АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, <...> стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург

27 октября 2025 года Дело № А60-5105/2025

Резолютивная часть решения объявлена 15 октября 2025 года

Полный текст решения изготовлен 27 октября 2025 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи С.К. Загайновой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи К.Д. Жигаловой, рассмотрел в судебном заседании дело №А60-5105/2025 по иску Индивидуального предпринимателя Гавриковой Людмилы Александровны (ИНН 504510120641, ОГРН 312504508600020) к Акционерному обществу "Линлайн" (ИНН 6664079182, ОГРН 1026605757452), третьи лица: Прошляков Дмитрий Константинович, Кочугов Александр Александрович, Платонова Анна Аркадьевна, о взыскании 4058833 руб. 68 коп.,

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО5 – представитель по доверенности от 17.12.2024, предъявлен паспорт, диплом

от ответчика: ФИО6 – представитель по доверенности от 08.04.2025, предъявлен паспорт, диплом, ФИО7 – представитель по доверенности от 22.04.2025, предъявлен паспорт, диплом,

от третьих лиц: не явились.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отвода составу суда не заявлено.

ИП ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о взыскании с АО "Линлайн" 4 058 833 руб. 68 коп., в том числе долга в сумме 2 795 340 руб. за агентское вознаграждение по агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023 и неустойки в сумме 1 263 493 руб. 68 коп. за просрочку оплаты долга за период с 04.06.2024 по 15.01.2025, с продолжением начисления неустойки по день фактической уплаты долга.

Истец 06.03.2025 заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО2 и ФИО3.

Определением от 12.03.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО2 и ФИО3 в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Третье лицо ФИО2 и ФИО3 11.04.2025 представили отзывы на исковое заявление, полагают, что требования подлежат удовлетворению, представили копию договора поставки медицинского оборудования и платежные поручения.

Ответчик 17.04.2025 представил отзыв на исковое заявление, исковые требования не признал.

Ответчик заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4

Рассмотрев указанное ходатайство ответчика, суд на данной стадии не находит оснований для привлечения ФИО4, ответчиком не обоснована необходимость привлечения указанного лица к участию в деле, нет доказательств того, что судебный акт может повлиять на права или обязанности ФИО4

Ответчик 23.04.2025 представил дополнение к отзыву, просит снизить размер неустойки на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец 02.06.2025 представил письменные пояснения в порядке ст. 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик 05.06.2025 заявил о фальсификации доказательств, а именно: субагентского договора от 01.08.2023 и отчета от 14.05.2024 об исполнении субагентсокого договора и о назначении судебной экспертизы для проверки доводов о фальсификации доказательств.

Ходатайства ответчика приняты судом к рассмотрению.

05.06.2025 от Уральского регионального центра судебной экспертизы поступили документы, подтверждающие квалификации эксперта ФИО8.

Ответчик 09.06.2025 представил дополнение к отзыву на исковое заявление.

Определением от 10.06.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица ФИО4.

07.07.2025 от ФБУ Уральский РЦСЭ Минюста России поступили документы о кандидатуре эксперта.

Ответчик 22.07.2025 представил письменные пояснения в порядке ст. 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО4 22.07.2025 представила отзыв, требования истца поддерживает.

ФИО2 и ФИО3 22.07.2025 представили совместный отзыв, требования истца поддерживают.

ФИО4 19.08.2025 представила нотариально заверенный протокол осмотра доказательств – телефонной переписки.

Истец в судебном заседании 20.08.2025 представил дубликат субагентского договора с ФИО4

Ответчик 01.09.2025 представил письменные пояснения по возражениям.

Ответчик в судебном заседании 15.10.2025 поддержал ходаатйство о фальсификации субагентского договора от 01.08.2023 и отчета от 14.05.2024 об исполнении субагентского поручения агента, поскольку в суд представлены дубликаты, но не оригиналы данных документов.

Также же в обоснование заявления о фальсификации ответчик указывает на то, что субагентский договор и отчет агента подписаны ИП ФИО1 и ФИО4 после указанных в них дат, в процессе судебного разбирательства по настоящему делу.

Согласно п. 1, 2 ст. 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

При этом способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.

В судебном заседании 15.10.2025 ответчику и истцу разъяснены уголовно – правовые последствия заявления о фальсификации доказательства.

