СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Томск Дело № А03-9981/2019
Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 07 мая 2025 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Логачева К.Д.,
судей Фаст Е.В.,
ФИО1,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Н.В., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП-13693/2019(6)) на определение от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-9981/2019 (судья Смотрова Е.Д.) по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 г. Москва, ИНН <***> о процессуальной замене взыскателя ФИО3 по исполнительному листу ФС № 047483510 от 04.10.2024 по делу №А03-9981/2019 на сумму 1 642 356,47 руб. на его правопреемника - индивидуального предпринимателя ФИО4, г. Бийск.
В судебном заседании приняли участие:
от ФИО2: ФИО5, доверенность.
УСТАНОВИЛ:
19.11.2024 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аринтел» в Арбитражный суд Алтайского края от индивидуального предпринимателя ФИО3 поступило заявление о процессуальной замене взыскателя индивидуального предпринимателя ФИО3 по исполнительному листу ФС № 047483510 от 04.10.2024 по делу №А03-9981/2019 на сумму 1 642 356,47 руб. на его правопреемника - индивидуального предпринимателя ФИО4.
Определением от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края произведено процессуальное правопреемство взыскателя ИП ФИО3 по исполнительному листу ФС № 047483510, выданного 04.10.2024 Арбитражным судом Алтайского края в рамках дела о банкротстве ООО «Аринтел» № А03- 9981/2019 на сумму 1642356 рублей 47 копеек, на его правопреемника - индивидуального предпринимателя ФИО4, ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Бийск.
Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.
Апелляционная жалоба мотивирована тем, что определение суда нарушает нормы статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса РФ, регулирующей процессуальное правопреемство, поскольку правопреемство должно быть осуществлено на основе правомерных и обоснованных оснований. Не были учтены факты злоупотребления процессуальными правами и попытка уклонения от выполнения обязательств путем мнимой сделки. Стороны просто создали видимость того, что денежные средства переуступались от супруга к супруге. В данном случае действия ФИО3 и ФИО4 направлены на использование процессуального правопреемства для уклонения ФИО3 от исполнения обязательств в рамках обеспечительных мер, наложенных по исполнительному листу, где ФИО2 является взыскателем, а ФИО3 должником, что является примером злоупотребления правом. В данном случае сделка по уступке права требования между супругами имеет признаки мнимости, поскольку цели сделки не соответствуют реальным намерениям сторон и экономической целесообразности.
В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 доводы апеллянта отклонил за необоснованностью.
В судебном заседании апелляционной инстанции представитель апеллянта настаивал на доводах апелляционной жалобы.
Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.
Представитель апеллянта заявил ходатайство о приостановлении производства по делу в связи с оспариванием договора цессии.
Апелляционный суд полагает, что основания для удовлетворения ходатайства отсутствуют, в связи со следующим.
В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.
В случаях, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, производство по делу приостанавливается до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда (пункт 1 статьи 145 АПК РФ).
Приостановление производства по указанному основанию производится в случае, когда в производстве суда имеется иное дело, обстоятельства которого касаются одного и того же материального правоотношения, разрешаемые по этому делу вопросы находятся в пределах рассматриваемого арбитражным судом спора.
Объективной предпосылкой применения данной нормы является невозможность рассмотрения одного дела до рассмотрения другого дела. При этом обстоятельства, исследуемые в другом деле, должны иметь значение для арбитражного дела, рассмотрение которого подлежит приостановлению, то есть могут влиять на рассмотрение дела по существу. Кроме того, такие обстоятельства должны иметь преюдициальное значение по вопросам об обстоятельствах, устанавливаемых судом по отношению к лицам, участвующим в деле.
Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" (далее - Постановление № 46)).
Как разъяснено в пункте 43 Постановления № 46, возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора, в том числе в случае, когда такой иск предъявлен лицом, указанным в законе (статья 53.1, пункт 1 статьи 65.2, пункт 2 статьи 166 ГК РФ), само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ. В таком случае арбитражным судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.
Кроме того, согласно указанной норме обязанность приостановить производство по делу связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 по делу № 305-ЭС19-8916).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (например, определение от 28.05.2020 № 1246-О, от 25.10.2018 №2683-О), пункт 1 части 1 статьи 143 АПК РФ направлен на сокращение возможностей для существования противоречащих друг другу судебных актов, тем самым обеспечивает действие принципа правовой определенности и является гарантией законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов. При этом разрешение вопроса о необходимости приостановления производства по делу осуществляется арбитражным судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств дела.
