Решение по делу № 2А-492/2023 от 11.07.2023 - о признании незаконным и отмене решения от <дата> № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Дело №а-492/2023

УИД 11RS0№-38

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ Р.Ф.

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе судьи Сурниной Т.А.,

при секретаре судебного заседания Габовой Е.А.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца ФИО2, представителя административного ответчика Межрайонной ИФНС России № по <адрес> ФИО3, представителя административного ответчика Управлению ФНС по <адрес> ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес>

11 июля 2023 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Межрайонной ИФНС России № по <адрес>, УФНС России по <адрес> о признании незаконным и отмене решения от <дата> № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Межрайонной ИФНС России № по <адрес> (далее также Инспекция), УФНС по <адрес> (далее также Управление) о признании незаконным и отмене решения от <дата> № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В обоснование иска указано, что по результатам камеральной налоговой проверки решением Межрайонной ИФНС России № по <адрес> <дата> №, оставленным без изменения решением УФНС по <адрес> №-А от <дата>, ФИО1 привлечена к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 119 и подп. 1 п. 1 ст. 122 Налогового кодекса РФ, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 4 056,25 руб., доначислен налог на доходы физических лиц в размере 129 800 руб. ФИО1 указывает, что налоговым органом при вынесении решения были допущены нарушения, влекущие отмену данного решения. Считает, что были проведены дополнительные мероприятия налогового контроля, связанные с получением дополнительных доказательств для принятия обжалуемого решения. Однако решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля не принималось, дополнение к акту налоговой проверки с приложением материалов, полученных в результате проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, не составлялось, в адрес налогоплательщика не направлялось. В связи с этим, у налогового органа отсутствовали правовые основания для получения и рассмотрения при вынесении обжалуемого решения дополнительных материалов, которые не были отражены в акте налоговой проверки. Также ввиду несоставления и ненаправления дополнения к акту налоговой проверки, содержащего, в том числе ссылки на новые доказательства, налоговым органом было нарушено право налогоплательщика на представление до рассмотрения материалов налоговой проверки возражений с учетом таких доказательств, о получении и рассмотрении которых налоговым органом истцу стало известно после получения оспариваемого решения. Административный истец указывает, что материалы были рассмотрены налоговым органом без извещения ее о месте и времени их рассмотрения. Также административный истец указывает, что право собственности на земельный участок по адресу: <адрес>, Корткеросский pайон, <адрес>, возникло у нее в период, когда она не имела статуса индивидуального предпринимателя и никакой предпринимательской деятельности не осуществляла. С выводами налогового органа, в том числе о неприменении в отношении дохода от продажи нежилого здания и земельного участка правил об освобождении его от налогообложения, она не согласна. Считает, что данные выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам и требованиям налогового законодательства. При указанных обстоятельствах, и с учетом того, что нежилое здание и земельный участок находились в собственности ФИО5 более 3-х лет, считает, что обязанность по представлению в налоговый орган налоговой декларации и уплате налога на доходы физических лиц в связи с продажей данного имущества у нее отсутствует.

Административный истец ФИО1, ее представитель ФИО2 в судебном заседании настаивали на удовлетворении требований по доводам иска. Также указали о допущенном при рассмотрении материалов процессуальном нарушении, выразившемся в вынесении налоговым органом <дата> двух решений – о продлении сроков рассмотрения материалов камеральной проверки и об отложении рассмотрения дела, а также несоставлении протокола рассмотрения дела от <дата>.

Представители административных ответчиков ФИО3, ФИО4 возражали удовлетворению административных исковых требований по доводам, изложенным в письменных отзывах на иск. Пояснили, что процедура рассмотрения материала камеральной проверки и привлечения административного истца к ответственности налоговым органом не нарушена.

Заслушав объяснения явившихся, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 1 Кодекса административного судопроизводства РФ суды в порядке, предусмотренном данным Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Статьей 218 Кодекса административного судопроизводства РФ предусмотрено, что гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

При этом право гражданина иметь в собственности имущество, приобретаемое по основаниям, указанным в ст. 218 Гражданского кодекса ФВ, не обусловлено наличием или отсутствием у гражданина статуса индивидуального предпринимателя. Имущество физического лица юридически не разграничено и не обособлено на имущество, используемое в предпринимательской деятельности и используемое в личных целях.

Согласно п. 1 ст. 38 Налогового кодекса РФ возникновение обязанности по уплате налога законодательство о налогах и сборах связывает с наличием у налогоплательщика объекта налогообложения.

Статья 41 Налогового кодекса РФ устанавливает, что под доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить. Такая выгода определяется в соответствии с гл. 23 и 25 Налогового кодекса РФ «Налог на доходы физических лиц» и «Налог на прибыль организаций».

