Решение по делу № А45-36546/2024 от 17.11.2025 | АС Новосибирской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

город Новосибирск Дело № А45-36546/2024

Резолютивная часть решения принята 31 октября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 17 ноября 2025 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Серёдкиной Е.Л., при ведении протокола секретарем судебного заседания Кудренко Р.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Град» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>), г. Новосибирск,

при участии в деле третьих лиц: 1) ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>), 2) ООО «УЗСК «Стрижи» (ОГРН <***>), 3) ООО «Альтаир» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

о взыскании 2 357 249 рублей 88 копеек,

по встречному иску о взыскании задолженности в размере 3605616,56 рублей,

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО3, доверенность от 09.01.2025, диплом, паспорт;

ответчика: ФИО4, доверенность от 22.11.2024, диплом, паспорт;

третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Град» (далее - истец) обратилось с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ответчик) о взыскании суммы неотработанного аванса в размере 2317983,44 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 39266,38 рублей в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договорам подряда №ШО-30082023 от 30.08.2023, № СВП-1307223 от 13.07.2023.

Ответчик отзывом исковые требования отклонил и указал, что работы выполнены в соответствии с условиями договоров, более того, по договору № СВП-1307223 от 13.07.2023 выполнены на большую сумму, и полностью перекрывают размер неосновательного обогащения, предъявленного истцом в рамках иска.

В порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ответчиком подано встречное исковое заявление о взыскании задолженности за фактически выполненные работы по договору № СВП-1307223 от 13.07.2023 в размере 5923600 рублей.

Истец требования встречного иска отклонил, указав, что работы по договору подряда выполнены с ненадлежащим качеством, в связи с чем, отказано в приемке работ, оснований для оплаты не имеется, просил во встречном иске отказать.

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ИП ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «УЗСК «Стрижи», общества с ограниченной ответственностью «Альтаир».

Третьи лица, извещенные о времени и месте судебного разбирательства явку своих представителей не обеспечили, письменных пояснений суду не представили, с учетом положений статей 123, 156 АПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц и их отзывов.

Учитывая наличие спора по качеству работ, суд по ходатайству ответчика определением от 15.04.2025 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Сибирский государственный университет путей сообщения» ФИО5.

По результатам проведенной экспертизы в суд поступило заключение эксперта от 18.08.2025 №18/08-2025, стороны возражений по выводам экспертизы, а также ходатайств о вызове эксперта не заявили.

При рассмотрении спора, суд исходит из того, что в соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, заслушав представителей сторон в судебных заседаниях (часть 2 статьи 64, статьи 71, 81 АПК РФ), суд установил следующее.

Исковые требования обоснованы статьей 309, 310, 395, 450.1, 702, 711, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что 30.08.2023 истцом (Заказчик) и ответчиком (Подрядчик) был заключен договор подряда № ШО-30082023, согласно пункту 1.1. которого, по заданию заказчика Подрядчик обязался своими силами и материалами выполнить комплекс работ по монтажу шпунтового ограждения бортов котлована в осях и 2Л/2.11-3.6, L=40 пм, 2.11 L=20 пм, 2.5, L=20 пм, Н=6 м. на объекте «Многоквартирный малоэтажный дом с помещениями общественного назначения, подземной автостоянкой по адресу: ул. Арктическая в Заельцовском районе г. Новосибирска», а Заказчик обязался принять и оплатить обусловленную договором цену.

Срок выполнения работ установлен в пункте 2.1. договора, в редакции дополнительного соглашения № 5 от 07.03.2024, начало работ 11.09.2023, окончание и сдача работ 15.07.2024.

Согласно пункту 5.1 5 с учетом дополнительного соглашения к договору № 2 от 05.03.2024, стоимость работ и материалов определена в размере 9 674 028 рублей.

