Решение по делу № А24-4271/2024 от 16.06.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский Дело № А24-4271/2024

16 июня 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 июня 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 16 июня 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Биг фиш» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 1 700 240 руб.,

при участии:

от истца: ФИО1 – лично, паспорт, Поступинский И.В. – представитель по доверенности от 01.11.2024 (сроком до 31.12.2025), удостоверение адвоката № 242,

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 20.12.2024 (сроком на 1 год), диплом № ю/5127,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, Предприниматель; место жительства: 683009, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Биг фиш» (далее – ответчик, Общество; адрес: 684016, <...>) о взыскании 1 700 240 руб., включающих 1 530 146 руб. долга по оплате дополнительных услуг (пункт 3.11 договора) и 329 229,20 руб. пеней (из них: в сумме 23 200 руб. за период с 13.01.2024 по 13.02.2024 в связи с просрочкой оплаты основных услуг и в сумме 146 894 руб. за период с 27.03.2024 по 01.07.2024 в связи с просрочкой оплаты дополнительных услуг), с последующим взысканием пеней, начисляемых на сумму задолженности по оплате дополнительных услуг, по день фактической оплаты долга (в ред. заявления от 02.10.2024).

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 310, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору возмездного оказания услуг в сфере рыбоводства/рыболовства от 01.01.2023 № 6-И.

Ответчик в отзыве на иск выразил несогласие с заявленными истцом требованиями в части взыскания стоимости дополнительных услуг и начисленной на нее неустойки. Общество утверждает, что все оказанные истцом услуги охватывались предметом договора и установленной стоимостью услуг, а какие-либо дополнительные услуги, выходящие за пределы оплаченных, Предпринимателем не оказывалось. Считает пункт 3.11 договора незаключенным как не позволяющий раскрыть суть дополнительных услуг. Заявил о фальсификации истцом доказательств по делу, а именно: всех отгрузочных актов, положенных истцом в основу расчета стоимости дополнительных услуг, а также приложения № 1 к договору от 01.01.2023 № 6-И возмездного оказания услуг в сфере рыбоводства/рыболовства.

Протокольными определениями от 15.01.2025, 12.05.2025 суд в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств, предусмотренные статьями 303, 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, и поскольку истец отказался исключать оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу, принял к рассмотрению заявления ответчика о фальсификации доказательств и определил в качестве способа их проверки оценку представленных в дело доказательств в совокупности.

Выслушав в судебном заседании доводы и пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что 01.01.2023 между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор возмездного оказания услуг в сфере рыбоводства/рыболовства от 01.01.2023 № 6-И, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство оказывать заказчику услуги на условиях, определенных договором и его приложениями, а заказчик – принимать и оплачивать эти услуги в установленном договором порядке (пункт 2.1).

Согласно пункту 2.2 договора наименование, объем и состав услуг (в том числе и разовых услуг), подлежащих оплате заказчиком, определяются соглашением об уровне сервиса – приложением № 1.

Пунктом 3.1 договора определено, что стоимость услуг, оказываемых заказчику в рамках договора, составляет 1 800 000 руб. Как пояснили стороны в судебном заседании (по данному факту спора нет), указанная стоимость рассчитана, исходя из ежемесячной оплаты на 2023 год по 150 000 руб. в месяц.

Согласно пунктам 3.2, 3.3 договора во взаимосвязи с пунктом 2.2 договора стороны предусматривали выполнение в рамках договора периодических услуг, оплата которых производится на основании счета, выставляемого ежемесячно, и разовых услуг, счет на оплату которых выставляется исполнителем не позднее 5 рабочих дней с даты завершения оказания разовых услуг.

При этом регулярно оказываемые исполнителем периодические услуги заказчик оплачивает в порядке постоплаты в срок не позднее 5 рабочих дней с момента выставления счета на оплату (пункт 3.6), а разовые услуги, в случае их оказания, оплачиваются заказчиком на основании выставленного исполнителем отдельного счета в срок не позднее 5 рабочих дней с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки разовых услуг (пункт 3.7).

