Решение по делу № 2-19/2023 от 09.06.2023 - о признании недействительным образования земельных участков, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков, установлении границ земельного участка, признании права собственности на земельный участок.

Дело № 2-19/2023 (2-2392/2022) Копия

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 2 июня 2023 года

Мотивированное решение составлено 9 июня 2023 года

Пермский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Симкина А.С.,

при секретаре судебного заседания Швецовой Н.Д.,

с участием представителя истца – Пермской транспортной прокуратуры - ФИО1,

представителя истца – Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4,

представителей ответчика ФИО5 – ФИО6, ФИО7,

представителя третьего лица – АО «Международный аэропорт Пермь» - ФИО8,

представителей третьего лица – ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» – ФИО9, ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Пермского транспортного прокурора, действующего в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае и неопределённого круга лиц, к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным образования земельных участков, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков, установлении границ земельного участка, признании права собственности на земельный участок,

установил:

Пермский транспортный прокурор, действующий в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае (далее – ТУ Росимущества в Пермском крае) и неопределённого круга лиц, обратился в суд с иском к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным образования земельных участков с кадастровыми номерами №, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков с указанными кадастровыми номерами, установлении границ земельного участка в границах существующих земельных участков с кадастровыми номерами № в соответствии с фактическим расположением объекта недвижимости - «Система аэродромного светосигнального оборудования» (далее также – Объект ССО) - с кадастровым номером №, признании права собственности Российской Федерации на земельный участок, границы которого определены в соответствии с фактическим расположением Объекта ССО с кадастровым номером №, согласно координат соответствующих поворотных точек.

В обоснование иска, с учётом его уточнения, указано, что по результатам рассмотрения обращения ФИО3 о незаконном использовании земельного участка с кадастровым номером № для размещения оборудования управления воздушным движением аэропорта <адрес> (<адрес>), проведена проверка, по результатам которой установлено, что на указанном земельном участке, принадлежащим ФИО3 и ФИО5 на праве долевой собственности, находится часть аэродромного светосигнального оборудования, огороженного забором из скрученной проволоки. Внутри огороженной территории расположено 6 линий приближения огня по 4 огня в каждой. Объект ССО, имеющий кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес> принадлежащим на праве собственности Российской Федерации. Распоряжением ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. №-р данный объект недвижимости закреплён за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» на праве хозяйственного ведения. На основании договора аренды от 9 февраля 2013 г. эксплуатирующей организацией является АО «Международный аэропорт Пермь». Из эксплуатационной документации следует, что Объект ССО построен в 2003-2004 гг. в связи с реконструкцией аэропорта <адрес> (<адрес>) в рамках государственного контракта от 17 апреля 2003 г. №. Акт приёмки законченного строительством объекта приёмочной комиссией оформлен 2 ноября 2004 г. Объект ССО введён в эксплуатацию в 2004 г., ограждение части светосигнального оборудования, находящегося на земельном участке с кадастровым номером №, в виде забора из колючей проволоки, установлено также в 2004 г. В соответствии с техническим планом кадастрового инженера от 17 февраля 2022 г. Объект ССО расположен в том числе на земельных участках с кадастровыми номерами №, принадлежащих на праве собственности (по ? доли) ФИО3 (дата регистрации права – 18 сентября 2019 г.) и ФИО5 (дата регистрации права – 12 августа 2020 г.), имеющих вид разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства, что подтверждается выписками из ЕГРН. В этой связи установлено, что Объект ССО находится на земельных участках с кадастровыми номерами № с 2004 г., то есть до их образования и регистрации права частной собственности на земельные участки. Образование ответчиками в 2019-2020 гг. указанных земельных участков, в границах которых расположен Объект ССО, с учётом ст. ст. 1, 11.2, 11.9, 60 Земельного кодекса Российской Федерации, ст. 3.1 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», ст. 13 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» произведено с нарушением требований Земельного кодекса Российской Федерации, без учёта прав собственника (Российская Федерация) и правообладателя Объекта ССО (ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов))». Заключениями кадастрового инженера ФИО11 определены площадь и границы земельных участков в границах существующих земельных участков с кадастровыми номерами №, необходимыми для использования и обслуживания Объекта ССО. Поскольку право долевой собственности ФИО3 и ФИО5 на земельные участки с указанными кадастровыми номерами, в границах которых расположен Объект ССО, нарушает вещные права Российской Федерации, сформированы с нарушением требований действующего законодательства Российской Федерации, имеются основания для истребования имущества из незаконного владения, признания недействительным образования спорных земельных участков, в границах которых расположен Объект ССО, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков ответчиков, установлении границ земельных участков в соответствии с фактическим расположением Объекта ССО согласно координат соответствующих поворотных точек, признании права собственности Российской Федерации на земельные участки ответчиков (том 1, л.д. 3-11, том 3, л.д. 27-32).

Представитель истца – Пермской транспортной прокуратуры - в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенном в исковом заявлении, с учётом его уточнения.

В ходе судебного разбирательства представитель истца пояснил, что земельные участки ответчиков образованы без учёта расположения аэродромного светосигнального оборудования, которое было на момент образования земельных участках зарегистрировано как объект недвижимости, принадлежащий на праве собственности Российской Федерации. Данные земельные участки сформированы с нарушением земельного законодательства, без учёта прав собственника. На земельных участках ответчиков в рамках реконструкции был возведён Объект ССО и в соответствии с земельным законодательством судьба земельного участка определяется по судьбе объекта недвижимости. Объект ССО является единым объектом недвижимости, который зарегистрирован в ЕГРН.

Представитель истца - ТУ Росимущества в Пермском крае - в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, из содержания которого следует, что Российской Федерации на праве собственности принадлежит Объект ССО с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, аэропорт «<адрес>», закреплённый за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» распоряжением ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. №-р. Вместе с тем, как следует из ЕГРН, Объект ССО расположен в пределах земельных участков, в том числе с кадастровыми номерами №, право собственности на которые принадлежит ФИО3 и ФИО5 (по ? доле каждой). С учётом положения п. 1 ст. 13 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», п. 1 ст. 11.2, ч. 1 ст. 78 Земельного кодекса Российской Федерации образование земельных участков с кадастровыми номерами № произведено с нарушением требований Земельного кодекса Российской Федерации и без учёта прав правообладателя Объекта ССО, расположенного в границах указанных земельных участков. Восстановление имущественных прав Российской Федерации, связанных с беспрепятственным распоряжением Объектом ССО и оформлением прав на земельные участки, в границах которых расположен Объект ССО, возможно путём признания недействительным образования земельных участков с кадастровыми номерами № и исключения из кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта данных земельных участков (том 2, л.д. 192-194).

Ответчик – ФИО5, - извещённый о месте, дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, для участия в рассмотрении дела не явился, направил своего представителя, представил отзыв на исковое заявление, из содержания которого следует, что земельный участок с кадастровым номером № принадлежит на праве долевой собственности (по ? доли) ФИО3 и ФИО5 на основании договора купли-продажи от 16 сентября 2019 г. Указанный земельный участок образован путём выдела доли из земель коллективно-долевой собственности участка с кадастровым номером № (земли колхоза «<данные изъяты>»), находившихся в коллективно-долевой собственности. В границах земельного участка расположен, в том числе Объект ССО, принадлежащий на праве собственности Российской Федерации. Никаких документов на земельный участок истцом не представлено, также не представлено и документов, разрешающих занятие земельного участка. Фактически использование спорного земельного участка истцом является самовольным ввиду отсутствия письменного согласия членов коллективно-долевой собственности колхоза «<данные изъяты>», разрешение на строительство на данном земельном участке не выдавалось, данная земля из коллективно-долевой собственности колхоза «<данные изъяты>» не изымалась. Из содержания решения Арбитражного Суда <адрес> от 9 апреля 2015 г. по делу № следует, что Объект ССО расположен именно на земельном участке с кадастровым номером №. Из публичной кадастровой карты pkk.rosreestr.ru следует, что земельный участок с кадастровым номером № находится вне пределов границ земельного участка №. Как следует из решения Арбитражного Суда <адрес> от 16 января 2015 г. по делу № ранее земельный участок, принадлежащий АО «Международный Пермь» с кадастровым номером №, имеет статус архивный в связи с его разделом и государственной регистрации на последующие земельные участки №, кадастровый учёт которых произведён 2 ноября 2012 г. Тем самым в пределах кадастрового квартала №, в котором образован земельный участок ответчиков, не имеется земель, принадлежащих Российской Федерации, в связи с чем образование земельного участка за счёт земельного участка с кадастровым номером № невозможно. Истец умалчивает о данных фактах и доводы истца основаны лишь на факте, что данное имущество является федеральной собственностью, а указанные документы истец удерживает ввиду того, что такие документы будут подтверждать, что строительство данного объекта вышло за пределы границ предоставленных земельных участков и спорный объект построен на землях коллективно-долевой собственности, ранее предоставленном членам колхоза «<данные изъяты>». Истец указывает, что на земельном участке расположены 6 линий посадочных огней, при том, что фактически на земельном участке с кадастровым номером № расположены 4 линий огней и на земельном участке № – 1 линия огней. Согласно технического плана, подготовленного кадастровым инженером ФИО11 на объект с кадастровым номером №, на земельных участках № отсутствуют наземные части, иначе они должны быть вырезаны и должны быть представлены документы на землю. Таким образом – это кабельная линия и она является подземным линейным объектом, его эксплуатация не связана с использованием поверхности земли, являющейся объектом земельных отношений в смысле, придаваемом п. 3 ст. 6 Земельного кодекса Российской Федерации. Также истцом указана истребуемая площадь из земельного участка с кадастровым номером № – 1 977 кв.м., из земельного участка № – 341 кв.м., при этом в обоснование требований истец не представляет документы о том, что земельный участок предоставлялся именно в таких границах и такой площадью. Также граница земельного участка установлена решением Пермского районного суда Пермского края от 27 октября 2021 г. № 2-3158/2021, согласно которого земельный участок разделён и граница земельного участка признана судом и юридически установлена на местности, факт признания границ установлен судом, в связи с чем истребовать земельный участок невозможно, как и установить границы на земельном участке. Под объектами, находящимися в федеральной собственности, как указывает истец, должен быть и земельный участок, при этом право собственности на землю возникло ранее, чем построен объект; акт ввода не подтверждает, на каком участке построен объект (том 3, л.д. 33- 37).

