Дело№2-2690/2025 УИД23RS0058-01-2024-007036-11
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 октября 2025 года город Сочи
Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе
председательствующего судьи Крижановской О.А.,
при секретаре Гончаровой Д.С.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств неустойки,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором с учетом уточнений в порядке ст.39 ГПК РФ, просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение срока передачи объекта долевого строительства за период с 11.12.2021 г. по 11.12.2024 г. в размере 436 366,67 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что 22.08.2017 г. между ФИО3 и ФИО2, заключен договор целевого займа № 16, согласно которому Челидзе принял на себя обязательство передать Ханзадяну сумму займа в размере 883 960,00 рублей на строительство домовладения на земельном участке, расположенном по адресу: <данные изъяты>. Истец свои обязательства исполнил надлежащим образом, передав ФИО2 денежные средства в размере 883 960, что подтверждается расписками от 21.09.2017 г. на сумму 383 960,00 рублей, от 22.08.2017 г. на сумму 500 000,00 рублей.
17.05.2021 между ФИО3 и истцом ФИО1 заключен договор уступки прав требования (цессии), в соответствии с которым к ФИО1 в полном объеме перешли права (требования) по договору, заключенному 22.08.2017 г. между ФИО3 и ФИО2, стоимость уступленного права составила 2 332 760,00 рублей, которая была полностью уплачена ФИО1 Челидзе, что подтверждается распиской от 17.05.2021 г.
ФИО2 не исполнил принятые на себя обязательства по передаче помещения, последним днем исполнения которого является 31 марта 2021 г., что послужило основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.
В судебное заседание истец ФИО1 процессуальные права реализовала участием представителя ФИО4, действующего на основании доверенности, который в судебном заседании на исковых требованиях настаивал и просил их удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, пояснив вышеизложенное.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте назначенного судебного заседания извещен надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просил, направил в суд своего представителя.
Представитель ответчика по доверенности - ФИО5 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковые требования, представленных суду.
При этом, представитель ответчика возражениях на исковое заявление указал на следующее. 19.12.2019 г. между ФИО6 (займодавец) и ФИО2, в лице поверенной ФИО7, действующей на основании нотариальной доверенности от 04.10.2017 г. (Заемщик), подписан договор № 47 целевого займа с залогом и условием об обеспечении исполнения обязательств. Согласно п.1.1 указанного договора Займодавец передает Заемщику сумму займа на строительство домовладения на земельном участке, расположенном по адресу: <данные изъяты>. Как отражено в п. 3.1 указанного договора, Заемщик в счет погашения суммы займа передает в собственность Займодавцу указанное в настоящем договоре помещение, для чего Заемщик обязуется своими силами и за свой счет осуществить строительство указанного жилого дома и зарегистрировать право собственности на помещение не позднее 1 квартала 2020 года включительно. Кроме того, из имеющихся в материалах дела копий расписок от 19.12.2019 г. на сумму 900 000 рублей, от 23.12.2019 г. на сумму 200 000 рублей, подписанных ФИО7, копии расписки от 10.06.2020 г. на сумму 200 000 рублей, подписанной ФИО8, усматривается, что денежные средства в сумме 1 300 000 рублей по договору займа были переданы займодавцем ФИО6 не ФИО9, а ФИО7 и ФИО8.
Тем самым, ФИО2 лично не заключал договор займа с ФИО6, не получал от последнего никаких денежных средств. От имени ФИО2 договор займа и 2 расписки были подписаны ФИО7, 1 расписка была подписана ФИО8, которые присвоили полученные денежные средства. Ответчик настаивает, что о заключении указанного договора займа ему не было ничего известно. ФИО2 на праве собственности принадлежали три земельных участка, расположенных в садоводческом товариществе «Лысая гора» Хостинского района г. Сочи. В 2016 году к ФИО2 обратился ФИО10, с предложением о строительстве двух жилых домов, на принадлежащих ответчику на праве собственности земельных участках, на условиях, что ФИО2 предоставит свои участки для строительства, за это он должен был получить квартиры в возведённых объектах общей площадью 345 кв.м.. ФИО2 согласился на это предложение при условии, что его вкладом в такую деятельность будут только принадлежащие ему земельные участки, также его обязательным условием было то, что строительство будет осуществляться на законных основаниях, с соблюдением всех градостроительных норм и правил. Непосредственно строительством должен был заниматься ФИО8 - знакомый ФИО10, а всеми правовыми вопросами по организации и ведению строительства, в том числе по получению необходимой разрешительной документации - ФИО7.
