Решение по делу № А65-11587/2025 от 24.07.2025 | АС Республики Татарстан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru тел. <***>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-11587/2025

Решение принято путем подписания резолютивной части 14 июля 2025 года Мотивированное решение составлено 24 июля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Андреева К.П.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Владивосток (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 400 000 руб. паушального взноса, 20 000 руб. дополнительных расходов по франшизе,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1, г.Владивосток обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Казань о взыскании 400 000 руб. паушального взноса, 20 000 руб. дополнительных расходов по франшизе.

Истец обратился с ходатайством об изменении исковых требований, просил также признать недействительным лицензионный договор № ВВ-111024-ИВА от 11.10.2023, расторгнуть указанный договор.

Изменение исковых требований было принято судом.

Дело рассматривается в порядке упрощенного производства по правилам, предусмотренным главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 мая 2025 года исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Стороны надлежащим образом извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства. Исковое заявление и приложенные к нему документы размещены на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в режиме ограниченного доступа. Сторонам направлены данные, необходимые для идентификации сторон, в целях доступа к материалам дела в электронном виде.

Истец направил в суд письменные дополнения к исковому заявлению с приложенными документами.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление с приложенными документами. Документы приобщены к материалам дела.

В соответствии со ст. 227-229 АПК РФ данное дело рассмотрено в порядке упрощенного производства по имеющимся в деле доказательствам. 14 июля 2025 года принята резолютивная часть решения суда по данному делу в порядке ст. 228, 229 АПК РФ.

Сторонам было разъяснено право подачи заявления о составлении мотивированного решения в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного

производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Истец направил в суд ходатайство о рассмотрении дела по общим правилам искового производства, указал на необходимость получения дополнительной информации о въезде и выезде ФИО2, а также исследовать дополнительные доказательства и документы, представленные самим истцом.

Представленные документы судом исследованы и приобщены к материалам дела.

Представленные лицами, участвующими в деле, документы и письменные правовые позиции были размещены на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://www.tatarstan.arbitr.ru.

Судом не установлены основания для перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе, по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 62 от 08 октября 2012 года "О некоторых вопросах рассмотрения арбитражными судами дел в порядке упрощенного производства" указано, что определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства может быть вынесено, в том числе, по результатам рассмотрения арбитражным судом ходатайства стороны, указавшей на наличие одного из обстоятельств, предусмотренных пунктами 1 - 4 части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае его удовлетворения.

В данном случае, арбитражный суд счел возможным рассмотреть настоящее дело в порядке упрощенного производства, поскольку истцом не указано ни одно из обстоятельств, предусмотренных вышеназванной нормой закона, указывающих суду о невозможности рассмотрения дела в порядке упрощенного производства и необходимости перехода к его рассмотрению по общим правилам искового производства.

Представленных в материалы дела доказательства достаточно для установления всех фактических обстоятельств дела и рассмотрения дела по существу.

Кроме того, само по себе указание на необходимость исследования дополнительных доказательств в судебном заседании не является тем обстоятельством, которое влечет необходимость перехода к рассмотрению по общим правилам искового производства и обязанность суда удовлетворить поступившее ходатайство стороны.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает обязательности перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в случае заявления об этом лица, участвующего в деле, считающего, что данное дело должно быть рассмотрено в этом порядке, а не в порядке упрощенного производства

Также истцом заявлены ходатайства об истребовании копии паспорта ответчика, информации о въезде и выезде ответчика за пределы Российской Федерации, оригинала доверенности, признании недействительной доверенности от 03.03.2025.

Относительно ходатайства об истребовании копии паспорта ответчика, информации о въезде и выезде ответчика за пределы Российской Федерации суд считает, что истребование

указанных документов и информации не связано с предметом рассматриваемого дела, оснований для их удовлетворения не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 59 АПК РФ граждане вправе вести свои дела в арбитражном суде лично или через представителей. Ведение дела лично не лишает гражданина права иметь представителей.

