Гр. дело **

Поступило в суд **

**

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 июня 2025г. г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска

В составе:

Председательствующего судьи Еременко Д.А.

При секретаре Кравчук Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Банк ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, судебных расходов, по встречному исковому заявлению ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО) о признании договора недействительным, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец Банк ВТБ (ПАО) обратился в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору **. в размере 636 637 руб. 24 коп., судебных расходов в размере 17 733 руб. 00 коп.

В обоснование исковых требований указано, 17.11.2023г. между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор ** посредством использования системы дистанционного обслуживания «ВТБ - Онлайн» путем присоединения заемщика к условиям Правил кредитования и подписания индивидуальных условий кредитного договора простой электронной подписью.

Согласно условиям договора банк предоставил ФИО1 денежные средства в размере 612 077 руб. 00 коп. на срок до 18.11.2027г., заемщик обязался возвратить денежные средства и уплатить проценты за их пользование в размере 13,50% годовых.

Истец Банк ВТБ (ПАО) исполнил свои обязательства по кредитному договору от 17.11.2023г. путем зачисления на банковский счет заемщика денежных средств в размере 612 077 руб. 00 коп. Заемщик ФИО1 не выполняет свои обязательства по кредитному договору надлежащим образом, допускает неоднократные просрочки платежей по кредиту, в результате чего у нее образовалась задолженность.

В соответствии с п. 12 кредитного договора в случае неисполнения (несвоевременного исполнения) обязательств по полному или частичному возврата кредита и /или процентов по нему заемщик уплачивает неустойку (пени) в виде 0,1% процентов начисляемых за каждый день просрочки на сумму неисполненных обязательств, в размере, определенном договором по дату фактического исполнения указанных обязательств.

По состоянию на 06.12.2024г. общая сумма задолженности по кредитному договору (с учетом снижения суммы штрафных санкций) составляет 636 637 руб. 24 коп., из которых: 583 271 руб. 50 коп. – основной долг; 51 715 руб. 83 коп. – плановые проценты за пользование кредитом; 610 руб. 07 коп. – задолженность по пени; 1 039 руб. 84 коп. – задолженность по пени по просроченному долгу.

Поскольку заемщиком были допущены нарушения условий кредитного договора в части уплаты начисленных процентов и возврата основного долга, Банк потребовал от заемщика досрочно в полном объеме погасить кредит, уплатить причитающиеся проценты, о чем было направлено уведомление о досрочном истребовании задолженности. Однако до настоящего времени задолженность не погашена.

Для защиты своего нарушенного права истец вынужден был обратиться в суд, понес расходы на оплату государственной пошлины. На основании вышеизложенного истец просил суд об удовлетворении заявленных исковых требований, взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 17 733 руб. 00 коп.

В судебном заседании представитель истца требования иска поддержал в полном объеме, одновременно возражал против удовлетворения требований встречного иска. Полагал, что обстоятельства получения ФИО1 денежных средств от банка в полной мере подтверждаются письменными материалами. Не доказано по встречному иску какие именно обстоятельства и на каком моменте оформления кредита должны были свидетельствовать банку об обмане клиента. Банк, действуя добросовестно, не знал и не мог знать, что заемщик находилась под воздействием мошенников. Денежные средства получены лично через банкомат, ими в последующем она распорядилась по своему усмотрению, договор подписан также ею лично. Со стороны банка имело место блокировка операций, ответчик самостоятельно звонила в банк и просила дать возможность получить денежные средства. Требуется, в случае удовлетворения требований, возврат сторон в первоначальное положение. Полученная в рамках рассмотрения уголовного дела экспертиза в отношении ответчика (истца по встречному иску) не может быть признана допустимым доказательством. Действия не третьих лиц, ас самой ФИО1 привели к заключению кредитного договора. На основании вышеизложенного просил об удовлетворении требований банка и об отказе в удовлетворении требований ФИО1

Ответчик ФИО1 и представитель в судебном заседании требования иска Банк ВИБ (ПАО) не признали, поддержав требования встречного искового заявления, согласно которому просили признать недействительным кредитный договор от 17.11.2023г. как заключенный под влиянием существенного обмана и заблуждения, взыскать с банка в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп. (л.д. 41 - 43).

