Постановление по делу № 20АП-4796/2025 от 30.01.2026 | 20 арбитражный апелляционный суд

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***>

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А09-2616/2021

20АП-4796/2025, 20АП-4797/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2026 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Волошиной Н.А., судей Девониной И.В. и Макосеева И.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалёвой Д.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 (далее также – должник) – ФИО2, и ФИО3 на определение Арбитражного суда Брянской области от 12.09.2025 по делу № А09-2616/2021, вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего должника к ФИО1, ФИО3, ФИО4, о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

третьи лица: нотариус Брянского нотариального округа Брянской области ФИО5, ФИО6, Управление Росреестра по Брянской области,

заинтересованное лицо: ФИО7,

в рамках дела о признании гражданина ФИО1 (ИНН <***>) (далее – должник) несостоятельным должником (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Брянской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Определением суда от 31.01.2022 (резолютивная часть объявлена судом 24.01.2022) заявление ФНС России в лице УФНС России по Брянской области признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 включено требование Российской Федерации (УФНС России по Брянской области) в размере 1 922 414 руб. 61 коп., в том числе: 1 576 245 руб. 74 коп. – основной долг, 346 168 руб. 87 коп. – пени.

Решением суда от 11.11.2022 (резолютивная часть объявлена судом 10.11.2022) процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО1 прекращена, ФИО1 признан несостоятельным должником (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

06.12.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего должника ФИО2 об оспаривании сделок должника, в соответствии с которым финансовый управляющий просит суд:

- признать недействительным брачный договор, заключенный 20.12.2017 между ФИО1 и ФИО3;

- применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО1 и ФИО3;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества № 1/2019 от 21.08.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО4;

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения с кадастровым номером 32:28:0031526:276, расположенного по адресу: <...>, площадью 52.9 кв. м., в конкурсную массу должника;

- взыскать с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 ? часть от реализации нежилого помещения № 1, с кадастровым номером 32:28:0031902:487, расположенного по адресу: <...> в размере 475 000 руб.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 14.03.2024 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании 12.03.2024) заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок было оставлено судом без удовлетворения.

При этом суд исходил из того, что оспариваемая сделка не подпадала под период, регулируемый пунктами 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), при этом оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в порядке статей 10, 168, 170 ГК РФ судом установлено не было.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2024 определение Арбитражного суда Брянской области от 14.03.2024 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 22.10.2024 (резолютивная часть постановления от 15.10.2024) определение Арбитражного суда Брянской области от 14.03.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Отменяя судебные акты первой и апелляционной инстанций, Арбитражный суд Центрального округа указал, что судами не дана оценка ряду условий брачного договора, в т.ч. п. 5; не исследовался вопрос приобреталось ли какое-либо имущество супругой после заключения брачного договора и до расторжения брака на предмет соблюдения прав кредиторов должника; судом при отказе в удовлетворении требований финансового управляющего также не были учтены разъяснения, данные в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48, в связи с чем суду надлежит проанализировать сделки по дальнейшему отчуждению имущества супругой должника.

Кроме того, суд кассационной инстанции установил, что суду следует проверить, заключен ли брачный договор в отношении имущества, относящегося к общей собственности супругов, с учетом неясностей в правоустанавливающих документах относительно объектов: земельного участка с кадастровым номером: 32:28:0031627:40 площадью 765 кв.м и нежилого сооружения с кадастровым номером 32:28:0031627:119 площадью 16,4 кв.м, расположенных по адресу: г. Брянск, Советский район, тер. СО Дзержинец, стр. 20.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 18.11.2024 заявление об оспаривании сделки принято к рассмотрению после отмены судом вышестоящей инстанции.

