства, которые судом не удовлетворены; нарушены разумные сроки рассмотрения дела в суде; в ходе очной ставки с ФИО2 они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, а не как обвиняемые.

Считает, что судом не принята во внимание его версия событий, согласно которой ключ от входной двери ему передала Х. когда пришёл к дому, чтобы забрать вещи последней, двери были открыты, только при нахождении в помещении дома у него возник умысел на хищение телевизора. Считает доказанным, что для нахождения на территории дома <данные изъяты>, у него были законные основания, то есть разрешение проживающего в нём лица. Кроме того, поскольку стоимость похищенного им телевизора не превысила 5000 рублей, суд должен был квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 158 УК РФ, и за истечением срока давности освободить от уголовной ответственности.

Полагает, что судом не дано оценки показаниям свидетеля М. в судебном заседании о допущенных следователем нарушениях при допросе свидетеля на предварительном следствии. Не проведена очная ставка с продавцом ломбарда «<данные изъяты>» П., в удовлетворении его ходатайства о вызове данного свидетеля в судебное заседание отказано. Не дана возможность допроса свидетеля Б.. Кроме того, суд лишил его права дачи показаний по существу предъявленного обвинения.

Не объективное исследование всех обстоятельств дела свидетельствует о выступлении суда на стороне обвинения, незаконном осуждении за преступление, которого он не совершал. В нарушение действующего законодательства судом отказано в вызове свидетелей, допрос которых помог бы в установлении его алиби.

Считает, что в ходе судебного заседания государственным обвинителем не было представлено объективных доказательств, подтверждающих его вину в преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО1 просит суд апелляционной инстанции обратить внимание на допущенные предварительным следствием нарушения, что влечёт за собой возврат уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и прекращение уголовного дела. Так, в обвинительном заключении не указан номер уголовного дела, даты допросов обвиняемых, свидетелей, обвинительное заключение не пронумеровано, при изложении доказательств не указано по какому факту, части и статьи УК РФ было совершено преступление, отсутствует ссылка на постановление о возбуждении уголовного дела и рапорт об обнаружении признаков преступления. Неизвестно, где и когда было составлено обвинительное заключение, отсутствует подпись следователя. Полагает, что несоответствие обвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ влечёт незаконность принятого судом решения и его безусловную отмену с возвратом уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В другой дополнительной апелляционной жалобе ФИО1 указывает, что при назначении наказания судом не учтено его состояние здоровья и наличие <данные изъяты>, а наличие такого <данные изъяты> и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств даёт основания для назначения наказания по правилам ч.,ч. 1, 2 ст. 64 УК РФ, без учёта рецидива преступлений, не может превышать 1/3 максимального срока наказания. В связи с чем, просит снизить размер назначенного судом наказания до минимально возможного, заменить назначенное приговором суда наказание более мягким видом – принудительными работами.

В дополнительной апелляционной жалобе от 23 августа 2023 года осуждённый ФИО1 указывает, что приговор постановлен с нарушением требований УПК РФ, так как потерпевшим должна являться Х. как фактический пользователь телевизора, а не И. - его владелец, однако, судом данное обстоятельство не оценено.

Кроме того, по мнению осуждённого, приговор основан на предположениях, поскольку не установлен и не допрошен собственник жилого помещения по <данные изъяты> не выяснено его отношение к незаконному проникновению в дом, не выяснены законность проживания в нём Х. и И. а также наличие у последнего права распоряжения данным жилым помещением.

Просит приговор суда отменить, передать дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Адвокат Глушкова Э.Н. в защиту интересов осуждённого ФИО1 в апелляционной жалобе на приговор считает решение суда незаконным и необоснованным, в связи с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов по следующим основаниям.

По мнению защитника, суд в нарушение требований ст.,ст. 274, 275 УПК РФ перешёл к допросу подсудимого ФИО1 без допроса свидетеля Б., чьи показания содержаться в обвинительном заключении, и к которой у осуждённого имелись вопросы; не предоставил времени ФИО1 для подготовки к допросу; огласил показания осуждённого в ходе предварительного расследования и учёл их в приговоре, тем самым нарушил право на защиту ФИО1, произвольно лишив предоставленного права давать показания по существу предъявленного обвинения, фактически исключив допрос подсудимого из судебного следствия.

Кроме того, в качестве доказательств виновности осуждённых суд привёл в приговоре протокол очной ставки между ФИО1 и ФИО2, однако, в ходе данного следственного действия подозреваемые давали показания в статусе свидетелей, поскольку были предупреждены об уголовной ответственности по ст.,ст. 307, 308 УК РФ. Утверждения ФИО1 о том, что подпись в данном протоколе очной ставки ему не принадлежит, стороной обвинения не были опровергнуты. В связи с чем, защитник просит признать данное доказательство недопустимым, как полученное с нарушением требований УПК РФ, исключив его из приговора.

