Решение по делу № 2-292/2025 от 14.10.2025 - о признании сделки недействительной.

УИД: 23RS0058-01-2024-004692-59

К делу № 2-292/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Сочи 30 сентября 2025 года

Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Леошика Г.Д.,

при секретаре Силкиной В.В.,

с участием:

истца - ФИО1,

представителя истца ФИО1, ФИО2 – ФИО3,

действующего на основании доверенности: № от 11.04.2023 г., № от 02.11.2023 г.

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

действующего на основании доверенности № от 19.06.2024 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 и ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились с иском к ФИО4, в котором просят с учетом уточнения исковых требований, признать договор дарения квартиры от 10.08.2021г. недействительным, применить последствия недействительности сделки, истребовать квартиру из чужого незаконного владения ФИО7, обязать Управление Росреестра по Краснодарскому краю аннулировать регистрационные записи о регистрации за ФИО4 и ФИО7 права собственности на спорную квартиру, указав следующее.

Истец ФИО2, <данные изъяты>, являлась собственником объекта недвижимости — квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу <адрес>, этаж 5, общей площадью 20,1 кв метров, приобретённой на основании договора участия в долевом строительстве от 26.03.2018 года заключённым с застройщиком ООО «Метрополис» <адрес>. Право собственности за истцом на указанную квартиру было зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 08.06.2020 года.

Указанную квартиру истец приобретала на своё имя, за счёт накоплений и средств, вырученных от продажи ранее принадлежавшей истцу другой квартиры в г Омске, и денежных средств <данные изъяты> истца Б. для целей передачи в последующем своей <данные изъяты> - ФИО1, которой Б.. приходится матерью.

С момента приобретения квартиры, регистрации на неё права собственности, и фактического вступления во владение приобретенным объектом недвижимости, владение и пользование квартирой осуществляла внучка истца ФИО1, которая провела в квартире ремонт, оборудовала её мебелью и техникой, оплачивала расходы на содержание квартиры, единолично располагала комплектом ключей и доступом в квартиру.

В последствии, в 2021 году после перенесенного инсульта, в силу своего преклонного возраста, инвалидности и общего ухудшения здоровья, опасаясь возможности утраты жизнеспособности истец ФИО2 решила передать квартиру в собственность своей внучки ФИО1 еще при своей жизни. Желая избежать в последующем дополнительных хлопот для своей внучки ФИО1 по вступлению в наследство, истец выбрала дарение более предпочтительным способом вместо оформления завещания на квартиру.

ФИО1 на тот момент состояла в зарегистрированном браке с ФИО4, который узнав о намерении истца - <данные изъяты> своей <данные изъяты>, подарить ФИО1 квартиру, предложил оформить дарение не на ФИО1, а на него самого, мотивировав это тем, что родители ФИО1 на тот момент времени проходили процедуру банкротства, что по утверждениям ФИО4 может создать риск предъявления имущественных претензий и к <данные изъяты> банкротов — ФИО1 Оформление же квартиры на ФИО4 по его утверждению любые риски исключает, так как он в родстве с родителями <данные изъяты> не состоит, а поскольку квартира будет нажита в его совместном с ФИО1 браке, то она хоть и не будет являться собственником, в силу закона также приобретает имущественные права на квартиру.

Поскольку ответчик ФИО4 обладал высшим юридическим образованием, и имел многолетний рабочий стаж государственного служащего по своей профессии, пользовался абсолютным доверием и авторитетом как у его супруги ФИО1 так и ее родственников, его утверждения ни у кого не вызвали сомнений, вследствие чего ФИО2‚ ФИО1 и Б. согласились с предложением ответчика ФИО4 оформить спорную квартиру лишь для вида на него, без намерения создать последствия наступления у ответчика прав распоряжения и владения квартирой в действительности, находясь в полной уверенности что не владеющим бенефициаром квартиры будет являться ФИО1, сохраняя за собой полный контроль за квартирой.

Поскольку истец ФИО2 после перенесенного инсульта находилась в состоянии почти полного паралича и не могла осуществить явку в Росреестр для совершения регистрационных действий в отношении квартиры, ответчик ФИО4 предложил оформить нотариально удостоверенную доверенность на <данные изъяты> истца - ФИО8, на основании которой будет подписан договор дарения с правом подачи документов на государственную регистрацию сделки в Управление Росреестра. В дальнейшем ФИО8 согласился выступить подписантом по договору дарения, поскольку ФИО4 удалось убедить ФИО8, что квартира будет причитаться его <данные изъяты> ФИО1

Ответчик ФИО4 по его инициативе взял на себя все организационные вопросы по подготовке сделки, организовал выезд на дом к истцу знакомого нотариуса, которая хоть и не обслуживала территорию, на которой проживает истец, оказала все необходимое содействие в оформлении 03.08.2021 года доверенности для проведения сделки, и нотариально удостоверила 10.08.2021 года договор дарения квартиры по безвозмездному отчуждению принадлежащей истцу квартиры к ответчику ФИО4, государственная регистрация сделки была произведена 11.08.2021 года, уже на следующий день после подписания договора дарения.

