Постановление по делу № А51-3609/2021 от 17.11.2025

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело

№ А51-3609/2021

17 ноября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 ноября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи К.П. Засорина,

судей Т.В. Рева, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс» ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

апелляционное производство № 05АП-7944/2023

на определение от 22.11.2023

судьи Д.Н. Кучинского

по делу № А51-3609/2021 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению Федеральной налоговой службы о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс»,

заинтересованные лица: ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, публичное акционерное общество «Приморавтотранс»,

при участии:

конкурсного управляющего обществом ограниченной ответственности «ДальнереченскАвтоТранс» ФИО1 (лично, в режиме веб-конференции), паспорт – до перерыва,

от Федеральной налоговой службы: представитель ФИО6 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 02.12.2024 сроком действия до 29.11.2025, паспорт,

от публичного акционерного общества «Приморавтотранс»: представитель ФИО7 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 11.02.2025 сроком действия 1 год, паспорт; представитель ФИО8 по доверенности от 20.05.2025 сроком действия 3 года, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Приморскому краю (далее – заявитель, уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс» (далее – должник, ООО «ДальнереченскАвтоТранс») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 16.03.2021 заявление уполномоченного органа принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 14.04.2021 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «ДальнереченскАвтоТранс» введена процедура наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – ФИО1). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 24.04.2021 № 73 (7035), стр. 131.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 07.10.2021 ООО «ДальнереченскАвтоТранс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 16.10.2021 № 189 (7151), стр. 132.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДальнереченскАвтоТранс» конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО5 (далее – ФИО5), публичное акционерное общество «Приморавтотранс» (далее – ПАО «Приморавтотранс») в размере 11 644 919,34 руб., согласно уточнениям, принятым судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определение Арбитражного суда Приморского края от 22.11.2023 заявление управляющего признано обоснованным, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 11 644 919,34 руб.; в удовлетворении заявления к остальным контролирующим должника лицам отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований и принять новый судебный акт, которым привлечь солидарно ФИО4, ФИО3, ФИО5, ПАО «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 11 644 919,34 руб.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

В обоснование доводов жалобы управляющий сослался на то, что участники ООО «ДальнереченскАвтоТранс» допустили бездействие в контроле финансово-хозяйственной деятельности должника, что является недобросовестным осуществлением своих прав и обязанностей по отношению к контролируемому обществу. Зная о тяжелом финансовом положении, об убыточной деятельности общества, не предприняли мер по выходу из кризисного финансового состояния и достижения показателей рентабельности, не осуществляли контроль за деятельностью руководителя должника.

Также апеллянт отметил, что поскольку ПАО «Приморавтотранс» принадлежало 24% доли в уставном капитале ООО «ДальнереченскАвтоТранс», оно является аффилированным лицом по отношению к должнику, следовательно, не могло не знать об имущественном положении должника. Обратил внимание на ряд косвенных доказательств аффилированности (имущество должника (11 автобусов) находилось на территории, принадлежащей ПАО «Приморавтотранс», сотрудники должника награждались почетными грамотами ПАО «Приморавтотранс», после введения процедуры банкротства в отношении должника, все его работники перешли работать в ПАО «Приморавтотранс»). Указал на то, что сделка по отчуждению единственного ликвидного актива (новый автобус KING LONG XMQ6129, год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) <***>, модель, № двигателя CUMMINS ISLE340 40 78534512, ПТС 25УМ 496287 от 09.09.2017) была совершена от имени должника бывшим руководителем ФИО4 по согласованию с ПАО «Приморавтотранс» в ущерб интересам должника и кредиторам, а денежные средства по данной сделке были получены спустя 4 года после того, как автобус перешел в пользование ответчика.

По мнению апеллянта, обязанность по обращению в суд учредителями должника, при условии наличия объективного банкротства в 2018 г., с учетом установленных предельных сроков проведения годового собрания, возникла 29.06.2019.

Конкурсный управляющий сослался на то, что в нарушение положений статьи 65 АПК РФ ответчики не представили доказательства того, что само по себе наличие у должника убытков не свидетельствовало об объективном банкротстве, а руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, а также приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план. Напротив, как следует из материалов дела, ответчики лишь наращивали долговые обязательства общества.

Также апеллянт отметил, что задолженность ООО «ДальнереченскАвтоТранс» перед уполномоченным органом, чьи требования впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, начала формироваться с октября 2016 г.

Управляющий выразил несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что блокировка операций по счету должника связана исключительно с несвоевременной сдачей должником налоговой отчетности, поскольку, как следует из приговора Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2021 по уголовному делу

№ 1-126/2021, операции по счету приостановлены налоговым органом ввиду задолженности по уплате налогов и страховых взносов.

Кроме этого, апеллянт отметил, что ответчики не доказали наличие обстоятельств, позволяющих освободить их от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В просительной части апелляционной жалобы управляющим заявлено о восстановлении срока на подачу жалобы в связи с несвоевременным размещением судом первой инстанции в информационной системе «Картотека арбитражных дел» обжалуемого определения.

Определением апелляционного суда от 26.12.2023 восстановлен срок подачи апелляционной жалобы, последняя оставлена без движения на срок до 24.01.2024. Определением апелляционного суда от 16.01.2024, в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 07.02.2024.

Определением от 07.02.2024 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, назначил судебное заседание на 18.03.2024.

Определениями от 18.03.2024, 17.04.2024, 14.05.2024, 11.06.2024, 03.07.2024, 31.07.2024, 26.08.2024, 25.09.2024, 23.10.2024, 12.11.2024,10.12.2024, 15.01.2025, 17.02.2025, 11.03.2025, 09.04.2025 рассмотрение заявление откладывалось, определением от 06.05.2025 объявлялся перерыв в судебном заседании; определениями от 20.05.2025, 18.06.2025, 16.07.2025, 13.08.2025, 09.09.2025, 08.10.2025 судебное заседание откладывалось, последним определением на 05.11.2025; определением от 05.11.2025 в судебном заседании объявлен перерыв до 12.11.2025.

