АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, <...>; тел./факс <***>/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Омск

31 октября 2025 года

№ дела

А46-15543/2025

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Чекурды Е.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 100 000 руб.,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Сфера» (далее – ООО «Сфера», истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) 100 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак по свидетельству № 1102311.

Определением Арбитражного суда Омской области от 29.08.2025 указанное исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

22.09.2025 от ответчика поступил отзыв, в котором просил отказать в удовлетворении требований, указано на злоупотребление правом со стороны истца, поскольку истец не занимается производством жидкостей смазочно-охлаждающих. Также заявлено ходатайство о рассмотрении дела по общим правилам.

03.10.2025 от истца поступили возражения на отзыв, согласно которым Истец является правообладателем товарного знака «JR3A» (Свидетельство РФ №1102311, заявка №2024762396), зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 03.04.2025. Данное свидетельство подтверждает за Истцом исключительное право на использование обозначения для соответствующих товаров (смазочно-охлаждающие жидкости, класс МКТУ 04) и порождает юридическую охрану, установленную главой 76 ГК РФ. В рамках рассматриваемого дела обозначение JR3A используется в отношении товара, именуемого как СОЖ (смазочно-охлаждающая жидкость). В представленном свидетельстве о регистрации товарного знака № 1102311 данный товар указан в официальной формулировке по МКТУ как «жидкости смазочно-охлаждающие». Истец осуществляет реальную хозяйственную деятельность по продаже продукции под обозначением «JR3A» и доводит спорный товарный знак до гражданского оборота. ООО «СФЕРА» вправе использовать товарный знак «JR3A» при введении в оборот продукции, произведённой на сторонних мощностях, что полностью соответствует положениям ГК РФ. Возражения Ответчика о том, что он приобрёл товар у ИП, не освобождают его от ответственности. Также возражал против перехода к рассмотрению спора по общим правилам.

06.10.2025 от ответчика поступили дополнительные возражения, согласно которым истцом не представлено доказательств получения товара из Китая. Также заявлены возражения относительно представленных истцом доказательств поставки товара иным лицам.

16.10.2025 истцом представлено дополнение, согласно которому суд при рассмотрении иска о нарушении прав на товарный знак не вправе оценивать законность регистрации и не должен исследовать доводы ответчика о том, что обозначение якобы существует за рубежом или использовалось кем-либо ранее. Ссылка ответчика на то, что обозначение используется на китайском рынке, не имеет отношения к предмету настоящего спора. Ответчик утверждает, что реализовывал спорную продукцию до регистрации товарного знака за истцом. Однако право преждепользования (статья 1487 ГК РФ) возникает только при наличии добросовестного и законного использования обозначения до даты приоритета. Поскольку ответчик не представил доказательств легального происхождения товара (договоров поставки с правообладателем, инвойсов, документов о ввозе, сертификатов ЕАС на своё имя, паспортов безопасности и иных подтверждений соответствия), его использование не может.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд полагает необходимым отказать в его удовлетворении в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 5 статьи 227 АПК РФ суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания.

Ходатайство о рассмотрении заявления по общим правилам искового производства мотивировано отсутствием бесспорного характера заявленного требования, а также необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств и исследованием дополнительных доказательств.

Суд, проанализировав заявленное ходатайство по правилам главы 29 АПК РФ, не усмотрел наличия оснований для рассмотрения заявления по общим правилам искового производства применительно к положениям пункта 2 части 5 статьи 227 АПК РФ, поскольку действующее арбитражное процессуальное законодательство в указанном ответчиком случае (требования истца не носят бесспорный характер) не предусматривает обязанности суда по переходу к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, а лишь право, реализуемое в случае наличия к тому процессуальных оснований.

С учетом указанного, а также отсутствия иных оснований для рассмотрения заявления по общим правилам, предусмотренных частью 5 статьи 227 АПК РФ, судом отклоняется ходатайство ответчика о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

21.10.2025 в порядке части 1 статьи 229 АПК РФ принята резолютивная часть решения суда по делу.

24.10.2025 от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного решения.

В соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение. Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

Рассмотрев материалы дела в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии с положениями статьи 228 АПК РФ, суд установил следующее.

ООО «СФЕРА» является обладателем исключительных прав на товарный знак JR3A, что подтверждается Свидетельством №1102311, заявка №2024762396, зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 03.04.2025.

