Постановление по делу № 15АП-2839/2025 от 29.04.2025

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: i№fo@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А32-57945/2021

29 апреля 2025 года 15АП-2839/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 29 апреля 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Новик В.Л.,

судей Запорожко Е.В., Ковалевой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Намалян А.А.,

при участии:

от истца: представитель не явился, извещен,

от ответчика: представитель ФИО1 по доверенности от 09.01.2025,

от третьего лица: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.01.2025 по делу № А32-57945/2021

по иску акционерного общества «Донэнерго» (ИНН 6163089292ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2(ИНН <***> ОГРНИП <***>)

при участии третьего лица: ФИО3

о взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Донэнерго» (далее – истец, АО «Донэнерго») обратилось в Советский районный суд г. Краснодара с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договорам об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014,№ 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 и № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 в размере 4 776 279, 16 руб. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Советского районного суда г. Краснодара от 07.06.2021 гражданское дело № 2-1767/21 передано на рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.01.2025 ходатайство истца о возобновлении производства по делу - удовлетворено. Возобновлено производство по делу. Ходатайство истца об уточнении исковых требований - удовлетворено. В удовлетворении ходатайства ответчика о снижении неустойки - отказано. С индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу акционерного общества «Донэнерго» взыскана неустойка по договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 за период с 02.01.2018 по 29.09.2020 в размере 96 515,53 руб., неустойка по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 за период с 01.01.2018 по 31.07.2020 в размере 4 344 995,90 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 33 480,12 руб. В остальной части иска отказано. С индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход Федерального бюджета Российской Федерации взыскана государственная пошлина в размере 10 115 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что судом необоснованно отказано в применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Неустойка по договору № 1904/15РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 неправомерно рассчитана за период с 01.06.2017 по 29.09.2020, суд с учетом срока исковой давности должен взыскать неустойку по данному договору за период с 02.01.2018 по 29.09.2020. Кроме того, заявитель указывает на наличие обстоятельств непреодолимой силы в виде обнаружения археологического захоронения - Некрополь на земельном участке, где должно было происходить строительство, что не позволило завершить строительство в установленный срок.

В судебное заседание истец и третье лицо, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку не обеспечили. В связи с изложенным, апелляционная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между сторонами 13.03.2014 был заключен договор № 276/14/РГЭС/ЮРЭС об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого истец (сетевая организация) обязался осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств ответчика (заявитель) на границе раздела балансовой принадлежности ВРУ-0,4кВ для электроснабжения гостиницы, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств 150 кВт;

- 1 кат - 22 кВт, 2 кат - 128 кВт;

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение 0,4 кВ.

Заявитель обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями договора (пункт 1 договора в редакции дополнительного соглашения № 1 от 15.05.2015 к договору).

В соответствии с пунктом 2 договора технологическое присоединение необходимо для электроснабжения гостиницы, расположенной по адресу:<...>.

Технические условия являются неотъемлемой частью договора и приведены в приложении. Срок действия технических условий составляет 2 года со дня заключения договора (пункт 4 договора).

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 12 месяцев со дня заключения договора (пункт 5 договора).

Согласно пункту 10 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 15.05.2015 к договору) размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с Постановлением Региональной службы по тарифам Ростовской области в области государственного регулирования тарифов от 27.12.2012 № 55/13, от 28.12.2010 № 20/12, от 25.12.2013 № 71/7 и составляет172 532,97 руб.

Дополнительным соглашением № 1 от 15.05.2015 к договору срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению установлен в 6 месяцев со дня заключения дополнительного соглашения.

24.07.2020 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий.

Также, между сторонами 29.09.2015 был заключен договор№ 1904/15/РГЭС/ЮРЭС об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого истец (сетевая организация) обязался осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств ответчика (заявитель) КЛ-0,4кВ для электроснабжения гостиницы, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств 68 кВт;

- 1 кат - 28 кВт, 2 кат - 40 кВт;

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение 0,4 кВ.

Заявитель обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями договора (пункт 1 договора в редакции дополнительного соглашения № 1 от 27.04.2016 к договору с учетом протокола согласования разногласий от 04.05.2016 к дополнительному соглашению).

Согласно пункту 10 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 27.04.2016 к договору с учетом протокола согласования разногласий от 04.05.2016 к дополнительному соглашению) размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с Постановлением Региональной службы по тарифам Ростовской области № 85/15 от 25.12.2014, № 20/12 от 28.12.2010, № 55/13 от 27.12.2012 и составляет 83 396,44 руб.

Дополнительным соглашением № 1 от 27.04.2016 к договору срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению установлен в 12 месяцев со дня заключения дополнительного соглашения.

