Решение по делу № 2-2131/2023 от 16.01.2024 - о взыскании уплаченной по договору оказания услуг денежной суммы, убытков, компенсации морального вреда, штрафа, неустойки.

Дело №2-77/2024 УИД: 13MS0036-01-2022-002413-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 января 2024 г. г.Саранск

Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Аитовой Ю.Р.,

при секретаре судебного заседания Мамеевой А.М..,

с участием:

истца - ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности серии 13 АА 1297026 от 14 марта 2023 года,

ответчика – ФИО3,

представителя ответчика ФИО3 - адвоката Юртайкина Игоря Евгеньевича, действующего на основании ордера от 02 марта 2023 года и удостоверения № 712, выданного Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Мордовия 25 апреля 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании уплаченной по договору оказания услуг денежной суммы, убытков, компенсации морального вреда, штрафа, неустойки,

установил:

определением мирового судьи судебного участка №4 Рузаевского района Республики Мордовия от 18 октября 2022 года на рассмотрение Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия передано гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании уплаченной по договору оказания услуг денежной суммы, убытков, компенсации морального вреда, штрафа. В обоснование иска указано, что 14 июля 2022 года между ФИО1 (ФИО4 – до брака) О.А. и ФИО3 заключен договор оказания фото/видео услуг, по условиям которого ответчик приняла на себя обязательства на дату свадьбы - 16 июля 2022 года, оказать услуги по составлению тайминга свадебного дня, фото/видео съемке, представить видео фильм банкета, 300 фото в легкой цветовой коррекции. Стоимость услуг составила 26 600 рублей, которые оплачены истцом в полном объеме. Услуги по договору ответчиком оказаны некачественно: фотографии и видео не соответствуют материалу, имеющемуся в портфолио, размещенному в сети интернет; фотографии имеют цветовую коррекцию, ухудшающую контекст изображения, помимо гостей свадьбы на них усматриваются посторонние лица. Договор выполнен не в полном объеме, часть фотоснимков не передана истцу, видеоматериал передан истцу не в полном объеме. 29 июня 2022 года истцом с ФИО5 заключен договор на оказание услуг по оформлению банкетного зала на сумму 25 000 рублей, в том числе на оформление фотозоны для реализации ответчиком фотоуслуг. Из-за ненадлежащего исполнения ответчиком условий договора результат оказанных ФИО5 услуг утратил материальную ценность, уплаченная денежная сумма в размере 25 000 рублей является убытками истца.

Истец в обосновании своих требований ссылается на статьи 10, 15, 24, 29, 31, Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей). Вместе с тем, в письменных объяснениях (Т.1, л.д.169-171) истец, ссылаясь на правовую позицию Верховного суда Российской Федерации, изложенную в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», положения статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) указывает, что в случае, если при рассмотрении дела суд придет к выводу, что к спорным правоотношениям Закон Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» не применим, то требования истца подлежат удовлетворению исходя из положений параграфа 1,2 главы 37 (статьи 702-729), главы 39 (статьи 730-739) ГК РФ.

На основании изложенного, с учетом заявления об уточнении исковых требований, просит взыскать с ФИО3 денежную сумму, уплаченную по договору оказания фото/видео услуг в размере 26 600 рублей, убытки в размере 25 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 50 % от присужденной судом денежной суммы, а также, ссылаясь на положения статей 27, 28, 31 Закона о защите прав потребителей неустойку за просрочку исполнения обязательств по договору оказания фото/видео услуг от 14 июля 2022 года в части передачи результатов оказанных услуг за период с 06 августа 2022 года по 22 сентября 2022 года в сумме 26 600 рублей (Т.1, л.д.1-3, 169-171, 172).

Определением суда от 28 марта 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика привлечен ФИО6 (Т.1, л.д.175-178).

Определением суда от 17 ноября 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца привлечена ФИО5 (Т.2, л.д. 126-131,135).

В возражениях и дополнительных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО3 указала, что поскольку она не является индивидуальным предпринимателем, к спорным правоотношениям Закон о защите прав потребителей не применим, ссылаясь на положения статей 721, 783, 779 ГК РФ указывает, что при разрешении исковых требований ФИО1 необходимо руководствоваться положениями договора подряда и договора возмездного оказания услуг. Также указывает, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, поскольку ответчиком договор исполнен своевременно и в полном объеме, фотографии и видео переданы заказчику в полном объеме в электронном виде, которые пригодны для использования, дополнительных требований к фотографиям в том числе, в виде ретуши, отсутствие заваленного горизонта, натуралистичной цветокоррекции, соблюдения баланса цветов, соблюдение фотокомпозиции и др. истцом не предъявлялось. Указывает, что доказательств, подтверждающих факт оказания услуг ненадлежащего качества истцом не представлено. Кроме того, указывает, что договором предусмотрено, что фотографии и видео материалы исполнитель получает в электронном виде, в связи с чем, передача материалов была осуществлена в соответствии с условиями договора электронно. По какой причине истец не смог «скачать» в полном объеме фотографии и видеофильм ответчику не известно. Кроме того, в адрес истца неоднократно направлялись письма посредством почтовой связи, в которых ответчик предлагал скачать по ссылке весь объем свадебных фотографий, что истцом было проигнорировано. Указывает, что ГК РФ законодательно не требует оформления между сторонами договора возмездного оказания услуг акта или иного документа удостоверяющего приемку оказанных услуг (Т.1, л.д.151-152, 185, Т.2, л.д.95-96).