В силу части 3 стать 59 АПК РФ представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, и организаций могут выступать в арбитражном суде адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности.

В соответствии с частью 4 статьи 61 АПК РФ иные оказывающие юридическую помощь лица представляют суду документы о высшем юридическом образовании или об ученой степени по юридической специальности, а также документы, удостоверяющие их полномочия. Полномочия на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе. Полномочия представителя также могут быть выражены в заявлении представляемого, сделанном в судебном заседании, на что указывается в протоколе судебного заседания.

Доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью (часть 6 статьи 61 АПК РФ).

В настоящем деле отзыв на исковое заявление и дополнение к отзыву были поданы представителем ответчика ФИО3 через сервис «Мой арбитр», представившей доверенность на представление интересов ответчика ФИО2 от 16.06.2025.

Представленная доверенность оформлена в установленном порядке, содержит подпись и печать ответчика, в связи с чем оснований считать ее недействительной у суда не имеется.

От истца поступило заявление о составлении мотивированного решения.

Исследовав материалы дела, оценив их в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

11.10.2024 между Обществом с ограниченной ответственностью «БизБренд», (Лицензиар) и Индивидуальным предпринимателем ФИО1 (Лицензиат) был заключен лицензионный договор о передаче секрета производства (ноу-хау) № ВВ-111024-ИВА и протокол разногласий к указанному договору.

Согласно п. 2.1. Лицензионного договора, Лицензиар предоставил Лицензиату за вознаграждение и на указанный в Договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности Лицензиата принадлежащий Лицензиару секрет производства (ноу-хау), при помощи которого Лицензиат намерен извлекать прибыль путем реализации продуктов компании, исключительно на территории, предусмотренной п. 2.5. настоящего договора, используя принадлежащие Лицензиару исключительные права, являющиеся предметом настоящего Договора.

Как следует из пункта 1.1 Договора, секрет производства (ноу-хау) - это сведения предпринимательского характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), которые собраны Лицензиаром в процессе предпринимательской деятельности в сфере оказания услуг по защите прав интеллектуальной собственности, в частности: регистрации товарных знаков, патентов и иных объектов интеллектуальной собственности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам. Данные, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании, и в отношении которых Лицензиар принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности.

В п. 2.2. Лицензионного Договора определен его предмет и способы использования секрета производства.

Согласно пункту 2.2. Лицензионного договора в состав секрета производства (ноу-хау), переданного в соответствии с пунктом 2.1. Договора, входят:

1) Комплексное обучение (очное или дистанционное) Лицензиата по сведениям, входящим в секрет производства, в том числе: ознакомление с видами продуктов компании и его

особенностями, способы продаж продуктов компании, отработка методов продаж, практика продаж;

2) Подробное консультирование Лицензиата в период действия лицензионного договора, посредством аудио/видео связи/ переговоров по сотовой связи/ электронной почте (инициатором проведения консультации выступает Лицензиат);

3) Передача регламента продаж, включающего в себя все речевые модули (скрипты), обучение презентации продукта на встречах;

4) Презентационные материалы, содержащие элементы фирменного стиля Лицензиара;

5) Предоставление доступа к CRM-системе с правом для Лицензиата использовать CRM- систему Лицензиара для запуска и передачи на исполнение обязательств, бизнес-процессов компании, а также полного ведения клиентской базы согласно регламентам Лицензиара;

6) Предоставление доступа к мобильному приложению «Мои звонки» с целью сбора и анализа всех переговорных процессов Лицензиата с потенциальными и действующими клиентами;

7) Предоставление Лицензиату руководства по использованию фирменного стиля, для осуществления предпринимательской деятельности на основании комплекса исключительных прав, передаваемых по Договору;

8) Передача регламента построения региональной партнерской/агентской сети и работы с партнерами, включающую в себя образцы агентских договоров и коммерческих предложений;

9) Передача шаблонов договоров, посредством которых осуществляется реализация продуктов компании;

10) Обучающие информационные материалы по основным продуктам компании;

11) Юридическое консультирование Лицензиата по вопросам, связанным с продуктами компании (по запросу Лицензиата уполномоченному сотруднику, посредством CRM системы);

12) Ведение договорной работы Лицензиата, связанной с необходимостью составления и корректировки документов, необходимых для реализации продуктов компании (по запросу Лицензиата уполномоченному сотруднику, посредством CRM системы)

13) Предоставление услуг по исполнению обязательств перед клиентами Лицензиата по реализованным Продуктам компании.

