Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г. Москва Дело № А40-206536/24-139-1458
06 мая 2025 г.
Резолютивная часть решения объявлена 28 апреля 2025 г.
Решение в полном объеме изготовлено 06 мая 2025 г.
Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Е.А. Вагановой (единолично) при ведении протокола секретарем с/з Широковой У.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению АО "ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО" (170008, ТВЕРСКАЯ ОБЛАСТЬ, г.о. Город Тверь, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 01.02.2022, ИНН: <***>)
к Федеральной антимонопольной службе (125993 Москва город улица Садовая-Кудринская дом 11 , ИНН: <***>)
третьи лица: ПАО «Мегафон» (ОГРН <***>), АО «ЭР-Телеком Холдинг» (ОГРН <***>), ООО «Мультисервисные системы» (ОГРН <***>), АО «Квантум» (ОГРН <***>), ПАО «Вымпел-коммуникации» (ОГРН <***>), ПАО «Мобильные телесистемы» (ОГРН <***>).
о признании незаконным и недействительным предписания от 20.08.2024 по делу № 11/01/10-2/2024
при участии: от заявителя – ФИО1, дов. от 03.12.2024 диплом; от ответчика – ФИО2, дов от 10.01.2025, диплом, ФИО3, дов. от 09.10.2024, диплом; от третьих лиц –от ПАО «Вымпел-коммуникации» ФИО4, дов. от 01.11.2023, диплом; АО «ЭР-Телеком Холдинг» - ФИО5, дов. от 02.06.2023, диплом, от ПАО «Мобильные телесистемы» ФИО6, дов. от 12.10.2023 диплом, ФИО7, дов. от 13.03.2023 диплом, остальные – не явились, извещены
УСТАНОВИЛ:
Акционерное общество «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» (заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Федеральной антимонопольной службе Российской Федерации (антимонопольный орган, служба) о признании недействительным предписания от 20.08.2024 по делу № 11/01/10-2/2024.
По данному заявлению возбуждено производство по делу № А40-206536/24-139-1458.
Также АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения службы от 28.08.2024 по делу № 11/01/10-2/2024.
По данному заявлению возбуждено производство по делу № А40-237694/24-94-1585.
АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании постановления от 06.12.2024 о привлечении к административной ответственности по делу № 11/04/14.31-24/2024 об административном правонарушении.
Данное заявление принято к производству в рамках дела № А40-304570/24-84-2106.
В порядке ст. 130 АПК РФ упомянутые дела объединены в одно производство для их совместного рассмотрения в рамках дела № А40-206536/24-139-1458.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены публичное акционерное общество «Мегафон», акционерное общество «ЭР-Телеком Холдинг», общество с ограниченной ответственностью «Мультисервисные системы», акционерное общество «Квантум», публичное акционерное общество «Вымпел-коммуникации», публичное акционерное общество «Мобильные телесистемы».
В обоснование заявленных требований АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» сослалось на то, что при проведении проверки экономической обоснованности затрат общества, включенных в тариф на услугу по предоставлению доступа к сопряженным объектам инфраструктуры для размещения волоконно-оптического кабеля, службой был нарушен порядок проведения такой проверки, установленный законодательством.
Как указывает заявитель, расчеты и выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, сделаны без анализа документов, подтверждающих понесенные заявителем затраты и основаны на расчетах с применением исключительно замещающей информации.
Также заявитель сослался на то, что при анализе его тарифов антимонопольным органом были использованы необходимые фактические данные в неполном объеме, в частности, не проведена проверка тарифов, утвержденных приказом № 232 от 30.12.2022. Вместо этого произведен анализ в отношении наибольшего тарифа с наибольшим количеством опор по итогу года без учета медианного тарифа (среднего в течение года). Это, как указывает заявитель, привело к неверному распределению затрат на протяжении года в связи с отсутствием корректировки в рамках СО 153-34.48.519-2002.
Далее заявитель указал, что при вынесении оспариваемого решения службой были некорректно определены затраты, подлежащие отнесению на услугу по предоставлению доступа к сопряженным объектам инфраструктуры для размещения волоконно-оптического кабеля, потому как доля выручки от услуги к выручке по прочим видам деятельности не может служить основанием для распределения прямых затрат.