Ответчик – ФИО3, - извещённый о месте, дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, для участия в рассмотрении дела не явился, направил своего представителя.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО6 – в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ответчики являются правопреемниками коллективно-долевой собственности. В соответствии с постановлением № 508 от 1992 г. данная территория (территория земельных участков ответчиков) являлась пастбищем. Доказательств того, что данная территория изымалась, материалы дела не содержат. Светосигнальное оборудование должно находиться на территории аэродрома и не должно разделяться дорогой, ответчики к территории аэродрома никакого отношения не имеют. Нарушения имеются со стороны того, кто разместил Объект ССО. Данный иск заявлен в нарушение действующего законодательства. Прокурор утверждает, что образование земельных участков осуществлено в 2019-2020 г., но не учитывает тот факт, что права на земельные участки были разграничены с 1992 г. на основании постановления администрации Пермского района и находились в коллективно-долевой собственности. Изъятие, которое производилось под реконструкцию, подтверждает тот факт, что земельные участки уже образованы и сформированы. Земля является не государственной, а частной. Прокурор выступает за пределами своих полномочий; Объект ССО является движимым имуществом.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО7 – в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что заявленное требование предъявлено к ненадлежащим лицам, так как ответчики не образовывали данный земельный участок. Право на данную землю зарегистрировано в ЕГРН, оно первичное, единственное на настоящее время и осуществлено на основании законной сделки. Право, которое возникает у Российской Федерации, не подкреплено ни одним доказательством. Экспертиза проводилась в отношении не Объекта ССО, а теоретически. Право Российской Федерации, которое возникло на основании документов, является подложным. Кроме того, Объект ССО является движимым. Иск направлен на то, чтобы установить право Российской Федерации по отсутствующим доказательствам, нет общественной опасности, которая позволила бы истцу признать право зарегистрированным. Способ, который избрали истец, третьи лица, поддерживающие его, не является единственным и возможным для данного дела. Ответчики не возражают против заключения договора аренды и не против сервитута.

Представитель ответчика - ФИО3 - в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что когда ответчики приобретали участки, лежали два кабеля, Объект ССО на учёте не находился. Аргументы истца основываются на неправомерности образования земельных участков, при этом Объект ССО поставлен на учёт, когда ответчики стали совладельцами земельных участков. Ответчики приобрели земельный участок из коллективно-долевой собственности. Никаких документов о постановке на кадастровый учёт Объекта ССО не предоставлено.

Представитель третьего лица - АО «Международный аэропорт Пермь» - в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, из содержания которого следует, что Объект ССО с кадастровым номером: № построен в 2003-2004 гг. в рамках реконструкции аэродрома за счёт средств федерального бюджета. Актом приёмки и ввода в эксплуатацию законченного строительством объекта приёмочной комиссией от 29 апреля 2004 г. подтверждается, что предъявленные к приёмке объекты и сооружения по проекту «Замена светосигнального оборудования в аэропорту <адрес> (Б. <адрес>)» выполнены в соответствии с проектом, отвечают санитарным, противопожарным, строительным нормам, правилам и государственным стандартам, введены в эксплуатацию. Строительство Объекта ССО производилось в связи с удлинением искусственной взлётно-посадочной полосы аэродрома. С 2005 г. и по настоящее время Объект ССО находится в работоспособном и исправном состоянии, что подтверждается актами лётной проверки Объекта ССО. Право собственности на Объект ССО зарегистрировано за Российской Федерацией, о чём в ЕГРН имеется запись от 8 февраля 2010 г., на основании распоряжения о включении Объекта ССО в казну Российской Федерации от 25 марта 2009 г. №-р. Распоряжением ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. №-р Объект ССО закреплён за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» на праве хозяйственного ведения. Наземная часть Объекта ССО состоит из П-образных металлических опор, на верхней части которых располагается светосигнальное оборудование (огни), которое подключено к электрическому кабелю, напряжением 6 кВ., подземная часть сооружения состоит из кабеля, напряжением 6 кВ. Решением Пермского районного суда Пермского края по делу № 2-1535/2022 от 25 июля 2022 г. установлено, что Объект ССО не является самовольной постройкой. В соответствии с п. 1 ст. 133 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 11 ст. 11 Градостроительного кодекса Российской Федерации Объект ССО представляет собой единый линейный объект и выступает как единый объект вещных прав, его раздел в натуре невозможен без изменения его назначения, в связи с чем Объект ССО представляет собой неделимую вещь, отдельные составные части которой (в частности, опоры, огни приближения, посадочные огни, глисадные огни, входные огни, ограничительные огни, кабели) не являются самостоятельными объектами недвижимости. С учётом ст. 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации составная часть единого недвижимого комплекса не является самостоятельным объектом недвижимости и не может иметь самостоятельную юридическую судьбу. Таким образом, часть Объекта СОО, расположенного на земельных участках с кадастровыми номерами №, сама по себе не является объектом недвижимого имущества, несмотря на неразрывную связь с землёй. В 2019-2020 гг. под частью Объекта ССО были образованы земельные участки с кадастровыми номерами: №, то есть на момент образования земельных участков Объект ССО был возведён и находился в эксплуатации аэропорта более 16 лет. Земельные участки с кадастровыми номерами № сформированы и поставлены на государственный кадастровый учёт без учёта границ объекта недвижимости, находящегося в федеральной собственности, что нарушает права и законные интересы Российской Федерации и созданных ею юридических лиц, создаёт угрозу безопасности движения воздушного транспорта. Таким образом, земельные участки с кадастровыми номерами № образованы с нарушением действующего законодательства, в связи с чем АО «Международный аэропорт «Пермь» считает отсутствующим право долевой собственности ФИО3 и ФИО5 на указанные земельные участки. В этой связи образование земельных участков с кадастровыми номерами № и № под ранее возведённым (в 2004 г.) Объектом ССО свидетельствует о недобросовестности поведения как ФИО4 (представитель ответчика), который организовал работы по образованию указанного земельного участка, так и ФИО3 (Ответчик), ФИО5 (Ответчик), которые впоследствии приобрели данный земельный участок на праве долевой собственности по договору купли-продажи, зная о наличии на нём Объекта ССО. Систематические угрозы демонтировать Объект ССО подтверждают недобросовестность поведения собственников земельного участка (том 2, л.д. 195-198).

В ходе судебного разбирательства представитель третьего лица (АО «Международный аэропорт Пермь») пояснил, что образование земельных участков ответчиков являлось незаконным, поскольку на момент образования земельных участков Объект ССО, построенный в 2004 г., имелся в наличии. Объект ССО строила Российская Федерация в лице Росавиации, при этом АО «Международный аэропорт Пермь» действовало в качестве эксплуатирующей организации. Объект ССО возводился в связи с удлинением взлётно-посадочной полосы и обеспечивает безопасность пассажиров. Перемещение Объекта ССО является невозможным, расположить их в каком-то ином порядке невозможно. Использование Объекта ССО без кабелей также невозможно. Объект ССО был построен в 2004 г., его расположение подтверждается снимками. Зарегистрирован земельный участок ответчиков был только потому, что кадастровый инженер не указал в межевом плане о наличии Объекта ССО.

