УИД 31RS0016-01-2024-008683-06 дело № 2-305/2025
Решение
Именем Российской Федерации
31 марта 2025 года город Белгород
Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:
председательствующего судьи: Боровковой И.Н.,
при секретаре: Черномызом П.Д.,
с участием истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов - адвоката Цира А.В. (по ордеру),
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительной договора дарения, применении последствия недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования по закону,
установил:
Истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ответчику ФИО3 просили о признании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности и признать право собственности по <данные изъяты> доли за каждым в порядке наследования по закону, ссылаясь на то, что после смерти ДД.ММ.ГГГГ С.А.Д.., открылось наследство. Наследником по закону является ФИО1 (дочь) и ФИО2 (сын). При оформлении наследственных прав истцам стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ их матерью был подписан договор дарения, в соответствии с которым принадлежащая ей на праве собственности квартира, расположенная по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м., была отчуждена внучке - ответчику ФИО3 Между тем, при жизни, С.А.Д. страдала рядом хронических заболеваний, <данные изъяты>. Умершая С.А.Д., неоднократно обращалась в <данные изъяты> на прием к <данные изъяты> А.Ю.В., за психологической помощью, который ей выписывал соответствующие препараты, а также в поликлиническое отделение № ОГБУЗ <данные изъяты>. Ответчик, зная о состоянии здоровья С.А.Д., длительное время страдающей различными заболеваниям, воспользовался ее состоянием, чтобы заключить с ней договор дарения.
Вследствие указанных заболеваний, по мнению истцов, С.А.Д. в момент заключения указанного выше договора дарения квартиры находилась в таком болезненном состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, представитель истцов адвокат по ордеру Цира А.В. исковые требования поддержали, просили суд иск удовлетворить, дали суду пояснения, аналогичные указанному в иске.
Ответчик ФИО3. извещенная о времени и месте судебного заседания по адресу регистрации, судебное извещение не получала, в связи с истечением срока хранения извещение возвращено отправителю, в соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации суд считает извещение о вызове в суд доставленными ответчикам.
Дело рассмотрено с учетом положений статьи 167 ГПК РФ в отсутствие не явившегося ответчика. Оснований для отложения судебного разбирательства не установлено.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.
Согласно пп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Статья 35 Конституции РФ гарантирует защиту прав собственника имущества, его право иметь в собственности имущество, владеть, пользоваться и распоряжаться им.
Аналогичные права закреплены статьей 209 Гражданского кодекса РФ, предусматривающей, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу ч. 1 ст. 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.
Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (ч. 1 ст. 425 ГК РФ).
Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Существенным условием договора дарения является безвозмездность сделки.
В соответствии со ст. 574 Гражданского кодекса РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.
Из системного анализа вышеназванных норм следует, что заключение договора дарения предполагает передачу не только юридической судьбы предмета дарения, но и фактическую передачу вещи во владение, распоряжение и пользование. Одним из важных элементов дарения, которые позволяют его квалифицировать в качестве самостоятельного вида договора, является безвозмездность сделки, то есть отсутствие какого-либо встречного предоставления.
Согласно ст. 166 и 167 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в данном Кодексе. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В силу положений ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2, 3 п. 1 ст. 171 данного Кодекса (каждая сторона такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах).
В силу закона лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК РФ обязано доказать наличие обстоятельств, предусмотренных данной нормой права.
Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ С.А.Д. являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ между С.А.Д. и ФИО3 заключен договор дарения квартиры, в соответствии с которым даритель С.А.Д. безвозмездно передала в дар одаряемому ФИО3 принадлежащую ей на праве собственности квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>.
Договор дарения был подписан собственноручно дарителем С.А.Д.
Кроме того, в договоре имеется указание, подтвержденное подписью С.А.Д., о том, что стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.
Переход права собственности на спорную квартиру зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН.
С.А.Д. умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти.
К имуществу умершей С.А.Д. нотариусом Белгородского нотариального огруга Белгородской области открыто наследственное дело №.