В обоснование возражений на первичный иск и доводов встречного иска указано, что данный договор заключен ею под воздействием обмана третьих лиц, которые не установлены, возбуждено уголовное дело. Заключая данную сделку, она находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий, находилась под влиянием обмана и заблуждения так называемых работников Центрального банка РФ и полиции. Указанные лица имели намерение завладеть ее денежными средствами, войдя к ней в доверие путем обмана и злоупотребления доверием, убедив ее, что это необходимо для сохранения ее имущества, поимки преступников. Таким образом, она не только заключила спорный договор, но передала мошенникам иные сбережения, хранящиеся в банке, оформила еще один кредитный договор и продала квартиру, также перечислив все деньги мошенникам. Указанными лицами давались четкие инструкции относительно того как нужно действовать и что говорить в банке на вопросы работников, для каких целей получался кредит и т.д. Они постоянно находились на телефонной связи, контролировали ее действия и руководили ими, настаивая на том, что никому нельзя рассказывать о происходящем, поскольку она сотрудничает с органами и должна соблюдать конфиденциальность. О происходящем она никому не рассказывала, до того момента пока не наступило время погашать кредиты и сын, заподозрив преступление, не отвел ее в полицию. В последующем ее сын выкупил жилое помещение. Все действия она совершала в состоянии того, что была в стрессе, поскольку длительно ухаживала за супругом, который требовал постоянного ухода после инсульта. Не оспаривала факта того, что подписала договор, получила денежные средства, звонила в банка с просьбой разблокировать счет и дать возможность снять денежные средства, но действовала по четким указаниям звонивших и представлявшихся сотрудниками полиции и Центрального банка. Ее состояние подтверждено выводами заключения экспертизы, полученной в рамках уголовного дела, согласно которой выявлены не только признаки подчиняемости и внушаемости, но и индивидуально-психологические особенности на фоне текущей временного психического расстройства в виде расстройства адаптации, что обусловило подъем ситуативной тревоги, повышенную внушаемость, ведомость и подчиняемость, привело к непродуктивной стратегии и т.д. Вследствие указанного она не могла понимать характер и значение совершаемых в отношении нее противоправных действий, не могла оказать сопротивления. Воли на получение денежных средств не было, денежными средствами она не воспользовалась, переведя их на подконтрольные счета мошенников. На основании вышеизложенного просили удовлетворить встречные требования, отказав в удовлетворении требований банка.

Допрошенные судебном заседании Свидетель №3 и Свидетель №1 пояснили в судебном заседании, что в органы полиции ФИО1 привел сын Свидетель №1 в январе 2024года. Она длительно более часа опрашивалась сотрудниками полиции, не шла на контакт и не желала рассказывать обстоятельств сделок, лишь позднее после тщательного исследования документов и разговоров, в ходе которых удалось получить сведения о совершении ею сделок по продаже квартиры и передаче мошенникам денежных средств от продажи таковой, личных накоплений и кредитных средств, она поняла, что в отношении нее совершено преступление и подала заявление. В ходе опроса поясняла, что ей звонили люди, представили сотрудниками полиции и Центрального банка, воздействовали на нее угрозами конфиденциальности информации, необходимостью оказания помощи следствию.

Исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, оснований не доверять которым у суда оснований нет, суд находит встречный иск ФИО1 подлежащим удовлетворению в полном объеме, а иск Банка не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с положениям ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; возмещения убытков; иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. В силу п. п. 1, 2 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, при этом условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В силу п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса. В соответствии с п. 3 ст. 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте. Согласно ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита. В силу положений ст. 820 ГК РФ, договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным. В силу ч. 1 ст. 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Согласно ч. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

Учитывая, что для возникновения обязательства по договору займа (кредита) требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату заемных средств либо безденежность такого займа.

Согласно ч. 2 ст. 6 Федеральный закон от 06.04.2011 N 63-ФЗ (ред. от 11.06.2021) "Об электронной подписи" информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи.

В силу положений ч. 14 ст. 7 ФЗ РФ от 21.12.2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно - телекоммуникационной сети "Интернет".

Физическим лицам предоставление займов может осуществляться с использованием дистанционных платежных технологий.

Договор и сопутствующие документы подписывались сторонами в электронном виде согласно п. 14 ст. 7 Федерального закона N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)". Вся информация, связанная с договором, предоставляется заемщикам путем обеспечения доступа в полном соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)".

Поскольку в настоящее время отсутствуют нормативные правовые акты, из которых следует признание равной юридической силы электронных документов, подписанных простой электронной подписью, и документов на бумажных носителях, подписанных собственноручной подписью их составителей, следовательно, в силу ст. 6 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" равная юридическая сила договоров в электронной форме может быть основана только на ранее заключенных между сторонами рамочных договорах, которые допускают такой порядок.