Ответчик выполнил работы на общую сумму 5 952 848 рублей, что подтверждается подписанными в двустороннем порядке актами приемки выполненных работ, справками о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 20.11.2023, № 1 от 20.11.2023, № 2 от 20.11.2023, № 2 от 05.03.2024, № 3 от 01.04.2024.

Истцом в соответствии с условиями договора произведено авансирование, а также оплата за фактически выполненные и принятые работы в размере 6 611 114 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 26 от 13.09.2023; № 65 от 10.11.2023; № 76 от 07.12.2023; № 67 от 14.03.2024; № 120 от 19.04.2024.

Таким образом, между оплаченными истцом и фактически выполненными ответчиком работами имеется разница в сумме 658 266 рублей, которые являются неосновательным обогащения ответчика по договору подряда № ШО-30082023 от 30.08.2023.

Также между истцом (Заказчик) и ответчиком (Подрядчик) 13.07.2023 был заключен договор подряда № СВП -1307223, согласно пункту 1.1. которого, по заданию Заказчика Подрядчик обязался выполнить своими силами и материалами комплекс работ по устройству водопонижения системой иглофильтров на участке строительства в осях 2.А-2.Л/1.1-3.6, Р=390 пм с отм. 161,50 на объекте «Многоквартирный малоэтажный дом с помещениями общественного назначения, подземной автостоянкой по адресу: ул. Арктическая в Заельцовском районе г. Новосибирска», а Заказчик обязался принять и оплатить обусловленную договором цену.

Сроки выполнения работ установлены в пункте 2.1. договора, в редакции дополнительного соглашения № 1 от 06.03.2024: начало выполнения работ 25.07.2023, окончание выполнения работ 20.09.2024.

Согласно журналу №1 учета работы системы водопонижения ответчик выполнял работы по договору до 26.07.2024 включительно.

Пунктом 5.1 договора определена стоимость работ и материалов по договору в размере 7 460 440 рублей.

В соответствии с условиями договора истец перечислил ответчику денежные средства в размере 3 733 217,44 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 1298 от 19.07.2023; № 53 от 27.10.2023; № 144 от 07.05.2024; № 237 от 20.06.2024.

Ответчик выполнил работы на общую сумму 2 073 500 рублей, что подтверждается актами приемки выполненных работ, справками о стоимости выполненных работ и затрат подписанных сторонами 1 от 20.10.2023, № 2 от 08.04.2024.

Таким образом, между оплаченными истцом и фактически выполненными ответчиком работами имеется разница в сумме 1 659 717,44 рублей, которые являются неосновательным обогащения ответчика по договору подряда № СВП - 1307223 от 13.07.2023.

Кроме того, в ходе выполнения работ ответчиком были допущены недостатки, так, выбранный ответчиком вид шпунтового ограждения не обеспечивал надежного закрепления стенок котлована, не допускающего их обрушения, так установленные удерживающие конструкции бортов котлована не выдержали давления грунтовых масс, в результате чего произошли значительные отклонения стоек шпунтового ограждения от вертикали и как следствие подвижки грунта (обрушение) бортов котлована;

Более того, выбранная ответчиком система водопонижения не обеспечивала возможность выполнения работ по устройству котлована, так как котлован заполнялся водами, поступающими, не только через дно котлована, но и через стены уже выполненной части котлована. Система водопонижения не смонтирована в полном объеме и не функционировала.

Со стороны ответчика мер по устранению недостатков не предпринималось, контроль за соблюдением работ по водопонижению не осуществлялся, рекомендации в адрес истца о способах защиты стенок котлована от обрушения, не поступало.

В результате выполненная ответчиком часть шпунтового ограждения не обеспечила защиту стен котлована, что привело к частичному разрушению котлована, частичному разрушению ограждающих котлован конструкций и возникновению угрозы разрушения системы водоснабжения окружающей застройки.

По причине неэффективности системы понижения уровня грунтовых вод и поступления в котлован воды, работы по устройству котлована были прекращены, вода откачена силами истца, в том числе путем откачивания воды насосами и вывозом ее специальным автомобильным транспортом.

