РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва Дело № А40-298291/24-100-1922

03 октября 2025 года

Резолютивная часть решения изготовлена 19 сентября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 03 октября 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Григорьевой И.М., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Фомченковым В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ГКУ «СОЦЭНЕРГО» (ИНН: <***>)

к ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭНЕРГОСТРОЙГАРАНТ», взыскании 45 299 894 руб. 93 коп.

в заседании приняли участие представители согласно протоколу судебного заседания

УСТАНОВИЛ:

ГКУ «СОЦЭНЕРГО» (далее-истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФИО1 (далее-ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭНЕРГОСТРОЙГАРАНТ», взыскании 45 299 894 руб. 93 коп.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительных пояснениях.

Ответчик, извещенный о дате, времени и месте проведения судебного заседания в соответствии со ст. ст. 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса РФ в судебное заседание не явился, заявлений и/или ходатайств, препятствующих рассмотрению дела по существу, не направил.

Дело рассмотрено без участия ответчика, в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ по материалам, представленным истцом и не оспоренным ответчиком.

Суд, рассмотрев исковые требования, заслушав правовую позицию полномочного представителя истца, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, считает заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материала дела, между истцом и ООО «Энергостройгарант» (ИНН <***>) (далее - Общество) были заключены Государственные контракты (далее при совместном упоминании - Контракты):

- от 31.07.2015 № 021-ОБСЛ на оказание услуг по обследованию учреждений здравоохранения и их филиалов, подведомственных Департаменту здравоохранения города Москвы, с проведением экспертизы технической возможности и экономической обоснованности установки узлов учета тепловой энергии и автоматизированных узлов учета тепловой энергии неразрушаемым методом контроля (далее - Контракт № 021-ОБСЛ).

-от 23.09.2014 № ПСД-001, ПСД-002, ПСД-003, ПСД-004, ПСД-005, ПСД-006, ПСД-007, ПСД-008 на разработку проектно-сметной документации на выполнение работ по оптимизации расходов на оплату энергоресурсов для учреждений здравоохранения и их филиалов, подведомственных Департаменту здравоохранения города Москвы и присоединенных к источникам поставки тепловой энергии в соответствии с территориальным признаком ресурсоснабжающих организаций (далее - Контракты № ПСД-001, ПСД-002, ПСД-003, ПСД-004, ПСД-005, ПСД-006, ПСД-007, ПСД-008). Выполненные по единой форме с идентичными условиями, за исключением суммы договора, адресного перечня, объема работ.

Обществом обязательства по контракту не исполнены, образовалась задолженность в общем размере 45 299 894,93 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2017 по делу A40-111017/17-52-1025 (Контракт № 021-ОБСЛ), требования Истца к Обществу были признаны обоснованными, иск удовлетворен на сумму неосновательного обогащения в размере 8 401 500,51 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.12.2017 по делу A40-111258/2017 (Контракты № ПСД-001, ПСД-002, ПСД-003, ПСД-004, ПСД-005, ПСД-006, ПСД-007, ПСД-008), требования Истца к Обществу были признаны обоснованными, иск удовлетворен полностью на сумму штрафа в размере 6 942 751,44 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2017 по делу A40-111264/17-14-913 (Контракты № ПСД-001, ПСД-002, ПСД-003, ПСД-004, ПСД005, ПСД-006, ПСД-007, ПСД-008), требования Истца к Обществу были признаны обоснованными, иск удовлетворен полностью на сумму неосновательного обогащения в размере 29 955 642,98 руб.

По ходатайству истца выданы исполнительные листы по вышеуказанным решениям, на основании которых возбуждены и прекращены исполнительные производства, в связи с исключением Общества из ЕГРЮЛ.

Согласно выписке от 07.05.2018 Общество исключено из ЕГРЮЛ.

На момент исключения Общества из ЕГРЮЛ его генеральным директором и единственным участником, владеющим 100 % долей Уставного капитала общества, являлся Ответчик.

Истец полагает, что Ответчик, как генеральный директор и участник Общества, не мог не знать о наличии у Общества обязательств перед Истцом, установленных вступившими в законную силу судебными актами.

Ответчик, зная о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ, не предпринимал никаких действий, направленных на прекращение либо отмену процедуры исключения Общества из ЕГРЮЛ, например, Ответчик мог направить в инспекцию федеральной налоговой службы заявление о несогласии с исключением Общества из ЕГРЮЛ, чего сделано не было, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в силу ст. 3 ФЗ № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно п. 2 ст. 21 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации, о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом при этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Гражданского кодекса РФ.

Исковое заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности подано истцом по месту нахождения юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ, что соответствует требованиям ст.ст.38, 225.1 АПК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В соответствии со ст. 3.1. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 9 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

На основании пункта 2 статьи 10 вышеназванного закона предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Из содержания вышеприведенных положений статей 9, 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ в их взаимосвязи следует, что сам факт неисполнения обязанности руководителем юридического лица по подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность для указанных выше лиц является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения возложенной на него законом обязанности. Причем не имеет значения, умышленно бездействует руководитель или нет.