Дополнительным соглашением № 2 от 24.05.2018 к договору срок действия технических условий продлен до 31.12.2018.

Дополнительным соглашением № 4 от 28.02.2019 к договору срок действия технических условий установлен в 5 лет со дня заключения договора.

11.11.2020 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий.

Кроме того, между сторонами 05.05.2016 был заключен договор№ 497/16/РГЭС/ЮРЭС об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого истец (сетевая организация) обязался осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств ответчика (заявитель) на границе раздела балансовой принадлежности ВРУ-0,4кВ для электроснабжения объекта, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств 68 кВт;

- 1 кат - 28 кВт, 2 кат - 40 кВт;

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение 0,4 кВ.

Заявитель обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями договора (пункт 1 договора).

В соответствии с пунктом 2 договора технологическое присоединение необходимо для электроснабжения энергопринимающих устройств, расположенных (будут располагаться) по адресу: г. Ростов-на-Дону,ул. Тургеневская, 18 (кад. № 61:44:0050631:1).

Согласно пункту 10 договора (в редакции дополнительного соглашения № 4 от 30.06.2018 к договору) размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с Постановлением Региональной службы по тарифам Ростовской области № 79/6 от 24.12.2015, № 55/13 от 27.12.2012 и составляет3 496 190,72 руб.

Дополнительным соглашением № 2 от 24.04.2017 к договору срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению установлен до 31.12.2017.

Дополнительным соглашением № 3 от 24.05.2018 к договору срок действия технических условий продлен до 31.12.2018.

Дополнительным соглашением № 5 от 10.07.2020 к договору срок действия технических условий продлен до 31.07.2020.

11.12.2019 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий.

Со ссылкой на нарушение заявителем договорных обязательств в части срока выполнения мероприятий по вышеперечисленным договорам, истец обратился в суд с настоящим иском (с учетом его уточнения) о взыскании с ответчика неустойки:

- по договору № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014 - 314 058,31 руб. за период с 14.03.2016 по 06.07.2020;

- по договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 - 117 224,95 руб. за период с 01.06.2017 по 29.09.2020;

- по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 - 4 344 995,90 руб. за период с 01.06.2017 по 29.09.2020.

Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Заключенные между сторонами договоры по своей правовой природе являются договорами возмездного оказания услуг, отношения по которым регламентированы главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьями 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Помимо общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям подлежат применению положения Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861).

В силу статьи 26 Закона об электроэнергетике технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее также - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.

Правила № 861 определяют порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее - энергопринимающие устройства), к электрическим сетям, регламентируют процедуру присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой организации (далее - технологическое присоединение), определяют существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (далее - договор), устанавливают требования к выдаче технических условий, в том числе индивидуальных, для присоединения к электрическим сетям (далее - технические условия), порядок проведения проверки выполнения заявителем и сетевой организацией технических условий, критерии наличия (отсутствия) технической возможности технологического присоединения и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей посредством перераспределения максимальной мощности между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а также особенности отказа потребителей электрической энергии от максимальной мощности в пользу сетевой организации.

Действие Правил № 861 распространяется на случаи присоединения впервые вводимых в эксплуатацию, ранее присоединенных энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых увеличивается, а также на случаи, при которых в отношении ранее присоединенных энергопринимающих устройств изменяются категория надежности электроснабжения, точки присоединения, виды производственной деятельности, не влекущие пересмотр величины максимальной мощности, но изменяющие схему внешнего электроснабжения таких энергопринимающих устройств.

Согласно пункту 3 Правил № 861 сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им настоящих Правил и наличии технической возможности технологического присоединения. Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в пунктах 12.1, 14 и 34 настоящих Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании (далее - заявка), а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению.

Согласно пункту 6 Правил № 861 технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.

В силу статьи 26 Закона об электроэнергетике технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

По договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

Плата по договору об осуществлении технологического присоединения взимается однократно с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению.

В соответствии с пунктом 16 Правил № 861 договор должен содержать существенные условия, к числу которых относятся:

а) перечень мероприятий по технологическому присоединению (определяется в технических условиях, являющихся неотъемлемой частью договора) и обязательства сторон по их выполнению;

б) срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, который исчисляется со дня заключения договора;

в) положение об ответственности сторон за несоблюдение установленных договором и настоящими Правилами сроков исполнения своих обязательств;

г) порядок разграничения балансовой принадлежности электрических сетей и эксплуатационной ответственности сторон;

д) размер платы за технологическое присоединение, определяемый в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере электроэнергетики;

е) порядок и сроки внесения заявителем платы за технологическое присоединение.