Представители третьего лица - ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» - в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, из содержания которых следует, что Российской Федерации на праве собственности принадлежит Объект ССО с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> Распоряжением ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. №-р Объект ССО закреплён за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» на праве хозяйственного ведения. Строительство Объекта ССО велось в рамках государственного контракта от 17 апреля 2003 г. №; акт приёмки законченного строительством Объекта ССО приёмочной комиссией оформлен 2 ноября 2004 г. Согласно сведениям из ЕГРН Объект ССО расположен в пределах земельных участков, в том числе с кадастровыми номерами №, право собственности на которые принадлежит ФИО3 и ФИО5 (по ? доле за каждым собственником). На основании п. 1 ст. 13 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», п. 5 ч. 1 ст. 1, п. 1 ст. 11.2, ч. 1 ст. 78 Земельного кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 3.1 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» земельные участки с кадастровыми номерами, в том числе №, в границах которых расположен Объект ССО, относятся к землям федеральной собственности; образование земельных участков с кадастровыми номерами № произведено с нарушением требований Земельного кодекса Российской Федерации, без учёта прав правообладателя Объекта ССО, расположенного в границах указанных земельных участков (том 1, л.д. 183-186).

В ходе судебного разбирательства представители третьего лица (ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)») пояснили, что Объект ССО принадлежит Российской Федерации и располагается на земельных участках ответчиков. Своей деятельностью на данных земельных участках ответчики могут повредить объекты федеральной собственности, что может привести к нарушению функционирования аэропорта, повлечь нарушения к требованиям безопасности полётов.

Третьи лица – Управление Росреестра по Пермскому краю, Комитет имущественных отношений администрации Пермского муниципального округа, администрация Пермского муниципального округа, ФГУП «Госкорпорация по ОРВД», ФГКУ «Приволжско-Уральское ТУИО «Минобороны России», АО «Транснефть-Прикамье», - извещённые о месте, дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, для участия в рассмотрении дела своих представителей не направили, при этом представителями третьих лиц - Управление Росреестра по Пермскому краю, АО «Транснефть-Прикамье» - направлены ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие (том 2, л.д. 126-128, том 5, л.д. 155-156).

Эксперт ФИО12 в ходе судебного разбирательства пояснила, что съёмка проводилась спутниковым геодезическим оборудованием. Государственная геодезическая сеть - это пункты, которые установлены и координаты данных пунктов не меняются. Координаты существуют на местности и для производства работ геодезист проехал по точкам государственной геодезической сети и сделал привязку. Информация об этих пунктах хранится в государственном фонде данных, эти пункты не меняются, с 1990-х годов они установлены и координаты этих пунктов существуют на местности. Эксперт проехал и проверил, что эти пункты существуют на местности, сделал привязку к пунктам и приехал на участок. Пункты государственной геодезической сети установлены законом. Объект ССО состоит из кабеля, П-образных опор, на которых установлен Объект ССО. Кабель - это составная часть Объекта ССО. На местность выезжали 26 октября 2022 г., все, кто указаны в акте осмотра, присутствовали, в том числе специалисты аэропорта, была произведена фотосъёмка всей территории. Объект ССО состоит на государственном кадастровом учёте, местоположение данного сооружения внесено в ЕГРН. Объект ССО внесён в ЕГРН и является объектом недвижимого имущества. Оснований полагать, что Объект ССО является движимым имуществом, не имеется. Объект ССО не снят с учёта ЕГРН и не имеется сведений о том, что этот объект является движимым имуществом. Экспертом было насчитано пять опор. Выводы, изложенные в экспертном заключении, подтверждает.

Согласно ч. 1, ч. 3, ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещённых о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда.

При изложенных обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков - ФИО5, ФИО3, представителей третьих лиц – Управление Росреестра по Пермскому краю, Комитет имущественных отношений администрации Пермского муниципального округа, администрация Пермского муниципального округа, ФГУП «Госкорпорация по ОРВД», ФГКУ «Приволжско-Уральское ТУИО «Минобороны России», АО «Транснефть-Прикамье.

Выслушав представителей истцов, представителей ответчиков, представителей третьих лиц – АО «Международный аэропорт Пермь», ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», эксперта ФИО12, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу п. 1, п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно п. 1 ст. 36 Конституции Российской Федерации граждане и их объединения вправе иметь в частной собственности землю.

В силу пп. 1, 3 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Исходя из установленного п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации принципа осуществления прав и свобод человека и гражданина при недопустимости нарушения прав и свобод других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота (не только собственников, но и иных лиц).

Согласно п. 1 ст. 213 ГК РФ в собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам или юридическим лицам.

На основании п. 1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Положением ст. 219 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Таким образом, правовые нормы п. 1 ст. 218 и ст. 219 ГК РФ призваны регулировать внесудебный бесспорный порядок возникновения права собственности на вещь, вновь созданную лицом в установленном законодательством порядке. Право собственности на такую вещь возникает в силу факта создания её в установленном порядке и не требует признания возникновения права в судебном порядке.

Несоблюдение при создании недвижимого имущества требований закона и иных правовых актов порождает основания для распространения на такой объект режима самовольной постройки, который регулируется ст. 222 ГК РФ.

В силу ст. 260 ГК РФ и п. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка имеет право распоряжения им и может возводить на нём здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своём участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (п. 2 ст. 260).

В соответствии с положением ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу пп. 5 п. 1 ст. 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), указанный ЗК РФ и изданные в соответствии с ним иные акты земельного законодательства основывается в том числе на принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Согласно п. 1 ст. 11.2 ЗК РФ земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

Положением п. 4, п. 6 ст. 11.9 ЗК РФ предусмотрено, что не допускается образование земельных участков, если их образование приводит к невозможности разрешенного использования расположенных на таких земельных участках объектов недвижимости.

Образование земельных участков не должно приводить к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам, а также нарушать требования, установленные ЗК РФ, другими федеральными законами.

Согласно п. 1, п. 2 ст. 15 ЗК РФ собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретённые гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Граждане и юридические лица имеют право на равный доступ к приобретению земельных участков в собственность. Земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут быть предоставлены в собственность граждан и юридических лиц, за исключением земельных участков, которые в соответствии с данным кодексом, федеральными законами не могут находиться в частной собственности.

Положением ст. 25 ЗК РФ установлено, что права на земельные участки возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами и подлежат государственной регистрации.

В соответствии со ст. 60 ЗК РФ, регулирующей восстановление положения, существовавшего до нарушения права на земельный участок, и пресечение действий, нарушающих право на земельный участок или создающих угрозу его нарушения, нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: 1) признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; 2) самовольного занятия земельного участка; 3) в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путём: 1) признания недействительными в судебном порядке в соответствии со ст. 61 ЗК РФ не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления; 2) приостановления исполнения не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления; 3) приостановления промышленного, гражданско-жилищного и другого строительства, разработки месторождений полезных ископаемых и торфа, эксплуатации объектов, проведения агрохимических, лесомелиоративных, геолого-разведочных, поисковых, геодезических и иных работ в порядке, установленном Правительством Российской Федерации; 4) восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Занятые с нарушением действующего законодательства Российской Федерации земельные участки возвращаются их собственникам, землепользователям, землевладельцам, арендаторам земельных участков без возмещения затрат, произведённых лицами, виновными в нарушении земельного законодательства, за время незаконного пользования этими земельными участками.

В соответствии с п. 9, п. 10 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

Площадью земельного участка, определённой с учётом установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом требований, является площадь геометрической фигуры, образованной проекцией границ земельного участка на горизонтальную плоскость.

Согласно п. 1 ст. 13 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» участник или участники долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения вправе выделить земельный участок в счёт своей земельной доли или своих земельных долей, если это не противоречит требованиям к образованию земельных участков, установленным ЗК РФ и настоящим Федеральным законом.

Из содержания п. 1 ст. 3.1 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» следует, что в целях разграничения государственной собственности на землю к федеральной собственности относятся земельные участки, занятые зданиями, строениями, сооружениями, находящимися в собственности Российской Федерации.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» п. 3 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 45, п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственника или законное владение.

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определённые действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

В этой связи бремя доказывания неправомерности действий (бездействия) ответчика возлагается на истца, при этом ответчик, в свою очередь, должен доказать правомерность своего поведения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путём признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путём предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Исходя из анализа п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что признание зарегистрированного права собственности отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению только тогда, когда нарушенное право не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных гражданским законодательством.