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца – ФИО2 исковые требования с учетом их уточнений, поддержали по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что ответчиком услуги по договору оказаны ненадлежащего качества, не устроили истца постановка кадров, ракурсы, выбранные фотографом, фотографии имеют цветовую коррекцию, ухудшающую контекст изображения, помимо гостей свадьбы на них усматриваются посторонние лица, имеются «засвеченные» кадры, кадры с «расфокусировкой». Качество видеоматериала, также не соответствовало ожиданиям истца. Обо всех недостатках истец сообщил ответчику. Кроме того указывают, что договор ответчиком выполнен не в полном объеме, передача фотографий и видеофильма была осуществлена ответчиком дистанционно, путем направления ответчиком в адрес истца ссылки на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала папки с фотографиями в количестве 303 штук и видеофильм. При этом, истцу удалось пройти по данной ссылки и просмотреть фотографии и видеофильм в полном объеме, вместе с тем «скачать» фотографии и видеофильм в полном объеме у истца не получилось. В связи с чем, полагают, что ответчиком нарушены условия договора по передаче оказанных услуг, часть фотоснимков не передана истцу, видеоматериал передан истцу не в полном объеме. Также указывают, что из-за ненадлежащего исполнения ответчиком условий договора результат оказанных ФИО5 услуг по оформлению банкетного зала на сумму 25 000 рублей, утратил материальную ценность, уплаченная денежная сумма в размере 25 000 рублей является убытками истца. Полагают, что к указанным правоотношениям применим Закон о защите прав потребителей, поскольку ответчиком фото/видео услуги оказывались систематически на платной основе, на что, по их мнению, указывает наличие страницы ответчика в социальных сетях, где опубликовано ответчиком объявление об оказании фот/видео услуг, а также размещено портфолио. Кроме того, представитель ответчика пояснил, что в случае если суд придет к выводу, что к спорным правоотношениям Закон о защите прав потребителей не применим, просит применить нормы ГК РФ, а также взыскать за просрочку исполнения обязательств по договору оказания фото/видео услуг от 14 июля 2022 года в части передачи результатов оказанных услуг за период с 06 августа 2022 года по 22 сентября 2022 года проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с положениями статьи 395 ГК РФ.

В судебном заседании ответчик – ФИО3 и ее представитель – адвокат Юртайкин И.Е. возразили относительно удовлетворения исковых требований ФИО1 по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. Указали, что к спорным правоотношениям Закон о защите прав потребителей не применим, поскольку ФИО3 не является индивидуальным предпринимателем, на момент заключения договора с истцом ФИО3 также не состояла на учете в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход. Ответчик указала, что до заключения спорного договора с истцом она занималась фотосъемкой, но услуги ею оказывались знакомым и родственникам бесплатно, поскольку увлечение фотографией являлось ее хобби. Впоследствии, с сентября 2022 года она состоит на учет в Управлении Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход и с указанного времени оказывает фото/видео услуги на платной основе. Ответчик также пояснила, что договор ею исполнен надлежащим образом, условие о передаче фото и видео материала ею исполнено своевременно и в полном объеме, фотографии и видеоматериал, по ее мнению, пригодны к использованию и надлежащего качества. Истцом ФИО3 предъявлялись претензии лишь относительно качества оказанных ею фото/видео услуг, о том, что ФИО1 не смогла «скачать» в полном объеме фото и видеоматериал она ей не сообщала, об этом она узнала лишь в ходе судебного разбирательства. Кроме того, ответчик предлагала передать фото и видеоматериал в судебном заседании, а также предлагала ей скачать по ссылке весь объем свадебных фотографий и видео, что истцом было проигнорировано. Ответчик пояснила, что данная ссылка активна до настоящего времени. Кроме того, представитель ФИО3 указал, что заключение судебной технической экспертизы №02-08/2023 от 23 июня 2023 года, изготовленное Автономной некоммерческой организацией «Судебно-экспертная коллегия» является недопустимым доказательством по делу, поскольку указанное заключение составлено лицом, не являющимся экспертом, не состоящим в штате экспертного учреждения, а также не имеющим соответствующую квалификацию для дачи данного заключения.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО6, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца – ФИО5 не явились, о времени и месте рассмотрения заявления были извещены своевременно и надлежащим образом, в заявлениях, просили рассмотреть гражданское дело в их отсутствие (Т.2, л.д. 203, 204).

Учитывая, что согласно статье 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) реализация участниками гражданского судопроизводства своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других участников процесса на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, суд на основании статьи 167 ГПК РФ приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, поскольку их неявка не является препятствием к разбирательству дела по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав пояснения участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4).

В силу пункта 1 статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 14 июля 2022 года между ФИО3 (исполнитель) и ФИО4 (в браке – ФИО1) О.А. (заказчик) заключен договор оказания фото/видео услуг на свадьбу, согласно которому ответчик принял на себя обязательства на дату свадьбы – 16 июля 2022 года, оказать услуги по составлению тайминга свадебного дня, фото-видео съемке, представить видео фильм банкета, 300 фото в легкой цветовой коррекции. Фотограф/видеограф – (Валевские) ФИО3 и ФИО6. Договор подписан исполнителем ФИО3 (л.д.5, пункты 1, 1.2 договора, пункт 9).

