Дело № 2-64/2022

УИД 32RS0003-01-2021-000124-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Брянск 11 октября 2022 года

Брянский районный суд Брянской области в составе

председательствующего судьи Васиной О.В.,

при помощнике судьи Скок В.С.,

с участием истца (ответчиком по встречному иску) ФИО1, представителя истца (ответчиком по встречному иску) ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании имуществом, исключение внесенных сведений из ЕГРН, по встречному иску ФИО3 к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании имуществом

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, указав, что ей на праве собственности принадлежат земельный участок с кадастровым номером № и расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

Ответчику ФИО3 на праве собственности принадлежат земельный участок с кадастровым номером № и расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес>. На земельном участке кроме жилого дома имеются иные постройки, а именно, объект незавершенного строительства с кадастровым номером №, зарегистрированный в ЕГРН в 2018 году, как гараж. После проведенной реконструкции, объект представляет собой служебную постройку (сарай) с подземным помещением (погребом), которая в соответствии с заключением судебной экспертизы по делу №2-81/2019 создает опасность для жизни, здоровья, имущества граждан.

В отношении реконструированного объекта с кадастровым номером № имеется вступившее в законную силу решение суда о его сносе и исключении сведений о нем из ЕГРН, которое ответчиком до настоящего времени не исполнено.

В ходе заключения договора купли-продажи истец была уведомлена риелтором и собственником <адрес> о том, что соседний <адрес> выполнен из пеноблока, как и гараж ответчика, и укрыт сайдингом. Однако, на самом деле, жилой дом ответчика возведен из бруса и с нарушением противопожарных расстояний до жилого дома истца. Согласно заключению судебной экспертизы, дом истца относится к 3 степени огнестойкости, класс конструктивной пожарной опасности – С1. Вместе с тем, степень огнестойкости дома ответчика, согласно п.4.3 Свода Правил 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты», не может быть выше 4-5 класса, поэтому исходя из расстояний, указанных в таблице №1 к СП 4.13130.2013, расстояние между домами должно быть 10 и более метров. Согласно сведениям публичной кадастровой карты России, расстояние между домами ответчика и истца составляет 6,68 метров, что не соответствует нормам пожарной безопасности.

Ссылаясь на то, что истец неоднократно обращалась к ответчику с просьбой устранить препятствия в пользовании имуществом, в том числе исполнить судебное решение по делу №2-81/2019, ответчик в настоящее время мер к устранению нарушений не предпринимает, истец с учетом уточненных в порядке ст.39 ГПК РФ просит суд обязать ответчиков ФИО3, ФИО4 устранить препятствия в пользовании имуществом истца, а именно: снести, реконструировать или иным способом привести жилой дом <адрес>., расположенный с нарушением противопожарных расстояний, в безопасное состояние, при котором исключается опасность возникновения и распространения пожара, а следовательно, причинения вреда жизни, здоровью и имуществу граждан, проживающих в соседнем <адрес>;

внести сведения о фактическом расположении (координатах) <адрес> и расстояниях до других объектов, расположенных на земельном участке с кадастровым номером № (<адрес>), принадлежащем ответчику ФИО3, в документы кадастрового учета, в том числе в публичную кадастровую карту Российской Федерации, поскольку в настоящее время они не соответствуют действительности и не отражают факт нарушения ФИО3 градостроительных и противопожарных норм и правил.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управление Росреестра по Брянской области, ФГБУ «ФКП Росреестра» в лице филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Брянской области.

В ходе рассмотрения настоящего дела 11.11.2021г. было принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском, встречное исковое заявление ответчика ФИО3 к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании имуществом. В обоснование встречного иска ФИО3 указал, что полагает, что при строительстве жилых домов сторон были допущены ответчиком ФИО4, нарушения строительных и градостроительных норм, в частности расстояние до смежной границы от жилого дома ФИО1 менее 3.5 м., при этом нарушены противопожарные расстояния между жилыми домами, которые составляют менее 10м. Указал, что при приобретении истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО1 жилого дома не была проявлена достаточная осмотрительность, что привело к нарушению прав ФИО3 со стороны ФИО5, как собственника жилого дома, в связи, с чем полагал, что ответственность за допущенные нарушения так же должна нести ФИО1 Ссылаясь на изложенные обстоятельства ФИО3 просил обязать истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 устранить препятствия в пользовании имуществом истца, а именно: снести, реконструировать или иным способом привести жилой дом <адрес>, расположенный с нарушением противопожарных расстояний, в безопасное состояние, при котором исключается опасность возникновения и распространения пожара, а следовательно, причинения вреда жизни, здоровью и имуществу граждан, проживающих в соседнем доме <адрес>

