ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,
http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда апелляционной инстанции
г. Саратов
Дело №А12-24033/2022
17 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 года.
Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Лыткиной О.В.,
судей Савенковой Н.В., Шалкина В.Б.,
при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Толстовой Д.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Киквидзенский» на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 4 сентября 2023 года по делу № А12-24033/2022,
по первоначальному иску сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Киквидзенский» (ОГРН <***>, ИНН <***>)
к индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)
о взыскании суммы,
по встречному иску индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1
к сельскохозяйственному кредитному потребительскому кооперативу «Киквидзенский»
о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1,
при участии в судебном заседании представителей:
от ИП ФИО2 КФХ ФИО1 - ФИО3 по доверенности от 27.09.2022,
от сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Киквидзенский» - ФИО4 по доверенности от 02.06.2021,
УСТАНОВИЛ:
сельскохозяйственный кредитный потребительский кооператив «Киквидзенский» (далее - СКПК «Киквидзенский», кооператив, истец) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с иском (уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (далее - ИП ФИО2 КФХ ФИО1, предприниматель, ответчик) о взыскании по договору поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, заключенным в обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209, основного долга в размере 1309857,28 руб., мораторных процентов в размере 624415,66 руб., процентов по договору займа в сумме 78806 руб.
ИП ФИО2 КФХ ФИО1 к СКПК «Киквидзенский» заявлен встречный иск о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1.
Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 4 сентября 2023 года по делу № А12-24033/2022 в иске СКПК «Киквидзенский» к ИП ФИО2 КФХ ФИО1 о взыскании задолженности отказано. Во встречном иске ИП ФИО2 КФХ ФИО1 к СКПК «Киквидзенский» о признании договора недействительным отказано. С СКПК «Киквидзенский» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 179 руб. С ИП ФИО2 КФХ ФИО1 в пользу СКПК «Киквидзенский» взысканы судебные расходы за производство судебной экспертизы в размере 40824 руб. (с учетом определения Арбитражного суда Волгоградской области от 05.10.2023 по делу №А12-24033/2022 об исправлении опечатки).
Не согласившись с принятым по делу судебным актом, СКПК «Киквидзенский» и ИП ФИО2 КФХ ФИО1 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят решение арбитражного суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт.
Заявители апелляционных жалоб считают, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.
СКПК «Киквидзенский» в апелляционной жалобе оспаривает в части отказа в удовлетворении первоначального иска, просит иск удовлетворить, полагает, что срок исковой давности не пропущен, ссылаясь на положения статей 196, 200 ГК РФ и пункта 9 договора поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019, согласно которым срок для предъявления требований к поручителю ФИО1 истекает 28.12.2023, при этом СКПК «Киквидзенский» обратился в суд с иском посредством почтового отправления — 30.08.2022, то есть в установленный законом срок. Разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» не подлежат применению, поскольку на момент начала процедуры банкротства ФИО5 поручительство по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209 отсутствовало. На момент введения процедуры реструктуризации долгов в отношении ФИО5 задолженность по начисленным и неуплаченным процентам, обусловленным пунктом 2.1.1. договора займа № 17КД-209 от 28.12.2017 отсутствовала, а потому и отсутствовали основания для досрочного предъявления требований о погашении займа, кроме оснований, предусмотренных п. 2 ст. 213.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Требование к поручителю может быть предъявлено в любой момент в период действия договора поручительства. Требование к ИП ФИО2 КФХ Пасту А.С. предъявлено 30.08.2022, то есть до окончания срока действия поручительства, в период его действия.
Факт предъявления кредитором к основному должнику требования о досрочном исполнении обязательства в рамках дела о банкротстве ФИО5 не сокращает срок действия оформленного позднее поручительства в силу прямого указания статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом разъяснений, указанных в пунктах 1, 7, 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве». Требования к ответчику предъявлены истцом в период действия договора поручительства. Ответчиком не представлено обоснования того, каким образом печать ИП ГК(Ф)Х ФИО1 могла оказаться в распоряжении иных лиц и быть использована при подписании спорного договора, а также иных документов, представленных в материалы дела. Объективные доказательства тому, что печать находилась в режиме свободного доступа, выбыла из владений ответчика, находилась в незаконном владении другого лица, в материалах дела отсутствуют. Кроме того, для проведения экспертного исследования ответчиком представлялись иные документы с его подписями, заверенными теми же оттисками печати. Изложенное в совокупности не позволяет прийти к выводу об отсутствии полномочий у лица, подписавшего спорные документы, выступать от имени ответчика.
