Решение по делу № А76-41822/2021 от 13.07.2023

Арбитражный суд Челябинской области Воровского улица, дом 2, г. Челябинск, 454091, http://www.chelarbitr.ru

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Челябинск

13 июля 2023 года Дело № А76-41822/2021

Резолютивная часть решения изготовлена 12 июля 2023 года Решение в полном объеме изготовлено 13 июля 2023 года

Судья Арбитражного суда Челябинской области Кузнецова И.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Усмановой К.А., рассмотрев в помещении Арбитражного суда Челябинской области по адресу: <...>, каб. 224, дело по исковому заявлению ФИО1, г.Магнитогорск Челябинской области, действующего в интересах общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, к обществу с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, о признании сделок недействительными,

При участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, г.Магнитогорск Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, Управления по имуществу и земельным отношениям Агаповского муниципального района, ОГРН <***>, с.Агаповка Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Магма», ОГРН <***>, г.Челябинск, а также Администрации Верхнеуральского муниципального района, ОГРН <***>, г.Верхнеуральск Челябинской области;

При участии в судебном заседании представителей сторон и иных лиц:

от истца: ФИО3, действующей на основании доверенности от 30.09.2022г., личность удостоверена паспортом;

от третьего лица, ООО «Магма»: ФИО4, действующего на основании доверенности от 01.09.2022г., личность удостоверена паспортом,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, г.Магнитогорск Челябинской области, действующего в интересах общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, обратился 29.11.2021г. в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, о признании сделок недействительными.

Определением арбитражного суда от 06.12.2021г. исковое заявление было принято к производству с назначением даты предварительного судебного заседания. К участию по делу в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд определил привлечь общество с ограниченной ответственностью

«Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН 1147456009865, г.Магнитогорск Челябинской области, Тлегенова Тулегена Суенгалыковича, г.Магнитогорск Челябинской области, а также Управление по имуществу и земельным отношениям Агаповского муниципального района, ОГРН 1047411501763, с.Агаповка Челябинской области (т.1 л.д.1, 2).

17 января 2022 года дело было назначено к судебному разбирательству, общество с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, привлечено к участию по делу в качестве материального истца (т.1 л.д119).

Определением суда от 25.04.2022г. производство по делу было приостановлено в связи с проведением судебной экспертизы (т.4 л.д.15, 16). Экспертное заключение ООО «НСЭ «Принцип» № 2022.14П поступило в суд 08.07.2022г. (т.4 л.д.28-53). Кроме того, определением суда 17.01.2023г. производство по делу вновь было приостановлено в связи с назначением по делу комплексной судебной экспертизы (т.5 л.д.109-111). Экспертное заключение ФБУ ЧЛСЭ Минюста России от 20.02.2023г. поступило в суд 14.03.2023г. (т.4 л.д.28-53), в связи с чем протокольным определением от 12.07.2023г. производство по делу было возобновлено.

Определением суда от 11.08.2022г. к участию по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено общество с ограниченной ответственностью «Магма», ОГРН <***>, г.Челябинск (т.4 л.д.124); определением от 15.09.2022г. - Администрация Верхнеуральского муниципального района, ОГРН <***>, г.Верхнеуральск Челябинской области (т.5 л.д.31).

Лица, участвующие в деле, об арбитражном процессе по делу были извещены надлежащим образом в соответствии с положениями ст.ст. 121-123 АПК РФ (т.1 л.д.113- 117, т.5 л.д.29). Представитель истца присутствовал в судебном заседании, заявленные исковые требования поддержал. Представитель третьего лица, ООО «Магма», просил суд в иске отказать. Ответчик, а также иные третьи лица в судебное заседание не явились, что в силу ч.3, 5 ст.156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела.

Дело рассмотрено Арбитражным судом Челябинской области в соответствии с ч.4.1. ст. 38 АПК РФ по адресу государственной регистрации юридического лица, указанного в ст.225.1. АПК РФ – г.Магнитогорск Челябинской области, что подтверждается имеющейся в материалах дела выпиской из ЕГРЮЛ (т.6 л.д.54).

В обоснование заявленных требований ФИО1 ссылается на следующие обстоятельства: истец является единственным участником ООО «СП Бемар», генеральным директором общества является ФИО2 15 мая 2018 года между ООО «СП Бемар» и Управлением по имуществу и земельным отношениям Агаповского муниципального района был заключен договор № 85-15 аренды земельного участка с кадастровым № 74:01:0103002:282. В последствие, 04.11.2019г., ФИО2 в нарушение установленного порядка одобрения была совершена сделка с заинтересованностью по передаче прав арендатора ООО «СП Алга». Аналогичная сделка была совершена в отношении земельного участка с кадастровым № 74:01:0103002:144. Истцом также отмечается, что данные сделки были совершены на безвозмездной основе в ущерб интересам общества «СП Бемар». С учетом изложенного ООО «СП Бемар» просит признать указанные сделки недействительными и применить последствия их недействительности (т.1 л.д.3, 4, т.6 л.д.62-72).

14 января 2022 года от ответчика, ООО «СП Алга», в порядке ч.1 ст.131 АПК РФ поступил отзыв, в котором последнее выразило несогласие с иском. Как указывается ответчиком, в период руководства ООО «СП Бемар» ФИО2 им действительно были заключены сделки о передаче прав и обязанностей арендатора с ответчиком. Вместе с тем, оспариваемые сделки были совершены с одобрения единственного участника ООО «СП Бемар», что свидетельствует о его осведомленности о заключении данных сделок. С четом изложенных обстоятельств, ответчиком также заявлено о пропуске истцом сроков

исковой давности (т.1 л.д.48-52). Тождественная позиция также изложена в возражениях по делу от 10.07.2023г. (т.6 л.д.60, 61).

В мнении от 15.02.2022г. истец указал, что представленное ООО «СП Алга» решение за подписью ФИО1 является сфальсифицированным. Ссылка на исковую давность также подлежит отклонению, поскольку о заключении оспариваемых сделок ФИО1 узнал не ранее 23.09.2021г. (т.1 л.д.151, 152). Кроме того, никакого переноса деятельности в действительности не было, а в представленном решении отсутствуют ссылки на договоры № 206 от 06.11.2019г., № 207 от 06.11.2019г. и № 211 от 06.11.2019г. (т.2 л.д.123).

От третьего лица, ООО «Магма», поступили письменные объяснения по делу, в которых общество просило привлечь его по делу в качестве ответчика, а также указало, что в случае удовлетворения требований заявителя возникнет необходимость внесения записи в ЕГРП о прекращении обременения спорных земельных участков в пользу ООО «Магма», а также возврате имущества, используемого обществом в настоящее время (т.5 л.д.8). В пояснениях, представленных в судебное заседание 12.07.2023г., третье лицо также отметило, что истцом был пропущен срок исковой давности, поскольку о заключении оспариваемых сделок ФИО1 должен был узнать в ноябре 2019 года и сентябре 2020 года. Кроме того, внутрикорпоративный конфликт не должен сказываться на правах добросовестного приобретателя, каким является ООО «Магма». Наряду с изложенным, со ссылкой на решение Верхнеуральского районного суда Челябинской области по делу № 2-749/2021 третье лицо полагает, что права аренды на все земельные участки были изначально переданы ООО «СП «Бемар» без законных оснований (т.6 л.д.80-82).

Также в ходе рассмотрения дела истцом неоднократно заявлялись ходатайства об уточнении размера заявленных исковых требований (т.1 л.д.56-60, т.2 л.д.113-117, т.5 л.д.76-79), в которых он указал, что дарение между коммерческими организациями запрещено, тогда как стоимость права аренды земельных участков составляет около 15 171 000 руб. Согласно последним уточнениям ФИО1 просит признать недействительными сделками договоры передачи прав и обязанностей по договорам аренды от 04.11.2019г. и от 08.09.2020г. и применить последствия их недействительности в виде возврата прав арендатора обществу «СП Бемар» на нижеследующие земельные участки:

- 74:01:0103002:282, находящийся по адресу: Челябинская обл., Агапоский р-н, в 1,0 км по направлению юг п.Ржавка, площадью 5 405 372 кв.м.

- 74:01:0103002:144, находящийся по адресу: Челябинская обл., Агаповский р-н, в 6,0 км северо-западнее с.Верхнекизильского.