Указывает, что постановление суда по итогам рассмотрения ходатайства стороны защиты о назначении почерковедческой экспертизы не соответствует требованиям ст.,ст. 7 и 271 УПК РФ.

Приводя содержание показаний свидетелей и осуждённых в ходе судебного разбирательства, полагает, что умысел ФИО1 и ФИО2 на совершение тайного хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище судом установлен неправильно, в связи с чем, просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Осуждённый ФИО2 в своей апелляционной жалобе на приговор суда считает его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. Указывает, что суд, вопреки положениям ст. 74 УПК РФ, в качестве доказательств вины в совершении преступления привёл показания потерпевшего И. и причинённый ущерб.

Судом установлено его <данные изъяты> состояние здоровья и наличие <данные изъяты>, входящего в Перечень заболеваний, утверждённый постановлением Правительства РФ от 01 декабря 2004 года № 715, но не учёл данное обстоятельство в качестве смягчающего, назначив чрезмерно суровое наказание.

Обращает внимание, что свидетель М. свои показания, данные на предварительном следствии, не подтвердила, однако, суд не принял достаточных и эффективных мер для проверки показаний указанного свидетеля, не обоснованно положил в основу приговора показания М. не указав какие именно из её показаний признаёт достоверными.

В нарушение требований закона, суд в приговоре не установил мотив совершения преступления, что обязательно по делам с корыстной направленностью. Не указал какие конкретно действия совершены каждым из соучастников преступления.

Ни на стадии судебного разбирательства, ни в судебном следствии не была допрошена собственник дома <данные изъяты>, отсутствует справка из БТИ на дом, стороной обвинения не доказано того, что собственником дома является И. Квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в жилище» установлен не верно, поскольку дом находился в аварийном состоянии, не пригоден для проживания. Кроме того, в декабре 2021 года данный дом сгорел. Таким образом, данное строение не может быть признано жилищем, так как не приспособлено для постоянного или временного проживания людей. В приговоре не отражено, какими именно доказательствами подтверждается незаконное проникновение в дом.

Не установлена точная стадия его <данные изъяты> заболеваний, что имеет важное значение для назначения наказания.

Просит приговор суда отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение.

В дополнительной апелляционной жалобе ФИО2 просит его действия переквалифицировать с ч. 3 ст. 158 УК РФ на ст. 139 УК РФ; признать недопустимым доказательством протокол очной ставки между ним и ФИО1, в связи с предупреждением их об уголовной ответственности по ст.,ст. 307, 308 УК РФ, исключить протокол из числа доказательств.

В дополнительной апелляционной жалобе осуждённый ФИО2 просит возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение по делу не имеет юридической силы, составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, в нём отсутствуют ссылки на постановление о возбуждении уголовного дела и рапорт об обнаружении признаков преступления.

В апелляционной жалобе на приговор суда адвокат Кокрятский А.Ю. в защиту интересов осуждённого ФИО2 полагает судебное решение незаконным и подлежащим отмене, в связи с отсутствием объективных доказательств причастности ФИО2 к совершению преступления.

Цитируя показания допрошенных в ходе судебного разбирательства ФИО1 и ФИО2, автор апелляционной жалобы считает, что к показаниям ФИО1 на предварительном следствии необходимо отнестись критически, так как они объективно ничем не подтверждены.

Просит приговор суда отменить, ФИО2 оправдать, в связи с непричастностью.

Адвокат Кокрятский А.Ю. в апелляционной жалобе на постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 19 мая 2023 года о вознаграждении защитника, выполняющего работу по назначению суда, просит судебное решение изменить, поскольку суд, удовлетворив его заявление о выплате вознаграждения, допустил арифметическую ошибку в расчёте итоговой суммы, подлежащей выплате, указав о выплате 33580 рублей 20 копеек, вместо 46480 рублей 20 копеек.

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённых и защитников государственный обвинитель по делу ФИО3, и.о. прокурора Тяжинского района Кизилова М.В. приводят доводы, в соответствии с которыми приговор суда считают законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменений, жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, приговор и постановления, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав участвующих лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осуждённых ФИО1 и ФИО2 в совершении указанного в приговоре преступления подтверждаются достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст. 88 УПК РФ.

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии доказательств причастности ФИО2 к тайному хищению имущества потерпевшего, отсутствия предварительного сговора между ФИО1 и ФИО2, факта проникновения ФИО1 в жилище являлись предметом тщательной проверки в суде первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

Данный вывод суда, как того требует закон, вопреки утверждениям стороны защиты, основан на исследованных в судебном заседании с участием сторон доказательствах, которые приведены в приговоре и получили надлежащую оценку.

При этом, в описательно-мотивировочной части приговора в соответствии с положениями п. 2 ст. 307 УПК РФ приведены доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осуждённых и изложены мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебной коллегией не установлено.

В приговоре приведено описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступления.