В соответствии с пунктом 3.11 договора, в случае фактического потребления заказчиком в оплаченном периоде периодических услуг в объеме большем, чем объем, указанный в оплаченном счете на оплату, исполнитель выставляет заказчику дополнительный счет за дополнительно оказанный объем периодических услуг. Стороны договорились, что основанием для принятия объема дополнительных услуг является «Отгрузочный АКТ на рыбу и нерыбные объекты промысла охлажденные и мороженные» (приложение № 2). Расчет стоимости производится, исходя из ставки 2 руб. за 1 кг объекта промысла мороженный. Заказчик обязуется произвести доплату по дополнительному счету в срок не позднее 5 рабочих дней с момента его выставления.

В случае просрочки в оплате услуг исполнитель вправе требовать от заказчика уплаты пени в размере 0,1 % от неоплаченной суммы за каждый день просрочки, но не более 20 % от просроченного платежа (пункт 7.5).

Во исполнение принятых на себя обязательств Предприниматель оказывал обществу различные услуги, связанные с организацией и контролем работы рыбоперерабатывающего предприятия, подготовкой предприятия к рыболовному промыслу и пр., что в целом сторонами по делу не оспаривается.

Согласованный договором порядок ежемесячного выставления счетов за периодические услуги исполнителем не соблюдался, по факту оказания услуг в 2023 году выставлено три счета, в том числе:

1) по пункту 3.1 договора выставлены счета на общую сумму 1 800 000 руб.:

– от 30.06.2023 № 9 на сумму 900 000 руб. (за январь-июнь 2023 года);

– от 29.12.2023 № 11 на сумму 900 000 руб. (за июль-декабрь 2023 года);

2) по пункту 3.11 договора выставлен счет от 31.12.2023 № 16 на сумму 1 530 146 руб. (дополнительный объем консалтинговых, информационных, консультационных услуг).

Относительно основного объема услуг по пункту 3.1 договора на общую сумму 1 800 000 руб. спора между сторонами нет.

По факту оказания этих услуг стороны без замечаний и возражений подписали акты сдачи-приемки от 30.06.2023 № 001-6-И и от 29.12.2023 № 002-6-И.

Оплата услуг произведена ответчиком тремя платежами, в том числе 20.12.2023 и 27.12.2023 перечислен 1 000 000 руб. (по 500 000 руб.), а остаток платежа в сумме 800 000 руб. перечислен платежным поручением от 13.02.2024 № 31.

Поскольку оплата основных услуг осуществлена заказчиком с нарушением установленного договором срока, Предприниматель выставил требование об оплате начисленной на несвоевременно оплаченную сумму 800 000 руб. неустойки, размер которой за период с 13.01.2024 по 13.02.2024 составил 23 200 руб. (претензия от 17.06.2024).

Стоимость дополнительных услуг, рассчитанная Предпринимателем на основании пункта 3.11 договора в сумме 1 530 146 руб. со ссылкой на прилагаемые отгрузочные акты, заказчиком не оплачена в полном объеме, в том числе и после получения претензии истца от 17.06.2024.

Несвоевременная оплата ответчиком основного объема услуг и неисполнение обязанности по оплате дополнительных услуг послужили основанием для обращения истца с рассматриваемым иском в суд.

Изучив содержание положенного в основание иска договора и документов, связанных с его исполнением, суд приходит к выводу, что между сторонами сложились отношения, регулируемые по правилам главы 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг), общими положениями о подряде (статьи 702-729) и положениями о бытовом подряде (статьи 730-739) в части, не противоречащей статьям 779-782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ), а также общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

Статьями 779, 781 ГК РФ определено, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Исходя из совокупного анализа приведенных правовых норм во взаимосвязи с положениями статей 702, 708, 709, 711, 720 ГК РФ, обязательственное правоотношение по договору возмездного оказания услуг состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства исполнителя оказать услуги надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 711 ГК РФ, если договором не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

В силу статей 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

Как видно из обстоятельств спора и следует из условий договора от 01.01.2023 № 6-И, целью заключения указанного договора являлось получение Обществом (заказчик) периодических услуг в сфере рыбоводства/рыболовства, определяемых приложением № 1 к договору, а также, при необходимости, разовых услуг (пункт 2.2) и возможных дополнительных услуг, под которыми стороны, исходя из буквального толкования пункта 3.11 договора по правилам статьи 431 ГК РФ, понимаются те же основные периодические услуги, но в объеме, превышающем объем, за который пунктом 3.1 договора установлена стоимость 1 800 000 руб.