В ходе нового рассмотрения спора судом к участию в деле в качестве заинтересованного лица был привлечен ФИО7

Определением суда от 12.09.2025 заявление финансового управляющего должника (ФИО1) ФИО2 о признании недействительным брачного договора, заключенного 20.12.2017 между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности указанной сделки оставлено без удовлетворения. Суд взыскал с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 475 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий должника и ФИО3 обратились в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Финансовый управляющий должника в апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции не рассмотрел в полной мере заявление финансового управляющего. Так, финансовым управляющим были направлены запросы в адрес ФИО1 и ФИО3 о предоставлении подтверждения направления кредиторам уведомления о заключении брачного договора. Ответ на данный запрос не поступил в адрес финансового управляющего. Кроме того, от конкурсного кредитора ПАО «Сбербанк» поступили сведения, о том, что конкурсный кредитор не уведомлялся о заключении брачного договора, по которому имущество, приобретенное в период брака К-вых, перешло в собственность супруги.

Между тем, на дату заключения брачного договора, а также совершения сделок по отчуждению имущества супругой ФИО8, Должник имел неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, в связи с чем, по мнению апеллянта, имущество бывшей супруги ФИО8, приобретенное в период брака, подлежит включению в конкурсную массу.

Финансовым управляющим также установлено, что супруга продала дочери – ФИО4, жилое помещение, стоимостью 1 800 000,00 рублей. Указанная сделка привела к отчуждению ликвидного имущества, за счет которого Должник мог частично погасить задолженность. Данная сделка заключена с заинтересованным лицом, в период неплатежеспособности должника, то есть с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. ФИО4 не представила доказательства наличия у нее финансовой возможности для приобретения жилого помещения. Указанные обстоятельства, по мнению управляющего, свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Кроме того, супруга должника произвела отчуждение ФИО6 нежилого помещения, стоимостью 950 000 рублей, в связи с чем с ФИО3 в конкурсную массу должника подлежат взысканию денежные средства в размере ? части от реализации данного имущества.

На основании изложенного, финансовый управляющий просит: отменить обжалуемое определение об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительным брачного договора, заключенного 20.12.2017 между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки, принять по делу новый судебный акт в котором удовлетворить заваленные требования финансового управляющего, а именно:

- признать вышеуказанный брачный договор недействительной сделкой, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО1 и ФИО3;

- признать договор купли-продажи недвижимого имущества № 1/2019 от 21.08.2019 г., заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительной сделкой, пименить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения с кадастровым номером 32:28:0031526:276, расположенного по адресу: <...>, площадью 52.9 кв. м. в конкурсную массу должника;

ФИО3 в апелляционной жалобе указывает на несогласие с определением суда в части взыскания с нее в конкурсную массу должника 475 000 руб., а также в части включения в конкурсную массу для дальнейшей реализации пяти объектов недвижимости, переданных ей на основании брачного договора. Полагает, что в настоящем случае суд нарушил нормы гражданского и семейного законодательства, так как признал брачный договор соответствующим требованиям статей 40, 41 и 42 Семейного кодекса РФ, однако включил в конкурсную массу имущество, переданное по данному договору, чем аннулировал его основные правовые последствия.

По мнению апеллянта, брачный договор не может быть признан недействительным, так как отсутствовали признаки злоупотребления правом при его заключении, отсутствовало намерение вывести из имущественной базы должника конкретное имущество.

Кроме того, ФИО3 ссылается на нарушение судом правил доказывания, а также незаконность взыскания денежных средств в конкурсную массу должника. Указывает, что нежилое помещение (гараж) было передано ей на законном основании – по брачному договору, который судом признан действительным, денежные средства от его реализации являются собственностью ФИО3, которые были получены уже после расторжения брака с должником, при этом суд не установил оснований для обращения взыскания на личное имущество ответчика ФИО3

На основании изложенного, просит отменить определение в части включения в конкурсную массу должника объектов недвижимости, переданных ФИО3 по брачному договору от 20.12.2017 г. и в части взыскания с ФИО3 475 000 рублей в конкурсную массу должника, изменить определение суда первой инстанции в обжалуемой части.

Определениями Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2025 и 14.11.2025 апелляционные жалобы приняты к производству.

