№ 2-1052/2025

УИД 03RS0031-01-2025-001421-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 декабря 2025 года с.Буздяк

Благоварский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Имашевой Э.М., при секретаре Гималовой Г.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Д.С.АВТО», третье лицо Акционерное общество «Тинькофф Банк», Общество с ограниченной ответственностью «РБ ГРУПП-МОТОРС» о защите прав потребителей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ООО «Д.С.АВТО», третье лицо АО «Тинькофф Банк», ООО «РБ ГРУПП-МОТОРС» о защите прав потребителей. В обосновании иска указал, что 25 июля 2023 года им был приобретен автомобиль марки JAC J7 в ООО «РБ ГРУПП-МОТОРС» за счет собственных и заемных денежных средств, предоставленных АО «Тинькофф Банк». При оформлении кредитного договора им была оплачена денежная сумма в размере 279 450 рублей для приобретения комплекса услуг «Д.С.АВТО». В указанных услугах он не нуждался, однако представитель банка сообщил ему, что заключение договора на приобретение услуг комплекса «Д.С.АВТО» является обязательным условием банка при одобрении кредита. 25 июля 2023 года между ним (Принципал) и ООО «Д.С.АВТО» (Гарант) заключен договор о предоставлении независимой гарантии путем присоединения к публичной оферте. Согласно Оферты о порядке предоставления независимой гарантии «Стандарт», договор о предоставлении независимой гарантии считается заключенным после совершения Принципалом следующих юридически значимых действий, отсутствие каждого из которых исключает возникновение обязательств по выдаче независимой гарантии: подписание Принципалом Заявления по установленной форме о предоставлении независимой гарантии и представление указанного Заявления Гаранту либо его уполномоченному лицу в порядке, предусмотренном настоящей Офертой. Заявление является согласием Принципала заключить Договор о предоставлении независимой гарантии в соответствии с настоящей Офертой. Заявление должно быть заполнено полностью по форме Гаранта, подписано собственноручно Принципалом; совершение Принципалом оплаты вознаграждения Гаранта за предоставление независимой гарантии согласно выбранному Тарифному плану (пункт 1.2. Оферты). Дата заключения Договора соответствует дате поступления на расчетный счет Гаранта суммы вознаграждения за исполнение Гарантом поручения Принципала о предоставлении независимой гарантии согласно выбранному Принципалом Тарифному плану. В силу статьи 371 Гражданского кодекса Российской Федерации Договор вступает в силу с даты принятия (акцепта) Принципалом условий настоящей Оферты в порядке, предусмотренном п. 1.2 Оферты, и действует до полного исполнения Сторонами обязательств по Договору (пункт 1.3. Оферты). В связи с данными обстоятельствами он вынужден был оплатить ответчику денежные средства в размере в вышеуказанной сумме из кредитных денежных средств. После совершения оплаты ответчик предоставил ему Сертификат № на приобретение независимой гарантии сроком действия 24 месяца с 25 июля 2023 года по 25 июля 2025 год. При оформлении кредитного договора, по сути, был приобретен комплекс услуг против его воли и интересов. В связи с тем, что у него не было намерения пользоваться данной услугой 21 марта 2024 года им было направлено в адрес ответчика заявление о расторжении договора и возврате денежных средств, которое ответчик добровольно не исполнил, и оно осталось без ответа. Заключенный между ним и ответчиком Договор (Сертификат № от 25 июля 2023 года) по своей сути является договором об оказании услуг, по которому ему было предоставлено не право на независимую гарантию, а конкретный набор услуг, воспользоваться которыми он имеет право в течение срока действия договора. Между сторонами сложились правоотношения, обусловленные заключенным договором оказания услуг, регулирование которых с учетом субъектного состава правоотношений подлежит регулированию в соответствии с нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». ООО «Д.С.АВТО» фактически не оказало ему услуги, перечисленные в сертификате №, он ими не воспользовался, намерения воспользоваться данными услугами также не имел. С представителями ООО «Д.С.АВТО» не встречался и не общался, никакой информации относительно услуг, оказываемых ответчиком, не получал. Указанный Сертификат подписал одновременно с подписанием договора купли-продажи автомобиля и кредитного договора. Сами действия ответчика по предоставлению Сертификата на независимую гарантию полезного эффекта для потребителя не влекут, а являются механизмом обеспечения доступа к комплексу услуг «Д.С.АВТО». Кроме того, эквивалентность гражданских правоотношений выражается во взаимном равноценном встречном предоставлении субъектами правоотношений при реализации ими субъективных гражданских прав и исполнении соответствующих обязанностей. Внесенный платеж в размере 279 450 рублей, и предоставленная ответчиком возможность присоединения к независимой гарантии признаком равноценного предоставления не обладают. В данном случае избранный ООО «Д.С.АВТО» по существу способ продажи указанной услуги (независимая гарантия) фактически лишал его возможности до заключения оспариваемого договора получить информацию о потребительских качествах, характеристиках, стоимости товара (услуги), позволяющую разумно и свободно осуществить выбор, действительно необходимый ему. Какое-либо экономическое обоснование стоимости услуги ответчиком не представлено. Подписав предложенный договор, не означает, что он действительно был ему необходим для приобретения транспортного средства. В данных правоотношениях являлся непрофессиональной стороной - потребителем, не обладающим специальными познаниями, необходимыми для того, чтобы оценить, нуждается ли он во всех услугах из предложенных ответчиком. Он был вправе рассчитывать на то, что кредитное учреждение как профессиональный участник рынка окажет ему помощь в том объеме, который был необходим с учетом изложенных мною обстоятельств дела. Действующее законодательство предусматривает возможность одностороннего отказа от исполнения договора заказчиком при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, при этом мотивы, по которым потребитель решил отказаться от исполнения договора не имеют правового значения для реализации права потребителя, предусмотренного статьей 32 Закона о защите прав потребителей. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, просит расторгнуть договор о предоставлении независимой гарантии путем присоединения к публичной оферте, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Д.С.АВТО»; взыскать с ООО «Д.С.АВТО» в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по сертификату №, в размере 279 450 рублей; взыскать с ООО «Д.С.АВТО» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; взыскать с ООО «Д.С.АВТО» в пользу ФИО1 штраф в размере 50 % от присужденной суммы.