Оценка распределения затрат на оплату труда между видами деятельности общества не основана, по его мнению, на нормах Методических рекомендаций по управлению цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утв. приказом ФАС России от 18.05.2023 № 289/23 (приказ № 289/23).
Также заявитель указал, что в оспариваемом решении антимонопольным органом применены нормативные и судебные акты, не подлежащие применению.
Заявитель сослался на то, что антимонопольным органом, при отсутствии законных оснований, при проведении проверки цен (тарифов) АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО», неправомерно осуществлялось распределение затрат между услугами в составе прочих услуг производилось по базе распределения «Выручка». Такой подход к проведению анализа не основан на антимонопольном законодательстве, является произвольным.
Заявитель полагает, что служба осуществляла расчеты без применения обязательной методики, в то время как общество предоставило подтверждение соответствия спорного тарифа требованиям Методических рекомендаций по установлению цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре. Данный расчет по методике значительно отличается от расчетов, проведенных ФАС России при проведении проверки. Антимонопольным органом, без законных оснований, осуществлено распределения затрат между услугами общества в составе прочих услуг по базе распределения «Выручка».
Различные подходы к оценке возможности признания (непризнания) монопольно высокими цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре, установленных заявителем, объективно относятся к узкопрофильной области экономики тарифообразования.
Заявитель считает, что для оценки обоснованности расходов, включенных в цену услуги, а также уровня доходов АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО», требуются специальные знания в области порядка формирования цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи.
Рентабельность при установлении тарифов заявителя учтена в размере 10%. В связи с применением ненормативного порядка проверки расходов, учитываемых в составе тарифов АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО», службой при вынесении оспариваемого решения необоснованно занижены затраты, подлежащие отнесению на услугу на 30 330 тыс. руб., по сравнению с расчетами, проведенными заявителем в соответствии с приказом № 289/23.
Заявитель указывает, что затраты на оплату труда на оказание услуги по передаче электрической энергии, в соответствии с данными бухгалтерского учета заявителя, в 2023 г. составили не 279 311 тыс. руб. (как указано в оспариваемом решении), а 426 701 тыс. руб.
Доля затрат на оплату труда основного производственного персонала, относимая в соответствии с п. 28 приказа № 289/23 на предоставление доступа к инфраструктуре в размере 54 718 тыс. руб., составляет 12,99% от общих (совокупных) затрат на оплату труда, относимых на ВЛ в 2023 г. 426 701 тыс. руб., а не 35%, как указано в оспариваемом решении, и не 41% по результатам перерасчета. В связи с чем, вывод о несоразмерности распределения затрат на оплату труда на «прочие услуги» является, как указывает заявитель, ошибочным.
В обоснование требования о признании незаконным предписания обществом указано, что оспариваемый ненормативный акт не соответствуют положениям Правил недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.11.2022 № 2106 «О порядке недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи» (Правила № 2106), поскольку п. 39 названных Правил цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются в российских рублях на уровне, обеспечивающем возмещение экономически обоснованных расходов владельцев инфраструктуры на предоставление доступа к инфраструктуре и получение необходимой прибыли владельцами инфраструктуры. Какого-либо контроля со стороны антимонопольного органа при установлении цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре правилами не предполагается.
Таким образом, резюмирует заявитель, требования антимонопольного органа, изложенные в предписании, направлены не на прекращение поддержания монопольно высокой цены, а на не основанную на законе согласованную с ФАС России организацию в АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» порядка формирования обществе цен (тарифов) на услугу по предоставлению доступа к сопряженным объектам инфраструктуры.
В судебном заседании арбитражного суда первой инстанции представитель заявителя доводы и требования заявлений и дополнений поддержал.
Представитель службы возражала по заявлению по доводам своей письменной позиции. Ранее ответчик обеспечил представление доказательств, послуживших основанием для принятия оспариваемых актов.
Представители ПАО «Вымпел-коммуникации», АО «ЭР-Телеком Холдинг», ПАО «Мобильные телесистемы» поддержали правовую позицию антимонопольного органа по доводам своих письменных позиций.
Остальные третьи лица, будучи извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, своих представителей не направили, в связи с чем суд рассмотрел дело в их отсутствие.
В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.
В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).
В соответствии со ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.
Согласно ч. 6 ст. 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.
В соответствии с ч. 4 ст. 210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.
Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлениях, дополнениях, в отзыве и возражениях на них, в выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал требования не подлежащими удовлетворению.