17 мая 2017 года между ФИО2, ФИО7 и ФИО8 был заключен договор о совместной деятельности, согласно которому ФИО2 (Товарищ -1), ФИО7 (Товарищ – 2) и ФИО8 (Товарищ – 3), как Товарищи обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица с целью строительства объекта недвижимости № 1 этажностью 5, общей площадью 1670 кв.м, объекта недвижимости № 2, этажностью 5 общей площадью 2335 кв.м, расположенных на указанных в Договоре земельных участках. Указанным договором было предусмотрено, что вкладом ФИО7 и ФИО8, как Товарища 2 и Товарища 3 (п. 4 Договора), являлись денежные средства, уплачиваемые ими за счет собственных средств с целью строительства объектов недвижимости. Таким образом, при заключении данного договора о совместной деятельности использование денежных средств ФИО2, а также заемных денежных средств не предполагалось. В обязанности ФИО7 и ФИО8 входило использование земельных участков исключительно по их прямому назначению, указанному в договоре, а также обязанность осуществить в срок до 17.11.2018 года регистрацию в установленном законом порядке права собственности на имя ФИО2 возведенных объектов недвижимости. Во исполнение указанного договора (п. 6), тогда же, 17 мая 2017 года, ФИО2 выдал на имя ФИО7 и ФИО8 нотариально удостоверенные доверенности, которыми наделил их максимальным объемом полномочий на представление его интересов во всех необходимых государственных органах. Эти полномочия в совокупности позволяли ФИО7 и ФИО8 вести деятельность по строительству объектов недвижимости с оформлением всей необходимой разрешительной документации в государственных, муниципальных, контролирующих органах. После этого на принадлежащих ФИО2 земельных участках ФИО7 и ФИО8 началось возведение двух объектов недвижимости. В январе 2018 года ФИО2 стало известно о том, что ФИО7 и ФИО8 в нарушение договора о совместной деятельности от 17.05.2017 года, используют для строительства не собственные денежные средства, а по договорам займа от его имени привлекают денежные средства граждан. С целью урегулирования данной ситуации, 18.01.2018 года было заключено дополнительное соглашение к указанному выше договору о совместной деятельности, согласно пункту 3 которого пункт 4 Договора о совместной деятельности был изложен в следующей редакции: «вкладом Товарища 2 и Товарища 3 (ФИО7 и ФИО8 соответственно), являются как собственные денежные средства, так и денежные средства, полученные ими по договорам займа с третьими лицами, заключенными на основании выданных ФИО2, как Товарищем 1, доверенностей, вносимыми ими для целей строительства объектов, в том числе для получения разрешительной документации и регистрации права собственности в установленном законом порядке» (п.3 Дополнительного соглашения). В соответствии с п.п. 5, 7 Дополнительного соглашения от 12.01.2018 года к Договору о совместной деятельности от 17.05.2017 г. Товарищ 2 (ФИО7) и Товарищ 3 (ФИО8) во исполнение пункта 7.1. Договора вкладывают собственные средства, а также денежные средства, полученные Товарищем 2 (ФИО7) и Товарищем 3 (ФИО8) по договорам займов с третьими лицами, заключенными на основании выданных Товарищем 1 нотариальных доверенностей, которые во исполнение п.7.2, 7.3, 7.4. и 7.5 Договора используются Товарищем 2 и Товарищем 3 в полном объеме по целевому назначению, в соответствии с Договором без передачи Товарищу 1 (ФИО2). В случае предъявления займодавцами требований о расторжении договоров займа, заключенных Товарищем 2 и Товарищем 3 на основании выданных Товарищем 1 нотариальных доверенностей и возврате денежных средств, Товарищ 2 и Товарищ 3 обязуются осуществить возврат денежных средств в полном объеме, при этом право распоряжения недвижимостью, являющееся обеспечением по договору займа, остается за Товарищем 2 и Товарищем 3. Также согласно п. 3 второго Дополнительного соглашения к договору о совместной деятельности от 17.05.2017 года, было предусмотрено, что денежные средства, полученные Товарищем 2 (ФИО7 и ФИО8) по договорам займов, Товарищу 1 (ФИО2) не передавались и должны использоваться Товарищем 2 для выполнения своих обязательств по Договору.
