Постановление по делу № 19АП-5306/2025 от 21.01.2026 | 19 арбитражный апелляционный суд

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21.01.2026 года дело № А14-5693/2025

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 13.01.2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21.01.2026 года.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Пороника А.А.

судей Аришонковой Е.А.

Бугаевой О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Жигульских Ю.В.,

при участии:

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области: ФИО1, представитель по доверенности № 00-21/052 от 26.12.2025, диплом, паспорт; ФИО2, представитель по доверенности № б/н от 12.01.2026, паспорт; ФИО3, представитель по доверенности № 00-21/035 от 26.12.2025, диплом, свидетельство о заключении брака, паспорт; ФИО4, представитель по доверенности № 00-21/048 от 26.12.2025, паспорт;

от публичного акционерного общества «Россети Центр»: ФИО5, представитель по доверенности № Д-ЦА/18 от 12.02.2025, удостоверение адвоката,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области

на решение Арбитражного суда Воронежской области от 22.10.2025 по делу № А14-5693/2025

по заявлению публичного акционерного общества «Россети Центр» (г. Воронеж, ОГРН <***>; ИНН <***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области (г. Воронеж, ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным решения № 1966 от 09.09.2024 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Россети Центр» (далее – ПАО «Россети Центр», общество, налогоплательщик, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области (далее – Инспекция, налоговый орган, заинтересованное лицо) о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 1966 от 09.09.2024.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 22.10.2025 требования удовлетворены, на налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества.

Не согласившись с принятым решением, Инспекция обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы Инспекция указала, что согласно заключению эксперта № 183/2024 от 19.07.2024 объекты ПАО «Россети Центр» являются недвижимым имуществом и подлежат налогообложению.

29.12.2025 (дата регистрации) посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от ПАО «Россети Центр» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором общество просит обжалуемое решение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

13.01.2026 (дата регистрации) посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от Инспекции поступило дополнение к апелляционной жалобе.

В судебное заседание явились представители Инспекции и общества.

Представитель Инспекции не поддержал ходатайство о приобщении к материалам дела приложений к дополнению к апелляционной жалобе, в связи с чем, данный вопрос не рассматривался судом.

Остальные поступившие документы, в том числе представленные в судебном заседании представителем общества письмо Министерства энергетики Российской Федерации № ЕГ-11258/09 от 16.09.2020, приказ Министерства энергетики Российской Федерации № 1064 от 30.11.2020, были приобщены судом к материалам дела.

Представители Инспекции поддержали доводы апелляционной жалобы, считали обжалуемое решение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального права, просили его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель общества с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, указанным в отзыве, считал обжалуемое решение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы (с дополнением), отзыва на нее, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, ПАО «Россети Центр» в налоговый орган были представлены налоговые декларации:

1. 19.03.2021 – первичная налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2020 год, согласно которой сумма налога к уплате составила 225 979 383 руб. (налог оплачен обществом в полном объеме);

2. 28.12.2023 – корректирующая (уточненная) налоговая декларация по налогу на имущество организаций за 2020 год, в соответствии с которой сумма налога к уменьшению составила 107 318 366 руб.

Инспекцией была инициирована камеральная налоговая проверка (далее – КНП) уточненной налоговой декларации в период с 28.12.2023 по 28.03.2024.

11.04.2024 Инспекцией составлен акт налоговой проверки № 1377, 02.08.2024 дополнение к акту налоговой проверки № 5, 09.09.2024 принято решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 1966, которым обществу начислен налог на имущество организаций в размере 107 318 366 руб. (т. 1 л.д. 24 – 60).

В ходе КНП установлено нарушение налогоплательщиком статей 374, 375 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), выразившееся в неисчислении суммы налога на имущество организаций в размере 107 318 366 руб. в связи с исключением из объектов налогообложения имущества, являющегося неотъемлемой технологической частью линий энергопередач.

25.10.2024, не согласившись с решением № 1966, ПАО «Россети Центр» обратилось с апелляционной жалобой № МР1-ЦА/39/1314 в Управление Федеральной налоговой службы по Воронежской области (далее – Управление).

10.01.2025 решением Управления № 15-07/00248@ жалоба ПАО «Россети Центр» оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 62 – 70).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ПАО «Россети Центр» в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Исходя из ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из ч. 4 ст. 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Как указал Конституционный Суд РФ в определении от 25.04.2019 № 876-О, согласно статье 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. В силу данного конституционного предписания вводимый законодателем механизм регулирования налогообложения должен обеспечивать полноту и своевременность уплаты налогов и сборов и одновременно – правомерный характер связанной с их взиманием деятельности уполномоченных органов и должностных лиц.

Судебная практика, последовательно формируемая Верховным Судом Российской Федерации, исходит из того, что положения НК РФ, устанавливающие правила взимания отдельных налогов, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами законодательства о налогах и сборах, закрепленными в статье 3 НК РФ.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. При установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога. Налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными.

Налоговые органы обязаны осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов (п.п. 2 п. 1 ст. 32 НК РФ).

Согласно п. 1 ст. 82 НК РФ налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном настоящим Кодексом и проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, налоговых агентов и плательщиков сбора, плательщиков страховых взносов, проверки данных учета и отчетности, осмотра помещений и территорий, используемых для извлечения дохода (прибыли), а также в других формах, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из статьи 87 НК РФ следует, что налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов и налоговых агентов:

1) камеральные налоговые проверки;

2) выездные налоговые проверки.

Целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с п. 1 ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) или заявления, указанного в пункте 2 статьи 221.1 настоящего Кодекса, и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа, если иное не предусмотрено настоящей главой.

Согласно п. 1 ст. 373 НК РФ организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 374 настоящего Кодекса, признаются налогоплательщиками налога на имущество организаций.