В апелляционной жалобе ИП ФИО2 КФХ ФИО1 оспаривает судебный акт в части отказа в удовлетворении встречного иска, указывает, что он лично договор поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019 не подписывал и не заключал, полномочий на заключение договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 ИП ФИО2 К(ф)х ФИО1 каким-либо лицам не выдавал; заключением эксперта от 28.06.2023 № 325/3-3 подтверждено, что подписи от имени ФИО1 в договоре поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019 выполнены не ФИО1, а другим лицом; наличие либо отсутствие оттиска печати на договоре не является квалифицирующим признаком, подтверждающим либо опровергающим факт заключения договора поручительства; по мнению ИП ФИО2 К(ф)х ФИО1, спорный договор был изготовлен и подписан в СКПК «Киквидзенский»; договор поручительства №17КД-211-2 от 18.07.2019 является сфальсифицированным доказательством и не может быть положен в основу судебного акта; исполнение и принятие СКПК «Киквидзенский» платежа по платежному поручению № 132 от 18.12.2019 совершено в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации; оригиналы заявлений ФИО1 от 03.12.2018, 18.03.2019, 21.06.2019, платежные поручения, протокол осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023 не являются допустимыми доказательствами, подтверждающими какие-либо действия ФИО5, указывающие на заключенность и действительность договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1; копия акта сверки взаиморасчетов от 18.07.2019 по договору займа от 28.12.2017 №17КД-209 и копия письма ФИО1 от 21.02.2020 не подтверждает каких-либо фактов, поскольку не являются допустимыми доказательствами по делу; действия СКПК «Киквидзенский» являются прямым злоупотреблением правом в смысле статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.
СКПК «Киквидзенский» представил в суд отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ИП ФИО2 КФХ ФИО1 – без удовлетворения.
ИП ФИО2 КФХ ФИО1 представил в суд отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу СКПК «Киквидзенский» – без удовлетворения.
Представители сторон в судебном заседании поддержали свои правовые позиции по делу и настаивали на их удовлетворении.
Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.
Законность и обоснованность решения суда проверены апелляционным судом в порядке статей 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителей сторон, апелляционный суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, 28.12.2017 между СКПК «Киквидзенский» (займодавец) и ФИО5 (заемщик) заключен договор займа № 17КД-209, по условиям которого заемщик получил на срок 3 года (до 28.12.2020) денежные средства в размере 3000000 руб. под 18 % годовых.
Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.03.2019 по делу №А12-45296/2018 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, утверждена кандидатура финансового управляющего.
Определением от 19.06.2019 требования СКПК «Киквидзенский» включены в реестр требований кредиторов в сумме 3000000 руб.
18.07.2019 между СКПК «Киквидзенский» и ИП ФИО2 КФХ ФИО1 заключен договор поручительства № 17КД-209-1, по условиям которого поручитель обязался перед займодавцем отвечать за исполнение обязательств по возврату займа, выданного займодавцем ФИО5 на приобретение жилья в сумме 3000000 руб. на срок до 28 декабря 2020 года, а также начисленных платежей за пользование им в установленный срок в размере 18 % годовых, а при неуплате в этот срок, в размере предусмотренном договором займа от 28.12.2017 № 17КД-209.
В ходе процедуры реализации имущества основного должника по делу № А12-45296/2018 в рамках процедуры банкротства в пользу кооператива в погашение реестровой задолженности ФИО5 поступили следующие платежи: 1131556,31 руб. от 29.11.2021, в сумме 501938,69 руб. от 22.04.2022, в сумме 56647,72 руб. от 06.09.2022. Остаток задолженности по основному долгу ФИО5 составляет 1309857,28 руб.
19.01.2022, 27.05.2022, 01.06.2022 СКПК «Киквидзенский» направил в адрес ИП ФИО2 КФХ ФИО1 претензии о погашении задолженности и оплате мораторных процентов по обязательствам ФИО5
Неисполнение обязательств по погашению задолженности явилось основанием для обращения СКПК «Киквидзенский» с настоящим первоначальным иском в суд.