Определением от 15.03.2024, 12.04.2024, 08.05.2024, 06.06.2024, 22.08.2024, 19.09.2024, 08.11.2024, 09.01.2025, 05.05.2025, 10.07.2025, 05.09.2025, 30.10.2025 в коллегиальном составе суда производилась замена судей, в связи с чем, рассмотрение дела начиналось сначала в порядке статьи 18 АПК РФ.

В суд апелляционной инстанции поступили следующие документы и пояснения:

- от ПАО «Приморавтотранс» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу управляющего, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. В письменном отзыве ПАО «Приморавтотранс» выразило несогласие с изложенными в ней доводами;

- от Отдела адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции МВД России по Приморскому краю поступили запрошенные судом сведения о регистрации ФИО4, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 66 АПК РФ;

- от ФИО4 поступил письменный отзыв на заявление управляющего, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. Согласно отзыву ответчик выразил несогласие с доводами заявления, просил отказать в удовлетворении заявленных требований о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 11 644 919,34 руб., поскольку за время исполнения им обязанностей директора ООО «ДальнереченскАвтоТранс» (с 19.11.2018 по 20.04.2020) он не мог нанести ущерб предприятию на данную сумму. Указал, что участники общества, утверждая годовую бухгалтерскую отчетность и контролируя финансово-хозяйственную деятельность общества, не могли не знать о том, что у должника в течение продолжительного времени имеется непокрытый убыток, а также о том, что у должника имеются объективные признаки банкротства уже по итогам 2018 г. Указал, что на момент назначения его на должность директора ООО «ДальнереченскАвтоТранс» 28.11.2018, а именно после увольнения ФИО2, задолженность по заработной плате составляла 1 000 000 руб., по налогам – 1 000 000 руб. Обратил внимание, что им предпринимались меры к погашению задолженности перед налоговым органом, а также перед работниками должника по заработной плате, поставщиками и подрядчиками;

- от налогового органа поступили запрашиваемые судом сведения в отношении учредителей должника, которые приобщены к материалам дела;

- от ПАО «Приморавтотранс» поступили письменные возражения на уточнение к заявлению, которые приобщены к материалам дела. Согласно данным возражениям позиция ответчика сводится к несогласию с доводами управляющего о том, что по состоянию на 29.06.2019 должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, следовательно, его участники должны были обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом). Так, по его мнению, управляющим не доказаны обстоятельства, предполагающие привлечение к субсидиарной ответственности участников общества, а также не доказаны обстоятельства неплатежеспособности ООО «ДальнереченскАвтоТранс» на 2018-2019 гг. и обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве. Ответчик просил отказать в удовлетворении заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности ПАО «Приморавтотранс» в размере непогашенной части реестра требований кредиторов должника в размере 10 609 949,75 руб.;

- от Отдела адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции МВД России по Приморскому краю поступили запрошенные судом сведения о регистрации ФИО2, ФИО3, ФИО5, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 66 АПК РФ;

- от ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, которое рассмотрено и удовлетворено;

- от налогового органа поступили запрошенные судом сведения о лицах, которые осуществляли полномочия руководителей должника с момента его регистрации 21.01.2003, а также сведения о его учредителях, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 66 АПК РФ;

- от ФИО4 поступило ходатайство о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела, а именно: протокола собрания участников должника от 27.04.2020, приказа от 30.04.2020 № 18 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнение), копии трудовой книжки и вкладыша, которое рассмотрено и удовлетворено;

- от ПАО «Приморавтотранс» поступили письменные дополнения к отзыву, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ. По тексту дополнений ответчик обратил внимание на то, что материалами дела подтверждено, что должник не обладал признаками неплатежеспособности (объективного банкротства) до января 2020 г. - до момента, когда у него помимо задолженности по обязательным платежам образовалась задолженность по заработной плате; участники должника могли узнать о возникновении у последнего признаков неплатежеспособности только на годовом общем собрании участников за 2019 г., которое в обычных условиях должно было состояться не позднее 30.07.2020; вследствие принятых жестких ограничительных мер в связи с пандемией коронавируса и внесением соответствующих изменений в Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) в части сроков проведения годового общего собрания участников в 2020 г., проведение годового общего собрания участников должника за 2019 г. в 2020 г. оказалось невозможным; в связи с введением моратория возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов, а также приостановлением на период моратория обязанности должника и иных лиц по обращению в суд с заявлением должника, участники должника не имели возможность обратиться в суд с таким заявлением в 2020 г. после возникновения у должника признаков неплатёжеспособности. При таких обстоятельствах, ответчик указал на отсутствие оснований для привлечения участников должника к субсидиарной ответственности; просил отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме;

- коллегией приобщена выписка из ЕГРЮЛ от 12.11.2024 в отношении должника;

- от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ;

- от ФИО4 поступил письменный отзыв на заявление управляющего, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. Согласно отзыву, ответчик просил отказать в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, удовлетворить требования управляющего о привлечении ФИО3, ФИО5 и ПАО «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности;

- от АО «Почта России» поступила запрошенная информация, в отношении вручения ФИО5 и ФИО2 судебной корреспонденции, которая приобщена к материалам дела в порядке статьи 66 АПК РФ; также в суд поступило уведомление о вручении ФИО5 определения об отложении судебного заседания на 15.01.2025, конверт с отметкой об истечении срока хранения, направленный в адрес ФИО2;

- от ФИО5 поступил письменный отзыв на заявление управляющего, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. По тексту отзыва ответчик выразил несогласие с изложенными в заявлении доводами, просил отказать в его удовлетворении;

