ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда, не вступившего в законную силу

17 апреля 2025 года. Дело № А65-21753/2024 город Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 17 апреля 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Бажана П.В., судей Корнилова А.Б. и Николаевой С.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коноваловой Я.А., с участием:

от истца - не явился, извещен, от ответчика - не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Орион» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 февраля 2025 года по делу № А65-21753/2024 (судья Фомина И.В.),

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Технология вентиляции» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Казань Республики Татарстан,

к Обществу с ограниченной ответственностью «Орион» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Красноярск Красноярского края,

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Производственное предприятие «Технология вентиляции» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Орион» (далее - ответчик), с уточнением требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ, о взыскании задолженности в размере 2 651 818,51 руб., в том числе 692 748,55 руб. долга, и неустойки в размере 4 602 863,42 руб.

Решением суда от 13.02.2025 г. исковые требования удовлетворены частично.

Суд взыскал с ответчика в пользу истца задолженность в сумме 2 227 036,35 руб., в том числе 692 748,55 руб. долга, 1 534 287,80 руб. неустойки, и 39 109 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а в остальной части в удовлетворении иска отказал.

Ответчик, не согласившись с указанным судебным актом, обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда в части взыскания неустойки в размере 1 534 287,80 руб. отменить, и принять по делу в данной части новый судебный акт, которым отказать истцу в удовлетворении заявленного требования и уменьшить неустойку, применив ст. 333 ГК РФ, либо передать дело на новое рассмотрение в АС Красноярского края в связи с неправильным определением подсудности.

Истец, апелляционную жалобу отклонил, по основаниям, изложенным в возражениях, приобщенных к материалам дела, и просил решение суда в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

На основании ст. 156 АПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся представителей сторон, извещенного надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Проверив в соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ решение суда первой инстанции в обжалуемой части, оценив в совокупности, имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции считает решение суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключён договор поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г., согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить, а покупатель - принять и оплатить продукцию по наименованию, в количестве, ассортименте, комплектности, по ценам и в сроки, согласованные сторонами в приложениях - спецификациях на поставку к настоящему договору.

В силу п. 2.3 договора покупатель производит оплату путём перечисления денежных средств по счетам, направляемых поставщиком в срок, не превышающий 5 календарных дней с даты направления каждого счёта, в следующем порядке:

- 20 % от общей стоимости товара до размещения заказа на производство в порядке предоплаты. В случае, если оплата счёта не произведена покупателем в установленный настоящим пунктом срок, действие спецификации считается прекращённым, и покупатель не вправе требовать исполнения по спецификации.

- 80 % от общей стоимости товара после уведомления о готовности товара к отгрузке, но не позднее даты отгрузки.

Истцом в период с 10.03 по 10.08.2023 г. в адрес ответчика осуществлена поставка продукции в соответствии товарными накладными и универсальными передаточными документами на общую сумму 9 510 049,38 руб.

Ответчиком товар в полном объеме не оплачен, в связи с чем, истец 09.02.2024 г. обратился к ответчику с претензией, согласно которой требовал погасить образовавшуюся задолженность, а также образовавшуюся неустойку.

Ответчиком обязательства по оплате поставленного товара не исполнены, в связи с чем истец обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о частичном удовлетворении заявленных истцом требований, исходя из следующего.

Поскольку решение суда в части взыскания основного долга и в отказанной части сторонами не оспаривается, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность решения суда только в части взыскания неустойки.

В соответствии со ст. ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов.

Судами установлено, что заключенный договор по своей правовой природе является договором поставки, и к спорным правоотношениям подлежат применению правила главы 30 ГК РФ.

Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу п. 5 ст. 454 ГК РФ договор поставки является разновидностью договора купли-продажи и к нему применяются положения параграфа 1 главы 30 названного Кодекса в части, не противоречащей правилам ГК РФ об этом виде договора.

В соответствии со ст. 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара.

На основании ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае истец обязательство по поставке товара исполнил, тогда как ответчик обязательство по оплате поставленного товара в полном объеме не выполнил.

Факт поставки товара подтверждается УПД со всеми необходимыми реквизитами, и подписями обеих сторон.

Доказательства оплаты ответчиком судам не представлено, но и получение товара ответчиком не оспаривается.

Определением от 15.01.2025 г. суд принял признание ответчиком требования истца в части взыскания 692 748,55 руб. долга.