После перехода права собственности на квартиру, во владение ответчика квартира не переходила, комплект ключей и доступ в неё сохранялись только у ФИО1‚ расходы на содержание квартиры ответчик не нёс, лицевые счета остались оформлены на ФИО2‚ ответчик оформил нотариальную доверенность на ФИО1 на управление и распоряжение квартирой.

В последующем, спустя несколько месяцев после совершения сделки со спорной квартирой, ответчик ФИО4 подал в суд иск о расторжении брака с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ решением мирового судьи судебного участка № 101 Центрального района г, Сочи, брак между ФИО4 и ФИО1 был расторгнут.

Истец ФИО1 продолжала осуществлять владение квартирой, оплачивала коммунальные и иные платежи до февраля 2023 года.

В последствии, в марте 2023 года ответчик ФИО4 истребовал от истца ФИО1 ключи, и произвел смену замков в спорной квартире, лишив в неё доступа бывшую <данные изъяты>, объявив, что спорная квартира его единоличная собственность, поскольку хоть и нажита в совместном браке, но поскольку получена им безвозмездно в дар, никаких прав у бывшей <данные изъяты> на квартиру нет, он оставляет квартиру целиком за собой.

В последующем ФИО4 подал иск в Центральный районный суд г. Сочи, с требованиями о разделе совместно нажитого в браке имущества, заявив правопритязания на 1/2 доли в другой квартире принадлежащей на праве собственности бывшей <данные изъяты>, и взыскании с неё денежных средств на выплату кредитов полученные ответчиком в банках в период брака.

Все обращения со стороны истца, и бывшей супруги мировым путем урегулировать возникший имущественный спор и устранить нарушения прав ответчика, были безрезультатны.

Помимо того, учитывая, что истец ФИО2 имела на момент совершения недействительной сделки когнитивные нарушения вследствие состояния её здоровья и перенесенных заболеваний, это так же отвечает признакам недействительности в силу п.1 ст. 177 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как следуют их медицинских документов относительно здоровья истца ФИО2 относящихся к юридически значимому периоду времени, вследствие перенесенных заболеваний ей был поставлен диагноз «Лёгкое когнитивное расстройство» и что у неё «критика формальная», что свидетельствует о том, что истец находилась в состоянии препятствующем ей осознавать в полной мере суть совершаемых действий, в совокупности с нахождением в состоянии заблуждения от обмана ответчика.

Истец ФИО2, ответчик ФИО4, третьи лица ФИО8 и ФИО7, будучи надлежаще извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, не представили доказательства уважительности причин неявки, не просили отложить судебное заседание, в связи с чем, на основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Истец ФИО2 и ответчик ФИО4 воспользовались своим правом вести свои дела в суде через представителей.

Представитель истцов ФИО1 и ФИО2 – ФИО3, истец ФИО1 в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования, просили удовлетворить иск.

Истец ФИО1 пояснила, что ответчик ФИО4 являясь на момент совершения сделки сотрудником прокуратуры, не вправе был принимать дорогостоящие подарки от третьих лиц, в том числе, ФИО2

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 просил отказать в удовлетворении исковых требований ввиду, недоказанности обстоятельств, на которые ссылается сторона, и их фактического несоответствия реальному положению дел.

В судебном заседании, а также в представленных им письменных возражениях, приобщенных к материалам гражданского дела, ФИО5 указал, что отчуждение квартиры путем заключения договора дарения сопровождалось неоднократным нотариальным удостоверением различных действий. Добросовестность нотариуса предполагается, сторонами обратного не доказано. В частности, ФИО2 дана доверенность своему <данные изъяты> ФИО8 именно на дарение квартиры, принадлежность которой оспаривается истцами, последствия дачи доверенности дарителю нотариусом разъяснялись, волеизъявление устанавливалось. При этом, волеизъявление ФИО2 на совершение именно указанной сделки подтверждается подписью ее <данные изъяты> ФИО9 в доверенности. Вопреки доводам истцов ФИО8 дано согласие на совершение дарения квартиры в пользу ФИО4