В соответствии с подпунктом 3.3.4. Лицензионного договора, Лицензиат принял на себя обязанность выплатить вознаграждение Лицензиару за право на неисключительную Лицензию в порядке и сроки, предусмотренные Договором.

В силу пункта 5.1. Лицензионного договора, сумма лицензионного вознаграждения складывается из паушального взноса и ежемесячных роялти-платежей.

Согласно подпункту 5.1.1. Лицензионного договора, размер паушального взноса составляет 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Порядок оплаты паушального взноса согласован в Протоколе разногласий к Лицензионному договору, подписанном Сторонами «11» октября 2024 года (пункты 5.2.1.1, 5.2.1.2. Протокола разногласий к Лицензионному договору»).

Согласно п. 5.1. Лицензионного договора, сумма лицензионного вознаграждения по Договору, складывается, в том числе, из паушального взноса. Размер паушального взноса составляет 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

В соответствии с п. 5.2.1.1. протокола разногласий от 11.10.2024 г. к Лицензионному договору, первая часть паушального взноса в размере 200 000 (двести тысяч) рублей уплачивается Лицензиатом не позднее «15» октября 2024 г.

В соответствии с п. 5.2.1.2. протокола разногласий от 11.10.2024 г. к Лицензионному договору, вторая часть паушального взноса в размере 200 000 200 000 (двести тысяч) рублей уплачивается Лицензиатом не позднее «15» ноября 2024 г.

Паушальный взнос был в полном объеме оплачен Лицензиатом на указанный Лицензиаром (ООО «БизБренд») расчетный счет, что подтверждается платежными поручениями № 2 от 15.10.2024 и № 3 от 13.11.2024.

22.10.2024 г. Лицензиаром в адрес Лицензиата был направлен Акт выполненных работ № 1, в соответствии с которым Лицензиаром были переданы, а Лицензиатом были приняты все элементы секрета производства (ноу-хау), указанные в п. 2.2. Лицензионного договора.

Вышеуказанный Акт был подписан Лицензиатом и Лицензиаром, возражений в отношении акта от Лицензиата не поступало.

В соответствии с п. 2 вышеуказанного Акта, Стороны подтвердили, что элементы секрета производства, поименованные в п. 1 Акта, переданы, Лицензиат не имеет претензий к качеству и срокам передачи элементов секрета производства.

09 декабря 2024 года между обществом с ограниченной ответственностью «БизБренд», индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 подписано дополнительное соглашение к лицензионному договору № ВВ-111024-ИВА от «11» октября 2024 года, согласно которому стороны договорились о перемене лиц в Договоре на тех условиях, что общество с ограниченной ответственностью «БизБренд» передает свои права и обязанности по Договору в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2, а индивидуальный предприниматель ФИО2 в свою очередь принимает на себя все права и обязательства по Договору.

Обращаясь в суд, истец указал, что бизнес-модель секрета производства содержит противозаконную основу (основным методом привлечения клиентов является противозаконный метод «холодного обзвона и рассылок»), о чем он узнал после подписания Лицензионного договора и оплаты паушального взноса, Акта выполненных работ, после получения всех элементов секрета производства (ноухау),

В соответствии с п. 1 ст. 1465 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе, путем введения режима коммерческой тайны.

На основании ст. 1225 ГК РФ секрет производства признается самостоятельным результатом интеллектуальной деятельности, которому предоставляется правовая охрана.

