Дело № 33-7017/2023
№ 2-746/2022
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Оренбург 27 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:
председательствующего судьи Судак О.Н,
судей областного суда Кравцовой Е.А., Сергиенко М.Н.,
при секретаре Лоблевской Н.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Д.С. Дистрибьютор» на решение Гайского городского суда Оренбургской области от 13 сентября 2022 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Д.С. Дистрибьютор» о защите прав потребителей,
Заслушав доклад судьи Судак О.Н., судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд к ООО «Д.С.Дистрибьютор» с вышеуказанным иском, в котором просил расторгнуть договор о предоставлении независимой безотзывной гарантии «Программа 4.1» от 03 октября 2021 года, заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор», взыскать с ООО «Д.С. Дистрибьютор» в свою пользу денежные средства, оплаченные по договору о предоставлении независимой безотзывной гарантии в размере 264 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителей, компенсацию морального вреда – 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя – 10 000 руб.
В обоснование исковых требований указано, что между ним и ООО «Владис-Авто Про» был заключен договор купли-продажи автомобиля Киа Рио, 2021 года выпуска. При приобретении данного автомобиля между ним и АО КБ «ЛОКО-Банк» заключен кредитный договор № от 03 октября 2021 года, по условиям которого ему был предоставлен кредит в сумме 2 093 500 рублей сроком на 96 месяцев с процентной ставкой 15,6% годовых. Кроме того, им приобретен сертификат безотзывной независимой гарантии «Программа 4.1» № стоимостью 264 000 рублей. Заключая договор с банком, он не имел намерений приобретать какие-либо дополнительные услуги. 30 мая 2022 года он направил в адрес ответчика ООО «Д.С. Дистрибьютор» претензию с требованием о расторжении договора и возврате уплаченной по договору суммы, которая оставлена без удовлетворения.
Определением суда от 22 июля 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ИП ФИО2
Решением Гайского городского суда Оренбургской области от 13 сентября 2022 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд
постановил:
расторгнуть договор о предоставлении независимой безотзывной гарантии «Программа 4.1» от 03 октября 2021 года, заключенный между ООО «Д.С. Дистрибьютор» и ФИО1. Взыскать с ООО «Д.С. Дистрибьютор» в пользу ФИО1 уплаченные по договору о предоставлении независимой безотзывной гарантии «Программа 4.1» от 03 октября 2021 года денежные средства в сумме 264 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 руб., штраф в размере 132 500 руб., расходы по оплате услуг представителя – 7 000 руб.
Этим же решением с ООО «Д.С. Дистрибьютор» в доход муниципального образования Гайский городской округ взыскана государственная пошлина в размере 5 840 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда 09 марта 2023 года решение Гайского городского суда Оренбургской области от 13 сентября 2023 года отменено. Принято по делу новое решение, которым отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Д.С. Дистрибьютор» о защите прав потребителей.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 01 августа 2023 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда 09 марта 2023 года отменено.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО «Д.С. Дистрибьютор» просил решение суда отменить, вынести новое решение, которым в удовлетворении требований отказать в полном объеме.
Истец ФИО1, представитель ответчика ООО «Д.С. Дистрибьютор», представители третьих лиц Профессиональный правовой альянс, АО КБ «ЛОКО-Банк», ООО «Владис-Авто-про», ИП ФИО2, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.
Руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно статье 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные для договора займа.
Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором (ст.329 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Согласно п. 1 ст. 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.
Пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В силу статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации в соответствии с пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из материалов дела и установлено судом, 03 октября 2021 года между ООО «ВЛАДИС-АВТО ПРО» и истцом был заключен договор купли-продажи автомобиля Киа Рио, VIN №, стоимостью 1 541 000 рублей.
Кроме того, истец и АО «ЛОКО-Банк» в тот же день заключили кредитный договор №/АК/7500, согласно которому банк предоставил заемщику кредит на сумму 2 093 500 рублей сроком по 03 октября 2029 года под залог указанного выше транспортного средства.
При заключении кредитного договора 3 октября 2021 года ФИО1 подписал бланк заявления в ООО «Д.С.Дистрибьютор» на получение независимой гарантии, которое содержало в себе заявление о намерении воспользоваться услугой по предоставлению независимой гарантии.