Исходя из положений пункта 16 Правил № 861, технические условия представляют собой перечень мероприятий, которые стороны договора должны выполнить в целях создания фактической возможности для присоединения энергоустановок и подачи электроэнергии потребителю (подпункт «а»).

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 Кодекса).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В суде первой инстанции ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по части требований, а также о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Изучив обстоятельства дела в совокупности с доводами и возражениями сторон, суд обоснованно исходил из следующего.

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 17 договоров, в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств по договору, такая сторона в течение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки.

Согласно уточнениям истца ко взысканию с ответчика предъявлена неустойка:

- по договору № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014 - 314 058,31 руб. за период с 14.03.2016 по 06.07.2020 (1);

- по договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 - 117 224,95 руб. за период с 01.06.2017 по 29.09.2020 (2);

- по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 - 4 344 995,90 руб. за период с 01.06.2017 по 29.09.2020 (3).

1. Как установлено судом первой инстанции, срок действия технических условий к договору № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014 составляет 2 года со дня заключения договора, то есть до 13.03.2016.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения дополнительного соглашения № 1 от 15.05.2015 к договору, то есть до 15.11.2015.

24.07.2020 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий.

Как предусмотрено пунктом 7 Правил № 861 процедура технологического присоединения включает в себя:

а) подача заявки юридическим или физическим лицом (далее - заявитель), которое имеет намерение осуществить технологическое присоединение, реконструкцию энергопринимающих устройств и увеличение объема максимальной мощности, а также изменить категорию надежности электроснабжения, точки присоединения, виды производственной деятельности, не влекущие пересмотр (увеличение) величины максимальной мощности, но изменяющие схему внешнего электроснабжения энергопринимающих устройств заявителя;

б) заключение договора;

в) выполнение сторонами договора мероприятий, предусмотренных договором;

г) получение разрешения органа федерального государственного энергетического надзора на допуск к эксплуатации объектов заявителя;

г.1) осуществление сетевой организацией фактического присоединения объектов заявителя к электрическим сетям. Для целей настоящих Правил под фактическим присоединением понимается комплекс технических и организационных мероприятий, обеспечивающих физическое соединение (контакт) объектов электросетевого хозяйства сетевой организации, в которую была подана заявка, и объектов заявителя (энергопринимающих устройств) без осуществления фактической подачи (приема) напряжения и мощности на объекты заявителя (фиксация коммутационного аппарата в положении «отключено»);

г.2) фактический прием (подача) напряжения и мощности, осуществляемый путем включения коммутационного аппарата (фиксация коммутационного аппарата в положении «включено»);

д) составление акта о технологическом присоединении, акта разграничения балансовой принадлежности, акта разграничения эксплуатационной ответственности сторон, а также акта согласования технологической и (или) аварийной брони (для заявителей, указанных в пункте 14(2) настоящих Правил).

Согласно пункту 18 Правил № 861 мероприятия по технологическому присоединению включают в себя:

а) подготовку, выдачу сетевой организацией технических условий и их согласование с системным оператором (субъектом оперативно-диспетчерского управления в технологически изолированных территориальных электроэнергетических системах);

б) разработку сетевой организацией проектной документации согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями;

в) разработку заявителем проектной документации в границах его земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями;

г) выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией, включая осуществление сетевой организацией мероприятий по подключению энергопринимающих устройств под действие аппаратуры противоаварийной и режимной автоматики в соответствии с техническими условиями;

д) проверку сетевой организацией выполнения заявителем технических условий, а также допуск в эксплуатацию установленного в процессе технологического присоединения прибора учета электрической энергии, включающий составление акта допуска прибора учета в эксплуатацию в порядке, предусмотренном Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии;

е) осмотр (обследование) присоединяемых энергопринимающих устройств должностным лицом органа федерального государственного энергетического надзора при участии сетевой организации и собственника таких устройств, а также соответствующего субъекта оперативно-диспетчерского управления в случае, если технические условия подлежат в соответствии с настоящими Правилами согласованию с таким субъектом оперативно-диспетчерского управления с выдачей акта осмотра (обследования) энергопринимающих устройств заявителя;

ж) осуществление сетевой организацией фактического присоединения объектов заявителя к электрическим сетям и включение коммутационного аппарата (фиксация коммутационного аппарата в положении «включено»). Не позднее трех рабочих дней после осуществления сетевой организацией фактического присоединения объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) заявителя к электрическим сетям и фактического приема (подачи) напряжения и мощности стороны составляют акт об осуществлении технологического присоединения, что предусмотрено пунктом 19 Правил № 861.