Согласно п. 1 ст. 1466 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

При предоставлении права использования секрета производства лицо, распорядившееся своим правом, обязано сохранять конфиденциальность секрета производства в течение всего срока действия лицензионного договора. Лица, получившие соответствующие права по лицензионному договору, обязаны сохранять конфиденциальность секрета производства до прекращения действия исключительного права на секрет производства (п. 3 ст.1469 ГК РФ).

Судом приняты во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 143 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", из которых следует, что положения главы 75 ГК РФ

определяют порядок правовой охраны секретов производства (ноу-хау), то есть сведений любого характера (производственных, технических, экономических, организационных и других) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющих действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны (статья 1465 ГК РФ).

Стороны согласовали в пункте 3.1.1 Договора, что в срок не позднее 5 рабочих дней после прохождения обучения, предусмотренного п. 2.2.1. и п. 4.1. Договора, Лицензиар обязан передать Лицензиату техническую и коммерческую документацию, а также иную информацию, составляющую секрет производства (ноу-хау), которая необходима Лицензиату для осуществления прав, предоставленных ему по Лицензионному договору.

Судом установлено, следует из материалов дела и не оспаривалось истцом, что во исполнение пункта 2.2.1. Договора, ответчиком было проведено дистанционное обучение истца, как по осуществлению деятельности по лицензионному договору с использованием секрета производства (ноу-хау), так и по работе в CRM системе.

Лицензиату был предоставлен доступ к CRM системе с правом для истца использовать CRM систему (п. 2.2.5. Лицензионного договора), а также доступ к корпоративной электронным почтам s.linskiy@bebrand.info, s.linskiy@be-brand.ru. Лицензиату также был предоставлен доступ к мобильному приложению «Мои звонки».

16.10.2024 истцу был выслан комплекс сведений, составляющих секрет производства (ноу-хау), который содержал необходимые регламенты, инструкции, презентационные материалы, скрипты, шаблоны документов, входящие в секрет производства (ноу-хау).

Также ответчиком проводилось подробное консультирование Лицензиата в период действия Лицензионного договора во исполнение п. 2.2.2. настоящего Лицензионного договора.

Следовательно, лицензиатом были приняты услуги по договору в полном объеме.

Лицензиат получил доступ (право использования) к секрету производства (ноу-хау) для открытия бизнеса в сфере оказания юридических услуг.

Таким образом, ответчик выполнил в полном объеме свои обязательства по передаче секрета производства (ноу-хау), перечисленного в п. 2.2 договора.

На момент заключения лицензионного договора, а также в ходе его исполнения, в том числе при получении акта передачи технической документации и коммерческой информации, составляющей секрет производства (ноу-хау), лицензиатом не заявлялось о несогласии с предметом договора и о не передаче секрета производства (ноу-хау), а равно об отказе от заключения договора на предложенных ему условиях.

При этом, действуя свободно и заключая лицензионный договор, лицензиат согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау).

Как указано в п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Учитывая действия истца по оплате паушального взноса и передаче ответчиком предусмотренного договором секрета производства во исполнение договора, суд приходит к выводу, что стороны приступили к исполнению договора.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 18.05.2023 N С01-726/2023 по делу N А65-23673/2022, Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 № 11АП-3591/2024 по делу № А65-30213/2023.

Истец не представил доказательства, свидетельствующие о том, что сведения и документы, перечисленные в пункте 2.2 Лицензионного договора, как входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности, а также о том, что ответчик не исполнил обязательства по договору.

Оценив действия сторон по передаче ответчиком истцу предусмотренного договором ноу-хау и осуществление эксплуатации ноу-хау истцом, а также представленную в дело переписку сторон, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора истцу было известно о качественных характеристиках предмета договора.

Согласно п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В силу положений статьи 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется участниками гражданского оборота на свой риск.

Указанное положение предполагает, что от участников гражданского оборота требуется должная степень осмотрительности и заботы при заключении сделок. При этом рисковый характер предпринимательской деятельности распространяется также на такой ее атрибут как прибыльность.