Затопление котлована привело к тому, что жители близлежащих домов обратились с заявлениями в уполномоченные органы и в рамках контрольно-надзорного мероприятия 23.08.2024 инспекцией государственного строительного надзора Новосибирской области в отношении технического заказчика ООО УЗСК «Стрижи» (третье лицо) составлен протокол № 1-135Ю/24 об административном нарушении, где одним из нарушений указано, что в нарушение требований проектной документации шифр 424-09/2022-ПОС, лист 18,21,22,23 монтаж иглофильтров выполнен не с абсолютной отметкой 169,0, иглофильтры смонтированы не по всему периметру котлована. В нарушение требований проекта производства работ шифр 424-09/2022-ШО-ППР стойки шпунтового ограждения котлована вдоль улицы Арктическая и вдоль Озера Жемчужина имеют значительные отклонения от вертикали. Допущенные нарушения требований проектной документации, а также критические дефекты, возникшие в массиве грунта, окружающего котлован, оказывают влияние на характеристики надежности и безопасности объекта, в связи с чем продолжение работ вблизи объекта опасно по причине возможного обрушения грунта.

29.08.2024 истцом в адрес ответчика была направлена претензию с требованием устранить недостатки в течение 10 календарных дней с даты получения претензии, а также указано, что претензия одновременно является уведомлением об устранении о расторжении договора, с даты истечения срока на устранение недостатков не возвращены.

Претензия получена ответчиком 05.09.2024, недостатки не устранены, следовательно, договор считается расторгнутым с 16.09.2025.

Поскольку ответчик на претензию не ответил, выявленные недостатки не устранил, и денежные средства не возвратил, истец обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 3 статьи 723 ГК РФ, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Поскольку ответчик выявленные истцом недостатки в установленный срок не устранил, претензия, содержащая в себе уведомление о расторжении договора, получена ответчиком 05.09.2024, следовательно, договор считается расторгнутым с 16.09.2025.

При этом вне зависимости от оснований расторжения договора ликвидационная стадия обязательства должна окончиться приведением сторон в такое положение, в котором ни одна из них не могла бы считаться извлекшей необоснованные преимущества из исполнения и расторжения договора. Судом при рассмотрении соответствующего спора должны быть сопоставлены взаимные предоставления сторон, учтены правомерно начисленные санкции за ненадлежащее исполнение договора и определена завершающая обязанность одной стороны в отношении другой, соответствующая установленному сальдо встречных обязательств.

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие неосновательного обогащения.

Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ (пункт 1 статьи 1102 ГК РФ).

Если оплата произведена в связи с договором, но надлежащего основания в виде эквивалентного встречного предоставления не имеется, то применению подлежат правила пункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

Условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения являются обстоятельства, когда: 1) имело место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя; 2) приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой его 6 части или неполучения доходов, на которые потерпевшее лицо правомерно могло рассчитывать; 3) отсутствуют правовые основания, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

Перечисленные условия составляют предмет доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств влечет отказ во взыскании неосновательного обогащения.

В силу правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 с учетом того, что основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными (требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.), распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.

С учетом норм гражданского законодательства и положений части 1 статьи 65 АПК РФ лицо, требующее возврата неосновательного обогащения, должно обосновать свое требование, представив доказательства того, что оно является потерпевшим в обязательстве из неосновательного обогащения, а ответчик (приобретатель) неосновательно обогатился за его счет.

Ответчик, возражая по иску указал, что по договору подряда № СВП-1307223 им фактически выполнены работы на общую сумму 7294448 рублей, что подтверждается КС-2 №1 от 20.11.2023, КС-2 №2 от 20.11.2023, КС-3 №1 от 20.11.2023 на сумму 4 660 848.00 рублей; КС-2 №3 от 01.04.2024, КС-3 №2 от 01.04.2024 на сумму 1 292 000,00 рублей; КС-2 №4 от 10.06.2024, КС-2 №5 от 10 06.2024, КС-2 №6 от 10.06.2024, КС-3 №3 от 01.06.2024, подписанные в двустороннем порядке.