Таким образом, завершающим этапом выполнения мероприятий по технологическому присоединению признается оформление акта об осуществлении технологического присоединения.

Из материалов дела следует и истцом не оспаривается, что акт об осуществлении технологического присоединения по договору между сторонами не подписан, фактическое присоединение не осуществлено.

При этом истец указывает, что интерес ответчика в исполнении договора не утрачен, а акты об осуществлении технологического присоединения по договору на настоящий момент не подписан по вине последнего.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что указанное не является основанием для начисления по названному договору неустойки за определенный истцом период в силу следующего.

В силу пункта 16 Правил № 861 договор о технологическом присоединении должен содержать перечень мероприятий по технологическому присоединению (определяется в технических условиях, являющихся неотъемлемой частью договора) и обязательства сторон по их выполнению, а также срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, который исчисляется со дня заключения договора и не может превышать установленной данным пунктом продолжительности.

В пункте 24 Правил № 861 предусмотрено, что срок действия технических условий не может составлять менее 2 лет и более 5 лет.

Срок действия технических условий к договору установлен до 13.03.2016, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению - до 15.11.2015.

Следовательно, стороны обязаны были выполнить свои обязательства по договору таким образом, чтобы осуществить фактическое технологическое присоединение в установленный договором срок, то есть до 15.11.2015.

Вместе с тем, срок действия технических условий, выданных в 2014 году, истек, а новые ответчиком получены не были.

В пункте 7 Правил № 861 установлено, что технологическое присоединение - это процесс, состоящий из нескольких этапов, целью которого является создание условий для получения электрической энергии потребителем через энергоустановки сетевой организации, завершающийся фактической подачей напряжения и составлением акта разграничения балансовой принадлежности электрических сетей и разграничения эксплуатационной ответственности сторон и акта об осуществлении технологического присоединения. Мероприятия по технологическому присоединению включают выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией (пункт 18 названных Правил).

Таким образом, договор об осуществлении технологического присоединения может быть реализован только путем выполнения сторонами обязательств по осуществлению комплекса мероприятий, предусмотренных технических условий для заказчика и для сетевой организации.

Наличие действующих технических условий является обязательным условием осуществления технологического присоединения. При этом обязательства сторон по выполнению мероприятий по технологическому присоединению должны быть выполнены в установленные договором сроки и в пределах срока действия технических условий.

По смыслу приведенных норм по истечении срока действия выданных заявителю технических условий, выполнение мероприятий по технологическому присоединению не представляется возможным, поскольку технические условия содержат существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения - перечень мероприятий по технологическому присоединению.

24.07.2020 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий со стороны сетевой организации. В этот же день в адрес заявителя направлена претензия, из которой следует, что мероприятия по технологическому присоединению последним не выполняются.

Из материалов дела следует, что срок действия технических условий закончился 13.03.2016.

Доказательств достижения сторонами согласия относительно продления срока действия технических условий и выдачи заказчику новых технических условий материалы дела не содержат.

Доказательства уведомления ответчиком истца о выполнении своей части технических условий либо совершения ответчиком каких-либо конкретных действий, свидетельствующих о его намерении исполнить договор в период действия технических условий в деле отсутствуют.

В материалы дела стороны по запросу суда не представили последовательную переписку по вопросам продления сроков действия технических условий и выполнения мероприятий по спорным договорам об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, в полном объеме.

Из положений Правил № 861 следует, что наличие действующих технических условий является непременным атрибутом технологического присоединения. Поэтому предполагается, что по истечении срока действия технических условий выполнение со стороны заявителя мероприятий по технологическому присоединению перестает быть юридически возможным, так как подобные действия будут являться неправомерными.

Ввиду того, что неустойка обеспечивает только возможное исполнение обязательства должником, представляющее интерес для кредитора, то по общему правилу предусмотренная подпунктом «в» пункта 16 Правил № 861 неустойка за нарушение заявителем сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению после истечения срока технических условий не подлежит взысканию.

Судом первой инстанции установлено, что технологическое присоединение не состоялось, а сетевая организация притязает на неустойку, начисленную в связи с нарушением заявителем срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению, когда технические условия истекли и не продлялись.

Сетевая организация была осведомлена о том, что заявитель, имеющий право на односторонний отказ от исполнения договора, утратил интерес к его исполнению и уже не осуществит мероприятия по технологическому присоединению, а само технологическое присоединение не состоится.