03 октября 2021 года ФИО1 был выдан сертификат №/АК/7500 «Программа 4.1» сроком действия на 96 месяцев стоимостью 264 000 рублей. По условиям данного сертификата общество обеспечивает исполнение принципалом ФИО1 основного обязательства (договор потребительского кредита от (дата) №/АК/7500) перед АО «ЛОКО-Банк» в размере неисполненных обязательств, но не свыше величины обязательств за 18 месяцев регулярных платежей по обеспечиваемому договору потребительского кредита подряд, только в случае наступления одного из нижеследующих обстоятельств: потеря принципалом работы по ряду оснований (п.1.4.1) и смерть принципала (п. 1.4.2).
В рамках данного договора предоставляются следующие услуги: погашение частичной задолженности при наступлении финансовых рисков, связанных с потерей работы, смертью заемщика, а именно, выплата обусловленной суммы посредством оплаты соответствующего количества ежемесячных платежей по кредитному договору в соответствии с графиком платежей, а также посредством оплаты сумм пени, штрафа, неустойки, начисленных за ненадлежащее исполнение обязательства.
В соответствии с указанным выше сертификатом согласие клиента на приобретение независимой безотзывной гарантии, заключение договора о предоставлении независимой гарантии на условиях оферты о предоставлении независимой гарантии и согласие с их условиями, согласие на обработку персональных данных, получение в полном объеме информации подтверждается заявлением клиента на имя гаранта, а также посредством оплаты стоимости услуг гаранта.
Оплачивая данный сертификат, клиент безоговорочно присоединяется к действующей редакции оферты о предоставлении независимой гарантии, утвержденной приказом генерального директора ООО «Д.С. Дистрибьютор» № от 12 апреля 2021 года и размещенной в открытом доступе на веб-сайте в сети Интернет по адресу: http://digitalfin.ru.
Условиями предусмотрено, что требование бенефициара о выплате независимой гарантии предъявляется в письменной форме. Гарант обязуется выплатить в пользу бенефициара обусловленную независимой гарантией сумму посредством оплаты за принципала соответствующего количества ежемесячных платежей по договору потребительского кредита в соответствии с графиком платежей по указанному договору.
Из заявления ФИО1 от 03 октября 2021 следует, что он просил перечислить с его счета денежные средства в размере 264 000 рублей в пользу ИП ФИО2 в счет оплаты услуги независимой гарантии согласно выбранному тарифному плану «Программа 4.1».
Денежные средства в сумме 264 000 рублей в счет стоимости независимой безотзывной гарантии «Программа 4.1» уплачены ФИО1 за счет кредитных денежных средств, что следует из выписки по лицевому счету ФИО1 №.
30 мая 2022 года ФИО1 направил в адрес ООО «Д.С. Дистрибьютор» заявление о расторжении договора и возврате денежных средств, которое ООО «Д.С. Дистрибьютор» оставило без удовлетворения.
Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции руководствуясь положениями ст.ст. 329, 371, 420, 421, 450, 452, 779, 782 Гражданского Кодекса Российской Федерации, Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 года N 2300-1, исходил из того, что договор, заключенный истцом, по своей сути являются договором возмездного оказания услуг, что положения, которые незаконно ограничивают право потребителя на отказ от договора недействительны, так как противоречат положениям Закона «О защите прав потребителей» и ущемляют предусмотренное законом право истца как потребителя услуг на получение уплаченных ответчику денежной суммы в случае отказа от договора.
Принимая во внимание, что доказательств фактического несения ответчиком в ходе исполнения спорного договора каких-либо расходов в материалы дела не представлено, суд взыскал с ООО «Д.С. Дистрибьютор» денежную сумму, оплаченную истцом, в размере 264 000 рублей, а также компенсацию морального вреда и штрафа.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильно установленных обстоятельствах и отвечают требованиям норм материального права, отклоняя доводы апелляционной жалобы по следующим основаниям.
Давая оценку доводам апелляционной жалобы ООО «Д.С. Дистрибьютор» о неверной квалификации судом правоотношений сторон, как возникающих из договора возмездного оказания услуг, судебная коллегия исходит из следующего.
В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.
Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.
Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).
Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.
Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, п. п. 4 и 5 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.
Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В силу статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
Согласно статье 32 Закона о защите прав потребителей и пункту 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.
