Постановление по делу № 17АП-9738/2025 от 23.01.2026.

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-9738/2025(1)-АК

г. Пермь

23 января 2026 года Дело № А71-14211/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио- и видеозаписи секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

при участии:

финансового управляющего ФИО1 (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

кредитора, акционерного общества «Т Банк» (АО «Т Банк»)

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 06 октября 2025 года

о завершении реализации имущества должника и освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами,

вынесенное в рамках дела № А71-14211/2023

о признании ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.10.2023 (резолютивная часть от 03.10.2023) ФИО2 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО3 (после заключения брака присвоена фамилия - ФИО1) М.Г. (далее – финансовый управляющий), член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 05.10.2023 № 12623933, в газете Коммерсантъ 14.10.2023 № 192.

Процедура реализации имущества введена до 21.05.2025.

23 мая 2025 года от финансового управляющего в арбитражный суд поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, применении к ФИО2 положений п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Удмуртской Республики по представленным реквизитам денежных средств, уплаченных должником для выплаты вознаграждения финансовому управляющему.

17.06.2025 от финансового управляющего поступили дополнительные документы к отчету.

12 августа 2025 от финансового управляющего в арбитражный суд поступило актуальное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника с приложением отчета финансового управляющего о своей деятельности, реестра требований кредиторов и иных документов (приобщено).

02 и 05 сентября 2025 года от финансового управляющего поступили дополнительные документы к отчету.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.10.2025 (резолютивная часть от 22.09.2025) процедура реализации имущества должника прекращена, в отношении должника применены положения п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств. Определено перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Удмуртской Республики 25 000 руб. на счет ФИО1 в качестве вознаграждения финансового управляющего.

Кредитор АО «Т Банк», не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части завершения процедуры реализации, освобождения должника от исполнения обязательств, не применять в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Т Банк».

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель приводит доводы о преждевременности завершения процедуры реализации имущества, отмечая, что в рамках процедуры не было установлено место нахождения и, соответственно, реализовано, транспортное средство марки (модели) Skoda Octavia, 2019 года выпуска, цвет серебристый, идентификационный номер: XW8AN2NE0KH018495 (далее – спорный автомобиль, спорное транспортное средство), которым обеспечивалось исполнение обязательств ФИО2 перед ПАО «Росбанк», правопреемником которого по кредитному договору от 13.02.2023 №2101594-Ф является АО «Т Банк» (далее также – Банк). Согласно сведениям с официального сайта ГИБДД указанный автомобиль был зарегистрирован за должником до 08.04.2023, в ходе судебного разбирательства должник пояснял, что данное имущество было утрачено им в марте 2023 года; согласно данным Российского союза автостраховщиков (далее – РСА) между ФИО2 и АО «Тинькофф Страхование» был заключен договор ОСАГО серии ХХХ №0299441128, который действует по настоящее время и при оформлении которого должником в страховую организацию были представлены документы о праве собственности на данное имущество. Из представленных должником финансовому управляющему пояснений следует, что по доверенности от 11.03.2023 №66АА 7801863 автомобиль марки (модели) Skoda Octavia (Шкода Октавиа), ключи, СТС и ПТС были переданы ФИО4 по адресу: <...>; 20.06.2023 доверенность была отозвана, должником в органы ГИБДД было подано заявление по розыску и возврату упомянутого транспортного средства. В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим было инициировано обращение в правоохранительные органы с целью выяснения обстоятельств выбытия из собственности должника спорного автомобиля, до настоящего времени информация об обнаружении разыскиваемого имущества в адрес управляющего не поступила. Таким образом, спорное транспортное средство в рамках процедуры банкротства реализовано не было, его местонахождение не установлено, однако оно продолжает числиться за должником. Должник не принял необходимых мер по обеспечению сохранности залогового имущества в соответствии с условиями договора залога, не известил залогодержателя о факте утраты предмета залога; доказательств компенсации залогодержателю стоимости предмета залога не представлено. Действия должника, заключающиеся в утрате предмета залога, следует расценивать как недобросовестные, повлекшие причинение вреда имущественным интересам кредитора, что является основанием для отказа в освобождении его от исполнения обязательств перед Банком. Недобросовестность должника является очевидной, что выразилось в получении им целевого кредита на приобретение транспортного средства и ненадлежащем исполнении кредитных обязательств; в не сохранении предмета залога, причинении кредитору имущественного ущерба; в нарушении условий договора залога в части отчуждения предмета залога. Сообщает, что не располагает сведениями относительно существования предмета залога, его стоимости на текущее время.

