Постановление по делу № 17АП-462/2025 от 10.04.2025.

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-462/2025-ГК

г. Пермь

10 апреля 2025 года Дело № А60-175/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Балдина Р.А.,

судей Коневой О.Ф., Пепеляевой И.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Морозовой А.М.,

при участии (до и после перерыва):

от истца ФИО1 – ФИО2, доверенность от 26.03.2025;

от ответчика ФИО3 – ФИО4, доверенность от 31.03.2025;

от иных лиц – представители не явились;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика,

ФИО3,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 ноября 2024 года по делу № А60-175/2024

по иску ФИО1 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Привилегия-СРО» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО3 (ИНН <***>), индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

о признании сделок недействительными и взыскании убытков,

установил:

ФИО1 (далее – ФИО1, процессуальный истец) в интересах общества с ограниченной ответственностью «Привилегия-СРО» (далее – ООО «ПКПСРО», материальный истец) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к ответчикам ФИО3 (далее – ФИО3), индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО5) о признании недействительными сделками соглашение о сотрудничестве, заключенное между ООО «ПКПСРО» и ИП ФИО5, договор № 1 на выполнение проектных работ «Планировка офиса по адресу <...>», заключенный между ООО «ПКПСРО» и ФИО6, договор № 1744193 от 16.08.2023, заключенный между ООО «ПКПСРО» и Сима-Урал ООО, договор-счет № OVT/1409939/47151694 от 23.08.2023 на сумму 17 854 руб. 42 коп., заключенный между ООО «ПКПСРО» и КОМУС ООО, договор-счет №OVT/1409939/47159055 от 23.08.2023, заключенный между ООО «ПКПСРО» и КОМУС ООО; о взыскании убытков, понесенных обществом в общей сумме 5 496 534 руб. 32 коп.

Впоследствии истец уточнил исковые требования и просил признать недействительной сделкой соглашение о сотрудничестве № 2664 от 01.09.2020, заключенное между ООО «ПКПСРО» и ИП ФИО5; применить последствия недействительности сделки, взыскав с ответчиков денежные средства в общей сумме 5 625 110 руб., а именно: взыскать с ФИО3 в пользу ООО «ПКПСРО» убытки в сумме 4 597 345 руб.; взыскать с ИП ФИО5 в пользу ООО «ПКПСРО» убытки в сумме 1 027 765 руб.

Решением суда от 28.11.2024 (с учетом определения суда о 28.11.2024 об исправлении опечатки) производство по требованию о признании недействительными сделками договора №1 на выполнение проектных работ «Планировка офиса по адресу <...>», заключенного между ООО «ПКПСРО» и ФИО6; договора № 1744193 от 16.08.2023, заключенного между ООО «ПКПСРО» и Сима-Урал ООО; договора-счета № OVT/1409939/47151694 от 23.08.23г., заключенного между ООО «ПКПСРО» и КОМУС ООО; договора-счета №OVT/1409939/47159055 от 23.08.2023, заключенного между ООО «ПКПСРО» и КОМУС ООО, и применении последствий недействительности данных сделок в виде взыскания с ответчиков денежных средств, полученных по данным сделкам, прекращено.

В остальной части исковые требования удовлетворены. Признан недействительным договор о сотрудничестве № 2664 от 01.09.2016, заключенный между ИП ФИО5 и ООО «ПКПСРО». С ФИО3 в пользу ООО «ПКПСРО» взыскано 4 597 345 руб. убытков. С ИП ФИО5 в пользу ООО «ПКПСРО» взыскано 1 027 765 руб. убытков. С ФИО3 в пользу ФИО1 взыскано 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. С ИП ФИО5 в пользу ФИО1 взыскано 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. ФИО1 из доходов федерального бюджета возвращено 67 283 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным решением, ответчик, ФИО3, обратилась с апелляционной жалобой, а также дополнением к ней, в которых просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции не верно указал на аффилированность лиц – ФИО3 и ФИО5, признав тем самым договор недействительным. Отмечает, что оспариваемая сделка совершена между директором ФИО7 и ИП ФИО5, которые никогда не состояли в официальном браке, по отношению друг к другу не являются близкими родственниками, и как следствие, не являются аффилированными лицами, в связи с чем соблюдение корпоративных процедур одобрения сделки с заинтересованностью не требовалось. Апеллянт также полагает необоснованным вывод суда о том, что юридические лица не состояли в СРО. Относительно копий материалов проверки, ответчик указывает, что истцом не представлено данных отражающих порядок получения таких сведений. В части представленных в материалы дела объяснений, указывает, что они не позволяют идентифицировать ни опрашивающие лицо, ни опрашиваемого, их данных нет, также не ясно, в связи с чем были даны эти объяснения. Отмечает, что ответчиком представлены исчерпывающие доказательства экономической выгоды заключения договора с ИП ФИО5, которыми подтверждается прибыль в результате оказанных им услуг. Заявитель полагает, что указание истца на отдельные месяцы, (февраль 2021 г., сентябрь 2022 г., февраль 2023 г.), в которых стоимость услуг ФИО5 выше, чем поступления от УОС, не может свидетельствовать об экономической нецелесообразности заключения данного договора. Вся предпринимательская деятельность связана с определёнными рисками.