В силу п.п. 1 п. 1 ст. 374 НК РФ объектом налогообложения признается недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 375 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 настоящего Кодекса.

Исходя из п. 1 ст. 375 НК РФ, налоговая база определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В соответствии с п. 2 ст. 375 НК РФ налоговая база в отношении отдельных объектов недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость, внесенная в Единый государственный реестр недвижимости и подлежащая применению с 1 января года налогового периода, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 378.2 настоящего Кодекса.

Обязанность по уплате налога на имущество организаций ограничена законодателем теми объектами, которые являются недвижимостью в силу своих природных свойств – объектами, прочно связанными с землей, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе зданиями, сооружениями (абзац первый пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), либо признаются недвижимостью в силу прямого указания закона о том, что соответствующий объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ).

На основании статей 130 и 131 ГК РФ к недвижимому имуществу относятся земельные участки, здания, сооружения, объекты незавершенного строительства, водные и воздушные суда и иные объекты, подлежащие государственной регистрации или государственному учету.

При этом наличие сведений об имуществе в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в силу пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ имеет доказательное значение для целей налогообложения, но не является безусловным для квалификации имущества в качестве объекта налогообложения.

Определенность налогообложения при взимании налога на имущество организаций обеспечивается за счет использования установленных в бухгалтерском учете критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.

Согласно п. 5 Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01, утвержденного приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н (далее – Положение ПБУ 6/01, действовало в спорном налоговом периоде 2020 года), к основным средствам относятся: здания, сооружения, рабочие и силовые машины и оборудование, измерительные и регулирующие приборы и устройства, вычислительная техника, транспортные средства, инструмент, производственный и хозяйственный инвентарь и принадлежности, рабочий, продуктивный и племенной скот, многолетние насаждения, внутрихозяйственные дороги и прочие соответствующие объекты.

Единицей бухгалтерского учета основных средств является инвентарный объект. Инвентарным объектом основных средств признается объект со всеми приспособлениями и принадлежностями или отдельный конструктивно обособленный предмет, предназначенный для выполнения определенных самостоятельных функций, или же обособленный комплекс конструктивно сочлененных предметов, представляющих собой единое целое и предназначенный для выполнения определенной работы (п. 6 Положения ПБУ 6/01).

То есть допускается объединение нескольких объектов основных средств в один инвентарный объект (комплекс конструктивно сочлененных предметов), если каждый входящий в комплекс предмет может выполнять свои функции только в составе комплекса, а не самостоятельно. Однако в случае наличия у одного объекта нескольких частей каждая такая часть учитывается как самостоятельный инвентарный объект, если сроки полезного использования частей существенно отличаются.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), принятый и введенный в действие приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст (далее – ОК 013-2014 (СНС 2008), ОКОФ).

То есть каждый объект основных средств ставится на учет по правилам бухгалтерского учета на основании кодов и наименований объектов, указанных в Общероссийском классификаторе основных фондов в разное время по мере ввода в эксплуатацию.

Из содержания классификатора также следует, что оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, в том числе, установленное на фундаменте, по общему правилу не классифицируется в качестве сооружений (не отвечает определению понятия «сооружение»), а подлежит классификации в соответствующих группировках машин и оборудования. Учитывая изложенное, если иное не вытекает из содержания Положения ПБУ 6/01 и классификатора основных фондов (основных средств), машины и оборудование, приобретенные как объекты движимого имущества, учитываются в бухгалтерском учете отдельно от зданий и сооружений в качестве самостоятельных инвентарных объектов.

Судами проанализированы представленные в материалы дела письменные доказательства по вопросу устройства, нормативного регулирования и технических характеристик спорных объектов основных средств налогоплательщика.

В отношении воздушных линий электропередач напряжением 0,4-10 кВ суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Из Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Минэнерго России от 13.01.2003 № 6 (действовали в спорном налоговом периоде 2020 года) следует, что воздушная линия электропередач – устройство для передачи электроэнергии по проводам, расположенным на открытом воздухе и прикрепленным с помощью изоляторов и арматуры к опорам или кронштейнам и стойкам на инженерных сооружениях (мостах, путепроводах и т.п.) (причем за начало и конец воздушной линии электропередачи принимаются линейные порталы или линейные вводы распределительного устройства, а для ответвлений – ответвительная опора и линейный портал или линейный ввод распределительного устройства).

Согласно п. 51 ГОСТ 24291-90 «Межгосударственный стандарт. Электрическая часть электростанции и электрической сети. Термины и определения», утвержденного и введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.12.1990 № 3403 (далее – ГОСТ 24291-90), воздушная линия электропередачи (ВЛ) – это линия электропередачи, провода которой поддерживаются над землей с помощью опор, изоляторов.

В п. 34 ГОСТ 19431-84 «Государственный стандарт Союза ССР. Энергетика и электрификация. Термины и определения», введенного в действие постановлением Госстандарта СССР от 27.03.1984 № 1029 (действовал в спорном налоговом периоде 2020 года), линия электропередачи определена как электрическая линия, выходящая за пределы электростанции или подстанции и предназначенная для передачи электрической энергии на расстояние.

В отношении линии электропередач нормативно четко определены ее начало и конец, что делает нормативно неправильным включение в ее состав трансформаторных подстанций, распределительных устройств, ВОЛС, иного энергетического оборудования и других линий электропередачи.