Истец отказался исключить субагентский договор от 01.08.2023 и отчет субагента от 14.05.2024 из числа доказательств.

Ответчик предлагает выбрать способом проверки документа проведение судебной технической экспертизы по установлению абсолютной давности изготовления документов.

Суд, рассмотрев заявление ответчика о фальсификации доказательств и о назначении судебной технической экспертизы, пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения.

Факт оформления договора и отчета не влияет на существо принятого решения, поскольку в рамках данного спора взыскание производится по агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023, отчет по которому составлен и направлен ответчику еще 24.05.2024 (согласно переписке между ФИО4 и директором АО «Линлайн» ФИО9).

Кроме того, само по себе подписание субагентского договора в целях исполнения ранее заключенного агентского договора в ходе рассмотрения дела, то есть позже даты фактического оказания услуг по нему, правового значения для рассмотрения по существу настоящего спора не имеет, поскольку указанное обстоятельство не опровергает факта оказания предусмотренных соглашением сторон услуг и не означает невозможности выплаты вознаграждения в условиях доказанности материалами дела факта оказания услуг.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

установил:

Из материалов дела следует, что между АО «Линлайн» (принципал) и ИП ФИО1 (агент) заключен агентский договор № 1/7 от 01.08.2023, согласно п. 1.1. которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство совершать от имени и за счёт принципала указанные в п. 1.2. договора действия, а принципал обязуется выплатить агенту вознаграждение за совершённые действия.

В соответствии с п. 1.2. договора агент совершает следующие действия:

- поиск потенциальных покупателей товаров принципала, проведение с ними переговоров, согласование условий договоров;

- организация и проведение рекламных акций по продвижению товаров принципала.

Пунктами 3.1. и 3.1.1. договора установлено, что вознаграждение агента по договору включает в себя на период совершения первых 3-х (трёх) сделок по реализации товаров принципала:

- 85 000 рублей - ежемесячно;

- а также 20 % от суммы (стоимости) фактической оплаты по каждой сделке реализации товаров принципала (такое вознаграждение не подлежит выплате агенту в случае реализации товаров принципала для их использования в сфере косметологии).

Вознаграждение, установленное п. 3.1. договора, принципал выплачивает агенту в течение 5 (пяти) рабочих дней после получения отчёта за соответствующий период и фактического получения средств от покупателей (п. 3.2. договора).

24.05.2024 агентом в адрес принципала направлен отчёт № 1 от 14.05.2024 об исполнении агентского поручения (почтовый идентификатор 14280095002261). Названная почтовая корреспонденция прибыла в место вручения и была готова к вручению ответчику 27.05.2024.

Согласно указанному Отчёту в результате действий агента между принципалом и физическими лицами ФИО2 и ФИО3 заключён договор поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 на сумму 13 976 700 руб. 00 коп. (денежные средства от покупателей получены принципалом в полном объёме 13.05.2024).

Таким образом, принципалом в срок не позднее 04.06.2024 в пользу агента должно было быть выплачено вознаграждение в размере 2 795 340 руб. 00 коп. (20 % от суммы/стоимости фактической оплаты по вышеуказанному договору поставки медицинского оборудования).

21.08.2024 истцом в адрес ответчика направлена претензия в порядке досудебного урегулирования спора (почтовый идентификатор 14280098001605).

Ввиду того, что ответчик в добровольном порядке не исполнил обязательства по выплате агентского вознаграждения, истец обратился с настоящим иском в суд.

Заслушав доводы представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, оценив их в порядке ст. 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

В силу абз. 1 ст. 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

Согласно п.п. 1 и 3 ст. 1008 Гражданского кодекса Российской Федерации в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора. Принципал, имеющий возражения по отчету агента, должен сообщить о них агенту в течение тридцати дней со дня получения отчета, если соглашением сторон не установлен иной срок. В противном случае отчет считается принятым принципалом.

Если иное не предусмотрено агентским договором, агент вправе в целях исполнения договора заключить субагентский договор с другим лицом, оставаясь ответственным за действия субагента перед принципалом. В агентском договоре может быть предусмотрена обязанность агента заключить субагентский договор с указанием или без указания конкретных условий такого договора (п. 1 ст. 1009 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано ранее, между истцом и ответчиком заключен спорный агентский договор № 1/7 от 01.08.2023 на поиск потенциальных покупателей товаров ответчика, проведение с ними переговоров, согласование условий договоров, на организацию и проведение рекламных акций по продвижению товаров ответчика.