В соответствии со ст. 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Заявление, переданное заемщиком банку, является офертой, а открытие банком счета и перечисление на него денежных средств, указанных в заявлении истца, - акцептом.

Ст. 434 ГК РФ устанавливает общие положения о форме договора, согласно которой (ч. 2, ч.3) договор в письменной форме может быть заключен не только путем составления одного документа, подписанного сторонами, но и путем обмена документами при том условии, что при этом возможно достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Письменная форма договора также считается соблюденной, если письменное предложение одной стороны заключить договор принято другой стороной в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ.

В силу ч. 3 ст. 438 ГПК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. В соответствии со ст. 819 п.2 ГК РФ, к отношениям по кредитному договору применяются правила о договоре займа, если иное не вытекает из существа кредитного договора.

В силу ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение такой формы влечет недействительность кредитного договора: он считается ничтожным. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).

Пунктом 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ и сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

В силу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи определено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п. (подпункт 1); сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2); сторона заблуждается в отношении природы сделки (подпункт 3); сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой (подпункт 4); сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5).

При наличии указанных условий заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Согласно разъяснениям, данным Конституционным Судом Российской Федерации, статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения от 22 апреля 2014 г. N 751-О, 228 марта 2017 г. N 606-О, 8 февраля 2019 г. N 338-О, 31 мая 2022 г. N 1313-О и др.).

По смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (пункт 6 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является также выяснение вопроса о том, понимала ли истец сущность сделки на момент ее совершения или же воля истца была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 статьи 178 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм права лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в статьях 177, 178 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований недействительности сделки

Согласно статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Судом из письменных материалов дела установлено, что 17.11.2023г. между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор ** посредством использования системы дистанционного обслуживания «ВТБ - Онлайн» путем присоединения заемщика к условиям Правил кредитования и подписания индивидуальных условий кредитного договора простой электронной подписью.

Факт подписания электронной подписью ответчика кредитного договора подтверждается протоколом операций по выдаче кредита и не оспаривается (л.д. 12-15). ФИО1 обратилась в банк лично, посредством менеджера подала заявку на получение кредита и подписала договор электронной подписью.

Согласно условиям договора банк предоставил ФИО1 денежные средства в размере 612 077 руб. 00 коп. на срок до 18.11.2027г., заемщик обязался возвратить денежные средства и уплатить проценты за их пользование в размере 13,50% годовых (л.д. 8-10).

Обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО1 указывает что при подписании договора и распоряжении полученными по нему денежными средствами находилась под влиянием заблуждения, оказанным на нее неустановленными лицами, представлявшимися по телефону сотрудниками полиции и Центрального банка РФ. В течение длительного периода времени данные лица систематически осуществляли с ней телефонные разговоры посредством мессенджера, указывали, что некими лицами организован несанкционированный доступ к ее и членов ее семьи денежным средствам, которые необходимо перевести на безопасные счета, всю информацию необходимо держать в секрете, требуется соблюдение конфиденциальности, они угрожали возможным причинением вреда членам ее семьи вплоть до смертельного исхода. Находясь под таким воздействием, испугавшись, а также находясь в состоянии стресса от болезни ее супруга и постоянного ухода за ним, она не только оформила кредитные договоры, денежные средства по которым перевела звонившим, но и сняла все имевшиеся на счетах ее и ее супруга накопления, продала квартиру; все вырученные деньги также перевела на счета, указанные звонившими.

Из письменных материалов дела, пояснений ответчика, материалов уголовного дела и свидетельских показаний, которые не противоречат друг другу, следует, что имели место следующие фактические обстоятельства.

Из представленной расшифровки очередности совершения действий по оформлению оспариваемого кредитного договора (л/д/ 85) следует, что 16.11.2025г., т.е. за день до подписания оспариваемой сделки, ФИО1 обратилась в банк и получила со счета денежные средства в размере 1 173 000 рукб.00 коп., являвшиеся ее личными накоплениями; далее 17.11.2023г. обращение ФИО1 в офис Банка ВТБ (ПАО) имело место в 15 ч.09 мин. по московскому времени, что соответствовало 19 час. 09 мин. по местному времени, при обращении ФИО1 подала заявку на выдачу кредита.