В судебное заседание ФИО1 не явился, судом извещен надлежащим образом. Своим письменным ходатайством дело просит рассмотреть без его участия, заявленные требования удовлетворить.

Ответчик - представитель ООО «Д.С.АВТО» в судебное заседание не явился, судом извещены надлежащим образом, причина не явки суду не известно.

Третье лицо – представитель АО «Тинькофф Банк» в судебное заседание не явился, судом извещены надлежащим образом, причина не явки суду не известно.

Третье лицо – представитель ООО «РБ ГРУПП-МОТОРС» в судебное заседание не явился, судом извещены надлежащим образом, причина не явки суду не известно.

Судом на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.

Исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом (пункт 1).

На основании п. 1 ст. 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

Особенностью абонентского договора является внесение оплаты по нему вне зависимости от того, было ли затребовано заказчиком соответствующее исполнение от исполнителя или нет, а также стабильность размера оплаты за отчетный период, независимо от того, что объем и сложность встречного предоставления в каждом из отчетных периодов может сильно отличаться. Такие договоры предполагают возможность заказчика обратиться к исполнителю в любой момент времени и затребовать соответствующее исполнение (услугу), а оплата предусматривается именно за постоянное «состояние готовности» исполнителя в течение отдельного периода предоставить встречное предоставление заказчику.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 (п. 32) «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», согласно п. 1 ст. 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации абонентским договором признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом (например, абонентские договоры оказания услуг связи, юридических услуг, оздоровительных услуг, технического обслуживания оборудования). Абонентским договором может быть установлен верхний предел объема исполнения, который может быть затребован абонентом.

Пунктами 1, 2 ст. 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что плата по абонентскому договору может как устанавливаться в виде фиксированного платежа, в том числе периодического, так и заключаться в ином предоставлении (например, отгрузка товара), которое не зависит от объема запрошенного от другой стороны (исполнителя) исполнения.