Сведений об оказании Предпринимателем Обществу каких-либо разовых услуг материалы дела не содержат, истец о таких услугах не заявлял.

Факт оказания исполнителем (Предпринимателем) основных периодических услуг, охватываемых стоимостью 1 800 000 руб., подтверждается подписанными сторонами без замечаний и возражений актами сдачи-приемки от 30.06.2023 № 001-6-И, от 29.12.2023 № 002-6-И, и Обществом не оспаривается. Данные услуги полностью оплачены, но с нарушением установленного срока, в связи с чем истцом начислены предусмотренные договором пени за период с 13.01.2024 по 13.02.2024 составил 23 200 руб.

Рассмотрев требование истца в данной части, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). При этом в силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Следовательно, для привлечения лица к ответственности в виде неустойки необходимо установить факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения им принятых на себя обязательств, а также, с учетом положений статьи 331 ГК РФ, установить, что за нарушение данного обязательства договором либо законом установлена неустойка.

В рассматриваемом случае по условиям договора услуги подлежали оплате заказчиком в течение 5 рабочих дней с момента выставления счета.

Исполнитель выставил два счета (от 30.06.2023 № 9, от 29.12.2023 № 11) на сумму 900 000 руб. каждый (всего 1 800 000 руб.), соответственно счета подлежали оплате не позднее 07.07.2023 и 15.01.2024 соответственно.

Поскольку факт нарушения ответчиком установленного договором срока оплаты услуг материалами дела установлен, а соглашение о неустойке сторонами достигнуто (пункт 7.5 договора), требование о применении к Обществу гражданско-правовой ответственности в виде неустойки за нарушение срока оплаты услуг заявлено истцом правомерно.

Истец просит пени, начисленные лишь на несвоевременную оплату части стоимости услуг в размере 800 000 руб., которая, с учетом ранее поступивших платежей, являлась задолженностью по счету от 29.12.2023 № 11 и подлежала внесению не позднее 15.01.2024, но фактически оплачена платежным поручением от 13.02.2024 № 31.

В уточненном иске период просрочки указан с начальной датой 13.01.2024, что является неверным, поскольку фактически началом периода просрочки оплаты счета от 29.12.2023 № 11 является 16.01.2024.

Вместе с тем, неправильно указав дату начала просрочки, истец, в то же время, верно определил количество дней просрочки – 29 дней, что соответствует количеству дней в периоде просрочки с 16.01.2024 по 13.02.2024 – и правильно рассчитал итоговую сумму пеней, которая составила 23 200 руб. и не превышает пределов, установленных пунктом 7.5 договора.

В данной связи требование истца о взыскании с ответчика договорной неустойки в сумме 23 200 руб., начисленной за несвоевременную оплату основных периодических услуг, суд признает нормативно обоснованным, доказанным и подлежащим удовлетворению.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика стоимости дополнительных услуг (пункт 3.11 договора) и начисленной на нее неустойки за просрочку оплаты, суд пришел к следующему выводу.

Как отмечено ранее, буквальное толкование содержащихся в пункте 3.11 договора слов и выражений свидетельствует о том, что под указанными в данном пункте дополнительными услугами понимаются все те же основные периодические услуги (приложение № 1 к договору), но в объеме, превышающем объем, за который пунктом 3.1 договора установлена стоимость 1 800 000 руб.

В материалы дела представлено приложение № 1 к договору, о фальсификации которого заявлено ответчиком, именуемое как соглашение об уровне сервиса, состоящее из общих положений, наименования и состава услуг, зоны ответственности оператора (исполнителя). Приложение имеет подпись только со стороны Предпринимателя, но со стороны Общества проставлена печать юридического лица.

Оценивая доводы ответчика о фальсификации указанного доказательства, суд, прежде всего, отмечает ссылку на это приложение по тексту договора, то есть, заключая договор, ответчик мог и должен был, действуя разумно и осмотрительно, ознакомиться с таким приложением, изучить и подписать его, неся соответствующие гражданско-правовые последствия от неисполнения указанных действий.

Также суд учитывает наличие печати Общества на тексте приложения № 1, о выбытии которой ответчик в установленном порядке не сообщал и доказательств передачи печати в распоряжение Предпринимателю не представил, в связи с чем его доводы о допуске истца к печати Общества оцениваются судом критически.

