АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский Дело № А24-3902/2024

14 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 05 марта 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 14 марта 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя Чирко Аркадия Александровича (ИНН 252600006213, ОГРН 318272400051765)

к индивидуальному предпринимателю Охрименко Роману Евгеньевичу (ИНН 410113061717, ОГРН 313410133900024)

о взыскании 1 844 236 руб.,

при участии:

от истца (посредством веб-конференции): ФИО3 – представитель по доверенности от 08.10.2024 (сроком на 1 год), диплом № 2257-6,

от ответчика: ФИО2 – лично, ФИО4 – представитель по доверенности от 04.10.2024 (сроком до 31.12.2025), диплом № 3878/13,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1; место жительства: 680509, Хабаровский край, г. Хабаровск) обратился в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2; место жительства: 683002, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) о взыскании 1 844 236 руб. неосновательного обогащения (с учетом принятого протокольным определением от 27.01.2025 уменьшения размера исковых требований).

Требования заявлены со ссылкой на статьи 307, 309, 310, 330, 395, 454, 486, 516, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы отсутствием у ответчика правовых оснований для удержания полученных от истца спорных денежных сумм в отсутствие эквивалентного встречного предоставления. Истец утверждает, что перевел ответчику спорные денежные средства в счет оплаты будущих услуг по перевозке груза, однако фактически услуги ответчиком не оказаны, подтверждающих документов истцу не предоставлено.

Ответчик в отзыве на иск ссылается на необоснованность исковых требований и утверждает, что спорные денежные средства получены им от истца не в качестве предоплаты, а в качестве оплаты за фактически оказанные услуги, документальное подтверждение которых передавалось истцу посредством электронного документооборота (переписка в мессенджере WhatsApp). В отношении части требований заявлено о применении пропущенного истцом срока исковой давности.

Выслушав в судебном заседании доводы сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что в период с января по декабрь 2023 года истец перечислил ответчику денежные средства в общем размере 3 475 554 руб. платежными поручениями от 30.01.2023 № 46 на сумму 36 895 руб., от 26.02.2023 № 73 на сумму 41 300 руб., от 07.03.2023 № 98 на сумму 183 000 руб., от 31.03.2023 № 157 на сумму 26 300 руб., от 11.04.2023 № 183 на сумму 67 021 руб., от 13.04.2023 № 189 на сумму 69 200 руб., от 28.04.2023 № 224 на сумму 20 000 руб., от 28.04.2023 № 226 на сумму 78 700 руб., от 18.05.2023 № 270 на сумму 70 000 руб., от 23.05.2023 № 280 на сумму 122 377 руб., от 14.06.2023 № 332 на сумму 61 600 руб., от 16.06.2023 № 338 на сумму 155 100 руб., от 26.06.2023 № 361 на сумму 70 000 руб., от 28.06.2023 № 339 на сумму 144 443 руб., от 18.07.2023 № 423 на сумму 544 200 руб., от 25.07.2023 № 439 на сумму 70 000 руб., от 24.08.2023 № 510 на сумму 239 400 руб., от 24.08.2023 № 517 на сумму 70 000 руб., от 04.09.2023 № 536 на сумму 140 500 руб., от 09.11.2023 № 14 на сумму 412 300 руб., от 09.11.2023 № 105 на сумму 121 400 руб., от 29.12.2023 № 73 на сумму 7 600 руб., от 29.12.2023 № 80 на сумму 372 937 руб., от 29.12.2023 № 103 на сумму 205 250 руб., от 29.12.2023 № 106 на сумму 146 031 руб., с указанием в назначении платежа, что оплата производится по выставленным счетам. В отдельных поручениях отмечено, что оплата является авансом.

В заявлении от 29.08.2024 истец уточняет, что при оформлении платежных поручений допущена опечатка, фактически ИП ФИО2 направлял ИП Чирко акты об оказанных услугах без дополнительного выставления счета (реквизиты актов и счетов, указанных в назначении платежа, совпадают). Таким образом, истец производил оплату на основании актов от 27.01.2023 № 153, от 30.01.2023 № 155, от 02.02.2023 № 156, от 07.02.2023 № 157, от 17.02.2023 № 159, от 07.04.2023 № 164, от 11.04.2023 № 168, от 18.04.2023 № 169, от 15.05.2023 № 171, 172, от 18.05.2023 № 173, от 30.05.2023 № 174, от 13.06.2023 № 178, 179, от 21.06.2023 № 182, от 13.07.2023 № 185, от 23.07.2023 № 186, от 31.07.2023 № 190, 191, от 07.08.2023 № 192, от 21.08.2023 № 194, 195, от 10.09.2023 № 199, от 14.09.2023 № 200, от 19.09.2023 № 201, от 17.10.2023 № 204, 205.

