Решение по делу № 3А-150/2024 от 03.03.2025

Дело (УИД) № 18OS0000-01-2024-000088-23

Производство № 3а-5/2025 (3а-150/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 марта 2025 года город Ижевск

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Малкова К.Ю.,

при секретаре судебного заседания Степановой А.Н.,

с участием:

прокурора Бузанаковой Е.Б.,

представителя административного ответчика Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Офисный центр» о признании нормативных правовых актов недействующими в части,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Офисный центр» (далее по тексту – ООО «Офисный центр», административный истец, Общество) обратилось в Верховный Суд Удмуртской Республики с административным исковым заявлением, которым просит суд признать недействующими со дня принятия:

- пункт 557 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год»;

- пункт 479 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 26 декабря 2016 года № 546 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год»;

- пункт 484 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2017 года № 502 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год»;

- пункт 354 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2018 года № 507 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год».

Административное исковое заявление мотивировано тем, что административный истец в период времени с 16 ноября 2009 года по 13 октября 2020 года являлся собственником нежилого помещения, общей площадью 2 340,5 кв.м., этаж №4, этаж №5, этаж №6, этаж №7 с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> которое находится в нежилом здании, общей площадью 5 031,6 кв.м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> Названное нежилое помещение с кадастровым номером № административным ответчиком было включено в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на 2016, 2017, 2018, 2019 годы. Административный истец считает, что указанные нормативные правовые акты в части соответствующих пунктов противоречат требованиям статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации и нарушают его права как налогоплательщика, поскольку нежилое здание, в котором расположено заявленное помещение, на момент утверждения названных Перечней было расположено на земельном участке с видом разрешенного использования «Для эксплуатации и обслуживания административного здания», который не предусматривает однозначно размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, а также торговых объектов, объектов общественного питания или бытового обслуживания. Кроме того, заявленное помещение не обладает признаками объекта налогообложения, в отношении которого налоговая база должна определяться как его кадастровая стоимость, поскольку в соответствии с документами технического учета (инвентаризации) назначение, разрешенное использование и наименование помещений, расположенных в заявленном объекте недвижимости, не предусматривают размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, а также торговых объектов, объектов общественного питания или бытового обслуживания в размере более 20% от общей площади данного объекта. Вид фактического использования помещения до утверждения оспариваемых Перечней не определялся, соответствующие акты обследований не составлялись. Административный истец полагает, что у административного ответчика отсутствовали основания для включения заявленного объекта недвижимости в оспариваемые Перечни. Включение данного объекта в названные Перечни противоречит нормам Налогового кодекса Российской Федерации, и нарушает права административного истца, так как незаконно возлагает на него обязанность уплачивать имущественный налог в порядке статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, то есть в повышенном размере.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики, Бюджетное учреждение Удмуртской Республики «Центр кадастровой оценки и технической инвентаризации недвижимого имущества» (далее – БУ УР «ЦКО БТИ»), Управление Федеральной налоговой службы России по Удмуртской Республике, Публично-правовая компания «Роскадастр» (далее – ППК «Роскадастр»), Администрация города Ижевска, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике (далее по тексту – Управление Росреестра по Удмуртской Республике), ФИО2

В судебное заседание представители административного истца, заинтересованных лиц БУ УР «ЦКО БТИ», Управления ФНС по Удмуртской Республике, ППК «Роскадастр», Администрации города Ижевска, Управления Росреестра по Удмуртской Республике, заинтересованное лицо ФИО2 не явились, в материалах дела имеются сведения о надлежащем извещении указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства.

Учитывая требования статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), положения статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд в соответствии с частью 5 статьи 213 КАС РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, признав их явку не обязательной.

Представитель административного ответчика Правительства Удмуртской Республики и заинтересованного лица Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики (далее – Минимущество УР) ФИО1 в судебном заседании возражала против удовлетворения административного искового заявления и пояснила, что основанием для включения в оспариваемые Перечни заявленного помещения административного истца послужили данные, полученные из открытых источников сети «Интернет» о нахождении в данном здании различных организаций, осуществляющих коммерческий виды деятельности, в том числе, торговую деятельность, помещения используются в качестве офисов. Кроме того, были получены сведения из акта осмотра объекта недвижимости, составленного по результатам осмотра, проведенного сотрудником налогового органа в 2017 году. Кроме того, сведения, содержащиеся в технической документации, также свидетельствуют о предназначении спорного помещения для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания. Кроме того, необходимо учитывать правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 30 января 2024 года № 8-О-Р о том, что государственные органы по прошествии времени ограничены в возможности доказать обоснованность включения объекта недвижимости в перечни. Фактическое обследование заявленного объекта недвижимости перед утверждением оспариваемых Перечней не производилось, так как собственник с соответствующим заявлением в Минимущество УР не обращался.

Прокурор Бузанакова Е.Б. в судебном заседании дала заключение по делу, в соответствии с которым имеются основания для удовлетворения административного иска.

Выслушав объяснения представителя административного ответчика и заинтересованного лица, исследовав материалы настоящего административного дела, а также материалы административных дел №3а-26/2023, №3а-19/2024, выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 208 КАС РФ с административным исковым заявлением о признании нормативного правового акта недействующим полностью или в части вправе обратиться лица, в отношении которых применён этот акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы.

Согласно статье 215 КАС РФ, нормативный правовой акт может быть признан судом недействующим полностью или в части, если установлено его противоречие (несоответствие) иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Материалами дела подтверждается, что административный истец ООО «Офисный центр» в период времени с 16 ноября 2009 года по 13 октября 2020 года являлся собственником объекта недвижимости – помещения, назначение: нежилое, наименование: нежилое помещение в здании, площадью 2 340,5 кв.м., этаж №4, этаж №5, этаж №6, этаж №7, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №

Данное нежилое помещение в юридически значимые периоды времени было расположено в нежилом семиэтажном здании, площадью 5031,6 кв.м., с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>

Названное нежилое здание в свою очередь было расположено в пределах земельного участка с кадастровым номером №, относящегося к категории - земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования «Для эксплуатации и обслуживания административного здания».

