ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-20735/2025

г. Москва Дело № А40-118738/2024

29 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.М. Мухина,

судей:

Г.М. Никифоровой, В.И. Попова,

при ведении протокола

секретарем судебного заседания О.В. Ким,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «Согаз» на решение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2025 по делу № А40-118738/2024

по иску: общества с ограниченной ответственностью «Восточно-Сибирская проектная компания»

к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности»

третье лицо: ООО «Альфамобиль»

о взыскании страхового возмещения,

при участии:

от истца:

ФИО1 по доверенности от 08.05.2024;

от ответчика:

ФИО2 по доверенности от 01.02.2025;

от третьего лица:

не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 25 марта 2025 года, принятым по настоящему делу, частично удовлетворены требования общества с ограниченной ответственностью «Восточно-Сибирская проектная компания» (истец, ООО «ВСПК») о взыскании с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ответчик, АО «СОГАЗ») 3 331 584 руб. 00 коп. страхового возмещения, 40 000 руб. 00 коп. оценки, а также 39 658 руб. 00 коп. госпошлины. В остальной части иска, отказано.

В деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, участвует ООО «Альфамобиль».

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить, в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме.

В обоснование приведенных в апелляционной жалобе доводов заявитель указывает, что заявленное событие не является страховым случаем.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы и требования своей апелляционной жалобы, представитель истца возражал относительно ее удовлетворения по доводам отзыва.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Проверив в соответствии со ст. ст. 123, 266, 268 АПК РФ законность и обоснованность принятого решения, изучив материалы дела и доводы жалобы, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

Как следует из фактических материалов дела и установлено судом, на основании договора лизинга № 21147-ИРК21-АМ-Л от 10.08.2021, заключенного между ООО «ВСПК» и ООО «Альфамобиль» (далее – Договор лизинга), истец является лизингополучателем с правом владения и пользования специализированным транспортным средством УРБ-2А2, серия и номер ПТС -164301031341634, 2021 года выпуска, VIN – <***> (Установка разведочного бурения) стоимостью 7 712 000 рублей.

В соответствии с условиями Договора лизинга ООО «ВСПК» заключило договор добровольного страхования № 1821-82 МТ 0678 AL от 24.08.2021 (далее– Договор страхования, Страховой полис) с АО «СОГАЗ» (далее – Страховщик).

Страховая стоимость транспортного средства составляет: в первый год – 7 712 000 рублей; во второй год – 6 169 600 рублей; в третий год – 5 552 640 рублей.

14.11.2023 около 14 час. 00 мин. вышеуказанное транспортное средство под управлением водителя ФИО3 по автодороге ФАД Р297, 31 + 850 м, буксировало на гибкой сцепке транспортное средство VOLVO FH-12 с г/н <***> под управлением ФИО4

В результате дорожно-транспортного происшествия транспортное средство УРБ-2А2 совершило опрокидывание, в связи с чем, истец 20.11.2023 обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении.

Поскольку страховое возмещение АО «СОГАЗ» выплачено не было, «ВСПК» обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Руководствуясь статьями 1, 15, 309, 310, 329, 330, 421, 422, 927, 929, 942, 943, 963, 947, 948 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 9, 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон № 4015-1), статьями 2, 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге) (далее – Закон о лизинге), в том числе условиями договора, Правил страхования, учитывая, что событие - повреждение застрахованного автомобиля является страховым случаем, суд первой инстанции удовлетворил требования истца частично.

Оспаривая решение суда, ответчик указывает, что заявленное событие не является страховым случаем; истец не является надлежащим лицом, имеющим право на выплату страхового возмещения.

Между тем, ответчиком не учтено следующее.

Как верно указано судом, истец является надлежащим лицом, имеющим право на выплату страхового возмещения, поскольку по договору выкупного лизинга в результате досрочного выкупа предмета лизинга ему перешли права выгодоприобретателя.

На основании пунктов 8.1 и 8.2 договора лизинга № 21147-ИРК-21-АМ-Л от 10.08.2021, заключенного между ООО «ВСПК» (истец, Лизингополучатель) и ООО «Альфамобиль» (третье лицо, Лизингодатель), после осуществления всех лизинговых платежей право собственности на предмет лизинга, а именно, специализированное транспортное средство УРБ-2А2, серия и номер ПТС - 164301031341634, 2021 года выпуска, VIN – <***> (Установка разведочного бурения) стоимостью 7 712 000 рублей, переходит к Истцу.

В график лизинговых платежей (приложение № 2 к вышеуказанному договору лизинга) включена цена досрочного выкупа. Последний лизинговый платеж был осуществлен Истцом 20.07.2024 согласно графику.

Таким образом, договор лизинга № 21147-ИРК-21-АМ-Л от 10.08.2021 является выкупным договором лизинга.

В соответствии с положениями статей 2 и 19 Закона о лизинге, лизингодатель обязуется приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование с возможностью перехода права собственности на имущество к лизингополучателю по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (далее - договор выкупного лизинга).

Согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Из приведенных положений закона следует, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя – в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

При этом, как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации (п. 4 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 г.) заключение между лизингодателем и лизингополучателем отдельного договора купли-продажи предмета лизинга не требуется, поскольку в случае заключения договора выкупного лизинга, по общему правилу, право собственности на предмет лизинга переходит к лизингополучателю после уплаты всех лизинговых платежей, даже если в самом договоре лизинга указывается на заключение отдельного договора купли-продажи.

Как отмечено в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», особенностью договора выкупного лизинга является то, что право собственности на предмет лизинга, перешедшее лизингодателю от продавца, сохраняется за лизингодателем временно как способ обеспечения того, что лизингополучатель исполнит свое обязательство по возврату (возмещению) предоставленного лизингодателем финансирования и выплате соответствующего вознаграждения (платы за финансирование).

В связи с этим по смыслу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств.

С названного момента в силу пункта 4 статьи 329 ГК РФ право собственности на предмет лизинга переходит от лизингодателя к лизингополучателю автоматически, если иной момент не установлен законом (пункт 2 статьи 218, статья 223 ГК РФ).

В такой ситуации с учетом пункта 1 статьи 422 ГК РФ для перехода права собственности на предмет лизинга заключение отдельного договора купли-продажи не требуется, в том числе в случае, если договор лизинга содержит противоположные положения, обусловливающие переход права собственности соблюдением иных условий, не связанных с надлежащим исполнением обязательств лизингополучателем (подписание отдельного договора купли-продажи, составление акта приема-передачи имущества, получение согласия лизингодателя и т.п). При этом у лизингодателя отпадают основания для удержания документации, относящейся к более не принадлежащему ему предмету лизинга (паспорт транспортного средства, технический паспорт, сертификат качества, инструкция по эксплуатации и т.п.).

Вместе с переходом права собственности на предмет лизинга к Истцу перешло право выгоприобретателя по договору добровольного страхования №1821-82 МТ 0678 AL от 24.08.2021, даже если произошла полная утрата (гибель) застрахованного транспортного средства.

Следовательно, доводы Ответчика об отсутствии у Истца права требования суммы страхового возмещения противоречит закону.

Дорожно-транспортное происшествие (ДТП), случившееся 14.11.2023 на автодороге ФАД Р-297 с участием застрахованного ТС Камаз УРБ-2А2, является страховым случаем в соответствии с пп. «Б» п. 3.2.1. «Ущерб» Правил страхования средств транспорта и гражданской ответственности» АО «СОГАЗ (далее - Правила страхования).

1.1. Согласно пп. «Б» п. 3.2.1. «Ущерб» Правил страхования ущербом является ДТП, когда виновник ДТП не установлен.

Ответчик в своем первом письме от 17.01.2024 № СГа-00032190 об отказе в признании вышеуказанного события страховым случаем указывает: «в нарушение Правил по эксплуатации ТС и раздела 20 Правил дорожного движения застрахованное ТС буксировалось на гибкой сцепке».

Однако, Ответчик подменяет факты и неверно трактует содержание определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 14.11.2023.

В определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 14.11.2023 однозначно и определенно прописано: «по адресу: ФАД Р-297, 31 + 850 м, произошло столкновение ТС Камаз УРБ-2А2 г.р.з Х819ЕТ138 под управлением водителя ФИО3 и ТС VOLVO FH-12 с г/н <***> управлением ФИО4 в результате буксирования на гибкой сцепке Т.С. VOLVO».

То есть в вышеуказанном определении указано, что именно ТС Камаз (застрахованное транспортное средство) осуществляло буксировку автомобиля VOLVO, а не являлось само буксируемым ТС.

Материалами дела подтверждено, что Истец, во избежание неоднозначного толкования ответчиком Руководства по эксплуатации, обратился на завод-изготовитель ПАО «Камаз» с просьбой разъяснить, является ли нарушением правил эксплуатации буксированием Камазом на гибкой сцепке иного однотипного транспортного средства при наличии водителя за рулем буксируемого транспортного средства, исправного тормозной системе и рулевого управления.

В ответ на запрос ПАО «Камаз» направил Истцу выдержку из Руководства по эксплуатации, в котором указаны требования при буксировании автомобиля на гибкой сцепке, тем самым подтвердив, что буксирование автомобиля на гибкой сцепке допустимо и не является нарушение правил эксплуатации.

Фактические обстоятельства ДТП зафиксированы в приложении к схеме дорожно-транспортного происшествия от 14.11.2023, составленном младшим лейтенантом полиции ИДПС ОДПС ГИБДД ОМВД России по Читинскому району ФИО5, определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 14.11.2023, рассмотренного лейтенантом полиции ФИО6, актом освидетельствования 75ГА №002957 от 14.11.2023, также подтверждаются нотариально заверенными объяснениями водителя Камаза ФИО3, и всеми этими документами установлено, что транспортное средство Камаз под управлением водителя ФИО3 буксировало на гибкой сцепке транспортное средство VOLVO под управлением ФИО4, при этом в действиях водителя т/с Камаз ФИО3 отсутствуют признаки нарушения ПДД, в связи с чем было отказано в возбуждении административного производства по делу об административном правонарушении.