Однако истец утверждает, что спорные денежные средства на основании перечисленных актов, поступавших от ответчика посредством мессенджера WhatsApp, переводились ответчику как авансирование в счет оплаты будущих, а не фактически оказанных услуг по перевозке груза.

Ссылаясь на отсутствие документов, подтверждающих правовые основания для удержания спорных денежных средств, истец направил в адрес ответчика претензию от 13.02.2024 с требованием представить подтверждающие документы об оказании услуг перевозки или вернуть полученные денежных средств.

Неисполнение указанного требования послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском о взыскании неосновательного обогащения.

В процессе рассмотрения дела с учетом предоставленных ответчиком документов истец уменьшил размер взыскиваемой суммы до 1 844 236 руб., исключив из расчета платежи, по которым, как полагает истец, ответчик подтвердил оказанные перевозки. В уточненном расчете перечислены отдельные пункты актов, отражающие перевозки, признанные истцом подтвержденными.

Согласно пункту 7 части 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии со статьями 1102, 1105 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Из приведенных норм следует, что кондикционное обязательство заключается в происходящем при отсутствии к тому законных оснований (или последующем их отпадении) приобретении имущества обогащающимся лицом либо избавлении его от трат с одновременным уменьшением в имущественной сфере у потерпевшего.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Поэтому решающее значение для квалификации обязательства по статье 1102 ГК РФ имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

Из анализа вышеназванных норм права, а также разъяснений, содержащихся в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 года № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» (далее – Информационное письмо № 49), следует, что неосновательное обогащение должно соответствовать трем обязательным признакам: должно иметь место приобретение или сбережение имущества; данное приобретение должно быть произведено за счет другого лица и приобретение не основано ни на законе, ни на сделке (договоре), то есть происходить неосновательно (аналогичный вывод указан в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2013 № 12435/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 20-КГ15-5).

Таким образом, для удовлетворения иска о взыскании неосновательного обогащения необходимо установить одновременно наличие следующих обстоятельств: возникновение на стороне ответчика имущества (в форме приобретения или сбережения), отсутствие для этого правовых оснований, уменьшение имущества истца, причинная связь между первым и последним обстоятельствами.

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

При этом на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату. Ответчик же в случае непризнания требований обязан доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2019, информационное письмо № 49, определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2017 № 304-ЭС16-16267, от 23.05.2018 № 310-ЭС17- 21530).

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, могут применяться также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ, пункт 4 Информационного письма № 49), однако в этом случае неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

Если суд придет к выводу, что между сторонами заключен договор, по которому можно разрешить настоящий спор без применения правил о неосновательном обогащении, суд с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», обязан применить соответствующие нормы материального права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 5-КГ19-198, 2-2664/2018).

Согласно исковому заявлению сумму неосновательного обогащения составляют денежные средства, перечисленные истцом ответчику с ошибочным (исходя из пояснений самого истца) назначением платежа «оплата по счетам», но фактически перечисленные по актам, где отражены детали перевозки грузов (маршруты, даты, количество, стоимость).

Характер договоренностей сторон, а именно: оказание услуг по перевозке груза ответчиком в интересах и по поручению истца, – подтверждается также и ответчиком.

Из изложенного следует, что существо правоотношений, на которые направлена воля сторон, сводилось к оказанию ответчиком для истца услуг перевозки груза.

Договор в письменном виде сторонами не составлялся.

Вместе с тем письменный договор может заключаться как путем составления одного документа, подписанного сторонами, так и путем обмена письмами, телеграммами, иными документами, в том числе электронными, позволяющими достоверно установить направившую их сторону. Кроме того, договор считается заключенным, если одна сторона своими действиями выразила согласие с предложением другой стороны. Например, исполнитель в ответ на заявление потребителя приступил к оказанию услуг, то есть акцептовал направленную ему оферту (пункт 1 статьи 158, пункты 1-3 статьи 434, пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

Если одна сторона совершает действия по исполнению этих обязательств, а другая принимает их без каких-либо возражений, неопределенность в отношении договоренностей сторон отсутствует (постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.05.2010 № 1404/10, от 08.02.2011 № 13970/10, от 05.02.2013 № 12444/12).