Финансовый управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Ссылается на то, что должником на имя ФИО4, являющегося его кредитором, выдана 13.02.2023 доверенность от 11.03.2023 № 66 АА 7801863, которой были предоставлены полномочия на совершение от имени должника регистрационных действий в органах ГИБДД. Постановку на регистрационный учет 08.04.2023 (карточка учета ТС) совершило доверенное лицо ФИО4 после передачи спорного транспортного средства во владение ФИО4, что не подтверждает доводы апелляционной жалобы об отчуждении должником спорного автомобиля и последующим совершении регистрационных действий новым собственником. Избранный способ извлечения прибыли от порядка использования спорного имущества, не предполагающего возможность его бесконтрольного отчуждения (перерегистрации), принятие мер по отзыву доверенности, принятия реальных мер по розыску имущества путем обращения в правоохранительные органы не свидетельствует о не принятии должником мер по сохранности имущества, напротив, свидетельствует о совершении должником посильных действий по возврату имущества. Умысел и противоправность действий должника не подтверждаются. Управляющий принимал меры по розыску имущества, ПАО «Росбанк» содействия в розыске не оказывал, не направил обоснованные возражения по завершению процедуры реализации. Признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства должника не выявлено. Сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, сообщения им недостоверных сведений не установлено. Нарушений, указанных в п. 4 ст. 213.28, в поведении должника не установлено, основания для не применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств отсутствуют.

Приложенные к отзыву на апелляционную жалобу карточки учета транспортного средства от 08.04.2023, ответа АО НСИС от 29.04.2025, ответа ГИБДД от 13.11.2024 рассмотрено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении данных документов к материалам дела и удовлетворено на основании ст. 262, п. 2 ст. 268 АПК РФ.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2025 судебное заседание по апелляционной жалобе отложено на 20.01.2026 в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу и представления дополнительных доказательств. Финансовому управляющему поручено представить в апелляционный суд доказательства обращения в правоохранительные органы с целью розыска спорного транспортного средства, результат обращения; должнику – письменные пояснения относительно судьбы спорного транспортного средства с раскрытием обстоятельств выбытия данного имущества из его собственности, о предпринятых мерах к его розыску, в случае утраты данного автомобиля –документального подтверждения; доказательства извещения залогового кредитора о выбытии данного имущества из собственности ФИО2

12.01.2026 во исполнение указанного определения финансовый управляющий представил переписку с УМВД России по г. Екатеринбургу, ГУ МВД России по Свердловской области, Прокуратурой Свердловской области, Прокуратурой Железнодорожного района г. Екатеринбурга о розыске транспортного средства (копии писем и ответов на них), копии постановления об удовлетворении жалобы от 24.02.2024, постановления об отказе в удовлетворении жалобы от 17.05.2024, копии конверта, двух почтовых квитанций; переписку с Управлением ГИБДД по Свердловской области, с МО ГИБДД ТНРЭР №5 ГУ МВД России по г. Москве, УГИБДД ГУ МВД России по г. Москве, доказательства истребования в судебном порядке транспортного средства у должника (копии заявления, определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.06.2025).

13.01.2026 во исполнение указанного определения должник представил дополнительное письменное пояснение о месте нахождения принадлежащего должнику движимого имущества с приложением копий следующих документов: договора купли-продажи спорного транспортного средства, нотариальной доверенности на имя ФИО4, нотариального отзыва доверенности, обращения в МВД России о розыске спорного транспортного средства, обращений в ГИБДД, скриншота отправки 02.11.2024 через мессенджер WhatsApp отчета интернет-сервиса «ТурбоПоиск.рф» в адрес финансового управляющего.

В судебном заседании финансовый управляющий с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в отзыве, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, исходя из доводов апелляционной жалобы только в обжалуемой части (в части применения в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств).

Как следует из материалов дела, должник признан банкротом, процедура реализации имущества должника введена и финансовый управляющий утвержден решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.10.2023 (резолютивная часть от 03.10.2023).