Истец не был лишен возможности узнать качественные характеристики самой предпринимательской деятельности.

При подписании соглашения у истца не возникло возражений или вопросов относительно его содержания.

При этом факт уплаты истцом ответчику паушального взноса после заключения договора свидетельствует, в том числе, об отсутствии заблуждения истца относительно природы сделки, тождества либо иных качеств ее предмета.

Довод истца относительно принуждения вопреки его воле исполнять противоправные действия, включая рекламу услуг путем осуществления «холодных звонков», судом отклоняется, поскольку противоречит фактическим обстоятельствам дела.

В современной экономике в качестве системы продвижения "бренда" имеют значение множество каналов такого продвижения, в том числе "холодные звонки", тематические рассылки рекламы и новостей специализированным группам клиентов.

Действительно, в силу пункта 1 статьи 18 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ "О рекламе" распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы. При этом реклама признается распространенной без предварительного согласия абонента или адресата, если рекламораспространитель не докажет, что такое согласие было получено. Рекламораспространитель обязан немедленно прекратить распространение рекламы в адрес лица, обратившегося к нему с таким требованием.

Не допускается использование сетей электросвязи для распространения рекламы с применением средств выбора и (или) набора абонентского номера без участия человека (автоматического дозванивания, автоматической рассылки) (пункт 2 статьи 18 Закона о рекламе).

Вместе с тем, согласно действующему законодательству Российской Федерации, предпринимательской признается самостоятельная деятельность, осуществляемая лицом, зарегистрированным в предусмотренном законом порядке, на собственный риск, имеющая целью извлечение систематической прибыли от владения имуществом, торговли товарами, выполнения работ либо оказания услуг.

Предоставляя лицензию, лицензиату была предоставлена свобода выбора методов распространения услуг и продуктов, а также отсутствует прямое ограничение со стороны Лицензиара в отношении порядка рекламирования собственной коммерческой деятельности с применением охраняемого результата интеллектуальной деятельности (ноу-хау).

Сам Лицензионный договор не устанавливает обязательство производить «холодные звонки».

Как пояснил ответчик, упомянутое истцом приложение регламентирует исключительно число телефонных контактов с клиентами, необходимых для достижения заданных показателей эффективности. Способ же формирования базы потенциальных клиентов («лидов») определяется Лицензиатом по своему выбору.

Обоснованность действий Лицензиара подтверждается полным раскрытием условий сотрудничества, зафиксированных договором, включая количественные критерии оценки, цену приобретения каждого контакта клиента («лида»).

В данном случае отсутствуют признаки введения в заблуждение истца относительно методов ведения деятельности с использованием секрета производства, поскольку в том числе по его письменному запросу была предоставлена информация о предусмотренной законом ответственности по осуществлению «холодных звонков», на что указывает и сам истец.

Кроме того, в Лицензионном договоре предусмотрена возможность платного содействия Лицензиату в продвижении, включающая передачу контактных данных потенциальных клиентов («лидов»), полученных через официальный веб-сайт, горячие линии Лицензиара, средства контекстной и таргетированной рекламы, расходы на которую несет Лицензиар. Порядок и стоимость предоставления «лидов» описаны в подпунктах 3.2.2.1–3.2.2.5 Лицензионного договора.

Также ответчик пояснил, что секрет производства предусматривает возможность развития партнерской сети, позволяющая увеличить клиентскую базу и объем продаж через взаимодействие с иными хозяйствующими субъектами, использующими собственные ресурсы для продвижения товаров и услуг. Лицензиату был представлен шаблон агентского договора и типовые коммерческие предложения. Дополняют этот перечень различные регламенты продаж, сценарии переговоров (скрипты), презентационные материалы и прочая коммерческая документация.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что лицензионный договор никоим образом не ограничивал свободу истца как предпринимателя в принятии решений о ведении бизнеса или фиксировании конкретного метода привлечения потенциальных клиентов. Будучи предпринимателем, истец имел безусловное право применять наиболее эффективные и приемлемые инструменты продвижения оказываемых услуг в рамках действующего законодательства.