Частью 4 ст. 170 АПК РФ предусмотрено, что в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения может быть указано только на признание иска ответчиком и принятие его судом.

Таким образом, суд освобожден от необходимости проверки признанных стороной обстоятельств и мотивировки вывода об удовлетворении иска в признанной ответчиком (принятой судом) части исковых требований.

Следовательно, требование истца о взыскании 692 748,55 руб. долга является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Истцом также было заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки в размере 4 602 863,42 руб. за период с 18.07 по 12.11.2024 г.

Статьей 329 ГК РФ в качестве способов обеспечения исполнения обязательств предусмотрены неустойка, залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток и другие способы, предусмотренные законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с п. 5.2 договора в случае несвоевременной оплаты товара покупателем, покупатель обязан по требованию поставщика выплатить неустойку в размере 0,1 % от общей стоимости товара, поставляемого в соответствии с условиями настоящего договора за каждый день просрочки.

Материалами дела подтверждается ненадлежащее исполнение ответчиком условий об оплате поставленного товара, предусмотренного договором.

Расчет неустойки, выполненный истцом, проверен судами, и признан верным.

Довод ответчика, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе, об отсутствии оснований для взыскания неустойки на основании договора поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г. правильно признан судом несостоятельным в силу следующего.

Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, к которым относятся условия о предмете договора, условия, которые названы в законе как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также, все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также, путем

обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

По смыслу ст. ст. 160 и 434 ГК РФ под документом, выражающим содержание заключаемой сделки, понимается не только единый документ, но и несколько взаимосвязанных документов, подписываемых ее сторонами.

Исходя из вышеизложенного, при оценке договора на предмет его заключенности следует исходить из того, что существенные условия договора могут быть согласованы сторонами не только в договоре, оформленном в виде одного документа, но и в нескольких взаимосвязанных документах, относящихся, как правило, к стадии заключения договора.

Принятие стороной имущественного предоставления от другой стороны со ссылкой на договор, а также отсутствие каких-либо возражений о незаключенности договора до рассмотрения иска о взыскании долга по договору либо о применении договорной ответственности могут с учетом обстоятельств дела свидетельствовать о том, что договор заключен и к отношениям его сторон применяются условия, предусмотренные в договоре.

Истец в материалы дела представил скан-копию договора поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г., в котором имеется подпись и печать синего цвета напротив надписи директора ООО «Орион».

Преамбула договора содержит указание на дату его подписания 23.01.2023 г., при этом, при подписании договора стороны какие-либо оговорки о дате его подписания не сделали.

Договор поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г. от имени ООО «Орион» подписан ФИО1, который согласно общедоступным сведениям из ЕГРЮЛ с 21.02.2012 г. является директором ООО «Орион».

Договор поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г. содержит не только подпись ФИО1, но и печать ООО «Орион».

Заявлений об утрате печати ООО «Орион», факт которой установлен правоохранительными органами, судам ответчиком не предъявлено.

В силу ч. 5 ст. 2 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» печать является одним из средств индивидуализации организации, и общество обязано обеспечить надлежащие условия ее хранения и порядок использования уполномоченными лицами, исключающий проставление оттиска печати на документы, не исходящие от данной организации.

Юридическое значение печати организации заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, управомоченного представлять юридическое лицо во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

Соответственно, наличие у лица, подписавшего договор, доступа к печати ООО «Орион» подтверждает, что его полномочия явствовали из обстановки, в которой он действовал (абз. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Кроме того, о согласованности условий договора свидетельствует и указание на дату и номер договора в УПД, согласно которым товар получен и оплачен ответчиком.

Иные копии договора, отличающиеся по своему содержанию от копии, представленного истцом, ответчиком судам предъявлены не были, и заявление о фальсификации указанного документа в порядке ст. 161 АПК РФ не поступало.

Вопреки позиции ответчика сам по себе факт представления истцом в материалы дела копий документов при их неопровержении другой стороной иными копиями или оригиналами документов, содержащих иные сведения, не свидетельствует о необоснованности и документальной неподтвержденности требований истца.

При таких обстоятельствах ссылка ответчика на то, что спорный договор и приложения к нему были подписаны посредством ЭДО в более поздние периоды (уже после поставки товара), судом правомерно отклонена.

