АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ
Большая Московская улица, дом 73, Великий Новгород, 173020
http://novgorod.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
Великий Новгород
Дело № А44-7739/2023
15 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 01 октября 2025 года
Решение в полном объеме изготовлено 15 октября 2025 года
Арбитражный суд Новгородской области в составе: судьи Высокоостровской А.В.,
при ведении протокола судебного разбирательства помощником судьи Вилочкиной Н.В.,
рассмотрев в судебном заседании с использованием системы веб-конференции дело по исковому заявлению:
общества с ограниченной ответственностью «ТИМБЕР ТЕК» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 175460, <...>)
к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>)
о взыскании 8 023 604,41 руб.
при участии
от истца: ФИО2 - представителя по доверенности от 16.01.2024 №1/24, паспорт;
от ответчика: ФИО3 - представителя по доверенности от 24.01.2024, паспорт; ФИО1 - паспорт;
установил:
общество с ограниченной ответственностью «ТИМБЕР ТЕК» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Новгородской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, Предприниматель) о взыскании 10 595 779,41 руб., в том числе: 4 766 219,41 руб. задолженности по договору № Т.Т/29-08-22 от 29.08.2022, 2 394 918,0 руб. задолженности по договору № Т.Т/02-11-22 от 02.11.2022, 955 500,0 руб. задолженности по договору № Т.Т/16-12-22 от 16.11.2022, 322 000,0 руб. задолженности по договору № Т.Т/22-01-23 от 22.01.2023, 2 157 142,0 руб. задолженности по договору № Т.Т/06-03-23 от 06.03.2023.
Определением суда от 23.01.2024 исковое заявление принято к производству арбитражного суда, назначено предварительное судебное заседание на 28.02.2024.
Суд определением от 28.02.2024 назначил дело к судебному разбирательству на 02.04.2024.
01.04.2024 истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) направил ходатайство об уточнении исковых требований до 8 664 124,41 руб..
Уточнение исковых требований принято судом.
Кроме того истец представил письменное заявление в порядке статьи 161 АПК РФ о фальсификации доказательств, представленных ответчиком, а именно: письма ответчика от 29.04.2022, агентского договора № 31/03/22 от 31.03.2022, УПД № 1-АД от 29.04.2022, УПД № 2-АД от 31.05.2022, УПД № 3-АД от 30.06.2022, УПД № 4-АД от 31.07.2022, УПД № 5-АД от 31.08.2022, договоров № Т.Т/06-04-22 от 04.04.2022, № Т.Т/29-08-22 от 29.08.2022, № Т.Т/02-11-22 от 02.11.2022, № Т.Т/16-12-22 от 16.11.2022, № Т.Т./22-01-2023 от 22.01.2023, № Т.Т/06-03-23 от 06.03.2023.
Суд разъяснил представителям сторон уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств по делу, о чем отобраны подписки.
Представитель ответчика возражала против исключения указанных документов из числа доказательств по делу, а также возражала против удовлетворения указанного ходатайства.
Впоследствии истец уточнил заявление о фальсификации, исключив из него письмо ответчика от 29.04.2022 об изменении назначения платежа, уточнив вместе с тем и основание исковых требований.
Определением суда от 30.09.2024 по ходатайству истца, в т.ч. в целях проверки обоснованности заявления о фальсификации по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Цент судебной экспертизы «ПетроЭксперт» ФИО4.
29.01.2025 в суд поступило заключение эксперта № 24-135-А44-7739/2023-ТЭД.
Определением суда от 03.02.2025 производство по делу возобновлено.
При рассмотрении дела в судебных заседаниях в качестве свидетелей в порядке статьи 88 АПК РФ были заслушаны: ФИО5 (23.05.2024) и ФИО6 (23.04.2025).
Свидетелям разъяснены права и обязанности свидетеля в арбитражном процессе, ФИО5 и ФИО6 предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, отказ и уклонение от дачи показаний в соответствии со статьями 56, 153 АПК РФ, статьями 307 - 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем отобраны подписки, приобщенные судом к материалам дела.
Судебное разбирательство неоднократно откладывалось по ходатайствам сторон в связи с предоставлением дополнительных доказательств, последнее на 22.09.2025.
До судебного заседания от истца поступило заявление об уточнении исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ, согласно которому истец просил взыскать с ответчика задолженность по договорам поставки в размере 8 023 604,41 руб.
Заявление в письменном виде приобщено к материалам дела.
В судебном заседании истец поддержал уточненные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях с подробными расчетами, возражениях на отзыв, указав, что дополнительно в счет исполнения Предпринимателем обязательств зачтено 620 000,0 руб., внесенных наличными денежными средствами в кассу Общества и 20 520,0 руб. оплаченных Предпринимателем за Общество по платежному поручению № 20 от 03.03.2023, просил взыскать с ответчика задолженность по договорам поставки в размере 8 023 604,41 руб.
Уточненные требования приняты судом к рассмотрению.
Ответчик, не оспаривая факт заключения спорных договоров в редакции ответчика, требования истца не признал по основаниям, изложенным в письменных отзывах, окончательно указав, что ответчик в любом случае не имеет задолженности перед истцом, поскольку товар, который был поставлен истцом ответчику по договорам: № Т.Т./12-03-22 от 24.03.2022, № Т.Т./06-04-22 от 04.04.2022, № Т.Т./02-11-22 от 02.11.2022 оплачен ответчиком в полном объеме, а по договорам: № Т.Т./29-08-22 от 29.08.2022, № Т.Т./16-12-22 от 16.12.2022, № Т.Т./22-01-23 от 22.01.2023, № Т.Т./06-03-23 от 06.03.2023 поставка товара ответчику истцом не подтверждена надлежащими доказательствами, ответчик реализовывал третьим лицам свой товар, изготовленный на территории Общества своими силами. В том случае, если суд признает факт поставки по всем договорам подтвержденным, ответчик полагает, что задолженность погашена зачетом встречных требований ответчика к истцу, в частности:
11 503 216,0 руб. – перечисления на расчетный счет Общества;
2 943 385,2 руб. – оплата за Общество третьим лицам;
2 219 165,2 руб. – оплата пиломатериалов ООО «Струги» для изготовления домокомплектов;
44 703,0 руб. – оплата клея для изготовления домокомплектов;
637 986,0 руб. – оплата услуг архитектора;
145 000,0 руб. – оплата услуг по перевозке пиломатериалов;
2 029 800,0 руб. – внесено в кассу Общества;
3 368 000,0 руб. - оплата пиломатериалов у ИП ФИО7 для изготовления домокомплектов;
2 800 000,0 руб. – агентское вознаграждение на основании договора от 31.03.2022 № 31/03/22;
16 975,0 руб. - ремонт служебной машины АВН ИП ФИО8;
31 200,0 руб. – приобретение бланкетных ножей в ООО «Промтехресурс»;
7 436,0 руб. – приобретение подшипников для автомобилей Общества в ООО «ТБП»;
6 635,0 руб. – оплата технического обслуживания и ремонта автомобилей Общества в ЕвроАвто – ИП ФИО8
В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ по ходатайству ответчика объявлялся перерыв до 01.10.2025.