Летом 2018 года ФИО2 получив повестку в Хостинский районный суд г. Сочи, узнал, что администрация г. Сочи обратилась в суд с исковыми требованиями по поводу строительства объектов недвижимости («ЖК «Поместье»), которое, по мнению администрации г. Сочи, ведется незаконно. В последующем, ФИО2 стало известно, что в отношении обоих жилых домов «ЖК Поместье» судами всех инстанций были приняты решения о признании их самовольными постройками и о сносе за счет ФИО2, из текста указанных судебных решений ФИО2 стало известно, что ФИО7 и ФИО8 вели строительство жилых домов на принадлежащих ему земельных участках без разрешительной документации.
<данные изъяты>
Представитель ответчика обращает внимание суда, что ФИО2 непосредственно не возводил жилых домов, денежных средств ни по договорам займа, ни иным договорам для строительства жилых домов не привлекал, он, являясь правообладателем земельных участков, будучи введенным в заблуждение ФИО7 и ФИО8, предоставил свои земельные участки для строительства на них жилых домов.
Представитель ответчика так же заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям как самостоятельным основанием к отказу в иске.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, ФИО8, в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания, как и возражений на исковое заявление в суд не направили.
Представитель третьего лица, не заявляющего требований относительно предмета спора, ОВМ ОП (Хостинский район) УВД по Сочи ГУ МВД РФ в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежаще, ходатайств об отложении судебного заседания, как и возражений на исковое заявление в суд не направил.
В соответствии с п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.
Сообщение считается доставленным в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было вручено или адресат не ознакомился с ним.
Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.
При таких обстоятельствах, суд признает извещение лиц, участвующих в деле, надлежащим.
При установленных обстоятельствах, с учетом мнения сторон, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд пришел к выводу, что дело может быть рассмотрено в отсутствии не явившихся в судебное заседание лиц.
Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и исследовав доказательства по делу в их совокупности, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 22.08.2017 г. между ФИО3 (Займодавец) и ФИО2, в лице поверенного ФИО8, действующего на основании нотариальной доверенности от 15.08.2017 г. (Заемщик), подписан договор № 16 целевого займа с залогом и условием об обеспечении исполнения обязательств. Согласно п.1.1 указанного договора Займодавец передает Заемщику сумму займа на строительство домовладения на земельном участке, расположенном по адресу: <данные изъяты> в размере 883 960 рублей.
Залогом стороны по Договору договорились считать следующее недвижимое имущество: помещение со строительным номером № 16, общей площадью 21,56 кв.м. (без учета балконов), расположенное на 2 жилом этаже жилого дома, строящегося Заемщиком на земельном участке, расположенном по адресу: <данные изъяты> доли от вышеуказанного земельного участка.
Из п. 3.1 указанного договора усматривается, что Заемщик в счет погашения суммы займа передает в собственность Займодавцу указанное в настоящем договоре помещение, для чего обязуется своими силами и за свой счет осуществить строительство указанного жилого дома и зарегистрировать право собственности на помещение не позднее 3 квартала 2021 года включительно.
17.05.2021 между ФИО3 (цедент) и истцом ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии), в соответствии с которым к ФИО1 в полном объеме перешли права (требования) по договору, заключенному 22.08.2017 г. между ФИО3 и действующим от имени ФИО2 - ФИО8.
Из пункта 1.2 договора уступки прав требования (цессии) от 17.05.2021 следует, что права (требования), принадлежащие цеденту, возникли в силу предоставления цедентом должнику денежных средств по договору займа № 16 с залогом и условием об обеспечении исполнения обязательств от 22.08.2017, и составляют право требовать сумму в размере 883 960 рублей.
Из исследованных судом копий расписок от 22.08.2017 г. на сумму 500 000 рублей и от 21.09.2017 г. на сумму 383 960 рублей, подписанных ФИО8, усматривается, что денежные средства в сумме 883 960 рублей по договору займа были переданы займодавцем ФИО3 именно ФИО8
Таким образом, судом установлено, что от имени ФИО2 договор целевого займа и две расписки были подписаны по доверенности ФИО8.