Судебные заседания по рассмотрению апелляционных жалоб неоднократно откладывались, определением суда от 10.12.2025 финансовому управляющему должника предложено уточнить просительную часть апелляционной жалобы, представить письменные пояснения о том, какие обязательства включены в реестр требований кредиторов должника с указанием на их характер (личные/совместные обязательства), а также пояснения относительно отказа суда в признании брачного договора недействительным и фактического включения в конкурсную массу должника переданного по данному договору имущества.

17.12.2025 от УФНС России по Брянской области поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО3, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

19.01.2026 от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 поступила уточненная апелляционная жалоба. Согласно уточненной просительной части просит:

- обжалуемое определение об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительным брачного договора, заключенного 20.12.2017 между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки отменить, принять по делу новый судебный акт в котором удовлетворить заваленные требования финансового управляющего в части, а именно: Признать договор купли-продажи недвижимого имущества № 1/2019 от 21.08.2019 г., заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительной сделкой. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения с кадастровым номером 32:28:0031526:276, расположенного по адресу: <...>, площадью 52.9 кв. м. в конкурсную массу должника;

- в части взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 475 000 руб. – оставить без изменения.

Указанные уточнения приняты судом апелляционной инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ.

21.01.2026 от ФИО3 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2, в тексте возражений поддерживает доводы своей апелляционной жалобы и просит отменить определение суда первой инстанции в обжалуемой части. Приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Участвующие в деле лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судебный акт подлежит изменению в части по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 29.12.1999 г. между ФИО1 и ФИО9 был заключен брак, ФИО9 присвоена фамилия ФИО10.

20.12.2017 между ФИО1 и ФИО3 был заключен брачный договор (т. 1, л.д. 11-12), в соответствии с которым следующее имущество, перешло в собственность ФИО3:

1. земельный участок для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер 32:05:0050502:14, адрес: Брянская обл., Дубровский р-н, д. Новая Салынь;

2. жилое здание, кадастровый номер 32:05:0050503:3, адрес: <...>;

3. жилое помещение, кадастровый номер 32:28:0031902:28, адрес <...>;

4. земельный участок для ведения садоводства, кадастровый номер 32:28:0031627:40, адрес Брянская область, г. Брянск, тер СО Дзержинец, уч.20;

5. нежилое сооружение, кадастровый номер 32:28:0031627:119, адрес Брянская область, г. Брянск, Советский рн, тер .СО Дзержинец, строен.20;

6. нежилое помещение № 1, кадастровый номер 32:28:0031902:487, адрес: <...>;

7. жилое помещение, кадастровый номер 32:28:0031526:276, адрес: <...>.

Брачный договор был удостоверен нотариусом Брянского нотариального округа Брянской области ФИО5 и зарегистрирован в реестре №5-3536 (л.д. 11).

09.12.2019 г. брак между ФИО1 и ФИО3 был прекращен на основании решения мирового судьи 17 судебного участка Советского района г. Брянска.

21.08.2019 ФИО3 (Продавец) и ФИО4 (Покупатель) заключили договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить, недвижимое имущество: двухкомнатную квартиру, этаж 4-й надземный, назначение: жилое, общей площадью 52,9 кв.м., расположенную по адресу: <...> (п. 1.1. договора) (т. 1, л.д. 13).

В соответствии с п. 2.1 договора стороны определили согласованную цену вышеуказанной квартиры в размере 1 800 000 руб.

12.01.2022 между ФИО3 (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность покупателю, принадлежащее ему на праве собственности нежилое помещение общей площадью 35 кв.м., кадастровый номер 32:28:0031902:487, этаж подвальный, адрес: <...>, а покупатель обязался принять недвижимость и оплатить согласованную сторонами цену (п. 1. договора) (т. 1, л.д. 14).

В соответствии с п. 3 договора стороны определили согласованную цену вышеуказанного нежилого помещения в сумме 950 000 руб.

Указанный договор купли-продажи от 12.01.2022 был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Брянской области 20.01.2022 номер регистрации: 32:28:0031902:487-32/074/2022-6 (т. 1, л.д. 15).