Ссылаясь на то, что все мероприятия процедуры реализации имущества должника проведены, основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют; анализ финансового состояния должника показал, что восстановление платежеспособности должника невозможно; признаки преднамеренного и фиктивного банкротства должника не выявлены; не выявлено сделок должника, подлежащих оспариванию; выявленное имущество реализовано (автомобиль Тойота Камри), денежные средства направлены на погашение требований кредитора-залогодержателя (Банк «Кредит Европа Банк»); по состоянию на 23.05.2025 в конкурсной массе имущество отсутствует; оснований для отказа в освобождении гражданина ФИО2 от обязательств, установленных п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, не имеется; два других транспортных средства не были переданы финансовому управляющему, который обратился в суд с ходатайством об обязании ФИО2 передать в том числе спорное транспортное средство (всего два), определением от 23.06.2025 суд отказал в удовлетворении заявления, установив отсутствие у должника истребуемых финансовым управляющим транспортных средств, следовательно, сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, сообщения им недостоверных сведений финансовому управляющему не установлено, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, применении к должнику п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, перечислении с депозитного счета арбитражного суда вознаграждения управляющего.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства; пополнение конкурсной массы невозможно; доказательств возможности выявления имущества должника, дальнейшего формирования конкурсной массы, наличия исключительных обстоятельств, являющихся основанием для продления срока реализации имущества, не представлено; основания для продления процедуры отсутствуют.

Применяя в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что в период проведения процедуры реализации имущества ФИО2 о наличии оснований для его не освобождения от имеющихся обязательств лицами, участвующими в деле, не заявлено; признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не выявлено; обстоятельств, указанных в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, не установлено.

Определяя перечислить с депозитного счёта Арбитражного суда Свердловской области арбитражному управляющему ФИО1 25000 руб. вознаграждения, суд первой инстанции исходил из требований пп. 1-3 ст. 20.6, пп. 3-4 ст. 213.9 Закона о банкротстве.

Исходя из доводов апелляционной жалобы целью обжалования является не освобождение должника от исполнения обязательств перед АО «Т Банк», в связи с чем апелляционный суд исходит из того, что в части завершения процедуры реализации имущества должника, перечисления вознаграждения финансового управляющего определение суда первой инстанции от 06.10.2025 не обжалуется, соответствующих доводов апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции проверена судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы – в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами на основании п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, письменных пояснений, заслушав финансового управляющего в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения судебного акта суда первой инстанции в обжалуемой части в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х «Банкротство граждан», регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Задачей указанной процедуры является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов за счет конкурсной массы, то есть имущества должника, имеющегося на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина (п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пп. 7, 8 ст. 213.9, пп. 1, 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

Учитывая, что целью процедуры реализации имущества гражданина, по аналогии с конкурсным производством, является соразмерное удовлетворение требований кредиторов (ст. 2 Закона о банкротстве), арбитражный управляющий в процедурах банкротства обязан принять все меры по розыску имущества должника, формированию конкурсной массы. Результаты этой работы должны быть изложены в отчете арбитражного управляющего.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные ст. 312 АПК РФ.

В данном случае вопрос о не применении в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве разрешен одновременно с завершением процедуры реализации имущества.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Согласно п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий представил 12.08.2025: отчет о своей деятельности и о результатах реализации имущества должника от 12.09.2025, отчет об использовании денежных средств должника, анализ финансового состояния должника, заключение об отсутствии признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства должника, заключение об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, реестр кредиторов должника, запросы в адрес банков и ответы на них, запросы в адрес государственных и регистрирующих органов и ответы на них, опись имущества должника, Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества, обеспечивающего требования залогового кредитора от 29.05.2024, сведения об исполнительных производствах в отношении должника, справки Банка ВТБ (ПАО) о прекращении ипотечных обязательств должника, доказательства уведомления известных кредиторов о введении процедуры реализации имущества, о направлении ходатайства о завершении процедуры, сведения о регистрации брака должника.

17.06.2025 финансовым управляющим представлены сведения об обращении должника в ОМВД с заявлением о розыске спорного транспортного средства, переписка управляющего с органами МВД и Прокуратурой Свердловской области, 12.01.2026 – вышеуказанные документы.

Согласно представленному отчету финансового управляющего с приложенными документами в ходе процедуры реализации имущества проведены все мероприятия по выявлению имущества должника, его реализации.

Судом установлено, что должник в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован, трудоустроен, состоит в браке, на иждивении несовершеннолетних детей не имеет.

Как указал финансовый управляющий, за должником было зарегистрировано следующее имущество: автомобиль TOYOTA CAMRY (Тойота Камри), 2017 года выпуска, идентификационный номер: XW7BN4FK80S110253 (в залоге АО «Кредит Европа Банк»). Определением от 19.09.2025 из конкурсной массы должника исключено имущество – право требования в размере 2 388 602,76 руб. к ФИО5 (ИНН <***>). Иное имущество, подлежащее включению в конкурную массу, финансовым управляющим не выявлено.

Указанный автомобиль Тойота Камри в ходе процедуры реализован по цене 1 272 600 руб.

Денежные средства в сумме 324 939 руб. исключены из конкурсной массы на содержание должника (прожиточный минимум).