- от ФИО4 поступили уточнения, согласно которым просил исключить его из числа ответчиков, привлечь солидарно иных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, пересчитать ФИО2 сумму задолженности пропорционально времени нахождения в должности директора должника в сторону увеличения, взыскать с ФИО5 - 9 797 291,40 руб., ФИО3 - 9 797 291,40 руб., ПАО «Приморавтотранс» - 9 797 291,40 руб. Указанные пояснения вместе с доказательствами их направления лицам, участвующим в деле приобщены к материалам дела;

- от ПАО «Приморавтотранс» поступило заявление, согласно которому сообщил, что соглашение о цене приобретенного ПАО «Приморавтотранс» права требования по лизинговому договору между сторонами так и не было достигнуто, следовательно, в отсутствии такого соглашения оплата приобретенного права требования, а равно как и прекращение указанного обязательства зачетом, было невозможно. Ответчик указал, что только по этому ПАО «Приморавтотранс» не оплатило приобретенное право требования до момента, когда с таким требованием к нему не обратился конкурсный управляющий. Просил приобщить к материалам дела карточку счета № 62 за январь 2018 г. по август 2019 г., справки о ликвидации филиала Дальнереченского АТП ПАО «Приморавтотранс». Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела указанные документы, как представленные во исполнение определения суда;

- от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, в которых указал, что размер субсидиарной ответственности по обязательствам должника составляет у ФИО4 - 11 514 136 руб., ФИО3 - 9 599 499,13 руб., ФИО5 - 9 599 499,13 руб., ПАО «Приморавтотранс» - 9 599 499,13 руб., указанные пояснения приобщены к материалам дела;

- от конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно: копий документов, подтверждающих начисление уполномоченным органом недоимок, пеней, штрафов в отношении должника. Указанные документы приобщены к материалам дела как представленные во исполнение определения суда. Также от управляющего поступило заявление, которое приобщено к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ;

- в суд апелляционной инстанции поступили запрошенные у суда первой инстанции материалы основного дела о несостоятельности (банкротстве) должника;

- от ПАО «Приморавтотранс» поступили дополнения от 27.08.2025 и от 03.09.2025 к отзыву, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ. Согласно дополнениям, ответчик указал, что в размер субсидиарной ответственности не может быть включены капитализированные платежи, при условии, что вина последнего в причинении вреда жизни и здоровью работника должника отсутствовала. Ответчик отметил, что общий размер задолженности составляет 431 143,74 руб. Также коллегией установлено, что к дополнениям от 03.09.2025 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в обоснование дополнений к отзыву;

- от ФИО4 поступили отзывы на заявление, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. В письменных отзывах ответчик поддержал ранее изложенную позицию.

- от уполномоченного органа поступил письменный отзыв на заявление управляющего, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. В письменном отзыве уполномоченный орган указал на то, что материалами дела подтверждено наличие признаков неплатежеспособности должника с начала 2019 г., срок подачи заявления о признании ООО «ДальнереченскАвтоТранс» несостоятельным (банкротом) истек 15.02.2019. Указал, что заложенность ООО «ДальнереченскАвтоТранс» перед налоговым органом возникла еще в период руководства ФИО2 Вина ФИО4 в сокрытии от остальных участников общества текущего финансового состояния общества, финансовой документации общества и сокрытии денежных средств общества установлена приговором Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2021. Отметил, что ФИО4 не была исполнена обязанность по передаче документации бухгалтерского учета и (или) отчетности арбитражному управляющему, было отчуждено единственное ликвидное имущество должника. Просил удовлетворить заявление управляющего частично, признать доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков солидарно ФИО2, ФИО4 и ПАО «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «ДальнереченскАвтоТранс» в размере 13 538 941,46 руб.; вопрос в части привлечения ФИО3 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника оставил на усмотрение суда; просил взыскать в конкурсную массу должника солидарно с ответчиков 1 794 126,11 руб.; взыскать в пользу ФНС России в лице УФНС России по Приморскому солидарно с ответчиков 11 744 815,35 руб.;

- от конкурсного управляющего поступили уточнения к заявлению, которые приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ. Согласно уточнениям, просил привлечь солидарно ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ПАО «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДальнереченскАвтоТранс»; взыскать с ФИО2 345 897,02 руб., с ФИО4 11 514 136 руб., ФИО3 11 514 136 руб., ФИО5 11 514 136 руб., ПАО «Приморавтотранс» 11 514 136 руб. Также от конкурсного управляющего поступили возражения на отзыв ПАО «Приморавтотранс», согласно которым сообщил, что в случае установления вины контролирующего должника лица в доведении до банкротства, размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника. Отметил, что капитализированные платежи начислены за период с 2017 по 2021 гг., следовательно, ответчики должны были знать о наличии задолженности по уплате обязательных платежей с учетом наступления срока предоставления расчета по капитализированным платежам и по страховым взносам в Пенсионный фонд Российской Федерации. По его мнению, независимо от периода начисления капитализированных платежей, возможность их выплаты обусловлена неправомерными действиями контролирующих должника лиц. Судом установлено, что к возражениям конкурсного управляющего приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. Указанное ходатайство рассмотрено и удовлетворено;

- от ФИО4 поступил отзыв на дополнение ПАО «Приморавтотранс» и уполномоченного органа, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. Простил отказать в удовлетворении требований управляющего в части привлечения его к субсидиарной ответственности, привлечь ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО5 и ПАО «Приморавтотранс» солидарно к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника;

- от ПАО «Приморавтотранс» поступили дополнения № 5 к отзыву на заявление, согласно которым указало, что основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника отсутствуют, поскольку общество не совершало с должником сделок, в результате которых был причинен вред имущественным правам кредиторов, соглашение от 28.03.2019 № 4 о замене стороны лизингополучателя по договору финансовой аренды (лизинга) от 24.11.2017 № 3587/ФЛ, в соответствии с которым к ПАО «Приморавтотранс» (новый лизингополучатель) в полном объеме перешли обязательства (долг) должника по договору лизинга, не причинило никакого ущерба интересам должника и/или его кредиторов; ПАО «Приморавтотранс» не совершало иных действий (бездействий), следствием которых стало невозможность удовлетворения требований кредиторов. Указанные дополнения приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Коллегией заслушаны пояснений лиц, участвовавших в судебных заседаниях до и после объявления перерыва (05.11.2025, 12.11.2025).

