ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
18 декабря 2025 года
Дело №А56-90333/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 18 декабря 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Титовой М.Г.,
судей Геворкян Д.С., Петровой Т.Ю.,
при ведении протокола судебного заседания секретарём Мчедлидзе С.З,
при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Скай» - ФИО1 (доверенность от 14.07.2025), ФИО2 (доверенность от 07.10.2024), представителя общества с ограниченной ответственностью «Рэд» - ФИО3 (доверенность от 12.03.2025), генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Эр Лаб» - ФИО4 (выписка из ЕГРЮЛ),
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24356/2025) общества с ограниченной ответственностью «Рэд» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.07.2025 по делу № А56-90333/2024, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Скай» к обществу с ограниченной ответственностью «Рэд», 3-е лицо: общество с ограниченной ответственностью «Эр Лаб» о взыскании,
установил:
общество с ограниченной ответственностью «Скай» (далее – истец, ООО «СКАЙ») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском (с учетом уточнения) к обществу с ограниченной ответственностью «РЭД» (далее – ответчик, ООО «РЭД») о взыскании 54 889 100 руб., из которых 51 100 000 руб. вознаграждения по лицензионному договору от 01.09.2023, 3 789 100 руб. неустойки за период с 16.10.2023 по 12.03.2025.
Определением от 10.02.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «ЭрЛаб».
Ответчик представил встречный иск о взыскании 1 800 000 руб. неустойки за нарушение сроков передачи неисключительных прав по лицензионному договору №1/09-Л от 01.09.2023.
Решением от 29.07.2025 суд взыскал с ООО «Рэд» в пользу ООО «Скай» 54 889 100 руб., в том числе 51 100 000 руб. задолженности, 3 789 100 руб. неустойки. Во встречном иске отказано.
В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в иске и удовлетворении встречного иска. Податель жалобы считает, что передача прав использования ПО возлагалась на истца доказательств передачи не представлено. Ответчик возражает против принятия судом увеличения исковых требований, поскольку ответчиком 01.07.2024 получено уведомление, согласно которому, по мнению ответчика, истец выразил намерение расторгнуть договор. Апеллянт отметил расхождения в документах, а именно: дата договора 01.08.2023 и 01.09.2023, а также указание на наименование ПО - «SKY умные приборы и сервисы» и «SKY умный дом и сервисы». Апеллянт указал, что в материалы дела не представлены доказательства количества реализованного ответчиком товара с ПО истца.
Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».
Суд апелляционной инстанции отказал в приобщении отзыва истца на апелляционную жалобу в связи с поздним направлением его в адрес ответчика, и в отложении рассмотрения апелляционной жалобы по ходатайству ответчика в связи с необходимостью ознакомления ним.
В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель истца и третьего лица возражали против её удовлетворения.
Законность и обоснованность решения суда проверена в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 01.09.2023 между ООО «Скай» (Лицензиар) и ООО «Рэд» (Лицензиат) был заключен лицензионный договор (неисключительная лицензия) № 1/09-Л (далее – лицензионный договор от 01.09.2023) на передачу неисключительных прав использования программы для ЭВМ (программный модуль).
Спецификация к лицензионному договору от 01.09.2023 была подписана сторонами 01.11.2023.
По смыслу пункту 1.1 лицензионного договора от 01.09.2023, лицензиар за вознаграждение предоставляет лицензиату неисключительное право использования программ для ЭВМ (программный модуль), определенных в спецификации, на территории Российской Федерации. Предметом договора являлось следующее программное обеспечение:
- мобильное приложение «Готовим с RED» для платформ IOS и Android: - мобильное приложение «SKY. Умный дом и сервисы», версия для платформ IOS и Android.
Из пункта 4.1 лицензионного договора от 01.09.2023 следует, что вознаграждение за предоставление права, указанного в разделе 1 договора, определяется в соответствии с приложением № 1 к договору, а именно спецификацией.