Условиями договора предусмотрено, что фотографии и видео материалы исполнитель получает в электронном виде (пункт 1.3 договора); срок исполнения составляет 20 дней с момента проведения свадьбы заказчика. Датой исполнения услуг считается день, когда исполнитель проинформировал заказчика о готовности представления результатов исполнения настоящего договора (пункт 1.4 договора); хранение материала исполнителей – 30 дней с момента проведения свадьбы заказчика (пункт 1.5 договора).

Порядок и размер оплаты услуг предусмотрен пунктами 2.1, 2.2, 2.3, 2.4 договора раздела 2 договора, из которых следует, что стоимость фото услуг составляет 2000 рублей – 1 час, 8 часов – 16 000 рублей; стоимость видео услуг составляет 2 000 рублей – 1 час, 5 часов – 10 000 рублей; оплата трансфера в Рузаевку (фото), оплата такси (видео) в 2 стороны – 1000 рублей; в момент подписания договора заказчик выплачивает исполнителю первый платеж в размере – 4000 рублей, при этом платеж является оплатой первичной консультации по свадебному дню (пункт 2.1); в день проведения фото/видео съемки, заказчик выплачивает исполнителю второй платеж – 14 000 рублей, размер которого составляет разницу между уже внесенной суммой и общей стоимостью услуг по настоящему договору. В этот же день оплачивается переработка исполнителя сверх продолжительности съемки, указанной из расчета 2000 рублей за каждый час переработки по каждой услуге. Продолжительность переработки округляется до целого часа в большую сторону. Второй платеж по видео выплачивается после отдачи материала (пункт 2.2).

В соответствии с пунктом 3.3 договора выбор используемого видео и фотооборудования, методов и способов съемки, или необходимость привлечения ассистентов (помощников) является прерогативой исполнителя.

Исполнитель обязан осуществить съемки мероприятия заказчика и последующую обработку отснятого материала в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором (пункт 4.1); обеспечить сохранность обработанных и переданных материалов в течение одного месяца со дня отдачи (пункт 4.2); обеспечить техническое качество отснятого материала, не ниже материала из портфолио исполнителя, размещенного на сайте и демонстрируемого при заключении договора. В портфолио представлены работы с авторской обработкой (пункт 4.3).

Заказчик обязан осуществить надлежащую оплату услуг по данному договору (пункт 5.5).

Судом установлено, что стоимость услуг по вышеуказанному договору составила 26 600 рублей, которые оплачены истцом в полном объеме безналичным расчетом путем перевода денежных средств на банковские карты исполнителей в ПАО «Сбербанк», что подтверждается выписками по счету истца за период с 01 июня 2022 года по 09 августа 2022 года, с 01 июня 2022 года по 25 августа 2022 года и справками по операциям о зачислении денежных средств от 28 и 29 сентября 2022 года (Т.1, л.д.7-11, 12-17,49,50,51,52,53).

В судебном заседании факт оплаты услуг ФИО1 (до брака – ФИО4) О.А. по договору оказания фото/видео услуг от 14 июля 2022 года в размере 26 600 рублей и факт получения денежных средств в указанном размере в счет исполнений условий договора от истца ФИО3 не оспаривались.

При этом, судом из пояснений сторон установлено, что по спорному договору за оказанные ФИО3 фото услуги ФИО1 оплачено 16 000 рублей, за видео услуги – 10 000 рублей, за услуги такси – 600 рублей. Также установлено, что денежные средства в указанном размере получены ФИО3

22 августа 2022 года ФИО1 обратилась к ФИО3 с письменной претензией по качеству выполненной работы (оказанной услуги по фото/видео съемке) в которой просила в течение 10 дней с момента получения претензии возвратить уплаченную по договору оказания фото/видео услуг на свадьбу от 14 июля 2022 года цену в сумме 25 000 рублей. Вместе с тем, указанная претензия ответчиком оставлена без ответа.

Указанные обстоятельства установлены судом из пояснений сторон и письменных материалов дела и не оспариваются сторонами.

ФИО1, обращаясь в суд с требованиями о взыскании с ФИО3 денежной суммы, уплаченной по договору оказания фото/видео услуг в размере 26 600 рублей, убытков в размере 25 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, штрафа в размере 50 % от присужденной судом денежной суммы, а также неустойки за просрочку исполнения обязательств по договору оказания фото/видео услуг от 14 июля 2022 года в части передачи результатов оказанных услуг за период с 06 августа 2022 года по 22 сентября 2022 года в сумме 26 600 рублей указала, что правоотношения сторон по настоящему спору подлежат регулированию Законом о защите прав потребителей.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей, указанный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. При этом, под исполнителем понимается - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 ГК РФ, гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

В соответствии с гражданским законодательством под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (пункт 1 статьи 2 и пункт 4 статьи 23 ГК РФ).

Вопрос о квалификации той или иной деятельности физических лиц в качестве предпринимательской должен разрешаться судом на основании фактических обстоятельств рассматриваемого дела.

При этом, при оценке деятельности гражданина как предпринимательской необходимо исходить из того, что такая деятельность представляет собой сложный и длящийся процесс, объединенный целью получения прибыли. Отдельные элементы такой деятельности могут не иметь самостоятельной направленности на извлечение прибыли, но это не служит основанием для вывода о том, что эта деятельность не является предпринимательской.