Кроме того, суд исходит из содержания приложения № 1, иных документов и фактических (не оспариваемых ответчиком) действий, которые выполнял Предприниматель для Общества. В частности, из представленных истцом заявлений в орган санитарно-ветеринарного контроля, актов отбора проб от 18.07.2023, объяснений инспектору государственного контроля от 28.11.2023, скриншотов электронной переписки следует, что фактически Предприниматель, действуя как исполнитель в рамках спорного договора, выполнял функции заведующего производством рыбоперерабатывающего завода Общества и действовал от имени Общества во взаимоотношениях с третьими лицами, указывая именно такую должность либо ссылаясь, что является представителем Общества по доверенности.

Краевое государственное бюджетное учреждение «ФИО3 районная станция по борьбе с болезнями животных» в ответ на определение суда об истребовании доказательств сообщило, что в период путины 2023 года в Обществе работал ФИО1 в должности заведующего производством и за его подписью в учреждение поступали заявления на проведение экспертизы отгружаемой продукции. К ответу на запрос приложены заявления и накладные, подписанные истцом от имени Общества как заведующим производством РПЗ.

Учитывая, что истец не состоял с ответчиком в трудовых отношениях, что подтвердил представитель Общества, перечисленные доказательства подтверждают факт оказания Предпринимателем услуг ответчику именно в рамках заключенного сторонами договора возмездного оказания услуг.

При этом характер оказанных истцом услуг охватывается содержанием соглашения об уровне сервиса – приложения № 1 к договору, а именно: организация и контроль работы рыбоперерабатывающего предприятия, что в целом соответствует функциям заведующего производством рыбоперерабатывающего завода, как позиционировал себя Предприниматель в этих правоотношениях, и согласуется с пунктом 3 приложения № 1 к договору, определяющим зону ответственности исполнителя (его функции).

В частности, среди основных обязанностей перечислены организация и контроль работы предприятия, осуществление методического руководства и координация деятельности всех подразделений, отделов и производственных цехов РПП, контроль ведения журнала температурного режима я морозильных камерах хранения готовой продукции, контроль наличия и правильность ведения технической документации, необходимой на всех этапах производства (различного рода сертификатов, удостоверений качества и безопасности продукции, ветеринарных свидетельств, санитарно-эпидемиологических заключений, актов испытаний, удостоверений и т.д.), осуществление общего руководства работой предприятия по соблюдению требований норм и правил, техники безопасности, санитарно-эпидемиологических требований сотрудниками на подведомственных участках, цехах РПП, обеспечение выполнения требований действующих внутренних положений, правил, норм, инструкций, приказов, а также указаний и предписаний органов государственного надзора, осуществление ежедневного контроля готовности предприятия к работе, контроль соблюдения технологического процесса производства, обеспечение своевременности приемки и отгрузки сырья, готовой продукции, материалов, оборудования и иного рода товаров в соответствии с поступившими заявками, заключенными Обществом договорами, осуществление мер по проверке соответствия грузов перевозочным документам, осуществление производственного контроля и пр.

Совокупность изложенных обстоятельств позволяет суду признать заявление ответчика о фальсификации истцом приложения № 1 к договору необоснованным.

При этом следует отметить противоречивость поведения ответчика, который, с одной стороны, заявляет о фальсификации данного доказательства, а с другой, сам ссылается на содержание приложения № 1 в обоснование довода о том, что все оказанные Предпринимателем услуги не выходили за пределы согласованных приложением № 1 услуг.

В равной степени несостоятельны и доводы ответчика о незаключенности договора в части пункта 3.11, поскольку его буквальное толкование позволяет определить, что дополнительными являются услуги, согласованные пунктом 3.1 и приложением № 1 (периодические услуги), но по объему превышающие объем услуг, охватываемых согласованной стоимость 1 800 000 руб.

В соответствии со статьями 1, 8, 421 ГК РФ физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права по своей воле и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора, либо иной сделки, хотя и не предусмотренной законом, но не противоречащей ему.

Договор подписан Обществом по своей воле и без принуждения, протокол разногласий к договору отсутствует, отметок о его наличии на договоре не имеется. Следовательно, Общество при заключении договора не возражало против согласованных выплат, что обеспечивало его интересы и цели достижения желаемого результата. В такой ситуации доводы ответчика о незаключенности договора подлежат отклонению на основании статей 1, 10 ГК РФ.