Судом установлено, что основанием для принятия оспариваемых решения и предписания послужили обращения ПАО «ВымлслКом», ПАО «МегаФон», ПАО «МТС», АО «Эр-Телеком Холдинг», АО «Квантум», ООО «МСС» о нарушении заявителем антимонопольного законодательства, выразившегося в установлении и поддержании монопольно высокой цены на услугу по предоставлению опор воздушных линий электропередачи для размещения сетей электросвязи на территории Тверской области.
Решением от 20.08.2024 в действиях АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» установлено нарушение п. 1 ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (Закон о защите конкуренции) путем установления и поддержания монопольно высокой цены на услугу по предоставлению доступа к сопряженным объектам инфраструктуры для размещения волоконно-оптического кабеля.
Предписанием того же антимонопольного органа от 20.08.2024 на заявителя возложена обязанность разработать в течение 20 календарных дней с даты получения предписания порядок формирования цен (тарифов) на услугу в соответствии с п. п. 38, 39 Правил № 2106 и установить экономически обоснованные цены (тарифы) на услугу.
Суд считает упомянутые ненормативные акты службы законными и обоснованными.
Вмененной заявителю в качестве нарушения нормой установлен запрет для хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение, устанавливать и поддерживать монопольно высокие цены.
Службой достоверно установлено, что АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» является субъектом естественной монополии, осуществляющим деятельность в сфере услуг по передаче и распределению электрической энергии на территории Тверской области.
Доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта - субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии (ч. 5 ст. 5 Закона о защите конкуренции).
Соответственно, на заявителя относятся запреты и требования, предусмотренные ст. 10 ГК РФ, ст. 10 Закона о защите конкуренции.
Монопольно высокой ценой товара является цена, установленная занимающим доминирующее положение хозяйствующим субъектом, если эта цена превышает сумму необходимых для производства и реализации такого товара расходов и прибыли и цену, которая сформировалась в условиях конкуренции на сопоставимом товарном рынке (ч. 1 ст. 6 Закона о защите конкуренции).
Как указано в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (Постановление Пленума № 2), при оценке необходимости расходов для обеспечения деятельности хозяйствующего субъекта может приниматься во внимание их экономическая оправданность, в том числе направленность расходов на удовлетворение производственных потребностей субъекта, соответствие размера затрат обычной стоимости соответствующих благ, рыночная конъюнктура, в которой осуществлялись затраты. Например, экономически не оправданными для целей применения ст. 6 Закона о защите конкуренции могут быть признаны затраты, не имеющие отношения к производству и реализации товара, но учтенные доминирующим на рынке субъектом при формировании цены товара (абзац третий).
В целях предупреждения создания дискриминационных условий могут устанавливаться федеральным законом или нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации правила недискриминационного доступа на товарные рынки и (или) к товарам, производимым или реализуемым субъектами естественных монополий, регулирование деятельности которых осуществляется в соответствии с Законом о естественных монополиях, а также к объектам инфраструктуры, используемым этими субъектами естественных монополий непосредственно для оказания услуг в сферах деятельности естественных монополий (ч. 3 ст. 10 Закона о защите конкуренции).
В соответствии с п. 38 Правил № 2106 цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются владельцем инфраструктуры. Цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи в сопоставимых условиях устанавливаются владельцем инфраструктуры равными для всех пользователей инфраструктуры, заинтересованных в доступе к определенному виду объектов инфраструктуры или их части и предполагающих использовать объекты инфраструктуры или их часть.
Согласно п. 39 Правил № 2106 цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются в российских рублях на уровне, обеспечивающем возмещение экономически обоснованных расходов владельцев инфраструктуры на предоставление доступа к инфраструктуре и получение необходимой прибыли владельцами инфраструктуры.
В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 22.09.2008 № 707 «О порядке ведения раздельного учета доходов и расходов субъектами естественных монополий» заявитель обязан вести раздельный учет доходов и расходов по видам деятельности (РУДР) в порядке, утвержденном приказом Минэнерго России от 13.12.2011 № 585 (Порядок ведения РУДР).
Согласно ч. 1 ст. 252 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ) расходами для целей налогообложения прибыли признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных в ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.