Не совершение абонентом действий по получению исполнения (не направление требования исполнителю, неиспользование предоставленной возможности непосредственного получения исполнения и т.д.) или направление требования исполнения в объеме меньшем, чем это предусмотрено абонентским договором, по общему правилу, не освобождает абонента от обязанности осуществлять платежи по абонентскому договору. Иное может быть предусмотрено законом или договором, а также следовать из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (п. 2 ст. 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу положений ст. 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Аналогичные положения содержатся в статье 32 Закона о защите прав потребителей, в соответствии с которыми потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 25 июля 2023 года между ФИО1 и АО «Тинькофф Банк» заключен договор потребительского кредита – на приобретение автомобиля № на сумму 1 429 450 рублей под 16,7% годовых сроком действия до 84 месяца.

При оформлении кредитного договора в автосалоне ООО «РБ ГРУПП-МОТОРС» в сумму кредита вошла стоимость услуги «независимая гарантия» от ООО «Д.С. Авто» в размере 279 450 рублей.

25 июля 2023 года между ФИО1 и ООО «РБ ГРУПП-МОТОРС» заключен договор купли-продажи автомобиля №, предметом которого является автомобиль марки JAC J7, 2020 года выпуска стоимостью 1 950 000 рублей, при этом денежные средства в размере 800 000 рублей выплачивается покупателем путем внесения наличных средств, денежные средства в размере 1 150 000 рублей выплачивается за счет денежных средств, предоставленной кредитной организацией.

Одновременно с заключением вышеуказанного договора между ФИО1 и ООО «Д.С.АВТО» был заключен договор о предоставлении независимой гарантии посредством подачи истцом заявления-оферты № от 25 июля 2023 года о предоставлении независимой гарантии «Стандарт».

25 июля 2023 года ООО «Д.С.АВТО» (гарант) выдало ФИО1 (принципал) независимую гарантию (сертификат) №, согласно которому гарант предоставляет бенефициару по поручению клиента безотзывную независимую гарантию исполнения договорных обязательств клиента по договору потребительского кредита (займа), заключенному между клиентом и бенефициаром в соответствии с выбранным клиентом тарифным планом.

Договор о предоставлении независимой безотзывной гарантии "Программа 1.1" заключен сроком на 24 месяца, стоимость программы составила 15 900 рублей. Оплата стоимости услуг по договору произведена в полном объеме.

Согласно пункту 3 настоящего договора (оферты), предусмотрено, что гарант обязался предоставить независимую гарантию, принимая на себя обеспечение исполнеия принципиалом обязательств по оплате ежемесячных платежей по кредитному договору, а так же сумму пеней и штрафов, возникших в результате ненадлежащего исполнения принципиалом своих обязательств по договору кредитования.

Стоимость программы составила 279 450 рублей. Срок независимой гарантии составил 24 месяца. Оплата стоимости услуг по договору произведена в полном объеме.

21 марта 2024 года истцом в адрес ответчика было направлено заявление о расторжении договора и возврате денежных средств, что подтверждается почтовым уведомлением. Однако ответчик на претензионное письмо истца не ответил, возврат денежных средств в сумме не произвел.

В силу п. 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться независимой гарантией и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со ст. 368 Гражданского кодекса Российской Федерации, по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (пункт 1).

Независимая гарантия выдается в письменной форме (п. 2 ст. 434), позволяющей достоверно определить условия гарантии и удостовериться в подлинности ее выдачи определенным лицом в порядке, установленном законодательством, обычаями или соглашением гаранта с бенефициаром (п. 2).

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями (п. 3).

Согласно п. 1 ст. 370 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Пунктом 1 ст.371 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Согласно ст. 373 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимая гарантия вступает в силу с момента ее отправки (передачи) гарантом, если в гарантии не предусмотрено иное.

Таким образом, момент отправки (передачи) гарантии определяется как момент сдачи в организацию связи для пересылки бенефициару либо момент вручения бенефициару. В гарантии может быть установлен иной момент вступления ее в силу.

По общим правилам п. 1 ст. 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство гаранта перед бенефициаром по независимой гарантии прекращается: 1) уплатой бенефициару суммы, на которую выдана независимая гарантия; 2) окончанием определенного в независимой гарантии срока, на который она выдана; 3) вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии; 4) по соглашению гаранта с бенефициаром о прекращении этого обязательства.