В силу ч.1 ст.49 АПК РФ, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Как следует из постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007г. № 2-П и от 26.05.2011г. № 10-П, предусмотренное ч.1 ст.49 АПК Российской Федерации право истца при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание иска также вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 24.07.2012г. № 5761/12 по делу № А40152307/10-69-1196 также указано, что ч.1 ст.49 АПК РФ предоставляет истцу исключительное право путем подачи ходатайства изменить предмет или основание иска.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заявленные истцом уточнения исковых требований не противоречат положениям ч.1 ст.49 АПК РФ, в связи с чем принимаются судом.

Каких-либо иных письменных заявлений, ходатайств или письменных пояснений сторонами заявлено не было. Ранее заявленное ходатайство о выделении требований в отдельное производство (т.4 л.д.111, 112) ФИО1 в судебном заседании, проводимом 12.07.2023г., просил не рассматривать, о чем его представителем была сделана запись.

В соответствии с п.1 ст.65.2. ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (п.1 ст.182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В силу ч.1 ст.225.8 АПК РФ, в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.

Следовательно, обращаясь с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд, ФИО1 было реализовано право на подачу косвенного иска в защиту интересов корпорации – ООО «СП Бемар».

Оценив, в порядке ст.71, 162 АПК РФ, представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующим выводам:

15 мая 2018 года между муниципальным образованием «Агаповский муниципальный район» в лице Управления по имуществу и земельным отношениям Агаповского района (арендодатель) и ООО «СП Бемар» (арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 85-15, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, с кадастровым № 74:01:0103002:282, находящийся по адресу: Челябинская обл., Агаповский р-н, в 1,0 км на юг от п.Ржавка, для ведения сельскохозяйственного производства (т.1 л.д.26, 27).

Сторонами 15.05.2018г. был подписан передаточный акт к вышеуказанному договору (т.1 л.д.28).

В последствие 04.11.2019г. между ООО «СП Бемар» (арендатор), в лице генерального директора ФИО2, и ООО «СП Алга» (новый арендатор), в лице директора ФИО5, был заключен договор передачи прав и обязанностей по договору аренды, по условиям которого арендатор обязуется передать новому арендатору права и обязанности предусмотренные договором аренды земельного участка № 85-18 от 15.05.2018г., а новый арендатор обязуется принять переданные ему права и обязанности.

По условиям п.2.1. вышеуказанного договора, права и обязанности по настоящему договору арендатор передает новому арендатору безвозмездно (т.1 л.д.22, 23).

Государственная регистрация права аренды ООО «СП Алга» на земельный участок с кадастровым № 74:01:0103002:282 была осуществлена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 14.11.2019г. (т.1 л.д.23).

Кроме того, 08.09.2019г. между ООО «СП Бемар» (арендатор), в лице генерального директора ФИО2, и ООО «СП Алга» (новый арендатор), в лице директора ФИО5, был заключен договор передачи прав и обязанностей по договору

аренды, по условиям которого арендатор обязуется передать новому арендатору права и обязанности предусмотренные договором аренды земельного участка № 162-08 от 24.12.2008г., а новый арендатор обязуется принять переданные ему права и обязанности.

По условиям п.2.1. вышеуказанного договора, права и обязанности по настоящему договору арендатор передает новому арендатору безвозмездно (т.1 л.д.12, 13).

Государственная регистрация права аренды ООО «СП Алга» на земельный участок с кадастровым № 74:01:0103002:144 была осуществлена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 15.09.2020г. (т.1 л.д.14).

06 ноября 2019 года между Администрацией Верхнеуральского муниципального района в лице Управления по имуществу и земельным отношениям района (арендодатель) и ООО «СП Бемар» (арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 206, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, с кадастровым № 74:01:0108002:257, находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 4/1 на расстоянии 3,5 км юго-западнее д.Ложкина, площадью 2 910 000 кв.м (т.1 л.д.72-77).

Сторонами 06.11.2019г. был подписан передаточный акт к вышеуказанному договору (т.1 л.д.79).

06 ноября 2019 года между Администрацией Верхнеуральского муниципального района в лице Управления по имуществу и земельным отношениям района (арендодатель) и ООО «СП Бемар» (арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 207, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, с кадастровым № 74:06:0000000:4380, находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № V-I на расстоянии 3 км восточнее п.Александровский, площадью 8 429 675 кв.м (т.1 л.д.86-91).

Сторонами 06.11.2019г. был подписан передаточный акт к вышеуказанному договору (т.1 л.д.93).

06 ноября 2019 года между Администрацией Верхнеуральского муниципального района в лице Управления по имуществу и земельным отношениям района (арендодатель) и ООО «СП Бемар» (арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 211, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, с кадастровым № 74:06:0108001:256, находящийся по адресу: находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 4/1 на расстоянии 3,5 км юго-западнее д.Ложкина, площадью 780 000 кв.м (т.1 л.д.100-105).

Сторонами 06.11.2019г. был подписан передаточный акт к вышеуказанному договору (т.1 л.д.107).

Впоследствии 08.09.2020г. между ООО «СП Бемар» (арендатор), в лице генерального директора ФИО2, и ООО «СП Алга» (новый арендатор), в лице директора ФИО5, был заключен договор передачи прав и обязанностей по договорам аренды № 206 от 06.11.2019г., № 207 от 06.11.2019г., № 208 от 06.11.2019г., № 210 от 06.11.2019г. и № 211 от 06.11.2019г., по условиям которого арендатор обязуется передать новому арендатору права и обязанности предусмотренные упомянутыми договорами аренды земельных участков, а новый арендатор обязуется принять переданные ему права и обязанности.

По условиям п.2.1. вышеуказанного договора, права и обязанности по настоящему договору арендатор передает новому арендатору безвозмездно (т.1 л.д.64-66).

Государственная регистрация права аренды ООО «СП Алга» на земельные участки с кадастровыми № 74:06:0108001:257, 74:06:0000000:4380, 74:06:011001:108, 74:06:0108001:256, 74:06:0105004:77 была осуществлена Управлением Федеральной

службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 17.09.2020г. (т.2 л.д.5).

Кроме того, переход прав арендатора земельных участков от ООО «СП Бемар» к ООО «СП Алга» также подтверждается имеющимися в материалах дела выписками ЕГРН от 21.10.2021г. (т.1 л.д.30-35) и от 24.11.2021г. (т.1 л.д.68-71, 81-85, 95-99).

Согласно ст.1 Федерального закона от 13.07.2015г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

По правилам ст.14 вышеуказанного Закона основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются, в том числе, акты, изданные органами государственной власти или органами местного самоуправления в рамках их компетенции и в порядке, который установлен законодательством, действовавшим в месте издания таких актов на момент их издания, и устанавливающие наличие, возникновение, переход, прекращение права или ограничение права и обременение объекта недвижимости; вступившие в законную силу судебные акты.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Заключенные сделки по передаче прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков являются, по мнению истца, недействительными, поскольку были заключены в условиях заинтересованности между ее подписантами и в ущерб интересов ООО «СП Бемар».

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие Бемар» (сокращенное наименование – ООО «СП Бемар») зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 12.12.2014г. за ОГРН <***>.

Согласно данным ЕГРЮЛ по состоянию на 29.06.2023г. уставный капитал ООО «СП Бемар» составляет 19 600 руб. 00 коп., а единственным участником общества является ФИО1 Кроме того, ФИО1 также является руководителем упомянутого общества.

Ранее, с 11.07.2018г., должность генерального директора ООО «СП Бемар» занимал ФИО2, о чем свидетельствует запись в ЕГРЮЛ за ГРН 2187456822782 от 20.07.2018г. (т.6 л.д.54). Решением учредителя ООО «СП Бемар» № 8 от 06.10.2021г. ФИО2 был освобожден от должности генерального директора общества с 06.10.2021г. Новым генеральным директором назначен ФИО1 (т.1 л.д.36).

Таким образом, в период заключения оспариваемых сделок (04.11.2019г. и 08.09.2020г.) единоличным исполнительным органом ООО «СП Бемар» являлся ФИО2

Общество с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие Алга» (сокращенное наименование – ООО «СП Алга») зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 01.03.2019г. за ОГРН <***>.

Согласно данным ЕГРЮЛ по состоянию на 29.06.2023г. уставный капитал ООО «СП Алга» составляет 20 000 руб. 00 коп., а его единственным участником и директором является Мухамедьянова Ж.С. (ГРН 2207401024500 от 18.11.2020г. и ГРН 2207401024763 от 18.11.2020г.) – т.6 л.д.52.

