Решение по делу № 2-415/2021 от 04.08.2022 - о признании состоявшейся сделки купли-продажи недвижимого имущества и перехода права собственности на недвижимое имущество.

Мотивированное решение суда в окончательной форме изготовлено 04 августа 2022 года.

66RS0020-01-2021-000135-71

Дело № 2-42/2022

копия

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июля 2022 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Соловьевой Т.А., с участием представителей истца Ф.Э., Т.М., представителей ответчика Б.М., А.Ю,, А.В., при секретаре судебного заседания Чернышевой М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Д.А. к Б.Б. о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительной сделкой,

встречные исковые требования Б.Б. к Д.А. о признании состоявшейся сделки купли-продажи недвижимого имущества и перехода права собственности на недвижимое имущество,

установил:

Д.А. обратился в суд с исковыми требованиями к Б.Б., в которых, с учетом заявления об уточнении исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (том 5 л.д.161), просит признать договор купли-продажи недвижимого имущества б/н от <дата>, прошедший государственную регистрацию перехода права собственности <дата> между Б.Б. и Д.А. недействительной ничтожной сделкой, применить последствия недействительности сделки в виде возврата Д.А. недвижимого имущества на праве собственности, в том числе жилого дома, кадастровый (или условный) <номер>, общей площадью 173,9 кв.м., этажность: 2, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес> земельного участка общей площадью 1 373 кв.м. кадастровый <номер>, расположенный по адресу: <адрес>, р.<адрес>, обязать Федеральную службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> аннулировать (погасить) регистрационную запись <номер> от <дата> о переходе права собственности от Д.А. к Б.Б. на жилой дом кадастровый (или условный) <номер>, общей площадью 173,9 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, р.<адрес>; обязать Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> аннулировать (погасить) регистрационную запись <номер> от <дата> о переходе права собственности Д.А. к Б.Б. на земельный участок общей площадью 1 373 кв.м. кадастровый <номер>, расположенный по адресу: <адрес>, р.<адрес>, взыскать с Б.Б. в пользу Д.А. расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб., признать безденежной расписку от 27 января без указания года о передаче 22 000 000руб.

В обосновании иска указано, что между Д.А. (Продавец) и Б.Б. (Покупатель) <дата> заключен договор купли-продажи недвижимого имущества без номера, пункт 1.1 которого предусматривал, что Продавец обязан передать Покупателю, а Покупатель принять в собственность и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора жилой дом с кадастровым номером <номер> общей площадью 173,9 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> р.<адрес>.. Жилой дом принадлежал Продавцу на праве собственности и приобретен им ранее на основании договора купли-продажи недвижимого имущества <номер> от <дата>.. Согласно п. 1.2 Договора одновременно с передачей права собственности на имущество в п. 1.1 Договора, Продавец передает Покупателю право собственности на земельный участок, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного строительства: для строительства поселка коттеджного типа общей площадью 1337 кв.м. кадастровый <номер>, расположенный по адресу: <адрес> р.<адрес>, принадлежащий Продавцу на основании Договора купли-продажи недвижимого имущества от <дата>. В пункте 2.1 Договора купли-продажи недвижимого имущества от <дата> указана цена имущества, поименованного в пунктах 1.1. и 1.2. Договора составляет 22 000 000 руб., в том числе цена недвижимого имущества, указанного в пункте 1.1 Договора - 15 000 000 руб., цена недвижимого имущества, указанного в п. 1.2 Договора - 7 000 000 руб. Следуя условиям заключенного договора, истец обязанности по передаче земельного участка и расположенного на нем жилого дома исполнил надлежащим образом, государственная регистрация договора купли-продажи осуществлена. В свою очередь обязанность Б.Б. по оплате приобретенного им имущества исполнена не была. Как стало известно Д.А., в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности представлен иной договор в иной редакции - не тот, который был подписан Д.А. в момент заключения сделки. Д.А. подписал договор купли-продажи, но в представлении его в органы Росреестра для его последующей регистрации участия не принимал. В Росреестр фактически представлен иной договор, сходный по оформлению, но не тождественный подписанному (ряд положений в нем отличаются по содержанию от фактически подписанного сторонами договора). Соответственно, представленный на регистрацию договор был подписан не Д.А., а неустановленным лицом. Таким образом, договор купли-продажи, подписанный не Д.А., а иным лицом, содержащий положения, отличные от тех, которые были согласованы Д.А. при заключении договора купли-продажи, является ничтожной сделкой.

Кроме того, к производству суда принято встречное исковое заявление Б.Б. к Д.А. о признании сделки состоявшейся (заключенной), признании состоявшимся переход права собственности на недвижимое имущество (т. 3 л.д. 141-176).