Обратил внимание суда, что утверждения, приведенные в исковом заявлении, о наличии у ФИО2 состояния, препятствующего осознавать собственные действия, противоречит доводам самого искового заявления, согласно которым намерения истца на отчуждение квартиры в пользу ФИО4 утверждается осознанным, ФИО2 «решила передать квартиру», а также «истец выбрала дарение более предпочтительным способом вместо оформления завещания на квартиру». Кроме того, отсутствие такового болезненного состояния подтверждается действиями ее <данные изъяты> Б.. по проставлению подписи в доверенности, а также согласием ее <данные изъяты> ФИО2

При этом ФИО9 и ФИО8 не имели когнитивных расстройств, обратного стороной не указывается и не доказано, вследствие которых они не могли осознавать значения своих действий, а также явно не имели намерений воспользоваться якобы наличием болезненного состояния ФИО2, будучи при этом кровными родственниками ФИО1, заведомо не заинтересованными нарушением ее прав в пользу ФИО4

Кроме того, несмотря на то, что в материалы дела действительно представлены документы о заболеваниях ФИО2, истцами не представлено документов, свидетельствующих о наличии у ФИО2 состояния, препятствующего осознавать собственные действия на момент совершения юридически значимых действий.

Поставил под сомнение вопрос о том, что заявленный иск согласован с ФИО2, подписан ею, так как она еще в 2021 году не имела возможности расписываться лично, а подпись ФИО2 в паспорте не соответствует подписи в исковом заявлении (иск подписан написанием фамилии).

Утверждение о том, что ФИО2 желала подарить квартиру именно ФИО1, по мнению представителя ответчика, полностью опровергается текстом искового заявления, а именно «поскольку квартира будет нажита в его совместном с ФИО1 браке, то она хоть и не будет являться собственником, в силу закона также приобретает имущественные права на квартиру». То есть согласно данного утверждения ФИО2 вообще желала подарить квартиру не ФИО1, либо ФИО4, а им обоим, включив в совместное имущество супругов.

Версию о полной юридической безграмотности, введении истцов в заблуждение ответчиком и ложных опасениях относительно претензий к ФИО1 в рамках дела о банкротстве подверг критике, сообщив, что мать ФИО1 – Б. с 2019 года инициировала процедуру собственного банкротства. При этом, в отношении <данные изъяты> Б. и, соответственно, отца ФИО1 – Б. рассматривалось дело о банкротстве с 2018 года, процедура реализации имущества проводилась с 2019 года (Арбитражный суд Омской области дело №), а 21.09.2021 года ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника удовлетворено судом. Таким образом, на момент дарения ФИО2 квартиры ответчику Б. и Б. достоверно знали о том, что ФИО1 никто в рамках дела №№ ни в каком качестве не привлекал, сведения о ее имуществе не запрашивал.

Утверждения о том, что квартира приобреталась для ФИО1, полностью опровергается материалами дела, поскольку ничего не препятствовало заключить договор участия в долевом строительстве 26.03.2018 года непосредственно на имя ФИО1, не создавая сложных схем по оформлению на ФИО2 с последующим отчуждением.

Признанная общим имуществом супругов на основании определения Краснодарского краевого суда от 03.06.2024 по делу № квартира также была приобретена на основании договора долевого строительства с ООО «Метрополис» 12.05. 2017, по утверждению ФИО1 также за счет средств ее близких родственников для нее лично. Однако, она не может пояснить, почему уже через год договор долевого участия с тем же застройщиком за счет также ее близких родственников, также в ее интересах заключен на имя ФИО2

Софинансирование приобретения квартиры ФИО9 вызывает сомнения, ввиду отсутствия таковой возможности у последней. Так, решением о признании банкротом от 03.02.2020 по делу №, ФИО9 заявлена кредиторская задолженность в размере 42 901 476 рублей 56 коп., которую она не способна погасить.

Таким образом, на момент заключения договора участия в долевом строительстве 26.03.2018 года, ФИО37 даже не имела возможности обслуживать собственную просроченную задолженность по кредитам, не говоря о крупных покупках в виде недвижимости.

Ранее судом рассматривался иск ФИО4 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества, при этом 03.06.2024 Краснодарским краевым судом по делу № вынесено апелляционное определение, которым дана оценка имущественному положению Б. Согласно выводам суда, уже на 12.05.2017 года Б. являлся неплатежеспособным. (лист 7, абз. 2).

Само по себе утверждение, о том, что желание ФИО2 подарить именно ФИО4 квартиру, а не ФИО1 только лишь с целью избежать риска утраты ее ФИО1 при предъявлении имущественных требований в процедуре банкротства, не является достаточным основанием для признания сделки недействительной так как не свидетельствует о том или ином пороке сделки. Касательно же цели сделки, они могут быть любыми, не противоречащими закону.