Денежные средства в размере 652 270,16 руб. исключены из конкурсной массы на погашение аренды за жилое помещение, оплату коммунальных услуг, оплату транспортного налога за 2023 год.

В ходе процедуры банкротства должника возникли текущие расходы в размере 64 422,58 руб. (размещение сообщений на сайте ЕФРСБ, публикацию сообщения в газете «Коммерсантъ», почтовые расходы, проведение торгов, комиссия банка), которые согласно отчету погашены в полном объеме.

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 8 930 822,13 руб. (из них 7 068 202,56 руб. обеспечены залогом имущества), из них погашено в сумме 1 563 423,60 руб. по третьей очереди удовлетворения.

Требования иных лиц о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 на рассмотрении суда отсутствуют.

В связи с недостаточностью денежных средств погашение требований кредиторов в полном объеме не произведено, вознаграждение финансовому управляющему не выплачено.

Согласно проведенному финансовым управляющим анализу финансового состояния должника, анализу наличия (отсутствия) признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства признаков такого банкротства не выявлено; восстановление платежеспособности должника невозможно; сделки подлежащие оспариванию, совершенные должником в период подозрительности, не установлены.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции кредиторы не обращались с заявлениями о не применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств. Как указал финансовый управляющий, в ходе процедуры, обращений к нему с подобными заявлениями не было.

С учетом указанного, поскольку доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формирования конкурсной массы, не представлены; обстоятельства, указанные в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, исключающие освобождение должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, не установлены, суд первой инстанции применил в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед АО «Т Банк».

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Как указал в своих письменных пояснениях (поступили 12.08.2025) финансовый управляющий, а также установлено в определении от 23.06.2025, вынесенном в рамках настоящего дела о банкротстве, согласно ответу МО ГИБДД ТНРЭР № 5 ГУ МВД России по г. Москве за должником зарегистрированы следующие транспортные средства (сведения действительны на дату 22.10.2023):

- спорное - Шкода Октавиа, 2019 г.в., VIN: XW8AN2NE0KH018495 (08.04.2023 поставлено на государственный учет в РЭО ОГИБДД МУ МВД России Нижнетагильское). До настоящего времени транспортное средство с учета не снималось;

- БМВ 5201, 2014 г.в., VIN: <***> (08.04.2023 поставлено на государственный учет в РЭО ОГИБДД МУ МВД России Нижнетагильское). До настоящего времени транспортное средство с учета не снималось.

В материалы дела так же представлен ответ ГУ МВД России по г. Москве от 13.11.2024 о наличии в собственности ФИО2 вышеуказанных автомобилей.

Как указал управляющий и подтверждается материалами дела, автомобиль Тойота Камри был передан финансовому управляющему, оценен и выставлен на торги. Денежные средства от его реализации были направлены кредитору-залогодержателю Банку «Кредит Европа Банк». Два других транспортных средства (БМВ и спорное) не были переданы финансовому управляющему.

В связи с не передачей двух транспортных средств (БМВ и спорного) финансовый управляющий 23.09.2024 обратился в арбитражный суд с ходатайством об обязании ФИО2 передать их финансовому управляющему.

В своих пояснениях финансовый управляющий отметил, а также данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением от 23.06.2025, что: согласно пояснениям должника, спорных транспортных средств в наличии нет, согласно доверенности № 66АА 7801863 от 11.03.2023 спорный автомобиль, ключи, СТС и ПТС были переданы ФИО4 по адресу: <...>. 20.06.2023 доверенность была отозвана. Автомобиль БМВ, ключи, СТС и ПТС так же были переданы ФИО4 по адресу: <...>. Должником в органы ГИБДД по Свердловской области было подано заявление по розыску и возврату транспортных средств.

Финансовым управляющим проведены мероприятия по розыску спорного автомобиля Шкода Октавиа.

Согласно пояснениям должника спорное имущество было утрачено в марте 2023 года, на тот период должник осуществлял трудовую детальность в Республике Татарстан, город Нижнекамск.

Согласно ответу МВД по РТ от 03.06.2025 информация о нарушении ПДД в период с 01.01.2023 по 01.06.2025 водителями спорных автомобилей на территории Республики Татарстан не значится.

Таким образом, не установив на дату судебного заседания (18.06.2025) местонахождение истребуемых транспортных средств, в том числе спорного, суд первой инстанции определением от 23.06.2025 (резолютивная часть от 18.06.2025) отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего об обязании должника передать финансовому управляющему автотранспортные средства: спорное Шкода Октавиа (2019 г.в.) и БМВ 5201 (2014 г.в.).