В силу п.1, 2 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п.2 ст.174 Кодекса, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в п.93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п.2 ст.174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Следовательно, в силу ч.1 ст.65 АПК РФ, для признания сделки недействительной по п.2 ст.174 ГК РФ заявитель обязан доказать наличие хотя одного из следующих бинарных обстоятельств:

- совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, при наличии осведомленности контрагента по сделке о наличии явного ущерба другой стороне;

- наличие обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Общее понимание понятия «сговора» сводится к тому, что он представляет собой определенную договоренность; соглашение, достигнутое в результате переговоров. При этом, для целей п.2 ст.174 ГК РФ такой сговор должен быть осложнен признаком противоправности, вытекающим, например, из конфликта личного интереса представителя и интересов представляемого, коммерческого подкупа, активного склонения представителя другой стороной к совершению невыгодной сделки от имени представляемого либо иное активное участие другой стороны в поощрении представителя к совершению такой сделки и т.п.

Вместе с тем, оценивая довод истца о наличии сговора, следует исходить из презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений (п.5 ст.10 ГК РФ). В Определении Верховного Суда РФ от 01.09.2015г. № 5-КГ15-92 разъяснено, что презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Как разъяснено в п.44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в п.5 ст.10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. По общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования договора, при котором он сохраняет силу.

Как следует из ст.4 Закона РСФСР от 22.03.1991г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», аффилированные лица – есть физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированными лицами юридического лица являются:

- член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

- лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

- лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

- юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

- если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица,

осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Учитывая, что общество «СП Бемар» имеет организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью суд полагает возможным применить к рассмотрению настоящей контроверзы положения Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно п.1 ст.45 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

Оценивая доводы истца о подписании оспариваемых сделок аффилированными лицами, суд обращает внимание на то обстоятельство, что решением Арбитражного суда Челябинской области от 02.02.2023г. по делу № А76-36920/2021 заявленные исковые требования были удовлетворены. Суд решил признать недействительным договор перенайма от 24.12.2020г. к договору финансовой аренды (лизинга) № 1950ЧЛ- БЕМ/01/2019 от 27.11.2019г., заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, обществом с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, а также обществом с ограниченной ответственностью «РЕСО- Лизинг», ОГРН <***>, г.Москва.

При этом в упомянутом решении было установлено следующее:

«Как указывается истцом, ФИО2 и ФИО6, выступающие в качестве подписантов оспариваемой сделки, являются родными братом и сестрой, что не оспаривается ни ответчиком по делу, ни третьим лицом. Более того, данное обстоятельство также подтверждается данными Государственного комитета по делам ЗАГС Челябинской области, согласно которым ФИО2 и ФИО6 имеют общих отца и мать, девичья фамилия ФИО6 - ФИО2 (т.7 л.д.117- 119).

Кроме того, в заявлении от 21.03.2022г. Тлегенов Т.С. подтвердил, что предыдущий директор ООО «СП Бемар», Тансыкбаева А.С., также является его родной сестрой (т.4 л.д.47).

В тоже время ранее ООО «СП Алга» и ООО «СП Бемар» имели общий адрес государственной регистрации: 455026, <...> (т.1 л.д.39, 43)».

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № № 18АП- 3795/2023 от 16.05.2023г. решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.02.2023г. по делу № А76-36920/2021 было оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2, а также ООО «СП АЛГА» – без удовлетворения.

В силу ч.2 ст.69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как разъяснено в п.3.1. Постановления Конституционного Суда РФ от 21.12.2011г. № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения.

В соответствии с п.2 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.07.2009г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», судам следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Решение Арбитражного суда Челябинской области от 02.02.2023г. по делу № А7636920/2021, являлось предметом проверки со стороны суда апелляционной инстанции, было оставлено им без изменения и вступило в законную силу. В этой связи основания ставить под сомнения изложенные в нем выводы отсутствуют. Таким образом, является установленным и не подлежащим дальнейшему доказыванию факт аффилированности между подписантами оспариваемых сделок ФИО2 и ФИО6

При указанных обстоятельствах имеются основания для квалификации договоров передачи прав и обязанностей по договорам аренды от 04.11.2019г. и от 08.09.2020г. (два договора) как сделок с заинтересованностью, поскольку они заключены между аффилированными лицами – братом и сестрой.

Согласно п.3 ст.45 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Как следует из ст.34, ч.1, 2 ст.36 вышеуказанного закона очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества. В уведомлении должны быть

указаны время и место проведения общего собрания участников общества, а также предлагаемая повестка дня.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудиторской организации (индивидуального аудитора) общества, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества, если уставом общества не предусмотрено, что для созыва внеочередного собрания участников общества требуется меньшее количество голосов (п.2 ст.35 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Пунктом 14.1 Устава ООО «СП Бемар», утв. решением № 2 от 19.05.2015г., также закреплено, что принятие решения об одобрении обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность относится к компетенции общего собрания участников общества (т.1 л.д.44).

Вместе с тем, как указывается истцом согласия на совершение сделки с заинтересованностью им не давалось, о заключении такой сделки ФИО1 проинформирован не был, уведомлений о созыве собрания участников не получал.

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, ООО «СП Алга» сослалось на пропуск истцом срока исковой давности, указав, что о совершении оспариваемых сделок ФИО1 был уведомлен. В подтверждении данного довода в материалы дела ответчиком было представлено решение единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г., согласно которому:

- в связи с переносом деятельности ООО «СП Бемар» в Верхнеуральский р-н Челябинской области ФИО1 одобряет сделки с заинтересованностью по заключению с ООО «СП Алга» договоров передачи прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков, расположенных в Агаповскомр-не Челябинской области, а именно: договор № 85-15 от 15.05.2018г., договор № 94-19 от 20.05.2019г., договор № 9519 от 20.06.2019г., договор № 96-19 от 20.06.2019г., договор № 83-18 от 15.05.2018г., договор № 84-18 от 15.05.2018г., договор № 86-18 от 15.05.2018г., договор № 64-19 от 26.04.2019г., договор № 65-19 от 26.04.2019г., договор № 162-08 от 24.12.2008г., договор № 27-19 от 19.02.2019г., договор № 28-19 от 25.02.2019г.;

- ФИО1 поручает генеральному директору ООО «СП Бемар» ФИО2 зарегистрировать заключенные договоры в Управлении Федеральной службы государственной регистрации (т.1 л.д.53).

В силу п.2 ст.199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как указано в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости определения момента, с которого следует исчислять начало течение срока исковой давности по требованиям, заявленным ФИО1

В п.1 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.10.2016г.) также разъяснено, что заключение сделки с заинтересованностью без должного одобрения нарушает в том числе и права участника (компании), в защиту которых предъявляется соответствующее исковое

требование. Поэтому для исчисления срока исковой давности по такому требованию имеет существенное значение момент, когда обладатель нарушенного права (участник) узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

Согласно ст.200 Кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с п.1 ст.196, п.1 ст.197 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года, однако для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Как разъяснено в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам п.2 ст.181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

Согласно подп.3 п.3 вышеуказанного Постановления, в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее: предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Согласно п.14.2.3 Устава ООО «СП Бемар», утв. решением № 2 от 19.05.2015г., очередное общее собрание участников проводится не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года (т.1 л.д.44).

Таким образом, годовое общее собрание участников общества применительно к существу исковых требований подлежало проведению в срок не позднее 30.04.2020г. и

30.04.2021г. соответственно.

Как следует из ст.34, ч.1, 2 ст.36 федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Оценивая положения ст.34 в совокупности со ст.9 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», суд приходит к выводу, что законом обязанность по созыву общего собрания участников общества возлагается на его единоличный исполнительный орган и не может быть возложена на участника общества.

Как следует из материалов дела, в период заключения оспариваемых сделок единоличным исполнительным органом общества «СП Бемар» являлся ФИО2 Новым генеральным директором ФИО1 был назначен с 06.10.2021г. (т.1 л.д.36).

Таким образом, лицом, ответственным за проведение очередного общего собрания участников общества, созываемого с целью утверждения годовых результатов деятельности общества, балансов за 2019 и 2020 годы, счетов прибылей и убытков являлся аффилированный с ответчиком ФИО2 Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что годовое общее собрание участников общества по итогам 2019 и 2020 годов проводилось, равно как и о том, что ФИО2 принимались меры к его подготовке и созыву.