Кроме того, апеллянт считает, что истцом пропущен срок исковой давности. Отмечает, что с 2012 г. по настоящее время, ФИО1 официально трудоустроен в ООО «ПКПСРО» на должность управляющего партнера, который является соучредителем и отвечают за управление деятельностью общества. Являясь соучредителем и выполняя должностные обязанности в рамках заключенного трудового договора и получая за это заработную плату, истец не мог не знать о наличии договора между обществом и ИП ФИО5 Указывает также, что по общему правилу предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка. Учитывая положения ст. 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), крайним сроком для проведения годового собрания законом установлен четвертый месяц года – апрель. Т.е., по итогам 2016 г. собрание должно было быть проведено не позднее 30.04.2017. Таким образом, срок исковой давности по оспариванию договора о сотрудничестве № 2664 от 01.09.2016 начал течь с 01.05.2017. Отмечает, что поданное истцом в УМВД России по г. Екатеринбургу заявление о хищении денежных средств общества за период с 2016 г. по 2023 г. свидетельствует о том, что истец знал об исполнении договора с 2016 г. ФИО1 имел свободный доступ к расчетному счету общества и в любой момент мог узнать о совершаемых операциях, в том числе в сентябре 2016 г. Обращает внимание также на то, что ФИО1 с марта 2017 г. по декабрь 2023 г. не пытался инициировать собрание, в том числе по вопросам целесообразности расходования денежных средств, какую-либо информацию не запрашивал, при этом на протяжении всего периода имел прямой доступ ко всей документации общества и совершаемых операциях.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит оставить решение без изменения, жалобу без удовлетворения.

ИП ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу поддержал изложенные в ней доводы; дополнительно заявляет о пропуске ФИО1 срока исковой давности.

03.04.2025 от ответчика в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: трудовой договор от 02.04.2012, заключенный между ООО «ПКПСРО» и ФИО1, справка 2-НДФЛ на ФИО1 за период с 2016 г. по 2023 г., нотариально удостоверенная переписка от 16.02.2018 между ФИО3 и ФИО1 в мессенджере WhatsApp, уведомление ФИО3 об отзыве доверенности от 13.02.2024 с документом, подтверждающим направление уведомления в адрес представителя.

В судебном заседании апелляционного суда, состоявшемся 03.04.2025. представитель ответчика ФИО3 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, представленных в суд 03.04.2025.

Представитель истца возражал относительно приобщения к материалам дела дополнительных доказательств; заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительного отзыва на жалобу. Представитель ответчика возражал относительно приобщения к материалам дела дополнительного отзыва на жалобу.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 03.04.2025:

- отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ, поскольку заявителем не обоснована невозможность представления указанных доказательств в суд первой инстанции по независящим от него причинам;

- дополнительный отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном ст. 262 АПК РФ.

В соответствии со ст. 163 АПК РФ в судебном заседании объявлен перерыв до 03.04.2025 до 13 час. 30 мин. с целью предоставления возможности ознакомления ответчику с дополнительным отзывом истца на апелляционную жалобу.

После перерыва 03.04.2025 судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии тех же представителей сторон.