Оснований полагать, что суд проявил необъективность при рассмотрении настоящего уголовного дела, рассмотрел дело с обвинительным уклоном, не имеется.

При этом, нарушений прав стороны защиты по представлению доказательств не установлено. Судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами справедливости, состязательности и равноправия сторон.

Как следует из протокола судебного заседания, все заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе и ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми, о вызове свидетелей, о назначении почерковедческой экспертизы, были рассмотрены судом первой инстанции в установленном порядке, с приведением мотивов принятых решений, с учётом мнения участников процесса, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. Оснований полагать, что отказ в удовлетворении ходатайств повлёк нарушение права на защиту осуждённых, не имеется.

При проведении судебного разбирательства проверку и оценку получили все исследованные доказательства и необходимые обстоятельства уголовного дела.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в совершении тайного хищения чужого имущества соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и дополняющих друг друга доказательствах.

Так, из оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании показаний осуждённого ФИО1, данных на предварительном следствии, следует, что 28 апреля 2021 года по предложению ФИО2 о хищении телевизора в <данные изъяты>, они проехали в указанный дом, на мебельной стенке обнаружили жидкокристаллический телевизор, вместе вынесли телевизор, на такси поехали в ломбард, продали телевизор по паспорту ФИО2, а денежные средства забрал ФИО2.

Из оглашённых показаний осуждённого ФИО2, в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, данными им в ходе предварительного следствия, следует, что 28 апреля 2023 года в ходе распития спиртного ФИО1 попросил его сходить до дома по <данные изъяты>, по дороге ФИО1 попросил подождать возле дома и вызвать такси. Через некоторое время из данного дома вышел осуждённый из дома с телевизором в корпусе чёрного цвета и погрузил его в подъехавшее такси, а он, подобрав выпавшие возле дома провода от телевизора, также сел в такси. Вместе поехали в ломбард «<данные изъяты>», сдали телевизор по паспорту ФИО1, получили денежную сумму 4500 рублей.

Помимо этого, вина осуждённых ФИО1 и ФИО2 также подтверждается показаниями потерпевшего И., данными в ходе предварительного следствия и судебного заседания, из которых следует, что из жилого дома, принадлежащего его бывшей супруге, где некоторое время проживала Х., был похищен телевизор жидкокристаллический в корпусе чёрного цвета, о чём 06 мая 2021 года ему сообщили сотрудники полиции. Материальный ущерб в размере 5000 рублей на момент хищения для него является значительным, поскольку доход составлял 10 000 – 20 000 рублей, проживал с сожительницей.

Из показаний свидетеля Х., допрошенной в ходе судебного заседания, следует, что она некоторое время проживала в арендованном доме по <данные изъяты>. И. дал ей во временное пользование телевизор. 28 апреля 2021 года употребляла спиртные напитки, в том числе с осуждёнными, в доме по <данные изъяты>, которые отлучались на время, после чего принесли продукты. Со слов осуждённых ей стало известно о краже ими телевизора, принадлежащего И.. До распития спиртного она обращалась к осуждённым с просьбой о переносе её вещей из дома по <данные изъяты>, однако, ключей от дома им не давала, разрешения зайти в дом осуждённые у неё не спрашивали. За неделю до кражи у неё был ФИО2, видел телевизор, ему было известно, что он принадлежит И. Позже со слов соседей ей стало известно, что к дому подъезжало такси.

Из показаний свидетеля Б.1 следует, что со слов Х. ему известно, что И. принёс ей в пользование телевизор, когда она проживала в арендованном доме по ул<данные изъяты> В конце апреля 2021 года со слов брата ему известно, что последний пришёл к Х. в дом, в нём никого не было, дверь открыта.

Аналогичные показания давал в ходе предварительного следствия Б.1 показания которого также были оглашены в ходе судебного следствия в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ.

Из показаний свидетеля К., допрошенного в ходе судебного следствия, следует, что 28 апреля 2021 года он выполнял заказ, работая в такси, прибыл на <данные изъяты>, осуждённые вдвоём вышли из дома, у одного из них был телевизор в руках, поехали в ломбард «<данные изъяты>», куда они зашли вместе. Позже ФИО2 остался в ломбарде, а ФИО1 он увёз на ул. <данные изъяты>.

Приведенные показания осуждённых, потерпевшего, свидетелей, объективно подтверждаются другими, исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности: протоколом осмотра жилого дома <данные изъяты>; товарным чеком № 679 о продаже телевизора за 6990 рублей; договором комиссии № 021216, согласно которого ИП «<данные изъяты>» обязуется совершить сделку по реализации телевизора, полученного от ФИО2; протоколом очной ставки от 11 мая 2021 года между ФИО2 и ФИО1, в ходе которой последний подтвердил совершённую им кражу телевизора И. из дома <данные изъяты> совместно с ФИО2, последний предложил ему совершить кражу указанного имущества.