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ, пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», далее – Постановление № 49).

В случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ (пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2020 № 45-КГ20-3, 2-1104/2019, постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 13970/10, от 05.11.2013 № 9457/13).

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу (пункт 44 Постановления № 49).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

Исходя из анализа указанных норм права основанием для возникновения двухсторонней, возмездной сделки является сформированная воля двух субъектов правоотношений, объединенная единым предметом и направленная на совместное приобретение гражданских прав, реализация которых обусловлена конкретными действиями каждой из сторон, характеризующими исполнение принятых ими обязательств и, как следствие, достижение имущественного интереса участниками сделки.

Оценивая возникшие между сторонами правоотношения, суд исходит из того, что по смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить.

Исходя из достигнутых сторонами договоренностей, ответчик принял на себя обязательство оказать истцу услуги по перевозке грузов.

Гражданско-правовые отношения, связанные с перевозкой грузов, урегулированы положениями главы 40 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также Федеральным законом от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта» (далее – Устав автомобильного транспорта).

По общему правилу, установленному пунктом 2 статьи 785 ГК РФ, заключение договора перевозки груза подтверждается составлением и выдачей отправителю груза транспортной накладной (коносамента или иного документа на груз, предусмотренного соответствующим транспортным уставом или кодексом). Аналогичное правило закреплено в статье 8 Устава автомобильного транспорта, где указано, что заключение договора перевозки груза подтверждается транспортной накладной, которая, если иное не предусмотрено договором перевозки груза, составляется грузоотправителем.

Вместе с тем, исходя из сложившейся судебной практики, не исключается допустимость подтверждения факта перевозки иными, отличными от коносаментов, документами. Аналогичный правовой подход содержится, в том числе, в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции», где указано, что отсутствие, неправильность или утрата транспортной накладной сами по себе не являются основанием для признания договора перевозки груза незаключенным или недействительным. В этом случае наличие между сторонами договорных отношений может подтверждаться иными доказательствами (часть 5 статьи 71 АПК РФ).

В соответствии со статьей 785 ГК РФ по договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату.

Условия перевозки грузов, пассажиров и багажа отдельными видами транспорта, а также ответственность сторон по этим перевозкам определяются соглашением сторон, если настоящим Кодексом, транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами не установлено иное (абзац второй пункта 2 статьи 784 ГК РФ).

Пунктами 1, 4 статьи 790 ГК РФ установлено, что за перевозку грузов, пассажиров и багажа взимается провозная плата, установленная соглашением сторон, если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами. Перевозчик имеет право удерживать переданные ему для перевозки грузы и багаж в обеспечение причитающихся ему провозной платы и других платежей по перевозке (статьи 359, 360), если иное не установлено законом, иными правовыми актами, договором перевозки или не вытекает из существа обязательства.

Из взаимосвязанного толкования статей 785, 790 ГК РФ следует, что если договором не предусмотрена предварительная оплата, отправитель обязан уплатить перевозчику обусловленную плату после окончания перевозки (то есть по факту оказания соответствующей услуги).

Исходя из приведенного нормативного регулирования во взаимосвязи с предметом и основанием рассматриваемого иска, при разрешении требований истца о взыскании с ответчика спорной денежной суммы, перечисленной, исходя из назначения платежа, в качестве оплаты по конкретным счета (а согласно пояснениям ответчика – по конкретным актам), необходимо установить факт осуществления отправителем (истцом) платежей именно в качестве предварительной оплаты (а не в качестве оплаты за фактически оказанные услуги по перевозке) и невыполнение перевозчиком (ответчиком) встречных обязательств по осуществлению перевозок.

В рассматриваемом случае из представленных истцом платежных поручений, его письменных и устных пояснений во взаимосвязи с пояснениями ответчика и представленными им документами усматривается, что основанием спорных платежей являлись конкретные правоотношения, связанные с оказанием услуг по перевозке груза, на что прямо указано в актах, на основании которых, как утверждает сам же истец, он и производил оплату. Изложенное свидетельствует об отсутствии у истца на момент перечисления средств сомнений в том, что его правоотношения с ответчиком урегулированы нормами обязательственного права и что оплата осуществляется за конкретные перевозки.