В рамках настоящего спора управляющий дал письменные пояснения о предпринятых им мерах обращения в органы ГИБДД в 2023-2024 гг.: 10.10.2023 в адрес ГИБДД направлял уведомление-запрос не производить государственную регистрацию или снятие с учета автомототранспортных средств должника без письменного заявления финансового управляющего должника; 10.11.2024 финансовым управляющим в адрес ГИБДД был направлен запрос о предоставлении актуальных ведений о совершении регистрационных действий в отношении спорных транспортных средств; 15.11.2024 получен ответ о не совершении регистрационных действий в отношении спорных транспортных средств, принадлежащих ФИО2; 10.03.2025 финансовым управляющим в адрес ГИБДД было направлено заявление о прекращении регистрационного учета спорных транспортных средств в целях выставления спецпродукции: г.р.з., ПТС, СТС в розыск.

Вместе с тем, итогом поиска, в том числе спорного транспортного средства, явилось принятие определения от 23.06.2025 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего об обязании должника передать ему спорный автомобиль и автомобиль БМВ. Место нахождения спорного автомобиля и автомобиля БМВ не было установлено.

Управляющий обратил внимание суда апелляционной инстанции на то, что апелляционная жалоба содержит ссылку на п. 4.4 не установленного и не приложенного в дело договора залога, согласно которому, если предмет залога утрачен, либо право собственности на него прекращено, залогодатель по согласованию с кредитором обязан заменить его другим равноценным имуществом либо досрочно исполнить обязательства, обеспеченные залогом. При обращении в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ПАО «Росбанк» был приобщен договор потребительского кредита от 13.02.2023 <***> (далее - договор), пункт 19 которого содержит условие о залоге движимого имущества в виде спорного транспортного средства. Указанный пункт договора не содержит обязательства заемщика о направлении сообщения о выбытии из владения объекта залога. Иных доказательств в обоснование установления требования кредитора, как обеспеченного залогом имущества ПАО «Росбанк», суду первой инстанции не представлялось, в заявлении о включении в реестр требований кредиторов договор залога не упоминался. В поданной суду апелляционной жалобе какие-либо реквизиты договора залога отсутствуют.

Вместе с тем, определением от 12.09.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование АО ПАО «Росбанк» в сумме 2 041 606,73 руб. как обеспеченное залогом спорного транспортного средства.

Резолютивной частью определения от 07.05.2025 произведена замена кредитора ПАО «Росбанк», требования которого установлены определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.08.2024 по делу № А71-14211/2023, на правопреемника – АО «Т Банк».

Данные определения не обжалованы, вступили в законную силу.

Требования кредитора к должнику возникли в связи с наличием задолженности перед ПАО «Росбанк» по кредитному договору <***> от 13.02.2023, представляющему собой потребительский кредит.

В п. 19 (стр. 14) договора потребительского кредита предусмотрено, что спорное транспортное средство является предметом залога.

Сведения о залоге опубликованы в реестре уведомлений о залоге от 14.02.2023.

В любом случае, несмотря на заявленные финансовым управляющим возражения, в настоящее время вопрос о наличии залога разрешен. Определение о включении в реестр требований кредиторов должника требований кредитора ПАО «Росбанк», определение о его замене на АО «Т Банк» вступили в законную силу, и, с учетом п. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства наличия залога не подлежат доказыванию вновь.

Согласно ответу МО ГИБДД ТНРЭР № 5 ГУ МВД России по г. Москве по состоянию на 22.10.2023 спорный автомобиль зарегистрирован за должником.

Согласно данным РСА между ФИО2 и АО «Тинькофф Страхование» заключен договор ОСАГО серии ХХХ №0299441128, действующий по настоящее время. При оформлении данного договора должником в страховую организацию были представлены документы о праве собственности на спорный автомобиль.

Из вышеуказанных обстоятельств усматривается, что должник заявил об утрате спорного автомобиля в марте 2023 года. В этой связи видятся обоснованными доводы кредитора о наличии сомнений в правдоподобности пояснений должника, учитывая, что согласно сведениям с официального сайта ГИБДД спорное транспортное средство числилось за должником до 08.04.2023.

Обстоятельства обращения должника с целью обращения спорного автомобиля в розыск и принятия финансовым управляющим мер по розыску и возврату спорного транспортного средства не оспариваются.

Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии с п. 1 ст. 338 ГК РФ заложенное имущество остается у залогодателя, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом или договором.