Перечисленные и другие доказательства, которые были получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне, полно и объективно проанализированы судом, а также согласуются между собой и в своей совокупности с достоверностью подтверждают вину ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Противоречий в доказательствах, а также в выводах суда, относительно вины осуждённых в приговоре не содержится.

Несмотря на доводы стороны защиты о признании протокола очной ставки между ФИО1 и ФИО2 не допустимым доказательством, суд справедливо признал данное доказательство отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку наличие в протоколе следственного действия сведений о предупреждении подозреваемых об уголовной ответственности по ст.,ст. 307, 308 УК РФ не является существенным нарушением требований закона, не влечёт недопустимость доказательства, так как в ходе данного следственного действия ФИО1 и ФИО2 разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ и последствия отказа от этих показаний.

Законных оснований для признания постановления о возбуждении уголовного дела и рапорта об обнаружении признаков преступления недопустимыми доказательствами у суда первой инстанции также не имелось, не усматривает их и судебная коллегия, поскольку отсутствие ссылок на данные документы в обвинительном заключении не является основанием для признания постановления о возбуждении уголовного дела и рапорта об обнаружении признаков преступления не соответствующими требованиями УПК РФ, то есть недопустимыми.

Суд первой инстанции справедливо указал на отсутствие сомнений в том, что по предложению ФИО2 между осуждёнными состоялся предварительный сговор на хищение чужого имущества путём незаконного проникновения в жилище, после чего ФИО1 и ФИО2 незаконно проникли в дом <данные изъяты> откуда похитили телевизор. Их умысел был полностью реализован.

Вопреки доводам жалоб, суд обоснованно сослался в приговоре как на доказательства виновности осуждённых на показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, подтверждённые осуждённым в ходе очной ставки (том № 1 л.д. 35-36, 46-47, том № 2 л.д. 94-97).

Показания ФИО1 в суде, при которых он пояснял об отсутствии предварительного сговора с ФИО2, непричастности последнего к хищению, оказанном на него в ходе предварительного расследования давлении, суд обоснованно признал способом защиты осуждённого от предъявленного обвинения, мотивировав в приговоре указанные выводы.

Суд выяснял причины изменения осуждённым ФИО1 показаний и в приговоре мотивировал выводы о том, по каким основаниям отвергнуты одни показания и признаны достоверными другие.

Кроме того, данных о том, что признательные показания в ходе предварительного расследования осуждённым ФИО1 давались с использованием недозволенных методов со стороны правоохранительных органов представленные материалы уголовного дела не содержат. При этом, в следственных действиях с участием ФИО1 участвовал защитник, каких-либо замечаний по окончании проведения следственных действий как со стороны осуждённого, так и его защитника, не поступило. Версия ФИО1 о применении к нему принуждения со стороны следователя, совершённых передачах сотрудниками уголовного розыска была проверена судом и не нашла своего подтверждения. Выводы суда об этом в приговоре надлежащим образом мотивированы, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для признания показаний потерпевшего, свидетеля Х., свидетеля М. (на предварительном следствии) недопустимыми доказательствами, не имеется.

Судебная коллегия отмечает, что показания потерпевшего, свидетелей об известных им обстоятельствах нашли своё объективное отражение в исследованных судом доказательствах, у суда не было оснований не доверять им, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах дела и изложенными в приговоре, в том числе признательными показаниями самого ФИО1, в связи с чем, суд дал им надлежащую оценку, указывая на отсутствие оснований для оговора осуждённых потерпевшим, свидетелем, заинтересованности в исходе дела.

Факт не подтверждения свидетелем М. своих показаний на предварительном следствии, оглашённых судом, не является основанием признавать их не достоверными, поскольку свидетель М. не отрицала в суде, что была допрошена следователем при указанных в протоколе допроса обстоятельствах, подписала протокол следственного действия собственноручно, а ссылка свидетеля на подписание протокола без ознакомления с его содержанием и нахождение М. в алкогольном опьянении во время допроса противоречит сделанной свидетелем собственноручной записью в протоколе о прочтении показаний и подписью.

Оснований для признания показаний М., данных на предварительном следствии, не достоверными и недопустимыми доказательствами у суда первой инстанции не имелось, не находит таковых и судебная коллегия, а её показания в суде, противоречащие показаниям на следствии, следует объяснять запамятвованием событий по прошествии 2-х лет.

Вопреки доводам жалоб, квалифицирующий признак «группа лиц по предварительному сговору» нашёл своё подтверждение и установлен судом правильно, поскольку до начала совершения хищения между осуждёнными была достигнута договоренность по способу его совершения, месту и распоряжению имуществом.

Завладение имуществом носило тайный характер, без согласия и воли собственника телевизора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не добыто сведений о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств стороны обвинения.