Представитель ответчика ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель истца против доводов апелляционной жалобы возражал, считает решение суда законным и обоснованным, просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ООО «ПКПСРО» создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 27.02.2012. Основной вид деятельности – 69.10 Деятельность в области права; дополнительный – 78.10 Деятельность по подбору персонала, 82.99 Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенных в другие группировки.

Участниками ООО «ПКПСРО» с момента его создания и по настоящее время являются ФИО1 с долей участия 50% уставного капитала общества и ФИО3 с долей участия 50 % уставного капитала общества.

Директором ООО «ПКПСРО» с 27.02.2012 по настоящее время является ФИО3

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ответчики пояснили, что ФИО3 и ФИО5 имеют общего ребенка, однако, брак между ними в установленном законом порядке не зарегистрирован.

Между ИП ФИО5 (исполнитель) и ООО «ПКПСРО» (заказчик) в лице директора ФИО3 заключен договор о сотрудничестве № 2664 от 01.09.2016, по условиям которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по оказанию следующих услуг:

- осуществлять поиск, отбор и представление заказчику кандидатов на указанные заказчиком должности у контрагентов заказчика в соответствии с требованиями к квалификации, опыту, образованию специалистов, наличие в штате которых необходимо для получения необходимых документов и разрешений для вступления в СРО строителей, проектировщиков или изыскателей;

- сбор резюме заинтересованных в должности специалистов;

- анализ и подборка подходящих кандидатур согласно потребностям заказчика;

- организация и проведение первичного интервью с кандидатами;

- организация и проведение собеседования кандидатов с заказчиком по результатам первичного интервью;

- получение обратной связи от заказчика о кандидате;

- взаимодействие с кандидатом до момента начала работы подобранного и одобренного заказчиком кандидата в соответствующей должности;

- направление специалистов на обучение в учебные центры, подбор подходящих курсов для обучения, оформление документов с учебными центрами;

- сбор документов, необходимых организациям для вступления в качестве членов в СРО согласно перечню документов (приложение № 1 к настоящему договору);

- предоставление пакета документов в СРО для согласования вступления организации в качестве члена;

- приведение документов организации для вступления в СРО в соответствие с требованиями;

- оформление заявлений и анкет организаций для вступления в члены СРО;

- проверка документов организаций, являющихся членами СРО, оформление необходимых документов, подписание у контрагентов и направление в СРО;

- подготовка копий необходимых документов.

Заказчик обязался оплачивать услуги исполнителю в порядке и сроки, установленные в разделе 3 договора (п. 1.1, 1.3 договора).

Твердая цена услуг в договоре не определена, в соответствии с п. 3.1 договора услуги оплачиваются на основании актов сдачи-приемки работ.

В подтверждение факта оказания предусмотренных поименованным соглашением услуг ответчиком в материалы дела представлены акты сдачи-приемки за 2021, 2022 и 2023 годы, согласно которым ИП ФИО5 оказаны, а ООО «ПКПСРО» в лице директора ФИО8 приняты услуги по проверке документов контрагентов, являющихся членами СРО, оформление необходимых документов, подписание и направление в СРО (с перечислением наименования организаций-контрагентов), а также представление контрагентам заказчика сведений о специалистах (с указанием фамилий имен отчеств и иных идентификационных данных лиц); в каждом акте указана стоимость услуг в твердой сумме.

В оплату поименованных услуг ООО «ПКПСРО» на расчетный счет ИП ФИО5, открытый в АО «Райффайзенбанк», в период с 2021 г. по 2023 г. перечислены денежные средства в общей сумме 5 625 110 руб., что также подтверждает выпиской по расчетному счету, представленной Банком по запросу суда.

Из поступивших в материалы дела ответов на судебные запросы из АО «Райффайзенбанк», ПАО «Сбербанк», АО «ТБАНК» следует, что денежные средства в качестве оплаты агентского вознаграждения по договору сотрудничества поступали на счет в АО «Райффайзенбанк» ФИО5, далее ФИО5 осуществлял перевод этих денежных средств на свой личный счет в ПАО «Сбербанк», затем с данного счета переводил эту же сумму на личный счет ФИО3 в ПАО «Сбербанк» либо в АО «ТБАНК», либо снимал наличные денежные средства со своих счетов, передавал их ФИО3, и последняя самостоятельно зачисляла денежные средства на свои счета, о чем свидетельствует внесение ФИО3 наличных денег на свою банковскую карту, либо перечислял денежные средства на иной, не известный счет. Общий размер денежных средств, полученных ФИО3 в результате спорных перечислений, составил 4 597 345 руб., ИП ФИО5 – 1 027 765 руб.