Как следует из материалов дела и достоверно установлено антимонопольным органом, тарифы на рассматриваемую услугу формируются заявителем в соответствии с Калькуляциями, в состав тарифа при этом включены затраты на оплату труда, страховые взносы в ПФР, ФСС, ФФОМС и ТФОМС, накладные (общехозяйственные) расходы 165,5 %, амортизация опоры, затраты на работу автовышки, а также рентабельность 10 % и НДС 20 %.
В соответствии с Порядком ведения РУДР показатели раздельного учета должны соответствовать показателям, содержащимся в формах бухгалтерской и статистической отчетности, то есть фактически понесенным затратам.
Законность оспариваемого ненормативного правового акта проверяется судом с учетом документов и материалов, положенных в основу его принятия, то есть на момент принятия такого акта.
При рассмотрении дела в антимонопольном органе заявитель указывал, что в бухгалтерском учете раздельный учет ведется только по доходам; раздельный учет затрат по видам услуг ведется в отдельном регистре «Распределение расходов по видам услуг» по следующим услугам, относящимся к основному виду деятельности: услуги по передаче электрической энергии; услуги по технологическому присоединению объектов к распределительным сетям; услуги по наружному освещению; прочие услуги.
Раздельный учет расходов по прочим услугам в разрезе видов услуг заявителем не ведется ввиду их несущественности: менее 5 % по итогам данных в соответствии с п. 3.3 Учетной политики заявителя, утвержденной приказом от 31.12.2022 № 229 (Учетная политика), что подтверждается данными оборотно-сальдовых ведомостей (ОСВ).
В соответствии с п. 8.1.6 Учетной политики общепроизводственные расходы, учитываемые на счете 25, относятся на себестоимость (прямые затраты) конкретной услуги по основным видам деятельности пропорционально сумме понесенных в отчетном периоде прямых затрат.
В силу п. 8.1.2 Учетной политики управленческие расходы (косвенные), учитываемые на счете 26 «Общехозяйственные расходы», списываются на счет 90.08 и в отчете о финансовых результатах учитываются по строке 2220, и далее в раздельном учете затрат (в отдельном регистре) по видам деятельности распределяются пропорционально выручке.
Выручка по прочим услугам за 2022 г. составила 131 626 млн. руб., за 2023 г. – 157 332 млн. руб.; затраты всего по прочим услугам по статьям затрат (по данным РУЗ) – 119 002 млн. руб. в 2022 г., 143 692 млн. руб. – в 2023 г. Прямые затраты (по данным Ф2) в 2022 г. составили 102 753 млн. руб., в 2023 г. – 126 368 млн. руб.
Таким образом, поскольку распределение затрат между видами деятельности пропорционально выручке прямо предусмотрено п. 8.1.2 Учетной политики заявителя, а также Порядком РУДР, антимонопольный орган правомерно произвел распределение затрат между услугами в составе прочих услуг по базе распределения «Выручка».
Ссылка заявителя на факт направления в антимонопольный орган по собственной инициативе документов и материалов, подтверждающих фактически произведенные им затраты на рассматриваемую услугу, судом отклоняется, поскольку в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства служба запрашивала указанные сведения.
Суд не принимает довод заявителя о неполном анализе фактических сведений и данных, в частности, тарифов на спорную услугу, установленных приказом от 30.12.2022 № 232.
Службой установлено, что в зависимости от территории заявителем установлено четыре различных тарифа на услугу, ввиду чего антимонопольным органом проведен анализ каждого из установленных тарифов путем использования базы распределения «Выручка».
Согласно данным об объеме оказанных услуг, содержащимся в письме АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» от 12.04.2024, в 2023 г. на опорах заявителя размещалось 38 076 подвесов ВОЛС, из которых: 10 886 подвесов по тарифу 93,96 руб./мес. с НДС; 7 016 подвесов по тарифу 127,97 руб./мес. с НДС; 2 261 подвесов по тарифу 161,98 руб./мес. с НДС; 17 914 подвесов по тарифу 429,37 руб./мес. с НДС.
Таким образом, службой был произведен расчет оценочных экономически обоснованных тарифов на услугу на основании затрат за 2023 г.
Вопреки доводам заявителя о том, что анализ был произведен в отношении большего тарифа на услугу, то есть установленного приказом от 06.04.2023 № 74 на период с 01.07.2023, из содержания оспариваемого решения и произведенных антимонопольным органом расчетов следует, что тариф на услугу в любом случае является экономически необоснованным.