В обосновании встречного искового заявления указано, что Б.Б. решил приобрести загородный дом с земельным участком для постоянного проживания. <дата> между Б.Б. и Д.А. заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> р.<адрес> по цене 22 000 000 руб.. Договор купли-продажи был подписан самим Д.А. одновременно с Б.Б. в присутствии сына Б.Б. - Б.М., в трех экземплярах в офисе Д.А. по адресу: <адрес> оф. 1009. По условиям договора купли-продажи цена недвижимого имущества составляет 22 000 000 руб. (п. 2.1 договора), в том числе, жилой дом - 15 000 000 руб., земельный участок - 7 000 000 руб., уплачивается путем передачи наличных денежных средств в момент подписания договора (п. 2.3). В момент подписания договора Б.Б. передал Д.А. 22 000 000 руб., а Д.А. передал Б.Б. расписку. 16.02.2018 Б.Б. и от имени Д.А. - К.В., действующая на основании доверенности от <дата> пришли в регистрирующих орган с пакетами документов, необходимых для государственной регистрации перехода права собственности и права собственности Б.Б. на недвижимое имущество. Находясь в помещении регистрирующего органа, К.В. обнаружила, что во всех трех экземплярах договора купли-продажи неверно указаны паспортные данные Д.А. в связи с чем, она ушла из регистрирующего органа для исправления договора и подписания Д.А. исправленной копии договора. Кроме паспортных данных других изменений не было. Б.Б. остался ждать в помещении регистрирующего органа. Далее, К.В. вернулась в регистрирующий орган с подписанными экземплярами договоров и в тот же день, <дата> К.В. и Б.Б. сдали документы в регистрирующий орган. К.В. вернула Б.Б. <дата> в регистрирующем органе 3 экземпляра договора купли-продажи, в которых содержались неверные паспортные данные Д.А. и те, которые были сданы в регистрирующий орган. <дата> Управление Росреестра по <адрес> произвело государственную регистрацию права собственности Б.Б. на недвижимое имущество. Истец по встречному иску полагает, что условия договора купли-продажи и последующие действия и поведение сторон однозначно указывали на то, что воля и волеизъявление продавца были направлены на отчуждение, а покупателя на приобретение в собственность спорного недвижимого имущества. Б.Б. вступил в права собственника, начал распоряжаться имуществом, а Д.А., в свою очередь, передал Б.Б. имущество. За 3 года Д.А. не предъявил Б.Б. никаких требований по вопросу продажи имущества при том, что стороны между собой общались неоднократно, дружили семьями.

Истец Д.А. и ответчик Б.Б. в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания уведомлены надлежащим образом и в срок, об отложении не просили, о причинах неявки не сообщили, воспользовались правом на ведение дела через представителя. Ответчик Б.Б. ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (том 1 л.д.210-211).

В судебном заседании представители истца Д.А.- Ф.Э,, действующая на основании доверенности <адрес>8 от <дата> (том 1 л.д.68-69), Т.М., действующая на основании доверенности <адрес>9 от <дата> заявленные исковые требования и уточнения к ним (том 5 л.д.161), письменные пояснения (том 1 л.д.188-191, том 5 л.д. 150-158) поддержали, доводы, изложенные в иске, подтвердили. Указали, что сторонами по делу <дата> подписан спорный договор купли - продажи, после в нем обнаружена ошибка в паспортных данных продавца Д.А., в связи с чем, составлен иной договор, который Д.А. не подписывал. Кто был подписантом от имени Д.А. второго договора, прошедшего государственную регистрацию, не установлено, что подтверждается заключением почерковедческой экспертизы от <дата>. <дата> договор купли-продажи Д.А. не подписывался, так как в это время он находился в Канаде, что подтверждается представленными доказательствами: загранпаспортом и авиабилетами, роумингом, сведениями о бронировании гостиницы и письмом ФИО1, отправленным посредством электронной почты в адрес Кукарских, в котором указано, что в договоре допущена ошибка. Полагают, что сделка изначально была с пороком воли, Б.Б. с Д.А. не встречались <дата>, договор не подписывали в связи с чем, Б.Б. знал, что сделка с пороком. Д.А. денежные средства в размере 22 000 000 руб. от Б.Б. не получал, кроме того, полагают, что Б.Б. в спорный период не обладал финансовой возможностью оплатить сделку на указанную сумму как и не обладал такой возможностью его сын Б.М.. Полагают, что срок исковой давности для подачи искового заявления Д.А., установленный требованием п. 3 ст. 166 ГК РФ - 3 года не истек, иск подан своевременно. Считают, что спорный договор купли продажи является недействительным в силу его ничтожности в связи с тем, что сделка заключена неуправомоченным на то лицом. Возражали против удовлетворения встречного искового заявления (том 4 л.д. 73-77), указав, что сделка является недействительной в силу ее ничтожности и исцелению не подлежит, поскольку, по общему правилу, устранимы пороки только оспоримых сделок, ничтожные сделки не могут быть конвалидированы так как идут вразрез с основами правопорядка и нравственности. Б.Б. знал о том, что на государственную регистрацию передаются подложные документы, не содержащие подпись истца, а неустановленного лица, что говорит о его недобросовестности. У К.В. имелась доверенность только с правами подать и получить документы, без права подписи документа и без права получения денежных средств. Б.Б. должен был, обнаружив ошибку в договоре, не сдавать его на государственную регистрацию, а дождаться продавца Д.А. и переподписать договор. Полагают, что расписка от 27.01 с указанием суммы 22 000 000 руб. без указания года является безденежной, поскольку нет доказательств передачи денежных средств. Полагают, что у Б.Б. истекли сроки исковой давности: общий, установленный для подачи встречного иска 3 года, так и срок исковой давности, установленный ст. 165 ГК РФ 1 год.

