Постановление по делу № 09АП-52451/2023 от 18.10.2023 | 9 арбитражный апелляционный суд

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-52451/2023

№ 09АП-52453/2023

г. Москва Дело № А40-267499/22

18 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 октября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мартыновой Е.Е.,

судей: Верстовой М.Е., Сергеевой А.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Широковой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

ФИО1 и ФИО2

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2023 по делу № А40-267499/22

по иску ФИО1

к ФИО2, ООО "КР ГРУПП", ФИО6

Александровичу, Тё Александру Александровичу, ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОБЩЕСТВА С

ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПАЗЛ БРОКЕР",

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО4 по доверенности от 13.09.2021;

от ответчика: ФИО2: ФИО5 по доверенности от 24.02.2023;

от иных ответчиков: не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к ответчикам: ФИО2 (ИНН <***>), ООО "КР ГРУПП", ФИО6, Тё Александру Александровичу, ФИО3 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" 900 000 руб. долга, 2 340 000 руб. неустойки, 31 438 руб. 36 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2023 по делу № А40-267499/22 заявленные исковые требования удовлетворены частично. Суд привлек ФИО2 (Ваагна) Мартиковича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПАЗЛ БРОКЕР".

Взыскал с ФИО2 (Ваагна) Мартиковича (ИНН <***>) в пользу ФИО1 900 000 руб., а также 10827 руб. расходов по уплате госпошлины. В остальной части иска отказано.

В иске к ответчиками ФИО6, ТЁ А.А., ФИО3, ООО "КР ГРУПП" отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец и ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В своей жалобе истец просит отменить обжалуемое решение и вынести по делу новый судебный акт, которым исковые требования в части взыскания предоплаты удовлетворить в полном объеме.

ФИО2 в своей жалобе также просит отменить решение суда первой инстанции и вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции отменить по изложенным в жалобе основаниям и удовлетворить иск в полном объеме. Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, содержащиеся в его апелляционной жалобе, в связи с чем просил отменить решение суда первой инстанции и отказать в удовлетворении иска в полном объеме. Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы истца.

Апелляционные жалобы рассматривается в порядке ч. 3 ст. 156АПК РФ в отсутствие надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы представителей иных лиц, участвующих в деле.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, приходит к выводу, что решение подлежит оставлению без изменения в силу следующих причин.

Как следует из материалов дела между истцом и ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" в лице генерального директора ФИО2 заключен договор инвестирования (целевого займа) № 73 от 11.03.2019, дополнительное соглашение от 03.07.2019 к договору инвестирования от 11.03.2019 № 73, во исполнение которого инвестор передает в собственность исполнителю денежные средства в сумме 2 000 000 руб. (тело займа); между сторонами договора подписан акт от 20.06.2019 подтверждения целевого расходования заемных средств и реализации инвестиционной стадии проекта; 20.03.2020 исполнитель уведомил инвестора о наличии обстоятельств непреодолимой силы.

В имеющейся в деле копии регистрационного дела ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" имя Абеляна (генерального директора и участника общества) указано как: "Ваагн".

В обоснование заявленного иска указано, что 1 100 000 руб. возращены истице (инвестору).

Как следует из сведений ЕГРЮЛ, 13.10.2022 ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (запись ГРН 2227709683309 от 13.10.2022).

На указанную дату согласно сведениям ЕГРЮЛ, ФИО2 (ИНН <***>) являлся участником, владеющим долей в размере 50% уставного капитала, и генеральным директором ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" (далее - 3 общество); другими участниками общества являлись: ФИО6 (ИНН <***>) с долей участия 5% уставного капитала, ТЁ АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ (ИНН <***>) - 10% уставного капитала, ФИО3 (ИНН <***>) - 10% уставного капитала, ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "КР ГРУПП" (ИНН <***>) - 25% уставного капитала. Как следует из сведений ЕГРЮЛ, участниками ООО "КР ГРУПП" являются ФИО7 (10% уставного капитала) и ФИО6 (90% уставного капитала).

Как указано в пункте 2.3 договора, стороны договорились о том, что в период с июня 2019 и до момента открытия всех 5 студий балета, минимальный порог дохода инвестора по инвестиционному порогу составляет 60 000 руб. Истицей заявлено требование о взыскании 2 340 000 руб. невыплаченного минимального порога дохода по договору, из расчета 39 мес. (ежемесячно за период с 06.2019 по 10.2022).