Весь объем информации, документов, наработок, ноу-хау, переданный ответчиком и принятый истцом по акту приема-передачи, представляют коммерческую ценность, являясь систематизированным комплектом документов по осуществлению предпринимательской деятельности, учитывающим наработанный ответчиком в этой деятельности опыт. Указанные документы были приняты истцом без замечаний, без возражений и претензий относительно их ценности. Факт заключения лицензионного договора, а также факт того, что истцом по договору были переданы ответчику документация и коммерческая информация, составляющая секрет производства (ноу-хау), подтверждается материалами дела.

Ноу-хау, переданное истцу, носит комплексный характер, представляет собой компиляцию сведений различного характера, которые позиционируются как ноу-хау именно в системе, а не каждое по-отдельности.

Доказательств того, что материалы, представленные ответчиком в рамках исполнения обязательств по лицензионному договору, равно как и совокупность таких материалов являются общеизвестной информацией, истцом не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что доказательства того, что ответчик не исполнил обязательства по лицензионному договора отсутствуют, а также с учетом того, что истцу был передан секрет производства (ноу-хау) по акту выполненных работ, суд оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании 400 000 руб. паушального взноса, 20 000 руб. дополнительных расходов не находит.

В связи с тем, что, по мнению истца, допущены существенные нарушения договора, истец заявил о расторжении лицензионного договора.

В рассматриваемом случае договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (п.2 ст. 1235 ГК РФ); все существенные условия такого договора,

а именно: предоставление права использования секрета производства (ноухау), способы его использования, размер вознаграждения, сторонами согласован.

Согласно п.2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В рассматриваемом случае требования истца обусловлены существенным нарушением условий договора ответчиком, что при рассмотрении дела судом не установлено.

На момент заключения лицензионного договора, а также в ходе его исполнения, в том числе при подписании акта о передаче секрета производства (ноу-хау), истцом не заявлялось о несогласии с предметом договора и о не передаче секрета производства, а равно об отказе от заключения договора на предложенных ему условиях.

Статьей 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В соответствии с п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» «…По смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В связи с этим лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2001 N 18-В01-12, факт нарушения договора не может служить основанием для расторжения договора, должна быть доказана существенность нарушения. Ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона должна представить суду доказательства такого нарушения: неполучение доходов, возможное несение дополнительных расходов или наступление других последствий, существенно отражающихся на интересах стороны.

Заключенный между сторонами договор был исполнен обеими сторонами.

В связи с тем, что доказательств существенного нарушения договора ответчиком не представлено, у суда отсутствуют основания для расторжения договора.

Истец также просит признать недействительным лицензионный договор № ВВ-111024-ИВА от 11 октября 2024.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 3 статьи 166 ГК РФ установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Отсутствие нарушенных прав и законных интересов истца является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной.

Таким образом, бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав истца и причинения ему неблагоприятных последствий, возложено на истца, обратившегося в суд с требованием о признании сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

По мнению истца, при заключении лицензионного договора № ВВ-111024-ИВА от 11 октября 2024 г. он был введен в заблуждение ввиду сокрытия важной информации (обмана) по бизнес-модели франшизы (ноу-хау) BeBrand.

Указанное положение предполагает, что от участников гражданского оборота требуется должная степень осмотрительности и заботы при заключении сделок.

Истец не был лишен возможности узнать качественные характеристики не только приобретаемого в рамках Договора секрета производства, но и качественные характеристики самой предпринимательской деятельности.

Доказательств умышленного введения Истца Ответчиком в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, Истец не представил.

Кроме того, в рассматриваемых правоотношениях обе стороны являются профессиональными участниками рынка в соответствующей сфере, в связи с этим не имеется оснований для отнесения истца в смысле, примененном в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 16 от 14.03.2014 «О свободе договора», к категории «слабых сторон».