Отсутствие в материалах дела заявления И. о совершённом преступлении не противоречит требованиям закона о возбуждении уголовного дела, поскольку уголовное преследование от имени государства по уголовным делам публичного обвинения осуществляют прокурор, а также следователь и дознаватель. Основанием для возбуждения уголовного дела и уголовного преследования явился рапорт оперуполномоченного полиции об обнаружении признаков преступления и объяснения заинтересованных лиц, что не противоречит требованиям ст. 140, 146 УПК РФ. В связи с чем доводы жалоб в данной части являются не состоятельными.

Стоимость похищенного телевизора 5000 рублей сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривалась. С учётом показаний потерпевшего о приобретении телевизора за 11300 рублей, его оценки И. с учётом срока эксплуатации и физического износа в суде – в 10000 рублей, на предварительном следствии – в 5000 рублей, доказательств продажи данного телевизора из ломбарда за 6990 рублей (том № 1 л.д. 104), стоимость похищенного имущества является обоснованной.

Размер ущерба в сумме 5000 рублей для потерпевшего И. судом обоснованно расценён в качестве значительного, поскольку составляет не менее установленного для этих целей законом размер, а также с учётом имущественного положения потерпевшего, значимости для него похищенного имущества, о чём потерпевший подтвердил в суде.

Квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в жилище» нашёл своё подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку ФИО1 и ФИО2 совершили тайное хищение имущества из жилого дома, проникнув в него против воли и согласия проживающих в нём лиц или собственника.

Доводы стороны защиты о правомерности нахождения ФИО1 в данном жилом доме, а именно по просьбе и с согласия свидетеля Х., опровергаются показаниями последней об обратном, а также показаниями самого ФИО1 на предварительном следствии о том, что именно ФИО2 предложил ему съездить в дом <данные изъяты> и похитить оттуда телевизор, который затем продать. Х. разрешение ФИО1 на посещение дома, в котором уже не проживала на момент совершения преступления, не давала.

Состояние дома, требующего ремонта, не является основанием для признания дома не отвечающего признакам жилища, поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что дом использовался для постоянного проживания свидетелями Б.1 и Х.. С выводами суда в данной части судебная коллегия полностью согласна.

Не проведение очной ставки с продавцом ломбарда «<данные изъяты>», отказ суда в вызове данного лица в судебное заседание не являются процессуальными нарушениями, касающихся фактических обстоятельств дела, либо вопросов квалификации действий и доказанности вины осуждённых, и не предполагает дополнительного расследования или проведения судебного следствия.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона как в ходе предварительного расследования, так и при рассмотрении дела судом не допущено.

Вопреки утверждениям ФИО1, о наличии у него алиби последний в ходе судебного разбирательства не заявлял, поэтому оснований проверять алиби ФИО1 и вызывать дополнительных свидетелей у суда не имелось.

Обвинительное заключение по делу соответствует положениям ст. 220 УПК РФ, оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены в рамках установленных законом процедур с соблюдением принципов уголовного судопроизводства. Осуждённым были созданы необходимые условия для реализации своих процессуальных прав.

Рассмотрение судом ходатайств путём вынесения постановления об отказе в их удовлетворении на месте, без удаления в совещательную комнату и изготовления отдельного постановления, не является нарушением требований уголовно-процессуального закона, поскольку указанным законом допускается принятие решений устно, путём занесения их в протокол судебного заседания, что не препятствует участникам процесса обжаловать его одновременно с итоговым решением по делу при несогласии.

По итогам судебного разбирательства судом постановлен приговор, в описательно-мотивировочной части которого изложено описание преступного деяния, признанного доказанным, приведены доказательства, на которых основаны выводы суда.

Доводы адвоката Глушковой Э.Н. о не предоставлении времени ФИО1 для подготовки к допросу, оглашении его показаний, данных на предварительном следствии, нарушении право на защиту ФИО1, произвольном лишении ФИО1 права давать показания по существу предъявленного обвинения, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку как следует из содержания протокола и аудиозаписи судебного заседания, подсудимым было предоставлено право судом на подготовку к допросу, в судебном заседании ФИО1 отказался от дачи показаний по эпизоду хищения имущества, принадлежащего И., в связи с чем, по ходатайству государственного обвинителя судом было принято решение об оглашении показаний ФИО1, данных на предварительном следствии, после оглашения показаний ФИО1 на вопросы защитника давал показания по существу предъявленного обвинения 05 мая 2023 года (том № 7 л.д. 171-оборот). Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах право на защиту осуждённого ФИО1 судом первой инстанции нарушено не было.

Оснований для признания потерпевшим по уголовному делу не И., а иного лица, как предложено в апелляционных жалобах осуждённых – Х. или Г., не имелось ни у органов предварительного расследования, ни у суда первой инстанции по следующим основаниям. В ходе судебного разбирательства установлено, что похищенный ФИО1 и ФИО2 телевизор принадлежит И., передавшим своё имущество во временное пользование Х.. На момент совершения преступления Х. в доме, из которого совершено хищение, не проживала, распоряжаться находившимся там телевизором И. разрешения ни Х., ни Г. не давал. Следовательно, незаконными действиями осуждённых ФИО1 и ФИО2 причинён имущественный вред только потерпевшему И., а не иным лицам.