Общий размер денежных средств, полученных ИП ФИО5 по соглашению, составил 5 625 110 руб. Поясняя транзитный характер перечисления денежных средств от ФИО5 в адрес ФИО3, ответчики пояснили, что денежные средства перечислялись во исполнение алиментных обязательств.

Ссылаясь на то, что поименованное соглашение представляет собой мнимую сделку (ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец просит взыскать с ответчиков убытки в виде денежных средств, полученных от общества в результате данных перечислений.

Ответчик ФИО3 полагает, что сделка с ИП ФИО5 являлась разумно необходимой для хозяйственной деятельности ООО «ПКПСРО» и экономически оправданной, совершена в интересах общества, стоимость полученного по сделке, соответствует рыночной стоимости аналогичных услуг на рынке г. Екатеринбурга. Представитель ИП ФИО5 представил отзыв на иск и устно пояснил, что сделка является реальной, стороны работали несколько лет. Договор расторгнут из-за снижения объемов работы.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, суд первой инстанции исходил из наличия материально-правовых оснований для признания сделки недействительной (ничтожной) и применения последствий недействительности сделки, поскольку оспариваемая сделка является притворной, прикрывающей по сути одну реально совершенную сделку – вывод имущества ООО «ПКПСРО» в пользу заинтересованных лиц – ФИО3 и ИП ФИО5 Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, считает, что оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу п. 1 ст. 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (п. 1 ст. 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным ст. 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В настоящем случае, заявляя о недействительности оспариваемых сделок, истец, который является участником ООО «ПКПСРО», указал на нарушение положений ст. 45 Закона об ООО, ч. 2 ст. 174 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 45 Закона об ООО сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Пунктом 2 ст. 45 Закона об ООО предусмотрено, что лица, указанные в абзаце первом п. 1 настоящей статьи, должны доводить до сведения общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также до сведения совета директоров (наблюдательного совета) общества информацию о подконтрольных им юридических лицах; о юридических лицах, в которых они занимают должности в органах управления; о наличии у них родственников, указанных в абзаце втором пункта 1 настоящей статьи, и о подконтрольных указанным родственникам лицах (подконтрольных организациях) (при наличии таких сведений); об известных им совершаемых или предполагаемых сделках, в совершении которых они могут быть признаны заинтересованными.

Общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества. Извещение должно быть направлено не позднее чем за пятнадцать дней до даты совершения сделки, если иной срок не предусмотрен уставом общества, и в нем должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения, а также лицо (лица), имеющее заинтересованность в совершении сделки, основания, по которым лицо (каждое из лиц), имеющее заинтересованность в совершении сделки, является таковым (п. 3 ст. 45 Закона об ООО).

При этом, несмотря на то, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение (п. 4 ст. 45 Закона об ООО), в силу абз. 6 ст. 45 Закона об ООО сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (п. 2 ст. 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Пунктом 2 ст. 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации) – п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО3 и ФИО5, имея совместного ребенка, являются аффилированными лицами. Не смотря на это, оспариваемая сделка совершена ФИО3 без соблюдения корпоративных процедур одобрения сделки с заинтересованностью.

Более того, согласно выписке из ЕГРИП ФИО5 зарегистрирован в качестве ИП 17.06.2016, то есть за два месяца до заключения спорного соглашения.

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО5 пояснил, что до начала оказания услуг не имел опыта оказания услуг в сфере СРО, ранее данные услуги не оказывал.

Из содержания представленных ответчиком актов следует, что одной из услуг являлось проведение ИП ФИО5 проверки документов контрагентов, являющихся членами СРО.

Как установлено судом ранее, проведение плановых и внеплановых проверок членов СРО прямо отнесено законом и договором № 001/П от 18.07.2016 к компетенции Союза «УОС». Информация о проверках, запланированных и проведенных Союзом «УОС» в отношении юридических лиц, сведения о которых зафиксированы в актах за 2021 – 2023г., содержится на официальном сайте саморегулируемой организации.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что необходимость в оказании ИП ФИО5 данных услуг отсутствовала.