Для ВЛ 0,4, 6 и 10 кВ в качестве основных и единственных несущих элементов опоры используются железобетонные стойки, которые крепятся исключительно путем погружения стойки в пробуренный котлован в земле определенного диаметра и глубины, с последующей трамбовкой и присыпкой земли. Для ВЛ 0,4-10 кВ способы крепления опор в земле однотипны, вне зависимости от типа проводов, материала опор (ж/б, дерево, дерево на ж/б приставках). Конструкция опор и их способы крепления в земле не предусматривает фундаментов, данные ВЛ не имеют неразрывной связи с землей, возможен их демонтаж, не нарушающий их свойств и характеристик, и повторное применение после демонтажа. В данном случае необходимости иметь прочную связь с землей, а именно фундамента, не имеется, площадь земельного участка для установки опоры воздушной линии электропередачи напряжением до 10 кВ включительно определяется как площадь контура, равного поперечному сечению опоры на уровне земли; ВЛ закрепляются в грунте путем установки в сверлильный котлован с последующей его засыпкой, без бетонирования. Для воздушных линий электропередачи напряжением 10 кВ и ниже используются унифицированные опоры на базе железобетонных и деревянных стоек различной длины. Данные стойки устанавливаются с помощью бурильно-крановых машин в рассверленные ямы диаметром от 350 до 450 мм и глубиной 1,8 – 2,5 м. Для закрепления стоек в земле используется обратная засыпка с послойным уплотнением. Данная технология не дает неразрывной связи с землей и позволяет демонтировать опоры без повреждений и нанесения несоразмерного ущерба их назначению. Демонтируемые при выполнении работ по техническому перевооружению и реконструкции элементы ВЛ после оценки технического состояния и определения соответствия требованиям НТД используются повторно.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: ВЛ 04 кВ от ТП-3-8 ф2 Н.Ольшан 0,4 км (инвентарный номер 012976/Л) и ВЛ 10 кВ N2 ПС Урыв (инвентарный номер 502278/Л), указанных в приложении № 2 к решению Инспекции от 09.09.2024 № 1966 «Перечень объектов движимого имущества, исключенного из налогооблагаемой базы по налогу на имущество за 2020 год (корректировка № 1) по филиалу «Воронежэнерго».

В производственной деятельности налогоплательщика имеются факты оказания услуг, предметом которых является вынос с земельного участка линий электропередач, что подтверждает возможность перемещения ВЛ.

Указанные документы показывают, что операции по демонтажу опор ВЛ, вынос линий электропередач являются обычной для деятельности сетевой организации.

Разрешение на строительство линий электропередач и объектов электросетевого хозяйства с номинальным классом напряжения до 10 киловольт не требуется (п. 5 ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ) и Перечень случаев, при которых для строительства, реконструкции объекта капитального строительства не требуется получение разрешения на строительство, утвержденный постановлением Правительства РФ от 12.11.2020 № 1816 (далее – Перечень № 1816)), что подтверждает отсутствие у них признаков недвижимого имущества.

Перечисленные Инспекцией объекты могут быть перемещены без ущерба их назначению, демонтированы и смонтированы вновь.

Указанные обстоятельства исключают возможность признания спорных объектов недвижимым имуществом.

В отношении кабельных линий электропередачи выводы суда области являются правомерными.

В соответствии с п. 52 ГОСТ 24291-90 кабельная линия электропередачи (КЛ) – линия электропередачи, выполненная одним или несколькими кабелями, уложенными непосредственно в землю, кабельные каналы, трубы, на кабельные конструкции.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: КЛ 0,4 кВ № 1 КТП 3-8 ПС Шишовка (инвентарный номер 12025685/Л) и КЛ 10 кВ № 08 ПС Воля (инвентарный номер 12020434-00), указанных в приложении № 2 к решению Инспекции от 09.09.2024 № 1966 «Перечень объектов движимого имущества, исключенного из налогооблагаемой базы по налогу на имущество за 2020 год (корректировка № 1) по филиалу «Воронежэнерго».

Исходя из технической документации, прокладка кабельной линии напряжением 0,4 – 10 кВ осуществляется в траншею шириной 0,3 м и глубиной 0,7 – 0,9 м. При прокладке кабельной линии применяются следующие работы: рытье траншеи в грунте, обратная засыпка траншеи просеянной землей или песком, укладка кабеля в траншею, обратная засыпка траншеи обычным вынутым при копке траншеи грунтом. Какие-либо работы капитального характера при прокладке кабеля не применяются.

Порядок укладки кабельных линий напряжением 0,4 – 10 кВ свидетельствуют об отсутствии у них капитального характера, поскольку применяемые способы обуславливают возможность их демонтажа, обратного процессу монтажа. При их сооружении не используется цементирование, создание кабельных коллекторов, фундаментов и иных работ капитального характера, а также не возводятся какие-либо объекты недвижимости.

Данная технология не дает неразрывной связи с землей и позволяет демонтировать кабели без повреждений и нанесения несоразмерного ущерба их назначению.

Разрешение на строительство линий электропередачи и объектов электросетевого хозяйства с номинальным классом напряжения до 10 киловольт не требуется (п. 5 ч. 17 ст. 51 ГрК РФ и Перечень № 1816), что подтверждает отсутствие у них признаков недвижимого имущества.

Спорные объекты КЛ, включенные в раздел «Сооружения», не имеют капитального характера, что делает правомерным их отнесение в состав движимого имущества.

Данные обстоятельства исключают возможность признания спорных объектов недвижимым имуществом.

В отношении разъединителей суды считают следующее.

Функция разъединителей – создание видимого разрыва токоведущих частей электрической сети. Применяется на линиях электропередачи и на подстанциях для создания видимого разрыва токоведущих частей электрической сети при выводе оборудования ЛЭП, ТП и РП в ремонт и обслуживании. Необходимы для ремонта и обслуживания элементов электрической сети путем их включения/выключения.

Разъединители в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: разъединителя РЛНД-10/2 (инвентарный номер 010368/Л).

Указанный класс основных средств представляет собой оборудование, в связи с чем, правомерно его отнесение в состав движимого имущества.

Фактических обстоятельств, связанных с искусственным разделением единого объекта недвижимости, предназначения указанного оборудования для обслуживания объекта недвижимости, судами не установлено.