Предмет залога, переданный залогодателем на время во владение или в пользование третьему лицу, считается оставленным у залогодателя (п. 3 ст. 338 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 343 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество (статья 338), обязан:

1) страховать от рисков утраты и повреждения за счет залогодателя заложенное имущество на сумму не ниже размера обеспеченного залогом требования;

2) пользоваться и распоряжаться заложенным имуществом в соответствии с правилами статьи 346 настоящего Кодекса;

3) не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества;

4) принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц;

5) немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

На основании пп. 2 и 3 ст. 343 ГК РФ залогодержатель и залогодатель вправе проверять по документам и фактически наличие, количество, состояние и условия хранения заложенного имущества, находящегося у другой стороны, не создавая при этом неоправданных помех для правомерного использования заложенного имущества.

При грубом нарушении залогодержателем или залогодателем указанных в пункте 1 настоящей статьи обязанностей, создающем угрозу утраты или повреждения заложенного имущества, залогодатель вправе потребовать досрочного прекращения залога, а залогодержатель - досрочного исполнения обязательства, обеспеченного залогом, и в случае его неисполнения - обращения взыскания на заложенное имущество.

Таким образом, залогодатель, в случае оставления залога у него, обязан принимать меры по сохранности заложенного имущества, а также уведомлять залогодержателя о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Залогодатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества, если иное не предусмотрено договором залога (п. 1 ст. 344 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 344 ГК РФ залогодержатель отвечает перед залогодателем за полную или частичную утрату или повреждение переданного ему предмета залога, если не докажет, что может быть освобожден от ответственности в соответствии со статьей 401 настоящего Кодекса.

Залогодержатель отвечает за утрату предмета залога в размере его рыночной стоимости, а за его повреждение в размере суммы, на которую эта стоимость понизилась, независимо от суммы, в которую был оценен предмет залога по договору залога.

Договором может быть предусмотрена обязанность залогодержателя возместить залогодателю и иные убытки, причиненные утратой или повреждением предмета залога.

Согласно п. 2 ст. 346 ГК РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.

В силу п. 3 ст. 346 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором залога, залогодатель, у которого осталось заложенное имущество, вправе передавать без согласия залогодержателя заложенное имущество во временное владение или пользование другим лицам. В этом случае залогодатель не освобождается от исполнения обязанностей по договору залога.

Если для передачи залогодателем заложенного имущества во временное владение или пользование другим лицам необходимо согласие залогодержателя, при нарушении залогодателем этого условия применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Из указанных норм следует, что должник как залогодатель обязан был сохранить предмет залога – спорный автомобиль, несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества, в том числе в связи с передачей автомобиля в управление ФИО4

При этом меры, принятые должником и финансовым управляющим по розыску спорного автомобиля и его возврату не опровергают обстоятельство фактической его утраты на настоящий момент.

Доказательства компенсации залогодержателю стоимости предмета залога не представлены.

Как указал управляющий, до настоящего времени информация об обнаружении искомого залогового имущества в адрес финансового управляющего не поступила.

Пунктом 1 статьи 349 ГК РФ установлено, что обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрено обращение взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке.

Как разъяснено в абзаце втором п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей» залогодержатель вправе обратиться к новому собственнику этой вещи с требованием об обращении взыскания на предмет залога (подпункт 3 пункта 2 статьи 351, пункт 1 статьи 353 ГК РФ).

По смыслу указанной нормы обременение имущества должника, состоявшееся в пользу кредитора, может быть противопоставлено третьему лицу, только если последнее осведомлено об этом обременении, что предполагается в случаях, когда залогодатель и (или) залогодержатель создают условия, при которых любой участник гражданского оборота способен без особых затруднений получить сведения о состоявшемся залоге.

К условиям, раскрывающим факт обременения движимого имущества залогом перед всеми участниками гражданского оборота, то есть создающим презумпцию их осведомленности об обременении, относятся, в частности, залог с передачей имущества залогодержателю во владение (заклад), а также внесение записи об обременении в реестр уведомлений о залоге.

В противном случае действует обратная презумпция, то есть осведомленность третьего лица об обременении, необходимая для противопоставления ему залога, изначально не предполагается, но может быть доказана.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики N 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.03.2018 (далее - Обзор от 28.03.2018), бремя доказывания оснований прекращения залогового права возлагается на оспаривающее требование залогового кредитора лицо.

В соответствии со статьей 353 ГК РФ в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за исключением случаев, указанных в подпункте 2 пункта 1 статьи 352 и статье 357 ГК РФ) либо в порядке универсального правопреемства залог сохраняется.

С целью защиты прав и законных интересов залогодержателя как кредитора по обеспеченному залогом обязательству в абзаце первом пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ введено правовое регулирование, предусматривающее учет залога движимого имущества путем регистрации уведомлений о его залоге в реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата и определяющее порядок ведения указанного реестра.