То обстоятельство, что собственником дома, из которого похищено имущество И., является не потерпевший, а иное лицо – бывшая супруга И., не имеет юридического значения для квалификации действий ФИО1 и ФИО2, не свидетельствует об отсутствии в их действиях состава преступления, за которое они осуждены, поскольку как установлено в ходе судебного разбирательства законных оснований для проникновения в жилое помещение, в котором находилось похищенное имущество, ФИО1 и ФИО2 не имели.

Вопреки доводам стороны защиты, законность проживания в доме по адресу: <данные изъяты> потерпевшего И. или свидетеля Х. также не является предметом доказывания по предъявленному осуждённым обвинению, поскольку не влияет на квалификацию действий ФИО1 и ФИО2.

Вопреки доводам ФИО2, в приговоре подробно описаны действия каждого из осуждённых по реализации общего преступного умысла, а также верно установлен корыстный мотив преступления, который, в том числе, подтверждается последующими действиями ФИО1 и ФИО2, направленными на реализацию похищенного за денежное вознаграждение.

Таким образом, судебная коллегия считает, что суд обоснованно пришёл к выводу о виновности осуждённых ФИО1 и ФИО2 и их действия правильно квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

Доводы апелляционных жалоб ФИО1 на постановления суда от 22 мая 2022 года, 09 июня 2023 года, 13 июля 2023 года судебная коллегия признаёт несостоятельными по следующим основаниям.

Постановление суда от 09 июня 2023 года об отказе адвокату Глушковой Э.Н. в удовлетворении ходатайства о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы на постановление от 19 мая 2023 года о возмещении процессуальных издержек за счёт осуждённого ФИО1 принято судом в соответствии с требованиями ст.,ст. 7, 389.4, 389.5 УПК РФ, надлежаще мотивировано, и его законность и обоснованность сомнений у судебной коллегии не вызывает. Доводы адвоката Глушковой Э.Н., указанные в качестве уважительности причин для пропуска процессуального срока на обжалование решения суда от 19 мая 2023 года, а именно: юридическая неграмотность осуждённого ФИО1 и его нахождение в следственном изоляторе, не могут свидетельствовать об уважительности причин для пропуска срока обжалования постановления суда его адвокатом – профессиональным защитником, составившим и подавшим апелляционную жалобу на приговор суда в установленный законом срок. Таким образом, выводы суда об отсутствии уважительных причин для пропуска срока обжалования постановления суда от 19 мая 2023 года и отказа в удовлетворении ходатайства адвоката судебная коллегия считает обоснованными, с ними полностью согласна и оснований для отмены постановления суда от 09 июня 2023 года, не усматривает.

Постановлением Тяжинского районного суда Кемеровской области от 22 мая 2023 года удовлетворено ходатайство осуждённого ФИО1 о повторном ознакомлении с материалами уголовного дела, но определён срок для ознакомления в течение 5 суток с начала проведения ознакомления, с чем ФИО1 выразил не согласие в апелляционной жалобе, полагая, что отведённого ему судом времени для ознакомления недостаточно, поскольку материалы дела составляли 6 томов, а судья является заинтересованным лицом в исходе дела.

Вместе с этим, судебная коллегия, обсудив доводы, приведённые осуждённым ФИО1, изучив материалы дела и приговор, приходит к выводам о законности и обоснованности принятого судом первой инстанции решения об установлении ФИО1 определённого срока для ознакомления в течение 5 суток. Так, из решения суда и материалов уголовного дела следует, что оно поступило в Тяжинский районный суд Кемеровской области для рассмотрения по существу 25 июня 2021 года в количестве 2 тома. Находилось в производстве до провозглашения обвинительного приговора до 19 мая 2023 года. Постановлением Тяжинского районного суда от 05 мая 2023 года прекращено уголовное преследование ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Постановлением от 19 мая 2023 года по этим же основаниям прекращено уголовное преследование в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 158 УК РФ. Указанные решения суда не обжалованы в апелляционном порядке. По окончании предварительного расследования и рассмотрения дела судом первой инстанции ФИО1 и ФИО2 знакомились с материалами уголовного дела в полном объёме (том № 2 л.д. 105, том № 6 л.д. 74-77, том № 7 л.д. 93). При этом, доказательства по обвинению осуждённых в преступлении содержатся в томах №№ 1 и 2, тома №№ 3, 4, 5, 6 – составляют материалы судебного производства, состоящие из протокола судебного заседания, извещений суда, заявлений и разрешений о телефонных переговорах и свиданий осуждённых, том № 7 – заключения эксперта по прекращённому составу преступления, протокола судебного заседания и приговора, которые вручены осуждённым. Таким образом, предоставленный судом срок для повторного ознакомления осуждённого ФИО1 с материалами уголовного дела в 5 суток, судебная коллегия считает разумным с учётом вышеизложенного, а также того, что, вопреки утверждениям ФИО1, осуждённому было достаточно предоставленного судом срока для ознакомления с материалами уголовного дела и аудиозаписью судебного заседания, что подтверждается его распиской о полном ознакомлении (том № 7 л.д. 207, 210).