Из характера повреждения видно, что ТС VOLVO получило незначительные повреждения (повреждена левая часть переднего бампера в месте крепления гибкой сцепки), в то время как ТС Камаз получил существенные повреждения кузова, перевернувшись.

Следовательно, выводы Ответчика являются ошибочными.

В разделе 20 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» указано, что (п. 20.1) буксировка на жесткой или гибкой сцепке должна осуществляться только при наличии водителя за рулем буксируемого транспортного средства, кроме случаев, когда конструкция жесткой сцепки обеспечивает при прямолинейном движении следование буксируемого транспортного средства по траектории буксирующего, (п. 20.3) при буксировке на гибкой сцепке должно быть обеспечено расстояние между буксирующим и буксируемым транспортными средствами в пределах 4 - 6 м.

Закон не запрещает буксировать ТС на гибкой сцепке при наличии водителя за рулем буксируемого ТС (п. 20.1 ПДД), если исправны тормозная система и рулевое управление (п. 20.4 ПДД), то есть водитель КАМАЗА не нарушил ни правил эксплуатации своего автомобиля ни ПДД, буксируя другой автомобиль на гибкой сцепке.

Исправность тормозной системы и рулевого управления буксируемого ТС VOLVO подтверждается показаниями водителя ФИО3, а также данными специализированной организации ООО «ЕВРААС единый диспетчерский центр», предоставившими информацию о ходе движения автомобиля Камаз УРБ-2А2 г.р.з Х819ЕТ138 (застрахованное транспортное средство), его остановках, скорости движения, зафиксированными в режиме реального времени.

Ранее в пояснительной записке Истец сделал анализ маршрута движения автомобиля Камаз, остановок, скорости движения, также ландшафта местности по ходу движения автомобиля, в результате чего были сделаны очевидные выводы, что буксируемый Камазом автомобиль Вольво имел исправную рулевую и тормозную систему, так как на всем протяжении следования пути автодорога имеет сложные участки с подъёмами и спусками, и буксируемый автомобиль Вольво справлялся с подъёмами и спусками на протяжении 8 км в течение 30 минут, однако в момент ДТП водитель автомобиля VOLVO по неизвестным причинам не справился с управлением.

При этом важно отметить, что водитель VOLVO смог вырулить налево на полосу встречного движения, тем самым избежав столкновения с впереди идущим, буксирующим его Камазом, а также смог затормозить и не перевернуться, когда гибкая сцепка порвалась, в связи с чем автомобиль VOLVO получил незначительные повреждения (повреждена левая часть переднего бампера в месте крепления гибкой сцепки), что видно на фотографиях с места ДТП и указано в документах ГИБДД.

Учитывая фактические обстоятельства, показания участников и документы ГИБДД, произошел несчастный случай.

Таким образом, ДТП не может подпадать под действие раздела 4 Правил страхования «Случаи, не являющиеся страховыми. Освобождение страховщика от страховой выплаты. Отказ в страховой выплате».

Ответчиком в качестве отказа от выплаты суммы страхового возмещения, по существу, указана вина страхователя (выгодоприобретателя) в наступлении страхового случая.

Согласно п. 1 ст. 963 ГК РФ Страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Вышеуказанная норма позволяет отказать в страховой выплате только в случае умысла страхователя (выгодоприобретателя). При грубой неосторожности страхователя освободить страховщика от страховой выплаты может только закон.

В рассматриваемом случае, как правомерно указал суд первой инстанции, страхователь действовал согласно требованиям ПДД и Руководства по эксплуатации автомобиля, какого-либо умысла причинить ущерб транспортному средству не имел, соответственно в данном случае основания для отказа в страховой выплате у Страховщика отсутствуют.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные доказательства, суд первой инстанции, установив факт наступления страхового случая, наличие причинно-следственной связи, размер материального ущерба, факт выплаты страхового возмещения, пришел к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика страхового возмещения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в сумме 3 331 584 руб. 00 коп.

Учитывая изложенное, требование истца о взыскании с ответчика страхового возмещения обоснованно удовлетворено судом первой инстанции.

Кроме того, истец просил взыскать расходы на проведение экспертизы в размере 40 000 рублей.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 23 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016 (далее - Обзор от 22.06.2016), в случае нарушения страховщиком обязанности по проведению независимой экспертизы поврежденного транспортного средства расходы потерпевшего по проведению указанной экспертизы относятся к убыткам и подлежат взысканию со страховщика по правилам статей 15 и 393 ГК РФ и, следовательно, не ограничиваются пределом страховой суммы.

Поскольку материалами дела подтвержден факт несения истцом расходов по оплате стоимости независимой технической экспертизы, причинно-следственная связь между действиями ответчика и понесенными расходами установлена, требование истца о взыскании с ответчика расходов на проведение экспертизы в размере 40 000 руб. правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2025 по делу № А40-118738/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: С.М. Мухин

Судьи: Г.М. Никифорова

В.И. Попов