Более того, предпринимательская деятельность при наличии неблагоприятных обстоятельств может не привести к реальному извлечению прибыли, что само по себе не только не меняет характера предпринимательской деятельности, но и является одним из элементов этой деятельности, связанной с различного рода рисками.

Согласно статье 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Следовательно, ведение предпринимательской деятельности связано с хозяйственными рисками, в связи с чем, для отнесения деятельности к предпринимательской существенное значение имеет направленность действий лица на получение прибыли. Самого факта совершения гражданином сделок на возмездной основе для признания гражданина предпринимателем недостаточно.

Как следует из договора оказания фото/видео услуг на свадьбу от 14 июля 2022 г., он заключен между физическими лицами ФИО3 и ФИО4 (ФИО1 – в браке) О.А.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя (далее – ИП) в установленном законом порядке не зарегистрирована, что следует также из справки от 11 октября 2022 года сформированной с использованием сервиса «Представление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП», размещенного на официальном сайте ФНС России в сети Интернет (Т.1, л.д.65). Также ФИО3 на момент заключения договора с истцом не состояла на учете в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход, что подтверждается справкой о постановке на учет (снятии с учета) физического лица в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход за 2022 год (Т.1, л.д.66).

Доводы истца и его представителя о том, что ответчик занимается предпринимательской деятельностью без оформления ИП, суд считает несостоятельными, поскольку они не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Наличие страницы ответчика в социальных сетях, где опубликовано объявление об оказании фото/видео услуг, а также размещено портфолио, само по себе, в отсутствие доказательств заключения таких договоров и систематического получения по ним доходов, не является доказательством осуществления ответчиком предпринимательской деятельности без соответствующей регистрации.

Кроме того, показания допрошенного в судебном заседании в качестве специалиста ФИО7 о том, что ФИО3 на протяжении 5 лет является арендатором, принадлежащей ему фотостудии «Фотостудия на Ботевградской», где она осуществляет съемки, по его мнению, на платной основе, не могут служить подтверждением того, что ФИО3 фактически ведет предпринимательскую деятельность. При этом, суд учитывает, что из пояснений ФИО7 установлено, что он не являлся непосредственным свидетелем передачи клиентами ФИО3 денежных средств за фото услуги, а также заключения ею соответствующих договоров, указанные пояснения являются его предположением. Кроме того, ответчик указала, что до заключения спорного договора с истцом она занималась фотосъемкой, но услуги ею оказывались знакомым и родственникам бесплатно, поскольку увлечение фотографией являлось ее хобби. Впоследствии, в сентябре 2022 года она стала на учет в Управлении Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход, после чего стала оказывать фото/видео услуги на платной основе.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что к спорным правоотношениям Закон о защите прав потребителей не применим, заявленный истцом спор о взыскании денежных средств по договору оказания услуг является имущественным спором гражданско-правого характера.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», следует, что если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора. По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Таким образом, суд приходит к выводу, что между сторонами возникли правоотношении, связанные с возмездным оказанием услуг, которые регулируются главой 39 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Как следует из пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Указанные в договоре подряда начальный, конечный и промежуточные сроки выполнения работы могут быть изменены в случаях и в порядке, предусмотренных договором. Указанные в пункте 2 статьи 405 настоящего Кодекса последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков.

Согласно пункту 2 статьи 405 ГК РФ если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

Должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения (пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

На основании статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно статьей 739 ГК РФ в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения работы по договору бытового подряда заказчик может воспользоваться правами, предоставленными покупателю в соответствии со статьями 503 - 505 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 503 ГК РФ покупатель, которому продан товар ненадлежащего качества, если его недостатки не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе потребовать: замены недоброкачественного товара товаром надлежащего качества; соразмерного уменьшения покупной цены; незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара; возмещения расходов на устранение недостатков товара. В случае обнаружения недостатков товара, свойства которого не позволяют устранить их (продовольственные товары, товары бытовой химии и тому подобное), покупатель по своему выбору вправе потребовать замены такого товара товаром надлежащего качества или соразмерного уменьшения покупной цены.

Как следует из пункта 4 статьи 503 ГК РФ вместо предъявления указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи требований покупатель вправе отказаться от исполнения договора розничной купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

В соответствии с положениями статьи 505 ГК РФ в случае неисполнения продавцом обязательства по договору розничной купли-продажи возмещение убытков и уплата неустойки не освобождают продавца от исполнения обязательства в натуре.

В обоснование своих исковых требований истец ФИО1 ссылается на то, что договор ответчиком выполнен не в полном объеме, часть фотоснимков не переданы истцу, видеоматериал передан истцу не в полном объеме, также указывает, что услуги по договору ответчиком выполнены некачественно: фотографии и видео-фильм не соответствуют материалу, имеющемуся в портфолио, размещенному в сети интернет; фотографии имеют цветовую коррекцию, ухудшающую контекст изображения, помимо гостей свадьбы на них усматриваются посторонние лица. Кроме того, истец ссылается на нарушение ответчиком условий договора о сроках выполненной работы, предусмотренной пунктом 1.4 договора.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ и пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ, судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обязательств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Из условий вышеуказанного договора, заключенного между сторонами, следует, что результат работы ответчиком должен быть представлен истцу в электронном виде в срок - 20 дней с момента проведения свадьбы заказчика, датой исполнения услуг считается день, когда исполнитель проинформировал заказчика о готовности представления результатов исполнения настоящего договора (Т.1, л.д.5).