В соответствии с п.1 ст. 207 Налогового кодекса РФ налогоплательщиками налога на доходы физических лиц (далее в настоящей главе - налогоплательщики) признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Из ст. 209 Налогового кодекса РФ следует, что объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками: от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации - для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации; от источников в Российской Федерации - для физических лиц, не являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации.

При определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со ст. 212 настоящего Кодекса ( ст. 210 Налогового кодекса РФ).

Пунктом 1.2 ст.88 Налогового кодекса РФ установлено, что в случае, если налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц в отношении доходов, полученных налогоплательщиком от продажи либо в результате дарения недвижимого имущества, не представлена в налоговый орган в установленный срок в соответствии с пп. 2 п. 1 и п. 3 ст. 228, п. 1 ст. 229 настоящего Кодекса, камеральная налоговая проверка проводится в соответствии с настоящей статьей на основе имеющихся у налоговых органов документов (информации) о таком налогоплательщике и об указанных доходах.

Согласно ст. 229 Налогового кодекса РФ налоговая декларация представляется налогоплательщиками, не позднее 30 апреля года, следующего за истекшим налоговым периодом.

На основании ст. 216 Налогового кодекса РФ по налогу на доходы физических лиц налоговым периодом признается календарный год.

Судом установлено, что ФИО1 в 2021 году реализовала нежилое здание (магазин) с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

Из материалов дела следует что, в связи с непредставлением административным истцом в установленный налоговым законодательством срок налоговой декларации по форме 3-НДФЛ налоговым органом, в соответствии с п. 1.2 ст. 88 Налогового кодекса РФ, на основе имеющихся документов (информации) о налогоплательщике и о полученных им доходах произведен расчет НДФЛ за 2021 год в отношении дохода, полученного от продажи имущества – нежилого здания (магазина) с кадастровым номером № и земельного участка, в общей сумме 1 000 000 руб. (800 000 руб. здание, 200 000 руб. земельный участок).

По выявленным в ходе камеральной налоговой проверки нарушениям в адрес ФИО1 направлено требование № от <дата> о предоставлении пояснений и (или) налоговой декларации. Требование получено ФИО1 <дата>.

В ответ на требование ФИО1 представлены пояснения от <дата>, в которых она выразила несогласие с предъявленным требованием.

По результатам проведенной камеральной налоговой проверки в отношении доходов за 2021 год, полученных от продажи объектов недвижимости ФИО1, составлен акт камеральной налоговой проверки от <дата> №, с извещением о времени и месте рассмотрения материалов проверки от <дата> № на <дата>, полученным ФИО1 лично <дата>.

В связи с предоставлением ФИО1 письменных возражений от <дата> Инспекцией было принято решение о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки № от <дата>. Рассмотрение материалов камеральной налоговой проверки назначено на <дата>.

По итогам рассмотрения акта и представленных налогоплательщиком в соответствии с п.6 ст. 100 Налогового кодекса РФ возражений, Инспекцией принято решение от <дата> № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым административному истцу предложено уплатить налог в размере 129 800 руб. Кроме того, она привлечена к налоговой ответственности по п. 1 ст. 119 и п. 1 ст. 122 Налогового кодекса РФ в виде штрафа в общем размере 4 056,25 руб. (с учетом уменьшения размера штрафа).

Не согласившись с решением от <дата>, ФИО1 обжаловала его в вышестоящий налоговый орган УФНС России по <адрес> в порядке ст. 137-139 Налогового кодекса РФ, решением от <дата> № жалоба ФИО1 Управлением оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением Инспекции от <дата> №, оставленным без изменения решением УФНС России по <адрес> от <дата> №, ФИО1 обралась в суд с рассматриваемым административным иском, разрешая который суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 209 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения для физически; лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации, признается доход полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации и (или) источников за пределами Российской Федерации.

Как следует из положений ст. 210 Налогового кодекса РФ, при определении налоговой базы НДФЛ учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 Кодекса.

Подпунктом 2 п. 1 ст. 228 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что исчисление и уплата налога производят физические лица исходя из сумм, полученных от продажи имущества, принадлежащего этим лицам на праве собственности, и имущественных прав, за исключением случаев, предусмотренных п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ.

Учитывая, что доход получен ФИО1 от продажи нежилого здания и земельного участка в 2021 году, налоговым органом, вопреки доводам административного истца, правомерно применены нормы налогового законодательства, действовавшие на дату продажи ею указанного недвижимого имущества.

В соответствии с п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ (в редакции, действующей на момент отчуждения налогоплательщиком недвижимого имущества) не подлежат налогообложению доходы, получаемые физическими лицами за соответствующий налоговый период: от продажи объектов недвижимого имущества, а также долей в указанном имуществе с учетом особенностей, установленных статьей 217.1 Кодекса; от продажи иного имущества, находившегося в собственности налогоплательщика три года и более.