Таким образом, сетевая организация не вправе требовать от заявителя в принудительном порядке исполнения в натуре обязательства по выполнению мероприятий по технологическому присоединению, так как это исполнение уже не охватывается ее разумными и правомерными ожиданиями, то есть выходит за пределы ее защищаемого законом правового интереса, и также не вправе требовать начисления неустойки за неисполнение заявителем этой обязанности, являющейся юридически невыполнимой после истечения срока действия технических условий.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что начисление неустойки за период с 14.03.2016 по 06.07.2020, то есть за сроком действия технических условий, истекшим 15.11.2015, не является правомерным, в связи с чем, в данной части требований истцу надлежит отказать.

Срок действия технических условий к договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 установлен в 5 лет со дня заключения договора, то есть до 29.09.2020 (дополнительное соглашение № 4 от 28.02.2019 к договору).

Акт об осуществлении технологического присоединения по указанному договору между сторонами также не подписан, фактическое присоединение не осуществлено, что ответчиком не оспаривается.

11.11.2020 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий со стороны сетевой организации.

Доказательств выполнения мероприятий, предусмотренных техническими условиями, со своей стороны, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, в рассматриваемом случае начисление истцом неустойки за период с 01.06.2017 по 29.09.2020 произведено обоснованно.

Довод ответчика о том, что неустойка с 03.04.2020 не подлежит начислению ввиду действия на территории Российской Федерации моратория на начисление неустоек, правомерно отклонен судом первой инстанции на основании следующего.

Как установлено пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ), для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Подпунктом «б» пункта 1 постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» (далее - постановление № 428) введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении организаций, включенных в перечень стратегических организаций, а также федеральных органов исполнительной власти, обеспечивающих реализацию единой государственной политики в отраслях экономики, в которых осуществляют деятельность эти организации, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 20.08.2009 № 1226-р.

Постановление № 428 вступило в силу со дня его официального опубликования и действовало в течение шести месяцев (с 06.04.2020 до 06.10.2020).

Пунктом 3 статьи 9.1 Закона № 127-ФЗ установлено, что на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ, в частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (ответ на вопрос № 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020).

Таким образом, освобождение должника от ответственности в виде уплаты неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций предусмотрено только за неисполнение или ненадлежащее исполнение им денежных обязательств. Норм, освобождающих должника от ответственности за неисполнение обязательств неимущественного характера, Законом № 127-ФЗ и постановлением № 428 не предусмотрено.

В данном случае истец просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков выполнения мероприятий, то есть за неисполнение должником неденежного обязательства.

Суд первой инстанции также согласился с доводом истца о том, что в материалах дела отсутствуют доказательств включения ответчика в перечень системообразующих организаций Российской экономики в соответствии с порядком, установленным Правительственной комиссией в приложении к Протоколу от 10.04.2020 № 7 кв.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по части требований, в частности, по требованиям о взыскании неустойки по договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 за период с 01.06.2017 по 14.12.2017.

Рассматривая заявление ответчика, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 и пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно пункту 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (часть 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению закончился 27.04.2017.

Таким образом, после истечения срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению (27.04.2017) истец не мог не знать о нахождении ответчика в просрочке исполнения обязательств по договору.

С требованиями о взыскании неустойки по указанному договору в суд общество обратилось 01.02.2021 (л. д. 41, т. 1).

Согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и тому подобное), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

По смыслу указанной нормы соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается.

Согласно части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» с 01.06.2016 соблюдение претензионного порядка в отношении рассматриваемой категории спора является обязательным.

При этом частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с момента направления претензии, течение срока исковой давности приостанавливается с учетом положений части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на тридцать дней.

Согласно пункту 4 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации со дня прекращения обстоятельства, послужившего основанием приостановления течения срока исковой давности, течение ее срока продолжается.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности пропущен истцом по требованиям о взыскании с ответчика неустойки по договору № 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 за период с 01.06.2017 по 01.01.2018 (01.02.2021 - 30 дней - 3 года).

С учетом изложенного, судом первой инстанции произведен перерасчет неустойки по указанному договору за период с 02.01.2018 по 29.09.2020, которая составила 96 515,53 руб.

Таким образом, в остальной части требований по указанному договору судом правомерно отказано.

В апелляционной жалобе ответчик указывает на то, что истцом неустойка по договору № 1904/15РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 рассчитана за период с 01.06.2017 по 29.09.2020, суд с учетом срока исковой давности должен взыскать неустойку по данному договору за период с 02.01.2018 по 29.09.2020.

Однако ответчиком не учтено, что Арбитражным судом Краснодарского края произведен перерасчет размера неустойки по договору№ 1904/15РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 за период с 02.01.2018 по 29.09.2020, которая составила 96 515,53 руб., что соответствует периоду взыскания указанному ответчиком в апелляционный жалобе, в связи с чем указанный довод признается несостоятельным.