Конкурсный управляющий поддержал заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, доводы своей апелляционной жалобы, а также письменных пояснений, дополнений к ней.

Представитель ФНС России поддержал доводы, изложенные в своем отзыве, а также правовую позицию конкурсного управляющего ООО «ДальнереченскАвтоТранс».

Представители ПАО «Приморавтотранс» поддержали доводы, изложенные в своем отзыве и дополнениях к нему.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения

АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 - 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено коллегией, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судом первой инстанции в целях уведомления ответчика ФИО4, было направлено определение об отложении судебного заседания от 10.10.2022 по месту регистрации должника по адресу: 692135, <...>, о чем свидетельствует имеющийся в материалах дела конверт с отметкой «возврат». Учитывая, что ФИО4 к этому времени не являлся руководителем должника, он не мог получить судебное извещение.

Вместе с тем, согласно имеющейся в материалах дела копии приговора Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2021 по делу № 1-126/2021, а также тексту заявления конкурсного управляющего, ФИО4 зарегистрирован по адресу: <...>.

Более того, коллегией установлено, что материалы дела не содержат доказательств принятия судом мер по получению актуальных сведений о местонахождении ФИО4, в частности судом не направлены судебные извещения по всем имеющимся в распоряжении суда адресам, не запрошены данные о месте жительства ФИО4 из органов, уполномоченных на ведение регистрационного учета места жительства и места пребывания граждан.

Указанные нарушения судом первой инстанции норм процессуального права о надлежащем извещении участников дела о времени и месте судебного разбирательства явились основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, поскольку ФИО4 был лишен возможности участвовать в судебном заседании суда первой инстанции и высказывать свое мнение, в результате чего были нарушены такие принципы арбитражного процесса, как обеспечение равной судебной защиты прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле, равноправие сторон, состязательность (статьи 7-9 АПК РФ).

В рамках рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции управляющим неоднократно уточнялись заявленные требования. Согласно последним уточнениям к заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, управляющий просил привлечь солидарно ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ПАО «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДальнереченскАвтоТранс»; взыскать с ФИО2 - 345 897,02 руб., с ФИО4 - 11 514 136 руб., ФИО3 -11 514 136 руб., ФИО5 - 11 514 136 руб., ПАО «Приморавтотранс» - 11 514 136 руб.

В обоснование заявленных требований управляющий сослался на то, что ФИО2, ФИО4, являясь руководителями должника, ФИО3, ФИО5 и ПАО «Приморавтотранс», являясь участниками должника, в нарушение пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве не исполнили обязанность по направлению в арбитражный суд заявления о признании общества несостоятельным (банкротом). Также заявитель указал на непередачу ФИО4 управляющему бухгалтерской и иной документации общества, а также на вывод ликвидного имущества должника. Отметил, что указанные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Исследовав и оценив материалы дела, доводы конкурсного управляющего, возражения ответчиков, доводы уполномоченного органа, представленные в суд апелляционной инстанции дополнительные документы, коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, ООО «ДальнереченскАвтоТранс» (ИНН <***>, КПП 250601001, ОГРН <***>, юридический адрес: <...>) зарегистрировано в качестве юридического лица 27.06.2002, основной вид деятельности: регулярные перевозки пассажиров автобусами в городском и пригородном сообщении (код ОКВЭД 49.31.21).

При осуществлении предприятием хозяйственной деятельности у последнего образовалась задолженность, что послужило основанием для обращения уполномоченного органа 02.03.2021 в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании ООО «ДальнереченскАвтоТранс» несостоятельным (банкротом).

В последующем, как отмечено выше, заявление принято к производству (определение от 16.03.2021), задолженность в размере 12 411 928,32 руб. по обязательным платежам вступившими в законную силу судебными актами включена в реестр требований кредиторов должника (определения от 14.04.2021, 10.02.2022).

В ходе проведения процедуры банкротства должника погашена задолженность по обязательным платежам, включенная во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в размере 767 008,98 руб.

Как указал уполномоченный орган, с учетом погашения размер задолженности по обязательным платежам составляет 11 644 919,34 руб., в том числе 10 537 089,37 руб. основного долга, 977 046,68 руб. пени, 130 783,29 руб. штрафов. Основанием возникновения задолженности в размере 11 644 919,34 руб. является неоплата начислений по страховым взносам за расчетные периоды до 2017 г., по страховым взносам за 1 квартал 2018 г., 9 месяцев 2018 г., 2018 г., 1 квартал 2019 г., 6 месяцев 2019 г., 9 месяцев 2019 г., 2019 г., 1 квартал 2020 г., по НДФЛ за 9 месяцев 2018 г., 2018 г., 1 квартал 2019 г., 6 месяцев 2019 г., 9 месяцев 2019 г., 2019 г., 1 квартал 2020 г., 6 месяцев 2020 г., по ЕНВД за 4 квартал 2018 г., 1-4 кварталы 2019 г., 1 квартал 2020 г., по транспортному налогу за 2017, 2018, 2019, 2020 г., а также задолженность по капитализированным платежам в связи с профессиональными заболеваниями и несчастными случаями на производстве. Задолженность по текущим налоговым обязательствам составляет 230 679,30 руб., в том числе 179 180 руб. транспортного налога.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для решения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности должна быть установлена противоправность поведения контролирующего лица, наличие причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условии.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Таким образом, при рассмотрении спора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подлежат установлению действительные причины возникновения несостоятельности должника, а также какие конкретные неправомерные действия (бездействие) контролирующих должника лиц явились тому предпосылкой, то есть необходимой причиной возникновения финансового кризиса, приведшего впоследствии к банкротству.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении должника, а также из сведений, представленных в материалы дела налоговым органом о лицах, имеющих право действовать без доверенности от имени должника и из сведений об учредителях ООО «ДальнереченскАвтоТранс», ФИО2 являлся руководителем должника в период с 14.05.2014 по 28.11.2018, ФИО4 являлся руководителем должника в период с 28.11.2018 по 05.10.2021; ПАО «Приморавтотранс» являлось учредителем должника с 21.01.2003 по 11.03.2021 с долей 24%, ФИО3 являлся учредителем должника с 21.01.2003 по 10.02.2010 с долей 38%, ФИО5 являлся учредителем должника с 22.09.2024 по 09.03.2021 с долей 38%.