В судебном заседании истец (ответчик) ФИО1, её представитель ФИО2 уточненные исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям, встречные исковые требования не признали, ссылаясь на то, что ФИО1 приобрела построенный дом, о том, что дом ФИО3 является деревянным она не была осведомлена, при этом ФИО3 её об этом так же не поставил в известность. Кроме того, указала что при приобретении ею жилого дома ФИО3 не предъявлял претензий ни к ней ни к ФИО4, ни к ФИО6, при этом указав что ФИО3 не смог обосновать свой иск, не приложил никаких доказательств, указывающих на то, чем именно ФИО1 нарушает его права. Кроме того, полагали, что заключение эксперта не является надлежащим доказательством, поскольку выполнено с нарушением требований законодательства об экспертной деятельности, а так же методических рекомендаций, о чем представили соответствующие отзывы на заключение эксперта, выполненное АНО «НЭО», в связи, с чем просили исключить заключение эксперта № из числа доказательств. Кроме того, сторона истца (ответчика) указала, что полагают, что принадлежащие сторонам жилые дома являются самостроями, поскольку застройщиками не изготовлена проектная документация на жилые дома и не получены разрешительные документы на ввод их в эксплуатацию, тем самым указывая, на то, что истец (ответчик) имеет формальное право собственности на дом и лишена возможности распоряжаться им.

В судебное заседание ответчик ФИО4, ответчик (истец по встречному иску) ФИО3, его представитель ФИО7, представители третьих лиц Управления Росреестра по Брянской области, Филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Брянской области, надлежаще извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. От ответчика (истца по встречному иску) ФИО3, его представителя ФИО7 в материалы дела представлены ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие. Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, самостоятельно определив способы их судебной защиты в соответствии со ст. 12 ГК РФ.

Исходя из установленного ст. 12 ГПК РФ принципа диспозитивности истец самостоятельно определяет характер нарушенного права и избирает способ его защиты. При этом выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

При этом избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

В силу вышеизложенного, а так же положений п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 11, ГК РФ, предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца действиями ответчика.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 209 ГК РФ).

Право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом (ч. 1 ст. 218 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка.

В соответствии со статьей 222 ГК РФ (в редакции, действовавшей во время возведения самовольной постройки), самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном судом.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»:

с иском о сносе самовольной постройки имеет право обратиться собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки;

в случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе;

при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта;

несоблюдение градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения иска, заявленного в порядке статьи 304 ГК РФ, в случае, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 22, 23, 45,46).

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что на основании договора купли-продажи от 26 декабря 2015 года, заключенного между ФИО8 (продавец) и ФИО1 (покупатель), последняя приобрела право собственности на жилой дом с кадастровым номером № площадью 134 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенного пункта, с видом разрешенного использования для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 850 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>

Дата государственной регистрации права ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером № – 15.01.2016г.

В соответствии с информацией содержащейся в кадастровом деле, установлено, что указанный жилой дом поставлен на государственный кадастровый учет 19.02.2015г. Сведения об описании местоположения объекта недвижимости внесены в ЕГРН на основании технического плана здания от 05.02.2015г.; по сведениям ЕГРН какие-либо ограничения в отношении объекта отсутствуют.