Отказ суда в удовлетворении первоначального иска судом мотивирован пропуском срока исковой давности.
Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд исходил из того, что письменная форма сделки – договора поручительства № 17-КД-211-1 от 18.07.2019 соблюдена, а потому он не может быть признан недействительным.
Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, приходит к следующим выводам.
В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.
На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.
Заключенный сторонами договор от 28.12.2017 № 17КД-209 регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 42 «Заем и кредит» Гражданского кодекса Российской Федерации.
На основании пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В силу пункта 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из положений статей 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.
Общие правила о письменной форме договора займа, при соблюдении которых сделка считается совершенной в надлежащей форме, содержатся в статьях 160 и 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно части 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.
Согласно статье 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.
Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.
Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункт 3 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В силу части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В соответствии со статьей 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.
По правилам пунктов 1, 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.
Вместе с тем согласно пункту 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В частности, названное право возникает у кредитора в том случае, когда основной должник признан банкротом, поскольку согласно пункту 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты признания его банкротом срок исполнения его обязательств считается наступившим.
Исходя из положений статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, поручительство является способом обеспечения исполнения обязательства.
Существенным признаком правоотношений по обеспечению исполнения обязательств является их дополнительный характер. В силу дополнительного характера поручительства, как способа обеспечения исполнения обязательства, оно само по себе не порождает денежного обязательства и не может рассматриваться в отрыве от основного обязательства, исполнение которого оно обеспечивает, поскольку именно основное обязательство определяет объем ответственности поручителя.
При ненаступлении срока исполнения обязательства требование к поручителю может быть предъявлено при наличии одного из условий: основным должником допущено нарушение обязательства; основной должник признан банкротом. Иной подход не позволяет соблюсти баланс интересов и равенства правового положения сторон в отношениях между займодавцем, заемщиком и поручителем.
Представителем ИП ФИО2 КФХ ФИО1 заявлено о применении срока исковой давности по иску.
В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В пункте 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится положение о том, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Согласно пункту 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.
Доводы апелляционной жалобы кооператива сводятся к тому, что на момент начала процедуры банкротства ФИО5 поручительство по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209 отсутствовало. Однако кооперативом ошибочно не учтено следующее.
Судом правомерно применены положения пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», из которого следует, что по общему правилу, обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе, договора поручительства по будущим требованиям.
Как указано в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве», в силу пункта 3 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 126 и абзаца второго пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве после введения первой процедуры банкротства в отношении должника по основному обязательству срок исполнения обеспеченного обязательства считается наступившим, даже если должник не находится в просрочке (далее - правило о наступлении срока). Это означает, что со дня введения первой процедуры банкротства в отношении такого должника у кредитора возникает право на предъявление соответствующего требования и к поручителю.
Отказывая в удовлетворении первоначального иска ввиду пропуска срока исковой давности, судом установлено, что определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.03.2019 по делу № А12-45296/2018 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, соответственно, с 28.03.2019 наступил срок исполнения обязательств по договору займа № 17КД-209 от 28.12.2017.
Поскольку на момент заключения договора поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019 срок исполнения обязательств по договору займа № 17КД-209 от 28.12.2017 уже наступил, то именно: с 18.07.2019 у СКПК «Киквидзенский» возникло право требования к поручителю ИП ФИО2 КФХ ФИО1
Учитывая дату обращения СКПК «Киквидзенский» в суд с настоящим иском (почтовое отправление сдано в органы почтовой связи 30.08.2022), а также 30-дневный срок для направления в адрес поручителя претензии, срок исковой давности (3 года) по требованию к поручителю истек 18.08.2022.
Согласно пункту 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 (ред. от 22.06.2021) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, в случае предъявления иска о взыскании лишь суммы основного долга срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки продолжает течь.
Согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.
В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Поскольку СКПК «Киквидзенский» пропущен срок исковой давности для предъявления требований к поручителю, в удовлетворении первоначального иска правомерно отказано судом.
Ссылку СКПК «Киквидзенский» на пункт 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» суд нашел несостоятельной, так как в указанном пункте идет речь о сроке действия договора поручительства, а не о сроке исковой давности.