Положения настоящего пункта не распространяются на доходы, получаемые физическими лицами от реализации ценных бумаг, а также на доходы, получаемые физическими лицами от продажи имущества (за исключением жилых домов, квартир комнат, включая приватизированные жилые помещения, садовых домов или доли (долей) в них, а также транспортных средств), непосредственно используемого в предпринимательской деятельности.

Таким образом, ограничения, установленные абз. 4 п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ, не применяются только к доходам от продажи жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилые помещения, садовых домов или доли (долей) в них, а также транспортных средств. При этом, доходы, получаемые физическими лицами от продажи недвижимого имущества, непосредственно используемого в предпринимательской деятельности (за исключением жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилые помещения, садовых домов или доли (долей) в них, а также транспортных средств), не подлежат освобождению от налогообложения вне зависимости от срока владения (абз. 4 п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ).

С учетом положений п. 2 ст. 7 Федерального закона № 425-ФЗ от <дата>, абз. 4 п.17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ в редакции Федерального закона № 425-ФЗ от <дата> применяется с <дата>.

При этом, ввиду отсутствия специальных условий применения положений абз. 4 п. 17.1 ст. 217 Налогового кодекса РФ в редакции Федерального закона № 425-ФЗ, такие положения применяются вне зависимости от даты приобретения продаваемого имущества.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 220 Налогового кодекса РФ при определении размера налоговой базы в соответствии с п. 3 ст. 210 Кодекса налогоплательщик имеет право на получение имущественного налогового вычета при продаже имущества, а также доли (долей) в нем, доли (ее части) в уставном капитале общества, при выходе из состава участников общества, при получении денежных средств, иного имущества (имущественных прав) акционером (участником, пайщиком) организации в случае ее ликвидации, при уменьшении номинальной стоимости доли в уставном капитале общества, при уступке прав требования по договору участия в долевом строительстве (по договору инвестирования долевого строительства или по другому договору, связанному с долевым строительством).

В силу положений пп. 1 п. 2 ст. 220 Налогового кодекса РФ имущественный налоговый вычет предоставляется в размере доходов, полученных налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи иного недвижимого имущества, находившегося в собственности налогоплательщика менее минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, установленного в соответствии со ст. 217.1 Кодекса, не превышающем в целом 250 000 руб.

Подпунктом 4 п. 2 ст. 220 Налогового кодекса РФ предусмотрено, если иное не предусмотрено пп. 2.1 или 2.2 п. 2 ст. 220 Кодекса, положения пп. 1 п. 1 ст. 220 Налогового кодекса РФ не применяются в отношении доходов, полученных от продажи недвижимого имущества и (или) транспортных средств, которые использовались в предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного, как верно указывает сторона административных ответчиков, определяющее значение для целей определения доходов, не подлежащих налогообложению, а также получения имущественного налогового вычета имеет характер использования имущества.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 № 1770-0 разъяснено, что вопрос о квалификации той или иной деятельности физических лиц в качестве предпринимательской разрешается правоприменительными органами на основании фактических обстоятельств конкретного дела.

В рассматриваемом случае, содержание правоотношений, возникающих при осуществлении деятельности физическим лицом, определяется не фактом наличия у лица статуса индивидуального предпринимателя, а самим характером правоотношений. Физические лица, которые ведут предпринимательскую деятельность, но не зарегистрированные в качестве предпринимателей, фактически приравниваются к таковым (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.12.2012 № 34-П).

Таким образом, действующее законодательство связывает необходимость исчисления налогов в соответствии с определенным режимом налогообложения не со статусом индивидуального предпринимателя, а непосредственно с осуществлением лицом предпринимательской деятельности, о наличии которой в действиях гражданина может свидетельствовать, в частности, приобретение имущества с целью последующего извлечения прибыли от его использования или реализации.

Сам по себе срок нахождения имущества в собственности налогоплательщика и факт прекращения физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя в данном случае не имеют правового значения по настоящему делу.

Судом установлено, что ФИО1 с <дата> по <дата> состояла на учете в Инспекции в качестве индивидуального предпринимателя в отношении вида деятельности «Розничная торговля в неспециализированных магазинах преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями», являлась плательщиком единого налога на вмененный доход (далее – ЕНВД) с <дата> по <дата>.

На основании сведений, представленных органами, осуществляющими государственный кадастровый учет и государственную регистрацию в порядке ст. 85 Налогового кодекса РФ, налоговым органом было установлено, что между ФИО1 и ФИО6 заключен договор купли-продажи от <дата>, согласно которому ФИО1 (Продавец) продала, а ФИО6 (Покупатель) купила нежилое здание, кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для обслуживания магазина товаров повседневного спроса, кадастровый №, адрес объекта: <адрес>.