Кроме того, судом принято во внимание, что услуги за некоторые периоды, оказанные ИП ФИО5 для ООО «ПКПСРО» (акты № 2 от 26.02.2021 на сумму 230 000 руб.; № 12 от 30.09.2022 на сумму 290 000 руб., № 3 от 28.02.2023 на сумму 230 000 руб.), в этом же периоде превышают суммы оплаты, поступившей от Союза «УОС» на счет ООО «ПКПСРО» (акты № 55 от 01.03.2021 на сумму 143 068 руб. 75 коп.; № 73 от 01.09.2022 на сумму 28125 руб., № 79 от 01.03.2023 на сумму 167 187 руб. 50 коп.).

Таким образом, проверка юридических лиц ИП ФИО5 не является экономически значимым действием, отвечающим целям и задачам взаимодействия СРО «УОС» и ООО «ПКПСРО».

Истцом в материалы дела представлены ответы юридических лиц, указанных в актах с ИП ФИО5 на обращения ФИО1, согласно которым руководители данных юридических лиц подтвердили тот факт, что ИП ФИО5 они не знают, с данным лицом никогда не работали (обращение в ООО «ТОПАЗ» от 26.09.2024 с отметкой директора о получении от 02.10.2024; ответ на обращение ООО «ТОПАЗ» исх. № 15 от 02.10.2024; обращение в ООО «МК СМУ-1» от 03.10.2024 с отметкой директора о получении от 03.10.2024; ответ на обращение ООО «МК СМУ-1» исх. № 187 от 03.10.2024; ответ на обращение ООО «СПК АльфаТэк» исх. № 256 от 16.10.2024). Таким образом, в представленных ответчиком актах указаны юридические лица, которые никогда не состояли в СРО.

Помимо этого, в актах указаны специалисты, привлеченные ИП ФИО5 и впоследствии трудоустроенные в компании в один период, в то время как в актах эти же сотрудники числятся в иных организациях в иной временной период (ФИО9, акты № 9 от 30.11.2021 и № 11 от 30.12.2021 – трудоустроен лишь в ООО «АЛДИ ГРУПП»; ФИО10 акт № 3 от 31.03.2021 – указан как сотрудник ООО «Эверест», однако данная компания никогда в СРО не состояла; ФИО11, акт № 3 от 31.03.2021 – не привлекался с 2019, т.к. трудоустроен в «Роснефть» в ХМАО); помимо этого в актах допущено дублирование специалистов и юридических лиц.

Согласно сведениям, представленным Управлением записи актов гражданского состояния Свердловской области от 24.07.2024 № 5716, указанные в актах в качестве подобранных специалистов физические лица ФИО12 (акт № 1 от 29.01.2021), ФИО13 (акт № 11 от 30.12.2021) умерли вскоре после составления актов, ФИО14 (акт № 6 от 30.07.2021), ФИО15 (акт № 4 от 30.04.2021), ФИО16 (акт № 3 от 31.03.2021) умерли до составления актов.

Исходя из вышеприведенных несоответствий, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недостоверности сведений, зафиксированных актами.

Согласно скриншоту с сайта https://focus.kontur.ru/ в ООО «ПКПСРО» с 2020 г. и по 2023 г. включительно трудоустроено 5 сотрудников, из которых ФИО3 – директор компании, остальные – это нанятые сотрудники. В связи с тем, что основным видом деятельности компании является поиск компаний, желающих вступить в СРО, то очевидным является тот факт, что остальные 4 сотрудника были наняты для выполнения работы, связанной с основной деятельностью компании, а именно: поиск юридических лиц для вступления в СРО, поиск и обучение специалистов для вступления в СРО.

Ссылаясь на данное обстоятельство, истец указал, что в обществе было достаточное количество сотрудников, которые выполняли или могли выполнять работу, указанную в спорных актах, подписанных между ООО «ПКПСРО» и ИП ФИО5

В связи с данным утверждением, суд первой инстанции предложил ответчикам представить сведения о трудоустроенных в ООО «ПКПСРО» сотрудниках в период с 01.01.2021 по 28.12.2023, а также должностные инструкции, отчеты.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что отчеты и должностные инструкции не составлялись, о трудоустроенных сотрудниках можно узнать из приказов, которые представлены в материалы дела; в материалы дела представлены все документы, иных документов в распоряжении ответчика нет.