Довод же о том, что истец самостоятельно выразила согласие на заключение оспариваемых сделок посредством подписания вышеуказанного решения также не может быть принят судом ввиду следующих обстоятельств:

Так, ФИО1 было заявлено о фальсификации представленного доказательства (т.1 л.д.137, 138, 141). С учетом изложенных обстоятельств судом 25.04.2022г. было удовлетворено ходатайство истца о проведении судебной экспертизы. Суд определил назначить по делу судебную экспертизу, проведение которой поручить экспертам ООО «Принцип».

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- Кем, ФИО1, или иным лицом выполнена подпись от его имени, расположенная в нижней части решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» об одобрении сделки с заинтересованностью от 01.11.2019г.;

- Имеются ли признаки монтажа решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» об одобрении сделки с заинтересованностью 01.11.2019г. путем наложения на документ текста и/или подписи ФИО1, заимствованных из другого документа (т.4 л.д.15, 16).

По результатам проведенной судебной экспертизы в материалы дела поступило экспертное заключение ООО «НСЭ «Принцип» № 2022.14П от 08.07.2022г., согласно выводам которого подпись от имени ФИО1, расположенная в нижней части решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» об одобрении сделки с заинтересованностью от 01.11.2019г. выполнена самим ФИО1 В спорном документе признаков монтажа путем наложения на документ текста и/или подписи ФИО1, заимствованных из другого документа, не имеется (т.4 л.д.35, 36).

В тоже время, в судебном заседании 15.09.2022г. суд предъявил истцу на обозрение решения № 2 от 10.06.2018г. года в двух экземплярах, которые были представлены в качестве сравнительных образцов подписи. В судебном заседании ФИО1 пояснил, что подпись в указанных решениях ему не принадлежит, ввиду

чего указанные свободные образцы не могли быть использованы экспертом. Представитель ООО «СП БЕМАР» ходатайствовал об исключении из числа свободных образцов подписей указанных решений.

Суд для исключения сомнений исключил из числа свободных образцов два решения № 2 от 10.06.2018г. и возвратил ответчику, что отражено в протоколе судебного заседания (т.5 л.д.30).

Таким образом, следует прийти к выводу, что при проведении судебной экспертизы при отсутствии вины эксперта им были использованы ненадлежащие свободные образцы подписей.

Поскольку установление достоверности подписи от имени ФИО7, расположенной в нижней части решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» об одобрении сделки с заинтересованностью от 01.11.2019г. и давность изготовления указанного документа являются юридически значимым обстоятельством при рассмотрении настоящего спора, судом было удовлетворено ходатайство истца о проведении по делу повторной экспертизы (т.4 л.д.58-60, т.5 л.д.1, 2).

17 января 2023 года суд определил назначить по делу комплексную судебную экспертизу, проведение которой поручить экспертам ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 ФБУ ЧЛСЭ Минюста России.

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

- соответствует ли дата 01.11.2019г. указанная в решение единственного учредителя ООО «СП Бемар», фактической дате изготовления указанного документа;

- имеет ли решение единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г. признаки искусственного старения документа, признаки агрессивного воздействия на документ;

- могло ли решение единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г. быть изготовлено позднее указанной в нем даты;

- кем, ФИО1 или иным лицом выполнена подпись от его имени, расположенная в решении единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г.;

- имеются ли признаки монтажа решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» об одобрении сделки заинтересованностью 01.11.2019г. путем наложения на документ текста и/или подписи ФИО1, заимствованных из другого документа (т.5 л.д.109-111).

Согласно выводам экспертного заключения № 228/2-3 от 20.02.2023г. ФБУ ЧЛСЭ Минюста России, подпись от имени ФИО1, расположенная в решении единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г., об одобрении сделки с заинтересованностью по заключению с ООО «СП Алга» договора передачи прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков, расположенных в Агаповском р- не Челябинской области, выполнена не самим ФИО1, а другим лицом с подражанием его подлинной подписи (т.6 л.д.14).

В экспертном заключении № 229/2-3 от 27.02.2023г. ФБУ ЧЛСЭ Минюста России сделан вывод о том, что в решении единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г., об одобрении сделки с заинтересованностью по заключению с ООО «СП Алга» договора передачи прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков, расположенных в Агаповском р-не Челябинской области, монтаж не применялся. Реквизиты в документе выполнены в естественной последовательности. Реквизиты в документе выполнены в естественной последовательности – первоначально выполнен печатный текст, затем подпись от имени ФИО1 (т.6 л.д.23).

Согласно выводам экспертного заключения № 230/3-3 от 18.05.2023г. ФБУ ЧЛСЭ Минюста России, решение единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г. агрессивному (термическому, химическому и световому) воздействию не подвергалось. Установить время (дату) выполнения печатного текста и подписи от имени учредителя ФИО1 в документе и решить вопросы о соответствии времени выполнения

печатного текста и подписи дате, указанного в документе, не представляется возможным, по причинам, изложенным в исследовательской части заключения (т.6 л.д.28).

При производстве судебной экспертизы и составлении экспертных заключений эксперты руководствовались Федеральным законом от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями) – как основным руководящим документом при производстве экспертиз.

Заключение эксперта признается необоснованным в тех случаях, когда вызывает сомнение примененная методика, недостаточен объем проведенных исследований, выводы эксперта не вытекают из результатов исследований или противоречат им, когда экспертом не установлены необходимые признаки исследуемых объектов, дана неверная оценка промежуточных фактов, не аргументированы выводы.

Заключение эксперта следует признать правильным в том случае, если содержащиеся в нем сведения о фактах верно отражают обстоятельства дела, соответствуют событиям, которые имели место в действительности.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из п. 3 ст. 71 АПК РФ следует, что доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Судом установлено, что выводы, содержащиеся в заключениях экспертов ФБУ «Челябинская ЛСЭ» Минюста России № 228/2-3 от 20.02.2023г., № 229/2-3 от 27.02.2023г. и № 230/3-3 от 18.05.2023г. понятны, мотивированы, не имеют вероятностного характера, нормативно обоснованы.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ (ред. от 08.03.2015) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. Данные требования при подготовке заключения экспертами ФБУ «Челябинская ЛСЭ» Минюста России были соблюдены.

В материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что заключение содержит недостоверные выводы, а также доказательств того, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам. Выводы судебной экспертизы основаны на представленных в материалы дела доказательствах, фотоматериалах, эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Обстоятельств, свидетельствующих о необоснованности заключения либо наличии противоречий в выводах эксперта, судом не усматривается.

Оснований для непринятия результатов судебной экспертизы, проведенной экспертами ФБУ «Челябинская ЛСЭ» Минюста России, по мотиву недопустимости, а также для критической оценки заключения у суда не имеется. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о принятии заключений № 228/2-3 от 20.02.2023г., № 229/2-3 от 27.02.2023г. и № 230/3-3 от 18.05.2023г., выполненных экспертами ФБУ «Челябинская ЛСЭ» Минюста России, в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Сторонами выводы эксперта под сомнение также не ставились, ходатайства о назначении по делу повторной или дополнительной экспертизы не заявлялись. При указанных обстоятельствах довод ответчика и третьего лица об осведомленности ФИО1 и одобрении им заключения оспариваемых сделок подлежат отклонению.

Как разъяснено в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (ч.1 ст.39 ГПК РФ и ч.1 ст.49 АПК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (например, в определениях от 16 июля 2015 года № 1681-О, от 29 сентября 2016 года № 1982-О, от 26 февраля 2021 года № 291-О, от 28 сентября 2021 года № 1756-О и др.), положения статьи 200 ГК РФ, в частности ее пункт 1, а также рассматриваемый в системной связи с ним абзац первый ее пункта 2, наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела с учетом специфики соответствующих требований.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что течение срока исковой давности по требованиям ФИО1 не могло начаться ранее календарной даты 06.10.2021г., когда было принято решение о назначении нового генерального директора ООО «СП Бемар» (т.1 л.д.36). Доказательств того, что истец располагал или мог располагать указанными сведениями ранее указанного события суду не представлено.

Учитывая же, что истец обратился с иском в суд посредством электронной системы «Мой арбитр» 26.11.2023г. (зарегистрировано – 29.11.2021г – т.1 л.д.3), срок исковой давности ФИО1 пропущен не был.