Пунктом 2 договора установлено, что отчуждаемое здание принадлежит Продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи от <дата>. Право собственности зарегистрировано за номером № от <дата>.

Отчуждаемый земельный участок принадлежит Продавцу на праве собственности на основании постановления администрации муниципального района «Корткеросский» от <дата> № «О предоставлении земельного участка ФИО1 в собственность» и договора купли-продажи земельного участка от <дата>. Право собственности зарегистрировано за номером 11-11 -№-533 от <дата>.

Пунктом 3 договора установлено, что стороны оценили имущество в 1 000 000 руб., из них здание 800 000 руб., земельный участок 200 000 руб. Расчет за продажу здания и земельного участка между сторонами произошел полностью, до подписания договора.

Денежные средства в размере 1 000 000 руб. получены в полном объеме, что подтверждается распиской от <дата>.

В ходе рассмотрения дела, факт получения доходов ФИО1 не отрицался.

Нежилое здание (здание магазина Вита), с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, разрешенное использование «для обслуживания магазина товаров повседневного спроса» фактически приобретались ФИО1 по договору купли-продажи от <дата> для использования в предпринимательской деятельности (деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с <дата> по <дата>).

В здании магазина была установлена ККТ, модель ЭКР 2102Ф, 1998 года выпуска, заводской №, адрес установки: <адрес>, дата регистрации ККТ - <дата>, дата снятия с учета ККТ - <дата>.

Согласно постановлению администрации муниципального района «Корткеросский» от <дата> № спорный земельный участок был предоставлен заявителю в аренду сроком на 49 лет для обслуживания магазина товаров повседневного спроса (договор аренды земельного участка № от <дата>).

Впоследствии на основании постановления администрации района от <дата> № и договора купли-продажи земельного участка от <дата> № администрацией был расторгнут договор аренды земельного участка № от <дата> и указанный участок предоставлен ФИО1 в собственность.

Администрацией сельского поселения «Пезмег» налоговому органу представлена информация от <дата> № (вход. № от <дата>) о том, что земельный участок и расположенное на нем нежилое здание по адресу: <адрес>, в период с <дата> по <дата> принадлежало ИП ФИО1, а в период с <дата> по настоящее время принадлежит физическому лицу ФИО6 В период с <дата> по настоящее время указанное нежилое здание не функционирует, в указанном здании ведутся ремонтные работы, какие-либо вывески, в том числе рекламные на здании отсутствуют.

По информации, представленной АО «КЭСК», с <дата> поставка электрической энергии на объект – магазин, расположенный по адресу: <адрес>, осуществлялась на основании договора энергоснабжения от <дата> №, заключенного с ИП ФИО1 Указанный договор действовал в период с <дата> по <дата>, в здание осуществлялась подача электроэнергии, необходимой для осуществления деятельности по розничной торговле. Впоследствии обязательства по договору с АО «КЭСК» переведены заявителем на ООО «Вита», где ФИО1 с <дата> и по настоящее время является единственным учредителем и генеральным директором.

Согласно имеющимся в материалах проверки договорам аренды от <дата> (срок действия с <дата> по <дата>), от <дата> (срок действия с <дата> по <дата>), дополнительному соглашению к договору аренды б/н от <дата> (срок действия с <дата> до <дата>, предусмотрена пролонгация договора на каждый последующий год), заключенным ФИО1 с ООО «Вита», здание передавалось заявителем в аренду ООО «Вита» для использования под магазин на безвозмездной основе, без взимания арендной платы.

Кроме того, согласно пояснениям ФИО1, представленным ею <дата> (вх. № от <дата>), между ФИО1 и ООО «Вита» был заключен договор аренды на сумму 100 руб. в год, выплаты за 2015 год не производились, декларация 3-НДФЛ за 2015 год не составлялась.

Вместе с указанными пояснениями ФИО1 в налоговый орган был представлен договор б/н от <дата>, согласно условиям которого гр. ФИО1 (Арендодатель) передает ООО «Вита» (Арендатор) во временное владение и пользование для ведения торговли нежилое помещение и находящийся под ним земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, с Пезмег, ул Братьев Покровских, 41 (п. 1 договора).

Согласно п. 2 договора б/н от <дата> указанные объекты передаются Арендатору сроком на 10 лет.

Арендная плата по договору составляет 100 (сто) руб. за все объекты, уплачиваемых Арендатору ежегодно. Арендодатель самостоятельно оплачивает счета за электроэнергию, коммунальные услуги, иные расходы, связанные с обслуживаем магазинов и земельных участков (п. 4 договора).