В соответствии со статьей 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Согласно статье 191 ГК РФ течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

Таким образом, поскольку стороны в договоре не согласовали понятие «день» (календарный день, рабочий день), указав срок исполнения как «20 дней с момента проведения свадьбы заказчика», в рассматриваемом случае подлежат применению положения главы 11 ГК РФ, а срок исполнения обязательства необходимо исчислять в календарных днях.

На основании изложенного, исходя из буквального толкования условий договора о передаче оказанных услуг, суд приходит к выводу, что результат работы ответчиком должен быть представлен истцу в электронном виде – 06 августа 2022 года.

Из пояснений сторон, представленных на обозрение суда переписки между истцом и ответчиком в мессенджере WhatsApp за 16, 30, 31 июля, 01, 09, 10, 19 августа 2022 года, а также переписки между истцом и ФИО6 в мессенджере WhatsApp за 09, 12, 13, 14, августа 2022 года, а также приобщенных к материалам дела скриншотов указанных переписок (Т.1, л.д.68,69,70,71,72,73,74,75) установлено, что о готовности фотографий ФИО3 сообщила ФИО1 – 31 июля 2022 года и в тот же день направила в адрес истца ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала папку с фотографиями в количестве 303 штук. О готовности видеофильма ФИО6 сообщил ФИО1 – 09 августа 2022 года и направил в адрес истца ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала папку с видеофильмом. Истец, просмотрев отснятый фото и видео материал, обнаружила недостатки оказанных услуг, о которых сообщила в вышеуказанной переписке. По просьбе истца с учетом ее пожеланий был переделан видеофильм. Вместе с тем, качество видеофильма истца не устроило. В результате переговоров с истцом, ФИО3 направила в адрес истца ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала 1 фото с авторской обработкой и все оригиналы (исходные фотографии без обработки) фотографий с ЗАГСа, прогулки и банкетного зала. Качество фотографий истца не устроило.

Суд, анализируя условия спорного договора, исходя из их буквального толкования, пояснения сторон и представленные суду доказательств, учитывая, что стороны пришли к соглашению о том, что фотографии и видео материалы заказчик получает в электронном виде (пункт 1.3 Договора), датой исполнения услуг считается день, когда исполнитель проинформировал заказчика о готовности представления результатов исполнения настоящего договора (пункт 1.4 Договора), приходит к выводу, что ФИО3, направив 31 июля 2022 года в адрес ФИО1 ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала папку с фотографиями в количестве 303 штук и в тот же день, сообщив о готовности фотоматериала, а также, направив 09 августа 2022 года в адрес ФИО1 ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала папку со свадебным видеофильмом и в тот же день, сообщив о готовности видеоматериала, предусмотренным договором способом исполнила договор в части передачи истцу фото и видео материала.

При этом, суд учитывает, что вопреки доводам истца, условиями заключенного между сторонами договора оказания фото/видео услуг на свадьбу от 14 июля 2022 года не предусмотрена передача результата работ ответчиком истцу на флеш-карте, диске и т.п., стороны в договоре ограничились лишь указанием на передачу отснятого фото и видео материала в «электронном виде», что и было сделано ответчиком путем направления в адрес истца ссылки на электронный носитель Яндекс-диск, также условиями договора не предусмотрено оформление между сторонами акта или иного документа, удостоверяющего приемку оказанных услуг.

Кроме того, суд учитывает, что истцом в нарушении требований статьи 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что истец не смогла «скачать» в полном объеме фото и видеоматериал по вине ФИО3 при том, что из ее пояснений следует, что ей удалось открыть ссылки на электронный носитель Яндекс-диск и просмотреть в полном объеме как фото, так и видео материалы.

Также, суд отмечает, что 22 августа 2022 года ФИО1 обратилась к ФИО3 с письменной претензией лишь относительно качества выполненной работы (оказанной услуги по фото/видео съемке), в данной претензии не содержится сведений о ненадлежащем исполнении ответчиком условий договора по передаче истцу фото/видео материалов.

Из текста искового заявления от 12 сентября 2022 года, с которым истец обратился к мировому судье судебного участка №4 Рузаевского района Республики Мордовия, следует, что ответчик немотивированно отказал истцу в передаче исходных фотоматериалов, фактически не передав истцу весь результат оказанных услуг, немотивированно требуя дополнительной оплаты (Т.1, л.д.1-3). При этом в вышеуказанном исковом заявлении также не содержится сведений о том, что истец не смогла «скачать» в полном объеме фото и видеоматериал, переданный ей в электронном виде ответчиком.

Вместе с тем, условиями договора не предусмотрена передача исходных фотографий ответчиком истцу. Более того, как установлено судом выше, ФИО3 направила в адрес истца ссылку на электронный носитель Яндекс-диск, которая содержала 1 фото с авторской обработкой и все оригиналы (исходные фотографии без обработки) фотографий с ЗАГСа, прогулки и банкетного зала. Качество фотографий истца не устроило.

В связи с чем, доводы истца в соответствующей части судом отклоняются.