Согласно спецификации стоимость использования программных модулей составляет: за использование мобильного приложения «Готовим с RED» для платформ iOS и Android;
- 1 000 000 руб. в месяц. за использование мобильного приложения «SKY. Умный дом и сервисы» версия для платформ IOS и Android:
- при продаже фактического оплаченного товара лицензиата с установленным ПО Лицензиара количеством до 10 000 штук — 2 000 000 руб./мес.;
- от 10 001 до 20 000 штук - 4 500 000 руб./мес.;
- от 20 001 до 30 000 штук - 6 000 000 руб./мес.;
- от 30 001 до 40 000 штук - 7 000 000 руб./мес.;
- от 40 001 до 50 000 штук - 7 500 000 руб./мес.;
- свыше 50 000 штук - 7 500 000 руб./мес. + 1 руб. за каждую последующую — проданную единицу товара в отчетном периоде.
За время использования программного обеспечения лицензиатом осуществлены следующие выплаты вознаграждений:
- платежное поручение № 5486 от 03.11.2023 на сумму 1 900 000 руб. (назначение платежа: Оплата по Сублицензионному договору № 1/09-Л от 01.09.2023г. на передачу неисключительных прав использования программ для ЭВМ Сумма 1900000-00 руб. Без НДС);
- платежное поручение № 5759 от 16.11.2023 на сумму 1 900 000 руб. (назначение платежа: Оплата по Сублицензионному договору № 1/09-Л от 01.09.2023г. по счету №09/2023 от 01.11.2023г. за мобильное приложение Сумма 1900000-00 руб. Без НДС);
- платежное поручение № 217 от 15.01.2024 на сумму 2 100 000 руб. (назначение платежа: Оплата по Сублицензионному договору № 1/09-Л от 01.09.2023г. на передачу неисключительных прав использования программ для ЭВМ Сумма 2100000-00 руб. Без НДС).
Общая сумма выплаченных лицензиару ежемесячных вознаграждений составляет 5 900 000 руб.
Однако общий размер вознаграждения, предусмотренный договором, за период с сентября 2023 года по август 2024 года, составил 36 000 000 руб.
В связи с неоплатой ответчиком вознаграждения истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании суммы вознаграждения по лицензионному договору за период с сентября 2023 года по март 2025 года в сумме 51 100 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ).
В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик заявил встречный иск о взыскании неустойки за нарушение сроков передачи неисключительных прав по лицензионному договору №1/09-Л от 01.09.2023.
Суд первой инстанции признал требования истца обоснованными по праву и по размеру. Встречный иск суд отклонил в связи с недоказанностью заявленного требования.
Апелляционный суд, повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.
По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное (пункт 5 статьи 1235 ГК РФ).
К договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419 ГК РФ) и о договоре (статьи 420 - 453 ГК РФ), поскольку иное не установлено правилами настоящего раздела и не вытекает из содержания или характера исключительного права (пункт 2 статьи 1233 ГК РФ).
Возражая против удовлетворения заявленных требований в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе, ответчик указал, что истец зарегистрировал программы для ЭВМ в Федеральной службе по интеллектуальной собственности лишь 25.03.2024, в связи с чем не мог обеспечить фактическую передачу программного обеспечения ранее этой даты (договор, на основании которого подан настоящий иск, заключен 01.09.2023).
Кроме того, заявляя встречный иск, ответчик настаивает на том, что до настоящего времени права на использование приложений не переданы, отсутствует акт приема-передачи прав пользования, предусмотренный договором.
Вместе с тем, согласно части 4 статьи 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.
Согласно части 1 статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.
Таким образом, исключительное право возникает у автора уже с момента создания результата интеллектуальной деятельности, следовательно, право распоряжаться результатом интеллектуальной деятельности также возникает с момента его создания. Регистрация программы для ЭВМ (часть 1 статьи 1262 ГК РФ) в федеральном органе исполнительной власти носит необязательный характер, производится лишь по желанию правообладателя.