При этом суд критически оценивает указание в отдельных платежных поручениях (от 29.12.2023 № 73, 80, 103, 106, от 07.03.2023 № 98) на авансовый характер платежа, прежде всего, на том основании, что истец сам же ссылается на некорректное оформление платежных документов (вместо актов указаны счета, которые истец на самом деле не получал).

Кроме того, указание, что платеж является авансом, со ссылкой на счет (акт), составленный согласно дате документа задолго до денежного перевода (то есть осуществление оплаты, спустя месяцы после составления акта), в целом опровергает авансовый характер такой оплаты в совокупности с тем обстоятельством, что в актах, на основании которых истец перечислял денежные средства, отражены конкретные перевозки с указанием конкретной даты их осуществления, имевшие место также задолго до перечисления оплаты.

При этом ввиду отсутствия между сторонами заключенного в письменном виде договора или отдельного соглашения о сроках перевозки с даты платежа, предполагается, что перечисляя денежные средства как предоплату, истец должен был устанавливать ответчику срок осуществления перевозки, однако в данном случае истец осуществлял оплату со ссылкой на акты, в которых отражены, судя по датам, перевозки, уже осуществленные как к моменту составления акта, так и к моменту осуществления денежного перевода.

Истец полагает, что спорные денежные средства подлежат возврату ввиду отсутствия со стороны ответчика отчетных документов.

Однако, настаивая на такой правовой позиции, истец не учитывает, что спорные денежные средства перечислены ответчику не единовременно, а множеством платежей (25 платежей), совершенных бессистемно (нет прослеживаемой регулярности), в различных размерах (суммы платежей отличаются) и при этом с прямым указанием в назначении платежа на оплату по конкретным счетам, под которыми истец поднимал конкретные акты, полученные от ответчика посредством мессенджера.

При этом истцом не представлено доказательств определения сторонами иного порядка оплаты перевозок, отличного от общеустановленного, в связи с чем к правоотношения сторон подлежат применению общие установленные гражданским законодательством правила об оплате перевозки (как и в целом об оплате возмездных услуг) по факту их завершения.

Доводы истца о том, что оплата по актам осуществлялась как авансирование, не выдерживают критики, поскольку в актах перечислены конкретные перевозки с указанием конкретных дат их осуществления, которые к моменту передачи актов истцу и перечисления оплаты уже наступили, то есть оплата осуществлялась уже после перечисленных в актах перевозок.

Исходя из презумпции добросовестности участников хозяйственного оборота, ссылка в назначении платежа на конкретные хозяйственные операции, в ходе которых имело место перечисление денежных средств, не позволяет сделать вывод об отсутствии правовых оснований для денежных операций, пока не доказано иное (определение Верховного Суда РФ от 18.09.2018 № 304-ЭС18-13248 по делу № А45-37962/2017).

Истец при рассмотрении дела подтвердил, что сторонами достигнута договоренность по возмездному оказанию услуг по перевозке принадлежащего истцу груза, однако настаивает, что ответчик услуги на полученную сумму денежных средств не оказал. Однако доводы истца не согласуются с его фактическим поведением, выражавшемся в том, что на протяжении года он бессистемно (в различные периоды без прослеживаемой регулярности), различными платежами перечислял ответчику денежные средства (25 платежей за год), при этом каждый раз указывая на оплату за конкретную хозяйственную операцию (оплата по счету).

Как отмечено ранее, существенное значение в вопросе о квалификации правоотношений сторон как договорных или возникших без договора имеет действующий в гражданском обороте принцип добросовестности (статьи 1, 10 ГК РФ), который презюмируется, пока не доказано обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), и, как следствие, применение установленного пунктом 4 статьи 1 и пунктом 1 статьи 10 ГК РФ правила, заключающегося в том, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В частности, указанное правило заключается в том, что если лицо предыдущим своим поведением дало основание другой стороне полагать, что их отношения сложились определенным образом, исключающим или не дающим основания для использования недобросовестным лицом формально принадлежащего ему права, то последующее осуществление такого права может при наличии определенных обстоятельств противоречить принципу добросовестности.

В рассматриваемом случае между сторонами сложился электронный документооборот, и данное обстоятельство истец подтвердил, указав, что спорные акты, на основании которых осуществлял оплату, получал от ответчика посредством мессенджера.

Ответчик, опровергая доводы истца о неосновательности получения и сбережения спорных денежных средств, представил в материалы дела счета, отраженные в спорных платежных поручениях в качестве назначения платежа, и акты об оказании услуг перевозок, где перечисленные уже совершенные к моменту выставления счетов и составления актов перевозки с указанием даты перевозки, количества рейсов, стоимости услуг. Также ответчиком представлены транспортные, грузовые накладные, акты о приеме-передаче товарно-материальных ценностей, заявки на маршруты, договор аренды склада (где ответчик хранил приходящие от истца грузы до их передачи грузополучателям).