После перерыва позиции сторон не изменились.
Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, выслушав прения, реплики, суд установил следующее.
Как следует из материалов дела, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключены договоры: № Т.Т./12-03-22 от 24.03.2022, № Т.Т./06-04-22 от 04.04.2022, № Т.Т./29-08-22 от 29.08.2022, № Т.Т./02-11-22 от 02.11.2022, № Т.Т./16-12-22 от 16.12.2022, № Т.Т./22-01-23 от 22.01.2023, № Т.Т./06-03-23 от 06.03.2023 (Т. 3 л.д. 14-149 – оригиналы в ред. истца, Т. 4 л.д. 8-50 – оригиналы в ред. ответчика), по условиям которых поставщик обязуется поставить, а покупатель обязуется принять и оплатить продукцию – изделия из древесины (далее – продукция) в количестве, по ценам, и в сроки, указанные в согласованных сторонами Приложениях, которые являются неотъемлемой частью договора.
Наименование, размеры, технические условия и ГОСТы, количество, срок поставки и условия оплаты продукции, отгрузочные реквизиты фиксируются сторонами в Приложениях и Спецификациях к Приложениям (п. 1.2 договоров).
Пунктом 2.1 договоров предусмотрено, что поставка продукции по договору осуществляется поставщиком путем отгрузки продукции автомобильным транспортом со склада поставщика по реквизитам, предоставленным покупателем.
Возможна поставка продукции на условиях самовывоза (п. 2.6 договора).
Датой поставки продукции является дата отгрузки продукции покупателя, в момент подписания товарно-транспортных накладных на продукцию (п. 2.4, 2.9 договоров).
Согласно пункту 3.6 договоров покупатель обязан при получении документов на продукцию, в течение 5 дней возвратить поставщику 1 экземпляр документов с подписями. В случае, если экземпляр отгрузочных документов, переданный покупателю, не будет возвращен поставщику, покупатель считается получившим товары на условиях, содержащихся в экземпляре отгрузочных документов.
В соответствии с пунктом 5.1 договоров цена на продукцию является договорной, согласовывается и указывается в Приложении к договору.
Пунктом 5.2 договоров предусмотрено, что оплата продукции производится покупателем переводом денежных средств на расчетный счет поставщика либо наличными в кассу поставщика. Покупатель производит оплату за продукцию на условиях, согласованных сторонами в Приложениях к договору.
В договорах, представленных ответчиком, последнее предложение пункта 5.2 дополнено словами: «за вычетом расходов покупателя, понесенных в интересах поставщика».
Стороны согласовали наименование, размеры, технические условия и ГОСТы, количество, условия оплаты продукции, отгрузочные реквизиты в Приложениях № 1.
Так, в Приложениях № 1 к договорам стороны согласовали следующую стоимость:
- по договору № Т.Т./06-04-22 – 6 622 365,0 руб.
- по договору № Т.Т./29-08-22 – 5 280 000,0 руб.
- по договору № Т.Т./02-11-22 – 2 394 918,0 руб.
- по договору № Т.Т./16-12-22 – 955 500,0 руб.
- по договору № Т.Т./22-01-23 – 322 000,0 руб.
- по договору № Т.Т./06-03-23 – 2 192 400,0 руб.
В отношении цены по договору № Т.Т./12-03-22 у сторон возникли разногласия. Истец полагает, что стоимость продукции по указанному договору составила 6 753 342,87 руб., ответчик полагает, что верной является стоимость продукции в размере 5 170 464,0 руб. (договор в редакции ответчика - Т. 12 л.д. 111-114), что также соответствует стоимости, полученной по результатам умножения цены на количество материала и сложения стоимости материалов.
В пунктах 8.1, 8.2 Приложений № 1 стороны согласовали, что оплата производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет или в кассу поставщика. Покупатель делает предоплату в размере 100% от стоимости продукции.
Как указывает истец, во исполнение указанных договоров истцом ответчику был поставлен товар на общую сумму 24 520 525,87 руб.
Ответчиком поставленный товар был частично оплачен, в т.ч. платежными поручениями и по приходным кассовым ордерам на сумму 13 533 015,87 руб. (11 503 215,87 руб. + 2 029 800,0 руб.).
Кроме того истцом зачтены встречные денежные требования ответчика в общей сумме 2 963 905,59 руб., возникшие в связи с исполнением ответчиком обязательств истца перед третьими лицами.
Таким образом, по расчету истца, размер задолженности ответчика, с учетом уточнения, составил 8 023 604,41 руб. (24 520 525,87 – 13 533 015,87 – 2 963 905,59).
В связи с наличием задолженности истец направил в адрес ответчика претензию, а затем обратился в суд с настоящим иском.
В период рассмотрения дела (до 19.04.2025), ответчик факт поставки товара по спорным договорам не оспаривал, полагал, что требования истца не подлежат удовлетворению ввиду их прекращения путем зачета.
Вместе с тем, впоследствии ответчик указал, что не по всем договорам истцом осуществлена поставка товара, факт поставки домокомплектов ответчик признал по договорам: № Т.Т./12-03-22 на сумму 5 170 464,0 руб., № Т.Т./06-04-22 от 04.04.2022 на сумму 6 622 365,0 руб., № Т.Т./02-11-22 на сумму 2 394 918,0 руб.
С учетом произведенной оплаты, в т.ч. третьим лицам за Общество, у ответчика перед истцом задолженность отсутствует, а, напротив, имеется переплата.
Требования истца по остальным договорам Предприниматель не признал ввиду отсутствия в материалах дела доказательств поставки товара.
В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.
В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.
В силу норм статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.
Статьями 309, 310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.
В соответствии с пунктом 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.
В соответствии с пунктом 3 указанной статьи письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 ГК РФ, согласно которому совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.д.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.
В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, к которым отнесен предмет, условия, названные в законе, или иных правовых актах как существенные. При этом необходимым условием факта заключения является акцепт стороной оферты, направленной другой.
Пунктом 3 статьи 455 ГК РФ предусмотрено, что условие договора о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.
Анализ взаимоотношений между ответчиком и Обществом позволяет сделать вывод о наличии договорных отношений, связанных с договором поставки, к которому применяются нормы договора о поставке, при отсутствии соответствующих правил - общие положения о купле-продаже (параграфы 1, 3 главы 30 ГК РФ).
В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
В соответствии с пунктом 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.
Согласно пункту 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.
При разрешении споров, связанных с поставкой товара, поставщик доказывает факт передачи покупателю товара, а покупатель (при доказанности состоявшейся поставки) - факт его оплаты.