Представители ответчика Б.Б. - Б.М., А.Ю,, действующие на основании доверенности <адрес>2 от <дата> (том 1 л.д.42-43), А.В.А., действующий на основании ордера <номер> от <дата> (том 3 л.д. 100-101) исковые требований Д.А., с учетом их уточнений, не признали по основаниям, подробно изложенным в возражениях (том 1 л.д. 79-80, том 1 л.д.214-217) и сводных письменных объяснениях по делу (том 5л.д.111-125), указав, что изначально в 2016 году юристом А.Ю, был подготовлен проект договора-купли продажи с распиской от имени сторон на спорное недвижимое имущество, но сделка в 2016 году не состоялась. Стороны вернулись к вопросу ее заключения в 2018 году. <дата> между Б.Б. и Д.А. был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес> по цене 22 000 000 руб. Договор купли-продажи был подписан сторонами в присутствии сына истца Б.М. в трех экземплярах в помещении по адресу: <адрес> оф. 1009. В момент подписания договора Б.Б.Д.А. были переданы наличные денежные средства в размере 22 000 000 руб. о чем Д.А. составлена расписка. <дата> Б.Б. и К.В., действующая в интересах Д.А. по доверенности, явились в регистрационный орган где, при подаче документов, во всех трех экземплярах обнаружена ошибка в паспортных данных Д.А.. К.В. ушла из регистрирующего органа для исправления паспортных данных Д.А. <дата> в 11 ч.15 мин А.Ю, направила на электронную почту К.В. договор в электронном виде. В указанном электронном договоре п. 2.3 содержал рассрочку платежа, К.В., зная со слов Д.А. о том, что платежи по договору совершены в полном размере в день подписания договора, скорректировала в договоре пункт 2.3 и изложила его в редакции: «покупатель уплачивает продавцу 100% стоимости имущества путем передачи наличных денежных средств в момент подписания договора». Вернулась К.В. в регистрирующий орган с исправленными договорами, которые подписал Б.Б., документы были сданы, сделка зарегистрирована. Б.Б. полагал, что сделка действительная. По мнению представителей ответчика ни одна из сторон от сделки не уклонялась, фактическая передача имущества от Д.А. к Б.Б. состоялась, Б.Б. владеет спорным недвижимым имуществом открыто и добросовестно, несет бремя его содержания, своевременно оплачивает налоги, Д.А., соответственно, с февраля 2018 года перестал нести соответствующие расходы. Основные условия договора сторонами были согласованы. Просят в удовлетворении иска Д.А. отказать, встречные исковые требования по вышеизложенным основаниям удовлетворить.

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области в судебное заседание не явилось, в письменном ходатайстве просили рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, суду доверяют (том 1 л.д. 183).

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, в том числе, путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации на интернет-сайте Белоярского районного суда Свердловской области, в силу ст. ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, свидетельские показания, исследовав письменные доказательства, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ст. ст. 56, 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Данные права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с ч.2 ст.1, ч.1 ст.9, ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3,4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при обращении в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права гражданин самостоятельно определяет предмет и основания своего требования.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Сделкой, на основании ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По правилам ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующим в момент его заключения (императивное регулирование гражданского оборота).

Таким образом, в силу установленного правового регулирования граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе, посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий (ст. ст. 1, 421, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации), а с учетом правового содержания ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата.

При этом, как закреплено в п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Указанные принципы закрепляют добросовестность и разумность действий сторон, их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения, справедливость условий заключенной ими сделки; то, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Участники гражданского оборота, являясь субъектами отношений по сделке, несут риск наступления неблагоприятных последствий, если не имеется законных оснований к недействительности сделки.

Согласно ч. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации - по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В судебном заседании установлено, что <дата> на основании договора купли-продажи от <дата>, заключенного между Д.А. (Продавец) и Б.Б. (Покупатель), предметом которого являлось недвижимое имущество: жилой дом кадастровый (или условный) <номер> общей площадью 173,9 кв.м. этажность 2, земельный участок с кадастровым номером (категории земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования-для строительства поселка коттеджного типа) общей площадью 1 373 кв.м. кадастровый <номер>, расположенные по адресу: <адрес>, р.<адрес> и принадлежащие продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи недвижимого имущества <номер> от <дата> Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> произведена государственная регистрация права собственности Б.Б. на указанное выше недвижимое имущество, о чем в ЕГРН внесены записи <номер> и <номер> от <дата> соответственно, что подтверждается материалами реестровых дел (том 1 л.д.44-60) и выписками из ЕГРН от <дата> (том 1 л.д. 115-120).