В целом полагает, что оспаривание сделки обусловлено исключительно тем, что 03.06.2024 года Краснодарским краевым судом по делу № вынесено апелляционное определение, на основании которого прекращено право собственности ФИО1 на другой объект недвижимого имущества и признано право на ? долю ФИО1 и ФИО4, что лишает ее права извлекать прибыль от сдачи указанной квартиры в аренду.

Однако, в ходе рассмотрения иска ФИО4 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества последняя признавала в собственных письменных пояснениях факт дарения ФИО2 в пользу ФИО4 квартиры, чем обосновывала якобы значительные финансовые возможности своих близких родственников, которые способны «одаривать крупными материальными ценностями» ФИО4

Выслушав вышеуказанных лиц, исследовав в совокупности материалы дела, медицинскую документацию, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно п. 1 ст. 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

В силу п. 1 ст. 185.1 ГК РФ доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из материалов дела, истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась собственником объекта недвижимости — квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу <адрес>, общей площадью 20,1 кв.м., приобретённой на основании договора участия в долевом строительстве от 26.03.2018 года, заключённым с застройщиком ООО «Метрополис» №. Право собственности за истцом на указанную квартиру было зарегистрировано Управлением Росреестра по Краснодарскому краю 08.06.2020 года.

В целях реализации своего права на отчуждение вышеуказанной квартиры, 03.08.2021 года ФИО2 оформила доверенность своему <данные изъяты> ФИО8 для совершения дарения <данные изъяты> своей <данные изъяты> ФИО1 – ФИО4 принадлежащей ей спорной квартиры. Доверенность, ввиду болезни ФИО2, по ее просьбе в присутствии нотариуса подписана ее <данные изъяты> ФИО39 и удостоверена Ф. нотариусом Сочинского нотариального округа. Доверенность выдана на три года, с запретом на передоверие полномочий по настоящей доверенности другим лицам. Смысл и значение доверенности, ее юридические последствия, а также содержание ст.ст. 185-189 ГК РФ ей разъяснены и соответствуют ее намерениям. Содержание настоящей доверенности прочитано ею лично и зачитано ей вслух. Условия сделки соответствуют ее действительным намерениям. Кроме того, нотариусом в доверенности указано, что содержание доверенности соответствует волеизъявлению заявителя, доверенность подписана в ее присутствии. Личность заявителя установлена, дееспособность проверена (т.1 л.д.41).

Согласно со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях.

На основании п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Предусмотрена письменная форма договора дарения объекта недвижимости. Согласно ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п.1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из материалов гражданского дела следует, что 10.08.2021 года между ФИО2 (в лице ее представителя по доверенности ФИО8), выступающей в качестве дарителя, и ФИО4, выступающий в качестве одаряемого, был заключен нотариальный договор дарения квартиры, согласно которому ФИО2, от имени которой действует ФИО8, подарила ФИО4 принадлежащую ей на праве собственности квартиру, назначение: жилое, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 20,1 кв метров, этаж 5, кадастровый номер №. Согласно п. 6 указанного договора дарения от 10.08.2021 ФИО2, от имени которой действует ФИО8, гарантирует, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.

В соответствии с условиями договора дарения квартиры от 10.08.2021г. (т.1 л.д. 39-40), нотариально удостоверенное согласие супруга ФИО8 имеется. Право собственности на указанную квартиру возникает у ФИО4 с момента регистрации перехода права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество. Участники сделки понимали разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки. Условия сделки соответствуют их действительным намерениям.

Настоящий договор удостоверен нотариусом Сочинского нотариального округа ФИО38 содержание договора соответствует волеизъявлению заявителей. Полномочия представителя дарителя и принадлежность имущества нотариусом проверены. Договор дарения квартиры зарегистрирован в реестре: №.

Таким образом, между сторонами договора дарения достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, форма договора соблюдена; при его заключении нотариусом проверена дееспособность истца, ответчика, их действительное волеизъявление на заключение сделки, разъяснены последствия заключения договора дарения, перед подписанием, условия договора зачитаны вслух, какие-либо замечания и заявления по поводу существенных условий не поступило; договор далее не аннулирован, не расторгнут, переход права собственности состоялся, право собственности за ФИО4 зарегистрирован в ЕГРН, тем самым в соответствии с условиями договора он был исполнен, передача дара состоялась.