Выбор способа нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права, способ защиты права, избранный истцом, должен восстанавливать это нарушенное право.

При избрании способа защиты путём признания права отсутствующим запись в ЕГРП должна нарушать права истца, то есть истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца.

Требование истца о признании отсутствующим права собственности ответчика на земельный участок может быть удовлетворено судом только в случае установления того, что истец в соответствии с данными ЕГРП является его собственником и земельный участок до настоящего времени находятся в его владении.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В этой связи, исходя из установленных ГПК РФ принципов диспозитивности и состязательности, правомерность заявленных исковых требований определяется судом на основании оценки доказательств, представленных сторонами в обоснование (опровержение) их правовых позиций.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Из материалов дела следует и судом установлено, что в соответствии с государственным контрактом от 17 апреля 2003 г. №, заключённого между ФГУП «Пермские авиалинии» (Заказчик-застройщик) и ООО «<данные изъяты>» (Подрядчик), произведены работы по строительству объектов и сооружений по проекту «Замена светосигнального оборудования в аэропорту <адрес>); акт приёмки и ввода в эксплуатацию законченного строительством объекта приёмочной комиссией составлен 27 сентября 2004 г.; Объект ССО введён в эксплуатацию 27 сентября 2004 г. (том 1, л.д. 39-42, 43-59, 107-109).

Объект ССО, назначение: нежилое, наименование: «Система аэродромного светосигнального оборудования», протяженностью 29 680 м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>», поставлен на кадастровый учёт 2 сентября 2013 г., зарегистрирован на праве собственности за Российской Федерацией, дата государственной регистрации права - 8 февраля 2010 г.; правообладателем Объекта ССО на праве хозяйственного ведения является ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», дата государственной регистрации права – 10 декабря 2010 г.; в отношении Объекта ССО имеется обременение в виде аренды в пользу АО «Международный аэропорт Пермь», дата государственной регистрации обременения – 11 марта 2003 г. (том 1, л.д. 107-109, 155-160, 189).

Распоряжением ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. №-р Объект ССО закреплён за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» на праве хозяйственного ведения (том 1, л.д. 190-194); дата государственной регистрации права - 10 декабря 2010 г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выпиской из ЕГРН (том 1, л.д. 25, 107-109, 155-160).

На основании договора аренды федерального имущества аэропорта Пермь от 9 февраля 2013 г., заключённого между ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» и ГКУП «Пермские авиалинии» (в дальнейшем – АО «Международный аэропорт Пермь»), Объект ССО передан в аренду сроком на 49 лет с даты государственной регистрации указанного договора; дата государственной регистрации права - 11 марта 2013 г. (том 1, л.д. 60-69, 107-109, 155-160).

Согласно выписке из ЕГРН, договора купли-продажи земельного участка от 16 сентября 2019 г., земельный участок с кадастровым номером №, площадью 11 316 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, виды разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, расположенный по адресу: <адрес>, поставлен на кадастровый учёт 9 июля 2019 г. и принадлежит на праве долевой собственности (по 1/2 доли) ФИО3 и ФИО5; дата государственной регистрации права - 18 сентября 2019 г. (том 1, л.д. 131-133, 170-171).

Земельный участок с кадастровым номером №, площадью 4 276 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, расположенный по адресу: <адрес>, поставлен на кадастровый учёт 30 апреля 2020 г., принадлежит на праве долевой собственности (по 1/2 доли) ФИО3 и ФИО5; дата государственной регистрации права - 12 августа 2020 г. (том 1, л.д. 168-169).

Из содержания отзыва Управления Росреестра по Пермскому краю, а также материалов земельного дела по отводу земельного участка ГУАП «Пермские авиалинии» под удлинение ВПП в связи с проведением реконструкции аэропорта <адрес> на землях СХПК «<данные изъяты>» и ФГУП «<данные изъяты>» следует, что земельные участки с кадастровыми номерами № образованы путём выдела земельной доли из земель коллективно-долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>том 2, л.д. 126-128, 138-154).

Согласно выписке из протокола собрания уполномоченных СХПК «<данные изъяты>» от 15 марта 2002 г. №, имеющейся в материалах указанного земельного дела, решено предоставить под реконструкцию аэропорта <адрес> 12,3 га. в постоянное пользование и 1 га. во временное пользование для подъездных путей и площадки складирования щебня по реконструкции ИВПП аэропорта <адрес> (том 2, л.д. 139).

Из заключений кадастрового инженера ФИО11 от 18 мая 2022 г. следует, что на земельных участках с кадастровыми номерами № находится сооружение - «Система аэродромного светосигнального оборудования». Площадь участка с кадастровым номером №, необходимая для использования и обслуживания сооружения «Система аэродромного светосигнального оборудования», полученная как площадь контура, отстоящего на 3 метра от общего контура проекции сооружения на поверхность земли, составила 1 977 кв.м.; площадь участка с кадастровым номером №, необходимая для использования и обслуживания сооружения «Система аэродромного светосигнального оборудования», полученная как площадь контура, отстоящего на 3 метра от общего контура проекции сооружения на поверхность земли, составила 341 кв.м. (том 1, л.д. 134-136, 138-139).

Согласно находящемуся в реестровом деле на земельный участок с кадастровым номером № межевому плану от 14 июня 2019 г., подготовленному кадастровым инженером ФИО13, в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием земельного участка путём выдела земельной доли из земель коллективной долевой собственности - земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> следует, что на образуемом земельном участке не расположены объекты капитального строительства; площадь образуемого земельного участка составила 11 316 кв.м. (том 1, л.д. 114-119).

Решением Пермского районного суда Пермского края от 10 июня 2022 г. по гражданскому делу № 2-1505/2022, вступившим в законную силу 7 ноября 2022 г., установлены следующие обстоятельства:

- система аэродромного светосигнального оборудования с кадастровым номером №, протяженностью 29 680 м., расположенная по адресу: <адрес>», принадлежит на праве собственности Российской Федерации;

- из заключения кадастрового инженера ФИО11 следует, что технический план на сооружение с кадастровым номером № подготовлен в результате изменения сведений о протяженности сооружения, а также о его местоположении; протяженность объекта по результатам уточнения местоположения объекта составила 29 680 м.; сооружение расположено в том числе на земельных участках с кадастровыми номерами №; над данным объектом расположены сооружения с кадастровыми номерами № (автомобильная дорога <адрес>), № (кабельная ЛЭП – 6кВ от ТП-6 до ТП-7), № (линия связи и управления средств посадки), № (рулёжная дорожка 6), № (рулёжная дорожка 7);

- согласно техническому паспорту сооружения системы аэродромного светосигнального оборудования с кадастровым номером № протяженность трассы составляет 29,68 км.;

- из декларации об Объекте ССО следует, что система аэродромного светосигнального оборудования построена в 2004 г., принята в эксплуатацию 27 сентября 2004 г.;

- по данным, имеющимся в выписке из ЕГРН, Объект ССО поставлен на кадастровый учёт 2 сентября 2013 г., имеет протяженность 29 680 м.; Объект ССО расположен в том числе на земельных участках с кадастровыми номерами № правообладателем на праве хозяйственного ведения является ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», на праве аренды Объект ССО передан АО «Международный аэропорт «Пермь»;

- из межевого плана, подготовленного кадастровым инженером ФИО14 в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием многоконтурного земельного участка, состоящего из двух контуров, путём выдела земельной доли из земельного участка с кадастровым номером №, следует, что площадь образуемого земельного участка составила 4 276 кв.м., образуемый земельный участок расположен в зоне, на которую градостроительные регламенты не разработаны; на участке расположены объекты капитального строительства;

- 15 февраля 2022 г. Пермской транспортной прокуратурой в адрес ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» внесено представление об устранении нарушений земельного законодательства и законодательства о сохранности объектов федеральной собственности, относящегося к инфраструктуре воздушного транспорта. Из содержания представления следует, что Пермской транспортной прокуратурой по обращению ФИО3 проведены проверочные мероприятия, в результате которых установлено, что на земельном участке с кадастровым номером № находится часть аэродромного светосигнального оборудования, огороженного забором из скрученной колючей проволоки; внутри огороженной территории расположено 6 линий огней приближения по 4 огня в каждой; данный объект является недвижимым имуществом, принадлежащим на праве собственности Российской Федерации, владеет им на праве хозяйственного ведения ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)»; эксплуатирующей организацией на праве аренды является АО «Международный аэропорт «Пермь»; система светосигнального оборудования построена в 2003-2004 гг. в рамках реконструкции аэропорта <адрес>; Объект ССО введён в эксплуатацию в 2004 г.; Российская Федерация является законным фактическим владельцем земельного участка, занятого светосигнальным оборудованием. В ходе проверки установлено, что права Российской Федерации на земельный участок не зарегистрированы, кадастровые работы по формированию земельного участка под объектом не организованы и не проведены;

- Объект ССО расположен, в том числе на земельных участках с кадастровыми номерами №, которые принадлежат на праве долевой собственности ФИО3 и ФИО5;

- земельный участок, на котором расположен Объект ССО, в качестве самостоятельного объекта гражданских прав не сформирован, права на этот участок никому не принадлежат, объём прав в отношении земельного участка не определён; права на земельный участок под Объектом ССО не принадлежат ни Российской Федерации, ни истцу (ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», не имеющему полномочий действовать в интересах Российской Федерации в вопросах оформления прав на земельный участок.