В период с ****. Такая заявка была оформлена, одобрена банком, кредитный договор подписан обеими сторонами и денежные средства зачислены на счет, открытый на имя ФИО1

Согласно выписке по счету **. произведена выдача кредита в сумме 612 077 руб. 00коп., из которых были удержаны страховые премии на сумму 91 077 руб. 00 коп., 5 900 руб. 00 коп., 14 900 руб. 00 коп., далее имел место снятие денежных средств 17.11.2023г., 18.11.2023г. в суммах 350 000 руб. 00 коп., 150 000 руб. 00коп. (л.д. 47-48).

Из этой же расшифровки действий и выписки по счету, а также прослушанной аудиозаписи и пояснений участников процесса следует, что получение ФИО1 денежных средств имело место посредством обращения к банкомату расположенному в том же офисе, где и было произведено оформление кредита в 19ч. 33 мин.

Со стороны банка имела место блокировка действий по снятию наличных денежных средств, для отмены которой ФИО1 обратилась к сотруднику банка, та рекомендовала ей обратиться в службу поддержки, совместно, находясь возле банкомата, ФИО1 посредством телефонного звонка обратилась в службу поддержки с просьбой разблокировать счет для снятия наличных денежных средств. В ходе разговора оператор выяснил идентификационные данные, а также не находится ли ФИО1 под воздействием третьих лиц, не совершаются ли в отношении нее мошеннические действия, ФИО1 утвердительно ответила, что такие действия не совершаются. В 19ч. 37 мин. счет был разблокирован, ФИО1 предоставлена возможность получить денежные средства наличными.

Полученные кредитные денежные средства ФИО1 передала неустановленным лицам посредство внесения чрез банкоматы (л.д. 49-63).

13.01.2024г. ФИО1 обратилась в органы полиции, возбуждено уголовное дело по факту совершения в отношении нее мошеннических действий по ч. 4 ст. 159 УК РФ **, согласно фабуле преступления в период с 15.11.2023г. по 09.01.2024г. неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте с использованием обильной связи и сети Интернет, путем обмана под предлогом пресечения мошеннических действий по оформлению кредита, похитило денежные средства на общую сумму 8 650 000 руб. 0 коп., принадлежащие ФИО1 (л.д. 33).

В рамках расследования уголовного дела в отношении ФИО1 была проведена судебно – психиатрическая экспертиза, согласно заключению которой ** ФИО1 до начала 2023г. не страдала каким – либо психическим расстройством. В течение последнего года ФИО1 обнаруживает признаки временного психического расстройства в форме расстройства адаптации, которое развилось до совершения в отношении нее преступления. После совершения преступления произошло утяжеление симптоматики имевшегося временного психологического расстройства.

В ситуации исследуемого деяния состояние ФИО1 определялось ситуационно обусловленными индивидуально-психологическими особенностями на фоне текущего временного психического расстройства в виде расстройства адаптации, что обусловило подъем ситуативной тревоги, повышению внушаемости, ведомости и подчиняемости, снизило прогностические возможности в ситуации стресса, привело к использованию непродуктивных стратегий, основанных на эмоциональном состоянии. Состояние ФИО1 характеризовалось выраженным эмоциональным напряжением, частичным сужением восприятия с доминированием и фиксацией на значимых переживаниях (возможная потеря денежных средств), стремлением скорее разрешить сложившуюся ситуацию, концентрацией внимания на совершаемых в отношении нее противоправных действиях и привело в юридически значимый период времени к реализации пассивно-подчиняемого типа поведения, что заключается в снижении сопротивления, выполнении требований, подчиняемости, внушаемости, невозможности дать должную критическую оценку ситуации, следовательно, ФИО1 в период совершения в отношении нее преступления не могла понимать характер и значение совершаемых в отношении нее противоправных действий, то есть понимать направленность и смысловое содержание мошеннических действий в юридически значимой ситуации, прогнозировать последствия собственных поступков, в связи с чем она не могла оказывать сопротивление. В настоящее время ФИО1, с учетом индивидуально-психологических особенностей и психического состояния, способна ретроспективно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, может давать показания и принимать участие в процессуальных действиях по уголовному делу.