Исполнение обязательств по данному договору истец подтверждает отчетом № 1 об исполнении агентского поручения от 14.05.2024, в пункте 2 которого указано, что в результате действий агента был заключен договор поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 между АО «Линлайн» (продавец) и ФИО2, ФИО3 (покупатели) на сумму поставки 13 976 700 руб.

Денежные средства от покупателей по указанной сделке получены ответчиком, о чем свидетельствуют платежные поручения № 4374 от 06.05.2024 на сумму 6 988 350 руб., № 8752 от 13.05.2024 на сумму 6 988 350 руб., представленные третьими лицами.

Ответчик факт заключения договор поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 между АО «Линлайн» (продавец) и ФИО2, ФИО3 (покупатели) на сумму поставки 13 976 700 руб., получения денежных средств по указанному договору не оспаривает.

Исходя из условий агентского договора, стоимость вознаграждения агента составляет 20% от суммы (стоимости) фактической оплаты по данной сделке, то есть составляет 2 795 340 руб.

Ответчик не заявил возражений относительно сведений, указанных в№ 1 от 14.05.2024 об исполнении агентского поручения, следовательно, в соответствии с п. 3 ст. 1008 Гражданского кодекса Российской Федерации, отчет считается принятым принципалом без разногласий.

В свою очередь, между истцом и ФИО4 заключен субагентский договор от 01.08.2023, в соответствии с которым ИП ФИО1 на основании п. 2.5 агентского договора № 1/7 от 01.08.2023 в целях его исполнения поручает, а ФИО4 принимает на себя обязательство совершать от имени и за счет агента и/или принципала в их интересах указанные в п. 1.2 действия, а ИП ФИО1 выплачивает субагенту (ФИО4) вознаграждение.

Действия в п.1.2 дублируют обязанности агента по агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023. При этом вознаграждение субагента составляет 10 % от суммы (стоимости) фактической оплаты по каждой сделке реализации товара АО «Линлайн».

Исполнение субагентского договора от 01.08.2023 подтверждается отчетом агента от 14.05.2024, подписанным сторонами сделки без разногласий.

Возражая против исковых требований, ответчик ссылался на ничтожность агентского договора № 1/7 от 01.08.2023 по мотиву притворности данной сделки, а также на отсутствие фактического исполнения обязательств по данному договору ИП ФИО1

Из пояснений ответчика следует, что АО «Линлайн» 19.07.2023 заключен трудовой договор № 00001 с ФИО4 (приказ о приеме на работу № 1 от 19.07.2023), согласно которому ФИО4 приняла на себя выполнение трудовых обязанностей в должности заместителя генерального директора по развитию направления лазерной хирургии. Содержание трудовой функции трудовым договором не определено.

При установлении трудовых отношений была согласована заработная плата в размере 25 000 рублей. В переписке между ФИО4 и директором АО «Линлайн» ФИО9 и сотрудником общества ФИО6 фигурировала договоренность, что в рамках договорных отношений АО «Линлайн» с ИП ФИО1 часть средств, выплачиваемых агенту по договору, будут получены ФИО4 как фактическим исполнителем обязательств.

Доводы ответчика судом отклонены по следующим обстоятельствам.

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Пунктом 87 Постановления N 25 Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23.06.2015 г. предусмотрено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Гражданское законодательство закрепляет презумпцию возмездности договора (п. 3 ст. 423 ГК РФ).

Пояснениями третьих лиц подтверждается, что заключение договора поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2025 между ответчиком и физическими лицами явилось прямым результатом деятельности ИП ФИО1, выступающей в качестве агента АО «Линлайн» и её субагента ФИО4

Тот факт, что истец исполнил обязательства по поиску покупателей товаров, проводил с ними переговоры, согласовал условия данного договора через субагента ФИО4, не нарушает условий агентского договора № 1/7 и не противоречит действующему законодательству. В частности, пунктом 2.5 названного договора предусмотрено, что агент вправе заключать субагентский договор с другими лицами для исполнения договора.