Вместе с тем правовых оснований для удовлетворения иска Предпринимателя в исследуемой части, основанной на положениях пункта 3.11 договора, суд не усматривает.

Исходя из положений статьи 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если названные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 4 статьи 1 ГК РФ, пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», далее – Постановление № 49).

При неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45 Постановления № 49).

Установить, кем именно подготовлен проект договора, в процессе рассмотрения дела не удалось, поскольку каждая из сторон отрицала факт его составления, а документов, позволяющих определить, от кого исходил оферта, материалы дела не содержат. В материалах дела имеется скриншот о направлении договора истцом в адрес бухгалтера Общества (как пояснил истец), однако Предприниматель утверждает, что направлял подписанный со своей стороны экземпляр договора, который получил от Общества.

Вместе с тем применительно к рассматриваемой ситуации с точки зрения приведенных правовых норм и разъяснений и применительно к предмету договора именно исполнитель (истец) в рамках сложившихся отношений является лицом, профессионально осуществляющим деятельность в сфере оказываемых по договору услуг, и поскольку доказательств тому, что проект договора готовил заказчик, материалы дела не содержат, толковать условия договора в части определения условий для оплаты дополнительных услуг, необходимо в пользу заказчика, являющегося в данном случае слабой стороной договора.

По смыслу гражданско-правового регулирования отношений сторон в сфере подряда и возмездного оказания услуг и согласно сложившейся правоприменительной практике основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ (оказанных услуг) является сдача результата работ (услуг) заказчику (статьи 702, 711, 740, 746 ГК РФ, пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (далее – Информационное письмо № 51)).

Таким образом, основанием для возникновения денежного обязательства на стороне Общества в рассматриваемом случае является выполнение Предпринимателем спорных дополнительных услуг в объеме, выходящем за пределы оплаченного, и передача заказчику их результата.

По общему правилу, установленному пунктом 4 статьи 753 ГК РФ, сдача результата работ (услуг) оформляется актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Оказание услуг может доказываться и иными документами, позволяющими достоверность установить факт их оказания, объем и характер услуг. Данный вывод следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990.

В то же время, как отмечено ранее со ссылкой на положения статей 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, одностороннее изменение которых не допускаются. Собственный интерес хозяйствующего субъекта не должен ограничивать применение принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ) и влиять на достигнутые сторонами договоренности, а основанные на них разумные ожидания должны уважаться правопорядком (пункты 1 и 2 статьи 1, статья 309 ГК РФ).

Истец в качестве доказательства оказания дополнительного объема услуг, ссылается пункт 3.11 договора и на представленные в дело отгрузочные акты, о фальсификации которых заявлено ответчиком, полагая, что в силу пункта 3.11 договора такие акты являются достаточным доказательством оказания дополнительных услуг.

Прежде всего, отклоняя доводы ответчика о фальсификации отгрузочных актов, суд обращает внимание, что все акты представлены в материалы дела в подлиннике, на актах проставлена печать Общества, о выбытии которой не заявлялось и факт передачи которой в распоряжение истцу не доказан. Также суд учитывает представленное в материалы дела нотариально удостоверенное подтверждение бывшего работника Общества ФИО4, подтвердившего факт подписания актов и одновременно опровергнувшего подписание служебной записки от 26.12.2024, представленной ответчиком как доказательство фальсификации актов. Кроме того, доказательств тому, что в действительности в спорный период перечисленная в актах продукция в указанных объемах не производилась, не перерабатывалась и не передавалась на склад, материалы дела не содержат, тогда как выданные заключения ветеринарной службы, напротив, подтверждают факт вылова и переработки рыбопродукции. При этом приложение № 1 возлагало на истца обязанность по оформлению различных сопроводительных документов. В данной связи оснований для признания отгрузочных актов сфальсифицированными у суда не имеется.

В то же время, не имеется и оснований для признания этих документов доказательством оказания истцом дополнительных услуг в объеме, превышающем оплаченный.

Как пояснял истец, в связи с началом путины возникла необходимость в получении ветеринарных документов на выловленную продукцию, объем которой и отражен в отгрузочных актах, а сопровождение процесса получения документации на рыбопродукцию и является тем самым дополнительным объемом услуг, не охваченным согласованной договором стоимостью.