Оценивая панель защиты как объект движимого / недвижимого имущества суды считают следующее.

Функция панели защиты – управление автоматическим отключением части электрической сети в случае возникновения перегрузки или аварии. Применяется на подстанциях для защиты элементов электрической сети. Влияние отсутствия (демонтаж) – часть сети, подключенная только к данному присоединению, не будет защищена от аварий путем ее автоматического отключения.

Панели защиты в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: панель защиты ШДЭ-2802 (инвентарный номер 003743/2/Л).

В отношении реакторов дугогасящих, реакторов управляемых суд сообщает следующее.

Данные реакторы предназначены для выработки индуктивного тока для минимизации емкостного тока однофазного КЗ в сети с изолированной нейтралью. Применяются в системах компенсации емкостных токов.

Реакторы в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: N2 Реактор управляемый РУОМ-190/6,6 У1 (инвентарный номер 020881/С).

По существу распределительных устройств (комплектные распределительные устройства (КРУ), комплектных распределительных устройств наружной установки (КРУН), высоковольтных распределительных устройств 6, 10, 35 кВ).

Функция распределительных устройств – распределение электрической энергии на высоком напряжении. Применяются на электрических подстанциях для распределения электрической энергии по отходящим линиям электропередачи.

Приказом Минэнерго РФ от 20.06.2003 № 242 утверждены главы 4.1 «Распределительные устройства напряжением до 1 кВ переменного тока и до 1,5 кВ постоянного тока» и 4.2 «Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ» раздела 4 Правил устройства электроустановок, седьмое издание (далее – Приказ № 242).

Согласно главе 4.2 «Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ», утвержденной Приказом № 242, распределительное устройство (РУ) – электроустановка, служащая для приема и распределения электроэнергии и содержащая коммутационные аппараты, сборные и соединительные шины, вспомогательные устройства (компрессорные, аккумуляторные и др.), а также устройства защиты, автоматики, телемеханики, связи и измерений (п. 4.2.4); комплектное распределительное устройство – РУ, состоящее из шкафов или блоков со встроенными в них аппаратами, устройствами измерения, защиты и автоматики и соединительных элементов (например, токопроводов), поставляемых в собранном или полностью подготовленном к сборке виде (п. 4.2.5).

Комплектные распределительные устройства в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: распределительное устройство КРУН 6-10 кВ (№ 017185) (инвентарный номер 950169/С) и комплектно-распределительное устройство (№ 016798) (инвентарный номер 950170/С).

По существу электрических машин (трансформаторов).

Функция электрических машин (трансформаторов) – преобразование электрической энергии с одного номинального напряжения до другого для согласованной работы электрической сети и приемников электрической энергии. Данное оборудование представляет собой электроустановки, предназначенные для преобразования (повышения или понижения) напряжения в сети переменного тока. Применяются для предоставления возможности потребителю получать электроэнергию соответствующего класса напряжения (низкого, среднего).

Согласно главе 4.2 «Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ», утвержденной Приказом № 242, трансформаторная подстанция – электроустановка, предназначенная для приема, преобразования и распределения энергии и состоящая из трансформаторов, РУ, устройств управления, технологических и вспомогательных сооружений (п. 4.2.6); комплектная трансформаторная ПС (КТП) – ПС, состоящая из трансформаторов, блоков (КРУ и КРУН) и других элементов, поставляемых в собранном или полностью подготовленном на заводе-изготовителе к сборке виде (п. 4.2.10); столбовая трансформаторная ПС (СТП) – открытая трансформаторная ПС, все оборудование которой установлено на одностоечной опоре ВЛ на высоте, не требующей ограждения ПС (п. 4.2.11); мачтовая трансформаторная ПС (МТП) – открытая трансформаторная ПС, все оборудование которой установлено на конструкциях (в том числе на двух и более стойках опор ВЛ) с площадкой обслуживания на высоте, не требующей ограждения ПС (п. 4.2.11).

При решении вопроса об отнесении трансформаторных подстанций к объектам налогообложения налогом на имущество организаций необходимо учитывать следующее.

В силу пункта 1 статьи 130, пункта 1 статьи 141.3 ГК РФ, частей 6 и 7 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» трансформаторные подстанции, созданные в результате строительства в качестве зданий нежилого назначения или сооружений, которые связаны с землей так, что их перемещение без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, относятся к объектам недвижимости, в отношении которых осуществляется государственный кадастровый учет и права на которые подлежат государственной регистрации.

Трансформаторные подстанции, относящиеся к объектам движимого имущества, например, представляющие собой некапитальные строения, сооружения, не обладающие признаками недвижимости (п. 2 ст. 130 ГК РФ, п. 10.1, 10.2 ст. 1 ГрК РФ), не признаются объектами налогообложения налогом на имущество организаций.

Как усматривается из определений, данные виды трансформаторных подстанций изначально поставляются в собранном или полностью подготовленном к сборке виде, установка трансформаторных подстанций шкафного типа осуществляется посредствам закрепления рамы ТП на ж/б приставки, которые, в свою очередь, устанавливаются в котлованы в земле без применения капитального фундамента. КТП киоскового типа также могут быть установлены при помощи стоек (УСО), а также ж/б блоков, не заглубляемых в землю.

Приведенные выше типы трансформаторных подстанций, а также их опорные конструкции (ж/б стойки, приставки, блоки) не имеют неразрывной связи с землей, возможен их демонтаж, не нарушающий их свойств и характеристик, перемещение и повторное применение после демонтажа.

Трансформаторные подстанции в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: трансформатор силовой 10 кВ; ТМГ-160/10/0,4; КТП 6-18 ПС Шишовка (инвентарный номер 13022724/Л).

Оценивая реклоузеры, как объекты движимого/недвижимого имущества суды исходят из следующего.