Суд также обоснованно исходил из необходимости применения к спорной ситуации принципа эстоппеля и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Принцип эстоппеля вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Возражения ответчика о том, что возможность обмена документами по электронной почте договором не предусмотрена, суд правильно признал несостоятельными, поскольку электронный документооборот между сторонами, не противоречит федеральному закону (в том числе ст. 165.1 ГК РФ), в связи с чем направление документов посредством электронной почты не может быть признано недопустимым способом в силу того лишь обстоятельства, что этот способ передачи документов не был поименован в договоре.

В силу п. 9.3 договора все изменения и дополнения к настоящему договору действительны лишь в случае, если они совершены в письменной форме и подписаны обеими сторонами.

Стороны обязаны заблаговременно уведомлять друг друга обо всех изменениях банковских реквизитов и почтовых адресов, адресов электронной почты.

Действия, совершённые по старым реквизитам, до поступления уведомлений об их изменении, засчитываются в исполнение обязательств.

Документы, полученные посредством электронной почты в рамках настоящего договора, допускаются в качестве надлежащих письменных доказательств в случае рассмотрения любых споров по настоящему договору в арбитражных судах и судах общей юрисдикции.

Стороны признают юридическую силу электронных сообщений, отправленных с электронной почты поставщика с доменом @techvent.ru.

Ответчик также пояснял, что электронная переписка с адресом da-orion@yandex.ru не может являться в качестве доказательства по делу, так как данный адрес не согласован сторонами в договоре и не согласуется с другими доказательствами в их взаимосвязи и совокупности, поскольку при толковании п. 9.3 договора по правилам, предусмотренным ст. 431 ГК РФ, нельзя сделать обоснованный вывод, что стороны достигли соглашения о придании уведомлениям, информации, документам, отправленным либо полученным по электронной почте в адрес или от ответчика по электронному адресу da-orion@yandex.ru юридической силы.

При этом, получение или отправка сообщения с использованием адреса электронной почты, известного как почта самого лица или служебная почта его компетентного сотрудника, свидетельствует о совершении этих действий самим лицом, пока им не доказано обратное (постановление Президиума ВАС РФ от 12.11.2013 г. № 18002/12).

Таким образом, суд пришел к правильному выводу, что в рассматриваемом случае, именно на ответчике в силу ст. 65 АПК РФ, лежит обязанность по доказыванию факта, что электронный адрес, по которому направлен подписанный договор не принадлежат работникам ООО «Орион».

Истец, действуя добросовестно и осмотрительно, предполагал, что переписка сторон по электронной почте ведется именно с ответчиком.

При этом, проект договора со стороны истца отправлен с электронной почты с доменом @techvent.ru, который указан в договоре.

Более того, вопрос о незаключенности договора ввиду неопределенности его предмета сторонами следовало обсуждать до момента его исполнения.

Совершение действий по исполнению сделки, а также отсутствие каких-либо возражений со стороны контрагента по сделке на протяжении длительного периода времени свидетельствует о том, что стороны не имели разногласий относительно условий сделки.

Так, из материалов дела усматривается, что истцом производились поставки на основании УПД (в качестве основания передачи (сдачи)/получения (приемки) указан договор № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г.), а ответчик, в свою очередь, производил частичную оплату товара.

Суд в данном случае, с учетом момента заключения спорного договора поставки (23.01.2023 г.), обоснованно руководствовался правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 г. № 13970/10, согласно которой суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной ст. 10 ГК РФ.

Судом также обоснованно отклонен довод ответчика о том, что неустойку следует исчислять исходя из размера просроченного обязательства, а не из общей стоимости товара, поставленного по договору.

В соответствии с положениями п. 1 и 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

По смыслу закона, норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы), о чем указано в п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 16).

В п. 3 постановления Пленума ВАС РФ № 16 также установлено, что при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора.

Неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств может носить компенсационный (зачетный по отношению к убыткам) и (или) штрафной характер.

Размер неустойки стороны договора определяют самостоятельно и добровольно, не исключая возможность определения ее величины исходя из цены договора, стоимости этапа работ, кратно ключевой ставке и т.д.

При этом с учетом положений ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, определяющих порядок расчета неустойки (буквальное толкование).

В п. 41 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора» такое значение определяется с учетом общепринятого употребления слов и значений, используемых в договоре, любым участником гражданского оборота, действующим

разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Как уже отмечалось ранее, в п. 5.2 договора стороны согласовали порядок начисления неустойки за ненадлежащее выполнение обязательств путем ее начисления в размере 0,1 % от общей стоимости товара.