В судебном заседании также установлено, что ФИО2 на праве собственности принадлежали земельные участки, <данные изъяты>
Также в судебном заседании установлено, что 17 мая 2017 года между ФИО2, ФИО7 и ФИО8 был заключен договор о совместной деятельности.
Из исследованной судом копии договора о совместной деятельности, заключенного 17.05.2017 года между ФИО2 (Товарищ -1), ФИО7 (Товарищ – 2) и ФИО8 (Товарищ – 3), следует, что товарищи обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица с целью строительства объекта недвижимости № 1 этажностью 5 (пять), общей площадью 1670 кв.м, объекта недвижимости № 2, этажностью 5 (пять) общей площадью 2335 кв.м, расположенных на указанных в Договоре земельных участках с кадастровыми номерами <данные изъяты>
Из пункта 2 указанного договора следует, что объекты буду построены для индивидуальных целей товарищей.
Согласно пункту 3 указанного договора, вкладом ФИО2 в совместную деятельность как Товарища 1 является право собственности на следующие земельные участки: земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов для садоводства, площадь 613 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>
Из пункта 5 указанного договора следует, что внесенное Товарищем 1 право собственности на земельные участки используется Товарищем 2 и Товарищем 3 для ведения строительства объектов.
На основании п. 6 указанного договора, Товарищ 1 предоставляет вклад, согласно п. 3 настоящего Договора, путем передачи земельных участков Товарищу 2 и Товарищу 3, на основании данного пункта Договора без подписания дополнительных актов приема-передачи, и наделяет Товарища 2 и Товарища 3 необходимыми нотариально оформленными полномочиями для осуществления действий, необходимых для выполнения условий данного Договора.
Из пункта 4 договора следует, что вкладом Товарища 2 и Товарища 3 являются денежные средства, уплачиваемые ими за счет собственных средств, с целью строительства объектов, регистрации в установленном законом порядке права на объекты, обеспечения коммуникациями.
Из раздела 7 указанного договора следует, что Товарищ 2 и Товарищ 3 приняли на себя обязательства использовать земельные участки исключительно по прямому назначению, указанному в настоящем Договоре (п. 7.2). Осуществить собственными силами и за свой счет строительство объектов, регистрацию в установленном законом порядке Объектов на имя Товарища 1 в срок до 17 ноября 2018 года (п. 7.3). Самостоятельно обеспечить Объекты необходимыми коммуникациями (п. 7.4). Осуществить благоустройство придомовой территории (п. 7.5).
Из дополнительного соглашения от 12.01.2018г., исследованного судом, следует, что в последующем указанные земельные участки преобразованы в земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>
Таким образом, при заключении данного договора о совместной деятельности использование денежных средств ФИО2, а также заемных денежных средств не предполагалось. По условиям договора о совместной деятельности объекты недвижимости должны были возводиться ФИО7 и ФИО8 исключительно для личных целей, за счет их собственных денежных средств.
Из исследованных судом копий нотариально удостоверенных доверенностей следует, что во исполнение указанного договора (п. 6), 17 мая 2017 года, ФИО2 выдал на имя ФИО7 и ФИО8 нотариально удостоверенные доверенности, которыми наделил их полномочиями на представление его интересов во всех необходимых государственных органах. Эти полномочия позволяли ФИО7 и ФИО8 вести деятельность по строительству объектов недвижимости с оформлением всей необходимой разрешительной документации в государственных, муниципальных, контролирующих органах.
В последующем, в связи с преобразованием земельных участков ФИО2 выдавал ФИО7 и ФИО8 аналогичные доверенности с аналогичным объемом полномочий 04.10.2017 года.
Судом установлено, что 12.01.2018 года между ФИО2, ФИО7 и ФИО8 было заключено дополнительное соглашение к договору о совместной деятельности от 17.05.2017 г., согласно пункту 3 которого пункт 4 Договора о совместной деятельности был изложен в следующей редакции: «вкладом Товарища 2 и Товарища 3 (ФИО7 и ФИО8 соответственно), являются как собственные денежные средства, так и денежные средства, полученные ими по договорам займа с третьими лицами, заключенными на основании выданных ФИО2, как Товарищем 1, доверенностей, вносимыми ими для целей строительства объектов, в том числе для получения разрешительной документации и регистрации права собственности в установленном законом порядке».