Функция реклоузеров – автоматическое отключение отрезка (секции) линии электропередачи в случае возникновения перегрузки (например, короткого замыкания) в этой секции или при технологической необходимости. Функции реклоузеров по делению электрической сети могут быть выполнены при помощи классических пунктов секционирования или классических разъединителей или управляемых разъединителей. Реклоузер – это автоматический секционирующий пункт на базе вакуумного выключателя. Секционирующий пункт – пункт, предназначенный для секционирования (с автоматическим или ручным управлением) участка линий 6-20 кВ.

Влияние отсутствия (демонтаж) – реклоузеры применяются для автоматического управления электрической сетью. В материалы дела не представлены доказательства наличия нормативного документа, который бы предписывал необходимость использования реклоузеров в электрической сети. То есть они не являются необходимым элементом электрической сети, а используются для удобства и улучшения их эксплуатационных характеристик.

Реклоузеры в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: реклоузер 10 кВ; Rec15_AI-10-12.5/630; РЕК3 ВЛ № 03 ПС Липовка (инвентарный номер 13023163/Л).

По существу вакуумных выключателей, элегазовых и масляных выключателей суды считают следующее.

Функция выключателей – автоматическое отключение части электрической сети в случае возникновения перегрузки (например, короткого замыкания) в этой секции или при технологической необходимости. Применяется на подстанциях в распределительных устройствах для защиты элементов электрической сети.

Влияние отсутствия (демонтаж) – часть сети, подключенная только к данному присоединению, не будет защищена от аварий путем ее автоматического отключения.

Выключатели в соответствии с ОК 013-2014 (СНС 2008) относятся к машинам и оборудованию (код 330 00.00.00.000) и не относятся к зданиям и сооружениям.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: выключатель нагрузки; ВН1 ВЛ 6 кВ № 01 ПС Рамонь-1 (инвентарный номер 13024350-00).

При решении вопроса об отнесении волоконно-оптических линий связи (ВОЛС) к объектам налогообложения налогом на имущество организаций необходимо учитывать следующее.

Требования к строительству волоконно-оптических линий связи (ВОЛС) установлены в Правилах проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи, утвержденных Минэнерго России 27.12.2002 и Минсвязи России 24.04.2003 (далее – Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи).

Вопрос об отнесении волоконно-оптических линий связи к объектам движимого или недвижимого имущества должен решаться в соответствии с содержанием правовых норм Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» (далее – Закон о связи).

Согласно ч. 7 ст. 2 Закона о связи к линиям связи относятся как движимое имущество – линии передачи, физические цепи, так и линейно-кабельные сооружения связи, которые в силу п. 1 ст. 8 Закона о связи относятся к недвижимому имуществу.

Таким образом, под волоконно-оптической линией связи может пониматься как размещенный в грунте волоконно-оптический кабель, так и линейно-кабельное сооружение связи с размещенным в нем волоконно-оптическим кабелем (либо без такового).

Исходя из норм отраслевого законодательства, к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, относится имущество, которое с учетом функционального назначения используется для передачи электроэнергии.

При этом ни глава 1.2 «Электроснабжение и электрические сети», ни глава 2.5 «Воздушные линии электропередачи напряжением выше 1 кВ», ни глава 4.2 «Распределительные устройства и подстанции напряжением выше 1 кВ» Правил устройства электроустановок не указывают в качестве элемента электрических сетей ВОЛС, поскольку ВОЛС не предназначен и не может служить средством для передачи и распределения электрической энергии.

Термины «волоконно-оптическая линия связи (ВОЛС)» и «волоконно-оптическая линия передачи (ВОЛП)» согласно сложившейся в отрасли связи практике используются в узком смысле для обозначения волоконно-оптических кабелей, которые не являются сооружениями связи и не относятся к объектам недвижимости.

Исходя из Правил проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи, оптический кабель (ОК): кабельное изделие, содержащее оптические волокна, объединенные в единую конструкцию, обеспечивающую передачу световых сигналов в заданных условиях эксплуатации.

Назначение ВОЛС – передача информации. Для подвеса оптического кабеля используются элементы линий энергопередач и трансформаторных подстанций, которые приспособлены для размещения кабеля связи, но функционально и технологически не взаимосвязаны и не образуют единое целое с другими сооружениями связи. При перемещении объекта его назначение не изменяется, объекты также выполняют работу по передаче информации. В результате перемещения и повторного монтажа спорных объектов влияние на назначение объектов (выполнений функций по передачи информации) не происходит. Спорные объекты, смонтированные на новом месте, обеспечивают выполнение своего назначения (передачу информации) в полном объеме.

В связи с чем, системы связи оптоволоконные (кабель оптический) не могут быть квалифицированы в качестве недвижимого имущества.

Обществом в материалы дела представлены документы в отношении спорных основных средств: волоконно-оптическая линия связи (ВОЛС) (инвентарный номер 2020225/И).

ВОЛС налогоплательщика состоят из кабеля ВОЛС, шкафов телекоммуникационных, оборудования ВОЛС, муфт, отпаек. Кабели и коммутационное оборудование, которые образуют ВОЛС, не являются объектами недвижимого имущества. Основные средства ВОЛС образованы движимым имуществом – оптическим кабелем и оконечным оборудованием.

Инспекция не представила каких-либо доказательств, что в состав линии связи помимо волоконно-оптической системы входило какое-либо оборудование или иное имущество, которое могло бы быть отнесено к недвижимости. Также налоговым органом не представлены в материалы дела доказательства того, что на возведение спорных объектов общество получало разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию.

Кроме того, право собственности на волоконно-оптическую линию связи не может быть зарегистрировано. По смыслу п.п. 1 п. 3 Положения об особенностях государственной регистрации права собственности и других вещных прав на линейно-кабельные сооружения связи, утвержденного постановлением Правительства РФ от 11.02.2005 № 68 (действовало до 27.08.2021), физические цепи (кабеля) относятся к движимому имуществу.