В соответствии с п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации (пункт 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно пункту 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224 ГК РФ).

В соответствии со ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п.2.1 Договора цена имущества, указанного в п. 1.1. и 1.2. договора составляет 22 000 000 руб. недвижимое имущество, указанное в п.1.1.(жилой дом)- 15 000 000 руб., недвижимое имущество, указанное в п. 1.2 договора (земельный участок)- 7 000 000 руб.

Согласно п. 2.3. Договора Покупатель уплачивает Продавцу 100% стоимости имущества путем передачи наличных денежных средств в момент подписания договора.

В соответствии с п.3.1 договора имущество, указанное в п. 1.1. и 1.2. считается переданным Покупателю в момент подписания Сторонами настоящего Договора без составления ими передаточного акта, настоящий договор имеет силу акта приема-передачи.

Из материалов реестрового дела следует, что <дата> документы на регистрацию оспариваемой стороной истца сделки купли-продажи в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> поданы Б.Б. и представителем Д.А. на основании доверенности от <дата>-К.В..

В соответствии со статьей 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Полномочия К.В. от имени Д.А. оформлять право собственности в органе, осуществляемом государственный кадастровый учет и регистрацию прав, закреплены в доверенности № <адрес>4 от <дата>, удостоверенной нотариусом <адрес> Я.В. (том 1 л.д. 48-49).

Порядок и последствия прекращения доверенности определены ст. ст. 188 и 189 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные нормы устанавливают запрет на противоречивое поведение стороны сделки, действия которой (ее представителя) давали основания добросовестной стороне полагаться на действительность сделки.

Оснований сомневаться в подлинности полномочий К.В., установленных доверенностью № <адрес>4 от <дата> у суда не имеется, данная доверенность сторонами не оспорена, под сомнение не поставлена.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля К.В. указала, что она от имени Д.А. в 2018 приходила в МФЦ подавать документы на регистрацию сделки купли-продажи недвижимого имущества. В МФЦ она выяснила, что в трех экземплярах договора допущена ошибка в паспортных данных Д.А. Зная подпись Д.А., она не сомневалась, что в договоре стоит его подпись. После обнаружения ошибки договор переписывался, исправленный договор она не подписывала, когда отдала его на государственную регистрацию, не сомневалась, что в нем стоит подпись самого Д.А. Договор с неверными паспортными данными Д.А. остался у Б.Б..

Пунктом 3 стать 342 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Статьей 183 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Согласно пункту 2 этой же статьи последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В соответствии с п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от <дата> <номер> «О некоторых вопросах практики применения ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении и споров судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки; заключение другой сделки, которая обеспечивает первую и заключена во исполнение либо во изменение первой, просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Вместе с тем, суд отмечает, что отсутствие воли одной из сторон на заключение договора купли-продажи не является основанием для признания такой сделки недействительной. Такая сделка может быть признана незаключенной либо заключенной в зависимости от последующих действий поименованных в сделке сторон (пункт 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В обоснование заявленных исковых требований истец Д.А. указывает, что договор купли-продажи, который прошел государственную регистрацию, он не подписывал и подписать не мог, поскольку находился за пределами страны, в связи с чем, оспариваемая сделка является ничтожной, денежных средств (22 000 000 руб.) он не получал, а расписка является безденежной.