В соответствии с п.п. 5, 7 Дополнительного соглашения от 12.01.2018 года к Договору о совместной деятельности от 17.05.2017 г. Товарищ 2 (ФИО7) и Товарищ 3 (ФИО8) во исполнение пункта 7.1. Договора вкладывают собственные средства, а также денежные средства, полученные Товарищем 2 (ФИО7) и Товарищем 3 (ФИО8) по договорам займов с третьими лицами, заключенными на основании выданных Товарищем 1 нотариальных доверенностей, которые во исполнение п.7.2, 7.3, 7.4. и 7.5 Договора используются Товарищем 2 и Товарищем 3 в полном объеме по целевому назначению, в соответствии с Договором без передачи Товарищу 1 (ФИО2).
Товарищ 1 передает, а Товарищ 2 и Товарищ 3 принимают на себя весь объем прав, обязанностей и ответственности по договорам займов, заключенным Товарищем 2 и Товарищем 3 на основании выданных Товарищем 1 нотариальных доверенностей, с момента подписания предварительного договора купли-продажи, указанного в п. 4. В случае предъявления займодавцами требований о расторжении договоров займа, заключенных Товарищем 2 и Товарищем 3 на основании выданных Товарищем 1 нотариальных доверенностей и возврате денежных средств, Товарищ 2 и Товарищ 3 обязуются осуществить возврат денежных средств в полном объеме, при этом право распоряжения недвижимостью, являющееся обеспечением по договору займа, остается за Товарищем 2 и Товарищем 3.
Пунктом 3 второго Дополнительного соглашения к договору о совместной деятельности от 17.05.2017 года, было предусмотрено, что денежные средства, полученные Товарищем 2 (ФИО7 и ФИО8) по договорам займов, Товарищу 1 (ФИО2) не передавались и должны использоваться Товарищем 2 для выполнения своих обязательств по Договору.
Условия договора о совместной деятельности со стороны ФИО8 и ФИО7 исполнены не были. ФИО7 и ФИО8, осуществили самовольное строительство без разрешительной документации, привлекли по договорам займов от имени ФИО2 денежные средства от граждан, имевших намерение приобрести в собственность квартиры в строящихся на земельных участках, принадлежащих ответчику, жилых домах.
По факту мошеннических действий ФИО7 и ФИО8 ответчик обратился с заявлением о преступлении в отношении ФИО7 и ФИО8 в УВД по г. Сочи.
Судом из представленного ответа заместителя начальника УВД г. Сочи – начальника следственного управления <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Указанное, представителем истца не опровергнуто
В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В силу положений статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
На основании положений статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.
При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.
В силу положений статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации в обязательстве в качестве каждой из его сторон - кредитора или должника - могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.
Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.
В соответствии с положениями статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункт 1).
Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств (пункт 2).
Согласно разъяснениям, изложенным в вопросе 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
Таким образом, по смыслу положений статей 309, 310, 808, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа, перечисления денежных средств истцу во исполнение заключенного между сторонами договора займа.
На основании ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
Вместе с тем, судом установлено, что ФИО2 непосредственно не возводил жилых домов, денежных средств ни по договорам займа, ни иным договорам для строительства жилых домов не привлекал, он, являясь правообладателем земельных участков, предоставил свои земельные участки для строительства на них жилых домов для индивидуальных целей сторон договора о совместной деятельности (п. 2 Договора о совместной деятельности от 17.05.2017 г.).
Доказательств обратного материалы дела не содержат и суду таковые не представлены.
Заявленные требования истца о взыскании неустойки и компенсации морального вреда в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей» основаны на том, что спорный договор целевого займа, по мнению истца, является договором долевого участия в строительстве, в связи с чем, к возникшим правоотношениям подлежат применению нормы Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ».
Суд полагает, что данные доводы истца основаны на неверном токовании норм права.
В соответствии с со ст. 2 Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ», застройщиком в правоотношениях может выступать только юридическое лицо.
Ответчик ФИО2 критериям застройщика, в понимании Федерального закона N 214-ФЗ не отвечает, следовательно, заключаемые с ним договоры, независимо от их наименований и сущности, возникающих правоотношений, не являются договорами участия в долевом строительстве, а потому заключенный истцом договор и обязательства по нему в силу закона не порождает имущественных прав на помещение у займодавца.
Кроме того, суд учитывает, что лично ФИО2 денежных средств для строительства спорных домов не привлекал, он предоставил принадлежащие ему земельные участки для строительства ФИО7 и ФИО8 в соответствии с договором о совместной деятельности.