Кроме того, обществом получены отказы в государственной регистрации спорного имущества – уведомление Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области от 29.09.2017 № 76/024/006/2017-084, уведомление Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области от 07.07.2016 № 09-08/35288-16, сообщения об отказе в государственной регистрации Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области от 27.01.2017 № 33/016/030/2016-876, от 27.01.2017 № 33/016/030/2016-899, от 27.01.2017 № 33/016/030/2016-901 от 27.01.2017 № 33/016/030/2016-904, от 27.01.2017 № 33/016/030/2016-905 (т. 2 л.д. 140 – 149).

Все спорные объекты ВОЛС приняты на учет обществом в качестве отдельных инвентарных объектов основных средств, что соответствует гл. 30 НК РФ и Положению ПБУ 6/01. Постановка на учет объектов ВОЛС как отдельных инвентарных объектов носит объективный характер и обусловлена наличием раздельного технологического назначения воздушных линий электропередач (ВЛ) и трансформаторных подстанций (ТП), которые приспосабливаются для размещения ВОЛС (передача и трансформация электроэнергии для первых и передача информации для ВОЛС), а также фактическим размещением ВОЛС на уже построенных и ранее функционировавших ВЛ и ТП. Эксплуатация налогоплательщиком ранее ВЛ и ТП без ВОЛС свидетельствует об отсутствии их неразрывной связи.

Таким образом, в составе ВОЛС налогоплательщика объекты недвижимого имущества отсутствуют.

Относя спорные объекты к недвижимому имуществу, налоговый орган фактически обосновывал свои выводы единым функциональным значением всего оборудования в целях реализации предпринимательской деятельности общества – услуг по передаче электрической энергии.

Данные доводы были повторены и в ходе рассмотрения апелляционной жалобы.

При этом в оспариваемом решении налогового органа не заявлено возражений относительно правомерности учета налогоплательщиком спорного имущества в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), спорные объекты основных средств общества правомерно учтены налогоплательщиком в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества и относятся к категории «машины и оборудование», которые по своему характеру не могут относиться к недвижимому имуществу.

Имеющиеся в НК РФ и бухгалтерском учете критерии признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств не позволяют признать все объекты электросетевого хозяйства как одну (единую) недвижимую вещь.

Налогоплательщик не может поставить на бухгалтерский учет единый сложный технологический объект (энергетическая система (энергосистема), электроэнергетическая система, электрическая сеть), включающий в себя совокупность различных электроустановок, так как такой объект не содержится в ОК 013-2014 (СНС 2008).

Общество изначально вело учет имущества, аналогичного спорному, в качестве самостоятельных инвентарных объектов, основываясь на:

разнице во времени их ввода в эксплуатацию;

различное территориальное расположение;

различие выполняемых функций.

Указанное подтверждает отсутствие у заявителя намерения осуществлять «искусственное разделение» некоего единого объекта.

Поэтому предложенный Инспекцией учет объектов электросетевого хозяйства в качестве единого неделимого объекта не соответствует положениям главы 30 НК РФ, Положению ПБУ 6/01, ОК 013-2014 (СНС 2008).

Также Инспекция полагала, что основанием для объединения объектов электросетевого хозяйства в единый неделимый объект (единый объект недвижимости) является и то, что объекты электросетевого хозяйства представляют собой сложный производственно-технологический комплекс, состоящий из совокупности оборудования, устройств и установок, предназначенных для выполнения определенной работы, объединены единым назначением, между которым присутствует неразрывная технологическая связь.

Однако данные обстоятельства в силу изложенных выше положений пункта 1 статьи 374 НК РФ, пунктов 5 и 6 Положения ПБУ 6/01 не могут являться основанием для вывода о квалификации всего имущества налогоплательщика как подлежащего налогообложению. Объединение указанного имущества в единый производственный комплекс осуществлено в целях определения режима оборота имущества и его более выгодной реализации на торгах при банкротстве, что само по себе не может предопределять условия налогообложения имущества.

В данном случае налоговым органом не доказано, что воздушные линии электропередач (ВЛ); воздушные линии с самонесущими изолированными проводами (ВЛИ); кабельные линии электропередачи; воздушные линии с защищенными проводами (ВЛЗ); волоконно-оптическая система (ВОЛС); трансформаторы; силовые трансформаторы; устройства защиты линии, дуговой защиты; вакуумные выключатели; шкафы; цифровые каналы связи; ячейки; блоки питания; счетчики; панели релейной защиты; устройства комплектного питания; панели регулирования напряжения; панели защиты минимального напряжения; панели автоматики Т-1, Т-2; оборудование связи мультиплексор, прочие объекты (всего в количестве 26 333 единицы) являлись частью капитальных сооружений и зданий.

Ни факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, ни объединение имущества налогоплательщика в имущественный комплекс для целей совершения сделок с ним (купли-продажи, передачи в залог и т.п.) не являются достаточными основаниями для квалификации всех входящих в такой комплекс вещей, в том числе частей конструктивно-сочлененного объекта, как объектов налогообложения по налогу на имущество организаций.

Имущество, правомерно учтенное налогоплательщиком в качестве самостоятельных инвентарных объектов движимого имущества (машины и оборудование), в том числе объекты, не являющиеся частями зданий и сооружений, либо выступающие частями зданий и сооружений, но не подлежащие учету в составе комплекса конструктивно сочлененных предметов (требующие периодического обновления в силу существенно меньшего срока предполагаемой эксплуатации в сравнении со сроком полезного использования всего здания или сооружения и (или) не вносящие существенного вклада в стоимость соответствующего комплекса), не облагается налогом на имущество организаций.