Суд принимает в качестве допустимого как доказательство, подтверждающее фактические обстоятельства дела, входящие в предмет доказывания, заключение экспертов, полученное в ходе расследования уголовного дела, исходя из высокого уровня компетентности экспертов в области поставленных вопросов (специальное образование, специализация, стаж работы по специальности), достаточность и качество материала, предоставленного в распоряжение экспертов для проведения исследования, логическую обоснованность хода и результатов экспертного исследования во взаимосвязи с выводами экспертов. В целом ответы на поставленные органом следствия вопросы относимы к предмету спора и описывают состояние ФИО1 в спорный период времени и в период подписания оспариваемого кредитного договора, что подлежит исследованию при определении наличия влияния заблуждения ФИО1 МН. в момент совершения сделки. Судом также учитывается, что данное заключение не расценивается судом как единственно верное и подлежащее принятию в качестве исключительного доказательство; все доказательства подлежат оценке в совокупности.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что непосредственно в течение нескольких дней и до 13.01.2024г. ФИО1, страдая временным психическим расстройством, находилась под влиянием заблуждения, в которое была введена третьими лицами, оказывающими на нее не только давление и выказывающими угрозы в отношении нее и членов ее семьи, но и выказывающими «предостережения» о возможном лишении имущества, которое было столь существенным, что она ( ФИО1), разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку (не заключила бы кредитный договор и в последующем не передала бы денежные средства третьим лицам, неизвестным ей), если бы знала о действительном положении дел. Такое заблуждение имело место в отношении природы сделки, поскольку ФИО1 не имела намерения на получение кредитных средств вследствие отсутствия необходимости и нуждаемости в таковых, в семье К-вых было на тот момент достаточное количество денежных средств, которые хранились на счетах в банках, а дорогостоящие покупки не планировались, обязательств перед третьими лицами не имелось, доказательств обратного не представлено. Полав заявку и заключив кредитный договор, получив наличные средства и распоряжаясь им посредством передачи в собственность третьих лиц, ФИО1 согласилась на сделку на явно невыгодных для себя условиях, полагая что защищает свои имущество тот посягательств третеьих лиц и оказывает помощь органам полиции, а также находясь под влиянием угрозы привлечения к уголовной ответственности за разглашение неких конфиденциальных сведений, связанных с существом сделки и проводимых оперативных мероприятий.

Об этом свидетельствуют обстоятельства, при которых была совершена оспариваемая сделка: обращение за получением кредита в вечернее время, скорость принятия решения на получение кредита и скорость принятия решения на снятие наличными в банкомате и перевод этих средств третьим лицам; в совокупности указанные обстоятельства указывают на то, что сделка ФИО1 заключалась в состоянии заблуждения и обмана при наличии индивидуально -психологических особенностей, с состоянии тревожности, повышенной внушаемости, ведомости и подчиненности. В результате совершения таких действий ФИО1 и ее супруг не только лишились денежных средств и единственного жилья, которые их сын вынужден был выкупить посредством получения кредита. Все ее действия были направлены на защиту ее имущества, она явно не смогла оценить поведение неустановленных лиц, оказываемое посредством е телефонных разговоров, добросовестно заблуждалась относительно действительной возможности защиты имущества таким способом (перевод денег на безопасные счета). То есть все указывает на отсутствие воли на заключение кредитного договора с целью получения кредита на временное пользование и понимание возмездности сделки. ФИО1, не распознал истинных намерений неустановленных лиц на причинение ей имущественного вреда, находясь в состоянии заблуждения и обмана действовала исключительно с целью сохранения имущества, принадлежащего ей на праве собственности. Истец ФИО1 является пенсионером. О заблуждении свидетельствует и длительность не обращения ФИО1 в органы следствия с заявлением о совершении в отношении нее преступления и то обстоятельство, что даже получив от действующих сотрудников полиции информацию о совершении преступления, она длительно не могла принять данного обстоятельства, утверждая, что находилась в сотрудничестве с органами следствия и не имеет права раскрывать информации, что также подтверждает ее состояние, установленное экспертами и восприятие ею сложившейся обстановки (заблуждение и обман)

Показания, данные ФИО1 в рамках уголовного дела, не противоречат показаниям, данным при рассмотрении настоящего гражданского дела, согласуются с письменным доказательствами, представленными в рамках настоящего гражданского дела.