Иных первичных документов (помимо актов), подтверждающих факт оказания предусмотренных соглашением № 2664 от 01.09.2016 услуг, а также их оказание ИП ФИО5, ответчиками в материалы дела не представлено, доводы истца документально не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, проанализировав в совокупности изложенные выше обстоятельства, оценив вышеперечисленные документы, арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что представленные ответчиком акты за 2021 - 2023 не являются надлежащим доказательством оказания ИП ФИО5 перечисленных в них услуг.

ФИО1 по факту хищения учредителем и директором ООО «ПКПСРО» ФИО3 и ее супругом ФИО5 личных денежных средств, а также денежных средств, принадлежащих ООО «Привилегия-СРО» за период с 2016 г. по 2023 г. 24.04.2024 подано заявление Начальнику УМВД России по г. Екатеринбургу. По данному заявлению проведена проверка, в ходе которой опрошены ФИО3 и ФИО5 (КУСП № 15223). В ходе опроса (объяснения от 16.05.2024) ФИО5 пояснил сотруднику МВД, что ФИО5 знаком с ФИО3 с 2010 г., у них имеется общий ребенок. По договору № 2664 о сотрудничестве от 01.09.2016. Акты составляла сама ФИО3, перед подписанием актов ФИО5 с ними не знакомился, на большинстве актов стоят его подписи. Переписки или иные подтверждения передачи информации у ФИО5 отсутствуют. Лично с юридическими и физическими лицами, которых ФИО5 находил для ООО «ПКПСРО» он не общался. Лишь передавал информацию об этих лицах ФИО3, либо эти лица сами звонили в ООО «ПКПСРО». Денежные средства ФИО5 получал на свой счет в АО «Райффайзенбанк». На вопрос – как ФИО5 распоряжался полученными денежными средствами, поступил ответ о том, что он возвращал их ФИО3 путем перечисления на ее личную банковскую карту ПАО «Сбербанк», либо снимал денежные средства в банкомате и передавал ФИО3 Также ФИО5 сообщил о том, что возвратил ФИО3 всего 60-70% полученных от ООО «ПКПСРО» денежных средств. Подтвердил тот факт, что получил сумму более 5 000 000 руб.

В ходе опроса (объяснения от 16.05.2024) ФИО3 сотруднику МВД пояснила, что у нее отсутствуют подтверждения взаимодействия с ФИО5 (переписки), сведения по найденным сотрудникам ФИО5 предоставлял сотрудникам ООО «ПКПСРО», но каким именно ФИО3 не пояснила. Денежные средства ООО «ПКПСРО» переводились на счет ФИО5 в АО «Райффайзенбанк». Подтвердила тот факт, что денежные средства, поступившие от ООО «ПКПСРО» ФИО5 возвращал ФИО3 в счет уплаты алиментов.

Поскольку иных доказательств, которые могли бы подтвердить реальность отношений между ООО «ПКПСРО» и ИП ФИО5, ответчиками не представлено (ст. 65 АПК РФ), суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии таковых, следовательно, обязательств по оплате услуг по соглашению № 2664 от 01.09.2016 у ООО «ПКПСРО» не возникло.

Суд верно указал, что в рассматриваемом случае, оспариваемые сделки совершены в пользу заинтересованных лиц – директора ФИО3 и ИП ФИО5 без соблюдения корпоративных процедур одобрения сделки с заинтересованностью, и с причинением обществу существенных убытков, что свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки в силу п. 6 ст. 45 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и п. 2 ст. 174 ГК РФ. Таким образом, фактически воля сторон при подписании соглашения № 2664 от 01.09.2016 не соответствовала их фактическим намерениям. Реальной (скрытой) волей ФИО3, подписавшей оспариваемое соглашение от имени общества, являлся вывод денежных средств из общества.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка является притворной, прикрывающей по сути одну реально совершенную сделку – вывод имущества ООО «ПКПСРО» в пользу заинтересованных лиц – ФИО3 и ИП ФИО5 (ст. 10, ст. 168 АПК РФ). Исковые требования о признании недействительной (притворной) сделкой договор о сотрудничестве № 2664 от 01.09.2016, заключенный между ИП ФИО5 и ООО «ПКПСРО» правомерно удовлетворены.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

По общему правилу в соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции обоснованно применены последствий недействительности поименованной сделки в виде взыскания с ответчиков денежных средств в сумме 5 625 110 руб.