Анализ перечисленных документов в совокупности с пояснениями свидетелей, опрошенных судом по ходатайству ответчика с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний (протокол от 04.12.2024), свидетельствует о том, что ответчик оказывал для истца услуги перевозки в рамках исполнения последним своих обязательств перед ПАО «Ростелеком» (указан в накладных в качестве грузополучателя). Как пояснил свидетель ФИО5 (действовал в спорный период по доверенности от имени ПАО «Ростелеком»), ПАО «Ростелеком» передавало заявку на перевозку груза истцу, а истец, в свою очередь, переадресовывал ее ответчику. Ответчик по поручению истца осуществлял спорные перевозки, а свидетель ФИО5, действуя в интересах ПАО «Ростелеком», груз получал. Свидетель ФИО6 также указал, что в спорный период работал с ответчиком на основании полученной от него доверенности, и выполнял исходящие от истца заявки на перевозку груза, действуя при этом от имени ответчика на основании доверенности от 01.01.2023 (представлена в материалы дела).

В дополнение ответчиком представлено заключение специалиста от 19.11.2024 № 12, которым исследована переписка в телефоне ответчика и засвидетельствовано наличие переписки с абонентом по имени Ольга, которым, что не опровергнуто истцом, являлась ФИО7, действовавшая от имени истца во взаимоотношениях с ответчиком по спорным перевозкам. Анализ переписки и приведенные скриншоты отправлений согласуются с пояснениями истца о получении от ответчика актов, на основании которых производились оплаты, посредством мессенджера (доказательств получения актов при общении с другим абонентом не представлено), в то же время подтверждая утверждения ответчика и приведенные ранее в решении выводы о том, что ответчик поименованные в актах услуги оказал, оперативно информировал об этом доверенное лицо истца, отчитывался по факту каждой перевозки, давал устные пояснения, направлял отчетные документы (накладные, акты), согласовывал итоговую стоимость оказанных услуг.

В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ в гражданских отношениях действует презумпция возмездности (договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное). Следовательно, выполняя в интересах истца перевозки, ответчик обоснованно рассчитывал на получение соответствующего вознаграждения.

Следует также отметить, что получая акты об оказанных перевозках, на основании которых производились оплаты, каких-либо возражений по их содержанию, перечню и условиям перевозок, по цене и общей стоимости, истец ответчику в разумные сроки не направлял. В процессе судебного разбирательства примененные ответчиком цены на услуги истец также не оспаривал.

Таким образом, представленные ответчиком документы в совокупности образуют единый взаимодополняющий коммерческий пакет документов, подтверждающий, что в спорный период между сторонами имелись обязательственные правоотношения, в рамках которых ответчик, действуя в интересах истца, оказывал услуги по перевозки грузов грузополучателям – контрагентам истца, а полученные ответчиком денежные средства в спорной сумме являются платой за перевозку, перечисленной уже после оказания ответчиком соответствующих услуг и предоставления отчетных документов (актов, счетов, накладных, маршрутных листов и т.п.), что опровергает доводы истца об удержании ответчиком спорной суммы в отсутствие на то правовых оснований.

В соответствии со статьями 9, 65 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При этом необходимо иметь в виду, что бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. В связи с этим сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определенные доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора.

Руководствуясь изложенным, суд приходит к выводу о том, что истец, являясь участником арбитражного процесса и неся риск совершения или несовершения им процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не подтвердил вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ обоснованности заявленных требований, не опроверг относимыми и допустимыми доказательствами достоверность представленных ответчиком документов, а ответчик, напротив, представил в обоснование своих возражений по иску достаточный объем доказательств, подтверждающий получение спорной денежной суммы в рамках имевшихся с истцом обязательственных отношений в счет оплаты за оказанные услуги перевозки груза.