Определением суда от <дата> по настоящему гражданскому делу назначена почерковедческая судебная экспертиза, и согласно выводам заключения эксперта К.А. ООО «Уральская палата судебной экспертизы» № УА-551 от <дата> подписи от имени Д.А. и расшифровки его фамилии, имени и отчества в двух экземплярах договора купли-продажи от <дата> недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, который прошел государственную регистрацию <дата>, а именно в п.7.3. указанного договора и в разделе: «Подписи сторон», выполнены не Д.А., а иным лицом с подражанием подписи и почерка Д.А. Диагностические признаки обвода, передавливания, копирования на просвет (через стекло), монтажа (из частей разных документов) отсутствуют. Нельзя исключить вероятность использование технического средства копирования-планшетного плоттера с закрепленным в рисующем блоке плоттера не штатного пишущего узла (инкографа), а традиционного пишущего прибора - шариковой ручки. Подпись от имени Д.А. в одном экземпляре договора купли-продажи от <дата> недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, представленный без отметки о государственной регистрации, в именно в п. 7.5 указанного договора, выполнена не Д.А., а иным лицом с подражанием подписям Д.А., а в двух других экземплярах договора купли-продажи от <дата> недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, р.<адрес>, представленный без отметки о государственной регистрации, а именно в п. 7.5. двух данных экземпляров, выполнены, вероятно, не Д.А., а иным лицом с подражанием подписям Д.А. Диагностические признаки обвода, передавливания, копирования на просвет (через стекло), монтажа (из частей разных документов) отсутствуют. Нельзя исключить вероятность использование технического средства копирования-планшетного плоттера с закрепленным в рисующем блоке плоттера не штатного пишущего узла (инкографа), а традиционного пишущего прибора - шариковой ручки. Подписи и расшифровка фамилии имени отчества в разделе «подписи сторон» трех данных экземпляров, выполнены, вероятно, Д.А. Подпись и расшифровка фамилии и инициалы в расписке от 27.01 9год не указан), записи «двадцать седьмое января», «Двадцать два миллиона (22 000 000-//-/-/) в указанной расписке, выполнены не Д.А., а иным лицом с подражанием подписи и почерка Д.А.. Диагностические признаки обвода, передавливания, копирования на просвет (через стекло), монтажа (из частей разных документов) отсутствуют. Нельзя исключить вероятность использование технического средства копирования-планшетного плоттера с закрепленным в рисующем блоке плоттера не штатного пишущего узла (инкографа), а традиционного пишущего прибора- шариковой ручки. Ответить на вопрос: «Выполнены ли подпись от имени Д.А. и расшифровка фамилии, имени и отчества Д.А., изображения которых имеются в копии договора купли-продажи от <дата> недвижимого имущества, расположенного, расположенного пол адресу: <адрес>, р.<адрес>, имеющейся на л.д.77-78 настоящего гражданского дела <номер>, а именно в разделе «подписи сторон»-Д.А. или иным лицом, либо иным лицом с подражанием подписи и почерка Д.А., не представляется возможным по причине плохого качества копии оригинала документа. Установить наличие или отсутствие диагностических признаков подделки подписи и записи посредством обвода, копирования, путем передавливания на просвет (через стекло) или имеет признаки монтажа, возможно только при предоставлении оригинала документа. Установить наличие или отсутствие диагностических признаков подделки подписи и записи посредством обвода, копирования, путем передавливания, на просвет (через стекло) или имеет признаки монтажа, возможно только при предоставлении оригинала документа. Прошедшие регистрацию два экземпляра договора купли-продажи выполнены на одном и том же печатающем устройстве с одним и тем же печатающим узлом, с одинаковыми параметрами текста, вероятно, в одном сеансе печати. Непрошедшие регистрацию три экземпляра не являются экземплярами (или копиями) договора купли-продажи, прошедшего регистрацию. Они выполнены с одинаковыми параметрами текста, отличными от параметров текста договоров, прошедших регистрацию. Выполнены на другом печатающем устройстве нежели два экземпляра договора, прошедших государственную регистрацию (том 3 л.д. 25-57).

Вместе с тем, в связи с наличием оснований сомневаться в правильности и обоснованности данного заключения, определением суда от <дата> по делу назначена повторная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ Челябинской Лаборатории судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации, на разрешение которой поставлены те же вопросы (том 4 л.д.170-178).

В соответствии с выводами заключения эксперта ФБУ Челябинской Лаборатории судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации-В.В. № <номер>,842/2-2 от <дата> при исследовании, в том числе, свободных и экспериментальных образцов почерка Д.А. установлено, что записи «Д.А.», «двадцать седьмое января», «Двадцать два миллиона 22 000 000», «Д.А. « и подписи от имени Д.А., расположенные в договоре купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> р.<адрес>, без отметки о государственной регистрации на оборотной стороне первого листа на строке в разделе «7.ПРОЧИЕ УСЛОВИЯ.» в п. 7.5. и на строке в разделе «8. ПОДПИСИ СТОРОН.ПРОДАВЕЦ:»; в расписке от имени Д.А. в том, что он получил от Б.Б., денежную сумму в размере 22 000 000 руб. от 27 января (год не указан)-на строках «(дата выдачи расписки прописью)», после слов «денежную сумму в размере», «(подпись)» и справа от нее выполнены самим Д.А. Записи «Д.А.» и подписи от имени Д.А., расположенные в договоре купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> р.<адрес>, заключенном между Д.А. и Б.Б. от <дата>, прошедший государственную регистрацию <дата> на оборотной стороне первого листа на строке в разделе «7.ПРОЧИЕ УСЛОВИЯ.» и на строке в разделе «8.ПОДПИСИ СТОРОН.ПРОДАВЕЦ», выполнены не самим Д.А., а другим лицом (лицами) с подражанием его почерку. Установить, кем - самим Д.А. или другим лицом (лицами) выполнены записи «Д.А.» и подпись Д.А., расположенные в копии договора купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> р.<адрес>, заключенного между Д.А. и Б.Б. от <дата>-на втором листе на строке в разделе «8.ПОДПИСИ СТОРОН.ПРОДАВЕЦ:», не представилось возможным по причинам, изложенным в п.3 исследовательской части заключение (том 5 л.д. 84-93).