Факт передачи товара, как правило, подтверждается подписанными сторонами товарными и/или товарно-транспортными накладными. Именно такие документы являются наиболее распространенными в гражданском обороте (хотя и не единственными) юридическими актами, фиксирующими передачу поставщиком товара, поэтому наряду с другими доказательствами признаются надлежащим средством доказывания соответствующих обстоятельств.
Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.
Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 АПК РФ).
Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.
Из части 2 статьи 9 АПК РФ следует, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.
Факт заключения сторонами спорных договоров ими не оспаривается.
Вместе с тем, между сторонами возникли разногласия относительно условий, на которых были заключены договоры.
В частности, в договорах, представленных ответчиком, пункт 2.10 дополнен фразой: «Поставщик несет ответственность за качество продукции перед конечным покупателем.», пункт 5.2 дополнен фразой: «за вычетом расходов покупателя, понесенных в интересах поставщика».
В договорах, представленных истцом, такие фразы отсутствуют.
Обществом в отношении представленных Предпринимателем экземпляров договоров сделано заявление о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ.
Судом установлено, что представленные истцом экземпляры договоров подписаны со стороны истца и ответчика, на них проставлены печати Общества и Предпринимателя, заявлений о фальсификации указанных экземпляров договоров в порядке, предусмотренном статьей 161 АПК РФ, не сделано. При этом суд отмечает, что представленные истцом экземпляры договоров от имени Общества подписаны действующими на тот период времени директорами, в т.ч. ФИО1 и ФИО9, от имени ИП ФИО1 все договоры также подписаны самим ФИО1 с проставлением его печати.
Между тем, экземпляры договоров, представленные ответчиком, не содержат подписи директора от имени Общества, в период осуществления руководства Обществом ФИО9, а содержат лишь подписи ФИО1, как от имени Общества, так и от своего имени как Предпринимателя.
Возражая против заключения договоров на условиях в редакции истца, Предприниматель указал, что при подписании договора всегда подписывает каждую его страницу, в то время как представленные истцом экземпляры договоров не содержат подписи ФИО1 на каждой странице.
В то же время Предпринимателем представлена копия договора № Т.Т./12-03-22, содержащая подписи ФИО1 на каждой странице, где спорные пункты 2.10 и 5.2 договора изложены в редакции, аналогичной редакциям договоров, представленных Обществом (Т. 12 л.д. 111-114).
Таким образом, оценив представленные сторонами экземпляры договоров в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что представленные Предпринимателем экземпляры не содержат иных подписей, кроме его собственной, о подделке печати, проставленной на данных экземплярах не заявлено, суд не находит оснований для удовлетворения заявления Общества о фальсификации представленных Предпринимателем экземпляров договоров.
В то же время это не означает безусловное признание судом достоверности содержащихся в них данных.
Исследовав представленные сторонами в материалы дела экземпляры договоров, с учетом вышеизложенных обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что сторонами заключены договоры на условиях, представленных в редакции истца.
Между сторонами также возникли разногласия относительно стоимости поставленного по договору № Т.Т./12-03-22 товара, а именно: истец настаивал на цене договора в размере 6 753 342,87 руб., ответчик полагал, что в указании цены имелась опечатка, верной ценой является 5 170 464,0 руб., поскольку именно данная стоимость указана прописью и является результатом сложения стоимости всех, входящих в комплект, материалов.
В материалы дела представлены экземпляры договора № Т.Т./12-03-22 с разными ценами (Т. 3 л.д. 61-67, Т. 12 л.д. 111-114)
Рассмотрев указанные доводы сторон, суд полагает, что в данном случае стоимость товара по договору составила 5 264 613,0 руб., поскольку именно эта стоимость получается при сложении стоимости всех поставляемых по данному договору материалов и эта же стоимость указана прописью в подлинном экземпляре договора, признанного судом надлежащим доказательством по делу (Т. 3 л.д. 61-67).
Доказательств согласования иной стоимости товара в материалы дела не представлено. Представленная ответчиком копия договора, содержащая стоимость товара в размере 5 170 464,0 руб. (Т. 12 л.д. 111-115), не может быть принята судом в качестве надлежащего доказательства согласования цены, поскольку подлинник указанного договора в материалы дела не представлен, в то же время в суд представлены подлинники договоров в иных редакциях.
В то же время факт перечисления ответчиком денежных средств в размере 6 753 342,87 руб. по платежному поручению № 5 от 01.04.2022 с указанием в назначении платежа на осуществление предоплаты по указанному договору (Т. 12 л.д. 116), не свидетельствует о согласовании стоимости товара в указанной сумме, поскольку письмом от 29.04.2022 № 42 Предприниматель изменил назначение платежа, указав, что произведена предоплата по договору № Т.Т./06-04-22 (Т. 4 л.д. 2).
Вопреки доводам истца, указанное письмо не является сделкой с заинтересованностью, поскольку, изменяя назначение платежа, Предприниматель, совершив распорядительное действие от своего имени, как плательщик, изменил лишь основание для платежа, указав иной договор, но не изменил получателя платежа. Указанные действия Предпринимателя не могут расцениваться как совершенные в ущерб Обществу.
При рассмотрении требований о взыскании задолженности по договорам поставки истец на основании статьи 65 АПК РФ должен доказать факт поставки, а ответчик либо опровергнуть факт поставки, либо представить доказательства оплаты поставленного товара.
В подтверждение факта поставки товара по спорным договорам истец представил: товарно-транспортные накладные, упаковочные листы, выкопировки из журнала въезда-выезда, а также сослался на частичные оплаты товара (Т. 3 л.д. 14-149).
Факт поставки товара по договорам: № Т.Т./12-03-22 от 24.03.2022 на сумму 5 170 464,0 руб., № Т.Т./06-04-22 от 04.04.2022 на сумму 6 622 365,0 руб., № Т.Т./02-11-22 от 02.11.2022 на сумму 2 394 918,0 руб. ответчик не оспорил.
Факт поставки товара и по иным договорам Предприниматель при рассмотрении дела не оспаривал на протяжении более года (до 19.04.2025).
Как следует из пояснений Предпринимателя, спорные договоры заключались им в целях приобретения и последующей перепродажи приобретенных изделий из древесины (домокомплектов) конечным покупателям по договоренности с учредителем Общества – ФИО9, поскольку прямая продажа домокомплектов Обществом конечным покупателям в спорный период была невозможна ввиду ареста счетов Общества и высокой налоговой ставки. Предприниматель указывал, что изготовление домокомплектов производилось на производстве Общества, из поставленных пиломатериалов изготавливалась доска, сушилась, склеивалась, и, впоследствии, поставлялась конечным потребителям по той же самой цене, по которой отгружалась истцом, никакой наценки Предприниматель на домокомплекты не делал, а, напротив, нес издержки в виде уплаты налогов и страховых взносов. Указанные расходы, по договоренности с ФИО9, должны были компенсироваться путем получения вознаграждения по агентскому договору.