При этом во взыскании неустойки по договору № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014 судом отказано в полном объеме.

Позиция ответчика о том, что им было заявлено о пропуске исковой давности ко всем исковым требованиям, коллегией рассмотрена и отклонена, как противоречащая материалам дела. Из буквального содержания заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, изложенном в отзыве от 23.03.2023 (т.2 л.д. 128) следует, что об исковой давности ответчиком заявлено применительно к договорам №1904/15РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 и № 276/14/РГЭС/ЮРЭС от 13.03.2014.

Дополнительным соглашением № 1 от 01.12.2016 к договору№ 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 технические условия от 05.05.2016 к договору изменены и изложены в прилагаемой к соглашению редакции от 01.12.2016 (пункт 3 соглашения).

Срок действия технических условий к договору установлен до 31.07.2020 (дополнительное соглашение № 5 от 10.07.2020 к договору).

11.12.2019 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий со стороны сетевой организации.

Представленные в материалы дела акты от 11.01.2019 о выполнении технических условий и об осуществлении технологического присоединения, акт от 07.03.2019 сдачи-приемки услуги по технологическому присоединению не имеют отношения к рассматриваемому спору, поскольку составлены в рамках иного заключенного между сторонами договора № 497/16/1/Вр/РГЭС/ЮРЭС от 04.12.2018 с иной стоимостью (550 руб.) и на иную максимальную мощность (15 кВт).

Довод апелляционной жалобы о наличии обстоятельств непреодолимой силы в виде обнаружения археологического захоронения Некрополь на земельном участке, где должно было происходить строительство, что не позволило завершить строительство в установленный срок, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции, указанному доводу дана надлежащая оценка, в связи с чем оснований для переоценки вывода суда первой инстанции коллегией не установлено.

Указанный довод правомерно отклонен судом ввиду следующего.

В материалах дела имеется акт проверки от 18.06.2018 № 21, проведенной комитетом по охране объектов культурного наследия Ростовской области в отношении ответчика, из которого следует, что в 2016 году между ФИО3 (правопредшественник ответчика по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 согласно договору уступки права требования № 1 (л. д. 1, т. 1)) и министерством культуры Ростовской области согласован план проведения спасательных археологических полевых работ на указанном земельном участке, предусматривающий проведение археологических раскопок на объекте археологического наследия на площади 594 кв. м до начала проведения строительных работ.

Отчет о проведенных археологических раскопках необходимо было представить на рассмотрение в орган исполнительной власти, уполномоченный в области охраны объектов культурного наследия. Однако на момент проведения проверки отчет не представлен.

В материалы дела также представлен указанный план 2016 года, подготовленный ЗАО «ОКН-проект» по заказу ФИО3, согласованный с Министерством культуры.

Таким образом, суд обоснованно указал, что на момент заключения спорного договора ответчик знал или должен был знать о необходимости проведения на объекте соответствующих работ.

При этом, апелляционный суд отмечает, что недобросовестное поведение цедента по заключенному с ответчиком договору уступки права требования, если таковое имело место, не может освобождать ответчика от ответственности по обязательством перед третьими лицами, в данном случае перед истцом.

Ответчик также сослался на то, что дополнительным соглашением от 30.06.2018 стороны изменили размер оплаты за технологическое подключение и добавили еще один этап - «Второй этап подключения», плата за который составляет 6 426 руб. На момент подписания дополнительного соглашения сроки на технологическое присоединение уже были пропущены, однако истец не посчитал это основанием для незаключения договора и выхода из договорных отношений. Напротив, стороны пересмотрели сроки и этапы проводимых работ. Таким образом, стороны изменили фактическое содержание договорных отношений, предусмотрели этапы работ по первоначальному договору и сроки выполнения таких работ. При этом каждый из этапов предполагает 10-дневные сроки выполнения мероприятий с момента уведомления сетевой организации.

Таким образом, ответчик указывает, что стороны своими действиями фактически изменили первоначальные сроки технологического присоединения по договору 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016.

В этой связи, ответчик полагает, что срок присоединения по указанному договору не нарушен.

Названные доводы правомерно отклонены судом в силу следующего.

Так, пунктом 6 договора в первоначальной редакции установлено, что сетевая организация обязуется:

- надлежащим образом исполнить обязательства по договору, в том числе по выполнению возложенных на сетевую организацию мероприятий по технологическому присоединению (включая урегулирование отношений с иными лицами) до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя, указанные в технических условиях;

- в течение 10 рабочих дней со дня уведомления заявителем сетевой организации о выполнении им технических условий осуществить проверку выполнения технических условий заявителем;

- принять участие в осмотре (обследовании) присоединяемых энергопринимающих устройств заявителя должностным лицом федерального органа исполнительной власти по технологическому надзору на допуск в эксплуатацию объектов заявителя, с соблюдением срока, установленного пунктом 5 договора, осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям, фактический прием (подачу) напряжения и мощности, составить при участии заявителя акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей, акт разграничения эксплуатационной ответственности, акт об осуществлении технологического присоединения и направить их заявителю.