18.06.2025 Истцом выявлено, что Ответчик продает товар, индивидуализированный обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком Истца, а именно – смазочно-охлаждающую жидкость (далее СОЖ) класс МКТУ 04, для электроэрозионных станков, в маркет-плейсе WildBerries (далее – Вайлдберрис), по ссылке https://www.wildberries.ru/catalog/341414948/detail.aspx/

В онлайн магазине PARTPOINT данный товар представлен к продаже под Артикулом 399191692, факт предложения к продаже товара, индивидуализированного обозначениями, сходными до степени смешения с товарным знаком Правообладателя зафиксирован.

На использование вышеуказанного товарного знака исключительные права Ответчику не передавались.

03.07.2025 в адрес ответчика направлена претензия о выплате компенсации.

Поскольку ответчиком оплата компенсации в добровольном порядке не произведена, истец обратился с настоящим требованием в суд.

Оценив представленные доказательства в совокупности, а также доводы истца, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в части исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Частью 1 статьи 4 АПК РФ закреплено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Согласно статье 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности являются, среди прочих, произведения искусства.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу № 3691/06)

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

Из материалов дела следует и ответчиком не опровергается статус ООО «Сфера» как обладателя исключительных прав на объект интеллектуальной собственности - товарный знак № 1102311 (в виде словесного обозначения «JR3A»).

Истцом выявлено, что Ответчик продает товар, индивидуализированный обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком Истца, а именно – смазочно-охлаждающую жидкость (далее СОЖ) класс МКТУ 04, для электроэрозионных станков, в маркет-плейсе WildBerries (далее – Вайлдберрис), по ссылке https://www.wildberries.ru/catalog/341414948/detail.aspx/

Факт предложения к продаже товара, индивидуализированного обозначениями, сходными до степени смешения с товарным знаком Правообладателя зафиксирован, что подтверждается представленными скриншотами, ответчиком не оспаривается.

О фальсификации представленных истцом доказательств ответчиком не заявлено, опровергающих их доказательств не представлено.

Ответчиком доказательств наличия согласия истца на реализацию данного товара не представлено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд в соответствии со статьями 1229, 1255, 1484 ГК РФ приходит к выводу о доказанности нарушения исключительных прав истца ответчиком.

Сравнив изображения, размещенные на товарах, предлагаемых к продаже ответчиком, с товарным знаком № 1102311, права на которые принадлежат истцу, суд приходит к выводу о визуальном сходстве графических изображений до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком истца.

При этом, доводы ответчика о том, что товар не является контрафактным, не имеют в данном случае правового значения для рассматриваемого спора.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на объект авторского права и товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком.

Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, ответчиком в материалы дела не представлено надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что спорный товар был введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации с согласия истца.

При этом в силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Таким образом, продажа спорных товаров ответчиком в силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ является нарушением исключительных прав истца на вышеуказанные товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование таких товарных знаков, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товаров со спорными товарными знаками.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарный знак № 1102311.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Исходя из изложенного, ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с отсутствием его вины, поскольку его деятельность является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Кроме того, ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Ответчик, являясь профессиональным участником рынка, должен быть осведомлен о свойствах, качественных и иных характеристиках товара, а также о том, что реализация товара с нанесенным на него зарегистрированным произведением изобразительного искусства осуществляется с ограничениями, предусмотренными законом, в связи с чем предприниматель несет риск наступления неблагоприятных последствий, возможных в результате такого рода деятельности. Информация об охраняемых на территории Российской Федерации объектах интеллектуальной собственности носит открытый характер.

Ответчик при вступлении в правоотношения в сфере предпринимательской деятельности располагало возможностью запросить и получить от компетентных государственных органов необходимую информацию, касающуюся объекта интеллектуальной собственности, который предполагалось использовать, либо урегулировать вопрос его использования с правообладателем, однако, не предприняло для этого никаких мер.

Доказательств существования объективной невозможности для выполнения ответчиком требований законодательства об интеллектуальной собственности, наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца, ответчиком в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, доводы ответчика об отсутствии вины в силу приобретения товара у иного лица подлежат судом отклонению.

В части доводов ответчика о злоупотреблении истцом правом суд отмечает, что в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи Кодекса, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены ГК РФ.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, целью которого было причинение вреда другому лицу.