Указанным решением Пермского районного суда Пермского края исковые требования ФГУП «Администрация гражданских аэродромов (аэропортов)» к ФИО5, ФИО3 о признании отсутствующим права общей долевой собственности на земельные участки с кадастровыми номерами № оставлены без удовлетворения, поскольку, учитывая изложенные обстоятельства, иск предъявлен неуполномоченным лицом – ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» (том 1, л.д. 201-209; гражданское дело № 2-1505/2023, том 2, л.д. 93-141).

В рамках проверки по обращению ФИО3 о возможных нарушениях земельного законодательства при использовании земельного участка с кадастровым номером №, проведённой должностным лицом Пермской транспортной прокуратуры совместно с должностными лицами АО «Международный аэропорт «Пермь» посредством выездного обследования (26 января 2022 г.) территории земельного участка с кадастровым номером №, установлено, что на территории обследуемого земельного участка размещено ограждение – забор из скрученной колючей проволоки на металлических опорах. Данное ограждение принадлежит АО «Международный аэропорт «Пермь». Внутри огороженной территории располагаются огни приближения, входящие в систему светосигнального оборудования аэродрома <адрес>. Всего на территории, начинающейся от автодороги Пермь - Кеты в сторону, противоположную от аэродрома <адрес>, размещено 6 параллельных линий огней по 4 огня в каждой линии. Ориентировочно на земельном участке с кадастровым номером № расположено 4 линии по 4 огня. На момент обследования на металлической сетке ограждения со стороны автодороги размещена информация следующего содержания: «28.01.2022 на данном земельном участке будут проводиться работы по расчистке. Просьба убрать имущество. Собственники» (том 1, л.д. 26).

Из акта дополнительного выездного обследования от 14 февраля 2022 г., проведённого должностным лицом Пермской транспортной прокуроры совместно с должностным лицом АО «Международный аэропорт «Пермь», установлено, что часть забора из скрученной колючей проволоки на металлических опорах со стороны автодороги Пермь - Кеты сломана (порядка 150 метров). Со слов представителя АО «Международный аэропорт «Пермь» установлено, что данное повреждение причинено в результате действий собственников земельного участка, совершенных 1 февраля 2022 г. Для охраны светосигнального оборудования на участке АО «Международный аэропорт «Пермь» организован круглосуточный пост охраны ФГУП «<данные изъяты>» (том 1, л.д. 27).

Согласно пояснениям начальника Службы электросветотехнического обеспечения полётов АО «Международный аэропорт «Пермь» ФИО15 от 14 февраля 2022 г., данным в ходе проведения проверки Пермской транспортной прокуратуры, установлено, что новое смонтированное светосигнальное оборудование было введено в эксплуатацию в конце 2004 г.; оборудование, размещённое на земельном участке с кадастровым номером №, состоит из 6 линий огней приближения с МК-30, в каждой линии находится 4 огня, то есть всего имеется в наличии 24 огня. Огни приближения, расположенные на указанном земельном участке, находятся за периметром аэродрома; для обеспечения сохранности и предотвращения возможного вмешательства третьих лиц в их работу огни обнесены забором из скрученной колючей проволоки. Перенести 24 огня приближения в другое место не представляется возможным, их размещение в данном конкретном месте обусловлено требованиями федеральных авиационных правил с учётом расположения ИВПП аэродрома <адрес>. 1 февраля 2022 г. представителем собственника земельного участка были организованы работы по демонтажу ограждения огней приближения: с помощью трактора было разрушено 120-150 метров ограждения. Огни приближения находятся в исправном состоянии (том 1, л.д. 28-29).

В целях определения обстоятельств, имеющих значение для разрешения гражданского дела, на основании ходатайства ответчиков определением суда от 16 сентября 2022 г. назначена землеустроительная экспертиза (том 3, л.д. 169-176).

Из заключения экспертов ООО «<данные изъяты>» ФИО12, ФИО16 от 25 ноября 2022 г. № следует, что:

- земельный участок с кадастровым номером № является многоконтурным земельным участком, состоящим из двух контуров с кадастровыми номерами №, площадью 886,91 кв.м., и №, площадью 3 389,54 кв.м.; общая площадь многоконтурного земельного участка составляет 4 276 кв.м. Рассматриваемый земельный участок по периметру не имеет ограждений объектами искусственного ограждения – забор;

- методом сравнительного анализа с использованием программного обеспечения АРГО 7 версия ДД.ММ.ГГГГ экспертами установлено, что часть сооружения - «Система аэродромного светосигнального оборудования» - расположена в границах земельных участков с кадастровыми номерами №;

- экспертами установлено, что для эксплуатации объекта недвижимости - «Система аэродромного светосигнального оборудования» - необходимо сформировать 2 (два) земельных участка, площадью 1 977 кв.м. и 341 кв.м. Координаты характерных точек представлены в таблицах при рассмотрении 2 вопроса заключения эксперта (том 4, л.д. 61-87).

Оценивая указанное экспертное заключение, суд приходит к выводу о том, что оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, поскольку при составлении заключения экспертами учитывались данные представленных на экспертизу материалов гражданского дела; проведён натурный осмотр спорных земельных участков с участием, в том числе представителей истца – Пермского транспортного прокурора, третьих лиц – АО «Международный аэропорт «Пермь», ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)»; проведена фотосъёмка; произведена камеральная обработка полевых измерений; заключение эксперта является ясным, полным, мотивированным и обоснованным, содержит описание проведённого исследования и сделанные в результате его выводы; экспертное заключение содержит однозначные выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование которых экспертами приводятся соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, объекта исследования, основывается на исходных объективных данных, а также на использованных при проведении исследования нормативных актов, научной и методической литературе; эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, обладают знаниями в области кадастровой деятельности, землеустройства, имеют стаж экспертной работы; экспертное заключение соотносится с иными исследованными судом доказательствами; оснований сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения не имеется.

В ходе судебного разбирательства эксперт ФИО12 подтвердила выводы, изложенные в экспертном заключении.

Не согласившись с указанным экспертным заключением, представителем ответчика представлено заключение (рецензия) кадастрового инженера ООО «<данные изъяты>» ФИО17., из содержания которого следует вывод о несоответствии заключения экспертов ФИО12, ФИО16 требованиям методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований, действующему законодательству, в связи с чем экспертное заключение является ненадлежащим доказательством (том 5, л.д. 85-98).

Так, в частности, из выводов, приведённых в указанной рецензии кадастрового инженера ФИО17, следует, что:

- подписка экспертов ФИО12 и ФИО16 об ответственности за дачу заведомо ложного заключения выполнена в момент завершения экспертизы 25 ноября 2022 г., при том, что дата подписки указана - 4 октября 2022 г.;

- эксперт вводит суд и стороны в заблуждение, указывая на странице 6 заключения исследование земельного участка с кадастровым номером №, тогда как фактически это земельный участок с кадастровым номером №;

- горизонтальная съёмка спорной территории произведена от пунктов государственной геодезической сети «<адрес>», при этом в акте осмотра отсутствуют сведения об осмотре указанных пунктов экспертом, а также отсутствуют фотографии пунктов на дату проведения экспертизы;

- отсутствуют сведения по используемому на дату проведения экспертизы фотоаппарату, на фотографиях отсутствует дата и время съёмки;

- экспертом продлён срок проведения экспертизы с целью использования трассоискателя, при этом информация по использованию данного оборудования не представлена в заключении эксперта, из чего следует, что продление срока проведения экспертизы являлось необоснованным;

- экспертом необоснованно указано на возможность предоставления и использования земельного участка с кадастровым номером № под линейным объектом, тогда как отвод земли под оборудование является нарушением закона;

- в экспертизе не отражен факт того, что через систему светосигнального оборудования проходит сервитут, установленный администрацией Пермского района в пользу ОАО «<данные изъяты>» для обслуживания воздушной линии электропередач;

- при проведении натурного осмотра присутствовали неустановленные лица, а сторона ответчика не была уведомлена экспертом;

- сведения о пунктах государственной геодезической сети переданы эксперту в день проведения натурного осмотра - 26 октября 2022 г.