Предприниматель, не оспаривая факт поставки ему Обществом домокомплектов по всем спорным договорам, ссылался лишь на отсутствие задолженности ввиду осуществления зачета встречных требований. В подтверждение своих доводов Предприниматель представлял акты сверок, подписанные им, в которых отражены поставки по договорам, по которым впоследствии Предприниматель факт поставки стал оспаривать (Т. 2 л.д. 80-81). Кроме того, Предприниматель в обоснование отсутствия задолженности за поставленный товар представлял документы, подтверждающие, по его мнению, встречные обязательства Общества и подлежащие зачету, такие как: агентский договор, УПД, составленные и подписанные на основании данного договора, товарные накладные и УПД, подтверждающие факт приобретения пиломатериалов у ИП ФИО7 и ООО «Струги» и факт дальнейшей передачи указанных пиломатериалов Обществу для производства домокомплектов и т.д.
Между тем, впоследствии, возражая против поставок товара по договорам: № Т.Т./29-08-22 от 29.08.2022, № Т.Т./16-12-22 от 16.12.2022, № Т.Т./22-01-23 от 22.01.2023, № Т.Т./06-03-23 от 06.03.2023, Предприниматель указал, что истцом не представлено надлежащих доказательств передачи ему товара; домокомплекты, на поставку которых были заключены указанные договоры, были изготовлены самим Предпринимателем, из его материала, на его станках, находящихся на территории Общества и впоследствии поставлены конечным покупателям от имени Предпринимателя.
Рассмотрев доводы сторон, а также представленные в материалы дела доказательства, оценив их в порядке статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующим выводам.
Передача товара покупателю подтверждается документально. Доказательством передачи товара является товарная или товарно-транспортная накладная с подписями уполномоченных лиц продавца и покупателя и соответственно печатью (штампом), если сторонами являются юридические лица. При этом, подписание накладной уполномоченным представителем является доказательством передачи товара и его принятие покупателем.
Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.
В силу части 3 указанной статьи первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных.
Вместе с тем, факт поставки товара может быть подтвержден как надлежащим образом оформленными первичными документами, так и совокупностью иных доказательств.
В силу пункта 1 статьи 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара. Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче.
По смыслу приведенной нормы предоставление товара в распоряжение покупателя предполагает одновременное соблюдение следующих условий: товар должен быть подготовлен к передаче в обусловленном договором месте и к указанному в нем сроку, а покупатель должен быть в любом случае и любым способом уведомлен продавцом о готовности товара к передаче.
В силу положений статьи 513 ГК РФ покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки.
Пунктом 4 статьи 514 ГК РФ установлено, что в случаях, когда покупатель без установленных законом, иными правовыми актами или договором оснований не принимает товар от поставщика или отказывается от его принятия, поставщик вправе потребовать от покупателя оплаты такого товар.
Как следует из условий спецификаций, стороны не согласовали конкретный срок поставки, однако в пункте 8.3 указали, что по готовности каждой партии продукции к отгрузке поставщик уведомляет покупателя посредством телефонной, факсимильной, электронной связи.
Ответчик, оспаривая факты поставок, указал, что уведомлений о готовности товара к отгрузке не получал, товар в его распоряжение не предоставлялся.
Суд не может согласиться с указанными доводами ответчика.
Из материалов дела следует и сторонами при рассмотрении дела не оспаривалось, что на момент заключения и исполнения спорных договоров поставки истец и ответчик находились на одной территории, при этом ответчик одновременно являлся генеральным директором Общества в период с 14.12.2020 по 16.09.2022, а с 16.09.2022 по 13.06.2023 – исполнительным директором Общества (Т. 1 л.д. 74-75, 84, Т. 5 л.д. 57), в связи с чем не мог не знать о готовности товара к отгрузке, в период, когда ФИО1 являлся генеральным директором Общества, именно на нем лежала обязанность по надлежащему исполнению договоров поставки и оформлению первичных документов, уклонение от подписания первичных документов не опровергает факт поставки. Пояснений относительно того, кто от имени Общества в указанный период должен был его уведомить о готовности товара к отгрузке, Предприниматель не представил.
Также в данном случае суд полагает несостоятельными ссылки на отсутствие надлежащим образом оформленных товарных и товарно-транспортных накладных, как на доказательство отсутствия поставок, поскольку, как следует из материалов дела, в спорный период бухгалтерская документация не оформлялась надлежащим образом как в отношении поставок, признаваемых Предпринимателем, так и в отношении оспариваемых поставок, налоговая отчетность также не отражала фактические операции.
В то же время, следует отметить, что согласно пункту 3.6 договоров покупатель обязан при получении документов на продукцию, в течение 5 дней возвратить поставщику 1 экземпляр документов с подписями. В случае, если экземпляр отгрузочных документов, переданный покупателю, не будет возвращен поставщику, покупатель считается получившим товары на условиях, содержащихся в экземпляре отгрузочных документов.
Из пояснений Предпринимателя также следует, что домокомплекты изготавливались исключительно при наличии заявок от конечных покупателей на основании архитектурных решений и с целью перепродажи конечным покупателям, в подтверждение чего представил соответствующие договоры (Т. 6 л.д. 14-92, Т. 12 л.д. 117-178).
Исследовав представленные договоры, суд установил, что оформление договоров с конечными покупателями было единообразным, в договорах указано: производство ООО «Тимбер Тек», изготовитель ООО «Тимбер Тек», поставщик ИП ФИО1 (не зависимо от того, самостоятельно ФИО1 изготовил домокомплекты, как он утверждал, или приобрел их у Общества).
Доводы Предпринимателя о том, что в договорах указывалось место производства, а не фактический производитель, судом отклоняются, поскольку Предприниматель, изменив позицию относительно фактов поставок, не подтвердил надлежащим образом возможность самостоятельного изготовления домокомплектов, в т.ч. наличие материалов (с учетом представления первичных документов, подтверждающих передачу закупленных пиломатериалов Обществу), сотрудников и т.д.
Представленные ответчиком документы, подтверждающие наличие у Предпринимателя станков не свидетельствуют о том, что спорные станки находились на территории Общества и что на них осуществлялось изготовление домокомплектов, как то заявлял ответчик, а также не представлено оснований нахождения указанных станков там, в т.ч. сведений об аренде у Общества площадей для размещения станков с целью изготовления на них спорных домокомплектов. При этом, как указано выше, ранее Предприниматель пояснял, что изготовление домокомплектов производилось на производстве Общества.
Представленная ответчиком нотариально заверенная переписка (Т. 7 л.д. 88-121) также не опровергает факт поставки Обществом Предпринимателю товара по спорным договорам и не подтверждает самостоятельное изготовление ответчиком товара.