Изложенный подход согласуется с правовыми позициями, включенными в Обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации: п. 31 обзора № 4 от 25.12.2019 (2019), п. 34 Обзора № 3 от 10.11.2021 (2021), п. 25 Обзора № 4 от 16.02.2022 (2021).

Судами установлено, что указанное оборудование приобреталось в разное время и располагалось на различных земельных участках.

Сами по себе указанные спорные объекты не отвечают признакам недвижимого имущества ввиду отсутствия неразрывной связи с землей и наличия реальной возможности их демонтажа без несоразмерного ущерба для имущества.

Для определения у объекта признака прочной связи с землей, при которой его перемещение без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, нужно установить, что объект имеет связь с заглубленным фундаментом, на котором он расположен, при разрыве которой (в рамках демонтажа) работы по демонтажу объекта представляют собой не только процесс демонтажных работ обратный процессу монтажа объекта, но и требуют проведение иных работ, не имевших место при монтаже объекта. В то же время отсутствие признака прочной связи с землей квалифицирует объект как движимое имущество, в связи с чем, последующий монтаж и эксплуатация повторно монтируемых объектов движимого имущества позволяет использовать объект по тому же назначению, по которому он использовался ранее.

Фактически линии электропередачи, трансформаторные и иные подстанции, распределительные пункты и иное оборудование налогоплательщика не имеют прочной связи с землей, могут быть демонтированы без нанесения несоразмерного ущерба их назначению, имеют самостоятельное функциональное предназначение и не входят в состав единого производственно-технологического комплекса в соответствии с критериями, установленными в статье 133.1 ГК РФ.

В решении Инспекции № 1966 не приведено доказательств невозможности демонтажа, перемещения спорных объектов без нанесения им несоразмерного ущерба.

Перечень имущества, относящегося к линиям энергопередачи, сооружений, являющихся их неотъемлемой технологической частью, утвержденный постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504, не содержит перечисление неподвижных объектов, имеющих с землей прочную связь, которые без соответствующего ущерба их назначению переместить невозможно и являются недвижимыми по смыслу ст. 130 ГК РФ, как и критериев отнесения имущества к категории движимого или недвижимого.

Кроме того, по инициативе Минэнерго России постановлением Правительства РФ № 578 от 24.04.2020 имущество, относящееся к линиям энергопередач, а также сооружения, являющиеся их неотъемлемой частью, исключены из Перечня имущества, утвержденного постановлением Правительства РФ № 504 от 30.09.2004. То есть в проверяемом налоговом периоде (2020 год) данный перечень в указанной части не действовал.

В рамках налоговой проверки на основании постановления № 1 от 19.06.2024 о назначении технической экспертизы проведена экспертиза, результаты которой оформлены заключением эксперта ООО «Федерация экспертов Саратовской области» ФИО6 № 183/2024 от 19.07.2024 (т. 1 л.д. 148 – 171).

В свою очередь обществом, проведена самостоятельная экспертиза по вопросам, поставленным налоговым органом в постановлении № 1 от 19.06.2024. Заключение эксперта Научно-исследовательским институтом Липецкого государственного технического университета (НИИ ЛГТУ) ФИО7 № 20-179/20 от 04.09.2024 (т. 1 л.д. 172 – 222) представлено налогоплательщиком в материалы налоговой проверки и рассмотрено налоговым органом в ходе рассмотрения материалов проверки.

Судами исследованы представленные в материалы дела заключения обоих экспертов.

Согласно заключению эксперта ФИО6 № 183/2024 линия электропередачи только в совокупности со всеми устройствами, в том числе трансформаторными подстанциями, опорами линий электропередач и т.п., составляющими единый функциональный комплекс, могут являться объектами недвижимости. Однако данное заключение не содержат оснований, которые опровергают доводы налогоплательщика об отнесении линий электропередачи классом напряжения 10 кВ и ниже именно к движимому имуществу, не приведено доводов обосновывающих необходимость учета 23 690 линий электропередачи напряжением до 10 кВ как один (единый) сложный объект. При этом включение в состав линии электропередачи оборудования, на чем настаивает эксперт ФИО6, не может привести к возникновению объекта недвижимости, если сам объект, в которое такое оборудование подлежит включению, таким объектом не является. Эксперт приходит к выводу о том, что исключение одновременно всего указанного в качестве движимого имущества из работы может привести в конечном итоге к нарушению требований к бесперебойному снабжению потребителей электрической энергией. Однако потенциальное нарушение надежности передачи электроэнергии не свидетельствует о том, что все объекты, участвующие в передаче электроэнергии, становятся из-за этого объектами недвижимости.

В заключении эксперта ФИО7 № 20-179/20 от 04.09.2024 проанализированы случаи отключения различных типов объектов электросетевого хозяйства и сделан вывод о том, что несоразмерного ущерба их назначению и назначению прочих объектов электрической сети во всех случаях не происходит. Исключение отдельных позиций оборудования не может привести к какому-либо нарушению в работе всей электрической сети, так и отдельных линий электропередачи. Само по себе кратковременное нарушение требований к бесперебойному снабжению потребителей электрической энергией с последующим возобновлением их снабжения нельзя признать несоразмерным ущербом их назначению.

Более того, исходя из технического описания назначения и характеристик спорного имущества, в том числе оборудования, приведенного в заключении № 183/2024 и в заключении № 20-179/20, подтверждается наличие его самостоятельного функционального назначения.

Инспекцией не представлено достаточных и достоверных доказательств, позволяющих квалифицировать спорные объекты как недвижимые, и как следствие, подлежащие обложению налогом на имущество организаций.