Кооператив ошибочно указывает на то, что требование к поручителю может быть предъявлено в любой момент в период действия договора поручительства, поскольку, как правильно установлено судом, между сторонами спора относительно срока действия договора поручительства спора нет. Требования к поручителю заявлены в период действия договора поручительства, но с пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием к отказу в первоначальном иске. В данном случае судом обоснованно установлено, что с момента введения первой процедуры банкротства в отношении основного должника обязательства поручителя считаются наступившими. В рассматриваемом случае они наступили с даты заключения договора поручительства.
Во встречном иске ИП ФИО2 КФХ ФИО1 просил признать недействительным (ничтожным) договор поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, ссылаясь на то, что оспариваемый договор им не подписывался. Ввиду несоблюдения простой письменной формы сделки (договора поручительства) последний является ничтожной сделкой и недействителен в силу прямого указания закона.
Между тем, в ходе судебного заседания установлено, что договор со стороны ИП ФИО2 КФХ ФИО1 подписывался не в присутствии председателя СКПК «Киквидзенский». Последняя пояснила, что ей привезли на подпись, уже подписанный договор поручительства со стороны ИП ФИО2 КФХ ФИО1 Кто договор подписывал от имени ИП ФИО2 КФХ ФИО1, она не знает.
По ходатайству ИП ФИО2 КФХ ФИО1 по делу была назначена судебная экспертиза.
Согласно выводам эксперта, изложенных в заключении № 325/3-3 от 28.06.2023, подписи от имени ФИО1 в договоре поручительства № 17-КД-209-1 от 18.07.2019 (т. 2 л. <...>), расположенные в правой нижней части первого листа и в графе «Поручитель» на втором листе документа, заявлениях от 03.12.2018 (т. 2 л. д. 34), 18.03.2019 (т.2 л. д. 35), 21.06.2019 (т. 2 л. д. 36) и договоре поручительства № 17-КД-211-2 от 18.07.2019 (т. 2 л. <...>), расположенные в правой нижней части первого листа и в графе «Поручитель» на втором листе документа, - выполнены не ФИО1, а другим лицом.
Однако подписи от имени ФИО1, которые имеются в договоре поручительства № 17-КД-209-1 от 18.07.2019 (т. 2, л. <...>), заявлениях от 03.12.2018 (т.2, л. д. 34), 18.03.2019 (т.2, л. д. 35), 21.06.2019 (т. 2, л. д. 36), договоре поручительства № 17-КД-211-2 от 18.07.2019 (т. 2, л. <...>), и подписи, изображения которых содержатся в копиях приложения к протоколу осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023, а именно: в копии спецификации № 1 от 05.06.2020 к договору поставки нефтепродуктов № 308 от 11.11.19 (т. 2, л. д. 123), копии последнего листа договора поставки № 10/04-П от 23.04.2020 (т. 2, л. д. 129), копии приложения № 1 к договору поставки № 10/04-П от 23.04.2020 (т. 2, л. д. 130), - выполнены одним лицом.
Согласно заключения эксперта № 328/3-3 от 17.05.2023 оттиски печати ИП ФИО2 К(Ф)Х ФИО1, имеющиеся: в договоре поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019 г. (т. 2 л. д. 21-22), в заявлении от имени ФИО1 oт 03.12.2018 (т. 2 л. д. 34), в заявлении от имени ФИО1 от 18.03.2019 (т. 2 л. д. 35), в заявлении от имени Пacтyxa А.С. от 21.06.2019 (т. 2 л. д. 36), в договоре поручительства № 17КД-211-2 от 18.07.2019 (т. 2 л. д. 38), выполнены печатью ИП ГК(Ф)Х ФИО1, образцы оттисков которой представлены на исследование.
Доводы апелляционной жалобы предпринимателя об оспаривании подписания им и заключения договора поручительства № 17КД-209-1 от 18.07.2019, а также об отсутствии полномочий на заключение договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, подлежат отклонению апелляционной коллегие й судей ввиду следующего.
Оценив выводы экспертного заключения в совокупности с другими доказательствами по делу, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о подтверждении факта заключения со стороны ИП ФИО2 КФХ ФИО1 договоров поручительства.