Таким образом, в данном случае, отсутствие надлежащим образом оформленных товарных и товарно-транспортных накладных само по себе не опровергает факта поставки товара по спорным договорам и не является основанием для отказа в удовлетворении требований истца при наличии иных доказательств, подтверждающих факт поставки.
Одновременно, суд полагает необходимым отметить следующее.
Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 25.07.2017 N 18-КГ17-68, изменение процессуальной позиции может быть признано недобросовестным поведением, что влечет отказ в защите права. Принцип "эстоппель" в процессе представляет собой запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными, исходя из ее действий или заверений. Процессуальный эстоппель — это утрата права на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении в процессе. В результате недобросовестное лицо не может реализовать свое право.
В соответствии со ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).
Кроме того, в соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Кодекса).
Исходя из принципа добросовестности в соответствии со статьей 1 ГК РФ, одним из проявлений которого является недопустимость противоречивого и непоследовательного поведения участника правоотношений, ущемляющего интересы других участников правоотношений (эстоппель), суд должен отказать в защите такому лицу.
Изменение Предпринимателем своей позиции, связанное с преследуемым им результатом, а также неоспаривание фактов с их последующим опровержением, могут быть квалифицированы арбитражным судом, как злоупотребление правом (постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.02.2019 N Ф08-160/2019 по делу N А53-26054/2017; Арбитражного суда Уральского округа от 24.09.2018 N Ф09-5098/18 по делу N А50-17959/2016; Арбитражного суда Московского округа от 15.04.2019 N Ф05-3861/2019 по делу N А40-148674/2018 и от 03.06.2019 N Ф05-7904/2019 по делу N А40-175035/2018; Арбитражного суда Центрального округа от 13.06.2019 N Ф10-1893/2019 по делу А08-13778/2017).
Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание озвученные в ходе рассмотрения дела позиции сторон, в т.ч. позицию ответчика, не оспаривавшего до 19.04.2025 факт поставки, показания свидетелей, суд приходит к выводу, что факт поставки товаров по всем спорным договорам подтвержден совокупностью представленных доказательств и ответчиком надлежащим образом не опровергнут.
Вместе с тем, с учетом того, что суд, сопоставив договоры, установил, что стоимость товара по договору № Т.Т./12-03-22 составила 5 264 613,0 руб., то стоимость поставленного по всем спорным договорам товара составит 23 031 796,0 руб. (по договору № Т.Т./12-03-22 – 5 264 613,0 руб., по договору № Т.Т./06-04-22 – 6 622 365,0 руб., по договору № Т.Т./29-08-22 – 5 280 000,0 руб., по договору № Т.Т./02-11-22 – 2 394 918,0 руб., по договору № Т.Т./16-12-22 – 955 500,0 руб., по договору № Т.Т./22-01-23 – 322 000,0 руб., по договору № Т.Т./06-03-23 – 2 192 400,0 руб.).
Истец зачел в счет исполнения обязательств ответчика по оплате поставленного товара 16 496 921,46 руб.
Таким образом, по расчету суда, у ответчика перед истцом образовалась задолженность за поставленные товары в размере 6 534 874,54 руб.
Вместе с тем, ответчик, возражая против исковых требований, указал, что в случае, если суд придет к выводу о доказанности факта поставок по всем договорам, то необходимо учесть, что у ответчика имеются встречные обязательства перед истцом, которые необходимо зачесть в счет обязательств ответчика, а именно:
11 503 216,0 руб. – перечисления на расчетный счет Общества;
2 943 385,2 руб. – оплата за Общество третьим лицам;
2 219 165,2 руб. – оплата пиломатериалов ООО «Струги» для изготовления домокомплектов;
44 703,0 руб. – оплата клея для изготовления домокомплектов;
637 986,0 руб. – оплата услуг архитектора;
145 000,0 руб. – оплата услуг по перевозке пиломатериалов;
2 029 800,0 руб. – внесено в кассу Общества;
3 368 000,0 руб. - оплата пиломатериалов у ИП ФИО7 для изготовления домокомплектов;
2 800 000,0 руб. – агентское вознаграждение на основании договора от 31.03.2022 № 31/03/22;
16 975,0 руб. - ремонт служебной машины АВН ИП ФИО8;
31 200,0 руб. – приобретение бланкетных ножей в ООО «Промтехресурс»;
7 436,0 руб. – приобретение подшипников для автомобилей Общества в ООО «ТБП»;
6 635,0 руб. – оплата технического обслуживания и ремонта автомобилей Общества в ЕвроАвто – ИП ФИО8
Как указано выше, из данных сумм истец зачел в счет оплаты задолженности истца за поставленные товары 16 496 921,46 руб., в т.ч. 11 503 215,87 руб. – перечисления на расчетный счет Общества; 2 963 905,59 руб. – оплата за Общество третьим лицам (включая платеж на 20 520,0 руб., оплаченных за Общество в пользу ООО «Декатекс»); 2 029 800,0 руб. – внесено в кассу Общества).
Остальные затраты Предпринимателя не учтены Обществом в составе расходов, уменьшающих задолженность ответчика перед истцом.
Общество возражало против зачета требований, ссылаясь на то, что Предприниматель ранее к Обществу с заявлением о зачете не обращался, встречный иск не предъявил.
Суд полагает доводы Общества ошибочными на основании следующего.
В силу пункта 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.
В силу статьи 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.
В абзаце втором пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" разъяснено, что обязательства могут быть прекращены зачетом после предъявления иска по одному из требований. В этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете как во встречном иске (статья 132 АПК РФ), так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом (часть 1 статьи 64, части 1 - 3.1 статьи 65, часть 7 статьи 71, часть 1 статьи 168, части 3, 4 статьи 170 АПК РФ). В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом.
При рассмотрении имущественного требования о взыскании денежных сумм судом подлежат проверке доводы ответчика о наличии у него встречного однородного требования к истцу и о прекращении обязательств полностью или в соответствующей части в результате сделанного заявления о зачете.
Исследовав представленные ответчиком в обоснование доводов о необходимости зачета документы, суд полагает, что зачету подлежит задолженность Общества перед истцом в общей сумме 5 593 800,07 руб., в т.ч.: за поставленные Обществу пиломатериалы, ранее закупленные ответчиком у ИП ФИО7 на сумму 3 367 999,87 руб. и у ООО «Струги» на сумму 2 219 165,2 руб., а также за прохождение технического осмотра на сумму 6 635,0 руб.
Материалами дела, в т.ч. договорами, товарными, товарно-транспортными накладными, подписанными уполномоченными лицами, подтверждается факт закупки ответчиком пиломатериалов у ООО «Струги» и у ИП ФИО7, а также факт поставки указанных материалов Обществу (Т. 2 л.д. 82-90, 106-121, Т. 4 л.д. 107-164, Т. 5 л.д. 1-8).
Указанный факт не оспорил и представитель Общества, указав в пояснениях от 06.06.2025, что Общество не исключает возможность юридического существования указанных поставок ответчика в пользу истца (Т. 12 л.д. 73).