Ссылаясь на то, что сделка (заключение брачного договора) была направлена на уменьшение конкурсной массы должника, причинения вреда имущественным правам кредиторов, должник на момент её совершения отвечал признаку неплатежеспособности - имел неисполненные обязательства перед кредиторами, сделка совершена безвозмездно в отношении заинтересованного лица финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании недействительным брачного договора от 20.12.2017, как по специальным основаниям, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, финансовый управляющий просил в качестве последствий недействительности брачного договора восстановить режим общей совместной собственности на указанные выше объекты имущества, в следствие чего признать недействительными сделками договоры по дальнейшему отчуждению супругой должника ряда объектов имущества: нежилого помещения кадастровый номер 32:28:0031902:487 и жилого помещения, кадастровый номер 32:28:0031526:276.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40 и 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статьи 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрена защита прав кредиторов в случае изменения режима имущества должника и его супруги брачным договором, в виде права претендовать на обращение взыскания на указанное имущество исходя из общего правила установления режима совместной собственности супругов на имущество, приобретенное в браке.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

Также из разъяснений, содержащихся в пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» следует, что если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу п. 3 ст. 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

В связи с этим, реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание.

В конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством. Кредитор вправе предъявить требование о выделе доли гражданина в общем имуществе для обращения на нее взыскания (пункт 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества.

В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).

С учетом этого, в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено о том, что финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями 10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником- банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления №63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пунктах 6, 7 упомянутого постановления указано, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как было указано выше, необходимым условием для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является совокупность условий, в том числе наличие кредиторов, которым совершенной сделкой может быть причинен вред, а также признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату совершения сделки.

Как следует из материалов дела, заявление о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда 18.06.2021; таким образом, оспариваемая сделка совершена более чем за три года до указанной даты - 20.12.2017, то есть за пределами периода подозрительности.

На дату заключения оспариваемого брачного договора 20.12.2017 у должника, ФИО1, действительно имелись обязательства как личные, так и в качестве поручителя перед кредиторами: УФНС России по Брянской области, Банком ВТБ (ПАО), АО «СМП Банк» (впоследствии уступившим право требования долга ООО «Вин Лэвел Капитал»), ПАО Сбербанк России.

Судом первой инстанции также обоснованно учтено, что на основании заключенного брачного договора к супруге должника перешло право собственности на 7 объектов недвижимого имущества, два из которых представляют собой практически единый объект неразрывно связанный между собой земельный участок и дачный домик.

Шесть из семи объектов изначально были зарегистрированы на праве собственности за ФИО1, один объект недвижимого имущества: квартира, площадью 52,9 кв.м., кадастровый номер 32:28:0031526:276, адрес: <...>, изначально и до заключения брачного договора была зарегистрирована на праве собственности за супругой - ФИО3

При этом как усматривается из выписки из ЕГРН (т.д. 6 л.л.д. 52-73) помимо вышеуказанных шести объектов недвижимости, переданных в собственность супруги по оспариваемому брачному договору, ФИО1 в период с 01.01.2017 по 01.12.2022 принадлежали на праве собственности 42 объекта недвижимого имущества.

На имя должника на дату заключения брачного договора были зарегистрированы транспортные средства: автомобиль Фольксваген Touareg, 2014 года выпуска, VIN: <***>; снегоболотоход ATV 500H SN500, Z8ESN500HC0002499, 2012 года выпуска, VIN: <***>.

ФИО1 также являлся учредителем в ряде юридических лиц (т.д.2 л.л.д.104-105).

В силу части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Вступившими в силу судебными актами суда общей юрисдикции по спору о разделе имущества (т.д. 2 л.л.д. 42-52; т.д. 4 л.л.д. 18-24) установлено, что при разделе общего имущества за бывшей супругой должника ФИО3 дополнительно признано право собственности на транспортное средство: автомобиль Фольксваген Touareg, 2014 года выпуска, VIN: <***>.

Иные объекты имущества должника ФИО1 в собственность ФИО3 не передавались, доказательства обратного суду не представлены.