Кроме того, установлено, и следует из материалов дела, что первоначально право собственности на указанный выше жилой дом с кадастровым номером № площадью 134 кв.м. было зарегистрировано в порядке ст. 25.3 Федерального закона 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" на основании декларации об объекте недвижимого имущества от05.02.2015г. и правоустанавливающего документа на земельный участок,

Постановлением администрации Брянского района Брянской области от 15 июня 2018 года № утверждена схема расположения земельного участка ФИО1 площадью 947 кв.м., находящегося по адресу: <адрес>, образованного путем перераспределения земель, находящихся в государственной собственности, площадью 97 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером – №, площадью 850 кв.м. Установлено разрешенное использование земельного участка – для ведения личного подсобного хозяйства, категория земель – земли населенных пунктов, зона ЖЗ – зона застройки индивидуальными и блокированными жилыми домами.

В соответствии с представленными в материалы дела выписками об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объекты недвижимости, установлено, что ФИО1 является собственником жилого дома с кадастровым номером 32:02:0220101:534 площадью 134 кв.м. расположенного на земельном участке площадью 947 кв.м с кадастровым номером –№ расположенных по адресу: <адрес>, о чем в ЕГРН имеются записи № от 15.01.2016г., № от 14.08.2018г. что подтверждается выписками из ЕГРН №№, №№ от 09.02.2021г.

Границы земельного участка с кадастровым номером 32:02:0220101:654 установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства и внесены в ЕГРН; по сведениям ЕГРН какие-либо ограничения в отношении объекта отсутствуют. Дата государственной регистрации права – 14.08.2018г.

Кроме того, установлено, что на основании договора купли-продажи от 13 мая 2015 года, заключённого между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель), ответчик ФИО3 приобрел право собственности на жилой дом с кадастровым номером № площадью 134,5 кв.м и земельный участок с кадастровым номером № площадью 850 кв.м., категория земель: земли населенного пункта, с видом разрешенного использования для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: <адрес>.

Дата государственной регистрации права ФИО3 на жилой дом с кадастровым номером №

В соответствии с информаций, содержащейся в кадастровом деле, установлено, что указанный жилой дом был поставлен на государственный кадастровый учет 18.02.2015г. Сведения об описании местоположения объекта недвижимости внесены в ЕГРН на основании технического плана здания от 05.02.2015г.; по сведениям ЕГРН какие-либо ограничения в отношении объекта отсутствуют.

Кроме того, установлено, и следует из материалов дела, что первоначально право собственности на указанный выше жилой дом с кадастровым номером № площадью 134,5 кв.м. аналогично жилому дому, принадлежащему истцу (ответчику) ФИО1 было зарегистрировано в порядке ст. 25.3 Федерального закона 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" на основании декларации об объекте недвижимого имущества от 05.02.2015г. и правоустанавливающего документа на земельный участок.

Постановлением администрации Брянского района Брянской области от 04 сентября 2018 года № 773 утверждена схема расположения земельного участка ФИО3 площадью 930 кв.м., находящегося по адресу: <адрес>, образованного путем перераспределения земель, находящихся в государственной собственности, площадью 80 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером – №, площадью 850 кв.м. Установлено разрешенное использование земельного участка – для ведения личного подсобного хозяйства, категория земель – земли населенных пунктов, зона ЖЗ – зона застройки индивидуальными и блокированными жилыми домами.

Как следует из представленных в материалы дела выписок об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объекты недвижимости, установлено, что ФИО3 является собственником жилого дома с кадастровым номером № площадью 134,5 кв.м расположенного на земельном участке с кадастровым номером № площадью 930 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, о чем в ЕГРН имеются записи № от 22.05.2105г., № от 10.10.2018г., что подтверждается выписками из ЕГРН №№, №№ от 09.02.2021г.

В силу ч.1 ст. 131 ГК РФ и ст. 4 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (действующего до 01.01.2017г.) предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии с п. 1 ст. 25.3 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" основаниями для государственной регистрации права собственности на создаваемый или созданный объект недвижимого имущества, если для строительства, реконструкции такого объекта недвижимого имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации не требуется выдачи разрешения на строительство, а также для государственной регистрации права собственности гражданина на объект индивидуального жилищного строительства, создаваемый или созданный на земельном участке, предназначенном для индивидуального жилищного строительства, либо создаваемый или созданный на земельном участке, расположенном в границе населенного пункта и предназначенном для ведения личного подсобного хозяйства (на приусадебном земельном участке), являются:

документы, подтверждающие факт создания такого объекта недвижимого имущества и содержащие его описание;

правоустанавливающий документ на земельный участок, на котором расположен такой объект недвижимого имущества.