Довод заявителя о несоответствии оспариваемого решения приказу № 289/23 судом не принимается.
Заявителем произведен самостоятельный расчет тарифов на услугу, который, по его мнению, составлен в соответствии с приказом № 289/23.
Между тем, поскольку основными статьями затрат, включенными в тариф на услугу, являются «Расходы на оплату труда» и «Отчисления на социальные нужды», службой проведена оценка распределения затрат на оплату труда между видами деятельности, по результатам которой достоверно установлено, что несоразмерное распределение затрат между видами деятельности приводит к завышению затрат на оплату труда на «прочие услуги», в связи с чем размер отнесенных на «прочие услуги» расходов на оплату труда также является экономически необоснованным.
Все сведения и расчеты антимонопольный орган привел в соответствующих таблицах; оснований не доверять приведенным в них сведениям у суда не имеется.
Расчеты службы основаны на фактически понесенных расходах, что прямо предусмотрено п. 39 Правил № 2106 и приказом № 289/23.
Кроме того, приведенный обществом расчет включает в себя иные затраты, помимо расходов на оплату труда основного производственного персонала, отчислений на социальные нужды и материальных расходов, а распределение затрат произведено без применения коэффициента долевого участия.
В этой связи судом признается несостоятельным довод заявителя о неверном использовании показателя затрат на оплату труда между видами деятельности, относимых на передачу электроэнергии, ввиду того, что указанный заявителем показатель затрат на оплату труда в размере 426 701 тыс. руб. включает в себя как прямые, так и косвенные расходы, в то время как службой при проведении оценки распределения затрат на оплату труда между видами деятельности использовался показатель только прямых затрат на оплату труда.
Суд учитывает, что службой была проведена дополнительная оценка распределения прямых и косвенных затрат на оплату труда между видами деятельности, по результатам которой установлено, что выручка за 2023 г. за передачу электроэнергии составила 2 357 772 тыс. руб., а затраты на оплату труда в указанный период – 426 701 тыс. руб. (18% от выручки). Выручка за 2023 г. за оказание прочих услуг составила 157 332 тыс. руб., а затраты на оплату труда по прочим услугам за 2023 г. – 64 553 тыс. руб. (41% от выручки).
Учитывая изложенное, рассматриваемый довод не противоречит выводам службы о несоразмерном распределении затрат между видами деятельности заявителя.
Довод общества о неправомерном исключении затрат на «амортизацию» признается судом несостоятельным поскольку обществом не было представлено документов, подтверждающих фактическое отнесение затрат по статье «амортизация» на услугу, а также экономическую обоснованность такого отнесения.
Суд учитывает, что в целях полной и всесторонней оценки данного довода, службой был дополнительно проведен оценочный расчет экономически обоснованного тарифа на услугу с включенными затратами по статье «амортизация», по результатам которого установлено, что даже при учете «амортизации» в составе тарифов на услугу, установленные АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» тарифы на территории Тверской области являются экономически необоснованными.
Все сведения служба привела в соответствующей таблице, оснований не доверять эти сведениям у суда не имеется.
При этом суд не принимает доводы заявителя о необходимости наличия специальных знаний для оценки обоснованности расходов, включенных в цену услуги, а также уровня доходов АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО», поскольку исходит из презумпции компетентности, профессионализма антимонопольного органа.
Не принимает суд и представленное заявителем «экспертное заключение».
Заключения экспертов квалифицируются в качестве одного из доказательств по делу (ч. 2 ст. 64 АПК РФ).
В ст. ст. 55, 82 АПК РФ раскрыты понятия «эксперт», «экспертиза», предусмотрены права, обязанности специалиста, порядок привлечения специалиста для участия в арбитражном процессе, порядок дачи консультаций, разъяснений.
Экспертом в арбитражном суде является лицо, обладающее специальными знаниями по касающимся рассматриваемого дела вопросам и назначенное судом для дачи заключения в случаях и в порядке, которые предусмотрены АПК РФ.
Документ, подготовленный за счет и в интересах заявителя не является экспертным заключением по смыслу положений ст. ст. 55, 82 АПК РФ, поскольку экспертиза не назначалась судом.