Кроме того, представителем ответчика ФИО5 – ФИО6 представлены возражения на экспертное заключение, доводы которых аналогичны доводам, изложенным в рецензии кадастрового инженера ФИО17, в частности указано на следующие обстоятельства:

- отсутствие в заключении надлежащим образом оформленной подписки экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ;

- указание экспертами на странице 6 заключения на исследование земельного участка с кадастровым номером №, тогда как фактически это земельный участок с кадастровым номером №, чем суд и стороны вводятся в заблуждение;

- осуществление горизонтальной съёмки спорной территории от пунктов государственной геодезической сети (ГГС) «<адрес>», при этом в акте осмотра отсутствуют сведения о том, что эксперты производили осмотр пунктов ГГС и убедились лично в их наличии, и данные пункты ГГС находятся на значительном удалении друг от друга, а также отсутствуют фотографии наличия пунктов ГГС;

- отсутствие сведений по используемому на дату проведения экспертизы фотоаппарату, на фотографиях отсутствует дата и время съёмки земельных участков;

- необоснованное продление экспертом срока, отсутствие сведений о поверке трассоискателя в заключении, поскольку ввиду его необходимости для проведения экспертизы был продлён срок;

- указание экспертом в заключении на то, что объект – система аэродромного светосигнального оборудования, - ссылаясь на приказ Минтранса и др., при этом земельные участки с кадастровыми номерами № не относятся к территории аэродорома, и даже если учесть нахождение объекта на территории указанных участков, то он состоит преимущественно из подземных кабелей, и в соответствии с п. 1 ст. 6 ЗК РФ отведение участков под подземные коммуникации недопустимо;

- не отражение экспертом в заключении факта того, что через систему светосигнального оборудования проходит сервитут, установленный администрацией Пермского района в пользу ОАО «<данные изъяты>» для обслуживания воздушной линии электропередач;

- отсутствие сведений об извещении сторон о натурном осмотре земельных участков (сторона ответчика не была уведомлена), указание неизвестных лиц в акте осмотра с неизвестными аббревиатурами;

- передача эксперту судом сведений о пунктах государственной геодезической сети в день проведения натурного осмотра – до 10.30 час. 26 октября 2022 г.

Таким образом, представитель ответчика полагает, что эксперт ФИО12 заинтересована в исходе дела, сведения в экспертизе недостоверны, в связи с чем имеются основания для признания экспертного заключения недопустимым доказательством (том 5, л.д. 70-74).

Представителем третьего лица - АО «Международный аэропорт «Пермь» - в опровержение выводов, приведённых в рецензии кадастрового инженера ФИО17, представлено заключение специалиста – ИП ФИО18 от 16 мая 2023 г., согласно выводам которого заключение эксперта ФИО12, подготовленное на основании определения Пермского районного суда по настоящему гражданскому делу, составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства с соблюдением методики проведения данного вида экспертиз; исследования в рамках данной судебной экспертизы являются объективными, полными, всесторонними, что соответствует требованиям ст. ст. 4, 8, 16 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В заключении эксперта содержится достаточная информация, доказывающая сделанные экспертом выводы в части ответов на поставленные вопросы, что соответствует требованиям проверяемости и однозначности результатов экспертизы. Выводы эксперта объективны, обоснованы и могут быть использованы в качестве допустимого доказательства, тогда как заключение (рецензия № от 20 февраля 2023 г.), подготовленное кадастровым инженером ФИО17 в отношении выполненной судебной землеустроительной экспертизы экспертом ФИО12, является неполным, необоснованным и немотивированным, что делает невозможным использование представленной рецензии к применению в качестве надлежащего доказательства в рамках гражданского дела (том 6, л.д. 125-174).

Исследовав и проанализировав представленные сторонами заключения специалистов, суд считает необходимым принять в качестве допустимого и достоверного доказательства заключение специалиста ИП ФИО18 по изложенным основаниям, учитывая, что данное заключение специалиста соотносится с исследованными судом доказательствами.

Между тем выводы, приведённые в заключении (рецензии) кадастрового инженера ООО «<данные изъяты>» ФИО17, являются несостоятельными, поскольку в данном заключении (рецензии) выражено субъективное мнение специалиста относительно заключения эксперта и иного специалиста, противоречит имеющимся в деле доказательствам и не содержит собственных выводов относительно предмета исследования, а также вопросов, поставленных судом перед экспертами.

Таким образом, исследовав и проанализировав в совокупности имеющиеся доказательства, принимая во внимание приведённые правовые нормы, суд приходит к выводу о том, что Российская Федерация является законным владельцем (собственником) земельного участка, в границах которого расположен Объект ССО.

Объект ССО частично расположен на земельных участках с кадастровыми номерами №, принадлежащих на праве долевой собственности ответчикам ФИО3 и ФИО5, при этом земельный участок, на котором расположен указанный Объект ССО, в качестве самостоятельного объекта гражданских прав не сформирован, право собственности на земельный участок, в границах которого находится Объект ССО, не зарегистрировано.

Судом также установлено, что для использования Объекта ССО необходимы лишь части указанных земельных участков, принадлежащих ответчикам на праве собственности, а не вся площадь земельных участках, принадлежащих ответчикам.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что части земельных участков, в границах которого находится Объект ССО, перешли в собственность ответчиков вопреки нормам действующего законодательства Российской Федерации, поскольку части земельных участков, в границах которого находится Объект ССО, принадлежащих ответчикам, являются исключительно федеральной собственностью (собственностью Российской Федерации) и не могли быть предоставлены в частную собственность, в том числе ответчиков.

Нахождение в собственности ответчиков части земельных участков, в границах которого находится Объект ССО, приводит к невозможности осуществления правомочий собственника в отношении этого имущества, право на которое является действительным в силу закона.

Согласно заключению эксперта для эксплуатации Объекта ССО необходимо сформировать два земельных участка, площадью 1 977 кв.м. и 341 кв.м., в соответствии с координатами характерных точек, указанных в экспертном заключении.

Разрешая исковые требования, суд приходит к выводу о том, что, по существу, в данном случае иск заявлен, в том числе о выделе принадлежащего Российской Федерации части земельного участка, в границах которого расположен Объект ССО, что обеспечивает объём прав Российской Федерации в отношении указанной части земельного участка, при этом, учитывая, что Объект ССО не расположен на всей площади земельных участках, принадлежащих ответчикам, в отношении части земельных участков, на которых Объект ССО не расположен, права ответчиков не могут быть ограничены, иное бы повлекло нарушение права частной собственности ответчиков на недвижимое имуществ (в части площади земельных участков, в границах которых Объект ССО не расположен).

Таким образом, имеются основания для выделения из площади земельных участков ответчиков части земельных участков, необходимых для использования (эксплуатации) Объекта ССО с признанием права собственности Российской Федерации на вновь образованные (выделенные) земельные участки.

В этой связи, в целях восстановления прав Российской Федерации на земельные участки, принадлежащих ответчикам, в границах которых расположен Объект ССО, соблюдения прав ответчиков на земельные участки, в границах которых не расположен Объект ССО, суд приходит к выводу о необходимости произвести выдел в пользу Российской Федерации части земельных участков, принадлежащих ответчикам, в границах которых расположен Объект ССО, что, соответственно, влечёт прекращение права собственности ответчиков на указанные части земельных участков, в границах которых находится Объект ССО и, соответственно, возникновение у Российской Федерации права собственности на части земельных участков, в границах которых находится Объект ССО.

Таким образом, имеются основания для выделения из земельного участка с кадастровым номером № части земельного участка, площадью 1 977 кв.м.; выделении из земельного участка с кадастровым номером № части земельного участка, площадью 341 кв.м., в границах которых расположен Объект ССО; установлении границ выделенных земельных участков согласно координатам характерных точек, установленных в экспертном заключении; признании права собственности Российской Федерации на выделенные земельные участки с кадастровыми номерами №, площадью 1 977 кв.м., и №, площадью 341 кв.м., в границах которых расположен Объект ССО.

Вместе с тем суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительным образования спорных земельных участков, принадлежащих ответчикам, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков с кадастровыми номерами №, поскольку из материалов дела не следует, что земельный участок, на котором расположен Объект ССО, сформирован в качестве самостоятельного объекта гражданских прав в установленном порядке, при этом судом также принимается во внимание, что согласно информации, изложенной в письме ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» от 15 февраля 2022 г., сведения об Объекте ССО внесены в ЕГРН без внесения данных о координатах фактического местоположения Объекта ССО, и учитывая отсутствие информации о расположении Объекта ССО вне границ земельных участков с кадастровыми номерами №, у ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» отсутствовала необходимость в проведении кадастровых работ по формированию дополнительных земельных участков (том 1, л.д. 103-104).