Материалами дела подтверждается принадлежность истцу исключительных прав на спорные мобильные приложения «Умный дом и сервисы» и «Готовим с RED» (версия для платформы Андроид и iOS) на основании свидетельства о государственной регистрации программы для ЭВМ от 25.03.2024, договора авторского заказа от 18.01.2023, заключенного между истцом (заказчиком) и ФИО4 (автором), созданные путем модификации и доработки исходного кода приложения для управления умной бытовой техникой «Sky» и электронной книги рецептов «Готовим с RED», полученного от ООО «ЭрЛаб» по лицензионному договору от 07.12.2022, заключенному, в свою очередь, между ООО «ЭрЛаб» (лицензиаром) и истцом (лицензиатом), а также иными доказательствами по делу.
Кроме того, в качестве доказательств ведения истцом работы над программным обеспечением до и после заключения спорного лицензионного договора от 01.09.2023, истец предоставил договоры, из содержания которых следует, что в 2022 и 2023 годах индивидуальные предприниматели ФИО5 и ФИО6 вели работу над отдельными компонентами программного обеспечения ООО «Скай».
В частности, в материалы дела представлены дополнительные соглашения от 24.10.2022, 16.12.2022, 25.07.2023, заключенные между ООО «Скай» и ФИО5 и дополнительные соглашения от 18.01.2023, от 10.02.2023, от 12.05.2023, заключенные между ООО «Скай» и ФИО6
Из договора авторского заказа от 18.01.2023 следует, что созданное ПО (мобильные приложения «Умный дом и сервисы» и «Готовим с RED» (версия для платформы Андроид и iOS) передано истцу по акту от 31.07.2023.
Таким образом, на момент заключения спорного договора от 01.09.2023 истец обладал исключительными правами на спорное ПО.
Довод апелляционной жалобы о том, что Ответчик ошибочно производил оплату по платежным поручениям, в назначении платежа которых указано «оплата по сублицензионному договору», критически оценен судом апелляционной инстанции.
В исследуемом случае, между сторонами заключен лицензионный договор, при этом никакого сублицензионного договора не заключалось.
Как пояснил представитель истца апелляционному суду, названные платежи касались именно спорного лицензионного договора и указание на сублицензию фактически является опечаткой.
Как верно указал суд первой инстанции, по смыслу пункта 1.1 лицензионного договора от 01.09.2023, лицензиар за вознаграждение предоставляет лицензиату неисключительное право использования программ для ЭВМ – мобильное приложение «Готовим с RED» для платформ IOS и Android и мобильное приложение «SKY. Умный дом и сервисы», версия для платформ IOS и Android.
Таким образом, воля сторон была направлена на заключение договора, предметом которого являлось предоставление неисключительного права использования программ для ЭВМ, между сторонами имелось согласие по существенным условиям договора.
Расхождение в наименовании договора «лицензионный» вместо «сублицензионный», не делает договор незаключенным и не отменяет обязательственные правоотношения, вытекающие из спорного лицензионного договора. Ответчик, оплачивая вознаграждение по договору, совершил действия по исполнению договора, тем самым фактически подтвердил наличие обязательств между сторонами.
Суд первой инстанции признал, что перечисление спорных денежных средств ответчиком как оплата по конкретным счетам в качестве лицензионного вознаграждения, свидетельствует об осознанных действиях ООО «РЭД», а последующее противоречивое поведение последнего, выраженное в отрицании оснований платежей, не дает ему права на судебную защиту, поскольку подпадает под действие принципа эстоппеля и положений части 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ.
Довод ответчика о недоказанности истцом передачи по акту приема-передачи права использования ПО в соответствии с пунктом 3.1 договора, в связи с чем, ответчик не мог использовать программное обеспечение, обоснованно отклонен судом первой инстанции.
Согласно пункту 3.1 лицензионного договора от 01.09.2023 передача лицензиату неисключительного права использования программного обеспечения оформляется актом приема-передачи права использования программного обеспечения.