Доводы истца о том, что ей не удалось «скачать» в полном объеме фото и видео материалы, поскольку сроки действия ссылок на электронный носитель Яндекс-диск ответчиком были ограничены и действовали менее 30 дней, в последующем в результате переговоров были продлены и снова ограничены, в то время как условиями договора предусмотрено хранение результатов работ в течение 30 дней с момента передачи материала заказчику, суд считает несостоятельными, основанными на неверном толковании условий договора.

Вопреки доводам истца условие договора о хранении материала исполнителей в течении 30 дней с момента отдачи материала заказчику (пункт 1.5 договора) ответчиком исполнено надлежащим образом, к таким выводам суд приходит исходя из того, что указанные материалы ФИО3 представлены суду в ходе судебного разбирательства по делу 12 апреля 2023 года, не удалены и хранятся у ответчика до настоящего времени.

В судебном заседании из пояснений сторон установлено, что ответчиком при направлении сообщений о готовности результатов работ указывались сроки действия ссылок как на фотографии в легкой цветокоррекции, так и на все оригиналы (исходные фотографии без обработки) фотографий с ЗАГСа, прогулки и банкетного зала, которые направлялись ответчиком истцу в электронном виде путем направления в адрес истца ссылок на электронный носитель Яндекс-диск.

Также судом из пояснений ответчика установлено, о том, что ФИО1 не смогла по какой-то причине «скачать» в полном объеме фото и видеоматериал ей стало известно лишь в ходе судебного разбирательства, после чего, в адрес истца ответчиком было направлено письмо, в котором ФИО3 предлагала истцу «скачать» по ссылке весь объем свадебных фотографий и видеофильм. Кроме того, ответчик предлагала передать истцу фото и видеоматериал в судебном заседании удобным для истца способом, на что был получен отказ. Более того, судом установлено, что данная ссылка, содержащая папку с фотографиями в количестве 303 штук активна до настоящего времени.

Доказательств обратному истцом, в нарушении положений статьи 56 ГПК РФ суду не представлено.

Довод истца о том, что фотографии и видеофильм, переданные истцу ответчиком, не соответствуют материалу, имеющемуся в портфолио, размещенному в сети интернет, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку из пункта 4.3 спорного договора следует, что в портфолио представлены работы с авторской обработкой.

В подтверждении своих доводов о некачественном оказании услуг по договору, а именно что имеются фотоснимки с заваленной линией горизонта и нарушенным равновесием кадра, некорректным кадрированием, расфокусировкой и невыгодными цветовыми акцентами истец также ссылается на заключение судебной технической экспертизы №02-08/2023 от 23 июня 2023 года, выполненное Автономной некоммерческой организацией «Судебно-экспертная коллегия» (Т.2, л.д.2-43), из выводов которой следует, что в папке «обраб фото 16.07.2002» (USB-флеш-накопитель, представленный ответчиком ФИО3) содержится 303 файла формата JPEG, ретушь которых не производилась, легкая цветовая коррекция и тоновая коррекция была применена к каждому файлу в автоматическом режиме с помощью программ Adobe Photoshop Lightroom Classis 8.2.1 (Windows) и Adobe Photoshop CC 2018 (Windows), дата и время проведения цветокоррекции представлены в таблице 1 (Т.2, л.д.8-28), которая содержит графу «дата изменения» с указанием даты – «12.09.2022». Данные файлы имеют недостатки: 1. завалена линия горизонта, нарушено равновесие кадра – 9 фотографий; 2. некорректное кадрирование снимка – 48 фотографий; 3. расфокусировка – 2 фотографии; 4. невыгодные цветовые акценты – 3 фотографии (Т.2, л.д. 39).

Сторона ответчика просит признать указанное заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством по делу, ссылаясь на то, что экспертиза проведена специалистом, не имеющим специальных познаний и образования в соответствующей области (отсутствует техническое образование, а также образование и опыт работы в области фотографии), также ФИО8 не состоит в штате экспертного учреждения и не является экспертом, судом назначена судебная техническая экспертиза, вместе с тем в экспертном заключении указано, что проведена строительно-техническая экспертиза, также не указаны методы, которые использовались экспертом при производстве экспертизы.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 ГПК РФ).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 ГПК РФ).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Из приведенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое должно оцениваться судом не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в системе действующих положений закона. При этом, оценивая доказательства, суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 ГПК РФ.

Судом из текста заключения эксперта №02-08/2023 от 23 июня 2023 года, изготовленного Автономной некоммерческой организацией «Судебно-экспертная коллегия» установлено, что оно выполнено ФИО8, занимающей должность специалиста в области технической экспертизы, имеющей образование «художественное оформление», что подтверждено дипломом серии СТ №368992 Саранского художественного училища», а также имеющей диплом специалиста 101318 1277798 ФГБОУВО «Национальный исследовательский университет им. Н.П. Огарева» по специальности «Реклама» с присвоением квалификации «специалист по рекламе» от 19 мая 2023 года. В экспертном заключении имеется подписка от 04 мая 2023 года, из которой следует, что эксперту ФИО8 разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 85 ГПК РФ и статьями 16,17 Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Кроме того, эксперт предупреждена об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения (Т.2, л.д.2-43)

Федеральный закон от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» устанавливает, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами (часть первая статьи 41). Часть вторая статьи 41 поименованного федерального закона прямо распространяет на указанных лиц действие его статей 16 и 25, закрепляющих обязанности эксперта и требования к заключению эксперта или комиссии экспертов, а также иных его норм (статьи 2 - 4, 6 - 8, 17, часть вторая статьи 18, статья 24).