Финансовым управляющим была произведена самостоятельная оценка объектов недвижимости должника и объектов, переданных супруге на основании спорного брачного договора, результаты которой отражены в заключении оценщика №06-2023 от 23.03.2023, представленном в материалы дела (т.д. 2 л.л.д.107-128).

На основании части 1 статьи 82 АПК РФ для определения стоимости 5 спорных объектов недвижимого имущества ФИО3 и 17 объектов недвижимости, которые на момент заключения брачного договора 20.12.2017 принадлежали должнику ФИО1, но стоимость которых не была отражена в вышеуказанном заключении оценщика, арбитражным судом при первом рассмотрении дела была назначена экспертиза, проведение экспертизы поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью оценочная компания «ВарМи» ФИО11

На разрешение эксперта поставлен вопрос: определить рыночную стоимость 22 объектов недвижимости по состоянию на дату заключения супругами К-выми брачного договора - 20.12.2017, в том числе 17 объектов, не отраженных в заключении об оценке от 23.03.2023 и 5 объектов, переданных супруге на основании оспариваемого брачного договора.

Экспертом была проведена судебная экспертиза, заключение представлено в суд и приобщено к материалам настоящего обособленного спора (т.д. 4 л.л.д. 106-148; т.д. 5 л.д. 1-150; т.д. 6 л.л.д.1-37).

Согласно заключению эксперта № 23-ЭН-6443-125628 от 27.12.2023, общая рыночная стоимость 17 объектов недвижимого имущества, имевшихся в собственности должника ФИО1 на дату заключения брачного договора 20.12.2017, составила 36 254 000 руб., стоимость 5 объектов, переданных в собственность ФИО3 составила 14 008 000 руб.

Дополнительно, на основании заключения оценщика №06-2023 от 23.03.2023, стоимость двух объектов недвижимости, переданных на основании брачного договора ФИО3, составила:

- земельного участка для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер 32:05:0050502:14, адрес: Брянская обл., Дубровский р-н, д. Новая Салынь - 140 000 руб.;

- нежилое помещение № 1, кадастровый номер 32:28:0031902:487, адрес: <...> руб.

Таким образом, итоговая общая стоимость имущества, переданного в собственность супруги должника ФИО3, составляла на дату заключения брачного договора 14 898 000, что все равно значительно меньше стоимости имущества, имевшегося на дату заключения брачного договора у ФИО1 с учетом заключения оценщика и заключения эксперта в совокупности.

Судом была предоставлена возможность лицам, участвующим в деле, представить правовую позицию либо возражения по заключению эксперта.

Возражения на указанное экспертное заключение не представлены, ходатайство о назначении повторной либо иной экспертизы по обособленному спору не заявлено, выводы эксперта не оспорены.

При таких обстоятельствах, заключение эксперта принято и оценено судом, как допустимое и объективное доказательство наряду с другими доказательствами по настоящему обособленному спору.

На основе изложенных обстоятельств в их совокупности судом первой инстанции сделан вывод о том, что заключение брачного договора в отношении недвижимого имущества не было направлено на несправедливое распределение имущества супругов, на вывод большей части имущества из собственности должника, то есть из конкурсной массы, или на полное лишение должника ФИО1 имущества.

У должника отсутствуют обязательства, признанные общими супружескими обязательствами.

Таким образом, каких-либо условий, которые позволили бы сделать вывод о злоупотреблении правом сторонами Брачного договора, отличного от предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, их намерения вывести из имущественной базы должника конкретное имущество, об отсутствии у супругов мотива именно на изменение режима общей собственности в соответствии с условиями Брачного договора, в оспариваемой сделке не содержится.