Кроме того, судом установлено, что земельные участки с кадастровыми номерами № образованы путём выдела земельной доли из земель коллективно-долевой собственности (исходный земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес> в 1992 г., то есть до постройки и ввода в эксплуатацию Объекта ССО (2004 г.).

Государственный кадастровый учёт образованных земельных участков был осуществлён в соответствии с предъявленными документами и в соответствии с требованиями законодательства, что подтверждается доводами, изложенными в отзыве Управления Росреестра по Пермскому краю на исковое заявление.

Истец, заявляя требование о признании недействительным образования земельных участков, принадлежащих ответчикам, фактически оспаривает результаты кадастровых работ, в результате которых были образованы указанные земельные участки, и установление границ вновь образуемых земельных участков. Указанные требования истца обусловлены тем, что образование земельных участков ответчиков, в границах которых расположен Объект ССО, произведено с нарушением требований ЗК РФ, без учёта прав собственника (Российская Федерация) земельного участка, в границах которого находится Объект ССО.

Вместе с тем, доказательств нарушений при проведении кадастровых работ, установлении границ земельных участков при их образовании в тех границах, в которых Объект ССО не расположен, суду не представлено.

Приведённые ответчиком ФИО5, представителями ответчиков доводы, которые, по их мнению, свидетельствуют о необоснованности исковых требований, судом признаются несостоятельными.

Так, доводы представителей ответчика о том, что Пермский транспортный прокурор является ненадлежащим истцом и в этой связи имеются основания для прекращения производства по делу, являются несостоятельными.

Согласно п. 1, п. 3 ст. 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор участвует в рассмотрении дел судами в случаях, предусмотренных процессуальным законодательством Российской Федерации и другими федеральными законами.

Прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

В силу ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределённого круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

В настоящем данном деле прокурор, выступая в интересах Российской Федерации в лице ТУ Росимущества в Пермском крае и неопределённого круга лиц, обратился в суд с иском в связи с необходимостью признания права собственности Российской Федерации на земельные участки, в границах которого находится объект федерального имущества, а также с учётом того, что нахождение земельных участков в частной собственности ответчиков, в границах которого находится Объект ССО, создаёт сложности (препятствия) в обеспечении надлежащего содержания Объекта ССО и безопасной эксплуатации оборудования воздушного транспорта, и, как следствие, наличии угрозы возникновения транспортных происшествий, причинения вреда жизни и здоровью неограниченному числу лиц, что противоречит требованиям авиационной безопасности.

В этой связи приведёнными правовыми нормами прямо предусмотрено право уполномоченного прокурора (в рассматриваемом случае – Пермского транспортного прокурора) обратиться в суд с иском в порядке гражданского судопроизводства с заявлением в защиту интересов Российской Федерации, при этом закон не содержит каких-либо правовых норм, ограничивающих полномочие прокурора на обращение в суд с заявленными требованиями при условии нарушения интересов и прав Российской Федерации.

Таким образом, Пермский транспортный прокурор является органом, уполномоченным на обращение в суд с настоящим иском.

Кроме того, учитывая положения ст. 220 ГПК РФ, предусматривающей основания прекращения производства по делу, суд не усматривает оснований для прекращения производства по делу с учётом доводов, приведённых представителями ответчиков.

Вывод представителей ответчика ФИО5 о том, что Объект ССО не является недвижимым имуществом, поскольку Объект ССО является движимым имуществом, с учётом доводов, изложенных в техническом заключении, подготовленном кадастровым инженером ФИО19 (том 5, л.д. 209-237), судом признаётся несостоятельным и противоречащим имеющимся доказательствам, в частности, сведениям, содержащимися в ЕГРН, согласно которым Объект ССО является объектом недвижимого имущества (том 1, л.д. 155-159), оснований не доверять сведениям, приведённым в ЕГРН, не имеется.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что Объект ССО является недвижимым имуществом.

Доводы представителей ответчиков о том, что Объект ССО не находится на территории земельных участков, принадлежащих ответчикам, противоречит имеющимся доказательствам, в том числе заключениям кадастрового инженера ФИО11 (том 1, л.д. 134-136, 138-139); заключению экспертов ФИО12, ФИО16 (том 4, л.д. 61-75); актами выездного обследования (том 1, л.д. 26, 27); выпиской из ЕГГРН, из содержания которой следует о том, что Объект ССО расположен, в том числе в пределах земельных участков с кадастровыми номерами №, принадлежащих ответчикам (том 1, л.д. 155-160); письменными пояснениями представителя Управления Росреестра по Пермскому краю, из содержания которых следует, что в границах земельных участков с кадастровыми номерами № расположен, в том числе Объект ССО, при этом в отношении Объекта ССО зарегистрированы права собственности Российской Федерации, право хозяйственного ведения ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов), обременение в виде аренды в пользу АО «Международный аэропорт (Пермь)» (том 2, л.д. 126-128); уведомлением ФИО3, направленным в адрес АО «Международный аэропорт «Пермь», из содержания которого следует о наличии на земельном участке с кадастровым номером № оборудования (том 2, л.д. 200); решением Пермского районного суда Пермского края от 10 июня 2022 г. по гражданскому делу № 2-1505/2022, вступившим в законную силу 7 ноября 2022 г., которым установлен факт нахождения Объекта ССО на земельных участках ответчиков.

Доводы представителя ответчика ФИО5 – ФИО7 о наличии оснований для исключения из числа доказательств документов – свидетельство о государственной регистрации права собственности Российской Федерации от 19 февраля 2010 г.; распоряжение о включении объекта недвижимого имущества в казну Российской Федерации от 25 марта 2009 г.; распоряжение ТУ Росимущества в Пермском крае от 28 июля 2010 г. о закреплении за ФГУП «Администрация гражданских аэропортов(аэродромов)» имущества на праве хозяйственного ведения; договор аренды от 9 февраля 2013 г., заключённый между ФГУП «Администрация гражданских аэропортов(аэродромов)» и АО «Международный аэропорт Пермь»; выписка из реестра федерального имущества от 16 марта 2022 г. о том, что строительство Объекта ССО велось в рамках государственного контракта от 17 апреля 2003 г. с актом приёмки законченного строительством объекта приёмочной комиссии от 2 ноября 2014 г.; технический план кадастрового инженера от 17 февраля 2022 г. с информацией о том, что Объект ССО расположен в том числе на земельных участках ответчиков (том 6, л.д. 4-10), являются несостоятельными, поскольку указанные документы составлены уполномоченными лицами в рамках их компетенций и соотносятся с исследованными судом доказательствами, в связи с чем указанные документы являются надлежащими доказательствами.

Выводы представителей ответчиков о том, что экспертное заключение, подготовленное экспертами ФИО12 и ФИО16, является недопустимым доказательством, судом признаются несостоятельными, поскольку экспертное заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ст. ст. 4, 8, 16 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и по указанным в настоящем решении основаниям является полным, обоснованным и содержит исчерпывающие выводы, основанные на проведённых исследованиях.

Допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, не представлено, а изложенные суждения (доводы) относительно экспертного заключения не свидетельствуют о недопустимости экспертного заключения как доказательства.

Выводы представителей ответчика ФИО5 о том, что при проведении натурного осмотра присутствовали неустановленные лица, а сторона ответчика не была уведомлена экспертом, не могут быть приняты во внимание с учётом следующих обстоятельств.

Так, экспертом определены дата и время проведения натурного осмотра объекта экспертного исследования – 26 октября 2022 г., 10.30 час., что подтверждается ходатайством эксперта (том 3, л.д. 190).

Письмом Пермского районного суда Пермского края от 21 октября 2022 г. стороны были извещены о месте, дате и времени проведения натурного осмотра объекта исследования (том 3, л.д. 197), при этом представитель ответчика ФИО5 – ФИО6 извещён помощником судьи посредством телефонограммы (том 3, л.д. 198), что указанным представителем ответчика не отрицалось.

Факт извещения ответчиков о месте, дате и времени проведения натурного осмотра объекта исследования подтверждается и пояснениями представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, пояснившего в ходе судебного разбирательства о его извещении о проведении осмотра посредством телефонограммы, при этом, в то же время, пояснившего о том, что он был извещён о переносе даты и времени проведения натурного осмотра на иную дату.