Таким образом, указанные лица являются контролирующими должника лицами по смыслу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Предъявляя требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий в качестве оснований для такого привлечения указал на неисполнение ими обязанности по подаче в суд в порядке статьи 9 Закона о банкротстве заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Как следует из пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 Постановления № 53, в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Лицо, не являющееся руководителем должника, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы.

Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В вопросе исследования неплатежеспособности следует учитывать, что само по себе наличие неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами не свидетельствует однозначно о наличии у предприятия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

Для целей применения норм о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц необходимо установить не просто недостаточность имущества на конкретную дату, а дату наступления критического для должника момента, в который он стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (пункты 4 и 9 Постановления № 53).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как было указано ранее, заявление руководителя должника (как ФИО2, так и ФИО4), равно как и учредителей общества в арбитражный суд не поступили; должник признан несостоятельным (банкротом) по заявлению уполномоченного органа.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания понятия, данного в статье 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества, в силу статьи 2 Закона о банкротстве, понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

При этом наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Возникновение в рассматриваемый период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Как указано выше, определением от 16.04.2021 признаны обоснованными и подлежащими включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника требования ФНС России в размере 3 043 793,32 руб. основного долга; в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФНС России в размере 1 530 748 руб. основного долга, 867 002,93 руб. пени. Основанием возникновения задолженности является неоплата начислений по страховым взносам за расчетные периоды до 2017 г., по страховым взносам за 1 кв. 2018 г., 9 мес. 2018 г., 2018 г., 1 кв. 2019 г., 6 мес. 2019 г., 9 мес. 2019 г., 2019 г., 1 кв. 2020 г., по НДФЛ за 9 мес. 2018 г., 2018 г., 1 кв. 2019 г., 6 мес. 2019 г., 9 мес. 2019 г., 2019 г., 1 кв. 2020 г., 6 мес. 2020 г., по ЕНВД за 4 кв. 2018 г., 1-4 кв. 2019 г., 1 кв. 2020 г., по транспортному налогу за 2017, 2018, 2019 гг.

Определением от 10.02.2022 признаны обоснованными и подлежащими включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника требования ФНС России в размере 67 008,98 руб. основного долга; подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФНС России в размере 6 903 375,09 руб., в том числе 6 662 548,05 руб. основного долга, 110 043,75 руб. пени, 130 783,29 руб. штрафа.

В соответствии с судебными приказами Судебного участка № 43 судебного района г. Дальнереченска и Дальнереченского района Приморского края о взыскании с должника задолженности по заработной плате, последний прекратил выплачивать денежные средства своим работникам с января 2019 г.

Исходя из информации с официального сайта ФССП России по состоянию на 29.06.2019 в отношении должника имелись возбужденные исполнительные производства на сумму 962 568,47 руб.

Как следует из бухгалтерского баланса предприятия за 2019 г., прослеживается ухудшение финансовых показателей должника. Так, активы за 2018 г. составляли 3 974 000 руб., размер кредиторской задолженности – 8 794 000 руб., активы за 2019 г. составляли 3 951 000 руб., размер кредиторской задолженности – 14 889 000 руб. Следовательно, кредиторская заложенность превышала активы более чем в два раза.

Более того, как установлено приговором Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2020 по уголовному делу № 1-126/2021 установлено, что в период с 26.04.2018 до 19.03.2020 МИФНС России № 2 по Приморскому краю и МИФНС России № 13 по Приморскому краю в целях своевременного информирования плательщика о необходимости погашения задолженности перед бюджетом в адрес должника направлены требования об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных предпринимателей). Сумма недоимки по налогам и страховым взносам превысила размер в 2 250 000 руб. и по состоянию на 05.04.2019 составила 2 322 493,81 руб. и продолжала расти, поскольку по состоянию на 19.03.2020 недоимка составила 4 720 071,28 руб.

Ввиду неполной уплаты должником налогов и страховых взносов в период с 24.08.2018 до 30.04.2020 МИФНС России № 2 по Приморскому краю и МИФНС России № 13 по Приморскому краю вынесены решения о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов за счет денежных средств (драгоценных металлов) на счетах налогоплательщика в банках, а также электронных денежных средств. После истечения сроков исполнения вышеуказанных требований об уплате налога, страховых взносов на расчетный счет должника № 40702810500240000092, открытый в АО «Дальневосточный банк», налоговым органом в период с 16.11.2018 по 30.04.2020 выставлены поручения на списание и перечисление денежных средств со счета налогоплательщика в бюджетную систему Российской Федерации. В связи с недостаточностью денежных средств на счете должника, данные поручения поставлены банком для последующего списания их в порядке очередности.