Материалы настоящего дела не содержат, и лица, участвующие в деле, не представили доказательств того, что должник уведомлял залогового кредитора о передаче спорного автомобиля, являющегося предметом залога, по доверенности и в управление ФИО4

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 352 ГК РФ установлено, что залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

Между тем, из представленных доказательств не следует, что спорный автомобиль передан ФИО4 возмездно, в связи с чем оснований считать залог прекращенным, не имеется.

Как следует из пояснений должника на стадии рассмотрения апелляционной жалобы, спорное транспортное средство было приобретено должником у знакомого ФИО4 по договору купли-продажи от 13.02.2023 и после ремонта транспортного средства решил сдать его в аренду ФИО4, поскольку он занимался организацией деятельности такси. Передача транспортного средства была оформлена нотариальной доверенностью от 11.03.2023, которой должник наделил полномочиями ФИО4 полномочиями по заключению от его имени договоров страхования гражданской ответственности, осуществлению на имя должника регистрационных действий, сдаче в аренду и получению соответствующих арендных платежей. Согласно устной договоренности, Исаве А.И. должен был перечислять ФИО2 вознаграждение пропорционально полученной выручке. Учитывая, что между должником и ФИО4 встроились доверительные отношения, должник не стал настаивать на немедленном оформление договорных отношений (для того чтобы сначала должнику понять о какой прибыли может идти речь). По истечении месяца с момента оформления доверенности никакого вознаграждения в адрес должника не поступило, поскольку ввиду высокой загруженности ФИО4 для осуществления регистрационных действий ему требовалось больше времени. Впоследствии должник узнал, что спорное транспортное средство было зарегистрировано на его имя лишь 08.04.2023. Однако, и после постановки на регистрационный учет вознаграждения должнику не поступали. Напротив, вместо вознаграждений на имя должника стали поступать штрафы. После этого, должник обратился в правоохранительные органы и затем отменить ранее выданную доверенность. Только по прошествии некоторого времени должник понял, что совершил ошибку, предоставив полномочия по сдаче от его имени автомобиля в аренду (в такси) мало знакомому человеку, не заключив с ним договор аренды и не оформив на свое имя соответствующие документы (лицензии, разрешения), о которых ФИО4 обязан был предупредить. Не обладая юридическими познаниями, должник в тот момент не понимал, что не являясь предпринимателем, не мог сдавать свое имущество в аренду под вышеуказанный вид деятельности. В итоге должник лишился и заменых средств и спорного транспортного средства.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что должник при получении кредита предоставил банку недостоверную информацию о цели приобретения автомобиля. Кроме того в нарушение договорных обязательств, без уведомления залогодержателя о планируемом использовании автомобиля с предпринимательской целью, для передачи в краткосрочную аренду, в отсутствие согласия, передал транспортное средство в пользование третьему лицу для последующей его передачи в аренду неопределенному кругу лиц, влекущей повышенные риски ухудшения его состояния. Должник не уведомил банк об утрате залогового имущества. Прекратив исполнение обязательств по кредитному договору, должник осознавал, что погашение долга за счет залогового имущества он обеспечить не сможет ввиду фактического отсутствия у него предмета залога.

При этом, предоставив транспортное средство бывшему собственнику ФИО4 сразу после заключения договора купли-продажи (13.02.2023) в аренду, должник за 2 месяца до подачи заявления о собственном банкротстве (16.08.2023) обращается с заявлением в правоохранительные органы с заявлением (18.06.2023) об оказании содействия по возврату транспортного средства, переданного ФИО4 на основании доверенности. Фактически мероприятия по розыску транспортного средства должник начал только после возбуждения дела о банкротстве.

Исполнение обязательств перед Банком за счет залогового имущества оказалось невозможным вследствие указанных недобросовестных действий/бездействия должника.

При этом, право Банка как залогодержателя на предъявление требования об обращении взыскания на предмет залога (подп. 3 п. 2 ст. 351 ГК РФ) может быть реализовано только в случае сохранения обеспеченного залогом обязательства.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что должник передал находящийся в залоге автомобиль в пользование третьему лицу, не уведомив залогового кредитора о такой передаче; учитывая, что использование автомобиля третьим лицом согласно установленным на настоящий момент обстоятельствам привело к фактической утрате данного транспортного средства, отсутствии возможности установить его место нахождения, то есть должник не выполнил свои обязательства по обеспечению сохранности предмета залога, фактически совершил действия, которые повлекли утрату предмета залога, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в поведении должника при исполнении обязательств перед залоговым кредитором АО «Т Банк» (правопредшественник – ПАО «Росбанк») имеются признаки недобросовестного поведения.