Указанный договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственного регистрации кадастра и картографии по <адрес> <дата> за №.

Из материалов дела следует, что ООО «Вита» являлось плательщиком ЕНВД, что подтверждается представленными в налоговый орган налоговыми декларациями за 2006-2020гг., в том числе по адресу осуществления деятельности: 168040, Коми Республика, <адрес> - с <дата> по <дата>.

Использование спорного нежилого помещения (здания магазина Вита) в уставной деятельности ООО «Вита» подтверждается также имеющимися в налоговом органе сведениями об установленном ККТ, модель ЭКР 2102К, 2006 года выпуска, заводской №, адрес установки: <адрес>, дата регистрации ККТ - <дата>.

На основании сведений, представленных в налоговый орган Службой Республики Коми по лицензированию, а также листу записи из ЕГРЮЛ ООО «Вита» от <дата>, ООО «Вита» выданы лицензии по розничной продаже алкогольной продукции в магазине «Вита» по адресу: <адрес> за период с <дата> по <дата>.

По информации, представленной АО КЭСК от <дата> №, с <дата> поставка электрической энергии на объект - магазин, расположенный по адресу: <адрес>, осуществлялась на основании договора энергоснабжения от <дата> №, заключенного с ООО «Вита». Указанный договор действовал в период владения объектом недвижимости ФИО1 с <дата> по <дата>.

Согласно сведениям об объемах энергопотребления по договору № за период с января 2010 по ноябрь 2021 производилось регулярное потребление энергоресурсов в значительных объемах.

Таким образом, Инспекция пришла к выводу, что доказательства, собранные в ходе камеральной проверки, а также имеющиеся в распоряжении налогового органа документы, свидетельствуют о том, что в период 2004-2021 гг. в спорном помещении, принадлежащем ФИО1, располагался магазин. Нежилое здание и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, использовались в предпринимательской деятельности ФИО1, а также в уставной деятельности ООО «Вита», где ФИО1 является единственным учредителем и генеральным директором. ФИО1 и ООО «Вита», в силу положений подп. 2, 4, 5, 7 п. 2 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ являются взаимозависимыми лицами и отношения между этими лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок совершаемых этими лицами.

В силу положений ст. 2 Гражданского кодекса РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Предприниматели вправе заниматься любым не запрещенным законом видом экономической деятельности.

Статья 23 Гражданского кодекса РФ закрепляет ряд правил, регулирующих статус индивидуального предпринимателя. В отношении отдельных видов предпринимательской деятельности законом могут быть предусмотрены условия осуществления гражданами такой деятельности без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Исходя из положений п. 2 ст. 11 Налогового кодекса РФ, индивидуальными предпринимателями являются физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, главы крестьянских (фермерских) хозяйств. При этом физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, но не зарегистрировавшиеся в качестве индивидуальных предпринимателей в нарушение требований гражданского законодательства Российской Федерации, при исполнении обязанностей, возложенных на них Налоговым кодексом РФ, не вправе ссылаться на то, что они не являются индивидуальными предпринимателями.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 11.05.2012 №833-0 гражданин - индивидуальный предприниматель в отличие от юридического лица, использует свое имущество не только для занятия предпринимательской деятельностью, но и в качестве собственно личного имущества, необходимого для осуществления неотчуждаемых прав и свобод, и в этом смысле его имущество юридически не разграничено. В связи с этим при определении налоговых обязательств гражданина, являющегося предпринимателем, необходимо исследовать вопрос о назначении спорного имущества. Отсутствие или наличие в договорах ссылки на статус индивидуального предпринимателя правового значения не имеет.

Следовательно, доводы административного истца о том, что она в период владения недвижимым имуществом не имела статуса индивидуального предпринимателя и никакой предпринимательской деятельности не осуществляла, активных действий по сдаче имущества в аренду не предпринимала, несостоятельны, поскольку основаны на неверном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения, и опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

Согласно данным копий страниц технического паспорта, реализованное недвижимое имущество по своим функциональным характеристикам предназначено для использования в коммерческих целях.

Доказательств, подтверждающих, что при покупке спорного объекта административный истец преследовала цель использования помещения для личных целей, а также фактического использования ею реализованного имущества в личных (семейных) целях в материалы дела ФИО1 не представлено.

Факт того, что нежилое помещение реализовывались истцом как физическим лицом, денежные средства за реализацию объекта недвижимости получены ею как физическим лицом, не свидетельствует об использовании имущества в личных целях.