Данный вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером № был актуальным на момент утверждения оспариваемых нормативных правовых актов.

Названный земельный участок на момент утверждения оспариваемых нормативных правовых актов был предоставлен административному истцу на условиях аренды в соответствии с договором аренды №2399 от 3 февраля 2003 года в редакции соглашений №2399/3 от 26 ноября 2009 года, №2399/4 от 26 декабря 2013 года, в соответствии с договором аренды №6573 от 12 сентября 2018 года.

В силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Оспариваемыми в части нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации урегулированы общественные отношения в сфере налогообложения.

Согласно статей 72 и 76 Конституции Российской Федерации установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон.

Согласно статей 3, 14 и 15 Налогового кодекса Российской Федерации каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги, которые должны иметь экономическое обоснование и не могут быть произвольными.

Подпунктом 33 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», действующего на момент принятия оспариваемых нормативных правовых актов, к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, отнесено решение вопросов установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов, а также установления налоговых ставок по федеральным налогам в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Аналогичные полномочия органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения закреплены в пункте 67 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 года №414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации».

Как следует из материалов дела, заявленное нежилое помещение с кадастровым номером № было включено под пунктом 557 в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год, под пунктом 479 в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, под пунктом 484 в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, под пунктом 354 в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год.

Положениями Налогового кодекса Российской Федерации установлен на территории Российской Федерации среди прочих налог на имущество организаций (глава 30 части 2 Налогового кодекса РФ).

Налог на имущество организаций относится к региональным налогам, устанавливается Налоговым кодексом Российской Федерации и законами субъектов Российской Федерации, вводится в действие в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации законами субъектов Российской Федерации и с момента введения в действие обязателен к уплате на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, если иное не предусмотрено статьей 372.1 Налогового кодекса Российской Федерации (подпункт 1 статьи 14, пункт 1 статьи 372 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ)).

В силу статьи 373 НК РФ организации являются налогоплательщиками налога на находящееся у них в собственности имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 374 названного Кодекса.

Таким образом, административный истец, в связи с находившимся в его собственности нежилым помещением с кадастровым номером 18:26:050788:228, является плательщиком налога на имущество организаций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 375 НК РФ налоговая база в отношении отдельных объектов недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости и подлежащая применению с 1 января года налогового периода, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 378.2 настоящего Кодекса.

Налог на имущество организаций в Удмуртской Республике урегулирован Законом Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике», которым предусмотрено, что налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества применяется к объектам недвижимости, указанным в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи, включенным в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период, утверждаемый Правительством Удмуртской Республики.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что административный истец, являвшийся в заявленные налоговые периоды собственником нежилого помещения с кадастровым номером №, и плательщиком налога на имущество организаций, размер которого исчисляется из кадастровой стоимости объекта недвижимости, является субъектом правоотношений, регулируемых оспариваемыми нормативными правовыми актами. Поскольку права административного истца в связи с включением принадлежащего ему объекта недвижимости в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, затрагиваются, постольку он обладает правом на обжалование нормативных правовых актов в соответствующих частях.

Пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ установлено, что уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1 числа очередного налогового периода по налогу на имущество организаций определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 статьи 378.2 Кодекса, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

Таким образом, формирование перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется исходя из их кадастровой стоимости, в том числе и для целей исчисления и уплаты налога, регламентируется пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ и конкретизирующими его положения актами.

В связи с указанными основаниями, суд приходит к выводу о том, что в Удмуртской Республике в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК Российской Федерации уполномоченным органом исполнительной власти по определению перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость на соответствующий налоговый период является Правительство Удмуртской Республики.

Правительство Удмуртской Республики в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации, актами Правительства Российской Федерации, Конституцией Удмуртской Республики, настоящим Законом, другими законами Удмуртской Республики, актами Главы Удмуртской Республики издает постановления и распоряжения, обеспечивает их исполнение. Акты, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Удмуртской Республики (статья 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года №84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики»).

Реализуя свои полномочия, Правительство Удмуртской Республики утвердило:

- перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год, издав постановление от 29 декабря 2015 года № 586;

- перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, издав постановление от 26 декабря 2016 года № 546;

- перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, издав постановление от 29 ноября 2017 года № 502;

- перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год, издав постановление от 29 ноября 2018 года № 507.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год, нежилое помещение с кадастровым номером № вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 557.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586 опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 29 декабря 2015 года и 4 января 2016 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586 неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 557.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, нежилое помещение с кадастровым номером № вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 479.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики от 26 декабря 2016 года № 546 опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 28 декабря 2016 года.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики от 26 декабря 2016 года № 546 неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 479.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, нежилое помещение с кадастровым номером № вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 484.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2017 года № 502 опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 30 ноября 2017 года и 4 декабря 2017 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2017 года № 502 неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 484.

В соответствии с утвержденным Перечнем объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год, нежилое помещение с кадастровым номером № вошло в данный перечень, что нашло отражение в пункте 354.

Названное постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2018 года № 507 опубликовано в соответствии со статьей 13 Закона Удмуртской Республики «О Правительстве Удмуртской Республики» на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) 29 ноября 2018 года и 3 декабря 2018 года на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru.

В последующем в постановление Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2018 года № 507 неоднократно вносились изменения. Однако данные изменения не касались оспариваемого пункта 354.

Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что при принятии оспариваемых нормативных правовых актов порядок их принятия соблюден, а именно оспариваемые нормативные правовые акты приняты Правительством Удмуртской Республики в соответствии с установленными полномочиями, кроме того, их форма, процедура принятия, правила введения в действие и опубликования соблюдены.

На момент рассмотрения настоящего административного дела, оспариваемые нормативные правовые акты вступили в силу, являются действующими, административное исковое заявление подано суд в период действия данных нормативных правовых актов.

По смыслу положений главы 21 КАС РФ, в том числе и положений статьи 209 КАС РФ, надлежащим административным ответчиком по данной категории административных дел является орган исполнительной власти, принявший оспариваемый нормативный правовой акт, то есть в данном случае Правительство Удмуртской Республики. Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 постановления Пленума от 25 декабря 2018 года № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами».

Согласно пункту 1 статьи 378.2 НК РФ налоговая база определяется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, как кадастровая стоимость имущества, утвержденная в установленном порядке, в отношении административно-деловых центров и торговых центров (комплексов) и помещений в них; нежилых помещений, назначение которых в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривают размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

Согласно пункту 3 статьи 378.2 НК РФ административно-деловым центром признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях делового, административного или коммерческого назначения. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях делового, административного или коммерческого назначения, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки);

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях делового, административного или коммерческого назначения признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки).

Согласно пункту 4 статьи 378.2 НК РФ торговым центром (комплексом) признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:

1) здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания;

2) здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом:

здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 4.1 статьи 378.2 НК РФ, в целях настоящей статьи отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам, признается одновременно как административно-деловой центр, так и торговый центр (комплекс), если такое здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

В целях настоящего пункта:

- здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;

фактическим использованием здания (строения, сооружения) одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Согласно пункту 5 статьи 378.2 НК РФ в целях настоящей статьи фактическим использованием нежилого помещения для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

С учетом особенностей, установленных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 1.1. Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года № 55-РЗ «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике» налоговая база как кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества определяется в отношении следующих видов недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения:

1) административно-деловые центры и торговые центры (комплексы) и помещения в них (за исключением административно-деловых центров и (или) помещений, находящихся в оперативном управлении государственных органов Удмуртской Республики, государственных учреждений Удмуртской Республики, органов местного самоуправления в Удмуртской Республике и созданных ими муниципальных учреждений);

2) нежилые помещения, назначение, разрешенное использование или наименование которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

В силу положений пунктов 1, 3, 4, 4.1, 5 статьи 378.2 НК РФ основанием для включения объектов недвижимости в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, являются данные о назначении зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений в соответствии со сведениями, содержащимися о них в Едином государственном реестре недвижимости, или документах технического учета (инвентаризации) данных объектов недвижимости, а также данные о видах разрешенного использования земельного участка либо данные об их фактическом использовании в целях делового, административного или коммерческого назначения, для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания или объектов бытового обслуживания. При этом фактическим использованием объекта недвижимости в указанных целях признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

То есть, согласно статье 378.2 НК РФ для признания законным включение объекта недвижимости в Перечень объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, достаточно установления его соответствия одному из условий, указанных в пунктах 3 - 4.1 или подпункта 2 пункта 1 и пункта 5 названной статьи.

Учитывая приведенные нормы права, суд приходит к выводу, что налогообложение объектов недвижимого имущества в рамках статьи 378.2 НК РФ должно основываться на принципах достоверности и объективности информации об объектах недвижимого имущества и преобладания экономической сущности над формой.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, принадлежавшее административному истцу нежилое помещение с кадастровым номером № на момент утверждения оспариваемых нормативных правовых актов располагалось в нежилом здании с кадастровым номером №, которое в свою очередь располагалось на земельном участке с кадастровым номером № относящегося к категории - земли населенных пунктов, имеющего в указанные периоды времени вид разрешенного использования: «Для эксплуатации и обслуживания административного здания».

Из содержания подпункта 1 пункта 3, подпункта 1 пункта 4 статьи 378.2 НК РФ следует, что для отнесения объекта недвижимости к административно-деловым центрам или торговым центрам (комплексам) разрешенное использование земельного участка, на котором он расположен, должно предусматривать размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания.

Разрешенное использование земельного участка, с которым законодатель связывает возможность включения в Перечень объекта недвижимости, по смыслу положений подпункта 8 пункта 1 статьи 1, пункта 2 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 30 Градостроительного кодекса Российской Федерации, являясь характеристикой правового режима земельного участка, определяется в соответствии с зонированием территории и требованиями законодательства. Любой вид разрешенного использования из предусмотренных зонированием территорий видов выбирается самостоятельно, без дополнительных разрешений и процедур согласования. Виды разрешенного использования земельных участков определяются в соответствии с классификатором, утвержденным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики, и нормативно-правовому регулированию в сфере земельных отношений.

В силу статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации правообладатели земельных участков обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением.

Вид разрешенного использования земельного участка – «для эксплуатации и обслуживания административного здания» - не позволяет с достаточной очевидностью отнести расположенный на этом земельном участке объект недвижимости к офисным зданиям делового, административного и коммерческого назначения, торговым объектам, объектам общественного питания и (или) бытового обслуживания и не может быть признан безусловно определенным в целях применения положений статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Следовательно, нежилое помещение с кадастровым номером № по указанному основанию (исходя из вида разрешенного использования земельного участка, на котором находится здание, в котором оно расположено) в отсутствие обследования его фактического использования в оспариваемые Перечни включению не подлежало.

При этом здание с кадастровым номером №, в котором находится заявленное помещение с кадастровым номером №, в спорные Перечни не включалось.