В рамках разрешения вопроса о своевременности подачи заявления о банкротстве в арбитражный суд не требуется доказывать факт совершения ответчиком противоправных действий (бездействия), вызвавших несостоятельность юридического лица, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика (бездействием), выразившимся в неподаче заявления и наступившим вредом, поскольку несвоевременность подачи руководителем юридического лица подобного заявления является самостоятельным основанием для наступления субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного па то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

Обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.) (ст. 419 ГК РФ).

Суд отмечает, что исходя из правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Определение от 3 июля 2014 года N 1564-О, наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями.

В соответствии с п.4 ст. 65.2 ГК РФ участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Во всяком случае, если от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, то исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

В настоящем исковом заявлении истцом предъявлено требование о привлечении ответчиков к деликтной ответственности, вследствие причинения вреда их действиями (бездействием). Как указывал Конституционный суд, само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц. не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 ст. 3 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 16.04.2022) «Об обществах с ограниченной ответственностью» (закон об ООО) (постановление от 21.05.2021 №20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО2»).

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В пункте 2 статьи 62 ГК закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК).

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Закона о банкротстве).

Таким образом, после полученного удовлетворения, зная о наличии неисполненных обязательств перед должником, генеральный директор и единственный участник (учредитель) фактически прекратили осуществлять хозяйственную деятельность, не исполнив соответствующие обязательства по совершению действий, направленных на ликвидацию общества, что свидетельствует об их противоправном поведении.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота (Постановление КС РФ от 21.05.2021 №20-П).

Конституционный Суд также неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращен юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, чт0 такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Определения КС РФ от 13 марта 2018 года №580-О, № 581 -О и №582-О, от 29 сентября 2020 года №2128-О и др.)

Таким образом, корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

Являясь единственным участником и ген. директором Общества, ответчик осуществлял корпоративный и фактический контроль, следовательно, должен был принять меры к погашению задолженности перед истцом и недопущению исключения общества из ЕГРЮЛ.

Между тем, зная о наличии неисполненных обязательств перед истцом, ответчик уклонился от установленной Законом о банкротстве процедуры ликвидации общества.

Вместо этого, была внесена недостоверная запись об адресе юридического лица, на основании чего общество исключено из ЕГРЮЛ решением ФНС.

Ответчик отзыв в порядке ст. 131 АПК РФ не представил, иск по праву и размеру документально не оспорил, доказательств погашения задолженности перед истцом не представил.

Если ответчик не представляет письменных возражений против обстоятельств, на которые ссылается истец как на основания своих требований, такие обстоятельства в силу части 3.1. ст. 70 АПК РФ считаются признанными ответчиком и в случае принятия такого признания судом не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу на основании части 5 статьи 70 АПК РФ (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.10.2013 № 8127/13, от 17.09.2013 №5793/13).

Стороны согласно ст. ст. 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

С учетом конституционно-правового смысла п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ, изложенного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Правовая позиция, сформулированная в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П, нашла свое отражение в практике Верховного Суда Российской Федерации (Определение Верховного Суда Российской Федерации № 306-ЭС21-19903 от 21.10.2021 по делу № А65- 33695/2019), в контексте привлечения контролирующего должника лица по обязательствам общества, связанным с осуществлением операций субъектами предпринимательской деятельности.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Субсидиарная ответственность для указанных выше лиц является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения возложенной на них законом обязанности.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что истец доказал совокупность обстоятельств (противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий для общества и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями). Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при доказанности правового состава, то есть наличия таких условий как: совершение противоправных действий или бездействия, возникновение убытков, причинно-следственная связь между противоправным поведением и возникшими убытками, подтверждение размера убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что требования истца о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭНЕРГОСТРОЙГАРАНТ», о взыскании 45 299 894,93 руб. в порядке субсидиарной ответственности являются обоснованными, документально подтвержденными и подлежащим удовлетворению.

В связи с тем, что при подаче иска судом было удовлетворено ходатайство истца об отсрочке уплаты государственной пошлины, то государственная пошлина в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ подлежат взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 8, 12, 15, 53.1 ГК РФ, ст. ст. 65, 68, 71, 75, 110, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181, 319 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭНЕРГОСТРОЙГАРАНТ» (ИНН <***>).

Взыскать с ФИО1 (персональные данные в материалах дела) в пользу ГКУ «СОЦЭНЕРГО» (ИНН: <***>) в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 45 299 894 (сорок пять миллионов двести девяносто девять тысяч восемьсот девяносто четыре) руб. 93 коп.

Взыскать с ФИО1 (персональные данные в материалах дела) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 677 999 (шестьсот семьдесят семь тысяч девятьсот девяносто девять) руб.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья

И.М. Григорьева