При этом по сложившейся между сторонами в рамках договора № СВП-1307223 практике, акты КС-2, КС-3 и журнал №1 об учете работы системы водопонижения передавались начальнику участка ООО «Град» ФИО6, который согласовывал объемы выполненных работ и передавал акты КС-2, КС-3 для последующей оплаты.

26.07.2024 сопроводительным письмом на имя начальника участка ФИО6 для передачи на согласование, подписание и последующей оплаты были переданы акты формы КС-2, КС-3, журнал №1 учета работы системы водопонижения на сумму 5 923 600 рублей. В получении документов и проставлении подписи в сопроводительном письме было отказано, о чем было засвидетельствовано в сопроводительном письме.

11.11.2024 в адрес истца повторно были направлены на подписание и оплату акты КС-2, КС-3 в рамках договора № СВП-1307223, письмом исх. №1061 от 29.11.2024 ответчику отказано в подписании актов и справок КС-2, КС-3 с указанием на отсутствие исполнительной документации.

Ответчик считает отказ от подписания актов и справок КС-2, КС-3 незаконным и необоснованным, так как заказчик вел производство работ без согласования с проектной организацией связанной с разработкой грунта котлована, что повлекло затопление котлована.

Истец, возражая по доводам ответчика указал, что договор № СВП-1307223 и был заключен в целях водопонижения в котловане, однако избранный ответчиком способ водопонижения оказался неэффективным, произошло дальнейшее затопление котлована, что повлекло жалобы жителей улицы Арктическая и проверку уполномоченного органа, которой установлено, что система водопонижения не смонтирована в полном объеме и не функционировала.

Поскольку между сторонами возник спор относительно качества выполненных работ и причин затопления котлована, суд по ходатайству ответчика определением от 15.04.2025 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Сибирский государственный университет путей сообщения» ФИО5.

По результатам проведенной экспертизы в суд поступило заключение эксперта от 18.08.2025 №18/08-2025, в выводах которого указано следующее:

результат исследования по вопросу №1:

Проведя анализ материалов дела, основываясь на документах, подписанных заказчиком и подрядчиком (КС, Исполнительные схемы), можно заключить, что работы по устройству шпунтового ограждения на момент их приемки 20.11.2023 и 01.04.2024 (погружение шпунтовых свай, монтаж пояса) выполнены и находились в проектном положении.

На момент проведения экспертизы 02.07.2025 определить соответствие условиям договора, рабочей документации, строительным нормам и правилам для данного вида работ при наличии особенностей грунтового участки не представляется возможным в связи с отсутствием объекта обследования, а именно конструкций шпунтового ограждения.

Результат исследования по вопросу №2:

На момент проведения экспертизы 02.07.2025 конструкции шпунтового ограждения на обследуемом участке отсутствуют.

Согласно СП 45.13330.2017 «Свод правил. Земляные сооружения, основания и фундаменты» п. 5.31 «при производстве водопонизительных работ сниженный УПВ (уровень подземных вод - прим.) должен опережать уровень разработки котлована на высоту одного яруса, разрабатываемого землеройной техникой, т.е. на 2,5...3 м. Такое условие обеспечит выполнение земляных работ "насухо"».

Однако согласно материалам дела (протокол Стройнадзор НСО № 1-135Ю/24 - см. выше) разработка котлована велась с опережением УПВ, что является прямым нарушением СП 45.13330.2017.

С учетом сказанного с большой вероятностью причинами отклонения шпунтового ряда от проектных отметок в ретроспективе, послужили нарушения в последовательности производства работ по разработке котлована, что привело к дополнительному давлению воды на конструкции шпунтового ограждения и активизации суффозионных процессов (вымывание частиц грунта из-за конструкций крепления с образованием пустот).