При этом наличие трудовых отношений с ФИО4 (субагентом во взаимоотношениях с истцом) не исключает возможность осуществления данным лицом действий по гражданско-правовым договорам с иными лицами.

Кроме того, агентский договор № 1/7 от 01.08.2023 предполагал выплату агентского вознаграждения агенту в большем размере, чем субагентский договор от 01.08.2023. Следовательно, агентский договор № 1/7 не является для ИП ФИО1 безвозмездным, часть денежных средств (85000 рублей ежемесячно и 10 % от стоимости реализованного товара) за вычетом выплаты субагенту остается после выплаты у истца.

Отчеты агентов подписаны без разногласий, ответчик не заявил в установленный срок возражений относительно исполнения агентского договора.

Факт поиска и привлечения клиентов на покупку товара ответчика ФИО4 также подтверждается нотариально заверенной перепиской в системе мгновенного обмена сообщениями (мобильном приложении) «WhatsApp» между ФИО4 и директором АО «Линлайн» ФИО9, и с сотрудником компании ФИО6 Переписка содержит информацию об условиях поставки, сроках оплаты, 26.04.2024 директору направлялся проект договора поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 с ФИО2 и ФИО3, платежные поручения об оплате договора поставки.

Исходя из указанной переписки именно директор АО «Линлайн» ФИО9 предложил модель взаимодействия между ответчиком и ФИО4 через агентский договор с ИП ФИО1 Данная переписка подтверждает, что документальное оформление взаимодействия ответчика с ФИО4 будет осуществляться через ИП ФИО1, хотя фактическим исполнителем будет ФИО4. При этом ФИО4 принимается на работу в АО «Линлайн».

Из пояснений покупателей ФИО2 и ФИО3 именно ФИО4 сопровождала заключение и исполнение вышеуказанной сделки «под ключ»: от начала ее инициирования и до ее завершения в виде поставки соответствующего медицинского оборудования. При этом, третьи лица акцентировали внимание на том, что ФИО4 действовала в рамках агентского договора с ИП ФИО1 как субагент, а не как сотрудник АО «Линлайн».

В подтверждение того обстоятельства, что ответчик исполнял условия именно агентского соглашения с ИП ФИО1, свидетельствуют представленные в материалы дела платежные поручения ответчика № 362 от 28.08.2023, № 370 от 29.09.2023, № 379 от 30.10.2023, № 388 от 30.11.2023, № 398 от 29.12.2023, № 404 от 30.01.2024, № 411 от 21.02.2024, № 419 от 21.03.2024, № 430 от 23.04.2024 на сумму 85000 руб. в назначении платежа по которым указано: «Оплата по агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023г. Сумма 85000 -00 Без налога (НДС)». Получателем платежей указана Индивидуальный предприниматель ФИО1.

Таким образом, до заключения 24.04.2024 договора поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 между АО «Линлайн» и ФИО2, ФИО3 ответчик исполнял свою обязанность по Агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023г. по перечислению ИП ФИО1 ежемесячно вознаграждения в размере 85 000 рублей (п. 3.1. и 3.1.1. договора), что также опровергает доводы ответчика о мнимости заключенного агентского договора.

В отзывах на исковое заявление ответчик также выражал мнение о том, что договор поставки медицинского оборудования заключен не в результате действий истца или ФИО4 по привлечению клиентов, а в результате длительных взаимоотношений ответчика с Национальным медицинским исследовательским центром высоких медицинских технологий – Центральный военный госпиталь имени А.А. Вишневского, для которого в качестве пожертвования осуществлена была закупка третьими лицами-благотворителями из числа членов Открытого акционерного общества «Военно-инженерная корпорация».

Однако, суд принимает во внимание тот факт, что госпиталь не является стороной по спорным договорам, письмо АО «ВИКор» № В-405/24, на которое ссылается ответчик, о направлении коммерческого предложения датировано 23.04.2024, в то время как из переписки ФИО4 с ФИО9 следует, что переговоры относительно сотрудничества с компанией велись ФИО4 еще с июля 2023г., организовывались конференция, встречи и переговоры.

Таким образом, ФИО4 в полной мере выполняла функции субагента по поиску и привлечению покупателей, продвижению товаров на рынке.