По смыслу положений статьи 13 ГК РФ, статей 16, 69 АПК РФ принцип общеобязательности вступившего в законную силу судебного акта исключает возможность переоценки выводов суда, содержащихся в этом акте. Отнесение тех или иных обстоятельств к преюдициально установленным означает запрет заново устанавливать, оспаривать или опровергать те же обстоятельства с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные.

Преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом. Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704).

С учетом изложенного, вышеуказанный приговор имеет правовое значение для рассмотрения настоящего спора, поскольку данным судебным актом установлен факт наличия заложенности предприятия перед уполномоченным органом, а также вина ФИО4

При этом, как следует из журнала постановлений ФНС России о взыскании задолженности за счет имущества налогоплательщика в отношении должника вынесено постановление от 27.10.2016 № 8118 на сумму 754 454,56 руб., в том числе 362 156 руб. налога, 250 380,56 руб. пени, 141 918 руб. штрафов) и другие. Вынесено решение о взыскании задолженности от 16.11.2018 № 120849 на сумму 1 077 611,25 руб.

Таким образом, по состоянию на 27.10.2016 у должника имелась задолженность перед уполномоченным органом на сумму более 300 000 руб. Согласно требованию налогового органа о необходимости погашения задолженности перед бюджетом от 26.04.2018 общая сумма недоимки по состоянию на 23.10.2018 составила 1 615 828,66 руб.

Учитывая изложенное, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла уже в период руководства ФИО2, а именно с 28.11.2016.

Как установлено приговором Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2020 по уголовному делу № 1-126/2021, ФИО4 как руководитель должника, заведомо знал о наличии у предприятия задолженности по налогами страховым взносам, но в свою очередь, не исполнил обязанность по организации уплаты имеющейся недоимки в период его руководства, тогда как согласно положениям статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), налогоплательщик, плательщик страховых взносов обязан самостоятельно исполнить обязанность по их уплате в установленный срок. Указанным приговором доказана вина бывшего директора должника ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением ему наказания в виде штрафа в размере 240 000 руб.

При таких обстоятельствах, учитывая дату вступления в должность директора общества с 28.11.2018, а также то, что срок сдачи бухгалтерской отчетности организации – не позднее 31 марта года, следующего за отчетным, на 01.04.2019 ФИО4 обладал сведениями об ухудшении финансовых показателей общества, однако не предпринял меры к обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Более того, в приговоре суда указано, что ФИО4, достоверно зная о задолженности предприятия перед налоговым органом, которая по состоянию на 05.04.2019 составила 2 322 493,81 руб., а 19.03.2020 составила 4 720 071,28 руб., а также о том, что по расчетному счету должника приостановлены расходные операции, в том числе с выставлением поручений на списание и перечисление денежных средств, действуя умышлено, в период с 05.04.2019 по 30.04.2020 реализовал схему по сокрытию денежных средств организации, за счет которых должно было быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам. Данная схема заключалась в выводе денежных средств с расчетного счета должника путем их снятия с указанием операции «заработная плата по КТС», придавая данным действиям законность, а в дальнейшем наличные денежные средства вносились в кассу предприятия для расходования (в указанный период с расчетного счета должника и внесено в кассу сумма в размере 15 209 535,99 руб.); также была реализована схема по выдаче из кассы предприятия в подотчет денежных средств в общей сумме 4 691 748,11 руб. работникам общества, которые расходовались на оплату товаров, работ, услуг. В рамках уголовного дела ФИО4 полностью признал вину.

В тоже время, учитывая установленные судом обстоятельства наличия признаков объективного банкротства в 2018 г., принимая во внимание предельные сроки проведения годового собрания, обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ДальнереченскАвтоТранс» несостоятельным (банкротом) у участников общества возникла 29.06.2019.

Более того, коллегия отмечает, что участники общества, утверждая годовую бухгалтерскую отчетность и в силу своих полномочий, контролируя деятельность предприятия и его руководителя, не могли не знать о наличии в течение продолжительного времени (2018-2020 гг.) непокрытого убытка.

Таким образом, доводы ответчиков подлежат отклонению, как противоречащие вышеизложенным выводам.

Ссылка ПАО «Приморавтотранс» на то, что в материалах дела не содержатся доказательства наличия признаков неплатежеспособности (объективного банкротства) до января 2020 г. - до момента, когда у него помимо задолженности по обязательным платежам образовалась задолженность по заработной плате, несостоятельна.

Указание на то, что участники общества могли узнать о возникновении у должника признаков неплатежеспособности только на годовом общем собрании участников за 2019 г., которое в обычных условиях должно было состояться не позднее 30.07.2020, также противоречит материалам дела, поскольку данные признаки возникли еще в 2018 г.

В то же время, доводы ПАО «Приморавтотранс» об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника в 2018 и 2019 гг., поскольку им осуществлялась деятельность по перевозке пассажиров, следовательно, имелась выручка, подлежат отклонению. Так, согласно отчету о финансовых результатах, за 2018 г. размер выручки составил 41 217 тыс. руб., однако себестоимость продаж (затраты должника) составили 58 тыс. руб., убыток составил 7 241 тыс. руб., совокупный финансовый результат – убыток 7 265 тыс. руб., за 2019 г. размер выручки составил 28 874 тыс. руб., себестоимость продаж (затраты должника) составили 34 413 тыс. руб., убыток общества составил 5 539 тыс. руб., совокупный финансовый результат – убыток 6 118 тыс. руб.

При этом 28.03.2019 должником в лице его руководителя ФИО4 по согласованию с ПАО «Приморавтотранс» последнему было отчуждено имущество должника: сальдо взаимных предоставлений по договору лизинга автобуса KING LONG XMQ6129, год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) <***>, модель, № двигателя CUMMINS ISLE340 40 78534512, ПТС 25УМ 496287 от 09.09.2017), в соответствии с данным договором лизинга должник являлся лизингополучателем. Оплату полученного права ПАО «Приморавтотранс» в разумные сроки после совершения сделки не произвело.