Кроме того в соответствии с п.2 ст.10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных п.1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Неприменение исковой давности допустимо в порядке исключения в случае явного злоупотребления, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий ответчика стало невозможным или затруднительным своевременное обращение истца в суд за защитой своих прав (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011г. № 17912/09, от 24.05.2012г. № 71802/11, от 24.09.2013г. № 10715/12, от 26.02.2013г. № 12913/12).

В данном случае, как было установлено выше, оспариваемая сделка была заключена между обществом, действующим в лице его генерального директора, с аффилированным лицом, о чем ООО «СП Бемар» ФИО1 не известило, а санкцию на заключение сделки с заинтересованностью не получало. Доказательств иного суду представлено не было.

С учетом изложенных обстоятельств доводы ответчика, а также третьего лица о невозможности ФИО1 обращаться с иском об оспаривании заключенной обществом сделки ввиду пропуска ей срока исковой давности подлежит отклонению судом.

Более того, применительно к доводам третьих лиц, ФИО2 и ООО «Магма», о пропуске сроков исковой давности наряду с вышеизложенными доводами следует отметить, что, поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности.

Соответствующий вывод прямо отображен в п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков. Вместе с тем, в данном случае, истцом заявленные исковые требования были уточнены, о применении последствий недействительности сделок в части лишения ООО «Магма» соответствующего статуса арендатора, переданного по договору с ООО «СП Алга» в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 74:06:011001:108, 74:06:0000000:4380, 74:06:0108001:257, 74:06:0108001:256 не заявлено (т.5 л.д.76-79).

В соответствии с ч.2 ст.64 АПК РФ, в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Таким образом, экспертное заключение по делу является лишь одним из доказательств того или иного обстоятельства.

В силу ч.1, 2 ст.71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенного, оценивая представленное ответчиком решение единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г., суд также обращает внимание на следующие обстоятельства:

Из ответа нотариуса Челябинской областной нотариальной платы нотариального округа Магнитогорского городского округа Челябинской области ФИО15 от 21.01.2021г. следует, что за нотариальным удостоверением решения единственного учредителя ООО «СП Бемар» от 01.11.2019г. обращался ФИО2 (т.1 л.д.139).

Следовательно, заверение упомянутого решения имело место в отсутствие непосредственно ФИО1, указанного в нем в качестве подписанта.

Кроме того, как следует из указанного решения, одобрение оспариваемых сделок осуществляется в связи с переносом деятельности из Агаповского р-на Челябинской области в Верхнеуральский район Челябинской области.

Вместе с тем, 4 из 6 земельных участков, права аренды на которые были переданы ООО «СП Бемар» в пользу ООО «СП Алга», а именно земельные участки с кадастровыми номерами 74:06:0108001:257, 74:06:0000000:4380, 74:06:0108001:256, 74:06:011001:108, находятся именно в Верхнеуральском районе Челябинской области.

Более того, в представленном ответчиком решении были перечислены конкретные договоры аренды земельных участков, по которым было одобрено заключение договоров передачи прав и обязанностей с ООО «СП Алга». При этом договоры № 206 от 06.11.2019г., № 207 от 06.11.2019г., № 211 от 06.11.2019г. в указанном решении указаны не были (т.1 л.д.53), тогда, как следует из материалов дела, права по ним также были переданы ответчику.

Следовательно, само по себе представленное ответчиком решение содержит вызывающие сомнения внутренние противоречия.

Наряду с изложенным, суд также обращает внимание на то обстоятельство, что все заключенные между муниципальным образованием «Агаповский муниципальный район» и ООО «СП Бемар», а также между Администрацией Верхнеуральского муниципального района и ООО «СП Бемар» договоры имели длительный срок действия (т.1 л.д.26, 72, 79):

№

Реквизиты договора

Срок действия

№ 85-15 от 15.05.2018г.

18.05.2018-18.05.2028

№ 206 от 06.11.2019г.

06.11.2019-05.11.2024

№ 207 от 06.11.2019г.

№ 211 от 06.11.2019г.

В этой связи экономическая целесообразность в отчуждении прав арендатора земельных участков по прошествии незначительного времени со дня их получения в аренду отсутствует. Доказательств обратного ни ООО «СП Алга», ни Тлегеновым Т.С., как подписантами сделки представлено не было.

Кроме того, суд также полагает возможным согласиться с позицией истца касательно заключения оспариваемой сделки на заведомо невыгодных условиях.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента (п.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Аналогичный вывод содержится в п.93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», где также указано, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании неценовых условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер, а также изменении договора, влекущем появление в договоре такого рода условий (Определение КЭС ВС РФ от 12 мая 2017г. № 305-ЭС17-2441).

В тоже время, необходимо отметить, что применение положений п.2 ст.174 ГК РФ по сути обязывает суд находить приемлемый баланс между принципами laesio enormis (справедливый эквивалентный обмен) и laissez-faire (неприкосновенность воли сторон, отраженной в договоре), поскольку по общему правилу несоразмерность встречных предоставлений не порочит сделку. Констатация же ее недействительности сугубо по основаниям такой несоразмерности, по мнению суда, противоречит основам свободного рынка и предпринимательства.

В п.38 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021г.) также указано, что в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем.

Кроме того, как было отмечено в п.17 «Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019г.), сделка общества может быть признана недействительной по иску участника и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки.

Тождественная позиция также отображена в п.20 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021г.), определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2021г. № 308-ЭС21-1740 по делу № А32-2305/2020.

Согласно представленным истцом отчетам ООО «Прайд» об оценке рыночной

стоимости недвижимого имущества совокупная рыночная стоимость права аренды земельных участков с кадастровыми номерами 74:01:0103002:144, 74:01:0103002:282, 74:01:0103002:257, 74:06:0000000:4380, 74:06:0108001:256 (то есть даже без учета земельного участка с кадастровым № 74:06:011001:108) по состоянию на 08.09.2020г. округленно составляет 15 171 000 (пятнадцать миллионов сто семьдесят одна тысяча) рублей 00 копеек, исходя из следующих расчетов (т.3 л.д.2):

№

Кадастровый номер земельного участка

Рыночная стоимость

права аренды, руб.

74:01:0103002:144

2 567 000,00

74:01:0103002:282

2 524 200,00

74:01:0103002:257

2 211 600,00

74:06:0000000:4380

6 238 000,00

74:06:0108001:256

1 630 200,00

Итого:

15 171 000,00

Вместе с тем, как было указано выше, по условиям оспариваемых сделок передача прав арендатора (ООО «СП Бемар») новому арендатору (ООО «СП Алга») была осуществлена на безвозмездной основе.

В соответствии с подп.4 п.1 ст.575 ГК РФ, не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей в отношениях между коммерческими организациями. При этом в постановлении Президиума ВАС РФ от 27.07.2010г. № 1637/09 по делу № А08-3498/07-12-28 разъяснено, что договор, который не предполагает встречного предоставления, данный договор независимо от его правовой квалификации не соответствует пп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ.

Согласно п.1, 2 ст.50 ГК РФ юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах хозяйственных товариществ и обществ, крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий.

В данном случае общества «СП Бемар» и «СП Алга» имеют организационно-правовую форму обществ с ограниченной ответственностью (т.6 л.д.52-55), то есть коммерческих хозяйственных обществ, деятельность которых направлена на извлечение прибыли.

В этой связи заключение ООО «СП Бемар» оспариваемых сделок с ООО «СП Алга» на безвозмездной основе презюмирует их невыгодность для арендатора. Более того, учитывая, что основным видом экономической деятельности ООО «СП Бемар» является выращивание зерновых культур (код ОКВЭД 01.11.1 – т.6 л.д.54), по факту отчуждения прав арендатора общество лишилось не только титульного владения, но и актива, напрямую связанного с ведением основной деятельности.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно п.3 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п.4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В этой связи, суд также отмечает, что ни ФИО2, ни ООО «СП Алга» не были представлены доказательства того, что ООО «СП Бемар» находилось в сложном материальном положении, осуществляло фактический перевод производственной базы из нескольких районов Челябинской области исключительно в Верхнеуральский район. Согласно открытым данным программного комплекса «Электронное правосудие» общество имеет незначительное количество гражданских споров, где выступает в качестве ответчика. При этом согласно открытым данным системы проверки контрагентов «Спарк», в 2020 году ООО «СП Бемар» имело чистую прибыль в размере 5 032 000 руб., что, в частности, было отображено в решении Арбитражного суда от 02.02.2023г. по делу № А76-36920/2021.