При подписании договора ответчик был уведомлен о наличии условий об ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств по договору, однако никаких разногласий по поводу ответственности, ее размера при заключении договора у сторон не возникло (иного не доказано).

Согласование сторонами условий сделки по своему усмотрению в рамках предоставленной им свободы договора, в том числе касающееся порядка исчисления неустойки, предполагает необходимость соблюдения условий договора именно в том виде, в котором они были определены (постановление Президиума ВАС РФ от 29.10.2013 г. № 5870/13).

С учетом вышеизложенного суд правомерно посчитал необходимым отметить, что обе стороны договора являются профессиональными участниками хозяйственного оборота, то есть должны действовать в соответствии с высоким стандартом осмотрительности, обладая должным знанием относительно существующего правового инструментария в отношении защиты собственных прав и интересов, осознавая и предвидя правовые результаты своих действий, и нести риски наступления негативных последствий несоблюдения этого стандарта.

Буквальное содержание п. 5.2 договора свидетельствует о том, что воля сторон была направлена на исчисление пени от всей суммы договора.

При этом доказательства доминирования поставщика при определении договорного условия о порядке исчисления неустойки и нарушении свободного согласования воли сторон договора, результатом которого является их общий и сознательный консенсус по содержанию договорных условий, что позволило бы его игнорировать как несправедливое договорное условие, в материалах дела отсутствуют, соответственно указанный довод ответчика обоснованно признан судом несостоятельным.

При этом также следует учитывать, что согласно ч. 1 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.

Возражения ответчика об отсутствии в материалах дела иных спецификаций к договору поставки правомерно отклонены судом, поскольку все существенные условия поставки товара, а именно: наименовании и количество товара, согласованы сторонами в УПД со ссылкой на договор поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г.

Ответчиком, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе заявлено о снижении размера неустойки по ст. 333 ГК РФ.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

При этом, если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (п. 2 ст. 333 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 7), размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения ст. 71 АПК РФ.

Признание неустойки несоразмерной последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение.

В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки исходя из обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 г. № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 333 ГК РФ» (далее - информационное письмо от 14.07.1997 г. № 17).

В п. 4 информационного письма от 14.07.1997 г. № 17 разъяснено, что к последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (п. 2 информационного письма от 14.07.1997 г. № 17).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.07.2014 г. № 5467/14 по делу № А53-10062/2013, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Следует также учитывать, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства и не должна служить средством обогащения. Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним. Институт неустойки необходим, чтобы находить баланс между законными интересами кредитора и должника. Кредитору нужно восстановить имущественные потери от нарушения обязательства, но он не должен получить сверх того прибыль (определения ВС РФ от 15.01.2019 г. № 25-КГ18-8 и от 24.02.2015 г. по делу № 5-КГ14-131).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, положение п. 1 ст. 333 ГК РФ, закрепляющее право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определения Конституционного Суда РФ от 25.01.2012 г. № 185-О-О, от 22.01.2014 г. № 219-О, от 24.11.2016 г. № 2447-О, от 28.02.2017 г. № 431-О, постановление от 06.10.2017 г. № 23-П).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требований ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в п. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 г. № 263-О).

Оценив по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, представленные доказательства, исходя из фактических обстоятельств дела, и принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о наступлении каких-либо имущественных последствий для истца вследствие нарушения ответчиком обязательства по поставке в согласованный срок, а также учитывая, что превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции, исходя из принципов соблюдения баланса интересов сторон, разумности и добросовестности поведения сторон при исполнении обязательств, и принимая во внимание ходатайство ответчика, суд правильно пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера неустойки до 1 534 287,80 руб.

Доказательств того, что снижение неустойки ставит ответчика в более выгодное положение, в материалы дела сторонами не представлено.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, при этом, имея компенсационную и штрафную функцию, неустойка не является гарантированным доходом кредитора, несмотря на ее определение сторонами договора.

Судами учитываются в данном случае, как интересы истца, так и интересы ответчика.

Суд обоснованно отметил, что мера гражданской ответственности в виде взыскания договорной неустойки в уменьшенном размере соответствует восстановительному характеру гражданского права и обеспечивает баланс интересов сторон, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости.

Снижение неустойки до меньшего размера, по мнению суда, повлечёт нарушение баланса интересов сторон.

Таким образом, судом сделан правильный вывод, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность на общую сумму 2 227 036,35 руб., в том числе 692 748,55 руб. долга, и 1 534 287,80 руб. неустойки.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются судом со стороны.