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств, с учетом того, что нежилое помещение по своим функциональным характеристикам изначально не предназначено для использования в иных целях, не связанных с предпринимательской деятельностью (для личных потребительских нужд заявителя), и отсутствием в материалах дела доказательств обратного, свидетельствует о правильности вывода налогового органа о том, что полученный доход от продажи нежилого помещения и земельного участка под ним, непосредственно связан с предпринимательской деятельностью ФИО1

При таких обстоятельствах налоговый орган правильно квалифицировал доход полученный ФИО1 как доход от продажи имущества, используемого в предпринимательской деятельности и законно отказал в применении налоговых вычетов, предусмотренных п. 1 ст.220 Налогового кодекса РФ.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 18.06.2013 №18384/12, от 16.03.2010 № 14009/09, вычет по доходам от продажи имущества, которое использовалось в предпринимательской деятельности, не предоставляется. При этом, одним из признаков того, что продажа нежилого помещения связана с предпринимательской деятельностью, является то, что оно по своим характеристикам не предназначено для использования для личных потребительских нужд предпринимателя.

Предусматривая в Налоговом кодексе РФ возможность применения имущественного налогового вычета при продаже имущества для целей исчисления и уплаты налога на доходы физических лиц (пп. 1 п. 1 ст. 220 Налогового кодекса РФ), федеральный законодатель указал, что соответствующее регулирование не применяется в отношении доходов, полученных от продажи недвижимого имущества, которое использовалось в предпринимательской деятельности (пп. 4 п. 2 ст. 220 Налогового кодекса РФ).

Исходя из изложенного, налогоплательщик не вправе уменьшить сумму своих облагаемых налогом на доходы физических лиц доходов, полученных от продажи недвижимого имущества, на сумму имущественного налогового вычета в соответствии с подп. 1 п. 2 ст. 220 Налогового кодекса РФ.

В свою очередь, для индивидуальных предпринимателей предусмотрен особый порядок учета расходов при уплате налога на доходы физических лиц (ст. 221 «Профессиональные налоговые вычеты» Налогового кодекса РФ).

В силу положений подп. 1 п. 1 ст. 221 Налогового кодекса РФ при исчислении налоговой базы в соответствии с п. 3 ст. 210 настоящего Кодекса право на получение профессиональных налоговых вычетов имеют налогоплательщики, указанные в п. 1 ст. 227 настоящего Кодекса, - в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.

В соответствии с п. 1 ст. 221 Налогового кодекса РФ состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой «Налог на прибыль организаций».

Если налогоплательщики не в состоянии документально подтвердить свои расходы, связанные с деятельностью в качестве индивидуальных предпринимателей, профессиональный налоговый вычет производится в размере 20 процентов общей суммы доходов, полученной индивидуальным предпринимателем от предпринимательской деятельности. Настоящее положение не применяется в отношении физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, но не зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей.

В силу прямого указания положения абз. 4 п. 1 ст. 221 Налогового кодекса РФ не могут быть применены к ФИО1, поскольку на дату реализации нежилого здания и земельного участка она в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирована.

Таким образом, в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 221 Налогового кодекса РФ ФИО1 имеет право только на профессиональный налоговый вычет в сумме фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов от продажи выше указанного нежилого здания и земельною участка.

Между тем, документы, подтверждающие произведенные расходы, связанные с продажей нежилого здания, расположенного по адресу: 168040, <адрес>, ФИО1 налоговому органу не представлены.

Налоговым органом установлено, что земельный участок, расположенный по адресу: 168040, <адрес>, ФИО1 был приобретен у администрации муниципального района «Корткеросский» на основании договора № купли-продажи земельного участка от <дата> № за 1 539,86 руб., которую она оплатила в полном объеме, что подтверждается актом приёма-передачи № б/н от <дата>.

Учитывая данные обстоятельства, налоговым органом сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, рассчитана в размере 129 800 руб. ((1 000 000 – 1 539,86)* 13%).

Кроме того, в соответствии с подп. 2 п. 1 и п. 3 ст. 228, п. 1 ст. 229 Налогового кодекса РФ у налогоплательщика возникла обязанность по представлению декларации по НДФЛ за 2021 год.

В связи с тем, что административным истцом не исполнена обязанность по своевременному представлению декларации по форме 3-НДФЛ за 2021 год, налоговый орган правомерно привлек ФИО1 к ответственности по п. 1 ст. 119 Налогового кодекса РФ.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, привлечение административного истца к ответственности по п. 1 ст. 122 Налогового кодекса РФ, также является правомерным.

Рассматривая доводы административного истца в части процессуальных нарушений, допущенных Инспекцией при рассмотрении материалов камеральной проверки, суд находит их необоснованными и исходит из следующего.