В Перечни на 2016, 2017, 2018, 2019 годы было включено только принадлежавшее административному истцу заявленное по настоящему делу нежилое помещение с кадастровым номером №

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению применительно к указанному помещению, являются предназначение и фактическое использование непосредственно данного помещения, находившегося в юридически значимые периоды времени в собственности административного истца, а не всех помещений, расположенных в здании с кадастровым номером №.

Так, согласно данным, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) в отношении нежилого помещения с кадастровым номером №, данный объект недвижимости поставлен на государственный кадастровый учет 20 ноября 2013 года на основании выписки из технического паспорта от 31 января 2007 года, выданной ГУП УР «Удмуртский республиканский центр технической инвентаризации и учета недвижимого имущества». На основании данного документа внесены следующие сведения: нежилое помещение в здании, площадь 2 290,6 кв.м. На основании кадастрового паспорта помещения от 19 июля 2011 года, выполненного Филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Удмуртской Республике, в ЕГРН внесены изменения по площади – на 2 340,5 кв.м., а также по расположению в здании – на 4, 5, 6 и 7 этажах. В последующем качественные и количественные характеристики объекта недвижимости не менялись, в том числе по состоянию на 29 декабря 2015 года, 26 декабря 2016 года, 29 ноября 2017 года, 29 ноября 2018 года. Вид разрешенного использования данного объекта в ЕГРН отсутствует (т.1 л.д.129, т.2 л.д.200-204, т.5 л.д.23).

В связи с указанными обстоятельствами, согласно сведениям ЕГРН нежилое помещение с кадастровым номером № в оспариваемые Перечни также не могло быть включено.

Оценивая документы технического учета (инвентаризации) в отношении заявленного объекта недвижимости, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что помещение с кадастровым номером № поставлено на кадастровый учет 20 ноября 2013 года на основании выписки из технического паспорта от 31 января 2007 года, выданной ГУП УР «Удмуртский республиканский центр технической инвентаризации и учета недвижимого имущества» (т.1 л.д.147-156).

Вместе с тем, на основании кадастрового паспорта помещения от 19 июля 2011 года, выполненного Филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Удмуртской Республике, в ЕГРН внесены изменения по площади помещения – на 2 340,5 кв.м., а также по расположению в здании – на 4, 5, 6 и 7 этажах. Названный кадастровый паспорт содержит экспликацию помещений к поэтажным планам здания (строения), отражающую назначение помещений, образующих помещение с кадастровым номером № (т.5 л.д.26-35).

Однако, кадастровый паспорт не может быть отнесен к документам технического учета (инвентаризации) по следующим основаниям.

Приведенные выше положения подпункта 2 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации связывают возможность включения нежилых помещений в перечень, составление которого предусмотрено пунктом 7 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, со следующими условиями:

- в редакции Федерального закона от 2 ноября 2013 года № 307-ФЗ - со сведениями о назначении нежилых помещений в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости;

- в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ - со сведениями о назначении, разрешенном использовании или наименовании нежилых помещений в Едином государственном реестре недвижимости или документах технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости.

Таким образом, обе указанные редакции не отождествляют документы технического учета (инвентаризации) с кадастровыми паспортами и сведениями из Единого государственного реестра недвижимости.

Данное правовое регулирование обусловлено следующим.

Положение об организации в Российской Федерации государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 4 декабря 2000 года № 921 (далее - Положение), в первоначальной редакции к объектам, подлежащим государственному техническому учету и технической инвентаризации, подразделяющейся на первичную, плановую и внеплановую, относило любые объекты капитального строительства (пункты 3, 6 и 7).

Из пунктов 4, 7 и 11 Положения также следует, что по результатам первичной технической инвентаризации на каждый объект учета оформляется технический паспорт, который является документальной основой для ведения Единого государственного реестра объектов градостроительной деятельности; объектам учета в установленном порядке присваиваются инвентарный и кадастровый номера.

Согласно пункту 12 Положения сведения об объектах учета, полученные от уполномоченных организаций технической инвентаризации, являются основой для осуществления государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ведения государственного статистического учета, определения размера налога на имущество, ведения земельного, градостроительного кадастров, а также реестра федерального имущества.

1 марта 2008 года вступил в силу Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» (далее - Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ), регулирующий отношения, возникающие в связи с ведением государственного кадастра недвижимости, осуществлением государственного кадастрового учета недвижимого имущества и кадастровой деятельности.

Статьей 43 названного Федерального закона (в редакции Федерального закона от 21 декабря 2009 года № 334-ФЗ) для его применения к отношениям, возникающим в связи с осуществлением государственного учета зданий, сооружений, помещений, объектов незавершенного строительства, до 1 января 2013 года был установлен переходный период, в который применялись нормативные правовые акты в сфере осуществления государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства и государственного технического учета жилищного фонда.

При этом частью 3 данной статьи было предусмотрено, что в переходный период соответствующие органы и организации по государственному техническому учету и (или) технической инвентаризации в целях, связанных с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, выдают кадастровые паспорта объектов недвижимости.

Согласно части 4 статьи 14 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ в той же редакции кадастровый паспорт объекта недвижимости представляет собой выписку из государственного кадастра недвижимости, содержащую уникальные характеристики объекта недвижимости, а также в зависимости от вида объекта недвижимости иные предусмотренные настоящим Федеральным законом сведения об объекте недвижимости (в первоначальной редакции - необходимые для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения об объекте недвижимости).

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 23 названного Федерального закона кадастровый паспорт объекта недвижимости выдавался при постановке на кадастровый учет такого объекта недвижимости и исходя из положений пункта 1 статьи 17, пунктов 10 и 11 статьи 33 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в редакции Федерального закона от 21 декабря 2009 года № 334-ФЗ) до 1 января 2013 года являлся обязательным приложением к документам, необходимым для осуществления государственной регистрации прав на объект недвижимого имущества, а после указанной даты до 1 января 2017 года - в случае, если сведения о таком объекте недвижимого имущества отсутствовали в государственном кадастре недвижимости.