Результат исследования по Вопросу №3:

Поскольку на момент обследования отсутствуют и конструкции шпунта, и система водопонижения, то ответ на этот вопрос может носить чисто теоретический характер. Отвечая, таким образом, считаем нужным сказать, что согласно предоставленному отчету об инженерно-геологических изысканиях (ЗАО «ИПСК Арсенал», 2022) в грунтовых условиях исследуемой стройплощадки вполне применимы иглофильтры для понижения уровня грунтовых вод. При этом в качестве крепления бортов котлована могут применяться двутавровые балки с деревянными забирками - то есть те конструкции, которые и были реализованы в натуре.

Отвечая на вопрос о причинах поступления воды через деревянные забирки, наиболее вероятной причиной считаем нарушение технологии разработки котлована. Согласно материалам дела (протокол Стройнадзор НСО № 1-135Ю/24 - см. выше) разработка котлована велась с опережением УПВ (уровень подземных вод), что является прямым нарушением СП 45.13330.2017, п. 5.31 «при производстве водопонизительных работ сниженный УПВ должен опережаться уровень разработки котлована на высоту одного яруса, разрабатываемого землеройной техникой, т.е. на 2,5...3 м. Такое условие обеспечит выполнение земляных работ "насухо"».

Исследовав заключение эксперта от 18.08.2025 №18/08-2025 суд установил, что оно соответствуют по содержанию положениям статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ), поскольку содержат в себе сведения об объекте исследований и материалах дела, представленных экспертам для производства судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; а также оценку результатов исследований, обоснование и формулировки выводов по поставленным вопросам. Заключение эксперта составлено в соответствии с требованиями статьей 8 закона № 73-ФЗ, выводы экспертов являются полными, обоснованными, процессуальных нарушений при проведении экспертизы не установлено.

Каких-либо аргументированных доводов, по которым непосредственно само заключение эксперта не отвечает требованиям закона или обязательным для данного вида экспертизы нормативным актам, правилам или стандартам, в том числе указания несоответствия заключения конкретным положениям статей 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», сторонами суду не приведено.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике или неправильном ее применении, а также доказательств, свидетельствующих о том, что эксперты пришли к неправильным выводам, в материалы дела не представлено.

При этом принцип независимости экспертов как субъектов процессуальных правоотношений предполагает их самостоятельность в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с их точки зрения, для разрешения поставленных вопросов.

С учетом изложенного суд признает заключение эксперта заключение эксперта от 18.08.2025 №18/08-2025 относимым и допустимым доказательством.

Сторонами возражений по выводам экспертизы не заявлено.

Ответчик поддержал выводы экспертизы и указал, что причиной затопления котлована явилось нарушение технологии разработки котлована, что привело к поднятию уровня грунтовых вод и затоплением котлована.

Истец также не возражал по выводам экспертизы, при этом указал, что именно для этого и был заключен договор № СВП-1307223 по устройству водопонижения системой иглофильтров, между тем, инспекцией государственного строительного надзора Новосибирской области при проверке установлено, что в нарушение требований проектной документации шифр 424-09/2022-ПОС, лист 18,21,22,23 монтаж иглофильтров выполнен не с абсолютной отметкой 169,0, иглофильтры смонтированы не по всему периметру котлована. Кроме того, в акте проверки установлено, что система водопонижения не смонтирована в полном объеме и не функционировала.

Также ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих объемы откачанной и вывезенной из котлована воды.

Выводы судебной экспертизы не противоречат установленным инспекцией государственного строительного надзора Новосибирской области обстоятельствам, и материалам дела. Кроме того выводы, как указано в экспертизе, носят чисто теоретический характер

Пункт 1 статьи 716 ГК РФ возлагает на подрядчика как профессионала в сфере отношений, соответствующей характеру выполняемых по договору подряда работ, обязанность немедленно предупредить заказчика обо всех обстоятельствах, грозящих для заказчика неблагоприятными последствиями, касающимися предмета договора, и до получения от заказчика указаний приостановить работу.