Поскольку сторонами не определен срок возврата суммы займа, а доказательств иного не представлено, учитывая, что между сторонами договора не достигнуто соглашение о размере процентов, заявленное требование о взыскании 2 340 000 руб. удовлетворению не подлежит.

Кроме того, истицей заявлено требование на основании п. 1 ст. 1102 ГК РФ, согласно которому лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (п. 2 ст. 1107 ГК РФ). Согласно представленному расчету период с 13.10.2022 (дата исключения общества из ЕГРЮЛ) по 31.03.2023.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 31 438 руб. 36 коп., суд исходит из того, что данный ответчик узнал о том, что денежные средства в отсутствие судебного акта об их взыскании с общества стали для него чужими, по смыслу ст. 395 ГК РФ, только с момента принятия судом решения по настоящему делу (в судебном порядке).

По мнению суда апелляционной инстанции выводы суд первой инстанции являются верными и обоснованными в силу следующих причин.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для привлечения к имущественной ответственности необходима совокупность следующих условий: факт наступления вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействиями) причинителя вреда и наступившими последствиями, размер причиненного вреда и вина причинителя вреда.

Недоказанность хотя бы одного из элементов правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 названного Кодекса (п. 2).

Согласно статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать в совокупности нарушение обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также размер убытков.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении в совокупности всех указанных элементов ответственности.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума ВС N 7 от 24.03.2016 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 50 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Регрессные требования предъявляются в связи с неисполнением обязательств прямо предусмотренных законом, например: в некоторых случаях возмещения вреда (статья 1081 ГК РФ), при наличии солидарной обязанности (статья 322 ГК РФ), в случае субсидиарной ответственности (статья 399 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определения от 13.03.2018 №580-О, №581-О и №582-О, от 29.09.2020 №2128-О и др.) при обращении в суд с соответствующим иском в порядке п.3.1 ст.3 Закона №14-ФЗ доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Таким образом, предъявление к истцу требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавшего должника лица, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения.

При таких обстоятельствах, следуя смыслу ст.3 Закона №14-ФЗ, при представлении истцом доказательств наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательств исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо должно дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2022 №44-КГ22-2-К7).

Таким образом, право на судебную защиту подразумевает создание условий для эффективного и справедливого разбирательства дела, реализуемых в процессуальных формах, регламентированных федеральным законом.

К субъектам субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах, отнесены лица, имеющие фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62) разъяснено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Исходя из анализа указанных правовых норм для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать наличие причиненного вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части требований к ответчикам ФИО6 (5%), ТЁ А.А. (10%), ФИО3 (10%), ООО "КР ГРУПП" (25%), суд исходит из того, что материалами дела не подтверждено наличие со стороны данных ответчиков недобросовестных и неразумных действий, приведших к тому, что задолженность ООО "ПАЗЛ БРОКЕР" перед истицей не была погашена до момента исключения должника из ЕГРЮЛ.

Материалы дела не содержат бесспорных доказательств того, что задолженность перед истцом не была погашена именно ввиду недобросовестных и виновных действий (бездействия) данных ответчиков, учитывая, что в отношении участников действует презумпция их добросовестного поведения (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

Наличие у общества, впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ регистрирующим органом, непогашенной задолженности, не может являться бесспорным доказательством вины указанных ответчиков, с учетом доли их участия в обществе, в неуплате долга, а равно свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении этих ответчиков, повлекшем неуплату долга.

Как верно указал суд первой инстанции, договор инвестирования (целевого займа) № 73 от 11.03.2019, неисполнение обязанностей по которому послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском, был заключен между истцом и Обществом в лице ФИО2

Следовательно, имущественные потери истца возникли именно в связи с действиями данного конкретного лица, контролировавшего Должника.

Доказательств одобрения сделки со стоны иных соответчиков материалы обособленного спора не содержат.

ФИО2, определивший модель поведения подконтрольного общества, принял решение задолженность не оплачивать и прекратить хозяйственную деятельность общества путем исключения в административном порядке.

Такая модель поведения не может считаться добросовестной и разумной, поскольку законом предусмотрены механизмы по ликвидации обществ, в том числе через процедуру банкротства, тем более при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами.

Обязанность же предоставить доказательства объясняющие причины исключения общества из ЕГРЮЛ и доказательства правомочности своего поведения лежит на ответчике, который также должен пояснить, какие действия им предпринимались и обосновать причины такого поведения.