Пункт 12 статьи 33 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ и часть 2 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ технические паспорта, выданные в установленном законодательством порядке до 1 марта 2008 года в целях, связанных с осуществлением государственной регистрации прав на объекты недвижимого имущества, приравнивали по юридической силе к кадастровым паспортам объектов недвижимости.

Исходя из положений части 8 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ нормативные правовые акты в сфере осуществления государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства, в том числе вышеназванное Положение, не применяются с 1 января 2013 года.

1 января 2017 года вступили в силу Федеральные законы от 13 июля 2015 года №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» и от 3 июля 2016 года № 361-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», которым в вышеуказанный закон, а также в Федеральный закон от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» (наименование согласно редакции от 3 июля 2016 года) и в Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» были внесены изменения.

В соответствии с положениями названных нормативных правовых актов с учетом внесенных в них с 1 января 2017 года изменений, отношения, возникающие в связи с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и государственного кадастрового учета, с 1 января 2017 года регулируются Федеральным законом от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», частью 1 статьи 28 которого предусмотрено, что государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав удостоверяются выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Такое правовое регулирование согласуется с положениями подпункта 2 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 30 ноября 2016 года № 401-ФЗ, согласно которой с 1 января 2017 года назначение, разрешенное использование или наименование нежилых помещений в целях определения налоговой базы устанавливается на основании сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, а не в соответствии с кадастровыми паспортами объектов недвижимости, как было предусмотрено прежней редакцией.

При этом каких-либо изменений в части, допускающей возможность использования в таких целях документов технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости, в данный подпункт внесено не было.

Таким образом, кадастровый паспорт, выдававшийся в подтверждение постановки объекта недвижимости на кадастровый учет и необходимый для государственной регистрации прав на него, несмотря на отраженные в нем характеристики объекта недвижимости, не может быть отнесен к документам технического учета (инвентаризации).

При этом, БУ УР «ЦКО БТИ» в материалы настоящего дела представлен технический паспорт на нежилое помещение в здании, составленный Филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Удмуртской Республике по состоянию на 11 июня 2011 года, содержащий аналогичную по назначению помещений экспликацию помещений к поэтажным планам здания (строения), что и содержащаяся в вышеуказанном кадастровом паспорте. И, кроме того, сведения о площади помещения с кадастровым номером №, содержащиеся в данном техническом паспорте, согласуются со сведениями о площади помещения, содержащимися в ЕГРН (т.1 л.д.81-97).

В этой связи, в качестве документа технического учета (инвентаризации) объекта недвижимости с кадастровым номером № суд принимает во внимание и оценивает названный технический паспорт на нежилое помещение в здании, составленный Филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Удмуртской Республике по состоянию на 11 июня 2011 года.

Согласно экспликации помещений к поэтажным планам здания (строения), содержащейся в указанном техническом паспорте, под критерии статьи 378.2 Налогового кодекса РФ подпадают помещения, имеющие следующее назначение: «касса» 12,9 кв.м., «буфет» 11,1 кв.м.,

Таким образом, площадь помещений, подпадающих под требования налогового законодательства, составляет 24 кв.м., что составляет 1% от общей площади помещения с кадастровым номером № (т.1 л.д.81-97).

Содержащееся в экспликации назначение помещений «кабинет» не является тождественным понятию «офис» и не свидетельствует о назначении и фактическом использовании таких помещений в целях, установленных статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Назначение иных помещений в объекте недвижимости с кадастровым номером №, в соответствии с указанной технической документацией, не предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры или торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

Учитывая предписание федерального законодателя о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика (пункт 7 статьи 3 НК РФ), суд приходит к выводу о том, что помещение с кадастровым номером №, исходя из технической документации, в оспариваемые Перечни также включено быть не могло.

Оценив представленные в материалы настоящего административного дела доказательства по правилам статьи 84 КАС РФ, суд приходит к выводу о том, что отнести заявленное нежилое помещение к объектам недвижимости, в отношении которых налоговая база должна определяться из их кадастровой стоимости, не позволяет ни вид разрешенного использования земельного участка, ни сведения, содержащиеся о данном объекте в Едином государственном реестре недвижимости, ни документы технического учета (инвентаризации) в отношении указанного объекта недвижимости.

При этом, судом не установлено, что в ходе подготовки проектов постановлений Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586, от 26 декабря 2016 года № 546, от 29 ноября 2017 года № 502, от 29 ноября 2018 года № 507 было проведено обследование заявленного объекта недвижимости в соответствии с Положением о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденным постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270.

Напротив, представителем Правительства Удмуртской Республики и Министерства имущественных отношений Удмуртской Республики в судебном заседании подтверждалось, что данное обследование заявленного объекта недвижимости перед утверждением оспариваемых Перечней не проводилось.

Из содержания представленного в материалы дела Акта обследования фактического использования объекта недвижимости с кадастровым номером № от 31 октября 2022 года, составленного комиссией БУ УР «ЦКО БТИ», следует, что обследование данного нежилого здания проведено 26 октября 2022 года, то есть уже после утверждения оспариваемых Перечней на 2016, 2017, 2018, 2019 годы, следовательно, приведенные в данном Акте сведения о фактическом использовании помещений в данном здании не могут быть учтены при оценке законности включения заявленного объекта недвижимости в Перечни на 2016, 2017, 2018, 2019 годы, принятые 29 декабря 2015 года, 26 декабря 2016 года, 29 ноября 2017 года, 29 ноября 2018 года (т.2 л.д.3-62).