Из материалов наследственного дела усматривается, что истцы ФИО1, ФИО2 являются наследником первой очереди по закону.
По пояснениям истцов, С.А.Д. в силу возраста и состояния здоровья при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу по ходатайству истцов была назначена посмертная судебная психолого – психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница».
Согласно заключению судебно- психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница», что комиссия врачей-экспертов приходит к заключению, что ответить на поставленные судом перед экспертами-психиатрами вопросы не представляется возможным ввиду малоинформативности сведений, в представленных материалах гражданского дела, медицинской документации, отсуствет описание какого-либо психического состояния С.А.Д. на период времени, относящийся ко времени до подписания договора дарения и на момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
У суда нет оснований не доверять выводам комиссии экспертов, поскольку в состав комиссии входят высококвалифицированные врачи-специалисты в области психиатрии, прямо или косвенно они в исходе дела не заинтересованы, отводов экспертам не заявлено, экспертиза проведена с соблюдением требований ст. ст. 85, 86, 87 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, а само экспертное заключение составлено с использованием материалов гражданского дела и представленной медицинской документации, с учетом всех имеющихся в материалах дела письменных документов. Ни один из экспертов, входящих в состав комиссии, не высказал особого мнения по поставленным на разрешение экспертизы вопросам.
Данное экспертное заключение принято судом в качестве достоверного, относимого и допустимого доказательства по делу.
В ходе рассмотрения дела истцами не представлено доказательств, опровергающих выводы заключения судебной экспертизы, а также иных доказательств заявленных ими оснований признания договора дарения недействительным.
Само по себе волеизъявление С.А.Д. на распоряжение своим имуществом не может являться основанием для сомнения в ее адекватном психическом состоянии.
Медицинские документы, характеризующие состояние здоровья С.А.Д., представленные в материалы дела, не содержат сведений о наличии у нее психических расстройств и таких особенностей поведения, которые могли явиться основанием недействительности оспариваемой сделки.
Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.
В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК РФ).
Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке.
Доводы представителя истцов о том, что на момент заключения оспариваемой сделки С.А.Д. в силу своего преклонного возраста, состояния здоровья не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, не могут быть признаны судом состоятельными, поскольку указанные доводы ничем объективно не подтверждаются.
Поскольку договор дарения предполагает переход права собственности на недвижимое имущество к одаряемому, и материалы дела содержат доказательства, свидетельствующие о волеизъявлении С.А.Д. на переход права собственности к ответчику, суд в данной связи отмечает ее волю именно на наступление предусмотренных данным договором правовых последствий.
Договор дарения осуществлялось С.А.Д. не постороннему лицу.
Само по себе <данные изъяты> и <данные изъяты>, а также обращение за психологической помощью не свидетельствует о недееспособности С.А.Д.
Оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, принимая во внимание выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, суд не находит оснований для признания оспариваемого договора дарения квартиры, недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, при этом исходит из того, что истцами не представлено объективных доказательств, подтверждающих нахождение дарителя С.А.Д. в момент заключения договора дарения в состоянии, в котором она была неспособна в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими. Наличие у С.А.Д. на момент заключения оспариваемого договора ряда заболеваний, нахождение в преклонном возрасте, не может являться достаточным и безусловным основанием для признания договора дарения недействительным.
В связи с отказом в удовлетворении основного требования о признании сделки недействительной, суд не находит оснований для применения последствий недействительности сделки и признания права собственности ФИО1 и ФИО2 по <данные изъяты> доли за каждым на квартиру по адресу: <адрес>, в порядке наследования по закону.
Руководствуясь ст. ст. 194- 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт №), ФИО2 (паспорт №) к ФИО3 (паспорт №) о признании недействительной договора дарения, применении последствия недействительности сделки, признании права собственностив порядке наследования по закону, отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.
Судья И.Н. Боровкова
Мотивированное решение суда изготовлено 11 апреля 2025 г.