Документом, подтверждающим факт создания объекта недвижимого имущества на предназначенном для ведения дачного хозяйства или садоводства земельном участке либо факт создания гаража или иного объекта недвижимого имущества (если для строительства, реконструкции такого объекта недвижимого имущества не требуется в соответствии с законодательством Российской Федерации выдача разрешения на строительство) и содержащим описание такого объекта недвижимого имущества, является декларация о таком объекте недвижимого имущества (ч. 3).

По смыслу взаимосвязанных положений ч. 3 ст. 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее ГрК РФ) и ч. 2 ст. 16 Жилищного кодекса Российской Федерации объектом индивидуального жилищного строительства является отдельно стоящий жилой дом с количеством этажей не более чем три, предназначенный для проживания одной семьи, жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

В силу ч. 3 ст. 48, 51 ГрК РФ, осуществление подготовки проектной документации не требуется при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов индивидуального жилищного строительства (отдельно стоящих жилых домов с количеством этажей не более чем три, предназначенных для проживания одной семьи). Застройщик по собственной инициативе вправе обеспечить подготовку проектной документации применительно к объектам индивидуального жилищного строительства.

В ч. 1 ст. 51 ГрК РФ дано понятие разрешения на строительство, которое представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Положениями п. 2 ст. 3 Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" предусмотрено, что разрешение на строительство не требуется в случае, если строительные работы не влекут за собой изменений внешнего архитектурного облика сложившейся застройки города или иного населенного пункта и их отдельных объектов и не затрагивают характеристик надежности и безопасности зданий, сооружений и инженерных коммуникаций.

По смыслу п. 4 ст. 25.3 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" предусматривается упрощенный порядок регистрации прав на объект индивидуального жилищного строительства до 01 марта 2015 года, который не требует получения разрешения на строительство объекта, на ввод объекта в эксплуатацию.

Исходя из изложенного объект недвижимого имущества, на возведение которого действующим законодательством не установлено требований о получении разрешения на строительство, разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, не подпадает под понятие самовольной постройки, следовательно, отсутствуют основания для применения к спорным правоотношениям норм ст. 222 ГПК РФ по указанным основаниям.

При таких обстоятельства, с учетом приведенных норм права в их системном толковании, действующих на момент возведения, регистрации и постановки на кадастровый учет спорных жилых домов суд полагает ошибочными доводы стороны истца (ответчика) ФИО1, о том, что в связи с отсутствием проектной документации, разрешения на строительство объекта, на ввод объекта в эксплуатацию, принадлежащие сторонам индивидуальные жилые дома являются самовольными постройками, поскольку в силу действующего на тот момент правового регулирования получения разрешения на строительство объекта, на ввод объекта в эксплуатацию не требовалось, а обеспечение подготовки проектной документации применительно к объектам индивидуального жилищного строительства являлось правом застройщика.

В пункте 26 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что, рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства.

В ходе рассмотрения настоящего дела сторона истца (ответчика по встречному иску) ссылаясь на заключение судебной строительно-технической экспертизы проведенной в рамках рассмотрения гражданского дела №2-81/2019, указала, что жилой дом истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 относится ко 2 степени огнестойкости, класс конструктивной пожарной опасности С1, при этом жилой деревянный дом ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 в соответствии с информацией представленной ООО «НИИ ВДПО ОПБ» (№ от 29.03.2021г.) относится к 4 степени огнестойкости, класс конструктивной пожарной опасности С2. При этом, фактическое расстояние между жилыми домами сторон: жилым домом № и жилым домом № по <адрес> составляет 6,23 м., что не соответствует требованиям противопожарных расстояний.

При этом стороны, указывая на наличие угрозы жизни и здоровью граждан, возведенными постройками (жилыми домами) без соблюдения установленных требований законодательства в ходе рассмотрения настоящего дела заявили ходатайства о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы.