В силу ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом; зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином. Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии со ст. 219 ГК РФ право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Основания приобретения права собственности перечислены в ст. 218 ГК РФ.

Право собственности на вышеуказанную квартиру в ЕГРН было зарегистрировано за ФИО4 11.08.2021 на основании договора дарения квартиры от 10.08.2021. Документ нотариально удостоверен 10.08.2021 нотариусом Ф..

В рамках рассмотрения спора установлено и не оспаривалось сторонами, что истец (даритель) ФИО2 являлась <данные изъяты> истца ФИО1 и <данные изъяты> Б. расписавшейся в нотариальной доверенности от 03.08.2021. ФИО8, действующий от имени ФИО2 при заключении договора дарения квартиры, являлся <данные изъяты> ФИО2 и <данные изъяты> истца ФИО1 Ответчик <данные изъяты>) ФИО4 являлся <данные изъяты> ФИО1

Из содержания искового заявления (т.1 л.д. 9-13), уточнений по иску (т.1 л.д.164-169), пояснений в судебном заседании истца ФИО1, следует, что ФИО2 было известно существо заключенного от ее имени договора, она желала осуществить дарение принадлежащей ей квартиры ФИО4, кроме того, с этим были согласны ФИО1, Б. и ФИО8, так как на тот момент были убеждены, что данная сделка с учетом процедуры банкротства ФИО41 наиболее предпочтительна и отвечает их интересам.

При этом заявляя о том, что ФИО2, а также ФИО1, Б. и ФИО8 пребывали в заблуждении относительно юридических последствий заключенной сделки под влиянием обмана ФИО4, доказательств этому сторонами не представлено, а данные утверждения опровергаются исследованными судом доказательствами, представленными сторонами. Ввиду чего, к соответствующим показаниям истцов суд относится критически. Сведений о нахождении указанных лиц в состоянии, не позволяющем осознавать последствия своих действий, они не сообщили, их также не установлено и при рассмотрении дела по существу.

Подпункт 2 пункта 1 ст. 188 ГК РФ устанавливает, что действие доверенности прекращается вследствие отмены доверенности лицом, выдавшим ее, или одним из лиц, выдавших доверенность совместно, при этом отмена доверенности совершается в той же форме, в которой была выдана доверенность, либо в нотариальной форме.

Доказательств того, что выданная ФИО2 своему супругу ФИО8 нотариальная доверенность от 03.08.2021 по реализации своего права на отчуждение квартиры, на момент заключения договоров дарения квартиры от 10.08.2021 отозвана доверителем, суду не представлено.

Поскольку бремя доказывания факта, что в момент оформления, в том числе нотариальной доверенности от 03.08.2021 истец ФИО2 не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, в силу ст. 56 ГПК РФ, возлагается именно на истца, однако, достоверных доказательств тому, что в момент заключения сделки (оформления доверенности) имелся порок воли, истец суду не представил.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Согласно абзаца 1 пункта 2 названной нормы требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

На основании ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с ч.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость; дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны).

В силу принципа диспозитивности, характерного для гражданского процесса, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ (Определение Конституционного Суда РФ от 21.03. 2013 г. № 398-О) наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ) стороны, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений в силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

На основании п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделанное в любой форме заявление о недействительности сделки и о применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Также истцами приведены утверждения, о том, что в момент сделки ФИО2 находилась в состоянии, препятствующем ей осознавать в полной мере суть совершаемых действий, в связи с чем заявлено ходатайство о проведении по делу комиссионной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Для проверки довода истцов о заключении договора дарения от 10.08.2021, в состоянии, когда ФИО2 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, по ходатайству истцов определением суда от 23.10.2024 была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, поручив ее проведение комиссии экспертов врачей из состава врачей психиатров государственного экспертного учреждения ГУЗ Специализированная клиническая психиатрическая больница №1 г. Краснодара. В распоряжение экспертов предоставлены материалы дела №, история болезни ФИО2, медицинская документация, ФИО2 обязана явкой в экспертное учреждение (т.1 л.д. 195-197).

В связи с неявкой ФИО2 к эксперту и поступившим в адрес суда ходатайством об определении порядка экспертизы, а именно, ее проведении по месту жительства ФИО2, судом в адрес экспертного учреждения направлен запрос о возвращении материалов гражданского дела. (т.1 л.д. 219).

В частности, невозможность явки истца очно обусловлена ФИО1 наличием у ФИО2 инвалидности 1 группы и использованием для передвижения инвалидной коляски.