Дестимулирование процессуально пассивного поведения субсидиарного ответчика корреспондирует с правовой позицией, изложенной в п.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №62, согласно которой, в случае представления истцом доказательств наличия убытков и отказа директора от дачи пояснений относительно оснований их возникновения или явной неполноты пояснений, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст.10 Гражданского кодекса РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с ч.2 ст.9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По существу заявленных требований каких-либо возражений ответчиками не представлено, доказательства, свидетельствующие об их добросовестности при осуществлении деятельности по руководству обществом и отсутствии их вины в причинении истцу убытков, в материалах дела отсутствуют.

Согласно п.1 ст.64.2 Гражданского кодекса РФ, п.п.1, 2 ст.21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» по решению регистрирующего органа исключается из ЕГРЮЛ юридическое лицо, обладающее признаками недействующего юридического лица.

В таком же порядке из ЕГРЮЛ исключается юридическое лицо при наличии в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (подп.«б» п.5 ст.21.1 Закона о регистрации).

Таким образом, в силу действующего правового регулирования юридическое лицо, в отношении которого в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений, фактически ликвидируется как недействующее юридическое лицо.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (п.2 ст.64.2 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст.419 Гражданского кодекса РФ по общему правилу обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора).

В силу ст.399 Гражданского кодекса РФ если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Как предусмотрено п.3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.98 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом для недействующих юридических лиц, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в п.п.1 - 3 ст.53.1 Гражданского кодекса РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу приведенной нормы, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового.

На руководителя или участника юридического лица, исключенного из реестра по решению регистрирующего органа, ответственность за неисполнение обязательства таким юридическим лицом может быть возложена, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами, вследствие виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя (участника), направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.

К лицам, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, исходя из п.п.1, 3 ст.53.1 Гражданского кодекса РФ относятся лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, а также лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица.

Пунктом 3.1 ст.3 Закона об обществах предусмотрен правовой механизм, компенсирующий негативные последствия прекращения общества без предваряющих его ликвидационных процедур, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролирующих общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст.1064 Гражданского кодекса РФ).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Таким образом, привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Действительно, как следует из сложившихся в судебной практике подходов, само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не может служить неопровержимым доказательством совершения контролировавшими должника лицами недобросовестных действий (бездействия), повлекших неисполнение обязательства перед кредиторами, достаточным для привлечения этих контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями п.3.1 ст.3 Закона об обществах.

Привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, когда судом установлено, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине в результате недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

В настоящем случае доводы истца о наличии признаков неплатежеспособности общества, подтверждаются фактом неоплаты задолженности, отсутствием движения по счетам, не передачей в уполномоченный орган бухгалтерской отчетности.

Наличие указанных обстоятельств свидетельствует о неплатежеспособности общества.

Соответственно, довод о том, что истец отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку общество было ликвидировано по причине отсутствия движения денежных средств по счетам, а кредиторская задолженность не исполнялась длительный период времени.

Указанные факты однозначно подтверждают доводы о неспособности обществом рассчитываться со своими кредиторами, вызванной недостаточностью денежных средств общества, что по смыслу абз.32 ст.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ означает неплатежеспособность.

Следовательно, Арбитражный суд г. Москвы верно определил, что именно в ввиду действий ФИО2 истцу причинены убытки.

В то же время, сВ п. 2.3. Договора инвестирования (целевого займа) № 43 от «11» марта 2019 г., заключенного между ФИО1 и ООО «ПАЗЛ БРОКЕР» содержалось условие о плате за пользование займом, а именно п. 2.3., где стороны указали, что в период с июня 2019 года и до момента открытия всех 5 студий балета, минимальный порог дохода инвестора по инвестиционному порогу составляет 60 000 руб, тем самым по мнению истца указанная сумма должна была выплачиваться ежемесячно с 06.2019 по 10.22 – 39 месяцев, что составляет 2 340 000 руб.;

Пленум Верховного суда РФ в своем постановлении от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» указал, что для определения характера правоотношений суд анализирует суть договора (п. 43, 44, 47, 48, 49 постановления от 25.12.2018 № 49). Правовую природу инвестиционного договора суд определяет по содержанию документа (п. 47 постановления № 49).

В том числе суд учитывает, как именно описали предмет сделки, а также каком объем прав и обязанностей получила каждая из сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. В рассматриваемом случае истец с ответчиком заключили договор инвестиционного займа, и договором предусмотрели иной способ определения и выплаты процентов по договору.