В ходе рассмотрения настоящего дела с учетом характера заявленных сторонами требований, принимая во внимание, что сторонами указано на наличие угрозы жизни и здоровью граждан, возведенными постройками (жилыми домами) без соблюдения установленных требований законодательства, учитывая, что между сторонами имеются разногласия относительно допустимого расстояния размещения жилых домов сторон, соблюдения требований действующих строительных, градостроительных и противопожарных норм, судом была назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта АНО «НЭО» № от 29.07.2022г., в результате проведенного исследования по первому и второму вопросам экспертом в результате проведенного анализа соответствия жилых домов № и №, расположенных по <адрес>, требованиям нормативных документов было выявлено: 1) несоответствие фактического противопожарного расстояния (6,5 м) между жилыми домами №А и № нормативному значению (12 м), указанному в таблице 1 СП 4.13130.2013; 2) несоответствие минимального расстояние от жилого дома №№ до общей границы (2,74 м) с земельным участком домовладения № нормативному значению (3 м), указанному в п. 7.1 СП 42.13330.2011, п 5.3.4 СП 30-102-99, п. 6.7 СП 53.13330.2011 и ст.7 Правил землепользования и застройки Снежского сельского поселения от 2013 г.

Экспертом отмечено, что на основании сведений о значения индивидуального пожарного риска, выполненного расчётным способом для каждого из жилых домов № и №, составляющих 6,156•10??? год??, полученные расчетные величины пожарного риска не превышают допустимого значения, установленного Федеральным законом от 22.07.2008г. № 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" и с учетом абз. 5 п.4.3 СП 4.13130.2013 противопожарное расстояние между жилым домом № и жилым домом № допускается уменьшать до фактического значения, равного 6,5 м (обоснование и подтверждение соблюдения необходимых условий представлены на стр. 14-15 заключения и в Приложениях 7-9). С учетом вышеуказанного, требования пожарной безопасности для жилых домов № и № выполнены. Данное несоответствие (несоответствие №1) не представляет угрозу жизни и здоровью граждан и не требует устранения.

Между тем экспертом отмечено, что несоотвествие градостроительным нормам (несоотвествие №2) не представляет угрозу жизни и здоровью граждан. Для его устранения следует провести с собственниками соседнего земельного участка (<адрес>.) согласование фактических расстояний от жилого дома №№ до общей границы (между участками №А и №), а также получить в органах самоуправления разрешение на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства в соответствии со ст. 40 ГрК РФ.

При этом экспертом сделан вывод о том, что несоответствий требованиям градостроительных норм для жилого дома №№, расположенного по адресу: <адрес>, не выявлено.

Требованиям строительных норм, а также положениям санитарного и экологического законодательства, действовавшим на момент возведения объектов, жилые дома № (кадастровый №) и №А (кадастровый №), расположенные по адресу: <адрес>, соответствуют в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании эксперт АНО «НЭО» ФИО10, подготовивший заключение эксперта № от 29.07.2022г., предупрежденный об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, подтвердил изложенные выводы. Кроме того, пояснил, что экспертное заключение было им подготовлено, в связи с необходимостью подготовки заключения были привлечены инженер-геодезист ФИО11 и ФИО12, имеющий квалификацию инженера пожарной безопасности, которым были подготовлены необходимые материалы, исходные данные, соответственно результаты геодезической съемки объектов и произведен расчет величины пожарного риска спорных объектов. На основании указанных данных им был проведен анализ имеющихся материалов и полученных данных, подготовлено экспертное заключение и даны ответы на поставленные судом вопросы, изложенные в выводах. Кроме того, так же отметил, что при проведении осмотров жилого дома истца (ответчика) ФИО1 отдельные помещения не были представлены для осмотра и фотофиксации, а так же было отказано в доступе в помещение № на 2-м этаже, а так же запрещена фотофиксация в помещениях №, № и №. В связи, с чем эксперт исходил только из тех данных, которые ему удалось получить. Помимо этого, так же пояснил, что строительно-техническая экспертиза, проводимая экспертом-строителем, предусматривает оценку пожарной безопасности, в связи, с чем необходимо руководствоваться техническим регламентом о требованиях пожарной безопасности. Кроме того, пояснил, что в ст. 6 ФЗ от 22.07.2008 N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" содержатся условия о проверке объекта соответствию требованиям регламента, в связи, с чем необходимо провести исследование соответствия положениям технического регламента и документам пожарной безопасности или расчет пожарного риска. При этом отметил, что ст.69 ФЗ от 22.07.2008 N 123-ФЗ говорит о том, что между объектами должно соблюдаться условие нераспространение огня и пожара, в связи, с чем было необходимо произвести расчет теплового потока, что и сделал специалист ФИО12 Кроме того, пояснил, что действующие нормативные документы в области пожарной безопасности предусматривают при установлении несоответствия расстояний, установление дополнительных факторов при которых возможно уменьшения такого расстояния

Оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд полагает, что экспертное заключение, соответствует требованиям ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», ст. 86 ГПК РФ, находит заключение судебной строительно-технической экспертизы достоверным, обоснованным и профессиональным, составленным экспертом, обладающим необходимой компетенцией, имеющим необходимые для проведения соответствующей экспертизы образование и аттестацию. Оснований не доверять представленному заключению эксперта у суда не имеется, поскольку оно является ясным, полным, объективным, мотивированным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробное описание проведенного исследования и сделанных в его результате выводов, в связи, с чем суд, руководствуясь ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, расценивает его как относимое и допустимое доказательство, не вызывающее сомнений в достоверности выводов экспертов. Указанное экспертное заключение подготовлено лицом, предупреждённым об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, имеющими специальное образование, стаж экспертной работы. При этом, реализуя право предоставленное судом о привлечении для проведения экспертизы специалистов, не являющихся сотрудниками АНО «НЭО», экспертной организацией в рамках проведения экспертизы были привлечены в качестве специалистов ФИО11 и ФИО12 которым были подготовлены необходимые материалы, исходные данные, соответственно результаты геодезической съемки объектов и произведен расчет величины пожарного риска спорных объектов, на основании которых эксперт ФИО10 сделал выводы изложенные в экспертном заключении, что по мнению суда не свидетельствует о наличии нарушений при проведении экспертизы и наличии оснований для признания такого экспертного заключения недопустимым доказательством, при том что привлеченные специалисты так же были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Кроме того, суд так же не усматривает оснований для назначении в силу ч.2 ст. 87 ГПК РФ по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы,, поскольку оснований сомневаться в достоверности, допустимости и относимости заключения судебной экспертизы у суда не имеется, экспертиза проведена с использованием и исследованием всех материалов дела, не имеет противоречий, а с учётом конкретных обстоятельств дела не усматривает оснований для иной оценки представленных по делу доказательств.

Иные доводы изложенные стороной истца (ответчика) в отзывах на заключение эксперта АНО «НЭО» № от 29.07.2022г., не свидетельствуют о недопустимости указанного заключения эксперта в качестве доказательства, положенного в основу решения суда.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 45, 46 совместного Постановления Пленума ВС РФ № 10 и Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение (абз. 2 п. 45). При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (п. 46).

Условием удовлетворения иска об устранении препятствий является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушение своего права.

Так, основанием негаторного иска служат обстоятельства, обосновывающие право истца на пользование и распоряжение имуществом и подтверждающие создание ответчиком препятствий в осуществлении правомочий собственника. Нарушение должно затрагивать право на имущество не косвенно, а непосредственно. Способы защиты по негаторному требованию должны быть разумными и соразмерными.

В силу статей 304 и 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. При этом чинимые препятствия должны носить реальный, а не мнимый характер.

Таким образом, собственник, заявляющий требование об устранении препятствий в пользовании принадлежащим ему имуществом, основанием которого является факт нарушения строительных норм и правил, регламентирующих возведение строений на земельном участке, а так же угрозу жизни и здоровью должен доказать нарушение его права на владение и пользование объектом недвижимости со стороны лица, к которому заявлены эти требования.