Доводы о хищении предмета залога данный вывод не опровергают. Риск утраты предмета залога несет должник как залогодатель. Причем, как установлено ранее, утрата предмета залога стала возможной именно в результате ненадлежащего поведения должника.

В любом случае неблагоприятные последствия такого поведения должника не могут быть переложены на Банк, который должным образом исполнил свои обязательства по кредитному договору, рассчитывая на возможность удовлетворения своих требований к ФИО2 за счет предоставленного последней в обеспечение автомобиля. Разногласия с арендатором, обращение в правоохранительные органы за розыском автомобиля и виновных в его утрате лиц не могут являться основанием для освобождения должника от исполнения обязательств перед Банком.

Указанные выше действия должника не соответствуют принципу разумности и добросовестности, позволяющему применить к нему реабилитационную меру в виде освобождения от исполнения обязательств перед кредитором. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед акционерным обществом АО «Т Банк», установленных определением суда от 12.09.2024.

В соответствии с абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

При таких обстоятельствах, установив, что при исполнении обязательств перед залоговым кредитором, на котором последний основывает свое требование в деле о банкротстве должника, должник действовал недобросовестно, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед АО «Т Банк».

Механизм банкротства граждан является правовой основой для чрезвычайного (экстраординарного) способа освобождения должника от требований кредиторов, как заявленных в процедурах банкротства, так и не заявленных. При этом должник, действующий добросовестно, должен претерпеть неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся прежде всего в передаче в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения (частичного погашения) требований кредиторов, обязательства перед которыми должником надлежащим образом исполнены не были. Механизм банкротства граждан не может быть использован в ущерб интересов кредиторов.

Целью института залога является обеспечение исполнения основного обязательства, а содержанием права залога является возможность залогодержателя в установленном законом порядке обратить взыскание на заложенное имущество в случае неисполнения основного обязательства должником.

Требования залогового кредитора имеют особый статус, учитываются отдельно и удовлетворяются за счет денежных средств, полученных от реализации заложенного имущества, преимущественно перед иными кредиторами.

Несмотря на приведенные выше обстоятельства и стандарты добросовестности залогодателя, должник, прекратив расчёты с банком не мог не осознавать необходимость исполнения обязательств перед кредитором, в том числе за счёт предоставленного в залог автомобиля, однако произвел отчуждение спорного автомобиля в пользу третьего лица, не уведомив банк о выбытии автомобиля из его владения, не предоставив иное обеспечение взамен.

Произведенное судом первой инстанции освобождение должника от обязательств перед АО «Т Банк» повлекло невозможность для Банка реализовать право на предъявление требования об обращении взыскания на предмет залога к лицу, у которого находится спорный автомобиль, и привело к тому, что залог утратил функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредитором, на что рассчитывал Банк при вступлении в правоотношения с должником, что недопустимо.

Относительно обязательств перед иными кредиторами судом установлено следующее.

При рассмотрении ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества и применении в отношении должника правил п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве кредиторы возражений не выразили.

Обстоятельств, предусмотренных п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, исключающих освобождение должника от дальнейшего исполнения обязательств перед иными кредиторами, помимо АО «Т Банк», не установлено.

Признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника не установлено.

Фактов сообщения должником недостоверных сведений финансовому управляющему, последним не установлено.

Недобросовестного поведения должника относительно требований иных кредиторов из материалов дела не следует.

При таких обстоятельствах в отношении должника возможно применить правила п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований АО «Т Банк».

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции от 06.10.2025 в обжалуемой части подлежит изменению на основании п. 4 ст. 270 АПК РФ в связи с неправильным применением норм материального права с применением в отношении должника положений п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, за исключением обязательств перед АО «Т Банк» по кредитному договору <***> от 13.02.2023.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Принимая во внимание, что апелляционная жалоба удовлетворена, спор разрешен в пользу АО «Т Банк», с должника в пользу АО «Т Банк» подлежат взысканию 30 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на основании ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06 октября 2025 года по делу № А71-14211/2023 в обжалуемой части изменить, изложить абзац второй резолютивной части в следующей редакции:

Применить в отношении ФИО2 положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств, за исключением обязательств перед акционерным обществом «Т Банк» по кредитному договору №2101594-Ф от 13.02.2023.

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в пользу акционерного общества «Т Банк» 30 000 (тридцать тысяч) рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Л.В. Саликова

Судьи

И.П. Данилова

Л.М. Зарифуллина