Как пояснил на вопрос суда о причинах отсутствия акта приема - передачи представитель истца, он не подписывался ввиду уклонения ответчика от подписания.
Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что ответчик на своем интернет-сайте по адресу https://redsolution.company продает технику, в инструкциях к которой имеется указание на возможность управления этой техникой через мобильные приложения «Готовим с RED» и «SKY. Умный дом и сервисы», исключительные права на которые принадлежат истцу.
Принадлежность интернет-сайта https://redsolution.company ответчику подтверждается информацией в разделе «Контакты», в котором указаны ИНН и ОГРН ответчика. Инструкции к товарам, реализуемым ответчиком, содержат указания на возможность управления ими с помощью программы «SKY. Умный дом и сервисы».
На указанной интернет-странице содержится информация, что для реализуемых ответчиком мультиварок можно скачать приложение с более чем со 120 рецептами «Готовим с RED».
Таким образом, фактическое использование ответчиком программного обеспечения истца подтверждено доказательствами, полученными с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
Ответчик вышеприведенные обстоятельства не опроверг, не представил информацию о том кому, если не истцу, принадлежат исключительные права на приложения «SKY. Умный дом и сервисы» и «Готовим с RED», возможность работы с которыми упоминается в инструкциях к реализуемым ответчиком товарам.
Суд принимает во внимание довод истца о том, что в магазине приложений для смартфонов «iPhone» AppStore и для смартфонов, работающих на платформе «Android», PlayMarket присутствует только одно приложение «SKY. Умный дом и сервисы» и одно приложение «Готовим с RED», в описании которых содержится указание на принадлежность исключительных прав на них истцу.
Правоотношения сторон подтверждаются также скриншотами переписки, из содержания которой следует, что стороны в процессе преддоговорной работы намеревались заключить лицензионный договор, вели дискуссию относительно условий договора, а после заключения договора ответчик признавал наличие на балансе, продажу и нереализованные остатки товаров (умной техники) (письмо генерального директора ФИО7 от 14.05.2024).
Переписка посредством адресов электронной почты, поддается идентификации с точки зрения установления лиц, от которых получены сообщения, и признана судом в качестве доказательства, подтверждающего фактические обстоятельства, имеющие значение для дела.
Таким образом, совокупность установленных по делу обстоятельств позволяет сделать однозначный вывод о наличии между сторонами правоотношений по лицензионному договору от 01.09.2023, а также фактического использования ответчиком программного обеспечения, исключительные права на которые принадлежат истцу.
За использование мобильного приложения «Готовим с RED» для платформ iOS и Android вознаграждение составляет 1 000 000 руб. в месяц.
В случае приложения «SKY. Умный дом и сервисы» вознаграждение лицензиара зависит от количества фактически проданного лицензиатом товара.
Из содержания договора следует, что на ответчике лежит обязанность по предоставлению истцу сведений по фактически проданному товару.
Ответчик, ссылаясь на отсутствие таких сведений, тем самым не исполнил свою же обязанность по их предоставлению.
В отсутствие таких сведений истец и ООО «ЭрЛаб» представили справки о количестве новых подключений к серверам ООО «ЭрЛаб».
Из представленной информации усматривается, что за период с сентября 2023 года по март 2025 года количество новых подключений не превышало 10 000 умных приборов в месяц, но очевидно составляло более одного, в связи с чем согласно условиям договора размер вознаграждения за использование программы «SKY. Умный дом и сервисы» составил в указанный период 2 000 000 руб. в месяц (минимальная сумма вознаграждения при использовании ПО на товарах ответчика).
Указанные обстоятельства, подтвержденные представленными истцом и третьим лицом доказательствами, ответчиком не опровергнуты.
Таким образом, суд первой инстанции верно исходил из представленных в материалы дела сведений, согласно которым размер вознаграждения за период с сентября 2023 года по март 2025 года составил 57 000 000 руб., за вычетом полученных оплат (51 100 000 руб.).
Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.
В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой признается определенная договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Лицензионным договором от 01.09.2023 за неисполнение обязательства по оплате предусмотрена неустойка в размере 0.1 % от общей цены договора в день, также установлено ограничение - не более 10 процентов.
Согласно расчету истца, размер неустойки за указанный период составил 3 789 100 руб.
Из материалов дела не усматривается наличие обстоятельств, при которых ответчик при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру договорных правоотношений сторон, принял все зависящие от него меры для своевременного исполнения денежного обязательства.
Доказательств отсутствия своей вины в нарушении принятого по договору обязательства не представил (п. 2, п. 3 ст. 401 ГК РФ).
Расчет начисленной истцом неустойки судом проверен, признан обоснованным, соразмерным последствиям нарушения договорных обязательств и сумме долга.
Рассмотрев заявление ответчика о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, суд первой инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения.
Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление №7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).
Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).
Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).
Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).
В силу пункта 75 постановления №7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформированной в Определении от 23.06.2016 N 1363-О, статья 333 ГК РФ в части, закрепляющей право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
В силу пунктов 69, 77 постановления № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке. Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Пленума № 7).
При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 74 Пленума № 7).
Из вышеприведенных положений Пленума № 7 следует, что коммерческая организация вправе подать заявление об уменьшении неустойки, но она обязана доказать несоразмерность неустойки последствиям допущенного ею нарушения исполнения обязательства.
Наличие оснований для снижения суммы неустойки суд проверяет с учетом характера конкретного дела и его обстоятельств.
Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.
Таким образом, применяя статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, исходя из всей совокупности материалов дела и доводов сторон, устанавливает возможность снижения суммы неустойки, руководствуясь принципом справедливости, но с учетом состязательности арбитражного процесса и распределения бремени доказывания.
Степень несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу закона только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.
Проверяя обоснованность заявления ответчика о чрезмерности спорной неустойки, суд не усмотрел оснований к снижению ее размера, пришел к выводу об отсутствии доказательств ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.
Суд апелляционной инстанции считает, что степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу закона только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.
По мнению суда апелляционной инстанции, взысканный судом первой инстанции размер неустойки соразмерен нарушенному обязательству и его последствиям, учитывая длительность периода неисполнения обязательства ответчиком.
Доказательств позволяющих прийти к выводу о том, что взысканный судом первой инстанции размер неустойки не соответствует размеру неблагоприятных последствий возникших у истца по причине нарушения срока оплаты, равно как и доказательств свидетельствующих о наличии оснований для снижения размера неустойки ответчиком в материалы дела не представлено.
При таком положении, исковые требования ООО «СКАЙ» обоснованно удовлетворены в заявленном размере.
Ответчиком заявлены встречные исковые требования о взыскании с ООО «СКАЙ» в пользу ООО «РЭД» неустойки за просрочку передачи неисключительных прав по лицензионному договору №1/09-Л от 01.09.2023 в размере 1 800 000 руб.
Как установлено судом, акт приема-передачи права пользования ПО сторонами не подписывался.
Однако само по себе отсутствие акта приема-передачи права пользования ПО не свидетельствует о неисполнении договора со стороны ООО «СКАЙ» при наличии иных доказательств передачи права пользования ПО и не обусловливает отсутствие на стороне истца по встречному иску возможности извлечения прибыли (дохода) от реализации товара, имеющего возможность управления через ПО истца третьим лицам в рамках предоставленной ответчику лицензии по спорному договору с истцом.
С учетом изложенного, требование по встречному иску о взыскании неустойки не подлежало удовлетворению судом.
Апелляционная жалоба не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого решения, либо опровергали выводы суда по существу принятого решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.07.2025 по делу № А56-90333/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
М.Г. Титова
Судьи
Д.С. Геворкян
Т.Ю. Петрова