Истцом не представлено достаточных доказательств ни факта введения его в заблуждение (обмана), ни факта нарушения Договором требований закона и посягательства на публичные интересы.

Выдавая лицензию, истцу была предоставлена свобода выбора методов распространения услуг и продуктов.

В Договоре отсутствует прямое ограничение со стороны ответчика в отношении порядка рекламирования коммерческой деятельности с применением охраняемого результата интеллектуальной деятельности (ноухау).

Рассматриваемый Договор не устанавливает обязательство производить «холодные звонки».

Количественные показатели, предусмотренные Договором, регламентирует исключительно число телефонных контактов с клиентами, необходимых для достижения заданных показателей эффективности. Способ же формирования базы потенциальных клиентов («лидов») определяется Лицензиатом (Истцом) по своему выбору.

При подписании договора у истца не возникло возражений или вопросов относительно его содержания, Истцом не было направлено протокола разногласий к Договору.

Вопреки доводам истца, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец и ответчик имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступили к исполнению своих обязательств по Договору, то есть, совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого Договора, в связи с чем, спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

В рассматриваемом случае Договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (пункт 2 статьи 1235 ГК РФ); все существенные условия такого договора, а именно: предмет договора (состав секрета производства (ноу-хау)), способы использования секрета производства (ноу-хау), размер вознаграждения, сторонами согласованы.

Заключенный между сторонами Договор исполнен обеими сторонами (комплекс предоставляемых ответчиком прав, оплаченный истцом, был предоставлен ответчиком и использовался истцом; истец оплатил паушальный взнос и подписал надлежащим образом акт выполненных работ).

Ответчик исполнил принятые на себя обязательства по передаче ноу-хау в установленные сроки, о чем свидетельствует подписанный между истцом и ответчиком акт выполненных работ.

Подписав названный акт, истец подтвердил, что права по договору переданы.

Получение всех элементов секрета производства не оспаривается и самим Истцом

У Истца не возникло разумных сомнений ни на стадии заключения договора, ни на стадии оплаты паушального взноса, ни на стадии подписании актов.

Каких-либо замечаний к объему переданных прав Истец не предъявлял.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Условия заключенного Договора позволяют с достаточной степенью определенности уяснить смысл его предмета и используемых объектов.

Договор был подписан без возражений, реально исполнялся истцом и ответчиком, направлялись сведения об исполнении Договора. Это повлекло для каждой из сторон юридически значимые последствия, обусловленные их характером и правовой природой.

Относительно ссылки истца на положения Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей», суд считает необходимым отметить, что указанный закон распространяется исключительно на отношения между потребителями и

продавцами товаров, исполнителями работ/услуг, возникающие в связи с приобретением товара или услуг для личных нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью.

Таким образом, индивидуальный предприниматель, осуществляя покупку товара или заказывая услугу именно для целей своей профессиональной деятельности, не является потребителем в понимании указанного закона и не защищается нормами Закона «О защите прав потребителей». Такие сделки регулируются Гражданским кодексом РФ и иными нормативными актами, применимыми к отношениям сторон в сфере предпринимательства.

Из буквального содержания условий договора не следует, что договор истцом заключен сугубо для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, напротив, заключение данного договора обусловлено последующим осуществлением предпринимательской деятельности по осуществлению предпринимательской деятельности в сфере в сфере оказания услуг по защите прав интеллектуальной собственности.

Таким образом, истец не является потребителем в спорных правоотношениях в смысле придаваемым данным понятием Законом о защите прав потребителей.

На основании изложенного, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 227, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ :

Уточнение исковых требований в части признания недействительной ничтожной сделки, расторжения договора в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принять.

В ходатайстве Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Владивосток о рассмотрении дела по общим правилам искового производства, отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Владивосток (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 41 000 руб. госпошлины.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение пятнадцати дней со дня его принятия.

Судья К.П. Андреев