С учетом мнения сторон, в том числе и истцов, которые не настаивали на выездной экспертизе, 26.03.2025г. судом назначена заочная судебная комиссионная психиатрическая экспертиза, ее проведение поручено комиссии экспертов врачей из состава врачей психиатров государственного экспертного учреждения ГУЗ Специализированная клиническая психиатрическая больница №1 г. Краснодара, В распоряжение экспертов предоставлены материалы дела №, история болезни ФИО2, медицинская документация (т.1 л.д. 234-235)

07.07.2025г. экспертным учреждением в адрес суда направлен запрос о предоставлении в распоряжение экспертов дополнительной медицинской документации, а именно, истории болезни на ФИО2 из ГБУЗ «ГБ №4 г. Сочи» МЗ КК и сведений об обращении ФИО2 в государственные и частные медицинские организации за медицинской помощью в период времени с января 2021года по январь 2022 года (т.1 л.д. 239).

В соответствии с ответом ГБУЗ «ГБ №4 г. Сочи» МЗ КК исх. № от 25.09.2025г. о предоставлении медицинской документации, в медицинском учреждении отсутствует истребуемая история болезни, так как ввиду непригодности к дальнейшему использованию она была уничтожена с приложением акта от 06.12.2022г., из содержания которого следует, что в связи с порывом трубопровода горячего водоснабжения 25.11.2022г. произошло затопление помещения архива медицинского учреждения, вследствие чего, пришла в негодность к использованию и выделена к уничтожению медицинская документация, в том числе, медицинские карты стационарного больного за период с 01.01.2021г. по 31.12.2021г. в количестве 94 520 шт., среди которых и медицинская документация ФИО2

Комиссией экспертов, в связи с отсутствием представленной медицинской документации о психическом состоянии ФИО2 на период юридически значимой даты, представлено сообщение о невозможности дать заключение от 27.08.2025 №.

Одновременно с тем, экспертами по результатам исследования имеющейся в их распоряжении медицинской документации выявлено, что 18.07.2021 ФИО2 доставлена в ПО ГБ № 4 г. Сочи, осмотрена дежурным неврологом, выполнено КТ головного мозга, ОГК, по результатам нейровизуализации, госпитализирована в НО ПСО по экстренным показаниям. Данные объективного исследования - состояние при поступлении: общее состояние больной средней тяжести, обусловлено неврологически дефицитом; неврологический и психический статус: уровень сознания – ясное (ШКГ – 15 баллов), вербальному контакту доступна, на вопросы отвечает по существу, инструкции по осмотру выполняет, ориентирована полностью, критика сохранена.

Кроме того, эксперты указывают, что ФИО2 перенесла травму, находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении ГБКЗ ГБ № 4 г. Сочи с 03.12.2021 по 13.12.2021 с диагнозом: закрытый чрезвертельный перелом правой бедренной кости со смещением отломков.

Помимо прочего, из врачебного заключения от 15.04.2022 ГБУЗ «Психоневрологический диспансер N? 3» Министерства здравоохранения Краснодарского края следует, что ФИО2 осмотрена врачом - психиатром. Жалобы на головные боли, головокружение, слабость, утомляемость, метеозависимость. Психический статус: контакту доступна, ориентирована верно во всех видах. Визуальный контакт поддерживает. В месте и собственной личности и во времени ориентирована верно. Речь по существу, мышление с элементами инертности, несколько замедленное. Интеллектуально-мнестические функции снижены незначительно. Эмоционально и в поведении спокойна на момент осмотра. Навыки гигиены самостоятельно, сон не нарушен. На момент осмотра обманов восприятия и бредовых идей нет, ауто-агрессивных тенденций не отмечается. Критика формальная. Физиологические отправления контролирует. Себя обслуживает с посторонней помощью. Самостоятельно не передвигается. Поставлен диагноз «Легкое когнитивное расстройство в «F06.7», рекомендовано наблюдение и лечение у невролога по м.ж., продолжить поддерживающую терапию у невролога.

Согласно справке от 18.05.2022 г. Бюро N? 43 — филиала ФКУ «ГБ Медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю», ФИО2.. <данные изъяты> на основании акта освидетельствования в ФГУ МСЭ от 11.05.2022 г. установлена инвалидность второй группы, причина инвалидности - общее заболевание.