Суд приходит к выводу о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 находилась во временном психологическом состоянии заблуждения в отношении природы сделки, со стороны лиц, связанных со сделкой, обстоятельств, из наличия которых она исходила, совершая сделку; это состояние заблуждения было обусловлено индивидуально-психологическими особенностями личности ФИО1 и влиянием обмана со стороны неустановленных третьих лиц, которые оказывали на неё управляющее манипулятивное психологическое воздействие в целях завладения денежными средствами, полученными в результате сделок, в том числе сделки, заключенной с БАНК ВТБ (ПАО). Результатом такого заблуждения являлось не только заключение оспариваемой сделки, но передача неустановленным лицам денежных средств, вырученных от продажи квартиры и хранившихся до этого на счетах, открытых в кредитных организациях, на имя истца. В результате такой передачи истец лишилась не только средств к существованию в виде накоплений, но и единственного, принадлежащего ей на праве собственности жилого помещения, что явно не соответствует целям которые может преследовать человек в пенсионном возрасте, имеющем единственны доход в виде выплаты пенсии. Совершение такой сделки, при условии введения ее в заблуждение относительно природы сделки третьими лицами, не соответствовали истинным намерениям и действительной воле вследствие ошибочного восприятия и оценки ситуации, обусловленных состоянием заблуждения. ФИО1, подписывая кредитный договор, не предполагала реальный характер отношений, так как находилась под влиянием третьих лиц и выполняла их поручения.

Банк же проявил при заключении сделки той степени заботливости и осмотрительности, которые должен был проявить, принимая решение о выдаче кредита ФИО1, должен был заметить порок воли заемщика и усомниться в том, что ФИО1 не желает заключить договор займа с присущими ему правовым и последствиями. Волеизъявление ФИО1 было сформировано под воздействием неустановленных лиц, представившихся сотрудниками органов и Центральногго Банка РФ, которые злоупотребляли ее доверием, убедили в необходимости заключить указанный договор для выявления лиц, посягающих на ее имущество, после чего имущество, в том числе все денежные средства, будут возвращены в ее собственность. При указанных обстоятельствах воля ФИО1 на получение кредита отсутствовала. Заблуждение ФИО1 было столь существенным, что она разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел : о совершении в отношении нее неустановленными лицами мошеннических действий – хищения имущества путем обмана. Совершая сделку, ** заблуждалась как в отношении обстоятельств, из наличия которых она с очевидностью исходила кредитора., так и в отношении последствий своих действий.

При этом, сотрудники банка, являясь представителями кредитной организации, являющейся профессиональным участником рынка кредитования, могли при проявлении большей степени заботливости и осмотрительности усомниться в реальных намерениях ФИО3 на получение кредита распорядиться имуществом, должны были исходить из скорости принятия решений ФИО1 на получение кредита и на распоряжение денежными средствами. При этом сотрудники банка формально подошли к проверки возможного совершения действий по заключению договора и снятию денежных средств в банкомате ФИО1, не придав должной оценке ее действия, предшествовавшие заключению договора кредитования (снятие за сутки до заключения кредитного договора денежных средств в размере 1 173 000 руб. 00 коп.). Появление ФИО1 в офисе банка в вечернее время без сопровождения, желание непосредственно после заключения кредита снять наличные средства. НЕ были установлены истинные цели кредитования, возможность совершения предполагаемых операций посредство перевода денежных средств, не была оценена скорость принятия решений клиентом преклонного возраста (с момента обращения в офис и до момента получения денег в банкомате прошло 30 минут). Блокировка операций фактически свелась к формальным вопросам общего характера, не направленных на установление истинной цели нуждаемости ФИО1 в наличных денежных средств при условии, что она имела значительную сумму денег на руках с предыдущих суток. Все это способствовало тому, что ФИО1 не располагала достаточным временем для осознания происходящего и получения помощи, исключило временной промежуток, в течение которого истец могла бы осознать реальность происходящего.

Учитывая установленные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что договор кредитный заключен истцом ФИО1 под воздействием влияния заблуждения со стороны третьих неустановленных лиц, является недействительной сделкой, исковые требования в данной части обоснованы и встречный иск подлежит удовлетворению. Удовлетворение встречного иска исключает возможность удовлетворения иска банка о взыскании суммы долга.

Каких –либо доказательств тому, что ФИО1 находилась в сговоре с третьими лицами и действовала исключительно с намерением причинить истцу Банк ВТБ (ПАО) вред, в материалы дела не представлено. Все иные доводы представителя банка не исключают возможности удовлетворения встречного иска.

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчика по встречному иску Банк ВТБ (ПАО) в пользу ФИО1 подлежит взысканию уплаченная государственная пошлина в размере 3 000 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Банк ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, судебных расходов, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Встречные требования ФИО1 удовлетворить, признав кредитный договор ** между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1, недействительным.

Взыскать с Банк ВТБ (ПАО) (ОГРН **) в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 3 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в мотивированной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Новосибирска.

Судья

Еременко Д.А.

Решение в мотивированной форме изготовлено 27.08.2025