На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в Обзоре судебной практики по делам, связанным с оценкой действий правообладателей товарных знаков, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2023, в пунктах 1 и 2 которого разъяснено, что неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за судебной защитой, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Как разъяснено в пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10), суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительной в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

Вместе с тем, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Товарный знак служит для индивидуализации товара (статьи 1477, 1481 ГК РФ), являясь одним из средств охраны промышленной собственности, направленным на охрану результата производства. Соответственно, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, статьи 10 bis Парижской конвенции об охране промышленной собственности от 20.03.1883, если исходя из фактических обстоятельств конкретного спора, установит злоупотребление правом со стороны правообладателя товарного знака (факт недобросовестной конкуренции).

Между тем, с учетом установленного ГК РФ общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака являются недобросовестными и не подлежат судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем, поскольку у истца, не приложившего в установленный законом период времени усилий для использования товарного знака, отсутствует нарушенное право.

Попытка получить такую защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом со стороны истца.

Суд, кроме факта неиспользования товарного знака правообладателем, должен также учесть цель регистрации товарного знака, реальное намерение правообладателя его использовать, причины неиспользования.

В случае же установления того, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение, в защите такого права указанному лицу судом может быть отказано.

Указанный подход соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 23.07.2015 по делу № А08-8802/2013 и от 20.01.2016 по делу № А08-8801/2013, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.11.2021 № С01-1533/2021 по делу № А19-4531/2020.

Пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требований, в том числе, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Для признания каких-либо действий злоупотреблением правом должна быть установлена цель совершения этих действий.

На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

При рассмотрении довода о наличии в действиях лица по применению конкретных мер защиты исключительного права признаков злоупотребления правом суд должен исходить из оценки совокупности фактических обстоятельств, которые могут свидетельствовать о преследуемой правообладателем цели.

В рамках настоящего дела истцом представлены достаточные и надлежащие доказательства того, что им осуществляется экономическая деятельность с использованием принадлежащего ему товарного знака.

Проанализировав и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд не установил обстоятельства, которые свидетельствовали бы о злоупотреблении истцом правом при приобретении спорного товарного знака, целью которого являлось бы исключительно получение необоснованных преимуществ за счет его единоличного использования, причинение вреда хозяйствующим субъектам-конкурентам или вытеснение их с товарного рынка путем предъявления требований, направленных на пресечение использования спорного товарного знака.

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствии оснований для вывода о злоупотреблении правом со стороны истца, исходя из доказанности использования ответчиком обозначения «JR3A» сходным до степени смешения с товарным знаком, принадлежащего истцу, в отсутствие согласия правообладателя на его использование (размещение) на представленном к реализации товаре, суд полагает обоснованными требования ООО «Сфера» к ответчику.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Из искового заявления следует, что истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 100 000 руб.

В силу статьи 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. Снижение данного размера компенсации ниже установленного предела возможно исключительно при наличии мотивированного и документального подтвержденного заявления ответчика (постановления Суда по интеллектуальным правам от 17.04.2018 № С01-105/2018 по делу № А70-8150/2017, от 27.07.2018 № С01-540/2018 по делу № А19-18048/2017, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу № 308-ЭС17-2988).

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При определении размера компенсации суд, исходя из характера нарушения, отсутствия доказательств, подтверждающих причинение истцу убытков на сумму, превышающую заявленный к взысканию размер компенсации, степени вины правонарушителя, полагает необходимым снизить размер взыскиваемой компенсации до 50 000 руб., что соответствует целям обеспечения восстановления нарушенных прав и пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности и стимулирования участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика по правилам статьи 110 АПК РФ.

В рассматриваемом случае иск удовлетворен частично - на 50 % от заявленной суммы компенсации.

Удовлетворение требования истца о взыскании компенсации в меньшем размере, чем была им изначально заявлена, является частичным удовлетворением иска по смыслу абзаца второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При этом, как следует из пункта 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), размер компенсации определяется судом при рассмотрении дела не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств, то есть в рамках состязательного процесса.

На этом основана и правовая позиция, изложенная в пункте 48 Обзора от 23.09.2015, в котором прямо отмечено, что при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

Таким образом, поскольку имущественное требование истца было удовлетворено частично, взыскание судебных расходов должно быть произведено пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1102311; а также 5 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении заявления в остальной части отказать.

Решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению. Указанное решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

В случае составления мотивированного решения суда такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Это решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судья Е.А. Чекурда