В подтверждение доводов о зачете расходов на технический осмотр Предприниматель представил договор-заявку на проведение технического обслуживания и ремонта № 1656168 от 04.03.2023, акт сдачи-приемки работ № 2779 от 04.03.2023, кассовые чеки от 04.03.2023 на сумму 6 635,0 руб. (3 920,0 руб. + 2 715,0 руб.). В указанных документах отражена модель, номерной знак и иные идентифицирующие автомобиля, в отношении которого оказывались услуги, указано, что владельцем является ООО «Тимбер Тек». В судебном заседании представитель истца подтвердил факт принадлежности указанного автомобиля Обществу.
При таких обстоятельствах, суд полагает подтвержденным факт несения Предпринимателем указанных расходов в интересах Общества.
Вместе с тем, суд не может признать обоснованным заявление Предпринимателя о зачете остальных сумм по следующим основаниям.
Как указал Предприниматель, спорные договоры заключались им в целях приобретения и последующей перепродажи приобретенных изделий из древесины (домокомплектов) конечным покупателям по договоренности с учредителем Общества – ФИО9, поскольку прямая продажа домокомплектов Обществом конечным покупателям в спорный период была невозможна ввиду ареста счетов Общества и высокой налоговой ставки. При этом, никакой наценки Предприниматель на домокомплекты не делал, а, напротив, нес издержки в виде уплаты налогов и страховых взносов. Кроме того, для изготовления домокомплектов требовались архитектурные решения и проекты, которые Предприниматель заказывал за свой счет. Указанные расходы, по договоренности с ФИО9, должны были компенсироваться ответчику путем получения вознаграждения по агентскому договору.
Из пояснений ответчика также следует, что агентское вознаграждение выплачивалось путем удержания указанных сумм на счете ИП ФИО1 (Т. 5 л.д. 52)
В обоснование указанных доводов Предприниматель представил: агентский договор № 31/03/22 от 31.03.2022, а также УПД на оказание агентских услуг (Т. 2 л.д. 77-79, 91-104, Т. 4 л.д. 3-7, 51-54, Т. 5 л.д. 9-34,128, Т. 9 л.д. 130-139 (подлинники)). Предприниматель пояснил, что в период с момента заключения агентского договора подыскивал клиентов, заказывал архитектурные решения и закупал материалы для возможности изготовления домокомплектов, осуществлял платежи от имени и по поручению Общества.
В соответствии с указанным договором ИП ФИО1 (агент) обязался за вознаграждение по поручению ООО «Тимбер Тек» и за его счет совершать от своего имени фактические и юридические действия, направленные на заключение договоров купли-продажи, поставки домокомплектов производимых ООО «Тимбер Тек» конечным потребителям, договоров на оказание работ, услуг, перевозки и иных договоров, необходимых в производственной деятельности ООО «Тимбер Тек», производить оплату ресурсоснабжающим компаниям по обязательствам принципала, оплату за транспортные услуги в интересах Принципала, заключать от своего имени, но за счет и в интересах ООО «Тимбер Тек» договоры поставки домокомплектов с физическими и юридическими лицами, приобретать пиломатериалы, клей, инструменты, щепу и прочие товары и услуги.
Согласно пункту 5.1.1 данного договора вознаграждение агента составляет 200 000 рублей в месяц.
Истец возражал против наличия задолженности за агентские услуги, указав, что в бухгалтерии истца документы, подтверждающие оказание услуг отсутствуют, ответчиком доказательств фактического оказания агентских услуг не представлено, спорный договор подписан ответчиком с обеих сторон: с одной стороны, как руководителя ООО «Тимбер Тек», с другой - как контрагентом ООО «Тимбер Тек» (ИП ФИО1).
Истец при рассмотрении дела сделал заявление в порядке статьи 161 АПК РФ о фальсификации представленных ответчиком доказательств, в т.ч.: агентского договора № 31/03/22 от 31.03.2022, УПД № 1-АД от 29.04.2022, УПД № 2-АД от 31.05.2022, УПД № 3-АД от 30.06.2022, УПД № 4-АД от 31.07.2022, УПД № 5-АД от 31.08.2022, одновременно заявив ходатайство о назначении по делу экспертизы с целью проверки соответствия времени выполнения рукописного текста и нанесения оттисков печатей на 5-м листе агентского договора и спорных УПД.
Согласно статье 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.
В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.
Статья 161 АПК РФ обязывает арбитражный суд принять предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, при этом не ограничивая суд в выборе способов проверки, так суд вправе назначить экспертизу либо проверить достоверность доказательств иными мерами, в том числе используя другие доказательства, имеющиеся в материалах дела.
Из приведенной нормы права следует, что назначение экспертизы является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. При этом АПК РФ не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами. Выбор мер, направленных на проверку достоверности заявления о фальсификации, находится в компетенции суда.
Как следует из части 1 статьи 82 АПК РФ, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.
Определением суда от 30.09.2024 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Цент судебной экспертизы «ПетроЭксперт» ФИО4. На разрешение эксперта поставлены вопросы:
1) Соответствует ли время выполнения рукописных подписей и нанесения оттисков печатей на 5-ом листе агентского договора №31/03/22 дате, указанной в документе (31.03.2022), если не соответствует, то в какой период они были выполнены и нанесены? Имеются ли признаки искусственного старения документа?
2) Соответствует ли время выполнения рукописного текста и нанесения оттисков печатей на УПД: №1-АД от 29.04.2022, №2-АД от 31.05.2022, №3-АД от 30.06.2022, №4-АД от 31.07.2022, №5-АД от 31.08.2022 дате, указанной в документе (29.04.2022), (31.05.2022), (30.06.2022), (31.07.2022), (31.08.2022), если не соответствует, то в какой период они были выполнены и нанесены? Имеются ли признаки искусственного старения документа?
Эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
29.01.2025 в суд поступило заключение эксперта № 24-135-А44-7739/2023-ТЭД (Т. 8 л.д.78-150, Т. 9 л.д. 1-139).
Из экспертного заключения следует, что определить время выполнения рукописных подписей и нанесения оттисков печатей на 5-й лист агентского договора № 31/03/22 дате не представилось возможным по причине непригодности указанных штрихов для оценки времени их выполнения (следовое содержание летучих компонентов). Печатный текст не исследовался по причине отсутствия апробированных, научно обоснованных и рекомендованных к применению в экспертной практике методик определения давности текста, выполненного на печатных устройствах с использованием порошка (тонера) – электрофотографическим способом. Исследованием установлены признаки агрессивного воздействия на бумагу и штрихи реквизитов спорного документа, т.н. признаки искусственного состаривания.