Согласно пункту 22 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270, действующего в редакции на момент принятия оспариваемых Перечней, Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики (далее – Министерство) в течение текущего календарного года формирует перечень объектов недвижимости, в отношении которых проведены мероприятия по определению вида фактического использования. Министерство ежегодно, в срок до 1 ноября текущего календарного года, осуществляет подготовку, согласование в установленном порядке и внесение на рассмотрение Правительства Удмуртской Республики проекта распоряжения Правительства Удмуртской Республики об утверждении перечня объектов недвижимости на очередной налоговый период, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

В соответствии с пунктом 6 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного Постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 г. № 270, в указанной редакции, Министерство вправе запросить у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, граждан, являющихся собственниками (владельцами) объектов недвижимости, следующие документы: правоустанавливающие документы на объект недвижимости (копии договоров купли-продажи, аренды, субаренды, безвозмездного пользования, доверительного управления и т.д.).

Из материалов дела следует, что часть нежилых помещений, входящих в состав нежилого помещения с кадастровым номером №, в заявленные налоговые периоды являлась предметом договоров аренды, заключенных со следующими арендаторами:

- с ООО «Межрегионинвест» заключен договор аренды №6/616а от 1 декабря 2016 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Межрегионинвест» (арендатору) во временное владение и пользование часть нежилого помещения №18, расположенного на 6 этаже в здании по адресу: <адрес>, согласно поэтажному плану литер «А», общей площадью 6 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 октября 2017 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д. 62-65);

- с ООО «Веранда» заключен договор аренды №6/609 от 1 ноября 2016 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Веранда» (арендатору) во временное владение и пользование часть нежилого помещения №14, расположенного на 6 этаже в здании по адресу: г<адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 34,7 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 30 сентября 2017 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д.51-54);

- с ООО «Свобода климата – Ижевск» заключен договор аренды №5/508 от 1 декабря 2015 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Свобода климата – Ижевск» (арендатору) во временное владение и пользование нежилые помещения №№7,8,9, расположенные на 5 этаже в здании по адресу: <адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 53 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 октября 2016 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д.66-70);

- с ООО «Свобода климата – Ижевск» заключен договор аренды №5/508 от 1 октября 2017 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Свобода климата – Ижевск» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: г<адрес>, согласно поэтажному плану литер «А», площадью 53 кв.м., для использования под офисные площади. В соответствии с дополнительным соглашением №1 от 13 апреля 2018 года в аренду переданы помещения общей площадью 70,8 кв.м. для использования под офисные площади. В соответствии с дополнительным соглашением №1 от 1 июля 2018 года в аренду переданы помещения общей площадью 87,8 кв.м. для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 августа 2018 года в соответствии с п.5.1;

- с ООО «Свобода климата – Ижевск» заключен договор аренды №5/508 от 1 сентября 2018 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Свобода климата – Ижевск» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: <адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 87,8 кв.м., для использования под офисные площади. В соответствии с дополнительным соглашением №1 от 1 октября 2018 года в аренду переданы помещения общей площадью 70 кв.м. для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 июля 2019 года в соответствии с п.5.1;

- с ООО «Эс-Кард» заключен договор аренды №6/7-8 от 1 мая 2016 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Эс-Кард» (арендатору) во временное владение и пользование нежилые помещения №7,8, расположенные на 6 этаже в здании по адресу: <адрес>, согласно поэтажному плану литер «А», площадью 55 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 марта 2017 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д.57-61);

- с ООО СЦ «Свобода климата» заключен договор аренды №5/508 от 1 августа 2015 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО СЦ «Свобода климата» (арендатору) во временное владение и пользование нежилые помещения №7,8,9, расположенные на 5 этаже в здании по адресу: <адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 53 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 30 июня 2016 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д.71-73);

- с ООО «Свобода климата» заключен договор аренды №5/502 от 25 мая 2017 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Свобода климата» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение №4, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: <адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 17 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 марта 2018 года на основании п. 5.1 (т.3 л.д.74-77);

- с ООО «Свобода климата» заключен договор аренды №5/502 от 1 апреля 2018 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Свобода климата» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение №4, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: г<адрес>, согласно поэтажному плану литер «А», площадью 17 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 1 июля 2018 года на основании соглашения о расторжении договора от 1 июля 2018 года;

- с ООО «Универсальная юридическая служба» заключен договор аренды №5/514 от 22 декабря 2017 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Универсальная юридическая служба» (арендатору) во временное владение и пользование часть нежилого помещения №21, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: <адрес> согласно поэтажному плану литер «А», площадью 17,9 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 30 ноября 2018 года в соответствии с пунктом 5.1 (административное дело №3а-19/2024, т.3, л.д.62-64);

- с ООО «МП Челны» заключен договор аренды №5/701 от 25 апреля 2018 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «МП Челны» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение №701, расположенное на 7 этаже в здании по адресу: <адрес>, площадью 10,3 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 декабря 2018 года в соответствии с пунктом 5.1 (т.5, л.д.71-73);

- с ООО «Компания Сфера» заключен договор аренды №5/507а от 1 октября 2017 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ООО «Компания Сфера» (арендатору) во временное владение и пользование часть нежилого помещения №6, расположенное на 5 этаже в здании по адресу: г<адрес> площадью 8 кв.м., для использования под офисные площади. Договор прекратил свое действие 31 августа 2018 года в соответствии с пунктом 5.1 (т.5, л.д.74-77);

- с Федеральным бюджетным учреждением «Территориальный фонд геологической информации по Приволжскому федеральному округу» (далее – ФБУ «ТФГИ по ПФО») заключен договор аренды №4/409 от 28 сентября 2015 года, согласно которому ООО «Офисный центр» (арендодатель) передал ФБУ «ТФГИ по ПФО» (арендатору) во временное владение и пользование нежилое помещение (комнату), расположенное на 4 этаже в здании по адресу: <адрес> площадью 16,9 кв.м., для размещения офиса и архивных помещений. Договор действовал на протяжении все заявленных налоговых периодов (т.2, л.д.225-231).