Кроме того, постановление суда от 13 июля 2023 года об отказе ФИО1 в удовлетворении ходатайства об ознакомлении с выделенными материалами из настоящего уголовного дела, в связи с обжалованием решений суда о продлении срока содержания ФИО1 и ФИО2 по стражей, судебная коллегия также находит законным и обоснованным. Как следует из обжалуемого судебного решения, данные выделенные материалы состоят из копий материалов самого уголовного дела, с которыми ФИО1 уже был ознакомлен со 02 по 07 июня 2023 года, и для проведения повторного ознакомления у суда оснований не имелось, в ходатайстве ФИО1 не указывалось.

Поскольку право осуждённого ФИО1 на дополнительное ознакомление с материалами уголовного дела полностью реализовано, ходатайство о проведении ознакомления с участием защитника не заявлялось, предоставленного срока для ознакомления осуждённому было достаточно, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены постановлений суда от 22 мая 2023 года и 13 июля 2023 года, а доводы жалоб ФИО1 в данной части признаёт необоснованными.

Наказание осуждённым ФИО1 и ФИО2 назначено судом с учётом положений ст.,ст. 6, 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осуждённых: ФИО1 - <данные изъяты>; ФИО2 - <данные изъяты>; обстоятельств, смягчающих наказание, у ФИО2, кроме того, отягчающего наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 судом учтено: признание вины в ходе предварительного расследования, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 судом учтено: наличие <данные изъяты> ребёнка, активное способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления.

Иных смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, и подлежащих обязательному учёту при назначении наказания осуждённым, по настоящему делу не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Вопреки доводам жалоб осуждённых, <данные изъяты> состояние здоровья последних учтено судом в качестве данных о личности, вместе с этим, указанное обстоятельство не являются безусловным основаниям для признания смягчающим, так как не предусмотрено ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, подлежащих обязательному учёту при назначении наказания.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

В связи с отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, при назначении наказания ФИО1 судом обоснованно учтены требования ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Вместе с этим, обоснованно учено в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидив преступлений в действиях ФИО2, который в силу п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным, в связи с чем, при назначении наказания ФИО2 правильно применены правила ч. 2 ст. 68 УК РФ, отсутствовали основания для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд привёл в приговоре мотивы отсутствия оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, с которыми судебная коллегия считает необходимым согласиться.

Судебная коллегия также находит обоснованным вывод суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а ФИО2, кроме того ч. 3 ст. 68 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осуждённых во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по уголовному делу не имеется.

Необходимость назначения осуждённым наказания в виде лишения свободы и отсутствие при этом оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, нецелесообразности назначения дополнительного наказания суд в приговоре мотивировал надлежащим образом. Не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Совершение тяжкого преступления в течение испытательного срока, установленного приговором от 19 марта 2021 года, является безусловным основанием для отмены ФИО1 условного осуждения по предыдущему приговору и назначения окончательного наказания по совокупности приговоров в порядке ст. 70 УК РФ.

Судебная коллегия считает, что вид и размер назначенного наказания осуждённым ФИО1 и ФИО2, как за совершённое преступление, и ФИО1 по правилам ст. 70 УК РФ, в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, личностям осуждённых, требованиям закона, целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, и является справедливым и соразмерным содеянному.

Оснований для признания наказания, назначенного удом, чрезмерно суровым и для его снижения, судебная коллегия не усматривает. Как и не усматривает оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ, поскольку не приходит к убеждению о возможности исправления осуждённых без реального отбывания наказания в местах лишения свободы.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы осуждённым определён правильно, с учётом категории совершённого ими преступления, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

По смыслу уголовного закона, назначая лицу наказание в виде лишения свободы по совокупности преступлений или по совокупности приговоров, суд должен назначить ему вид исправительного учреждения в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ после определения окончательной меры наказания. ФИО1 осуждён приговором суда от 19 марта 2021 года за совершение преступлений средней тяжести при рецидиве преступлений и как отбывавший наказание в виде лишения свободы. Таким образом, вид исправительного учреждения ФИО1 - колония строго режима судом определён верно, поскольку окончательное наказание ему назначено по совокупности с приговором, по которому ФИО1 надлежало отбывать наказания в ИК строгого режима.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Вместе с тем, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы адвоката Кокрятского А.Ю. на постановление суда от 19 мая 2023 года о вознаграждении защитника, выполняющего работу по назначению суда, и считает, что указанное постановление подлежит изменению по следующему основанию.