Так, по Соглашению от 28.03.2019 № 4 о замене стороны Лизингополучателя по договору финансовой аренды (лизинга) от 24.11.2017 № 3587/ФЛ, заключенного между ООО «Лизинговая компания «Дельта» (Лизингодатель), ООО «ДальнереченскАвтоТранс» (Лизингополучатель) и ПАО «Приморавтотранс» (Лизингополучатель), лизингополучатель передал (перевел), а новый лизингополучатель принял в полном объеме обязательства (долг) лизингополучателя по данному договору, в соответствии пунктами 2.1-2.2 которого уступка права (требования) и передача обязательств соглашению, являются возмездными; условия оплаты за уступаемые права (требования) и передачу обязательств (перевод долга) по данному соглашению регулируются дополнительным соглашением между лизингополучателем и новым лизингополучателем.

Только 16.03.2023, уже после введения процедуры банкротства должника, между ООО «ДальнереченскАвтоТранс» в лице его конкурсного управляющего ФИО1 и ПАО «Приморавтотранс», в лице генерального директора ФИО9 было заключено дополнительное соглашение к Соглашению от 28.03.2019 № 4 о замене стороны Лизингополучателя по Договору финансовой аренды (лизинга) от 24.11.2017 № 3587/ФЛ, по условиям которого, стороны определили, что оплата за уступаемые права (требования) и передачу обязательств (перевод долга) составляет 3 790 084,63 руб. Впоследствии ПАО «Приморавтотранс» перечислило указанную сумму на расчетный счет должника.

В качестве основания возникновения условий, позволяющих привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности, управляющий также указал на совершение между должником и ПАО «Приморавтотранс» сделки по отчуждению единственного ликвидного актива, что привело к ухудшению его финансового положения в условиях наращивания кредиторской задолженности, чем причинили вред кредиторам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 46 Закона № 14-ФЗ и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как установлено судом апелляционной инстанции ПАО «Приморавтотранс» в силу пунктов 1, 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве относится к контролирующим должника лицам.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В период проведения инвентаризации имущества должника, управляющим обнаружено 11 автобусов (инвентаризационная опись основных средств ПСМ-1 № 4), при этом указанное имущество находилось на территории, принадлежащей ПАО «Приморавтотранс». Из пояснений бывших работников должника, конкурному управляющему стало известно, что данное имущество всегда находилось в автопарке ПАО «Приморавтотранс». Кроме этого, управляющим установлено, что после введения процедуры банкротства все работники должника были трудоустроены в ПАО «Приморавтотранс». При этом в трудовых книжках бывших работников должника (трудовые книжки ФИО10, ФИО11) содержатся сведения о награждении в период работы в ООО «ДальнереченскАвтоТранс» почетными грамотами ПАО «Приморавтотранс».

То есть, фактически, но не юридически, ООО «ДальнереченскАвтоТранс» существовало не как самостоятельное юридическое лицо, а как одно из структурных подразделений ПАО «Приморавтотранс».

При таких обстоятельствах, коллегия пришла к выводу о том, что должник совершил сделку с аффилированным лицом (ПАО «Приморавтотранс»), кроме того, при осуществлении сделки в интересах ПАО «Приморавтотранс» действовал его руководитель ФИО5, который также является учредителем должника.

Учитывая изложенное, вопреки доводам ответчиков, коллегия пришла к выводу о том, что в результате совершения указанной безвозмездной сделки был выведен в пользу аффилированного лица основной актив должника, чем был причинен вред уполномоченному органу, поскольку в указанный период уже существовала непогашенная задолженность перед бюджетом. Кроме этого, в силу аффилированности ответчик знал о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредитора.

При таких обстоятельствах, ответчики не могли не располагать информацией о наличии признаков неплатежеспособности у должника, и умышлено (ФИО4, ФИО5, ПАО «Приморавтотранс») совершили указанную сделку по выводу активов с дочернего предприятия на ПАО «Приморавтотранс», в тоже время, ФИО3, как учредитель, осуществляющий контроль за деятельностью общества, его руководителя, заведомо был осведомлен об указанных обстоятельствах, игнорируя необходимость погашения задолженности по платежам в бюджет.

Кроме этого, коллегия, отклоняя доводы ответчиков о том, что у общества, помимо вышеуказанного отчужденного имущества, имелся ликвидный актив в виде 11 автобусов, исходит из того, что в период проведения процедуры банкротства указанное имущество выставлялось на торги, однако первые, повторные и торги посредством публичного предложения были признаны несостоявшимися по причине отсутствия заявок. Впоследствии данные автобусы в связи с их неудовлетворительным техническим состоянием реализованы в качестве лома по цене, сложившейся в регионе, на общую сумму 804 090 руб.

Оценивая доводы управляющего, возражения ответчика ФИО4, коллегия установила, что бывший директор не осуществил передачу бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов управляющему.

Согласно пункту 24 Постановления № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Закона № 14-ФЗ общество обязано хранить следующие документы: учредительные документы общества, а также внесенные в учредительные документы общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения и дополнения; протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающий государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Обязанность по хранению организацией документов бухгалтерского и налогового учета предусмотрена также статьей 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ) и пунктом 1 статьи 23 НК РФ.

В силу пункта 1 статьи 7 Закона № 402-ФЗ ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности, согласно статьям 9, 10 и 13 Закона № 402-ФЗ относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация.

Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции.

Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

Пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ также возлагает на экономических субъектов обязанности по хранению первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности, аудиторских заключений в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

В отсутствие документов о деятельности должника управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 № 305- ЭС21-23266).