Однако, исходя из объема функций, возложенных на истца как исполнителя по договору (приложение № 1 к договору), доводы Предпринимателя о том, что выполненные в период путины действия по получению ветеринарных документов на выловленную продукцию носили характер дополнительных услуг, выходящих за пределы изначально согласованного объеме, превышали объем изначально установленных услуг, несостоятельны.

В частности, договор заключен на весь 2023 год и предполагал регулярное выполнение Предпринимателем функций, указанных в приложении № 1 к договору, однако характер деятельности предприятия (вылов рыбопродукции и ее переработка), со слов самого же истца, предполагал, что необходимость выполнения тех или иных функций зависела от времени года и разного рода обстоятельств. В частности, одни действия определялись необходимостью подготовки к путине (начало года), другие – началом путины (летний период), третьи – ее завершением и т.п.; обеспечение приемки и отгрузки сырья обуславливалось самим фактом вылова рыбопродукции, то есть невозможно до начала путины (пункт 3.11 приложения); подготовка цехов для освидетельствования ставилась в зависимость от возникновения соответствующей необходимости (пункт 3.13). При этом необходимость ведение технической документации, необходимой на всех этапах производства, предусмотрена пунктом 3.3 приложения № 1 к договору (в том числе и ветеринарные свидетельства).

Следует отметить также, что по условиям договора отгрузочные акты являются лишь основанием для приемки дополнительных услуг, но не основанием для их оплаты, под которыми стороны понимали подписанный акт приема-передачи услуг, подлежавший составлению исполнителем по истечении каждого месяца договорного периода, передаче заказчику, которому предоставлялось время проверить достоверность информации, подписать акт, подтвердив приемку, либо направить мотивированный отказ в приемке (пункты 3.7, 4.1-4.4 договора).

Однако в рассматриваемом случае акты составлены исполнителем лишь на основные услуги с разбивкой на два полугодия и без отражения конкретного перечня выполненных действий. Обязанность по ежемесячному выставлению счетов истцом также не исполнялась (счета выставлены за полугодия).

Акт на дополнительные услуги с описанием характера дополнительного объема услуг, расшифровкой этих услуг, исполнитель не составлял и заказчику не направлял, нарушив, тем самым, порядок сдачи-приемки услуг, установленный разделом 4 договора, и лишив заказчика возможности своевременно проверить и возразить по предъявленному дополнительному объему. Причем истец указывает, что дополнительные услуги оказывались в летний период 2023 года, однако отгрузочные акты и счет на оплату дополнительных услуг направлен истцу лишь в марте 2024 года, хотя по условиям договора применительно к разовым услугам, схожим по характеру с дополнительными, счет на оплату таких услуг направляется не позднее 5 рабочих дней с даты их совершения.

Сами по себе отгрузочные акты по своему содержанию не определяют виды и объемы оказанных Предпринимателем услуг, а содержат лишь сведения об объеме переданной на склад рыбопродукции, что не позволяет их признать документом, подтверждающим факт оказания услуг, согласованных договором и приложением № 1 к нему.

Таким образом, совокупность установленных по делу обстоятельств не позволяет суду прийти к выводу, что Предприниматель оказал Обществу в 2023 году дополнительные услуги, выходящие за пределы согласованных объемов (приложение № 1), за которые стороны установили стоимость 1 800 000 руб. за год (или 150 000 руб. в месяц) и которые ответчиком уже оплачены.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании стоимости дополнительных услуг и начисленной на нее неустойки удовлетворению не подлежит.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с часть 1 статьи 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Таким образом, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (абзац второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1)).

Поскольку в результате рассмотрения дела требования истца удовлетворены частично, у Предпринимателя возникло право требовать возмещения судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением дела, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим (абзац второй пункта 2 Постановления № 1).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.01.2021 № 103-О в силу взаимосвязанных положений части 1 статьи 65, статьи 101, статей 106 и 110 АПК РФ возмещение стороне судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителя, может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение ею указанных расходов в действительности имело место.

В пункте 10 Постановления № 1 разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные судебные расходы, связанные с необходимостью оплаты услуг представителя, размер которых составил 50 000 руб.

В подтверждение понесенных расходов истцом представлено соглашение об оказании юридической помощи от 15.01.2024, заключенное с адвокатом Поступинским Иваном Владимировичем, по условиям которого адвокат принял на себя обязательство оказать истцу правовые услуги по вопросу, согласующемуся с предметом рассмотренного спора. Стоимость услуг определена в размере 50 000 руб.