Также следует отметить, что в соответствии с пунктом 1, подпунктом 1 пункта 4 статьи 374 НК РФ (в редакциях Федеральных законов от 03.08.2018 № 302-ФЗ и от 29.09.2019 № 325-ФЗ) возникновение обязанности по уплате налога на имущество организаций после 01.01.2019 по общему правилу связывается с наличием у налогоплательщика недвижимого имущества, за исключением земельных участков, учитываемого на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

До 01.01.2019 объектом налогообложения по налогу на имущество организаций признавалось движимое и недвижимое имущество, однако движимое имущество, принятое с 01.01.2013 на учет в качестве основных средств, законодателем в соответствующие налоговые периоды освобождалось от налогообложения (пункт 25 статьи 381 НК РФ, введенный в действие Федеральным законом от 24.11.2014 № 366-ФЗ), либо не включалось в объект налогообложения (подпункт 8 пункта 4 статьи 374 НК РФ, введенный Федеральным законом от 29.11.2012 № 202-ФЗ).

Из анализа приведенных положений следует, что воля законодателя последовательно направлена на сокращение бремени налогообложения в отношении той части активов налогоплательщиков, которая представлена движимым имуществом и, соответственно, на стимулирование организаций к инвестированию в средства производства, к их модернизации, приобретению новых и развитию существующих средств производства.

Осуществляя вложения в обновление средств производства, налогоплательщик вправе точно знать, какие налоговые последствия будет иметь процесс инвестирования, и не должен сталкиваться с неопределенностью в сфере налогообложения (пункт 6 статьи 3 НК РФ), что имело бы место в ситуации, когда отнесение того или иного имущества к объекту обложения проводится не по ясным формализованным критериям, а в значительной мере зависит от усмотрения налоговых органов относительно наличия или отсутствия различных признаков имущества, требовало бы проведения в каждом случае экспертиз и исследований.

На основании вышеизложенного суд области пришел к правильному выводу, что оснований для взимания налога на имущество организаций со стоимости спорных объектов не имеется, у Инспекции отсутствовали основания для указания в пунктах 3.1 и 3.2 обжалуемого решения недоимки в размере 107 318 366 руб., а также предложения ее уплатить.

В силу ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части (пункт 3 части 4 статьи 201 АПК РФ).

Таким образом, суд правомерно признал недействительным решение Инспекции об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 1966 от 09.09.2024, возложив на налоговый орган обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть признаны состоятельными по указанным ранее основаниям, а также в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Указанная норма АПК РФ закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.

Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.

Достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих собственную правовую позицию, заявитель жалобы в материалы дела не представил.

Налоговым органом не доказано, что имелись основания и возможность учета всего спорного имущества в качестве единого инвентарного объекта, не приведено фактов искусственного разделения налогоплательщиком единого объекта недвижимости на отдельные части с целью уменьшения уплаты налога на имущество организаций.

Распространение правового режима сложной вещи (статья 134 ГК РФ) или единого недвижимого комплекса (статья 133.1 ГК РФ) на всю совокупность вещей, включающих в себя как движимое, так и недвижимое имущество, продиктовано целями гражданского оборота, связанными с обеспечением его стабильности (удобство совершения одной сделки в отношении всей совокупности вещей, поддержание ценности лота при продаже на торгах имущественного комплекса и т.п.), что не тождественно целям налогообложения, состоящим в обеспечении равного и экономически обоснованного налогообложения, соблюдении формальной определенности правил налогообложения. Требование экономического основания налога (пункт 3 статьи 3 НК РФ) предполагает зависимость расчета налога на имущество организаций от фактических характеристик облагаемого имущества.

Само по себе наличие технологической взаимосвязи спорных объектов электросетевого хозяйства (которые приобретались налогоплательщиком в различный период времени и расположены на отдельных земельных участках), факт использования имущества по общему назначению, предопределенному технологией производства, не является основанием для признания их единым объектом недвижимости в целях налогообложения.

Общество подтвердило правомерность учета спорных объектов как самостоятельных инвентарных объектов основных средств в составе машин и оборудования, а налоговый орган - не опроверг правильность учета объектов и не доказал наличие оснований для учета спорных объектов в составе зданий и сооружений.

Вопреки позиции налогового органа, выводы, к которым пришел эксперт ФИО6 в заключении № 183/2024, не доказывают наличие у спорных объектов критериев недвижимости, предусмотренных ст. 130 ГК РФ, и при этом не опровергают избранный обществом порядок бухгалтерского учета спорного имущества. Также данное экспертное заключение не опровергает правомерность классификации спорного имущества в качестве оборудования, подлежащего учету в виде отдельных инвентарных объектов.

Налоговый орган указывал на то, что суд не применил приказ Минпромэнерго РФ № 295 от 01.08.2007 «О перечнях видов имущества, входящего в состав единого производственно-технологического комплекса организации-должника, являющейся субъектом естественной монополии топливно-энергетического комплекса» (далее – Приказ № 295), который утратил силу лишь 25.01.2021, значит, подлежал применению к спорным правоотношениям.

Вместе с тем, приказом Минэнерго России № 1064 от 30.11.2020 вышеуказанный приказ признан не подлежащим применению.

Кроме того, предметом правового регулирования Приказа № 295 являлись правоотношения, возникающие при определении имущества, включаемого в единый производственно-технологический комплекс, в случаях обращения взыскания на такое имущество в рамках проведения процедур банкротства. Соответственно действие Приказа № 295 ограничено исключительно рамками указанных правоотношений и не распространяются на иные отношения, связанные с отнесением электросетевого имущества к движимому или недвижимому.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Доводы заявителя жалобы фактически сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции обстоятельств спора и не могут быть признаны состоятельными по вышеуказанным основаниям.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом не нарушены.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ заявитель апелляционной жалобы освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, вопрос о распределении судебных расходов судом не рассматривается.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 АПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 22.10.2025 по делу № А14-5693/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.А. Пороник

Судьи Е.А. Аришонкова

О.Ю. Бугаева