При этом, истцом не представлено доказательств, что он обращался в судебном порядке к ФИО2 с требованиями о возврате суммы займа, либо об обращении взыскания на заложенное имущество, равно как и с требованиями по передаче помещения.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ суд полагает, что оснований к удовлетворению исковых требований не имеется.
В соответствии со ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.
Согласно ст.ст. 196, 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Как установлено судом, договор уступки прав требования (цессии) между ФИО1 и ФИО3 был заключен 17.05.2021г. Срок исполнения обязательств по договору займа № 16 от 22.08.2017 указан не позднее 3 квартала 2021 года включительно. Следовательно, срок исковой давности по основному обязательству истек 30.09.2024 г.
В соответствии с ч. 1 ст. 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", «согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе, возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию».
Истцом заявлены требования о взыскании неустойки, вместе с тем, срок давности по основному требованию истек 30.09.2024 г., в суд с иском истец обратился 11.12.2024 г., то есть пропустив срок исковой давности по основному требованию, следовательно, по требованию о взыскании неустойки срок исковой давности также истек.
Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Представитель ответчика в судебном заседании заявил о пропуске срока исковой давности.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ч. 2 ст. 199 ГК РФ).
В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.
В судебном заседании представителем истца было заявлено о том, что срок исковой давности по заявленным истцом требованиям не пропущен, так как он приостанавливался Правительством РФ, в связи с введением в действие моратория Постановлением от 03.04.2020 г. № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных требований должников», с 28.03.2022 г. до 01.10.2022 г. Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 г. № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».
Вместе с тем, данные утверждения представителя истца основаны на неверном толковании норм материального права.
Согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для обеспечения стабильности экономики Правительство Российской Федерации вправе в исключительных случаях ввести на определенный срок мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами. Правительству Российской Федерации предоставлено право определить категории лиц, подпадающих под действие моратория.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 года N 428 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников" в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении включенных в соответствующие перечни организаций, в частности в Перечень системообразующих организаций российской экономики. Данный мораторий введен на 6 месяцев со дня официального опубликования Постановления, то есть с 06 апреля 2020 года.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что целью введения моратория, предусмотренного указанной статьей, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.
Мораторий введен также Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" (далее - Постановление Правительства N 497).
В соответствии с пунктом 1 Постановления Правительства N 497 мораторий введен на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе, индивидуальных предпринимателей. Исключения перечислены в пункте 2 Постановления Правительства N 497.
Пунктом 3 Постановления Правительства N 497 предусмотрено, что настоящее постановление вступает в силу со дня его официального опубликования (01 апреля 2022 г.) и действует в течение 6 месяцев.
В силу подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 названного Закона, то есть не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.
Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 27-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).
В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их совокупности следует, что действие моратория на возбуждение дел о банкротстве и взыскания неустойки, предусмотренной Законом о защите прав потребителей, распространяется только по определенной категории дел (банкротстве) и в отношении определённой категории лиц, указанных в вышеприведенных нормативно-правовых актах.
Вместе с тем, в настоящем споре вышеперечисленные нормы закона и подзаконных правовых актов о применении моратория на взыскания неустойки, в указанный представителем истца период, не применимы.
Более того, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности приостанавливается в силу установленной на основании закона Правительством Российской Федерации отсрочки исполнения обязательств (мораторий).
Между тем, согласно части 2 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается при условии, что указанные в пункте 1 настоящей статьи обстоятельства возникли или продолжали существовать в последние шесть месяцев срока исковой давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев, в течение срока исковой давности.
В настоящем споре период, заявленный истцом, не являлся периодом последних 6 месяцев срока исковой давности, в котором возникли или продолжали существовать обстоятельства, указанные в пункте 1 статьи 202 ГК РФ.
Учитывая вышеизложенное, в рассматриваемом споре подлежит применению установленный Гражданским кодексом РФ общий срок исковой давности, который Истцом пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
ФИО1 в исковых требованиях к ФИО2 о взыскании денежных средств неустойки - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд подачей жалобы через Хостинский районный суд гор. Сочи в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 12.11.2025.
Судья О.А. Крижановская
На момент опубликования не вступило в законную силу.
СОГЛАСОВАНО.
Судья Крижановская О.А.