По итогу исследования представленной медицинской документации комиссия экспертов пришла к заключению, что ФИО2 накануне юридически значимой даты 10.08.2021 перенесла ОНМК в июле 2021 года, находилась в неврологическом отделении с 18.07.2021 по 28.07.2021, наблюдалась неврологом с диагнозом: «Последствия перенесенного 17.07.2021 Ишемического атеротромботического инсульта в ЛБК с форсированием инфаркта в лобноостровковой области слева в виде умеренной дизартрии, правосторонних плегии 0 баллов в руке, умеренного 3 балла в ноге, дисциркуляторная энцефалопатия 2 степени смешанного генеза с когнитивными нарушениями, выраженными венстибуло- атактическими нарушениями, получала соответствующее лечение. В последующем обращалась к психиатрам, в материалах дела имеется врачебное заключение от 15.04.2022г., установлен диагноз: «Легкое когнитивное расстройство F06.7».

На период юридически значимой даты психическое состояние ФИО2 не описывалось, в материалах дела не представлено медицинской документации, ходатайство с просьбой приобщить медицинскую документацию на интересующий период не исполнено. Таким образом, ответить на поставленные вопросы не представляется возможным.

Согласно сведениям выписного эпикриза из истории болезни пациентки № от 28.07.2021 ФИО2 с 18.07.2021 по 28.07.2021 находилась на стационарном лечении в Неврологическом отделении № 1 ГБУЗ «Городская больница № 4 г. Сочи» МЗ КК, проведено лечение. В рекомендациях указано: наблюдение невролога, участкового терапевта, кардиолога, эндокринолога по м/ж, соблюдение диеты № полноценное витаминизированное частое дробное питание с соблюдением условий калорийности, адекватное потребление жидкости, лечение положением в постели, ЛФК, массаж паретичных конечностей, ФТЛ, ИРТ, профилактика пролежней в типичных местах образования контрактур суставов паретичных конечностей, тромбозов вен, гипостатических осложнений, продолжить расширение двигательного режима. Оптимизация веса, контроль АД, ЧОС по м/ж 2 раза в день, избегать длительного пребывания на солнце, ТС МАГ, ЭХО-КГ ежегодно, контроль гликемии в динамике, гликированный гемоглобин амбулаторно (т.1 л.д.183-186).

Оценивая доказательства, которыми суд располагает для разрешения требований иска о признании договора дарения недействительным по основаниям ч.1 ст. 177, ч. 1 ст. 178, ч. 2 ст. 179 ГК РФ, суд в соответствии со ст. 67 ГПК РФ дает им оценку в их взаимной связи и совокупности и полагает, что оснований для удовлетворения требований не имеется.

В силу ст.ст. 12, 56 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 55 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключении экспертов.

Согласно ч.1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде.

Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Несмотря на то, что комиссии экспертов представлена вся имеющаяся медицинская документация о психическом состоянии ФИО2, истребована по ходатайству истцов и запросу экспертного учреждения дополнительная медицинская документация, комиссией экспертов представлено сообщение о невозможности дать заключение в связи с отсутствием представленной медицинской документации о психическом состоянии ФИО2 на период юридически значимой даты. Таким образом, суд полагает утверждение истцов о наличии состояния, когда ФИО2 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, недоказанным.

Однако, суд учитывает то обстоятельство, что накануне юридически значимой даты 10.08.2021 истец ФИО2 перенесла ОНМК в июле 2021 года, находилась в неврологическом отделении с 18.07.2021 по 28.07.2021, наблюдалась неврологом. Вместе с тем, с достоверностью не свидетельствует о том, что на момент оформления нотариальной доверенности от 03.08.2021 и заключения ее <данные изъяты> ФИО8, действовавшим от имени дарителя ФИО2, договора дарения квартиры от 10.08.2021 ФИО2 не могла понимать значение своих действий.

Таким образом, доводы стороны истцов о подписании договора дарения под влиянием заблуждения, в состоянии, когда ФИО2 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, надлежащими, допустимыми доказательствами не подтвержден, наоборот опровергается: справкой из ГБУЗ «Психоневрологический диспансер № 3» МЗ КК от 24.01.2025 согласно которой ФИО2 под диспансерным наблюдением у врача психиатра в данном учреждении не наблюдается, в реестре обращавшихся за психиатрической помощью не значится (т.1 л.д.207), нотариальной доверенностью от 03.08.2021; договором дарения квартиры от 10.08.2021; представленной медицинской документацией ФИО2, в которых не зафиксировано у нее наличие психического заболевания, психических отклонений на момент юридически значимой даты 10.08.2021. При отсутствии надлежащих, допустимых доказательств действует презумпция психической полноценности дееспособного лица.

В соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценивая сообщение о невозможности дать заключение от 27.08.2025г. № в совокупности с имеющейся в материалах гражданского дела медицинской документацией, полагает, что утверждение истцов о наличии состояния, когда ФИО2 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не получило своего подтверждения ввиду того, что у суда не имеется доказательств наличия какого-либо психического расстройства у ФИО2 на дату совершения оспариваемой сделки.