Таким образом, оценив представленные в материалы дела вышеуказанные договоры аренды, суд приходит к выводу, что на каждый из заявленных налоговых периодов площадь помещений, используемых в качестве офисных, не превышала необходимого двадцатипроцентного критерия от общей площади помещения с кадастровым номером №

Так, по состоянию на 29 декабря 2015 года площадь офисных помещений составляла 128,7 кв.м., что составляет 5,5% от общей площади заявленного объекта недвижимости.

По состоянию на 26 декабря 2016 года площадь офисных помещений составляла 118,4 кв.м., что составляет 5% от общей площади заявленного объекта недвижимости.

По состоянию на 29 ноября 2017 года площадь офисных помещений составляла 100,7 кв.м., что составляет 4,3% от общей площади заявленного объекта недвижимости.

По состоянию на 29 ноября 2018 года площадь офисных помещений составляла 120,9 кв.м., что составляет 5,2% от общей площади заявленного объекта недвижимости.

Сведения о зарегистрированной контрольно-кассовой технике по адресу: <адрес> также не могут быть приняты судом как доказательства фактического использования более 20 процентов от общей площади заявленного нежилого помещения в целях размещения объектов, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, ввиду того, что данная информация не содержит сведений о размере площади, занимаемой конкретной организацией, индивидуальным предпринимателем под офисные помещения делового, административного или коммерческого назначения, торговые объекты, объекты общественного питания и (или) бытового обслуживания (т.3 л.д.47-48, т.6 л.д.101-102).

Аналогичную оценку суд считает необходимым дать и представленному стороной административного ответчика протоколу осмотра объекта недвижимости от 11 мая 2017 года, составленному должностным лицом УФНС России по Удмуртской Республике, из содержания которого не представляется возможным определить размер площади, занимаемой конкретной организацией под офисные помещения делового, административного или коммерческого назначения (т.1 л.д.195-198).

Одним из доводов стороны административного ответчика об обоснованности включения заявленного объекта недвижимости в оспариваемые Перечни явился довод о наличии в открытых источниках сети «Интернет» информации о наличии по адресу: <адрес> различных коммерческих организаций, занимающих офисные помещения, осуществляющих коммерческую деятельность.

Действительно, в соответствии с пунктом 2 Положения о порядке определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 14 июля 2014 года № 270, Министерство имущественных отношений Удмуртской Республики в целях определения вида фактического использования объектов недвижимости осуществляет следующие мероприятия, в том числе среди прочих, проводит анализ информации об объектах недвижимости из открытых источников, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Вместе с тем, поскольку информация об объектах недвижимости из открытых источников, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», носит характер дополнительной, уточняющей к сведениям, полученным из Единого государственного реестра недвижимости, полученным в результате анализа технической документации на объекты недвижимости, полученным в результате фактического обследования объекта недвижимости, суд приходит к выводу о том, что эта информация рассматриваться как самостоятельное доказательство использования объекта недвижимости под размещение офисных помещений, административного и коммерческого назначения, торговых помещений, а также помещений, предназначенных для размещения объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, не может.

Более того, из представленной в материалы дела административным ответчиком из Интернет ресурсов «Яндекс карты» и «2 гис» указанной информации, не представляется возможным установить, какие площади по данному адресу используются для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, в том числе для осуществления других видов деятельности, указанных в статье 378.2 Налогового кодекса РФ, и, соответственно, не представляется возможным оценить наличие или отсутствие предусмотренного указанной нормой закона двадцатипроцентного критерия фактического использования применительно к заявленным объектам недвижимости (т.1 л.д.202-210).

Договоры на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами были заключены в заявленные налоговые периоды ООО «Спецавтохозяйство» с ООО «Альфа Ижевск», и с ООО «Агроторг», арендующими помещения на первом этаже здания с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. Данные помещения не являются частью заявленного объекта недвижимости с кадастровым номером №, соответственно не могут быть приняты во внимание.

Соответственно, исследованные материалы не содержат надлежащих, достоверных и бесспорных доказательств фактического использования нежилого помещения с кадастровым номером № на площади не менее 20 процентов от его площади, которые предусматривают размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств и системного анализа взаимосвязанных положений статьи 378.2 НК РФ, включение нежилого помещения с кадастровым номером № в оспариваемые Перечни на 2016, 2017, 2018, 2019 годы по его фактическому использованию для размещения офисов, объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания является неправомерным.

Доводы административного ответчика о регистрации в спорном здании большого количества юридических лиц сами по себе не свидетельствуют об использовании более 20 процентов общей площади заявленного объекта недвижимости для целей размещения офисов, поскольку сам факт регистрации не подтверждает фактического использования. Более того, сведения о регистрации юридических лиц не содержат данные об используемых ими площадях.

В силу прямого предписания, содержащегося в части 9 статьи 213 КАС РФ, административный ответчик обязан доказать законность включения заявленного объекта недвижимости в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость.

Между тем в нарушение приведенных положений административного процессуального закона административным ответчиком относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих соответствие нежилого помещения с кадастровым номером № критериям, установленным НК РФ и необходимым для его включения в оспариваемые Перечни, в суд не представлено.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для включения в Перечни объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016, 2017, 2018, 2019 годы нежилого помещения с кадастровым номером №, поскольку заявленный объект недвижимости в юридически значимые периоды времени не обладал признаками объектов налогообложения, предусмотренными статьей 378.2 НК РФ и статьей 1.1 Закона УР «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

В оспариваемой части данные нормативные правовые акты в силу положений статьи 6 Налогового кодекса Российской Федерации являются не соответствующими Налоговому кодексу Российской Федерации, а так же не соответствуют статье 1.1 Закона Удмуртской Республике «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике».