В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике» (постановление № 1178) расходы, связанные с производством и реализацией продукции (услуг) по регулируемым видам деятельности, включают в себя: расходы на амортизацию основных средств и нематериальных активов (п/п. 7 п. 18 постановления). Расходы на амортизацию основных средств и нематериальных активов для расчета регулируемых цен (тарифов) определяются в соответствии с нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета. При расчете налога на прибыль организаций сумма амортизации основных средств определяется в соответствии с НК РФ (п. 27 постановления).
Аналогичные выводы содержатся и в Определении Конституционного Суда РФ от 21.11.2022 № 3207-О: подлежит включению в необходимую валовую выручку величина расходов по налогу на прибыль организаций по регулируемому виду деятельности, сформированная по данным бухгалтерского учета за последний истекший период, и расходов на амортизацию основных средств и нематериальных активов, определяемых в соответствии с нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета. Данное регулирование не предполагает возможности учета экономически необоснованных расходов организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, к числу которых относятся в том числе выявленные на основании данных статистической и бухгалтерской отчетности за год и иных материалов расходы.
Оценивая доводы заявителя, суд учитывает также, что вышеупомянутая Учетная политика АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» (раздел 4.5. «Амортизация основных средств») не содержит каких-либо иных методов расчета и распределения расходов на амортизацию основных средств в зависимости от вида деятельности заявителя.
Указанное свидетельствует о «двойном учете» затрат, как по регулируемой деятельности, так и по услугам по размещению оптических кабелей связи на опорах воздушных линиях электропередачи, что противоречит Правилам № 1284 и Правилам 2106, а также постановлению № 1178.
Таким образом, служба обоснованно исключила затраты на «Амортизацию», как экономически необоснованные, вопреки доводам заявителя об обратном.
Что касается доводов заявителя о необоснованном уменьшении антимонопольным органом учтенных в тарифе расходов на оплату труда, то суд учитывает, что в оспариваемом решении службы указаны корректные значения показателей. Так, по виду деятельности «Передача электроэнергии» доля затрат составляет 18%, а по прочим услугам 41%, разница по включенным в услугу затратам и затратам по виду деятельности «Передача электроэнергии» составляет 127%, что позволяет резюмировать, что заявителем необоснованно включены в размер тарифа затраты на оплату труда.
В оспариваемом решении приведены корректные данные, из которых видно, что, если применять процентную ставку по затратам на оплату труда, как она указана в графе передача электроэнергии (18%), затраты на оплату труда по разделу прочие услуги не должны превышать 28 319 760 руб.
Суд учитывает, что доля выручки «Услуги» в «Прочих услугах» составляет не 100%, а 60,7%.
Таким образом, расходы на оплату труда, которые заявитель был вправе учитывать в тарифе, составляют 17 190 094 руб., что еще меньше суммы, указанной в оспариваемом решении.
Кроме того, как установлено судом, при размещении лицами, обратившимися с жалобами в антимонопольный орган, линий связи на объектах инфраструктуры АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» на территории иных населенных пунктов Тверской области (за исключением г. Твери), тарифы на услугу установлены в значительно меньшем размере, чем на территории города.
Потребительские свойства опоры предполагают их одновременное использование несколькими операторами под размещение своего кабеля связи и оборудования. На опорах размещены несколько креплений кабелей связи различных хозяйствующих субъектов (разных операторов связи).
Суд полагает, что при размещении более чем одного крепления на одной опоре, цену следует определять пропорционально количеству креплений.
Несмотря па то, что цены на рассматриваемую услугу не подпадают под государственное регулирование, положениями Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» и Правил № 2106 установлен принцип соразмерности платы за предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей связи.
Соблюдение названного принципа предполагает необходимость компенсации владельцу инфраструктуры экономически обоснованных затрат и необходимой прибыли.
Установленные заявителем тарифы за услугу фактически возлагают на операторов связи обязательства компенсации затрат, не предусмотренных Правилами № 2106, что, ущемляет интересы операторов связи и ограничивает конкуренцию.
В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
В данном случае бремя содержание имущества возлагается на заявителя в силу закрепленного за ним вещного права: именно заявитель обязан содержать имущество в надлежащем для его использования состоянии, нести расходы по его восстановлению и ремонту, защищать имущество, осуществлять иные необходимые расходы на поддержание имущества.