Доводы апелляционной жалобы предпринимателя о фальсификации доказательств, в частности, договоров поручительства: № 17КД-209-1 от 18.07.2019, № 17КД-209-2 от 18.07.2019, заявлений от 03.12.2018, 18.03.2019, 21.06.2019, выполненных от имени ФИО1, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Довод жалобы предпринимателя относительно того, что проставление печатей в договорах не может подтвердить факт заключения между сторонами договоров, признан апелляционным судом несостоятельным по следующим обстоятельствам.
Суд обоснованно исходил из того, что на спорных документах проставлена печать ИП ФИО2 КФХ ФИО1, о недействительности которой (до момента обращения с иском в суд) не было заявлено, также не представлено доказательств незаконного выбытия данной печати из владения ИП ФИО2 КФХ ФИО1 Последний является индивидуальным предпринимателем и в соответствии с положениями пункта 1 статьи 2 ГК РФ занимается самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли.
Передача ИП ФИО2 КФХ ФИО1 печати лицу, подписавшему договор поручительства № 17КД-209-1 от 17.07.2019, допущение использования его печати, свидетельствует о том, что именно подписавшее документы лицо в данной ситуации было вправе действовать от его имени, то есть о полномочности от имени ИП ФИО2 КФХ ФИО1
Судом также принято во внимание, что значительное количество документов подписано от имени ИП ФИО2 КФХ ФИО1 иным лицом, удостоверены печатью ИП ФИО2 КФХ ФИО1, и последним со своего расчетного счета перечислялись денежные средства в счет исполнения своих обязательств по указанным документам (по договору поручительства № 17-КД-211-2 от 18.07.2019), что подтверждается платежным поручением № 132 от 18.12.2019, где в назначении платежа прямо указано на исполнение обязательств по договору поручительства № 17-КД-211-2 от 18.07.2019 (т.2 л.д.45).
Довод апелляционной жалобы ИП ФИО2 КФХ ФИО1 о том, что исполнение и принятие СКПК «Киквидзенский» платежа по платежному поручению № 132 от 18.12.2019 совершено в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может быть принят судом во внимание, поскольку, как следует из правовой позиции Президиума ВАС РФ, содержащейся в постановлении от 29.01.2013 № 11524/12, в случае, если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, то бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, либо в излишней сумме, в силу указанных норм возлагается на ИП ФИО2 КФХ ФИО1
На основании изложенного суд пришел к верному выводу о том, что на оспариваемом договоре стоит подлинная печать ИП ФИО2 КФХ ФИО1, договор поручительства подписан тем же лицом, чья подпись имеется на значительном количестве иных документов ИП ФИО2 КФХ ФИО1, в том числе, касающихся взаимоотношений ИП с третьими лицами, а потому заявление ИП о несоблюдении письменной формы сделки и недействительности договора поручительства № 17-КД-211-1 от 18.07.2019 обоснованно признано судом несостоятельным.
Доводы жалобы предпринимателя о недопустимости доказательств, в частности, заявлений ФИО1 от 03.12.2018, 18.03.2019, 21.06.2019, платежных поручений, акта сверки взаиморасчетов от 18.07.2019 по договору займа от 28.12.2017 №17КД-209 и письма ФИО1 от 21.02.2020, протокола осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023, подлежат отклонению судом, поскольку согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, при этом заключенность и действительность договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 судом подтверждена.
Довод апелляционной жалобы предпринимателя о злоупотреблении правом действий СКПК «Киквидзенский» по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд отклоняет ввиду следующего.
Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.
Поскольку судом не установлено причинение вреда другому лицу, а также осуществление действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, приведенный в апелляционной жалобе предпринимателя довод о злоупотреблении кооперативом своего права при заключении сделки не соответствует действительности.
Таким образом, апелляционный суд считает правильными выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении первоначального и встречного исков.
Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта. При этом все приведенные сторонами доводы заявлялись в суде первой инстанции и нашли отражение в оспариваемом судебном акте.
При принятии решения судом правильно применены нормы материального и процессуального права, все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения спора обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана правовая оценка. Процессуальных оснований для отмены судебного акта не имеется.
На основании изложенного судебная апелляционная коллегия считает решение суда законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется. Апелляционные жалобы ИП ФИО2 КФХ ФИО1 и СКПК «Киквидзенский» удовлетворению не подлежат.
В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.
Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Волгоградской области от 4 сентября 2023 года по делу №А12-24033/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий О.В. Лыткина
Судьи Н.В. Савенкова
В.Б. Шалкин