Доводы финансового управляющего о том, что данный брачный договор ничтожен ввиду того, что кредиторы сторон не были уведомлены о его заключении, правомерно отклонены судом ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 46 СК РФ супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 2 определения Конституционного Суда РФ от 13.05.2010 № 839-0-0, федеральный законодатель - исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, - предусмотрел в пункте 1 статьи 46 СК РФ обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет. Соответственно, в силу названного законоположения не извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Такое регулирование, направленное на защиту интересов кредиторов от недобросовестного поведения должника, в полной мере соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 04.12.2003 № 456-О и в постановлении от 12.07.2007 № 10-П, распространенной на регулирование системы отношений, которая связывает кредитора и должника-гражданина при неисполнении последним своего гражданско-правового обязательства, влекущем ответственность всем принадлежащим ему имуществом перед кредитором и возможность в предусмотренных законом случаях обращения взыскания на это имущество. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из общеправового принципа справедливости в сфере регулирования имущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, защита права собственности и иных имущественных прав (в том числе прав требования) должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников.

В силу пункта 1 статьи 46 СК РФ кредитор может потребовать от супруга- должника либо исполнения обязательства независимо от содержания брачного договора, либо изменения или расторжения договора, из которого возникло данное обязательство.

В частности, норма права, закрепленная в пункте 1 статьи 46 СК РФ, направлена на предотвращение злоупотребления правом, которое в данном случае может быть выражено в отчуждении имущества после возникновения обязательств перед третьими лицами с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Данные положения не предусматривают возможность расторжения брачного договора или признания его недействительным по требованию кредитора, которого супруг-должник не уведомил о заключении брачного договора. На основании этих положений кредитор может потребовать от супруга-должника либо исполнения обязательства независимо от содержания брачного договора, либо изменения или расторжения договора, из которого возникло данное обязательство.

Сам факт несоблюдения порядка уведомления кредиторов о заключенном брачном договоре не является условием для признания его недействительной сделкой, при том, что финансовый управляющий не доказал злонамеренное сокрытие должником имущества при заключении брачного договора.

Доводы финансового управляющего о совершении оспариваемой сделки с нарушением статей 10, 168, 170 ГК РФ также обоснованно отклонены.

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для признания брачного контракта сделкой, совершенной со злоупотреблением в порядке статей 10, 168 ГК РФ должно быть доказано, что в результате спорного брачного договора от должника к его супругу перешло имущество в неравных долях по сравнению с тем, что осталось у самого должника, а также то, что указанное обстоятельство повлекло невозможность погашения имевшихся на момент заключения спорного договора требований кредиторов должника за счет оставшегося у него по спорному договору имущества.

В нарушение статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим доказательств злоупотребления правом при заключении оспариваемой сделки и наличие умысла на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника не представлено.

Следовательно, оснований для признания оспариваемой сделки в порядке статей 10, 168 ГК РФ не имеется.

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не представлены доказательства того, что супруги, заключая оспариваемую сделку, не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. При таких обстоятельствах основания полагать наличие у спорного брачного договора признаков мнимой сделки, которые совершены без намерения создать соответствующие им правовые последствия, отсутствуют.

Судом установлено, что часть имущества до настоящего времени находится в пользовании владении ФИО3, намерений скорейшего отчуждения имущества у нее не имелось.

Доказательства того, что спорное имущество выбыло из фактического владения должника ФИО1 также суду не представлены.

При этом указанные финансовым управляющим обстоятельства полностью соответствуют составу подозрительной сделки, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что объективно исключает возможность признания брачного договора недействительным, как подозрительной сделки.

В силу изложенного, заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если бы он доказал наличие в оспариваемом брачном договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Вместе с тем, обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, судом не установлены, доказательства наличия таких обстоятельств суду не представлены.

На основании изложенного, в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительным брачного договора, заключенного 20.12.2017, правомерно отказано.

Данные выводы суда апеллянтами не оспариваются, согласно уточнению заявленных требований финансовый управляющий исключил из просительной части апелляционной жалобы требование об отмене определения суда в указанной части.

Изучив доводы апелляционных жалоб, касающиеся дальнейшего отчуждения имущества ФИО3 третьим лицам, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (п. 6 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (ст. 5, п. 1 ст. 46 Семейного кодекса Российской Федерации). В силу п. 7 ст. 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества.

Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.

По смыслу п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником.