Основное назначение опор и сопряженной инфраструктуры заявителя – это передача электрической энергии и технологического присоединения к электрическим сетям; поддержание указанного имущества, является непосредственной обязанностью владельца опор и, кроме того, соответствует виду деятельности заявителя. Содержание имущества (проведение ремонтных работ и (или) замена непригодного имущества) в любом случае должно осуществляться заявителем самостоятельно, вне зависимости от планируемого размещения кабелей связи на опорах.
Из материалов дела следует, что заявитель предоставляет операторам связи только услуги по предоставлению места подточки крепления на опорах и сопряженной инфраструктуре, т.е. по сути предоставляет право пользования частью опоры под размещение кабеля связи, никаких иных услуг владелец опор операторам связи не оказывает.
Суд учитывает, что потребительские свойства опоры – размещение ВОК/ВОЛС, – предполагает ее одновременное использование несколькими операторами под размещение своего кабеля связи в точке подвеса на опоре.
Суд учитывает также, что состав продавцов и покупателей на рынке по предоставлению опор для размещения линий связи в г. Тверь, а также условия оказания услуги по размещению существенным образом не изменились; увеличение цены за размещение на опорах АО «ТВЕРЬГОРЭЛЕКТРО» не отражает изменение расходов, необходимых для оказания услуги, не обусловлено ростом коэффициента инфляции, ростом цен на энергоносители, индексации заработных плат или иными разумными критериями повышения цены и является экономически не обоснованным, монопольно высоким.
При таком положении суд приходит к выводу, что оспариваемое решение соответствует действующему законодательству, материалам дела и не нарушает прав заявителя в сфере экономической деятельности.
Оспариваемое же предписание суд также находит соответствующим законодательству (ст. 50 Закона о защите конкуренции) и направленным на восстановление законности в регулируемой сфере правоотношений и нарушенных прав подателей жалоб в административном порядке (ч. 2 ст. 11 ГК РФ).
Правовой смысл положений Закона о защите конкуренции, касающихся полномочий антимонопольных органов по выдаче предписаний, выявлен в Постановлении Пленума № 2.
Согласно п. 47 Постановления Пленума № 2 к полномочиям антимонопольных органов при выявлении нарушений антимонопольного законодательства относится выдача хозяйствующим субъектам и иным лицам предписаний, направленных на прекращение соответствующих нарушений, устранение их последствий, включая восстановление положения, существовавшего до нарушения.
Суд не принимает доводы заявителя о противоречии оспариваемого предписания Правилам № 2106.
Согласно взаимосвязанным положениям ч. 2 ст. 22, п.п. 2-3.1 ч. 1 ст. 23 и ч. 4 ст. 41 Закона о защите конкуренции к полномочиям антимонопольных органов при выявлении нарушений антимонопольного законодательства относится выдача хозяйствующим субъектам и иным лицам предписаний, направленных на прекращение соответствующих нарушений, устранение их последствий, включая восстановление положения, существовавшего до нарушения.
Кроме того, согласно п. 4 Правил № 2106, функции государственного контроля за соблюдением требований, определенных названными Правилами, осуществляется ФАС России и ее территориальными органами в пределах установленных полномочий по вопросам соблюдения антимонопольного законодательства Российской Федерации.
При таком положении служба была уполномочена выдать заявителю предписание в том виде, как это сформулировано в данном ненормативном правовом акте.
Кроме того, суд учитывает, что любые правоотношения можно оценивать с точки зрения их динамики и развития, в том числе в контексте экономической и прочей конъюнктуры.
С учетом этого и принимая во внимание положения ст. ст. 51.1 и 51.2 Закона о защите конкуренции, адресат предписания вправе просить антимонопольный орган о порядке его разъяснения, корректировки, требовать его пересмотра в будущем и т.д.
Таким образом, суд не соглашается с аргументацией заявителя, признавая оспариваемые акты законными и обоснованными.
В случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).
Поскольку такие основания в рассматриваемом случае установлены, заявление не подлежит удовлетворению.
Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относятся на заявителя.
Как указано выше, заявитель оспаривает постановление службы от 06.12.2024 о привлечении к административной ответственности по делу № 11/04/14.31-24/2024.
Согласно ч. 1.2 ст. 28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных, кроме прочего, ст. 14.32 КоАП РФ, является принятие комиссией антимонопольного органа решения, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации.