Исходя из абз. 2 п.п. 3 п. 1 ст. 333.40 НК РФ при признании ответчиком иска до принятия решения судом возврату истцу подлежит 70 % суммы уплаченной им государственной пошлины.

В соответствии с п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. ст. 98, 102, 103 ГПК РФ, ст. 111 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (ст. 333 ГК РФ).

Таким образом, судебные расходы судом распределены в соответствии со ст. 110 АПК РФ, и правильно отнесены на ответчика пропорционально размеру удовлетворённого требования.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства, в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, а поэтому у суда апелляционной инстанции нет оснований для изменения или отмены судебного акта.

Довод в жалобе ответчика о нарушении судом первой инстанции ст. 35 АПК РФ, отклоняется апелляционным судом по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 34 АПК РФ дела, подведомственные арбитражным судам, рассматриваются в первой инстанции судами республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов, за исключением дел, отнесенных к подсудности Суда по интеллектуальным правам и арбитражных судов округов.

В силу ст. 35 АПК РФ подсудность спора по общему правилу определяется по территориальному признаку и определяется местом нахождения или местом жительства ответчика.

Подсудность, установленная ст. ст. 35 и 36 АПК РФ, может быть изменена по соглашению сторон до принятия судом заявления к своему производству (ст. 37 АПК РФ).

Форма соглашения о подсудности не оговорена в АПК РФ.

Соглашение об изменении общих правил подсудности может быть заключено в любом виде: либо как отдельное соглашение, либо как арбитражная оговорка, включенная отдельным пунктом в основной договор.

Исходя из п. 12 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 г. № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» соглашение о подсудности или третейское соглашение, заключенные в виде оговорки в договоре, по общему правилу рассматриваются независимо от других условий договора, поэтому незаключенность договора, который содержит такую оговорку, сама по себе не означает, что названные соглашения являются незаключенными.

Законодательством установлен принцип независимости (автономности) арбитражной оговорки, согласно которому расторжение или прекращение по иным основаниям договора, содержащего третейскую оговорку, либо признание такого договора недействительным, не влияют на действие и действительность третейской

оговорки и не прекращают ее действие при отсутствии специального соглашения сторон об этом.

Соглашение о подсудности (пророгационное соглашение) оформляется в виде соответствующей оговорки в рамках гражданско-правового договора и, будучи частью заключаемого договора, сохраняет свою автономность, поскольку основной договор и пророгационное соглашение не совпадают по своему предмету.

Кроме того, соглашение о подсудности или третейское соглашение, заключенные в виде оговорки в договоре, по общему правилу рассматриваются независимо от других условий договора, поэтому в случае, если содержащий оговорку договор является незаключенным, сам по себе этот факт не означает незаключенность соглашения о подсудности или третейского соглашения.

Несмотря на спор о действительности договора, воля сторон на установление подсудности пороков не имеет.

При этом оснований для признания недействительным (ничтожным) соглашения о подсудности не имеется.

Включенное в договор соглашение также распространяется на любые споры, связанные с заключением такого договора, его вступлением в силу, изменением, прекращением, действительностью.

Возникновение спора о незаключенности договора после принятия судом иска к производству не может служить основанием для передачи дела в другой арбитражный суд в силу п. 1 ст. 39 АПК РФ.

Требования истца о взыскании долга и неустойки возникли из договора поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г., который приложен в обоснование исковых требований.

В п. 7.4 договора поставки № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г. указана подсудность спора АС Республики Татарстан.

В рассматриваемом случае вывод о наличии между сторонами договорных отношений в рамках договора № 5ПГ/23 от 23.01.2023 г. может быть сделан судом только в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение спора по существу, и доводы ответчика о незаключенности спорного договора не могут подлежать оценке при рассмотрении вопроса о передаче дела по подсудности.

При вышеуказанных обстоятельствах, с учетом положений действующего законодательства и соглашения сторон о подсудности споров, оснований для передачи дела на рассмотрение АС Красноярского края, в порядке п. 3 ч. 2 ст. 39 АПК РФ у суда апелляционной инстанции не имеется.

Иных доводов, которые могли послужить основанием для отмены обжалуемого решения в соответствии со ст. 270 АПК РФ, из апелляционной жалобы не усматривается.

Таким образом, решение суда является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь ст. ст. 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 февраля 2025 года по делу № А65-21753/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий П.В. Бажан

Судьи А.Б. Корнилов

С.Ю. Николаева