Из анализа указанных норм следует, что независимая гарантия - это личный неакцессорный способ обеспечения обязательств, существо которого заключается в том, что дополнительно к имущественной массе должника, которая изначально ответственна перед кредитором, последний приобретает право удовлетворяться из имущественной массы другого лица - гаранта.

По общему правилу п. 1 ст. 379 Гражданского кодекса Российской Федерации, принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Указание в п. 1 ст. 368 Гражданского кодекса Российской Федерации на то, что независимая гарантия выдается по просьбе должника, не влечет регулирования правовых отношений между гарантом и принципалом по поводу предоставления независимой гарантии исключительно положениями параграфов 1 и 6 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку действия гаранта и принципала в такой ситуации направлены на установление и изменение гражданских прав и обязанностей принципала и гаранта, как по отношению друг к другу, так и по отношению к третьему лицу - бенефициару, для которых необходимо выражение согласованной воли как принципала, так и гаранта, а также в случаях, предусмотренных п. 2 ст. 368 Гражданского кодекса Российской Федерации самого бенефициара, что подпадает под дефиниции сделки и договора, содержащиеся в ст. ст. 153, 154, п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем на такой договор распространяются общие правила глав 9, 27, 28, 29 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По договору о предоставлении независимой гарантии гарант обязывается перед принципалом предоставить кредитору принципала - бенефициару независимую (банковскую) гарантию в качестве обеспечения исполнения обязательств должника по основному договору перед бенефициаром по основному обязательству.

Отсутствие специальных норм, регулирующих договор о предоставлении независимой гарантии, в разделе IV «Отдельные виды обязательств» Гражданского кодекса Российской Федерации, подразумевает необходимость применения к нему правил п.п. 2 и 3 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (п. 1 ст. 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

В соответствии с п. 3 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Анализируя действующее законодательство, представленные доказательства, суд приходит к выводу, что договор о предоставлении независимой гарантии между ФИО1 и ООО «Д.С.АВТО» являются возмездной, каузальной сделкой, и его сторонами согласованы существенные условия договора. Условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом. Обязательство гаранта носит срочный характер.

Срок действия договора о предоставлении независимой гарантии между истцом и ответчиком ООО «Д.С.АВТО» установлен на 24 месяца, начиная с 25 июля 2023 года, и не ограничен датой предоставления независимой гарантии и сохраняет свое действие на срок действия гарантии.

С учетом согласования размера подлежащей выплате денежной суммы, оснований наступления обязательства гаранта по выплате денежной суммы, срока независимой гарантии принципалом оплачена цена договора о предоставлении независимой гарантии ООО «Д.С.АВТО». Факт исполнения истцом обязанности по оплате цены договоров установлен и сторонами не оспаривался.

В соответствии с п. 1 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Таким образом, договор о предоставлении независимой гарантии от 25 июля 2023 года, заключенный с ООО «Д.С.АВТО» является публичным.

По смыслу преамбулы Закона о защите прав потребителей, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 1, 2, 3 Постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», на спорные правоотношения распространяется действие Закона о защите прав потребителей.

В силу свободы договора и возможности определения сторонами его условий (при отсутствии признаков их несоответствия действующему законодательству и существу возникших между сторонами правоотношений) (статьи 1, 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации) они становятся обязательными для сторон и для суда при разрешении спора, вытекающего из данного договора.

Согласно п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы).

В силу п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Статьей 32 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, названным Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со ст. 13 данного Закона.

Согласно п. 2 названной статьи к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, в том числе относятся: условия, которые устанавливают для потребителя штрафные санкции или иные обязанности, препятствующие свободной реализации права, установленного статьей 32 этого Закона (подп. 3); иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подп. 15).

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 (п. 76) «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, п.п. 4 и 5 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, ст. 29 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Пунктом 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 180 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Условия договора о предоставлении независимой гарантии, на который распространяются положения Закона о защите прав потребителей, о запрете принципала отказаться от договора о предоставлении независимой гарантии по инициативе принципала по обстоятельствам, которые препятствуют свободной реализации потребителем права, предусмотренного статьей 32 Закона о защите прав потребителей, ничтожны с момента совершения такого договора и не влекут юридических последствий, которые связаны с их ничтожностью.