Принятие антимонопольным органом решения о нарушении антимонопольного законодательства определено в качестве повода к возбуждению дела об административном правонарушении в силу ч. 1.2 ст. 28.1 КоАП РФ.
Административная ответственность за допущенное заявителем нарушение предусмотрена положениями ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, согласно которой совершение занимающим доминирующее положение на товарном рынке хозяйствующим субъектом действий, признаваемых злоупотреблением доминирующим положением и недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, если результатом таких действий является или может являться недопущение, ограничение или устранение конкуренции либо совершение субъектом естественной монополии действий, признаваемых злоупотреблением доминирующим положением и недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных ст. 9.21 КоАП, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от одной сотой до пятнадцати сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, но не более одной пятидесятой совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) и не менее ста тысяч рублей, а в случае, если сумма выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо сумма расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, превышает 75 процентов совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) или административное правонарушение совершено на рынке товаров (работ, услуг), реализация которых осуществляется по регулируемым в соответствии с законодательством Российской Федерации ценам (тарифам), - в размере от трех тысячных до трех сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, но не более одной пятидесятой совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) и не менее ста тысяч рублей.
Размер административного штрафа за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.31 КоАП РФ, исчисляется согласно примечаниям к ст. 14.31 КоАП РФ.
Размер выручки заявителя от реализации продукции, на рынке которой совершено административное правонарушение за 2023 г. составляет 95 462 632,00 руб. Совокупный же размер суммы выручки от реализации всех товаров (работ, услуг) за 2023 г. составил 2 887 895 117,00 руб.
Таким образом, доля суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, от совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) равна 3,31 %.
Следовательно, расчет штрафа должен производиться от одной сотой до пятнадцати сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, в связи с чем размер минимального административного штрафа за административное правонарушение, совершенное заявителем, составляет 954 626,32 руб., максимального — 14 319 394,80 руб.
Одна восьмая разности максимального размера административного штрафа и минимального размера административного штрафа, предусмотренного за совершенное заявителем административное правонарушение, равна 1 670 596,06 руб.
Административным органом установлены обстоятельства, отягчающие административную ответственность, а именно: продолжение противоправного поведения, несмотря на требование уполномоченных на то лиц, прекратить его (п. 1 ч. 1 ст. 4.3 КоАП РФ), а также совершение длящегося административного правонарушения, продолжительность которого превышает один год (п. 1 примечания 3 к ст. 14.31 КоАП РФ).
Таким образом, при отсутствии обстоятельств, смягчающих административную ответственность, и при наличии двух обстоятельств, отягчающих административную ответственность, при квалификации действий заявителя по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ по правилам примечания 4 к ст. 14.31 КоАП РФ, размер административного штрафа составил 10 978 202,68 руб.
С учетом положений ч. 4 ст. 3.5 КоАП РФ и ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, размер административного штрафа, подлежащего наложению, не может быть менее 100 000 руб. и не может превышать одну пятидесятую (2 %) совокупного размера суммы выручки от реализации всех товаров (работ, услуг) за календарный год, предшествующий году, в котором было выявлено административное правонарушение.
Одна пятидесятая совокупного размера суммы выручки заявителя по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ по правилам примечания 4 к ст. 14.31 КоАП РФ от реализации всех товаров (работ, услуг) за 2023 г. составляет 57 757 902,34 руб.
Таким образом, рассчитанный штраф не превышает 2 % совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) за 2023 г., в связи с чем рассчитанный в отношении заявителя штраф, составил 10 978 202,68 руб.
Суд соглашается с правильностью расчета административного штрафа. Заявителем расчет не опровергнут (ч. 1 ст. 65, ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).
Порядок составлении протокола, рассмотрения административного дела, установленные ст. ст. 28.2, 29.7, 29.10 КоАП РФ административным органом соблюдены, процессуальные гарантии, предусмотренные ст. ст. 25.1, 25.5 КоАП РФ – обеспечены.
Годичный срок давности привлечения к административной ответственности (ст..4.5 КоАП РФ), подлежащий исчислению с даты оспариваемого по делу решения, административным органом также не пропущен.
Согласно ч. 3 ст. 211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.
В силу ч. 4 ст. 208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.
С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 29, 65, 71, 75, 110, 167- 170, 176, 198-201 АПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении заявленных требований отказать.
Проверено на соответствие действующему законодательству.
Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.
СУДЬЯ: Е.А. Ваганова