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно разъяснений, данных в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд принимает заключение эксперта ФИО2 Челябинская Лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации №<номер>,842/2-2 от <дата> в качестве допустимого доказательства по делу наряду с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела, поскольку оснований сомневаться в выводах эксперта у суда не имеется, экспертиза проведена компетентным лицом, эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, ответил на поставленные судом вопросы, исследованы полно и подробно все представленные судом материалы, указаны методы исследования и применяемое оборудование. Оснований для назначения повторной экспертизы судом не усмотрено. Каких-либо мотивированных возражений относительно выводов указанной экспертизы сторонами не представлено.

Таким образом, судом установлено, что оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества от <дата>, прошедший государственную регистрацию, подписан не самим Д.А. (Продавцом), а другим лицом (лицами) с подражанием его почерку, вместе с тем, оснований для признания указанной сделки недействительной суд не усматривает.

В силу ст. 158 Гражданского кодекса Российской Федерации конклюдентными действиями является поведение лица, которое ясно выражает его намерение на совершение сделки.

Ответчиком Б.Б. представлены суду доказательства того, что он принял спорное недвижимое имущество в свое владение и в настоящее время он несет бремя содержания собственности.

Так, на основании договора на оказание жилищных и коммунальных услуг в загородном жилом комплексе «Дубрава» <номер> от <дата>, заключенного между ООО «Дубрава-сервис» (Общество) и Б.Б.(Собственник), Общество обязуется предоставлять указанные услуги Собственнику в отношении принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества: жилого дома с кадастровым (условным) номером <номер> и земельного участка с кадастровым номером <номер>, расположенных по адресу: <адрес> р.<адрес> (том 2 л.д. 70-77).

Выполнение Б.Б. вышеуказанных обязательств по оплате коммунальных платежей за спорное недвижимое имущество подтверждается копией Акта сверки взаимных расчетов между ООО «Дубрава-сервис» и Б.Б. за 2018 год (том4 л.д.61), копией Акта сверки взаимных расчетов между ООО «Дубрава-сервис» и Б.Б. за 2019-2021 года (том 4 л.д. 62-63).

В соответствии с Договором поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан от <дата> <номер>, заключенном между ОАО «Газпром газораспределение Екатеринбург» (Поставщик) и Б.Б. (Абонент), производится поставка газа в жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, р.<адрес> (том2 л.д. 86-89). Также между ОАО «Газпром газораспределение Екатеринбург» (Поставщик) и Б.Б. (Абонент) <дата> заключен договор <номер> на техническое обслуживание расположенного по адресу принадлежащего Б.Б. домовладения газового оборудования (том 2 л.д.90-97).

Фактическая оплата потребленного Б.Б. газа с <дата> по <дата> подтверждается копией справки о состоянии расчетов за потребленный газ (том 4 л.д. 59-60).

ФИО3 налогов за спорное недвижимое имущество подтверждается копией налогового уведомления <номер> от <дата> (налог за 2018 год) и копиями чек - ордеров от <дата> (том 4 л.д.53-54), копией налогового уведомления <номер> от <дата> (налог за 2019 год) и копией чек - ордеров от <дата> (том 4 л.д.55-56), копией налогового уведомления <номер> от <дата> (налог за 2020) и копиями чек - ордеров от <дата> (том 4 л.д.57-58).

Таким образом, суд полагает установленным факт принятия Б.Б. от Д.А. недвижимого имущества по договору купли-продажи от <дата>, иного, опровергающего указанные обстоятельства, в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Оценивая в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что конклюдентными действиями Д.А. на заключение договора купли-продажи недвижимого имущества (земельного участка и жилого дома) с Б.Б. являлось: поручение юристу-А.Ю, на изготовление проекта договора купли-продажи, выражение воли на продажу указанного имущества путем подписания трех экземпляров договора <дата>, получение от Б.Б. за отчуждаемое имущество денежной суммы в размере цены договора 22 000 000 руб., выдача собственноручной расписки о получении указанной суммы, фактическая передача Б.Б. недвижимого имущества, поручение К.В. совершить от его имени действия по подаче и получению документов в регистрирующий орган о переходе права собственности Б.Б. на спорное недвижимое имущество, расторжение договоров на коммунальное обслуживание по адресу спорных объектов, прекращение нести расходы на содержание имущества, оплату налогов. Также суд учитывает, что в ходе рассмотрения дела непосредственно истцом Д.А. не оспаривалось, что он был намерен продать спорный объект, однако полагает, что не было достигнуто соглашение о стоимости, фактически недвижимость передал, бремя содержания перешло к Б.Б., но денежных средств не получал, договор, который не прошел регистрацию подписан им.

При этом, со стороны покупателя Б.Б. также были совершены действия направленные на исполнение договора купли-продажи, а именно передача Д.А. денежных средств за приобретаемое недвижимое имущество в размере 22 000 000 руб., принятие спорного недвижимого имущество, открытое владение, пользование и распоряжение недвижимым имуществом, в том числе постоянное проживание, заключение договоров на коммунальное обслуживание, несение расходов на содержание недвижимого имущества, оплата налогов на недвижимое имущество.