Указанные положения применяются в случаях, когда отказ потребителя (заказчика) от договора не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, возлагая на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.
Обязанность доказать несение и размер этих расходов в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна быть возложена на ответчика.
Кроме того, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (п. 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу частей 1, 3 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.
Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.
На основании части 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.
В силу части 1 статьи 371 Гражданского кодекса Российской Федерации независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.
Из указанного следует, что гарантийное обязательство возникает между гарантом и бенефициаром на основании одностороннего письменного волеизъявления гаранта.
Как разъяснено в п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 июня 2019, для возникновения обязательства из независимой гарантии достаточно одностороннего волеизъявления гаранта, если иное прямо не предусмотрено в тексте самой гарантии.
В силу ч. 2 ст. 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.
Таким образом, из изложенной выше правовой позиции следует, что обязательства из независимой гарантии возникают между гарантом и бенефициаром, и отказ принципала от обеспечения в виде независимой гарантии не влечет прекращения обязательства ответчика перед банком, что также следует из содержания ст. 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусматривающей такого основания прекращения независимой гарантии.
Между тем, вопреки доводам ответчика ООО «Д.С. Дистрибьютор», возникновение между гарантом и бенефициаром отношений по поводу выдачи ответчиком независимой гарантии исполнения обеспеченных им обязательств в случае наступления гарантийного случая не ограничивает истца в праве отказаться от исполнения договора об оказании возмездной финансовой услуги ООО «Д.С. Дистрибьютор», заключающейся в выдаче независимой гарантии, с компенсацией фактических затрат исполнителя.
Таким образом, в рассматриваемом случае право истца на отказ от исполнения договора законом не ограничен. В связи с отказом истца от исполнения договора, является расторгнутым именно договор, заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор» по возмездному оказанию платной услуги по предоставлению обеспечения. При этом ни само обязательство, обеспечиваемое независимой гарантией, ни обязательство по предоставлению ответчиком гарантии не прекращаются.
Положения, предусмотренные статьями параграфа 6 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют взаимоотношения между гарантом и бенефициаром и не свидетельствуют о невозможности толкования спорного договора как сочетающего в себе признаки обеспечительной меры (правоотношения между ООО «Д.С. Дистрибьютор» и банком) и договора возмездного оказания услуг (между ООО «Д.С. Дистрибьютор» и истцом).
Доводы заявителя жалобы о том, что обязательства исполнены с момента предоставления независимой гарантии, в связи с чем, недопустим отказ от его исполнения, следует признать несостоятельными.
Выдачей гарантии ответчиком исполнена обеспечительная односторонняя сделка, совершенная в пользу бенефициара, тогда как исполнения ООО «Д.С. Дистрибьютор» обязательств за истца по кредитному договору на момент его отказа от услуги не произошло.
Права ответчика в случае исполнения обязательств гарантии в дальнейшем подлежат защите в порядке ч. 5 ст. 313, ч. 1 ст. 379 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, в связи с чем, доводы ответчика о невозможности возврата вознаграждения гаранта истцу ввиду сохранения обязательств ООО «Д.С. Дистрибьютор» перед бенефициаром являются несостоятельными.
Доводы апеллянта о невозможности обратного взыскания цены сертификата со ссылкой на п.4 ст.453 Гражданского кодекса Российской Федерации основаны на неверном толковании нормы права, основанном на ее неполном прочтении.
Действительно, в силу абзаца 1 п.4 ст.453 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.
Вместе с тем, абзац 2 этой же нормы закона предусматривает, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.
Доводы ответчика о том, что договор независимой гарантии полностью соответствует нормам действующего законодательства, противоречит изложенной выше правовой позиции, поскольку отражение в сертификате независимой гарантии сведений, формально подпадающих под перечисленные обязательные реквизиты, предусмотренные ч.4 ст.368 Гражданского кодекса Российской Федерации, не свидетельствует о невозможности толкования данного договора как сочетающего в себе признаки обеспечительной меры и договора возмездного оказания услуг.