Согласно п. 1 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Договор, заключенный сторонами, является договором присоединения, в связи с чем, в силу п. 2 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Согласно п. 3 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила, предусмотренные п. 2 настоящей статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 апреля 2023 года № 14-П разъяснено, что применительно к делам с участием потребителей обременительность условий может и не осознаваться ими. Однако и в отсутствие в договоре положений, лишающих сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, либо исключающих или ограничивающих ответственность другой стороны (т.е. тех, которые п. 2 той же статьи в его буквальном изложении признает явно обременительными, связывая с ними возникновение у одной из сторон права на указанные в нем способы защиты), иные условия договора (о величине скидки, способах ее расчета и основаниях возвращения продавцу и т.д.) как по отдельности, так и в совокупности могут быть для потребителя явно обременительными, что также дает основания для предоставления ему дополнительных правовых преимуществ.

К явно обременительным для потребителя условиям в контексте п. 2 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации можно отнести условия договора о цене, которые определены с использованием методов манипулирования информацией о действительной цене товара, препятствующих - в ситуации непрозрачности ценообразования - осознанию потребителем конечной стоимости сделки. К таким методам, в частности, можно причислить указание цены товара со скидкой под условием оплаты потребителем дополнительных товаров и услуг по завышенной (нерыночной) цене, а также предложение скидки с цены, произвольно указанной продавцом, или с цены, которая не является обычной рыночной, равно как и предложение цены, которая отличается от объявленной в рекламе, публичной оферте, на сайте продавца или изготовителя. При этом предлагаемая потребителю цена может быть изначально завышена (например, на величину скидки) в сравнении с рыночной. В результате создается лишь видимость выгодности сделки для потребителя, в то время как продавец и участвующие в данной бизнес-модели финансовые организации распределяют между собой доход, полученный вследствие выплат потребителя по договорам страхования или кредита в виде процентов за кредит, страховой премии и т.п. (пункт 4.1).

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 (п. 45) «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу абз. 2 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.). Соответственно, если для потребителя не очевидна взаимная связь различных обязательств (купли-продажи, страхования, кредита и др.), от динамики которых зависит расчет цены договора с предоставлением услуги или право отказа от услуги, то не очевидно и наличие необходимых гражданско-правовых оснований для осуществления таковых.

Кроме того, в отношениях с потребителями применимо правило, по которому на предпринимателя возлагается доказать, что условие договора, предположительно невыгодное для потребителя, индивидуально обсуждалось сторонами, например, при заключении договора кредита.

При заключении договора о предоставлении независимой гарантии с учетом требований п.п. 3, 4 ст. 1, п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации на гражданина-принципала, не обладающего профессиональными знаниями в сфере финансовой деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени контрагента набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий. При том, поскольку согласно п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данные условия договоров о предоставлении независимой гарантии и обстоятельства их заключения свидетельствуют о неравенстве переговорных возможностей, в результате которых истец поставлен в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, явно обременительных для потребителя, создания видимости выгодности сделки для потребителя с учетом продавца и финансовых организаций, участвующих в данной бизнес-модели, с учетом установленной п. 1 ст. 379 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанности принципала возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, и применения последствий, предусмотренных п.п. 2, 3 ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 371 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимая гарантия, если в ней не предусмотрено иное, не может быть отозвана или изменена гарантом, соответственно безотзывная независимая гарантия представляет собой такое обеспечение исполнения обязательства принципала, при котором оно не может быть отозвано или изменено только самим гарантом.

Данное обстоятельство само по себе не исключает возможности расторжения договора о предоставлении независимой гарантии по инициативе принципала-гражданина (ст. ст. 450, 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и возврате денежных средств, уплаченных потребителем по такому договору, исполнением по которому со стороны гаранта является предоставление кредитору принципала по кредитному договору - бенефициару - независимой гарантии в качестве обеспечения исполнения обязательств принципала по кредитному договору по обязательству в установленных договором размере и случаях в течение всего срока действия договора предоставления независимой гарантии и самой независимой гарантии, за которое принципал-гражданин уплачивает соответствующую цену, разумно ожидая производство исполнения гарантом в течение оплаченного принципалом периода, а не только сам факт выдачи или направления документа, подтверждающего выдачу независимой гарантии.