Доводы истца об обратном, сводящиеся, по своей сути, к критике утверждений ответчика и поиску недостатков в представленных им документах, подлежат отклонению как не опровергающие указанный вывод суда и содержание представленных в дело доказательств. При этом истец не привел разумных и законных оснований, по которым на протяжении года осуществлял платежи в пользу ответчика с указанием в назначении платежей на оплату счетов (актов), составленных ранее произведенной оплаты, то есть на момент осуществления платежей истец не мог не знать достоверно, выполнены ли спорные перевозки и имеются ли основания для оплаты. Доводы об авансовом характере платежей истцом не доказаны, противоречат содержанию документов, а осуществляя регулярное, на протяжении года, перечисление денежных средств отдельными платежами (25 платежей) с указанием на осуществление оплаты по счетам, истец, тем самым, подтвердил исполнение ответчиком своих обязательств по договору перевозки, поэтому последующие ссылки на неосновательное обогащение со стороны ответчика в связи с перечислением спорных платежей не могут быть признаны добросовестными. Характер поведения истца, который в течение года произвел в пользу ответчика 25 платежей на различные суммы с указанием на конкретную хозяйственную операцию (оплата счетов), имея в распоряжении акты с перечислением перевозок, иные отчетных документов (согласно переписке), но впоследствии потребовал вернуть все перечисленные средства со ссылкой на отсутствие правовых оснований для их получения (при явных доказательствах их наличия), не отвечает критериям поведения, ожидаемого от добросовестного участника гражданского оборота (статьи 1, 10 ГК РФ).

Рассмотрев доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Причем если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43)).

Установление срока исковой давности обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, имея в виду, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный срок, а должник вправе знать, как долго он будет отвечать перед кредитором, в том числе, обеспечивая сохранность необходимых доказательств.

Поскольку срок исковой давности установлен для судебной защиты права лица, то по общему правилу этот срок начинает исчисляться не ранее того момента, когда соответствующее право объективно было нарушено. При исчислении срока исковой давности также учитывается, знал или должен был знать истец о допущенном нарушении, то есть возможность его субъективного знания о фактах, порождающих требование к ответчику.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (пункт 1 статьи 196 ГК РФ). При этом для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

Согласно статье 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункта 2).

Пунктом 3 статьи 797 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из перевозки груза, устанавливается в один год с момента, определяемого в соответствии с транспортными уставами и кодексами.

В соответствии со статьей 42 Устава автомобильного транспорта срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договоров перевозок, договоров фрахтования, составляет 1 год и исчисляется со дня наступления события, послужившего основанием для предъявления претензии или иска.

При этом с учетом разъяснений, указанных в пункте 16 Постановления № 43 со ссылкой на пункт 3 статьи 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом или договором, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В частности, из положений пункта 1 статьи 797 ГК РФ, части 2 статьи 39 Устава автомобильного транспорта, до предъявления к перевозчику иска, вытекающего из перевозки груза, обязательно предъявление ему претензии в порядке, предусмотренном названными Законами. Иск к перевозчику может быть предъявлен грузоотправителем или грузополучателем в случае полного или частичного отказа перевозчика удовлетворить претензию либо неполучения от перевозчика ответа в тридцатидневный срок (пункт 2 статьи 797 ГК РФ).

Определяя начало течения срока исковой давности по настоящему иску, суд исходит из представленных в материалы дела актов, перевозочных документов, переписки сторон, дат спорных платежных поручений, свидетельствующих, что оплата производилась по счетам (актам), составленным задолго до перечисления оплаты, за перевозки, осуществленные до момента их оплаты, а также общих условий об оплате услуг (после их оказания) и отсутствия прямых и косвенных доказательств достижения сторонами условий о предварительной оплате перевозок.

С учетом совокупности приведенных обстоятельств истец должен был узнать о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения уже в момент перечисления денежных средств по актам, по которым, как он утверждает, часть услуг фактически не была оказана.

Следовательно, годичный срок исковой давности по требованиям, основанным на возврате денежных средств, перечисленных по платежным поручениям от 30.01.2023, от 26.02.2023, от 07.03.2023, от 31.03.2023, от 11.04.2023, от 13.04.2023, от 28.04.2023, от 28.04.2023, от 18.05.2023, от 23.05.2023, от 14.06.2023, от 16.06.2023, от 26.06.2023, от 28.06.2023, к моменту обращения истца в суд (07.08.2024) истек, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске в части указанных требований.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

В связи с отказом в иске понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат (статья 110 АПК РФ).

Излишне оплаченная истцом государственная пошлина в сумме 8 936 руб. (с учетом уменьшения цены иска) подлежит возврату ему из федерального бюджета на основании подпункта 3 пункта 3 статьи 333.22, статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета 8 936 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья О.А. Душенкина