Из изложенного следует, что суд первой инстанции правомерно квалифицировал договор, заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор», как договор возмездного оказания услуг. При этом независимая безотзывная гарантия исполнения договорных обязательств с учетом ее специфики может быть признана исполненной только по окончанию срока действия независимой гарантии, не является разовой и исполненной в момент заключения соглашения, как об этом заявлял ответчик в своих возражениях и в апелляционной жалобе, ввиду чего на возникшие правоотношения распространяются положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
Оценивая доводы апелляционной жалобы о необходимости квалификации договора как разновидности договора комиссии, судебная коллегия также признает их основанными на ошибочном толковании норм законодательства, т.к. данное апеллянтом толкование договора прямо противоречит сути независимой гарантии, нормы о которой расположены в главе 23 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обеспечение исполнения обязательств».
В частности, нормы о независимой гарантии вообще не предусматривают ее возмездность, сведений о необходимости осуществления принципалом платежей гаранту в законодательстве не имеется (т.е. возмездность, как и по оказанию услуг, может быть предусмотрена или не предусмотрена договором). Договор не предусматривает осуществление каких-либо сделок ООО «Д.С. Дистрибьютор» от имени и за счет ФИО1, напротив, предусматриваются только обеспечительные платежи в рамках уже существующего обязательства истца перед банком. Соответственно целью договора, вопреки мнению апеллянта, является именно достижение фактического обеспечительного результата (финансовой услуги), а никак не совершение дополнительных сделок в пользу истца.
Таким образом, поскольку из анализа вышеприведенных законодательных норм следует, что потребитель имеет право отказаться от договора оказания услуг и потребовать обратно уплаченную сумму за услуги с учетом отсутствия понесенных стороной ответчика фактических расходов, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности доводов апелляционной жалобы о том, что суд неверно квалифицировал правоотношения сторон и применил нормы материального права по договору возмездного оказания услуг.
Суд первой инстанции верно исходил из того, что положения, ограничивающие право потребителя возврат платы за услугу при отказе от договора, который к моменту заявления потребителя об этом, не исполнен, ничтожны.
В силу пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.
Аналогичное разъяснение дано в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».
По условиям спорного договора вознаграждение, уплаченное принципалом гаранту в соответствии с договором о предоставлении независимой гарантии, после выдачи независимой безотзывной гарантии (предоставления сертификата) возврату не подлежит, в том числе в случаях получения гарантом уведомления принципала о досрочном прекращении действия гарантии или об освобождении гаранта от обязательств по гарантии в силу того, что, несмотря на указанные обстоятельства, обязательства по независимой безотзывной гарантии сохраняют свое действие перед бенефициаром (п. 6.2 Оферты).
По смыслу договора с учетом позиции ответчика по заявленному иску - такой платеж не подлежит возврату ни при каких обстоятельствах, что противоречит положениям ст.32 Закона о защите прав потребителей, а потому в силу положений п. 1 статьи 16 данного Закона это условие договора является ничтожным.
При отсутствии в деле сведений о реальном пользовании потребителем предусмотренными договором услугами, удержание ответчиком всей платы в отсутствие равноценного встречного предоставления в данном случае может свидетельствовать о наличии на стороне исполнителя неосновательного обогащения.
Доказательств использования истцом услуг по договору в рамках сертификата «Условия независимой безотзывной гарантии» материалы дела не содержат, как и доказательств фактического несения ООО «Д.С. Дистрибьютор» в ходе исполнения спорного договора каких - либо расходов, за которые может быть удержана плата как за фактически оказанные услуги.
Истец, отказавшись от исполнения договора в рамках сертификата «Условия независимой безотзывной гарантии, имеет право на возврат уплаченных по ним денежных средств в полном объеме, в связи с чем, исковые требования в указанной части судебная коллегия находит обоснованными.
Ссылки апеллянта на судебную практику не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда, учитывая, что споры рассмотрены между иными сторонами, с учетом иной специфики сложившихся между сторонами правоотношений, и индивидуальных особенностей спора.
В целом доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам возражения на иск, являются позицией ответчика по данному спору, приводились при рассмотрении дела в суде первой инстанций, им дана надлежащая оценка, исходя из установленных судом обстоятельств и требований закона, по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, не опровергают выводы суда, полно и мотивированно изложенные в решении суда, поэтому не могут служить основанием для отмены решения суда.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Гайского городского суда Оренбургской области от 13 сентября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственность «Д.С. Дистрибьютор» - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 09 октября 2023 года