Также, как следует из материалов дела, 15.03.2022г. между ООО «СП «АЛГА», в лице директора ФИО6 (арендатор) и ООО «Магма», в лице генерального директора ФИО16 (новый арендатор) был заключен договор передачи прав и обязанностей по договорам аренды № 39 от 25.02.2009г., № 207 от 06.11.2019г., № 210 от 06.11.2019г., № 211 от 06.11.2019г. и № 206 от 06.11.2019г. земельных участков с кадастровыми № 74:06:0102003:4, 74:06:0000000:4380, 74:06:0110001:108, 74:06:0108001:256, 74:06:0108001:257.

По условиям п.2.1. вышеуказанного договора, права и обязанности по настоящему договору арендатор передает новому арендатору безвозмездно (т.5 л.д.80-82).

Государственная регистрация права аренды ООО «Магма» на вышеуказанные земельные участки была осуществлена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 13.04.2022г. (т.4 л.д.83).

Таким образом, по факту безвозмездного приобретения прав арендатора земельных участков (04.11.2019г. и 08.09.2020г.) ООО «СП Алга» в течение незначительного темпорального периода – в том числе с учетом ведения им сельскохозяйственной деятельности – осуществило отчуждение прав арендатора третьему лицу (15.03.2022г.). При этом такое отчуждение в пользу третьего лица также без веских экономических оснований было осуществлено на безвозмездной основе.

Более того, согласно пояснениям сторон, а также открытым данным системы «Электронное правосудие» между ООО «СП Бемар» и ФИО2 имеется корпоративный конфликт, а также многочисленные разногласия касательно расходования денежных средств и имущественных активов ООО «СП Бемар». Так, в настоящее время в производстве арбитражного суда Челябинской области, за исключением текущего, имеются следующие дела:

Дело

Истец

Ответчик

Суть требований

А76-2600/2023

ООО «СП Бемар»

ФИО2

О взыскании убытков в размере 1 993 641,74

А76-39570/2022

ФИО1 ООО «СП Бемар»

ФИО2 ООО «СП Алга»

О признании недействительной единой

сделки, состоящей из договора займа № 1 от 30.03.2022, заключенного между ООО

«СП «Бемар» и ФИО2, договора об уступке прав требования от 24.12.2020,

зачета на сумму 1 348 000 руб., о взыскании денежных средств в размере 1 950 000 руб., о

восстановлении задолженности ООО «СП «Алга» перед ООО «СП Бемар» в размере

1 348 000 руб.

А76-12648/2022

ФИО1

ООО «СП

Бемар»

О признании недействительным решения от 01.11.2019г., единственного участника ООО

«СП БЕМАР»

А76-6364/2022

ООО «СП Бемар»

ООО «СП Алга»

О признании недействительными договора передачи прав и обязанностей по договору аренды от 08.09.2020, а также применении

последствий недействительности сделки, об

обязании возвратить право аренды на

земельные участки, находящиеся в государственной собственности

А76-42913/2021

ООО «СП Бемар»

ФИО2 ООО «Деметра»

Об обязании ответчика передать документы

общества

А76-36920/2021

ФИО1 ООО «СП Бемар»

ООО «СП Алга»

О признании сделки недействительной

А76-41626/2021

ФИО1

ООО «СП Алга»

О признании сделки недействительной

А76-35501/2021

ФИО1

ООО «СП Алга»

О признании сделки недействительной

В свою очередь, ФИО2 было заявлено исковое заявление к ООО «СП Бемар» о взыскании задолженности по договору займа в сумме 2 340 000 руб. 00 коп., с отметкой в принятии Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области 29.11.2022г.

Равным образом, судом оставляются без внимания доводы ООО «Магма» об изначально незаконном приобретении в аренду ООО «СП Бемар» прав арендатора на земельные участки, поскольку они, как установлено решением Верхнеуральского районного суда от 17.12.2021г. по делу № 2-749/2021, в действительности не являются муниципальной собственностью (т.6 л.д.82).

Во-первых, выводы суда, содержащие в вышеуказанном решении, сформулированы применительно к конкретным исковым требованиям. Вследствие чего судом общей юрисдикции было отмечено, что «суд соглашается с доводами представителя истцом ФИО17 Т.и., ФИО18 – ФИО4 о том, что при предоставлении земельного участка, с кадастровым номером 74:06:0000000:3027 в аренду была нарушена сама процедура заключения договора аренды земельного участка от 15.04.2019г. № 64/4 (т.6 л.д.87).

Вместе с тем, ни сам земельный участок с кадастровым номером 74:06:0000000:3027, ни сделка, касающаяся его правового статуса, не выступают предметом требований по настоящему иску.

Во-вторых, в силу п.4 ст.166 ГК РФ суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (п.4 указанной статьи).

При этом, как разъяснено в п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применительно к ст.166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и

безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В связи с изложенным собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании статьи 303 ГК РФ предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора, о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Обстоятельства незаконного приобретения ООО «СП Бемар» прав аренды земельных участков, принадлежащих, как указывается ООО «Магма», участникам колхоза «Карагайский» (т.6 л.д.82), не относится к сфере имущественного интереса третьего лица. Вопрос же компенсации убытков, а равно неосновательного обогащения, связанных с использованием принадлежащих участникам колхоза земельных участков в любом случае относится к исключительной компетенции, как предположительных собственников земельных участков.

В-третьих, согласно п.5 ст.166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п.70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как указано в Постановлении Президиума ВАС РФ от 06.03.2012г. № 13898/11 по делу № А41-18028/10, недействительность договора аренды не влияет на правомерность взыскания платы за пользование имуществом. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 29.11.2011г. № 9256/11 по делу № А73-10207/2010 указано, что если истец фактически пользовался предоставленным ему в результате исполнения ничтожной сделки помещением, он обязан возместить ответчику в денежной форме стоимость этого пользования.

В п.12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011г. № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» разъяснено, что судам следует иметь в виду, что положения ст.608 ГК РФ не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

В этой связи, следует отметить, что ООО «Магма», заявляющее о неправомерном приобретении ООО «СП Бемар» прав арендатора земельных участков с кадастровыми номерами 74:06:011001:108, 74:06:0000000:4380, 74:06:0108001:257, 74:06:0108001:256, также, исходя из доводов самого третьего лица, не может считаться их надлежащим арендатором, поскольку, согласно материалам дела, приобрело их у ООО «СП Алга», которое ранее, в свою очередь, приобрело их у ООО «СП Бемар». Таким образом, заявляя

о своей добросовестности, ООО «Магма» фактически выступило конечным приобретателем прав арендатора по незаконным, как им самим указано, сделкам.

Более того, как следует из материалов дела, решением Верхнеуфалейского районного суда Челябинской области от 17.12.2021г. по делу № 2-749/2021 было удовлетворено исковое заявление ФИО19 к ООО «СП Алга», Администрации Верхнеуральского муниципального района Челябинской области, Управлению имуществом и земельными отношениями Администрации Верхнеуральского муниципального района Челябинской области.

Суд решил признать недействительным договор аренды земельного участка, государственная собственность на который не разграничена № 210 от 06.11.2019г. в отношении земельного участка с кадастровым № 74:06:011001:108, находящийся по адресу: находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 2-1п на расстоянии 5 км юго-западнее п.Урлядинский, площадью 210 000 кв.м.; применить последствия недействительности сделки, в виде признания обременения в пользу ООО «СП Алга» в отношении упомянутого земельного участка отсутствующим и прекратить его, погашении в ЕГРН записи о регистрации ограничения прав и обременения объекта недвижимости в виде аренды земельного участка, в отношении ООО «СП Алга», снять с государственного кадастрового учета земельный участок (т.4 л.д.97).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда № 11-4201/2022 от 18.04.2022г. решение Верхнеуфалейского районного суда Челябинской области от 17.12.2021г. по делу № 2749/2021 было оставлено без изменения, апелляционная жалоба Администрации Верхнеуральского муниципального района Челябинской области – без удовлетворения (т.4 л.д.110).

В соответствии с ч.3 ст.69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Следовательно, с учетом вышеизложенных обстоятельств, ООО «Магма» само реализовывало права арендатора в отношении незаконно переданного в аренду участка, что установлено вступившим в законную силу решением суда.