Так, суд, принимая решение об удовлетворении заявления адвоката Кокрятского А.Ю. о вознаграждении защитника за проделанную работу в защиту интересов осуждённого ФИО2 по назначению суда в ходе судебного разбирательства за 13 дней работы (2610 рублей 40 копеек за 1 день), начиная с 01 октября 2022 года по 19 мая 2023 года, допустил арифметическую ошибку в расчётах. Указал, что сумма, подлежащая выплате адвокату из средств федерального бюджета за 13 дней, составила 20935 рублей 20 копеек (2610 рублей 40 копеек х 13 дней = 20935 рублей 20 копеек), а всего общая сумма подлежащая выплате - 33480 рублей 20 копеек. Вместе с этим, с учётом удовлетворения заявления адвоката Кокрятского А.Ю. в полном объёме, сумма, подлежащая выплате адвокату за 13 дней работы, составляет 33935 (тридцать три тысячи девятьсот тридцать пять) рублей 20 копеек (2610, 40 рублей х 13 дней), а общая сумма – 46480 (сорок шесть тысяч четыреста восемьдесят) рублей 20 копеек.

Допущенная судом арифметическая ошибка привела к необоснованному снижению суммы, подлежащей выплате адвокату Кокрятскому А.Ю., в связи с чем, обжалуемое защитником судебное решение подлежит изменению в указанной части.

Поскольку судебная коллегия при отсутствии апелляционного повода, не вправе ухудшить положение осуждённого ФИО2, взысканные с него в порядке регресса суммы процессуальных издержек, связанные с вознаграждением адвоката Кокрятского А.Ю., увеличению не подлежат.

Кроме того, проверяя судебное решение в полном объёме, судебная коллегия считает необходимым отметить, что выводы суда первой инстанции о взыскании с осуждённых ФИО1 и ФИО2 в пользу федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с вознаграждением защитников, как на предварительном следствии, и в ходе судебного разбирательства, являются правильными, надлежащим образом мотивированными.

Адвокаты Глушкова Э.Н., Константинов Е.Н., Кокрятский А.Ю. осуществляли защиту прав и интересов ФИО1 и ФИО2 и оказывали ему юридическую помощь в ходе предварительного расследования и в суде в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, а также ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

Расчёт размера оплаты вознаграждения произведён в соответствии с требованиями п.п. «б», «г» п. 22.1 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 1240 от 01 декабря 2012 года, и в указанной части сторонами не оспаривается.

Вопрос о взыскании с осуждённых сумм процессуальных издержек был предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции, с учётом позиции осуждённых относительно взыскиваемых сумм, против взыскания которых осуждённый ФИО2 не возражал, ФИО1 выразил возражения, в связи с ранее поданным заявлением об отказе от защитника.

Заявление ФИО1 об отказе от защитника, поданное на предварительном следствии, судом обоснованно расценено в качестве вынужденного отказа, поскольку ФИО1 свой отказ не мотивировал материальным положением, в ходе судебного разбирательства подал многочисленные заявления в коллегию адвокатов об оказании ему консультаций по уголовному делу, пользовался помощью адвоката активно, в том числе вне судебных заседаний (том № 5 л.д. 107-148, том № 7 л.д. 110-128), то есть фактически от помощи назначенного ему следователем и судом защитника не отказывался.

Суд пришёл к верному выводу, что предусмотренных законом оснований, в том числе установленных ст. 132 УПК РФ, для освобождения ФИО1 и ФИО2 от возмещения процессуальных издержек не имеется.

Учитывая, что осуждённые трудоспособны и не лишены возможности трудиться и, соответственно, получать заработную плату, как в исправительной колонии, так и после освобождения из мест лишения свободы, <данные изъяты>, препятствующих трудоустройству не имеют, доказательств имущественной несостоятельности либо тяжелого материального положения лиц, находящихся на их иждивении, не представлено, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о необходимости взыскания, как с ФИО1, так и с ФИО2, в пользу государства процессуальных издержек, связанных с вознаграждением защитников.

Иных оснований для отмены либо изменения постановления суда от 19 мая 2023 года не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.,ст. 389.15, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Тяжинского районного суда Кемеровской области от 19 мая 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2, постановления Тяжинского районного суда Кемеровской области от 22 мая 2023 года, 09 июня 2023 года, 13 июля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, апелляционные жалобы осуждённых, защитников – без удовлетворения.

Постановление Тяжинского районного суда Кемеровской области от 19 мая 2023 года в части выплаты вознаграждения защитнику Кокрятскому А.Ю. за оказание юридической помощи осуждённому ФИО2 в ходе судебного разбирательства изменить. Увеличить размер подлежащего выплате адвокату Кокрятскому А.Ю. вознаграждения из средств федерального бюджета до 46480 (сорок шесть тысяч четыреста восемьдесят) рублей 20 копеек. В остальной части постановление суда оставить без изменений, апелляционную жалобу адвоката Кокрятского А.Ю. удовлетворить.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осуждёнными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Н.С. Воробьева

Судьи: Т.К. Жинкова

Д.А. Мельников