Доводы ответчика о том, что имелось экономическое обоснование совершения сделки, судом апелляционной инстанции отклонятся, поскольку указанные обстоятельства заявителем апелляционной жалобы не доказаны.

Ссылка заявителя жалобы на судебную практику в подтверждение своих доводов также не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств.

Возражая против удовлетворения требований, ответчики также указывают на пропуск истцом срока исковой давности; по мнению ответчиков, ФИО1, являясь участником общества, знал о заключенной между ООО «ПКПСРО» и ФИО5 сделке, представив бухгалтерский баланс на 31.12.2016, протокол № 6 от 19.02.2017, акт сверки взаимных расчетов между ООО «ПКПСРО» и ФИО5 за 2016 год.

Данный довод о пропуске срока исковой давности был рассмотрен судом первой инстанции и обоснованно отклонен в силу следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки (каковой данная сделка и является) и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года.

Судом установлено, что сделка совершена в 2016 г.

Истец указал, что о спорной сделке узнал лишь 27.12.2023 по результатам операций на расчетном счете общества, в которых содержалось указание на соглашение между ООО «ПКПСРО» и ФИО5 без указания его даты.

При этом из представленных в материалы дела документов не следует, что она была раскрыта ФИО3 перед ФИО1 как перед участником общества в 2016 г. Ответчик не представил суду доказательств того, что истец действительно знал о совершенной обществом сделке, доводы заявления основаны на предположениях. Общих собраний участников общества, на которых была раскрыта информация по спорной сделке, не проводилось. Иного ответчиком не доказано. При этом из содержания ст. 35, 36 Закона об ООО усматривается, что обязанность созыва очередных и внеочередных общих собраний участников общества возложена на его исполнительный орган (то есть на директора ФИО3). Ответчиком в материалы дела представлен только Протокол от 19.02.2017 о продлении полномочий директора. Судом из материалов дела и пояснений сторон установлено, что после 2017 общих собраний участников общества не проводилось. Из иных представленных ответчиком документов: бухгалтерского баланса, отчета о прибылях и убытках, не усматривается совершение конкретной сделки. Более того, доказательств получения ФИО1 данных документов не представлено. Ссылки ответчика на то, что ФИО1 имел свободный доступ к расчетному счету общества и в любой момент мог узнать о совершаемых операциях, в том числе в сентябре 2016 г., конкретными доказательствами не подтверждены.

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", согласно которого срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год, судом апелляционной инстанции не принимаются.

Как уже было отмечено, оспариваема сделка, помимо заинтересованности, также содержит признаки ничтожной сделки (притворность, вывод имущества, недобросовестность). В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Кроме того, в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 разъяснено, что отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу.

В отношении требования о взыскании убытков применяется общий срок исковой давности три года, который исчисляется с того момента когда истец узнал о нарушении своих прав.

Из уточненного искового заявления следует, что истец, в том числе, просит взыскать с ответчиков убытки в виде денежных средств, полученных от общества в результате неправомерных перечислений.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела общий срок исковой давности следует применять в отношении каждого платежа, при этом течение срока исковой давности, в любом случае, не может начаться ранее даты перечисления денежных средств.

Истцом заявлено требование в отношении платежей, совершенных за период с 2021 г. по 2023 г. Согласно представленным в материалы дела сведениям из банков, уточненных расчетов и таблиц истца (анализ движений денежных средств по счетам) первое оспариваемое перечисление со счета общества совершено 25.01.2021. Истец обратился в суд с иском через систему мой арбитр 29.12.2023, то есть также в пределах срока исковой давности

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Они были предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, с которой суд апелляционной инстанции согласен. Оснований для переоценки доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 ноября 2024 года по делу № А60-175/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Р.А. Балдин

Судьи

О.Ф. Конева

И.С. Пепеляева