Согласно п.2 ст.167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, тогда как возмещение стоимости полученного в натуре возможно лишь в случае невозможности возврата отчужденного предмета недействительного договора. Таким образом, по общему правилу, недействительность сделки влечет правовое последствие в виде реституции.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.01.2005г. № 23-О отмечено, что последствия недействительности сделки предусмотрены положением данного (п.2 ст.167 ГК РФ) пункта, согласно которому каждая из сторон возвращает все полученное по сделке, т.е. стороны возвращаются в то имущественное положение, которое имело место до исполнения этой сделки; отсутствие в данной норме правила о возмещении одной стороне рыночной стоимости имущества на момент его возвращения при двусторонней реституции другой стороне не может рассматриваться как нарушающее равенство участников данных гражданско-правовых отношений и не обеспечивающее гарантии права частной собственности; вместе с тем названное законоположение не препятствует индексации подлежащих возврату денежных сумм с учетом инфляции, при этом как сам факт инфляции, так и размер возможной индексации могут быть установлены судом, рассматривающим соответствующий гражданско-правовой спор.

Правовое последствие недействительности сделки в виде «restitutio in integrum» предполагает 1) восстановление сторон в первоначальное положение, 2) а также уничтожение наступивших правовых последствий. В данном случае такой механизм реализуется посредством возврата истцу прав арендатора, то есть односторонней реституции.

Таким образом, требования истца в части признания договоров передачи прав и обязанностей по договорам аренды от 04.11.2019г. и от 08.09.2020г. (два договора) недействительными сделками подлежат удовлетворению судом. Вследствие изложенного ООО «СП Бемар» подлежит восстановлению в правах арендатора нижеследующих земельных участков:

- Кадастровый номер 74:01:0103002:282, находящийся по адресу: Челябинская обл., Агапоский р-н, в 1,0 км по направлению юг п.Ржавка, площадью 5 405 372 кв.м., предоставленный на основании договора аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 85-15 от 15.05.2018г.;

- Кадастровый номер 74:01:0103002:144, находящийся по адресу: Челябинская обл., Агаповский р-н, в 6,0 км северо-западнее с.Верхнекизильского, предоставленный на основании договора аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности № 162-08 от 24.12.2008г.

Учитывая же, что в настоящее время права на аренду земельных участков:

- 74:06:011001:108, находящийся по адресу: находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 2-1п на расстоянии 5 км юго-западнее п.Урлядинский, площадью 210 000 кв.м.;

- 74:06:0000000:4380, находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № V-I на расстоянии 3 км восточнее п.Александровский, площадью 8 429 675 кв.м;

- 74:06:0108001:257, находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 4/1 на расстоянии 3,5 км юго-западнее д.Ложкина, площадью 2 910 000 кв.м;

- 74:06:0108001:256, находящийся по адресу: находящийся по адресу: Челябинская обл., Верхнеуральский р-н, поле № 4/1 на расстоянии 3,5 км юго-западнее д.Ложкина, площадью 780 000 кв.м

принадлежат не ответчику, а третьему лицу, ООО «Магма», суд также полагает необходим отметить следующее:

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав.

В Определении Конституционного Суда РФ от 25.06.2019г. № 1655-О, Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (ст.12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений; при этом выбор способа защиты, реализуемый субъектом права, предопределяется теми правовыми нормами, которые регулируют конкретные правоотношения.

В силу ч.2, 3 ст.44 АПК РФ, истцами являются организации и граждане, предъявившие иск в защиту своих прав и законных интересов, ответчиками - организации и граждане, к которым предъявлен иск.

Из п.8 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016г.) следует, что в, соответствии с ч. 3 ст. 44 АПК РФ, ответчиками признаются организации и граждане, к которым предъявлен иск, то есть лица, по мнению истца, нарушившие его права и законные интересы.

Из изложенного следует, что истец, как субъект гражданских правоотношений, свободен в выборе способа защиты нарушенного права, а как субъект процессуальных отношений – в выборе лица, к которому он считает целесообразным заявить свои требования.

В данном случае статусом процессуального истца является ФИО1, которым ответчиком по делу определено исключительно ООО «СП Алга». О привлечении ООО «Магма» в качестве соответчика истцом не заявлялось, само ООО «Магма» будучи третьим лицом по делу, не может самостоятельно ходатайствовать об изменении своего процессуального статуса.

При этом наличие у упомянутого общества процессуального статуса третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, а не соответчика само по себе по делу не препятствует проведению реституции по факту рассмотрения спора, в том числе если в результате таковой будут непосредственно затронуты права третьего лица.

Так, в части ч.1 ст.51 АПК РФ, под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, понимаются лица, могущие вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Привлечение третьих лиц к участию в деле на стадии судебного разбирательства является правом суда, которое он реализует по своему усмотрению исходя из предмета доказывания, целесообразности их участия, учитывая возможное влияние принятого по рассматриваемому предмету спора судебного акта на права и законные интересы данных лиц.

Третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. Целью же участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020г. № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что судебный акт считается принятым о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, если он принят о их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Предусмотренный процессуальным законодательством институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия.

Таким образом, судебный акт может затрагивать права третьих лиц, равно как и выступать обстоятельством, обуславливающим последующее инициирование ими собственного судебного разбирательства по причине нарушения их прав недобросовестной стороной. Следовательно, признание недействительными сделками договоров уступки прав и обязанностей к договорам аренды земельных участков, заключенных между ООО «СП Бемар» и ООО «СП Алга» может выступать детерминативом для требований о возмещении каких-либо убытков последним третьему лицу.

С учетом вышеизложенного судом не усматривается оснований для удовлетворения ходатайства ООО «Магма» о его привлечении в качестве соответчика по делу. Более того, как следует из последних представленных истцом уточнений (т.4 л.д.76- 79), а также пояснений представителя стороны в судебном заседании, ФИО1 не заявляется о применении последствий недействительности заключенных с ООО «СП Алга» сделок в виде изъятия у ООО «Магма» земельных участков 74:06:011001:108, 74:06:0000000:4380, 74:06:0108001:257, 74:06:0108001:256.

В соответствии с ч.2 ст.168 АПК РФ, при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются со стороны. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (ст.101 Кодекса).

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (ст. 106 АПК РФ).

В ходе рассмотрения дела судом были назначены и проведены следующие судебные экспертизы (т.4 л.д.28-53, т.5 л.д.109-111):

№

Экспертная организация

Реквизиты судебной

экспертизы

Стоимость

экспертизы, руб.

ООО «НСЭ «Принцип»

№ 2022.14П

25 000,00

ФБУ ЧЛСЭ

Минюста России

№ 228/2-3 № 229/2-3 № 230/3-3

21 400,00 21 400,00 17 120,00

Итого:

84 920,00

Истцом, ФИО1 на депозитный счет арбитражного суда Челябинской области были перечислены денежные средства за оплату услуг судебной экспертизы в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек, что подтверждается нижеследующими платежными поручениями (т.4 л.д.3, т.5 л.д.7, 67, 68):

№

Реквизиты п/п

Сумма, руб.

№ 16 от 29.03.2022г.

25 000,00

№ 10 от 05.08.2022г.

21 000,00

№ 17 от 29.11.2022г.

37 000,00

№ 1 от 16.01.2023г.

21 180,00

Итого:

104 180,00

В соответствии с п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного уда Российской Федерации № 23 от 04.04.2014г. «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», денежные суммы, причитающиеся эксперту, согласно ч. 1 ст. 109 АПК РФ выплачиваются после выполнения им своих обязанностей в связи с производством экспертизы, за исключением случаев применения ч. 6 ст. 110 АПК РФ.

В соответствии с п.126 Постановления Пленума ВАС РФ от 05.06.1996г. № 7 «Об утверждении Регламента арбитражных судов», выплата денежных средств, зачисленных на депозитный счет, производится на основании судебного акта, принятого арбитражным судом.

Согласно п.2.6. Приказа Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 05.11.2015г. № 345 «Об утверждении Регламента организации деятельности кассационных судов общей юрисдикции, апелляционных судов общей юрисдикции, кассационного военного суда, апелляционного военного суда, верховных судов республик, краевых, областных судов, судов городов федерального значения, судов автономной области и автономных округов, окружных (флотских) военных судов, федеральных арбитражных судов, управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации по работе с лицевыми (депозитными) счетами для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение», перечисление денежных средств с лицевого (депозитного)

счета производится финансово-экономическим отделом суда (управления) только на основании судебного акта, вступившего в законную силу, содержащего указание в резолютивной части о выплате денежных средств залогодателю, лицам, участвующим в деле, иным участникам судопроизводства или уполномоченным лицам за счет средств, поступивших во временное распоряжение суда (управления), или о возврате средств плательщику, за исключением случаев ошибочного зачисления средств.