По смыслу ст. 222 ГК РФ содержащаяся в ней санкция может быть применена, если доказана вина лица в осуществлении самовольной постройки. Осуществление самовольной постройки является виновным действием, доказательством совершения которого служит установление хотя бы одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 222 ГК РФ. Необходимость установления вины застройщика подтверждается и положением п. 3 ст. 76 ЗК РФ, согласно которому снос зданий, строений, сооружений при самовольном занятии земельных участков или самовольном строительстве осуществляется лицами, виновными в указанных земельных правонарушениях, или за их счет.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 03.07.2007 года N 595-О-П разъяснил, что самовольное строительство представляет собой правонарушение, которое состоит в нарушении норм земельного законодательства, регулирующего предоставление земельного участка под строительство, либо градостроительных норм, регулирующих проектирование и строительство.

Следовательно, для сноса строений необходимо установить как факт нарушения требований строительных противопожарных, санитарных и иных норм и правил, так и нарушение прав и законных интересов истца.

Между тем, суд так же учитывает, что в силу абз.5 п.4.3 СП 4.13130.2013. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям", предусмотрено, что противопожарные расстояния между объектами защиты допускается уменьшать в случаях, оговоренных нормативными документами по пожарной безопасности, а также при условии подтверждения нераспространения пожара между конкретными зданиями, сооружениями по методике определения безопасных противопожарных разрывов (расстояний) между жилыми, общественными зданиями и сооружениями, либо на основании результатов исследований, испытаний или расчетов по апробированным методам, опубликованным в установленном порядке. Указанное уменьшение противопожарных расстояний должно проводиться при обязательном учете требований к устройству проездов и подъездов для пожарной техники, а также обеспечении нормативной величины пожарного риска на объектах защиты.

Как указывалось выше, в ходе проведения судебной строительно-технической экспертизы были произведены соответствующие расчеты в отношении спорных жилых домов с использованием методики определения безопасных противопожарных разрывов (расстояний) между жилыми, общественными зданиями и сооружениями, по результатам которых была определена величина интенсивности теплового излучения при пожаре пролива (сценарий поджога), как не превышающий критическую интенсивность теплового излучения, при которых возможно воспламенение материалов оконных рам здания жилого дома, в связи, с чем по результатам расчета сценария пожара в жилых домах, было установлено допустимое минимальное расстояние, при котором не происходит распространение пожара между жилыми домами, которое не превышает фактическое расстояние между спорными жилыми домами.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Сторонами вопреки правилам доказывания, представления относимых и допустимых доказательств в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств существенного нарушения их прав действиями друг друга, создании каких-либо существенных препятствий, представляющих реальную угрозу в пользовании сторонами их объектами недвижимости, наличием спорных строений.

Исходя из изложенного, обстоятельств, свидетельствующих о реальном нарушении сторонами прав друг друга на владение и пользование принадлежащими им объектами недвижимости, судом не установлено, а сторонами настоящего спора не представлено, при этом суд полагает, что обращение истца (ответчика) ФИО1 с настоящим иском, а в последующем обращение ответчика (истца) ФИО3 со встречным иском в большей степени обусловлено конфликтными отношениями сторон.

На основании изложенного, оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, принимая во внимание выводы изложенные в заключении эксперта АНО «НЭО» № от 29.07.2022г., суд приходит к выводу, что несмотря на выявленные нарушения, которые по мнению суда в данном случае существенными не являются, достаточных оснований для сноса реконструкции или иным способом приведения жилых домов сторон № и № по <адрес>, у суда не имеется, поскольку снос объекта является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, а устранение последствий нарушений должно быть соразмерно самому нарушению, не создавать дисбаланса между интересами сторон, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков. Незначительное нарушение действующих норм и правил, как единственное основание для сноса реконструкции спорных строений, не может бесспорно свидетельствовать о невозможности сохранения жилых домов при установленных по делу обстоятельствах, в отсутствие доказательств угрозы жизни и здоровья.