Договор купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между Д.А. и Б.Б. <дата> соответствует нормам гражданского законодательства: между сторонами достигнуто соглашение по предмету и по всем другим существенным условиям договора, соблюдены условия договора продажи недвижимости, предусмотренные гл. 30 Гражданского кодекса РФ: соблюдена письменная форма договора, в договоре указана цена и предмет, условия передачи недвижимости и принятия ее покупателем.

Относительно доводов представителей истца о финансовой несостоятельности Б.Б. на момент заключения спорной сделки, судом исследованы расходные кассовые ордера <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата> заявление на открытие срочного банковского вклада физического лица <номер> от <дата> (том 2 л.д. 64-68), договора, которые подтверждают наличие денежных средств у Б.Б., позволяющих приобрести спорное имущество.

Из доводов сторон следует, что в ходе передачи оспариваемого договора на регистрацию в договоре была установлена ошибка в паспортных данных Д.А., вместе с тем, кто непосредственно внес исправления и подписал документы со стороны Продавца, установить не представляется возможным.

Вместе с тем, суд учитывает, что при выдаче доверенности на отчуждение недвижимого имущества, осведомленность истца о совершении сделки предполагается в связи с проявлением должной осмотрительности, разумного и добросовестного исполнения своих обязанностей по бремени содержания своего имущества (ст. 210 ГК РФ), то есть, выдавая доверенность, истец, как собственник спорного недвижимого имущества, вправе был контролировать выполнение К.В. поручения по совершению сделки. Кроме того, после выдачи доверенности, которая не была отозвана либо признана недействительной, истец был вправе и должен был узнать об отчуждении своего имущества, но не проявил должной осмотрительности и добросовестности, не указывая при этом на какие-либо препятствия. Действия К.В., направленные на подачу документов с целью регистрации перехода права собственности Б.Б. на спорное недвижимое имущество были заведомо одобрены истцом Д.А. путем выдачи нотариальной доверенности на имя К.В. и устного поручения зарегистрировать переход права собственности Б.Б. на спорное недвижимое имущество, путем подачи документов в регистрирующий орган, что подтверждается ее показаниями, данными в судебном заседании.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (п. 2).

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5).

С учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела, подтверждающих совершение сторонами действий по исполнению договора, суд приходит к выводу о недобросовестном поведении К.В., не поставившей Д.А. в известность об имеющихся ошибках в подписанных им <дата> договорах купли-продажи недвижимого имущества с целью последующего переподписания указанных договоров и подачи их в регистрирующий орган, так и самого Д.А., который будучи осведомленным о факте регистрации договора купли-продажи, который он не подписывал, совершил фактические действия по его исполнению, приняв денежные средства, передав имущество, а также сложив с себя бремя по его содержанию, тем самым давая основать полагать Покупателю, что сделка состоялась.

Полагать, что ранее, после регистрации сделки и получения документов представителем, истец Д.А., не знал, что подпись в договоре ему не принадлежит, поскольку договор он не видел, судом не установлено, поскольку как выше указано после выдачи доверенности, истец был вправе и должен был узнать об отчуждении своего имущества, но не проявил должной осмотрительности и добросовестности.

В материалы дела стороной ответчика представлена расписка от 27 января без указания года, согласно которой Д.А. получил от Б.Б. в соответствии с п. 2.1. и п. 2.3. договора купли-продажи недвижимого имущества от <дата> денежную сумму в размере 22 000 000 руб., претензий по оплате жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, р.<адрес> не имеет (том 1 л.д.34).

Разрешая требования истца Д.А. о признании указанной расписки безденежной, суд учитывает, что данная расписка фактически не является самостоятельным договором, а подтверждает факт передачи денежных средств, в счет исполнения обязательств по оспариваемому договору.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что денежные средства в размере 22 000 000 руб. не были переданы Д.А., не представлено. Напротив, заключением судебной почерковедческой экспертизы установлено, что в расписке стоит подпись самого Д.А., денежные средства передавались наличными, проверить иным способом их получение не возможно, в связи с чем, учитывая принцип добросовестного поведения каждого участника, факт составления расписки непосредственно подтверждает передачу денежных средств.

Кроме того, в случае неполучении денежных средств за проданное имущество, истец не лишен был возможности обратиться за судебной защитой нарушенного права, однако в течение трех лет с момента регистрации перехода права собственности Б.Б. на спорное недвижимое имущество, истец с иском о взыскании денежных средств не обращался.

Доводы истца Д.А. о том, что несмотря на его волю продать данное имущество Б.Б., между сторонами не было достигнуто соглашение о цене, судом отклоняется за недоказанностью.

Доводы стороны истца о том, что указанная расписка о получении денежных средств не сдавалась на регистрацию, не ставит под сомнение, что фактически обязательства по оплате спорных объектов Б.Б. исполнена.