Эта норма в совокупности с закрепленным в пункте 3 статьи 307 ГК РФ общим принципом солидаризма сторон, заключающимся в обязанности по взаимному оказанию необходимого содействия для достижения цели обязательства (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2016 № 7-П), устанавливает алгоритм ожидаемого поведения подрядчика, на котором строится стандарт добросовестного осуществления гражданских прав участником гражданского оборота (пункт 1 Постановления № 25).

Отклонения от указанного стандарта в соответствии с пунктом 2 статьи 10, пунктом 2 статьи 716 ГК РФ лишает подрядчика права ссылаться на соответствующие обстоятельства.

Равным образом, подрядчик вправе не приступать к работе при бездействии заказчика, выражающемся в непередаче необходимых для надлежащего выполнения работ материалов и документов, и вправе отказаться от исполнения договора применительно к пункту 2 статьи 328 ГК РФ, а также потребовать от заказчика возмещения причиненных этим убытков (статья 719 ГК РФ).

Таким образом, закон регламентирует порядок действий добросовестного, разумного и осмотрительного подрядчика, отклонение от которого должно иметь веские причины, чтобы быть оцененным судом как нормальное поведение подрядчика, не являющееся влекущей для него негативных последствий девиацией.

Ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств, что он предпринимал действия по приостановлению исполнения обязательства с уведомлением заказчика о неверно выбранном способе водопонижения либо иных обстоятельствах, грозящих годности и прочности результата работ (шпунтовому ограждению, котловану).

При таких обстоятельствах, если ответчик не нашел оснований для использования правового инструментария, содержащегося в статьях 716, 719 ГК РФ, фактически сочтя своего опыта достаточным для надлежащего выполнения принятых на себя обязанностей, он лишается права ссылаться на неисполнение истцом встречных обязанностей и должен нести негативные последствия ненадлежащего выполнения работ.

Таким образом, отказ от исполнения договора в одностороннем порядке заявленный истцом в порядке статьей 723, 450.1 ГК РФ признается судом правомерным. С учетом положений статей 450.1. ГК РФ суд признает договор расторгнутым с 17.09.2024 (10 дней с даты истечения срока установленного для устранения недостатков).

С учетом установленных по делу обстоятельств, в настоящем случае выполнение работ не соответствующих условиям договора, что исключает для заказчика потребительскую ценность результата работ и невозможность использования результата работ по назначению, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неотработанный аванс в размере 2317983,44 рублей статей 722, 723, 1102, 1103 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

На основании указанной нормы закона истец начислил проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 09.09.2024 по 11.10.2024 в размере 39266,38 с последующим начислением процентов до даты возврата неосновательного обогащения.

Расчет, составленный истцом, проверен судом и признан неверным, поскольку договор расторгнут с 16.09.2025, следовательно, проценты на сумму неосновательного обогащения могу начисляться с 17.09.2024.

По расчету суда размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 17.09.2024 по 31.10.2025 составляет 516665,30 рублей.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

Поскольку судом установлено некачественное выполнение работ ответчиком по договору № СВП-13072023, суд признает отказ истца от приемки спорных работ обоснованным, следовательно, оснований для взыскания задолженности, предъявленной в рамках встречного иска, не имеется.

Расходы по проведению судебной экспертизы подлежат отнесению на ответчика, поскольку судебный акт принят в пользу истца.

Распределение судебных расходов производится по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

по первоначальному иску:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Град» (ОГРН <***>) 2317983 рубля 44 копейки неосновательного обогащения, 516665 рублей 30 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами и начиная с 01.11.2025 проценты на сумму неосновательного обогащения в размере ключевой ставки Центробанка России действующей на дату уплаты и по день фактического исполнения обязательства, 95718 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд, в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Л. Серёдкина