Пунктом 10 договора в первоначальной редакции установлено, что размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с Постановлением Региональной службы по тарифам Ростовской области № 79/6 от 24.12.2015, № 55/13 от 27.12.2012 и составляет 3 496 190,72 руб.

Дополнительным соглашением № 4 от 30.06.2018 к договору, на которое ссылается ответчик, внесены изменения в пункт 6 договора, согласно которым оказание услуги по технологическому присоединению производится в два этапа и состоит из следующих мероприятий по технологическому присоединению:

первый этап:

- подготовка, согласование и выдача технических условий, включающие условия о разграничении границ балансовой принадлежности (приложение к договору);

- выполнение мероприятий, предусмотренных техническими условиями, сторонами, в течение 10 рабочих дней со дня уведомления заявителем сетевой организации о выполнении им технических условий осуществить проверку выполнения технических условий заявителем;

второй этап:

Кроме того, внесены изменения в пункт 10 договора, согласно которому размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с Постановлением Региональной службы по тарифам Ростовской области № 79/6 от 24.12.2015, № 55/13 от 27.12.2012 и составляет 3 496 190,72 руб.:

- по первому этапу: 3 489 764,72 руб.;

- по второму этапу: 6 426 руб.

Вопреки доводам ответчика, каких либо изменений в перечень мероприятий по технологическому присоединению дополнительным соглашением № 4 от 30.06.2018 сторонами не вносилось, иных сроков выполнения мероприятий не согласовывалось.

Положения Правил № 861 не отождествляют сроки осуществления мероприятий по технологическому присоединению и действия технических условий.

При этом для выполнения мероприятий по техприсоединению обязательно наличие действующих технических условий.

В соответствии с пунктом 27 Правил № 861 при невыполнении заявителем технических условий в согласованный срок и наличии на дату окончания срока их действия технической возможности технологического присоединения сетевая организация по обращению заявителя вправе продлить срок действия ранее выданных технических условий. При изменении условий технологического присоединения по окончании срока действия технических условий сетевая организация вправе выдать заявителю новые технические условия, учитывающие выполненные по ранее выданным техническим условиям мероприятия. В этом случае выдача новых технических условий не влечет за собой недействительность договора при условии согласования сроков выполнения сторонами мероприятий по технологическому присоединению.

Из системного толкования приведенных норм права следует, что законодатель предусмотрел возможность продления срока действия технических условий по технологическому присоединению (при наличии технической возможности) за пределами ранее согласованного срока.

Дополнительным соглашением № 2 от 24.04.2017 к договору срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению продлен до 31.12.2017.

Дополнительным соглашением № 5 от 10.07.2020 к договору срок действия технических условий к договору продлен до 31.07.2020.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению сторонами более не продлевался, новые технические условия учреждению не выдавались, изменения в ранее выданные технические условия не вносились, перечень мероприятий по технологическому присоединению, подлежащих выполнению учреждением и обществом, не изменялся.

При указанных обстоятельствах само по себе продление срока действия технических условий как необходимой предпосылки для выполнения мероприятий по технологическому присоединению не свидетельствует о продлении (изменении) срока выполнения таких мероприятий, которое должно явно следовать из измененных технических условий (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При продлении срока действия технических условий заявитель, находящийся в просрочке по исполнению своей части мероприятий, но не утративший интерес к технологическому присоединению в целом, получает возможность выполнения мероприятий для достижения цели договора, но просрочка в исполнении им своих обязанностей сохраняется, равно как и ответственность за нее.

Если обязанности по выполнению заявителем и сетевой организацией мероприятий по технологическому присоединению являются взаимообусловленными, то изменение срока выполнения мероприятий сетевой организацией может сдвигать срок исполнения мероприятий заявителем применительно к пункту 2 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по пункту 3 статьи 405 и статье 406 Гражданского кодекса Российской Федерации (выбор применения которых зависит от наличия или отсутствия возможности исполнения заявителем своей части мероприятий до исполнения обязанностей сетевой организацией).