Вина ФИО4 в непередаче документации арбитражному управляющему доказана, в том числе обстоятельствами, установленными в ходе рассмотрения уголовного дела (приговор Дальнереченского районного суда Приморского края от 15.06.2021 по уголовному делу № 1-126/2021).

Более того, 29.06.2020, 07.10.2020 Следственным отделом по городу Дальнереченску следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю были проведены обыск офиса ООО «ДальнереченскАвтоТранс» и выемка документации предприятия с изъятием всей имевшейся в наличии бухгалтерской и иной документации организации. При этом документация имелась не в полном объеме, что следует из приговора.

Оснований полагать отсутствие вины ФИО4 у суда апелляционной инстанции не имеется.

При изложенных обстоятельствах, коллегия пришла к следующим выводам.

Так, действуя разумно и предусмотрительно, руководитель должника в целях погашения задолженности перед бюджетом по уплате налогов и сборов был обязан дать указания на перечисление денежных средств, прежде всего, для уплаты налогов в бюджет. Однако, вместо погашения задолженности перед уполномоченным органом, ответчик ФИО4 реализовал схему по выводу денежных средств должника и ликвидного имущества, а учредители предприятия, заведомо осведомленные об указанных действиях, не осуществили должный контроль, что привело к непоступлению в бюджетную систему Российской Федерации денежных средств.

При этом вопреки доводам ответчиков в материалы дела не представлены доказательства того, что в условиях осведомленности о сложившихся обстоятельствах (блокировка счетов, выставление требований о взыскании налогов) ими предпринимались меры по погашению задолженности предприятия, были разработаны реабилитационные мероприятия по выходу общества из кризисного финансового состояния, более того, ответчиками своевременно не было подано заявление в суд о признании предприятия несостоятельным (банкротом), что привело к существенному ухудшению финансового положения, невозможности восстановления платежеспособности должника, увеличению долговых обязательств перед кредиторами, в связи с чем, коллегия пришла к выводу о том, что конкурсным управляющим доказано наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В рассматриваемой ситуации, конкурсным управляющим и уполномоченным органом приведены убедительные доводы, позволяющие суду апелляционной инстанции прийти к выводу о недобросовестности и неразумности действий ответчиков, и, как следствие признать доказанным наличие совокупности оснований, предусмотренных статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

При солидарной ответственности кредитор (в данном случае должник) вправе предъявить требование ко всем должникам (в данном случае ответчикам) совместно или к любому из них в отдельности, притом как полностью, так и в части, при этом обосновывать свой выбор кредитор не обязан (статья 323 ГК РФ).

Условием солидарной ответственности, в силу закона, является совместность причинения ими убытков. Под совместностью следует понимать действия субъектов, обусловленные общим замыслом, единой целью, скоординированные и влекущие как следствие такой координации единые имущественные последствия для юридического лица. Дальнейшее разделение солидаритета между ними не должно входить в предмет доказывания для заявителя и должно возлагаться на этих ответчиков.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2022 № 308-ЭС16-6482(24,25) по делу № А63-577/2015, основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства: наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника, доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов, проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

При этом, именно на ответчике лежит процессуальная обязанность доказать явную несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов, равно как и иные обстоятельства, которые могут явиться основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности. Доказательства наличия перечисленных обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Проверяя расчет конкурсного управляющего, коллегия пришла к выводу о его обоснованности.

Так, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за период с 29.11.2016 по 28.11.2018 на сумму 345 897,02 руб. (по требованию от 23.10.2018 № 319938 сумма неисполненных обязательств составила 309 584,73 руб., по требованию от 30.07.2018 № 318903 сумма неисполненных обязательств составила 31 001,78 руб., по требованию от 26.04.2018 № 317513 сумма неисполненных обязательств составила 5 310,51 руб., по требованию от 03.04.2018 № 36965 сумма неисполненных обязательств составила 376,71 руб., всего 345 897,02 руб.).

Как следует из расчета управляющего, остаток непогашенной части реестра требований кредиторов должника по состоянию на 04.03.2024 составляет 11 644 919,34 руб.

Коллегия также принимает во внимание позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО12», согласно которой, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

В указанном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что при определении размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, судам следует учесть также позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П, согласно которой суммы штрафов по своему существу выходят за рамки налогового обязательства как такового, носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности, потому вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.

Выявленный конституционно-правовой смысл пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

В связи с этим сумма штрафов в размере 130 783, 29 руб. не подлежит взысканию с контролирующих должника лиц в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, следовательно, ответчики ФИО4, ФИО3, ФИО5, ПАО «Приморавтотранс» подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в порядке положений статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве на сумму 11 514 136 руб.

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание, что при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права, что явилось основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции, по результатам рассмотрения заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 АПК РФ), и принимает новый судебный акт. Содержание постановления должно соответствовать требованиям, определенным статьями 170 и 271 АПК РФ (пункт 32 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Таким образом, определение суда первой инстанции от 22.11.2023 подлежит отмене в силу наличия безусловного основания, предусмотренного пунктом 2 части 4 статьи 270 АПК РФ, а также оснований, предусмотренных положениями пунктов 2-3 части 1 статьи 270 АПК РФ, заявление конкурсного управляющего – удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 22.11.2023 по делу № А51-3609/2021 отменить.

Заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс» ФИО1 удовлетворить.

Привлечь солидарно ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5 и публичное акционерное общество «Приморавтотранс» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс».

Взыскать солидарно в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ДальнереченскАвтоТранс» с ФИО2 345 897,02 рублей, с ФИО4 11 514 136 рублей, ФИО3 11 514 136 рублей, ФИО5 11 514 136 рублей, публичного акционерного общества «Приморавтотранс» 11 514 136 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

Т.В. Рева

К.А. Сухецкая