Доводы ответчика о ничтожности субагентского договора от 01.08.2023 и отчета агента от 14.05.2024 также отклонены судом в отсутствие надлежащих доказательств их мнимости. Возражения ответчика о том, что в суд представлен лишь дубликат документов, у ответчика есть сомнения в том, что данные документы были оформлены и подписаны позднее указанных в них дат, судом отклоняются, поскольку материалами дела, в том числе деловой перепиской, отзывами третьих лиц подтверждается то обстоятельство, что именно в результате действий субагента ФИО4 был заключен договор поставки медицинского оборудования № 5 от 24.04.2024 между АО «Линлайн» и ФИО2, ФИО3 При этом именно сам ответчик предложил, чтобы ФИО4 совершала действия по заключению этого договора через ИП ФИО1

Доказательств оплаты агентского вознаграждения в сумме 2 795 340 руб. либо наличия обстоятельств, служащих основанием для уменьшения размера долга, ответчиком не представлены, доводы истца ответчиком документально не опровергнуты (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в соответствии со ст. 65, 71 АПК РФ представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании задолженности в размере 2 795 340 руб. являются обоснованными и подлежат удовлетворению в порядке ст. 309, 310, 408, 1006 ГК РФ.

Поскольку обязательство по оплате услуг ответчиком не исполнено надлежащим образом, допущено нарушение сроков оплаты, истец заявил требование о взыскании неустойки на основании п. 42 договора.

Согласно п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться в том числе, неустойкой и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (ст. 331 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 4.2 агентского договора № 1/7 в случае нарушения принципалом срока уплаты вознаграждения, установленного п. 3.2 договора, и/или возмещения расходов, установленных п. 3.3 договора, агент вправе предъявить принципалу требование об уплате неустойки в размере 0,2 % от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

Согласно расчету истца пени начислены за период с 04.06.2024 по 15.01.2025 и составили 1 263 493 руб. 68 коп.

В связи с тем, что ответчик допустил просрочку исполнения денежного обязательства, истцом правомерно заявлено требование о взыскании неустойки.

Между тем, ответчик заявил ходатайство об уменьшении суммы неустойки на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 N 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Исследовав материалы дела и доводы сторон, суд пришел к выводу о явной несоразмерности заявленной ко взысканию суммы неустойки тем негативным последствиям, которые повлекло для истца неисполнение ответчиком денежного обязательства. Учитывая изложенное, суд полагает возможным уменьшить сумму неустойки, начисленной за просрочку оплаты агентского вознаграждения, снизив размер ставки с 0,2 % до обычно устанавливаемого сторонами аналогичных договоров 0,1%.

Исходя из размера ставки 0,1 % размер неустойки за просрочку оплаты долга в сумме 2 795 340 руб. за период с 04.06.2024 по 15.01.2025 составит 631 746 руб. 84 коп.

С учетом отмеченного, исковые требования в части взыскания твердой суммы неустойки подлежат частичному удовлетворению в размере 631 746 руб. 84 коп.

Что касается требования о продолжении начисления неустойки с 16.01.2025 по день фактической уплаты долга, то оно подлежит удовлетворению. Начисление неустойки продолжится до фактического исполнения ответчиком обязательств по уплате долга по ставке 0,1% за каждый день просрочки.

Таким образом, исковые требования Индивидуального предпринимателя ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном размере 146 765 руб. в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без учета уменьшения суммы неустойки на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ((пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").).

При изготовлении резолютивной части решения судом допущена опечатка в части указания на полное удовлетворение исковых требований, которая подлежит исправлению в порядке ст. 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (при оглашении резолютивной части указано на частичное удовлетворение требований).

Руководствуясь ст.110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить частично.

2. Взыскать с Акционерного общества "Линлайн" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 427 086 руб. 84 коп., в том числе долг в сумме 2 795 340 руб. в качестве агентского вознаграждения по агентскому договору № 1/7 от 01.08.2023 и неустойку в сумме 631746 руб. 84 коп. за просрочку оплаты долга за период с 04.06.2024 по 15.01.2025, с продолжением начисления неустойки, исходя из ставки 0,1% от суммы долга, за каждый день просрочки, начиная с 16.01.2025 по день фактической уплаты долга.

Взыскать с Акционерного общества "Линлайн" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины денежные средства в сумме 146 765 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

3. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

4. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение».

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».

Судья С.К. Загайнова