При таком положении, условия договора, запрещающие принципалу отказаться от договора о предоставлении независимой гарантии позднее момента выдачи сертификата независимой безотзывной гарантии принципалу до исполнения гаранта бенефициару по инициативе принципала, подлежат толкованию с учетом требований ст. ст. 168, 422, 428, 431, 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 16, 32 Закона о защите прав потребителей, в том числе в совокупности с другими условиями договора о предоставлении независимой гарантии, включая условия о цене договора и объеме, сроке и условиях исполнения гаранта перед бенефициаром, взаимодействии сторон с бенефициаром, возврате цены договора полностью или в части.

Соответственно исполнение гарантом своих обязательств по отношению к истцу в рамках договора о предоставлении независимой гарантии не охватывается лишь фактом выдачи сертификата независимой гарантии.

Выдачей гарантии исполнены обеспечительная односторонняя сделка, совершенные в пользу бенефициара, тогда как исполнения ООО «Д.С.АВТО» обязательств перед ФИО1 по кредитному договору на момент его отказа от услуг не произошло.

В данном случае с заявлением о расторжении договора независимой гарантии истец обратился 21 марта 2024 года, в указанный период времени обстоятельств, влекущих за собой выплату гарантий бенефициару, не наступило, каких-либо расходов и убытков как ответчик ООО «Д.С.АВТО» не понес. Доказательств обратного не имеется.

При этом, суд также учитывает, что в силу положений, содержащихся в оферте в порядке предоставления независимой гарантии «Стандарт» ООО «Д.С. Авто» (п. 4.3) для отказа от договора о предоставлении независимой гарантии принципалу необходимо направить гаранту письменное заявление по адресу места нахождения гаранта либо передать заявление нарочно представителю гаранта с указанием реквизитов счета принципала для возврата денежных средств.

ООО «Д.С. АВТО» не представлено доказательств несения расходов в связи с исполнением договора, в связи с чем, истец как потребитель услуги имеет право отказаться от исполнения указанного договора до окончания срока его действия и требовать возврата уплаченной денежной суммы в размере 279 450 рублей.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что требования истца о расторжении договора с ООО «Д.С.АВТО» о предоставлении независимой гарантии «Стандарт», заключенный 25 июля 2023 года, подлежат удовлетворению.

Учитывая, что судом установлен факт нарушения прав потребителя, суд находит требования истца о компенсации морального вреда и взыскании штрафа обоснованными и подлежащими удовлетворению в следующем размере.

В соответствии с ч. 1 ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 (45) «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска, является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая, что факт нарушения прав потребителя установлен, с учетом фактических обстоятельств дела, характера допущенных ответчиком нарушений прав истца, размер компенсации морального вреда, исходя принципов разумности и справедливости, суд определяет в сумме 1 000 рублей

Согласно ч. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов, от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Учитывая, что ответчик в добровольном порядке установленные законодательством срок, не удовлетворил требования истца, с ответчика ООО в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 140 225 рублей (279 450 рублей + 1 000 рублей (компенсация морального вреда) / 50%.

Сумму взыскиваемого штрафа суд считает соразмерным нарушенному обязательству, при этом с учетом всех обстоятельств дела сохраняется баланс интересов сторон, не смотря на ходатайство ответчика о снижении размера штрафных санкций, оснований для применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не находит.

В соответствии с ч. 1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации

В силу положения ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 5 206 рублей 75 копеек, поскольку процессуальный истец был освобожден от уплаты госпошлины.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 - удовлетворить.

Расторгнуть договор о предоставлении независимой гарантии № от 25 июля 2023 года, заключенный между ФИО1 и Обществом с ограниченной ответственностью «Д.С.АВТО».

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Д.С.АВТО» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 279 450 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, штраф от присужденной судом суммы в пользу потребителя в размере 140 225 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Д.С.АВТО» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 5 206 рублей 75 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Благоварский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Решение в окончательной форме изготовлено 16 декабря 2025 года.

Судья

Благоварского межрайонного суда

Республики Башкортостан подпись Э.М.Имашева

Решение суда в законную силу не вступило.