Между тем осмотр был произведён именно 26 октября 2022 г. в 10.30 час. в присутствии представителя Пермского транспортного прокурора, представителей третьих лиц - АО «Международный аэропорт Пермь», ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», а также специалистов АО «Международный аэропорт Пермь», что подтверждается актом осмотра земельных участков (том 4, л.д. 75).

Иной даты и иного времени натурного осмотра объекта исследования эксперт не определял и стороны о переносе даты и времени осмотра не извещались, при этом указанный представитель ответчика не пояснил о том, на какую иную дату и иное время он был вновь (повторно) извещён о проведении осмотра объекта исследования.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о надлежащем извещении ответчиков, их представителей о месте, дате и времени натурного осмотра объекта исследования.

Кроме того, сам по себе факт отсутствия ответчиков, их представителей при проведении натурного осмотра объекта исследования не влечёт признание экспертного заключения недопустимым доказательством, с учётом совокупности исследованных доказательств, пояснений эксперта, данных им в ходе судебного разбирательства, подтвердившего выводы, приведённые в экспертном заключении.

Довод представителя ответчика о том, что срок проведения судебной экспертизы продлён с целью использования трассоискателя, при этом информация по использованию данного оборудования не представлена в заключении эксперта, в связи с чем продление срока проведения судебной экспертизы являлось необоснованным, не может быть принят во внимание, поскольку основанием для продления срока проведения судебной экспертизы явился факт необходимости истребования экспертом дополнительных сведений, а не необходимость использования трассоискателя для проведения экспертизы.

Кроме того, сам по себе факт продления срока проведения судебной экспертизы не является нарушением проведения процедуры судебной экспертизы и не влечёт признание заключения эксперта недопустимым доказательством.

Вывод представителя ответчика о том, что сведения о пунктах государственной геодезической сети переданы эксперту в день проведения натурного осмотра - 26 октября 2022 г., не может быть принят во внимание и не свидетельствует о признании экспертного заключения недопустимым доказательством.

Так, имеющийся в материалах дела запрос суда в адрес ФГБУ «<данные изъяты>» (том 3, л.д. 199), подготовленный на основании ходатайства эксперта ФИО12, составлен и отправлен 21 октября 2022 г. с указанием даты предоставления сведений на такой запрос – до 26 октября 2022 г. Ответ на указанный запрос из ФГБУ «Центр геодезии, картографии и инфраструктуры пространственных данных» поступил в адрес суда 26 октября 2022 г. посредством электронной почты, что следует из оттиска штампа суда с указанием входящего номера, даты и времени поступления документа (том 3, л.д. 200), после чего предоставленная информация направлена и получена экспертом ФИО12 в тот же день. Указанная в документе дата (ответ на запрос) - 31 октября 2022 г. - судом расценивается как явная техническая описка, не влияющая на достоверность выводов, изложенных в экспертном заключении.

Кроме того, время передачи эксперту указанных судом сведений само по себе не является основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательством, поскольку координаты пунктов государственной геодезической сети являются установленными, постоянными (неизменными), известными и доступными для эксперта (специалиста) в области проведения кадастровых работ.

Вывод представителя ответчика ФИО5 – ФИО7 о том, что иск предъявлен к ненадлежащим лицам (ответчикам), признаётся судом безосновательным, поскольку именно ответчики являются собственниками земельных участков, на которых расположен Объект ССО, в связи с чем истцом оспаривается право ответчиков на части земельных участков, в границах которых расположен Объект ССО.

Выводы представителя ответчика о том, что подписка экспертов ФИО12 и ФИО16 об ответственности за дачу заведомо ложного заключения выполнена в момент завершения экспертизы 25 ноября 2022 г., при том, что дата подписки указана - 4 октября 2022 г.; горизонтальная съёмка спорной территории произведена от пунктов государственной геодезической сети «<адрес>», при этом в акте осмотра отсутствуют сведения об осмотре указанных пунктов экспертом, а также отсутствуют фотографии пунктов на дату проведения экспертизы; отсутствуют сведения по используемому на дату проведения экспертизы фотоаппарату, на фотографиях отсутствуют дата и время съёмки, а также иные приведённые доводы в опровержение иска, не свидетельствуют о том, что заключение эксперта является недопустимым доказательством.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

решил:

Исковые требования Пермского транспортного прокурора, действующего в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Пермском крае и неопределённого круга лиц, к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным образования земельных участков, исключении из государственного кадастра недвижимости записи государственного кадастрового учёта земельных участков, установлении границ земельного участка, признании права собственности на земельный участок удовлетворить частично.

Выделить из земельного участка с кадастровым номером № часть земельного участка, площадью 1 977 кв.м., в границах которого расположена часть объекта недвижимости – «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером №.

Выделить из земельного участка с кадастровым номером № часть земельного участка, площадью 341 кв.м., в границах которого расположена часть объекта недвижимости – «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером №.

Установить границы выделенного земельного участка, площадью 1 977 кв.м., в границах существующего земельного участка с кадастровым номером № в соответствии с фактическим расположением на выделенном земельном участке части объекта недвижимости - «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером № согласно координат характерных точек:

№ точек

X

Y

1

2217078,76

505602,31

2

2217077,67

505608,21

3

2217075,83

505618,20

4

2217044,99

505589,18

5

2217039,46

505595,97

6

2217038,63

505596,68

7

2217037,13

505597,08

8

2217035,63

505596,68

9

2217034,69

505595,83

10

2217023,69

505580,52

11

2217004,24

505553,44

12

2216998,43

505545,36

13

2216981,13

505529,07

14

2216984,72

505520,40

15

2216986,67

505515,67

16

2216990,90

505518,44

17

2216991,37

505518,81

18

2217001,85

505529,14

19

2217002,34

505529,78

20

2217002,74

505531,28

21

2217002,34

505532,78

22

2217002,32

505532,81

23

2217001,91

505533,51

24

2217047,72

505576,63

25

2217047,75

505576,60

26

2217049,25

505576,20

27

2217050,75

505576,60

28

2217051,35

505577,06

29

2217058,86

505584,41

1

2217078,76

505602,31

Установить границы выделенного земельного участка, площадью 341 кв.м., в границах существующего земельного участка с кадастровым номером № в соответствии с фактическим расположением на выделенном земельном участке части объекта недвижимости - «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером № согласно координат характерных точек:

№ точек

X

Y

1

2216961,10

505508,63

2

2216961,71

505507,80

3

2216964,14

505495,46

4

2216944,97

505477,37

5

2216938,02

505486,72

6

2216947,42

505495,68

1

2216961,10

505508,63

Признать право собственности Российской Федерации на выделенный земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1 977 кв.м., в границах которого расположена часть объекта недвижимости – «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером № согласно координат характерных точек:

№ точек

X

Y

1

2217078,76

505602,31

2

2217077,67

505608,21

3

2217075,83

505618,20

4

2217044,99

505589,18

5

2217039,46

505595,97

6

2217038,63

505596,68

7

2217037,13

505597,08

8

2217035,63

505596,68

9

2217034,69

505595,83

10

2217023,69

505580,52

11

2217004,24

505553,44

12

2216998,43

505545,36

13

2216981,13

505529,07

14

2216984,72

505520,40

15

2216986,67

505515,67

16

2216990,90

505518,44

17

2216991,37

505518,81

18

2217001,85

505529,14

19

2217002,34

505529,78

20

2217002,74

505531,28

21

2217002,34

505532,78

22

2217002,32

505532,81

23

2217001,91

505533,51

24

2217047,72

505576,63

25

2217047,75

505576,60

26

2217049,25

505576,20

27

2217050,75

505576,60

28

2217051,35

505577,06

29

2217058,86

505584,41

1

2217078,76

505602,31

Признать право собственности Российской Федерации на выделенный земельный участок с кадастровым номером №, площадью 341 кв.м., в границах которого расположена часть объекта недвижимости – «Система аэродромного светосигнального оборудования» - с кадастровым номером №, согласно координат характерных точек:

№ точек

X

Y

1

2216961,10

505508,63

2

2216961,71

505507,80

3

2216964,14

505495,46

4

2216944,97

505477,37

5

2216938,02

505486,72

6

2216947,42

505495,68

1

2216961,10

505508,63

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Решение, вступившее в законную силу, является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведений о местоположении и площади земельных участках, образованных в результате выделения земельных участков из земельных участков с кадастровыми номерами №.

Решение в течение одного месяца со дня его составления в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края в апелляционном порядке.

Судья: /подпись/ А.С. Симкин

Копия верна

Судья А.С. Симкин

Подлинник подшит

в гражданском деле № 2-19/2023

Пермского районного суда Пермского края

УИД 59RS0008-01-2022-005391-68