Таким образом, с учетом характера рассматриваемого судом спора и конкретных обстоятельств каждого дела вид назначаемой экспертизы, профессиональные и квалификационные требования к эксперту, проверка наличия у него специальных знаний в области предмета экспертизы, а также проверка сведений о его образовании, специальности, стаже работы, занимаемой должности и круг вопросов, которые ставятся перед экспертом или экспертным учреждением, определяет исключительно суд, которому принадлежит право назначения судебной экспертизы.

Вместе с тем, в судебном заседании из пояснений ФИО8, сообщения генерального директора Автономной некоммерческой организацией «Судебно-экспертная коллегия» ФИО9 следует, что ФИО8 не состоит в штате экспертного учреждения, не является экспертом, не имеет стаж в области проведения экспертиз, не имеет технического образования, работает специалистом в области рекламы, никогда не работала фотографом и не занималась фотографией, не имеет образования, а также сертификатов об обучении или о повышении квалификации в области исследования фотографических изображений и технических средств, используемых для их изготовления.

Оценивая вышеуказанное заключение эксперта с точки зрения относимости и допустимости, суд приходит к выводу, что экспертное заключение не соответствует требованиям, предусмотренным статьи 86 Кодекса, и не может быть принято в качестве надлежащего (относимого и допустимого) доказательства по настоящему делу. Согласно приобщенным к экспертизе документам об образовании, ФИО8, проводившая экспертизу не обладает специальными техническими познаниями необходимыми для производства компьютерно-технической экспертизы, а также специальными познаниями в области исследования фотографических изображений и технических средств, используемых для их изготовления, которые необходимы для ответа на вопросы суда, сформулированные в определении о назначении судебной технической экспертизы, специалисты в указанных областях при проведении экспертизы Автономной некоммерческой организацией «Судебно-экспертная коллегия» не привлекались. Кроме того, из представленного заключения не представляется возможным установить методы исследования объектов, технологию, на основании которого эксперт пришел к своим выводам. Также в экспертном заключении указано, что экспертным учреждением проведена строительно-техническая экспертиза.

Соответственно проведенная судебная техническая экспертиза не отвечает требованиям действующего законодательства и не может быть положена в основу решения.

Кроме того, в судебном заседании председательствующим по делу неоднократно сторонам разъяснялись положения статей 55, 56, 79, 87 ГПК РФ и на обсуждение сторон неоднократно был поставлен вопрос о назначении по делу повторной или дополнительной судебной технической экспертизы, вместе с тем, стороны соответствующих ходатайств не заявили, представив письменные расписки об отказе в заявлении ходатайств о назначении дополнительной или повторной судебной экспертизы по делу (Т.2, л.д.178,179).

По ходатайству стороны истца судом направлены запросы в Союз художников Республики Мордовия, Мордовское отделение МОА «Союз дизайнеров», Союз журналистов Республики Мордовия, в которых суд просил представить сведения о том, имеются ли в штате учреждений специалисты, уполномоченные дать заключение относительно качества оказанных фотоуслуг, при наличии в штате таковых, суд просил обеспечить их явку в судебное заседание для дачи соответствующего заключения (Т.2, л.д.160,161,162).

Из сообщений Союза художников Республики Мордовия, Мордовского отделения МОА «Союз дизайнеров», Союза журналистов Республики Мордовия от 26 декабря 2023 года, 09 января 2024 года, 10 января 2024 года следует, что в штате учреждений специалистов, уполномоченных дать заключение относительно качества оказанных фотоуслуг не имеется (л.д.194,199,200).

Таким образом, доводы истца о некачественном оказании услуг по договору со ссылкой на то, что ответчиком ей представлены фотографии, имеющие недостатки: завалена линия горизонта, нарушено равновесие кадра, осуществлено некорректное кадрирование, расфокусировка и невыгодные цветовые акценты, суд считает несостоятельными, поскольку они не подтверждены доказательствами, отвечающими требованиям допустимости, достоверности и достаточности.

Кроме того, суд учитывает, что из условий договора, исполнитель обязался передать заказчику 300 фото в легкой цветокоррекции (пункт 1.2), выбор используемого видео и фотооборудования, методов и способов съемки, или необходимость привлечения ассистентов (помощников) является прерогативой исполнителя (пункт 3.3). Из анализа условий спорного договора оказания услуг следует, что дополнительных требований к фотографиям кроме легкой цветокоррекции истцом не предъявлялось.

В связи с чем, не могут служить основанием для удовлетворения требований как вышеуказанные доводы истца, а также доводы о том, что, помимо гостей свадьбы на фотографиях исполнителя усматриваются посторонние лица, фотографии имеют цветовую коррекцию, ухудшающую контекст изображения. Кроме того, суд учитывает, что ответчиком истцу также были переданы «исходные» фотографии (фотографии без цветокоррекции).