Учитывая, что судом не установлены обстоятельства, позволяющие сделать вывод о том, что спорные возведенные жилые дома являются самовольными и нарушают права и законные интересы сторон, а также отсутствие в действиях истца (ответчика) ФИО1 и ответчика (истца) ФИО3, вины в возведении спорных строений, которыми указанные жилые дома были приобретены на основании заключенных договоров купли-продажи, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на стороны обязанности по сносу, реконструкции спорных объектов, при том, что в отсутствие согласия собственника ФИО3 возложение такой обязанности на ответчика ФИО9, не являющегося правообладателем жилого дома, по мнению суда так же не допустимо.

Разрешая требования истца (ответчика) ФИО1 о внесении сведения о фактическом расположении (координатах) <адрес> и расстояниях до других объектов, расположенных на земельном участке с кадастровым номером № (<адрес>), принадлежащем ответчику ФИО3, в документы кадастрового учета, в том числе в публичную кадастровую карту Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу ст. 11 ГК РФ судебная защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в судебном порядке одним из способов, указанных в статье 12 ГК РФ.

Условием предоставления судебной защиты является установление факта нарушения субъективного материального права или охраняемого законом интереса истца именно тем лицом, к которому предъявлено требование, то есть ответчиком по делу. В соответствии с п. 1 ст. 1 ГК РФ необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) является обеспечение восстановления нарушенного права.

Вместе с тем возможность выбора лицом, полагающим свои права нарушенными, того или иного способа защиты предполагает необходимость учета им в соответствующем случае характера допущенного в отношении его нарушения, поскольку выбранный им способ защиты должен способствовать восстановлению его нарушенного права и удовлетворять материально-правовой интерес.

Судебный способ защиты своих прав и интересов является исключительным способом и применяется в случае, если другие способы не приведут к более быстрому и эффективному восстановлению нарушенных либо оспариваемых прав и интересов. Под способами защиты гражданских прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав. Таким образом, избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

Именно по этой причине принцип судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, закрепленный статьей 11 ГК РФ, предполагает, что суд, удовлетворяя требования заявителя, обеспечивает реальную защиту либо восстановление нарушенного (оспоренного) права.

Из приложения №6 заключения эксперта АНО «НЭО» № от 29.07.2022г., следует, что при сопоставлении контура фактического местоположения жилого дома №№ с контуром, построенным по координатам из кадастрового дела указанного дома, при графическом построении, очевидно, усматривается несоответствие фактического местоположения жилого дома сведениям, содержащимся в ЕГРН, при этом контур жилого дома по сведениям ЕГРН расположен в пределах границ, принадлежащего ответчику (истцу) ФИО3 земельного участка с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, тем самым границы земельного участка истца (ответчика) ФИО1, с кадастровым номером № расположенных по адресу: <адрес>, как фактически, так и исходя из сведений, содержащихся в ЕРГН строением ответчика (истца) ФИО3 не пересекаются, что свидетельствует об отсутствии нарушении прав истца (ответчика) ФИО1

Между тем, суд отмечает что в нарушение ст.56 ГПК РФ стороной истца (ответчика) ФИО1 не представлено доказательств, того что несоответствии сведений о местоположения жилого дома, принадлежащего ФИО3 сведениям ЕГРН, обусловлено непосредственными действиями ответчика (истца) ФИО3, при отсутствии доказательств нарушении прав ФИО1 При этом, суд так же принимает во внимание что законодательство не предусматривает возможность возложения обязанности по внесению сведения ЕГРН об уточнении фактического расположения (координатах) объекта недвижимости, на лицо, не являющееся правообладателем такого объекта, которым в данном случае не является ФИО4

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении, требований истца (ответчика) ФИО1 о внесении сведений о фактическом расположении (координатах) <адрес> и расстояниях до других объектов, расположенных на земельном участке с кадастровым номером №

Учитывая приведенные требования закона и установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО3, поскольку сторонами настоящего спора не было представлено доказательств в обоснование своих требований о нарушения их прав, противоправностью действий другой стороны.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 оставить без удовлетворения.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Брянский областной суд через Брянский районный суд Брянской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья О.В. Васина

Мотивированное решение изготовлено 18 октября 2022 года.