Оплата услуг адвоката подтверждается квитанцией от 15.01.2024.

Фактическое оказание правовых услуг истцу подтверждается представленными в материалы дела процессуальными документами и совершенными представителем процессуальными действиями (участие в предварительном и судебных заседаниях).

Таким образом, размер понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг и относимость этих расходов к рассматриваемому делу документально подтверждены.

В соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ, пунктом 12 Постановления № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. То есть процессуальное законодательство связывает решение вопроса о возмещении судебных расходов с установлением разумности соответствующих требований участника процесса, понесшего эти расходы (часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Толкование данной нормы, данное Конституционным Судом Российской Федерации в определении № 454-О от 21.12.2004, предусматривает право суда уменьшить расходы на оплату услуг представителя в том случае, если суд признает их чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

В пункте 11 Постановления № 1 разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из изложенного следует, что при разрешении требования о возмещении судебных расходов суд при принятии решения о возмещении расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, обязан руководствоваться принципом разумности, поскольку такая обязанность является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. И в этом случае не имеет значения, доказала ли вторая сторона чрезмерность заявленных судебных расходов, поскольку уменьшение суммы расходов по оплате услуг представителя является правом суда в случае признания их чрезмерными.

Положения статьи 110 АПК РФ предоставляют суду право самостоятельно, по своему усмотрению, определить разумность пределов подлежащих взысканию со стороны судебных расходов. Реализация данного полномочия вытекает из принципа самостоятельности судебной власти, является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, и осуществляется им с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.

Разумными судебными расходами на оплату услуг представителя являются расходы, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при этом также учитываются объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления № 1).

Таким образом, разумность пределов заявленных расходов каждый раз определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела. Критерий разумности пределов расходов является оценочным, и закон не устанавливает ни минимального, ни максимального предела денежных сумм, выплачиваемых лицам, осуществляющим деятельность по оказанию юридических услуг.

В вопросах определения разумности понесенных расходов суд не связан стоимостью юридических услуг, согласованной представляемым лицом и его представителем в договоре на оказание юридических услуг, как и размером выплаченного представителю вознаграждения, поскольку выбор контрагента с определенной квалификацией и уровнем цен на услуги является безусловным правом заказчика, но не является доказательством разумности выплаченных в качестве судебных расходов сумм.

Сумма, подлежащая взысканию со стороны, определяется судом в разумных пределах в порядке статьи 71 АПК РФ в соответствии со своим внутренним убеждением на основе анализа материалов дела с учетом характера заявленного спора, объема и сложности работы, продолжительности времени, необходимого для ее выполнения квалифицированным специалистом.

Проанализировав степень участия представителя истца при рассмотрении дела, характер спора, правовую сложность рассмотренного дела, объем и характер оказанных юридических услуг, количество судебных заседаний, в которых представитель принимал участие, арбитражный суд признает заявленные представительские расходы в сумме 50 000 руб. разумными, обоснованными и соотносимыми с объемом и характером оказанных истцу услуг.

Очевидной неразумности понесенных истцом расходов и правовых оснований для снижения этой суммы суд не усматривает, а ответчик возражения по размеру расходов не заявил, доказательств существования иной (более низкой) стоимости аналогичных услуг, с учетом их объема и характера, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ суду не представил.

Как отмечено ранее, при частичном удовлетворении исковых требований судебных расходы подлежат возмещению истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

В рассматриваемом случае процент удовлетворенной части требований (23 200 руб.) от заявленной (1 700 240 руб.) составил 1,37 %, следовательно, понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя подлежат возмещению ему за счет ответчика в сумме 685 руб., что составляет 1,37 % от суммы фактически понесенных расходов (50 000 руб.).

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ также подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований, то есть в сумме 409 руб. (1,37 % от 30 002 руб.).

Излишне оплаченная истцом государственная пошлина в сумме 8 руб. подлежит возврату ему из федерального бюджета на основании подпункта 3 пункта 3 статьи 333.22, статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Биг фиш» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 23 200 руб. пеней, 409 руб. расходов по оплате государственной пошлины и 685 руб. расходов по оплате услуг представителя; всего – 24 294 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета 8 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья О.А. Душенкина