Оценивая доводы ФИО1 о незаконности получения в дар квартиры ФИО4 ввиду того, что на дату заключения сделки он являлся государственным служащим, суд приходит к выводу о том, что они основаны на неверном толковании закона.

В соответствии с положениями ст. 575 ГК РФ, не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности, государственным служащим, муниципальным служащим, служащим Банка России в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей.

Однако, истцом не указана связь оспариваемой сделки с должностным положением ФИО4 или исполнением им служебных обязанностей. В связи с тем, что запрещено не каждое дарение государственным служащим, а лишь в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей, данный довод истца суд полагает несостоятельным. Напротив, и сам текст искового заявления, и характер родства сторон на момент совершения оспариваемой сделки, свидетельствуют о наличии в тот период между сторонами доверительных отношений, и в своей совокупности данные обстоятельства явно указывают на неслужебный характер этих отношений, не связывают их с его деятельностью.

Как указано выше, в соответствии с положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Суд отмечает, что юридически значимыми обстоятельствами для признания договора дарения недействительной по основаниям ст. 177 ГК РФ являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны в момент заключения договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, способность понимать значение своих действий или руководить ими. Между тем, сторона истца не представила доказательств, бесспорно свидетельствующих, что безвозмездное отчуждение принадлежавшего ФИО2 имущества, произошло при причине не понимания ею значения своих действий и она не могла руководствоваться ими.

Отказывая в признании договора дарения недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, и руководствуясь данными нормами права, суд исходит из того, что истцами в нарушение ст. 56 ГПК РФ не было представлено доказательств того, что даритель ФИО2 не мог понимать значения своих действий и руководить ими, вследствие стечения тяжелых обстоятельства (болезнь), напротив представленные доказательства свидетельствуют об обратном - даритель ФИО2 передала свои полномочия по отчуждению принадлежавшей ей квартиры своему <данные изъяты> ФИО8, путем оформления нотариальной доверенности, выразила волеизъявление подарить принадлежащую ей квартиру ФИО4 Распоряжение ФИО2 в отношении сделки дарения изложена подробно, доверенность составлена и удостоверена нотариусом, полностью прочитана нотариусом вслух и подписана рукоприкладчиком – ею <данные изъяты> <данные изъяты> Воля доверителя была направлена именно на отчуждение своей квартиры по договору дарения ответчику ФИО4, в связи с чем, у суда не имеется оснований для признания сделки дарения по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК РФ, недействительной. Помимо прочего, суд принимает во внимание то обстоятельство, что участники оспариваемой сделки со стороны дарителя являлись ее близкими родственниками <данные изъяты>), которые в том числе выразили свое волеизъявление путем совершения вышеуказанных процессуальных действий. Доказательств того, что ответчик ФИО4 мог злоупотребить своим доверием перед ФИО2, ФИО8 и Б. убедить ФИО8, как лицо, действовавшее от имени дарителя ФИО2, на заключение договора дарения квартиры 10.08.2021, а равно сведений об их ограниченной недееспособности или недееспособности, суду не представлено.

При рассмотрении спора судом не установлено, что при заключении оспариваемого договора дарения истец находилась в состоянии заблуждения, доказательств обратного в деле не имеется. Бремя доказывания факта заблуждения относительно природы совершаемой сделки лежит на истце, однако надлежащих доказательств в обоснование своих доводов стороной истца, помимо ссылок на возраст, плохого состояния здоровья дарителя, суду не представлено. Само по себе достижение возраста и наличие заболеваний, однозначно не свидетельствует об отсутствии осознания их смысла и последствий.

Как следует из материалов дела, спорную квартиру истица подарила супругу своей внучки, с момента заключения сделки до подачи настоящего иска прошло почти три года, ранее какие-либо требования или претензии в адрес ответчика, не заявлялись. Иного суду не представлено.

Указанные в исковом заявлении обстоятельства не нашли своего подтверждения, не свидетельствуют о недействительности договора дарения. В этой же связи не могут быть применены и последствия недействительности оспариваемой сделки.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, установив вышеизложенные обстоятельства, суд считает необоснованными доводы истца, приведенные в исковом заявлении, и приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для признания договора дарения спорной квартиры недействительным, применения последствий недействительности сделок, в связи с чем, отказывает в удовлетворении их исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении искового заявления ФИО2 и ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Хостинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, то есть с 14 октября 2025 года.

Судья Г.Д. Леошик

На момент опубликования решение не вступило в законную силу.

СОГЛАСОВАНО.СУДЬЯ