Статья 46 Конституции РФ, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод (ч. 1), а также право на судебное обжалование решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, в том числе судебной (ч. 2), непосредственно не устанавливает какой-либо определенный порядок реализации данных прав и не предполагает возможность для гражданина по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебного оспаривания. В соответствии со ст. 71 (п. «о») Конституции РФ они определяются федеральным законодателем.

Такой подход соответствует позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 12.07.2006 № 267-О, в соответствии с которой судебная защита прав и законных интересов налогоплательщиков не может быть обеспечена, если суды при принятии решения о правомерности отказа в предоставлении заявленных налоговых вычетов исходят из одного только отсутствия у налогового органа документов, подтверждающих правильность их применения, без установления, исследования и оценки всех имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств, в частности счетов-фактур и иных документов, подтверждающих уплату налога, а также других фактических обстоятельств, которые в соответствии с налоговым законодательством должны учитываться при решении вопросов о возможности предоставления налоговых вычетов и привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности.

В п. 78 Постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 разъяснено, что из положений ст. 88, 89, 100, 101, 139 Налогового кодекса РФ следует, что право налогового органа осуществлять сбор доказательств, равно как и право налогоплательщика знакомиться с этими доказательствами, представлять возражения против выводов налогового органа и подтверждающие такие возражения доказательства, предоставляются им на всех стадиях осуществления налогового контроля вплоть до вынесения вышестоящим налоговым органом решения по жалобе налогоплательщика на решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

При этом в силу п. 8 ст. 101 Кодекса в названных решениях среди прочего должны быть изложены обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения и (или) обстоятельства, послужившие основанием для доначисления налога и пеней, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов.

В связи с этим судам необходимо исходить из того, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляется как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии осуществления мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения налогового спора.

В силу п. 14 ст. 101 Налогового кодекса РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

В рассматриваемом случае нарушений процедуры рассмотрения материалов проверки, которые являются существенными и (или) привели к принятию неправомерного решения, налоговым органом не допущено.

Исходя из содержания обжалуемого решения все доводы, заявленные ФИО1 в возражениях на акт налоговой проверки, рассмотрены, им дана надлежащая оценка, несогласие истца с данной оценкой не свидетельствует о незаконности оспариваемого решения.

Вопреки доводам административного истца о проведении Инспекцией дополнительных мероприятий налогового контроля, установления новых обстоятельств, положенных в основу оспариваемого решения, решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией не принималось, дополнение к акту налоговой проверки не составлялось.

Требования к оформлению результатов камеральной налоговой проверки и вынесению решения по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки предусмотрены ст.100, 101 Налогового кодекса РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 100 Налогового кодекса РФ в случае выявления нарушений законодательства о налогах и сборах в ходе проведения камеральной налоговой проверки должностными лицами налогового органа, проводящими указанную проверку, должен быть составлен акт налоговой проверки по установленной форме в течение 10 дней после окончания камеральной налоговой проверки.

К акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки. При этом документы, полученные от лица, в отношении которого проводилась проверка, к акту проверки не прилагаются. Документы, содержащие не подлежащие разглашению налоговым органом сведения, составляющие банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также персональные данные физических лиц, прилагаются в виде заверенных налоговым органом выписок (п. 3.1 ст. 100 Налогового кодекса РФ).

Результатом проведения налоговым органом контрольных мероприятий является вынесение решения по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки, в процессе принятия которого в том числе должны быть рассмотрены письменные возражения проверяемого лица (п. 1 ст. 101 Налогового кодекса РФ).

Рассмотрение материалов налоговой проверки и принятие решения по ним осуществляются непосредственно руководителем налогового органа или его заместителем в том месте и в то время, о которых извещен налогоплательщик или его представитель, в присутствии налогоплательщика или его представителя или при наличии достаточных доказательств надлежащего уведомления налогоплательщика о месте и времени рассмотрения материалов налоговой проверки.

Абзацем 2 п. 4 ст. 101 Налогового кодекса РФ установлено, что при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются представленные доказательства, в том числе документы, ранее истребованные у лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка, документы, представленные в налоговые органы при проведении камеральных или выездных налоговых проверок данных лиц, и иные документы, имеющиеся у налогового органа.

Из буквального толкования данной нормы следует, что налоговым органом могут использоваться любые документы, имеющиеся у него до рассмотрения материалов налоговой проверки, при условии, что с указанными документами налогоплательщик ознакомлен, они получены без нарушений Налогового кодекса РФ.

В п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» указано, что принимая во внимание положения п. 4 ст. 101 Налогового кодекса РФ, согласно которым при рассмотрении материалов налоговой проверки не допускается использование доказательств, полученных с нарушением Налогового кодекса РФ, доказательства, истребованные налоговым органом после истечения указанных сроков, не могут быть учтены налоговым органом при рассмотрении материалов налоговой проверки.