Таким образом перечисление указанных в судебном акте денежных средств осуществляется финансово-экономическим отделом суда на текущий лицевой (расчетный) счет получателя. Перечисление денежных средств с лицевого (депозитного) счета суда (управления) производится только безналичным путем: гражданам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, имеющим статус индивидуального предпринимателя, и юридическим лицам - на расчетный счет; физическим лицам - на лицевой счет физического лица, открытый в кредитной организации.

Перечисление денежных средств с лицевого (депозитного) счета производится финансово-экономическим отделом суда (управления) только на основании судебного акта, вступившего в законную силу, содержащего указание в резолютивной части о выплате денежных средств залогодателю, лицам, участвующим в деле, иным участникам судопроизводства или уполномоченным лицам за счет средств, поступивших во временное распоряжение суда (управления), или о возврате средств плательщику, за исключением случаев ошибочного зачисления средств.

Судебным актом, на основании которого выплачиваются денежные средства с депозитного счета суда, являются определение или постановление суда, а также решение суда первой инстанции. В резолютивной части указываются лицо, которому причитается возврат денежных средств, а также сумма возмещения.

В связи с нахождением на депозитном счете Арбитражного суда Челябинской области денежных средств, поступивших для оплаты экспертизы, денежные средства в размере 59 920 (пятьдесят девять тысяч девятьсот двадцать) рублей 00 копеек (21 400,00 + 21 400,00 + 17 120,00) подлежат перечислению ФБУ ЧЛСЭ Минюста России для оплаты по счетам № 15 от 20.02.2023г., № 18 от 28.02.2023г. и № 45 от 18.05.2023г., а 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей 00 копеек – подлежат перечислению ООО «НСЭ «Принцип» для оплаты по счету № 2022.14П от 08.07.2022г.

Кроме того, поскольку сумма перечисленных на депозитный счет арбитражного суда Челябинской области денежных средств превышает стоимость оказанных ФБУ ЧЛСЭ Минюста России и ООО «НСЭ «Принцип» услуг, истцу надлежит вернуть с депозитного счета арбитражного суда 19 260 (двенадцать тысяч двести шестьдесят) рублей 00 копеек, исходя из расчета: 104 180,00 – 84 920,00.

Расходы истца по оплате услуг судебной экспертизы в сумме 84 920 (восемьдесят четыре тысячи девятьсот двадцать) рублей 00 копеек на основании ч.1 ст.110 АПК РФ подлежат возмещению за счет ответчика, ООО «СП Алга».

Принципы исчисления и размер государственной пошлины, уплачиваемой при подаче искового заявления в арбитражные суды, установлены статьей 333.21 НК РФ.

Согласно ч.1 ст.103 АПК РФ цена иска, состоящего из нескольких самостоятельных требований, определяется суммой всех требований.

Из п.22 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014г. № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» следует, что, если в заявлении, поданном в арбитражный суд, объединено несколько взаимосвязанных требований неимущественного характера, то, по смыслу пп.1 ч.1 ст.333.11 НК РФ, уплачивается государственная пошлина за каждое самостоятельное требование.

Согласно подп.2 п.1 ст.333.21. НК РФ, размер государственной пошлины при подаче при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении,

изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными, составляет 6 000 рублей.

При этом, как разъяснено в п.24 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014г. № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», при применении подп.2 п.1 ст.333.21 НК РФ следует иметь в виду, что использованное в нем для целей исчисления государственной пошлины понятие спора о признании сделки недействительной охватывает как совместное предъявление истцом требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, так и предъявление истцом любого из данных требований в отдельности. С учетом этого размер государственной пошлины при обращении в арбитражный суд с исковым заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности составляет 6 000 рублей.

Таким образом, при обращении в суд уплате подлежит государственная пошлина в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) рублей 00 копеек, исходя из следующего расчета:

Сущность требования

Количество требований

Оспариваемая сделка

Расчет госпошлины

Размер госпошлины

Признание сделок недействительными и применение последствий

недействительности

договор передачи прав и

обязанностей по договорам аренды от 04.11.2019г.

договор передачи прав и

обязанностей по договорам аренды от 08.09.2020г.

договор передачи прав и

обязанностей по договорам аренды от 08.09.2020г.

6 000,00

6 000,00 * 3

Итого:

18 000,00

При подаче иска истцом государственная пошлина была уплачена в сумме 91 399 (девяносто одна тысяча триста девяносто девять) рублей 00 копеек, что подтверждается нижеследующими платежными документами (т.1 л.д.5, т.2 л.д.112, т.5 л.д.48):

№

Наименование документа

Сумма, руб.

Платежное поручение № 15 от 24.11.2021г.

6 000,00

Платежное поручение № 2837246 от 20.03.2022г.

12 000,00

Чек-ордер № 4981 от 17.10.2022г.

73 399,00

Итого:

91 399,00

В силу подп.1 п.1 ст.333.40. НК РФ, уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.

Согласно п.3, 4 ст.225.8 АПК РФ, судебные расходы, связанные с рассмотрением дела по иску участников юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, несут такие участники в равных долях. Возмещение судебных расходов производится по правилам, установленным статьей 110 настоящего Кодекса.

Таким образом, в случае удовлетворения косвенного иска участника общества, судебные расходы по такого рода делам возмещаются в пользу лиц, предъявивших иск, то есть в данном случае, на процессуального истца.

Ввиду удовлетворения заявленных исковых требований, расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) рублей 00 копеек относятся к издержкам процессуального истца, ФИО1, и подлежат возмещению за счет ответчика, ООО «СП Алга». Государственная пошлина в размере 73 399 (семьдесят три тысячи триста девяносто девять) рублей 00 копеек подлежит возврату истцу из федерального бюджета, исходя из расчета: 91 399,00 – 18 000,00.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

РЕШИЛ:

Заявленные исковые требования удовлетворить.

Признать недействительными сделками договоры передачи прав и обязанностей по договорам аренды от 04.11.2019г. и от 08.09.2020г. (два договора), заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, и обществом с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области.

Применить последствия недействительности сделки:

Признать отсутствующими обременения в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, в отношении нижеследующих земельных участков:

Погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о регистрации ограничения прав и обременений объектов недвижимости в виде аренды земельных участков, установленную в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, в отношении нижеследующих земельных участков:

Восстановить общество с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие БЕМАР», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, в правах арендатора нижеследующих земельных участков:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие АЛГА», ОГРН <***>, г.Магнитогорск Челябинской области, в пользу ФИО1, г.Магнитогорск Челябинской области, судебные расходы, а именно государственную пошлину за рассмотрение дела в размере 18 000 (Восемнадцать тысяч) рублей 00 копеек, а также расходы по оплате судебной экспертизы в размере 84 920 (Восемьдесят четыре тысячи девятьсот двадцать) рублей 00 копеек.

Возвратить ФИО1, г.Магнитогорск Челябинской области, с депозитного счета Арбитражного суда Челябинской области сумму излишне уплаченных по платежному поручению № 1 от 16.01.2023г. денежных средств за

проведение экспертизы в размере 19 260 (Двенадцать тысяч двести шестьдесят) рублей 00 копеек.

Возвратить ФИО1, г.Магнитогорск Челябинской области, из федерального бюджета сумму излишне уплаченной по чеку-ордеру № 4981 от 17.10.2022г. государственной пошлины в размере 73 399 (семьдесят три тысячи триста девяносто девять) рублей 00 копеек.

Перечислить денежные средства в размере 25 000 (Двадцать пять тысяч) рублей 00 копеек с депозитного счета Арбитражного суда Челябинской области на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «Независимая судебная экспертиза «Принцип», ОГРН <***>, г.Челябинск, за проведение судебной экспертизы по делу № А76-41822/2021.

Перечислить денежные средства в размере 59 920 (Пятьдесят девять тысяч девятьсот двадцать) рублей 00 копеек с депозитного счета Арбитражного суда Челябинской области на расчетный счет Федерального бюджетного учреждения Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, ОГРН <***>, г.Челябинск, за проведение судебной экспертизы по делу № А76-41822/2021.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме). Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.

Судья И.А. Кузнецова