При ответе на второй вопрос эксперт указал, что время нанесения штрихов оттиска круглой печати «Индивидуальный предприниматель ФИО1» на счет-фактуру № 1-АД от 29.04.2022, №3-АД от 30.06.2022, №4-АД от 31.07.202 не соответствует указанным в документах датам. Штрихи оттиска печати нанесены, вероятно, не ранее 2023 года. Определить время выполнения других реквизитов спорных документов не представилось возможным по причине непригодности указанных штрихов для оценки времени их выполнения. Осмотром, наблюдением картины видимой люминесценции, исследованием красящих компонентов штрихов в представленном документе установлены признаки нарушения условий документного хранения, выраженные в разрушении красителя штрихов.
Кроме того эксперт давал пояснения по заключению, отвечал на вопросы суда и сторон.
Ответчик возражал против принятия заключения эксперта в качестве надлежащего доказательства, ссылаясь на отсутствие у эксперта необходимых познаний, а также указывая, что на основании заявления Предпринимателя возбуждено уголовное дело в отношении эксперта ФИО4
Однако на момент рассмотрения дела недостоверность или ошибочность выводов заключения, подготовленного данным экспертом, надлежащим образом не установлена, квалификация эксперта подтверждена представленными им документами, о фальсификации которых не заявлялось.
Ответчик о назначении повторной экспертизы не ходатайствовал.
В силу общих правил части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2014 г. N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ), суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ.
Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемых доказательств до принятия окончательного судебного акта по делу. Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.
Рассмотрев заявленное ходатайство о фальсификации доказательств, суд признал его необоснованным.
По смыслу статьи 161 АПК РФ фальсифицированным доказательством являются любые недостоверные, а также полученные с нарушением федерального закона письменные или вещественные доказательства. Причем, такое нарушение должно исходить именно со стороны процесса, которое представило данные доказательства. "Фальсификация доказательств" предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем, умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в арбитражном процессе в качестве доказательств, путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.
Применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.
Заявление о фальсификации доказательства должно иметь процессуальный смысл в виде влияния последствий своего удовлетворения на исход дела, то есть на характер принятого по его результатам решения суда.
В данном случае, из пояснений истца следует, что его заявление в отношении агентского договора №31/03/22 от 31.03.2022 и подписанных на его основании: УПД №1-АД от 29.04.2022, УПД №2-АД от 31.05.2022, УПД №3-АД от 30.06.2022, УПД №4-АД от 31.07.2022, УПД №5-АД от 31.08.2022, по сути, является доводом о мнимости сделки.
Таким образом, оценив представленные документы на предмет фальсификации, учитывая, что факт подписания указанных документов ФИО1 не оспорен и подтвержден самим ФИО1, на документах проставлена печать Общества, что также сторонами не оспаривалось, отсутствие видимых признаков подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих смысл документов, суд признает не подтвержденным факт фальсификации представленных истцом документов, в связи с чем, оснований для их исключения из числа доказательств по делу не имеется.
В тоже время, как следует из положений статьи 71 АПК РФ, доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.
На основании изложенного, отказ в удовлетворении ходатайства о фальсификации и исключении документов из числа доказательств не означает безусловное признание судом достоверности содержащихся в них данных. Оценка каждого представленного стороной доказательства в отдельности и в совокупности с иными доказательствами по признакам допустимости и достоверности дается судом в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.
В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).
Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.
Совершая сделку лишь для вида, стороны, как правило, правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Действительная воля сторон при оформлении сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Такие обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168 и 170 АПК РФ).
В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" даны разъяснения, согласно которым для создания видимости правовых последствий совершенной мнимой сделки стороны могут осуществить для вида ее формальное исполнение, в силу чего формальное исполнение такой сделки лишь для вида не может препятствовать квалификации судом такой сделки как мнимой.
Из разъяснений, данных в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, при рассмотрении вопроса о мнимости договора, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.
Согласно пункту 7 Обзора от 08.07.2020 суд отказывает в удовлетворении требований, основанных на мнимой (притворной) сделке, совершенной в целях придания правомерного вида передаче денежных средств или иного имущества.
При рассмотрении вопроса о мнимости агентского договора и документов, подтверждающих оказание услуг, необходимо принимать во внимание не только акты оказания услуг и договор, а также исследовать всю цепочку оказания услуг.
Суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по оказанию услуг.
Приведенная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470, от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740 и в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12.
В подтверждение своих возражений истец указал следующее: в бухгалтерском учете Истца данный договор отсутствует и не учтен; данный договор на протяжении всего срока его действия не исполнялся (отсутствуют поручения принципала, отсутствуют отчеты агента, отсутствует оплата вознаграждения (предусмотрены ежемесячные выплаты); отсутствует согласие учредителя на совершении данной сделки с заинтересованностью; ответчик не предъявлял УПД для их подписания истцу вплоть до предъявления их в суд, не заявлял каких-либо претензий относительно них; кроме того, часть УПД не подписано со стороны истца; в договоре указан срок окончания выполнения поручения 31.05.2023, т.е. дата прекращения ФИО1 трудовой деятельности в Обществе, о чем он не мог знать 31.03.2022, подписывая спорный договор; ФИО1 не выдавалась доверенность на представление интересов в государственных органах и организациях (п. 1.3.7 договора).
Изучив доводы сторон, исследовав представленные в обоснование указанных доводов сторон доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, агентский договор подписан ответчиком с обеих сторон: с одной стороны, как руководителя ООО «Тимбер Тек», с другой - как контрагентом ООО «Тимбер Тек» (ИП ФИО1).
Указанный договор подписан в период, когда генеральным директором Общества являлся ФИО1, а его исполнение должно было осуществлять в т.ч. в период, когда генеральным директором являлся ФИО9, спорный договор, а также оформленные на его основании УПД в бухгалтерию Общества не представлялись, в бухгалтерском и налоговом учете Общества не отражались, как в период, когда руководство Обществом осуществлял ФИО1, так и в период, когда руководителем Общества стал ФИО9
В обоснование своих доводов Предприниматель ссылается на то, что во исполнение указанного договора он осуществлял поиск клиентов – конечных покупателей домокомплектов, заключал с ними договоры, организовывал и оплачивал доставку домокомплектов, заказывал и оплачивал материалы, проекты для изготовления домокомплектов, оплачивал счета Общества и т.д.
Из представленных в материалы дела документов следует, что указанные действия были осуществлены ФИО1, который, являясь генеральным, а затем исполнительным директором в силу своего статуса был наделен правом и обязанностью действовать в интересах Общества, в частности осуществлять поиск клиентов.
В то же время, как указано выше, суд признал факт поставок спорного товара Обществом Предпринимателю, таким образом, для Общества конечным покупателем являлся ИП ФИО1, а услуги по поиску конечных покупателей осуществлялись ФИО1 в своих интересах.
Между тем, из представленных в обоснование доводов ответчика документов невозможно установить, что Предпринимателем заключались договоры и совершались платежи во исполнение спорного договора, а не во исполнение своих должностных обязанностей.