Налоговый орган, руководствуясь положениями абз. 2 п. 4 ст. 101 Налогового кодекса РФ, при рассмотрении материалов налоговой проверки вправе исследовать также документы, полученные в установленном Налоговым кодексом РФ порядке до момента начала соответствующей налоговой проверки.

Вопреки утверждению административного истца, все контрольные мероприятия проведены налоговым органом в период проведения проверки, решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля налоговым органом не принималось, дополнений к акту проверки не составлялось. Информация о проведенных мероприятиях налогового контроля была отражена в акте налоговой проверки от <дата> №, который с приложениями на 58 листах, а также с извещением о времени и месте рассмотрения материалов проверки от <дата> № получены ФИО1 лично <дата>.

Налоговым органом правомерно использованы имеющиеся материалы регистрационного дела ООО «Вита», где ФИО1 с <дата> по настоящее время является единственным учредителем и генеральным директором, в подтверждение фактов приобретения и использования имущества ФИО1 в предпринимательской деятельности, вручение данных документов налогоплательщику в качестве приложений к акту налоговой проверки не предусмотрено п. 3.1 ст. 100 Налогового кодекса РФ.

В рассматриваемом случае права и законные интересы налогоплательщика не нарушены, поскольку ФИО1 реализовала свое право на участие в рассмотрении материалов налоговой проверки, что подтверждается протоколом рассмотрения от <дата>, ее возражения были рассмотрены Инспекцией и учтены при вынесении решения (вход. № от <дата>).

Доводы налогоплательщика о том, что данные материалы были рассмотрены налоговым органом без извещения о месте и времени их рассмотрения не соответствуют действительности, поскольку рассмотрение материалов камеральной налоговой проверки происходило в присутствии самой ФИО1, что подтверждается протоколом рассмотрения от <дата>. При этом, протокол от <дата> ФИО1 подписан без замечаний. Таким образом, ФИО1 было известно о доказательствах, подтверждающих вменяемые ей нарушения законодательства о налогах и сборах.

Существенных нарушений процедуры проведения проверки и принятия решения по ее результатам, влекущих согласно п. 14 ст. 101 Налогового кодекса РФ признание оспариваемого решения незаконным и, как следствие, его отмену, Инспекцией не допущено.

После предоставления ФИО1 на рассмотрение <дата> материалов проверки возражений, Инспекцией было принято решение о продлении срока рассмотрения материалов проверки, что соответствует нормам п. 1 ст. 101 Налогового кодекса РФ. Решение и извещение о рассмотрении материалов проверки на дату <дата> были направлены истцу. Таким образом, ФИО1 Инспекцией была обеспечена возможность ознакомиться со всеми материалами проверки и участвовать при их рассмотрении в налоговом органе.

Как пояснили представители административных ответчиков в ходе рассмотрения дела, в информационном ресурсе налогового органа было ошибочно сформировано решение об отложении рассмотрения материалов, поскольку сотрудник Инспекции неверно выбрал основания продления срока рассмотрения, при этом направлять данное решение не было необходимости, поскольку это внутренний документ налогового органа. При этом, решение о продлении сроков рассмотрения и извещение на <дата> ФИО1 были направлены и получены ею.

Судом установлено, что дополнительные мероприятия в указанный период Инспекцией не проводились, новые документы не запрашивались. При вынесении решения документы, послужившие основанием для доначисления налогов, указанные в акте, не менялись.

Также вопреки доводам административного истца, Налоговым кодексом РФ не предусмотрено составление протокола в случае, когда рассмотрение материалов проверки было продлено. Из буквального толкования положений ст. 101 Налогового кодекса РФ протокол ведется при рассмотрении материалов налоговой проверки, материалы рассмотрены <дата>, протокол от <дата> составлен по форме, утвержденной Приказом ФНС России от <дата> № ММВ-7-2/628@.

Нарушений, которые привели или могли привести к принятию Инспекцией неправомерного решения, в рассматриваемом случае не допущено. Каких-либо относимых и допустимых доказательств, с достоверностью свидетельствующих о нарушениях прав административного истца, материалы дела не содержат.

На сотрудников налоговых органов, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих. Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (ст. 10).

С учетом представленной в материалы дела совокупности доказательств, установленных по делу фактических обстоятельств, суд приходит к выводу, что приведенные административным истцом в обоснование заявленных требований обстоятельства, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения спора по существу, в связи с чем, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит выводу об отказе в удовлетворении административных исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 227, 228, 175-180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

решил:

Административные исковые требования ФИО1 к Межрайонной ИФНС России № по <адрес>, УФНС России по <адрес> о признании незаконным и отмене решения от <дата> № о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Т.А. Сурнина

Мотивированное решение составлено <дата>.