Более того, допрошенный в суде по ходатайству ответчика в качестве специалиста ФИО7, стаж работы которого фотографом составляет более 20 лет, имеющий 3 диплома о признании его лучшим фотографом мира, благодарности за развитие свадебной сферы Республики Мордовия и ежегодное участие в выставке свадебной и праздничной индустрии, диплом за участие в 5 – й межрегиональной выставке свадебной и праздничной индустрии в Республике Мордовия, диплом за активное участие в Межрегиональной выставке свадебной и праздничной индустрии в Республике Мордовия, диплом финалиста в номинации «Лучший свадебный фотограф», диплом за лучший свадебный кадр, диплом финалиста в номинации «Лучший свадебный фотограф» (Т.2, л.д.169,170,171,172,173,174,175.176,177) показал, что обозренные им фотографии в количестве 303 штук имеют хорошее разрешение, что свидетельствует о том, что съемка исполнителем была произведена на профессиональную технику, при съемке свадьбы использовалось дополнительное профессиональное оборудование – вспышки, расставленные фотографом по углам, которые дают эффект «засветов» на фотографиях. Показал, что все фотографии четкие, подверглись цветокоррекции, фотографом правильно подобрано соотношение баланса «светлого» и «темного», фотографии с некорректным кадрированием, с невыгодными цветовыми акцентами отсутствуют. Показал, что к некоторым фотографиям исполнителем применен «голландский угол», то есть когда линия горизонта на снимке расположена не параллельно нижней верхней границе кадра, что не является в данном случае недостатком, поскольку все сделано в пределах нормы и смотрится гармонично в целом. Также показал, что из 303 фотографий некачественными являются только 2-3, где усматривается «расфокусировка», в остальном считает, что фотограф отработал хорошо.

Оценивая пояснения специалиста, в совокупности с другими имеющимися доказательствами по делу, суд, приходит к выводу что, данные пояснения являются достоверными, противоречия в выводах специалиста отсутствуют, в связи с чем, пояснения специалиста принимаются судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

При этом, пояснения специалиста о том, что из 303 фотографий, переданных исполнителем заказчику, некачественными являются 2-3 фотографии, также не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований ФИО1, поскольку условиями договора предусмотрена передача 300 фотографий.

В нарушении требований статьи 56 ГПК РФ истцом доказательств, подтверждающих факт оказания видео услуг ненадлежащего качества также не представлено.

Таким образом, поскольку истцом в соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ не представлено суду убедительных и бесспорных доказательств неисполнения в полном объеме ответчиком договора оказания фото/видео услуг на свадьбу от 14 июля 2022 года, а также ненадлежащего его исполнения (предоставление фото/видео услуг ненадлежащего качества), суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании с ФИО3 в пользу истца денежной суммы, уплаченной по договору оказания фото/видео услуг в размере 26 600 рублей.

В пункте 1 статьи 395 названного кодекса предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Судом из буквального толкования условий договора от 14 июля 2022 года выше установлено, что ответчиком нарушены сроки передачи видео материала. В то время как видео материал должен был быть передан исполнителем заказчику – 06 августа 2022 года, он передан лишь 09 августа 2022 года, в связи с чем, подлежат частичному удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ за период с 06 августа 2022 года по 08 августа 2022 года в размере 6 рублей 58 копеек, исходя из следующего расчета 10 000 (стоимость работ по оказанию видео услуг): 365 x 8% x 3 (количество дней просрочки с 06.08.2022 по 08.08.2022).

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика убытков в размере 25 000 рублей, наличие которых мотивировано тем, что ею заключен договор на оказание услуг по оформлению фотозоны для реализации ответчиком фотоуслуг на указанную сумму. Из-за ненадлежащего исполнения ответчиком условий договора результат оказанных ФИО5 услуг утратил материальную ценность и уплаченная истцом денежная сумма в размере 25 000 рублей является убытками истца.

На основании статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании ущерба истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков (ущерба) и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков (ущерба) лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

Поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт оказания ответчиком услуг по договору, заключенному сторонами 14 июля 2022 года ненадлежащего качества, требования истца о взыскании с ответчика убытков в размере 25 000 рублей удовлетворению не подлежат. Кроме того, истцом не представлено доказательств факта причинения ему убытков в указанном размере и наличие причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями.

Учитывая, что судом отказано истцу в удовлетворении требований о взыскании с ФИО3 в пользу истца денежной суммы, уплаченной по договору оказания фото/видео услуг в размере 26 600 рублей, а также суд пришел к выводу о том, что к данным правоотношениям Закон о защите прав потребителей не применим, заявленный истцом спор о взыскании денежных средств по договору оказания услуг является имущественным спором гражданско-правого характера, не подлежат удовлетворению заявленные истцом требования о компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, штрафа в размере 50 % от присужденной судом денежной суммы и неустойки.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании уплаченной по договору оказания услуг денежной суммы, убытков, компенсации морального вреда, штрафа, неустойки, оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3, <дата> года рождения, уроженки <адрес> (паспорт: серии <..>, выдан МВД по <адрес> <дата>, к.п. <..>) в пользу ФИО1, <дата> года рождения, уроженки <адрес>, (паспорт: серии <..>, выдан МВД по <адрес> <дата>, к.п. <..>) проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 06 августа 2022 года по 08 августа 2022 года в сумме 6 (шесть) рублей 58 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать.

Решение может быть обжаловано, в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы, через Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия.

Судья Октябрьского районного суда

г.Саранска Республики Мордовия Ю.Р. Аитова

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено судом 22 января 2024 года

Судья Октябрьского районного суда

г.Саранска Республики Мордовия Ю.Р. Аитова