Возбуждение самостоятельного производства по заявлению об оспаривании договора об уступке в рамках дела о банкротстве не препятствует рассмотрению заявления о процессуальном правопреемстве и не является безусловным основанием для приостановления производства по делу применительно к положениям пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств").
Таким образом, наличие спора о действительности договора уступки права требования (цессии) не является основанием для приостановления производства по заявлению о процессуальном правопреемстве (пункт 33 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").
Рассмотрение заявления о процессуальном правопреемстве при оспаривании договора об уступке прав (требований) не влечет прекращение реализации и защиты права стороны договора, вытекающего из данного договора, то есть не является препятствием к рассмотрению заявления о правопреемстве.
Процессуальное правопреемство производится на основании оценки действующего договора цессии, независимо от того, что сама сделка цессии оспаривается в отдельном обособленном споре.
В соответствии со статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае признания договора уступки прав (требований) недействительным, судебный акт, принятый по настоящему обособленному спору, может быть пересмотрен по новым обстоятельствам.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.
Удовлетворяя заявление о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции исходил из того, что заявление является обоснованным и документально подтвержденным.
Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.
В соответствии с частью 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену данной стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.
Необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении.
В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.
Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.
В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.
Из заявления о процессуальном правопреемстве следует, что между ИП ФИО3 и ИП ФИО4 заключен договор уступки права требования от 11.11.2024, согласно условиям которого ИП ФИО3 передал право требования задолженности к ФИО2.
Суд первой инстанции, оценивая доводы ФИО2 о признании действий ФИО3 злоупотреблением правом, правомерно исходил из того, что по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).
Доказательств злоупотребления ФИО3 правом апеллянтом не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.
Согласно части 1 статьи 422 Гражданского кодекса РФ установлено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Суд первой инстанции правомерно указал на то, что доводы ФИО2 о том, что ФИО3 и ФИО4 является супругами и на их имущество распространяется режим совместной собственности супругов, не опровергают факта заключения договора уступки права требования.
Необоснованным является довод апеллянта об отсутствии действительной оплаты уступаемого права в связи соследующим.
Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», даже отсутствие в договоре уступки условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным.
Анализ содержания договора уступки права требования позволяет сделать вывод о согласовании сторонами при его подписании существенных условий договора цессии, поскольку в рассматриваемом случае предмет соглашения определен с необходимой степенью достоверности, позволяющей внести правовую определенность в отношения сторон.
Оснований считать договор уступки между истцом и ответчиком незаключенным не установлено, поскольку отсутствуют сомнения сторон договора уступки относительно уступаемого права требования.
Ввиду отсутствия разногласий между цедентом и цессионарием относительно оплаты права требования, указанное обстоятельство не требует дополнительной проверки. Довод апеллянта об отсутствии оплаты права требования в данном случае не свидетельствует о нарушении его прав.
При заключении договора уступки условия, установленные пунктом 2 статьи 390 ГК РФ, были соблюдены.
Уступка права требования не ухудшает положения должника по выполнению им своих обязательств и не противоречит действующему законодательству.
Доказательств обратного апеллянтом не представлено.
Суд первой инстанции правомерно указал на то, что то обстоятельство, что приставом подтвержден факт извещения 06.12.2024 ФИО3 о полном погашении долга (в дату отзыва исполнительного листа) не означает, что договор уступки не был заключен.
Заявление о процессуальном правопреемстве поступило в суд 18.11.2024 (согласно данным системы КАД) с приложенным договором уступки, что опровергает доводы ФИО2 о том, что уступка права требования не имеет правового значения, так как фактически обязательства должника в силу части 3 статьи 382 ГК РФ были исполнены первоначальному кредитору (04.12.2024 денежные средства внесены на депозит пристава).
ФИО2 является участником дела о банкротстве ООО «Аринтел», определением от 26.11.2024 заявление ФИО3 было принято к производству, опубликовано 27.11.2024 и ФИО2 мог получить информацию о факте уступки права требования к нему.
Кроме того, согласно представленным к материалам дела сведениям с сайта почты России, письмо с документами об уступке было направлены ФИО2 18.11.2024, доставлено в место вручения 21.11.2024.
При таких обстоятельствах, суд первой инстанции законно и обоснованно сделал вывод о наличии оснований для удовлетворения заявленного требования.
Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.
Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, выражают несогласие с выводами суда, не опровергают их.
Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и процессуального права.
Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-9981/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».
Председательствующий К.Д. Логачев
Судьи Е.В. Фаст
Т.С. Чащилова