В отличие от обычного займа инвестиционный заём (займ) относится к инвестиционному финансированию, поскольку кредитор (инвестор, займодавец) заинтересован в развитии проекта, увеличении его выручки и прибыли, ведь возврат займа и получение маржи (процентов) происходит за счёт выручки компании. Таким образом, инвестиционный заём — это разновидность займа как инвестиционного инструмента, возврат тела которого и процентов за пользование им осуществляется в виде части (процента) от получаемой проинвестированной компанией выручки.

Инвестиционный договор предполагает повышенные проценты по займу, но не гарантирует их выплату, т.к. процент привязан к прибыли от проекта.

Таким образом, в рамках инвестиционного договора инвесторы несут риск потери процентов, а Исполнитель риск потери вложенных в реализацию проекта своих финансовых средств. В Договоре инвестирования (целевого займа) № 43 от «11» марта 2019 г. прямо предусмотрено, что он предусматривает привлечение денежных средств в форме целевого займа для реализации инвестиционного проекта по открытию балетных школ на территории г. Москвы и Московской области.

В рамках инвестиционных соглашений было открыто свыше 14 балетных школ, 5 из них в рамках инвестиционного соглашения с истцом. Исполнитель – ООО «ПАЗЛ БРОКЕР» денежные средства инвесторов использовал по назначению в соответствии с условиями договора, отчет об использовании денежных средств был предоставлен истцу.

Актом от 20.06.2019 стороны подтвердили целевое расходование денежных инвестиционных средств по Договору инвестирования № 43 от 11.03.2019, подписав его без замечаний. Дополнительные документы в подтверждение целевого использования денежных средств ответчик готов был предоставить суду первой инстанции, однако суд отказал ответчику в ходатайстве об отложении судебного разбирательства.

Срок реализации инвестиционного договора был определен в 5 лет, т.е. в течение указанного срока Общество планировало реализовать проект и распределить прибыль среди инвесторов.

Так как выплата процентов по инвестированию в рамках Договора инвестиционного займа № 43 от «11» марта 2019 г. была привязана к чистой прибыли от реализации проекта, а проект оказался убыточен и не был реализован, то правовых оснований для выплаты процентов у Исполнителя не имелось.

Также несостоятелен довод истца о необоснованном отказе в удовлетворении требований о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ.

Так, пунктом 3.1 ст.3 Закона об обществах предусмотрен правовой механизм, компенсирующий негативные последствия прекращения общества без предваряющих его ликвидационных процедур, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролирующих общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Пунктом 2 ст. 395 ГК РФ установлено, что если убытки, причиненные кредитору неправомерным пользованием его денежными средствами, превышают сумму процентов, причитающуюся ему на основании пункта 1 настоящей статьи, он вправе требовать от должника возмещения убытков в части, превышающей эту сумму.

В статье 1069 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление Пленума) сумма процентов, установленных статьей 395 ГК РФ, засчитывается в сумму убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (пункт 1 статьи 394 и пункт 2 статьи 395 ГК РФ).

Пунктом 38 Вышеуказанного Постановления установлено, что в случаях, когда разрешаемый судом спор вытекает из налоговых или других финансовых и административных правоотношений, гражданское законодательство может быть применено к названным правоотношениям при условии, что это предусмотрено законом (пункт 3 статьи 2 ГК РФ). В связи с этим указанные в статье 395 ГК РФ проценты не начисляются на суммы экономических (финансовых) санкций, необоснованно взысканные с юридических и физических лиц налоговыми, таможенными органами, органами ценообразования и другими государственными органами, и подлежащие возврату из соответствующего бюджета.

В этих случаях гражданами и юридическими лицами на основании статей 15, 16 и 1069 ГК РФ могут быть предъявлены требования о возмещении убытков, вызванных в том числе необоснованным взиманием сумм экономических (финансовых) санкций, если законом не предусмотрено иное.

Пунктом 57 вышеуказанного Постановления Пленума установлена, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при начисление процентов, в порядке ст. 395 ГК РФ, возможно только в случае ненадлежащего исполнения судебного акта, которым данные убытки установлены.

Таким образом, оценив все имеющиеся доказательства по делу, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права арбитражным апелляционным судом не установлено. И у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2023 по делу № А40-267499/22 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья Е.Е. Мартынова

Судьи: М.Е. Верстова

А.С. Сергеева