Довод стороны административного ответчика об отсутствии оснований для исключения заявленного объекта недвижимости из оспариваемых Перечней со ссылкой на разъяснения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2020 года №46-П, данные Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 30 января 2024 года №8-О-Р, не может быть принят во внимание.

Указанное Определение разъясняет вопросы, возникающие при применении перечней в целях определения налоговой базы при расчете налогов. В настоящем административном деле предметом спора являются положения нормативных правовых актов, которыми утверждены такие перечни.

Указание в Определении на то, что государственные органы по прошествии времени ограничены в возможности доказать обоснованность включения объектов недвижимости в перечни (в том числе с учетом объективных затруднений в представлении доказательств, подтверждающих предназначение и фактическое использование здания (строения, сооружения) за прошедшие периоды), не влияет на право налогоплательщика на обращение в суд с требованиями о признании недействующим нормативного правого акта об утверждении перечня. Реализация данного права не ограничена каким-либо сроком.

Применительно к обстоятельствам настоящего административного дела, собственник нежилого помещения, обращаясь в суд с административным иском об оспаривании перечней, реализовал свое право на обращение в суд, в связи с чем данный довод стороны административного ответчика о противоречии оспаривания в судебном порядке заявленных Перечней указанным разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации ошибочны.

Данная правовая позиция изложена в кассационном определении Верховного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2024 года №5-КАД24-31-К2.

Учитывая положения статей 373, 375, 380 Налогового кодекса Российской Федерации при включении объекта в Перечни, определяемые в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, то есть в оспариваемые Перечни, на административного истца возлагается обязанность по уплате налога по более высокой ставке, поэтому административный истец обоснованно обратился с настоящим административным иском в суд.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего административного дела подтвердился факт противоречия постановлений Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586, от 26 декабря 2016 года № 546, от 29 ноября 2017 года № 502, от 29 ноября 2018 года № 507 в оспариваемых частях требованиям статьи 378.2 Налогового кодекса РФ и статьи 1.1 Закона УР «О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике», то это является основанием для удовлетворения административного иска.

Исходя из смысла положений части 2 статьи 215 КАС РФ, нормативный правовой акт может быть признан недействующим как со дня его принятия, так и с иного указанного судом времени.

Определяя момент, с которого оспариваемые нормативные правовые акты должны быть признаны недействующими в оспариваемых частях, суд принимает во внимание то, что административный истец в зависимости от принятого решения не будет являться налогоплательщиком налога в отношении принадлежавшего ему нежилого здания в соответствии со статьей 378.2 НК РФ, поэтому оспариваемые части подлежат признанию недействующими со дня принятия данных нормативных правовых актов, иная дата не достигнет цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца.

В соответствии с частью 4 статьи 215 КАС РФ в резолютивной части решения суда по административному делу об оспаривании нормативного правового акта должны содержаться, в том числе указание на опубликование решения суда или сообщения о его принятии в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу в официальном печатном издании органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, уполномоченной организации или должностного лица, в котором были опубликованы или должны были быть опубликованы оспоренный нормативный правовой акт или его отдельные положения.

Согласно части 6 статьи 13 Закона Удмуртской Республики от 13 декабря 2016 года № 84-РЗ «О Правительстве Удмуртской Республики» правовые акты Правительства Удмуртской Республики и правовые акты исполнительных органов Удмуртской Республики могут быть официально опубликованы в одном из следующих республиканских периодических печатных изданий: газете "Известия Удмуртской Республики", газете "Удмуртская правда", газете "Удмурт дунне", или путем размещения (опубликования) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru) в порядке, установленном Президентом Российской Федерации, или путем размещения (опубликования) на Официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (www.udmurt.ru) в порядке, установленном Главой Удмуртской Республики.

При указанных обстоятельствах, сообщение о принятии настоящего решения суда подлежит опубликованию в газете «Известия Удмуртской Республики», а также на сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

В соответствии с частью 1 статьи 103 КАС РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.

В силу статьи 111 КАС РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 настоящего Кодекса.

Подпунктом 6 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ в редакции, действовавшей на момент обращения административного истца в суд с рассматриваемым иском, был установлен размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, об оспаривании нормативных правовых актов, который для организаций составлял 4 500 рублей.

Поскольку административным истцом оспаривались четыре самостоятельных нормативных правовых акта, постольку при обращении в суд им обосновано была уплачена государственная пошлина в размере 18 000 рублей.

Поэтому при удовлетворении административного иска в пользу административного истца с административного ответчика подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины, фактически уплаченной при подаче административного искового заявления.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Офисный центр» о признании недействующими в части нормативных правовых актов удовлетворить.

Признать недействующим со дня принятия пункт 557 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 декабря 2015 года № 586 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2016 год».

Признать недействующим со дня принятия пункт 479 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 26 декабря 2016 года № 546 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 год».

Признать недействующим со дня принятия пункт 484 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2017 года № 502 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 год».

Признать недействующим со дня принятия пункт 354 Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 29 ноября 2018 года № 507 «Об утверждении Перечня объектов недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 год».

Взыскать с Правительства Удмуртской Республики в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Офисный центр» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) рублей 00 копеек.

Сообщение о принятии настоящего решения суда подлежит опубликованию в газете «Известия Удмуртской Республики» и на официальном сайте Главы Удмуртской Республики и Правительства Удмуртской Республики (http://www.udmurt.ru) в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в мотивированной форме в апелляционную инстанцию – Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции через Верховный Суд Удмуртской Республики путем подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение составлено 17 марта 2025 года.

Судья К.Ю. Малков

Копия верна:

Судья К.Ю. Малков