Как верно указал истец, в материалы дела не представлено доказательств представления отчетов о выполнении услуг, в т.ч. в период, когда ФИО1 не являлся генеральным директором Общества; в бухгалтерском учете Истца данный договор отсутствует и не учтен; отсутствует оплата вознаграждения, задолженность в бухгалтерской отчетности также не отражена (предусмотрены ежемесячные выплаты); отсутствуют доказательства предъявления УПД для их подписания истцу (директору ФИО9) вплоть до предъявления их в суд.
Кроме того, как указано в пункте 1.3.1 договора агент в ходе выполнения поручений принципала обязался в т.ч. получать денежные средства от конечных покупателей за домокомплекты.
Вместе с тем доказательств выполнения указанных действий в интересах принципала в материалы дела не представлено. Представленная ответчиком выписка со счета подтверждает получения им денежных средств за некоторые домокомплекты на свой счет.
Таким образом, суд приходит к выводу, что договоры с конечными потребителями были заключены Предпринимателем от своего имени и в своих интересах.
При этом доводы о том, что цены договоров, заключенных с конечными потребителями были идентичны ценам, отраженным в договорах поставки с Обществом, что исключает получение предпринимателем прибыли и оценки заключенных договоров в качестве самостоятельных сделок, материалами дела не подтверждаются.
При приведении убедительных доводов и доказательств мнимого характера сделки, невозможности оказания услуг по договору, позволяющих суду с разумной степенью достоверности усомниться в реальном характере сделки и достоверности оформляющих такую сделку и ее исполнение документов, на лицо, полагающее сделку действительной, переходит бремя опровержения этих сомнений.
Сторона, настаивающая на действительности сделки, должна представить доказательства наличия у нее реального экономического содержания, а также доказательства, опровергающие доводы другой стороны о заключении таких договоров без намерения породить правовые последствия.
При этом стороне, настаивающей на действительности сделки, не должно составлять затруднений опровергнуть такие доводы, поскольку она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с другой стороной сделки.
Убедительных доводов об экономической целесообразности заключения агентского договора ответчиком не приведено. При этом, наложение ареста на счета Общества не является достаточным обоснованием для заключения такой сделки, а действия по заключения такого договора с целью непоступления денежных средств на счет Общества в связи с их последующим списанием в счет уплаты налоговых и иных обязательных платежей, нельзя признать добросовестными.
По мнению суда, очевидно неразумно заключать подобный агентский договор фактически с генеральным директором, который в порядке трудовых функций должен был выполнять часть предусмотренных указанным договором услуг.
На основании вышеизложенного, агентский договор является мнимой, недействительной (ничтожной) сделкой.
Таким образом, у Общества не возникло задолженности перед ответчиком по оплате вознаграждения по агентскому договору в сумме 2 800 000,0 руб.
Доказательств того, что иные расходы Предпринимателя, в т.ч. по оплате услуг архитектора в сумме 637 986,0 руб., по оплате услуг перевозки пиломатериалов в сумме 145 000,0 руб., по приобретению материалов (клея, бланкетных ножей, подшипников) были осуществлены в интересах Общества и у Общества возникла обязанность по их возмещению Предпринимателю в материалы дела не представлено.
Представленными в материалы дела документами лишь подтверждается факт их приобретения Предпринимателем, однако доказательств передачи Обществу приобретенных материалов, либо оказания Обществу соответствующих услуг, не представлено.
Доводы Предпринимателя о том, что без проекта и архитектурного решения невозможно было исполнить договоры поставки судом принимаются.
Вместе с тем, из указанных договоров, а также договоров, заключенных ФИО1 с архитекторами, не следует, что обязанность по оплате проектных решений должна быть возложена на Общество, как и не следует указанное из обычаев делового оборота, на что сослался Предприниматель.
Также из представленных ответчиком документов невозможно установить, что бланкетные ножи и подшипники приобретались исключительно в интересах Общества для его оборудования, поскольку при рассмотрении дела ответчиком в материалы дела также были представлены доказательства наличия у него в собственности станков. Доказательств передачи Обществу указанных материалов не представлено.
Суд отмечает, что в тех случаях, когда платежи производились ФИО1 в интересах и за Общество, на это указано в назначении платежа и указанные платежи зачтены Обществом в счет исполнения Предпринимателем обязанности по оплате. Между тем при оплате за вышеуказанные товары и услуги указание на то, что оплата производится за Общество, отсутствует.
Доказательств несения ответчиком расходов на ремонт служебной машины более тех, которые зачтены Обществом и судом, в материалы дела не представлено, в связи с чем у суда отсутствуют основания для дополнительного зачета указанных сумм.
В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Проанализировав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.
При таких обстоятельствах, проанализировав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ учитывая, что суд признал обоснованными доводы ответчика о необходимости зачета встречных обязательств истца на сумму 5 593 800,07 руб., а также с учетом того, что суд признал наличие у ответчика перед истцом задолженности за поставленные товары в размере 6 534 874,54 руб., окончательная задолженность ответчика перед истцом составит 941 074,47 руб. (6 534 874,54 руб. - 5 593 800,07 руб.).
На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика задолженности является обоснованным и подлежит удовлетворению в сумме 941 074,47 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований суд отказывает.
В соответствии с частью 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.
К судебным издержкам в силу статьи 106 АПК РФ относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц (представителей), оказывающих юридическую помощь, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.
В части 1 статьи 110 АПК РФ установлено, что, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.
В соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.
Истцом за рассмотрение иска уплачена государственная пошлина в размере 75 979,0 руб..
Вместе с тем, с учетом уточнения исковых требований, размер государственной пошлины с исковых требований стал составлять 63 118,0 руб.
В соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты её в большем размере, чем это предусмотрено.
Соответственно, излишне уплаченная государственная пошлина в размере 12 861,0 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.
С учетом частичного удовлетворения уточненных требований истца (на 11,73%), расходы по госпошлине в размере 7 403,0 руб. подлежат возмещению истцу за счет ответчика, государственная пошлина в остальной части относится на истца.
Кроме того, истцом при рассмотрении настоящего дела были понесены расходы на оплату экспертизы в сумме 172 500,0 руб.
Доводы ответчика об отсутствии оснований для оплаты заключения эксперта в связи с его о фальсификацией надлежащим образом не подтверждены.
Поскольку требования истца удовлетворены частично, то его расходы на оплату экспертизы подлежат частичному возмещению за счет ответчика в сумме 20 234,25 руб.
Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
РЕШИЛ:
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тимбер Тек» 941 074,47 руб. задолженности за поставленный товар, а также 7 403,0 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины и 20 234,25 руб. в возмещение расходов на экспертизу.
В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.
Исполнительный лист выдать по вступлении решения в законную силу по заявлению взыскателя.
Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Тимбер Тек» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 861,0 руб.
Справку на возврат государственной пошлины выдать по вступлении решения в законную силу.
Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.
Судья
А.В. Высокоостровская