Учитывая вышеизложенное, установленные обстоятельства дела, суд полагает, что оспариваемый договор содержит все условия, предусмотренные ст. ст. 454, 549 Гражданского кодекса Российской Федерации, прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке, фактически исполнен каждой из сторон, для которых наступили правовые последствия, предусмотренные законом для договора купли-продажи недвижимости.

В судебном заседании в порядке п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, представителем ответчика Б.Б. заявлено ходатайство о применении пропуска срока исковой давности к рассматриваемому исковому заявлению Д.А., в обосновании которого указано, что сделка фактически была исполнена сторонами в январе-феврале 2018 года, владение объектом недвижимости, несение бремени его содержания осуществлялось Б.Б. с указанного периода, что указывает на истечение сроков, установленных статьями 181, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. В феврале 2018 года Д.А. узнал о государственной регистрации перехода права собственности и перестал оплачивать содержание объектов недвижимости в связи с чем, имел возможность лично, либо через представителя получить копию любого документа на основании которого сведения внесены в ЕГРН. Более того, К.В., будучи его представителем по доверенности получила соответствующий экземпляр договора после государственной регистрации перехода права собственности.

Разрешая указанное ходатайство, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Так, из материалов дела следует, что истец Д.А. узнал (должен был узнать) от К.В. о переходе права собственности на спорное недвижимое имущество в пользу ответчика Б.Б. в феврале 2018 года, т.е. когда ею были сданы и получены документы на регистрацию перехода права собственности. Именно с этого момента истец Д.А. осознавал, понимал, что спорное недвижимое имущество не находится в его владении (выбыл из его владения), из совокупности исследованных доказательств и показаний свидетеля, следует, что истцу было известно о наделении К.В. полномочиями на продажу и осведомленность о совершаемых ею сделках, вместе с тем, иск подан в суд только <дата>, то есть за пределами срока исковой давности (1 год), который истек в феврале 2019 года.

Вопреки доводам истца Д.А., суд полагает, что указанная сделка является оспоримой и срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, который истцом Д.А. пропущен. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности и оснований, предусмотренных ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации для его восстановления, истцом не представлено.

На основании изложенного, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не усматривает оснований для признания договора купли-продажи недвижимого имущества б/н от <дата>, прошедшего государственную регистрацию перехода права собственности <дата> между Б.Б. и Д.А. недействительной ничтожной сделкой, как и оснований для признания недействительным дальнейшего перехода права собственности в отношении жилого дома с кадастровым (или условным) номером <адрес>, общей площадью 173,9 кв.м., этажность:2, и земельного участка общей площадью 1 373 кв.м. с кадастровым номером <адрес>, расположенных по адресу: <адрес>, р.<адрес> ответчику Б.Б. на основании договора купли-продажи от <дата>.

Рассматривая встречные исковые требования Б.Б. к Д.А. о признании состоявшейся сделки купли-продажи недвижимого имущества и признании состоявшимся переход права собственности на недвижимое имущество, суд приходит к следующему.

Б.Б. в обосновании встречного иска указывает, что целью его судебной защиты является внесение правовой определенности в отношении сторон спора, требуется правовое вмешательство на существующей стадии правоотношения сторон в условиях отрицания Д.А. факта заключения/действительности сделки по отчуждению объектов недвижимости, в связи с чем, Б.Б. просит защиту своего ранее возникшего у него права на объект недвижимого имущества.

Реализация принципа правовой определенности в судопроизводстве, несомненно, связана с определенностью, ясностью содержания самих правовых норм, а также недопустимостью судебного усмотрения в случаях четкого нормативного регулирования.

Заявляя данные требования, истец указывает на необходимость защиты ранее возникшего у него права на объект недвижимого имущества, вместе с тем, указанные доводы являлись предметом проверки в рамках рассмотрения требований Д.А. о признании сделки недействительной, в удовлетворении которых было отказано, тем самым нарушений прав Б.Б. не установлено, его право собственности в отношении спорных объектов под сомнение судом не поставлено.

Предъявление требований о необходимости признания в судебном порядке состоявшейся сделку и признании юридического факта состоявшегося перехода права собственности на объект недвижимости, учитывая наличие факта состоявшегося (зарегистрированного) перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, не отвечает имеющимся в действующем законодательстве способам защиты нарушенного права, поскольку отсутствует четкое правовое регулирование заявленных требований. Кроме того, данные требования не направлены на восстановление нарушенного права, а являются доводами // возражениями, подлежащими проверки в рамках рассмотрения требований об оспаривании сделок.

Учитывая изложенное, отказ в удовлетворении исковых требований Д.А., который фактически направлен на защиту прав Б.Б., оснований для удовлетворения встречных исковых требований не имеется.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным исковым требованиям. Иных требований в рамках настоящего гражданского дела сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Д.А. к Б.Б. о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительной сделкой и встречные исковые требования Б.Б. к Д.А. о признании состоявшейся сделки купли-продажи недвижимого имущества и перехода права собственности на недвижимое имущество, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Председательствующий подпись Т.А. Соловьева