В случае наличия у заявителя права на приостановление исполнения, как и в случае просрочки кредитора (сетевой организации), несоблюдение заявителем сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению, содержащихся в технических условиях, не будет являться противоправным, что исключает начисление неустойки за их нарушение (пункты 57 - 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

В рассматриваемом случае подобной взаимообусловленности обязательств сторон не установлено, продлевая срок действия технических условий дополнительным соглашением № 5 от 10.07.2020 до 31.07.2020, стороны не изменили ни условия технологического присоединения, ни перечень мероприятий по технологическому присоединению, подлежащих выполнению сторонами, ни срок выполнения таких мероприятий.

Ссылка ответчика на то, что дополнительным соглашением от 30.06.2018№ 4 внесены изменения в перечень мероприятий, выполнение которых возложено на ответчика, противоречит буквальному содержанию данного соглашения.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что требования о взыскании неустойки за нарушение обязательств по указанному договору предъявлены к ответчику обоснованно.

О пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о взыскании неустойки по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 ответчиком не заявлено.

Проверив произведенный истцом расчет неустойки по указанному договору, суд первой инстанции признал его не верным.

Так, как установлено судом ранее, 11.12.2019 между сторонами подписан акт о выполнении технических условий со стороны сетевой организации.

Дополнительным соглашением № 5 от 10.07.2020 к договору срок действия технических условий к договору установлен до 31.07.2020.

С учетом изложенного, судом произведен перерасчет неустойки по указанному договору за период с 01.01.2018 по 31.07.2020, которая составил 5 077 238,08 руб.

Поскольку суд не вправе выходить за пределы заявленных требований, увеличивая тем самым сумму иска, с ответчика в пользу истца по указанному договору подлежит взысканию неустойка в заявленном размере 4 344 995,90 руб.

Ответчиком также заявлено ходатайство о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отклоняя указанное ходатайство ответчика, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В пунктах 69, 71, 73 - 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7) разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской).

При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

Исходя из пунктов 74 - 75 Постановления Пленума ВС РФ № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. Следовательно, для установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, законодательством суду предоставлена возможность снижать размер неустойки, подлежащей взысканию с нарушителя.

Основанием для снижения размера неустойки служит ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства, в том числе, слишком высокий размер процента, на основании которого определяется неустойка. Суд вправе уменьшить размер неустойки только при наличии соответствующего ходатайства ответчика. При этом ответчику, в обосновании данного ходатайства, необходимо представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с пунктом 78 Постановления Пленума ВС РФ № 7 правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

Согласно пункту 2 Постановления ВАС РФ № 81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской» (в редакции Постановления Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016), разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период.

Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

По результатам оценки ходатайства ответчика, исходя из приведенных им доводов, а также с учетом компенсационного характера неустойки, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

Таким образом, ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит отклонению.

Довод апеллянта о том, что судом необоснованно отказано в снижении неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации коллегией отклоняется.

Из пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

При этом уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений отмечал, что неустойка как способ обеспечения исполнения обязательств и мера имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, по смыслу статей 12, 330, 332 и 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, стимулирует своевременное исполнение обязательств, позволяя значительно снизить вероятность нарушения прав кредитора, предупредить нарушение (определения от 17.07.2014 года № 1723-0, от 24.03.2015 года № 579-0 и от 23.06.2016 года № 1376-0).

Согласно пункту 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку заявление о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации сделано обществом, именно на нем в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежало бремя представления доказательств, подтверждающих явную несоразмерность взысканной судом неустойки последствиям нарушенного обязательства.

Таких доказательств предприниматель не представил.

Основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Произвольное, немотивированное и необоснованное снижение размера неустойки не должно приводить к освобождению должника от предусмотренной законом ответственности за просрочку исполнения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требует статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В данном случае заявленная истцом к взысканию неустойка с учетом обстоятельств рассматриваемого спора, суммы задолженности и периода просрочки, не является средством обогащения истца, компенсирует его потери в связи с несвоевременным исполнением второй стороной обязательств, является справедливой, достаточной и соразмерной, поскольку служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства.

С учетом изложенного, ходатайство предпринимателя о снижении неустойки обоснованно отклонено судом.

При изложенных обстоятельствах, требования истца обоснованно удовлетворены в части взыскания с ответчика неустойки по договору№ 1904/15/РГЭС/ЮРЭС от 29.09.2015 за период с 02.01.2018 по 29.09.2020 в размере 96 515,53 руб. и по договору № 497/16/РГЭС/ЮРЭС от 05.05.2016 за период с 01.01.2018 по 31.07.2020 в размере 4 344 995,90 руб.

В остальной части требований правомерно отказано.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.01.2025 по делу№А32-57945/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий В.Л. Новик

Судьи Е.В. Запорожко

Н.В. Ковалева