При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника). При этом полученные от супруга денежные средства, оставшиеся после погашения требований кредиторов в соответствии с п. 6 указанного постановления, подлежат возврату супругу.

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

Сам факт заключения соглашения о разделе имущества между должником и его супругой не предопределяет его недействительность (определение Верховного Суда РФ от 02.02.2024 № 307-ЭС23-30102), но вместе с тем, при отсутствии оснований для признания брачного договора недействительным, его необходимо оценить применительно к разъяснениям, данным в абз. 3 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан».

Аналогичные разъяснения даны и в п. 41 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025.

Как установлено судом и указывалось выше, на дату заключения спорного брачного договора - 20.12.2017 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, впоследствии включенные в реестр требований к должнику.

В частности, сумма задолженности по налоговым платежам образовалась в результате следующих начислений: 1. Земельный налог с физических лиц, обладающих земельным участком, расположенным в границах сельских поселений: - за 2015 год по сроку уплаты 01.12.2017 - 271 904 руб. 39 коп.; - за 2016 год по сроку уплаты 01.12.2017 - 828 759 руб.; - за 2017 год по сроку уплаты 03.12.2018, - 219 897 руб.; - за 2018 год по сроку уплаты 02.12.2019 - 129 515 руб. 21 коп.; - за 2019 год по сроку уплаты 01.12.2020 - 8 939 руб.; - за 2020 год по сроку уплаты 01.12.2021- 8 010 руб; 2. Налог на имущество физических лиц, взимаемый по ставкам, применяемым к объектам налогообложения, расположенным в границах сельских поселений: - за 2018 год по сроку уплаты 02.12.2019 - 10 605 руб. 10 коп.; - за 2019 год по сроку уплаты 01.12.2020 - 8 048 руб.; - за 2020 год по сроку уплаты 01.12.20213 883 руб.; 3. Налог на имущество физических лиц, взимаемый по ставкам, применяемым к объектам налогообложения, расположенным в границах городских округов: - за 2018 год по сроку уплаты 02.12.2019 - 12 369 руб.; - за 2019 год по сроку уплаты 01.12.2020 - 15 138 руб.; - за 2020 год по сроку уплаты 01.12.2021- 8 638 руб.; 4. Транспортный налог с физических лиц: - за 2018 год по сроку уплаты 02.12.2019 - 12 111 руб. 77 коп.; - за 2019 год по сроку уплаты 01.12.2020 - 15 760 руб.; - за 2020 год по сроку уплаты 01.12.2021- 15 760 руб.; 5. Земельный налог с физических лиц, обладающих земельным участком, расположенным в границах сельских поселений: - за 2018 год по сроку уплаты 02.12.2019- 2 251 руб. 27 коп.; - за 2019 год по сроку уплаты 01.12.2020 - 2 265 руб.; - за 2020 год по сроку уплаты 01.12.2021- 2 392 руб.

ПАО «БАНК ВТБ» - задолженность возникла в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договору № 624/1066-0000456 от 06.02.2015.

ООО ПКО «ВИН ЛЭВЕЛ КАПИТАЛ» - 18.08.2016 между АО «СМП БАНК» и ФИО1 был заключен кредитный договор № кд-4-3-0/0053/2016-20, затем, 19.05.2021 АО «СМП БАНК» уступило право требования с должника по кредитным обязательствам новому кредитору ООО «ВИН ЛЭВЕЛ КАПИТАЛ» на основании договора уступки прав (требований) № 2. в соответствии с договором уступки прав (требований) № 2 от 19.05.2021 АО «СМП БАНК» передало ООО «ВИН ЛЭВЕЛ КАПИТАЛ» все права к должникам, поименованным в приложении к договору уступки прав (требований) № 2 от 19.05.2021, согласно которому за ФИО1 числится задолженность в размере 768 261 руб. 42 коп. вследствие ненадлежащего исполнения последним обязательств по возврату заемных денежных средств и др. .

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО3, суд области пришел к верному выводу, что условия брачного договора не имели правового эффекта и не могут быть противопоставлены обязательствам перед данными кредиторами. К спорному имуществу применяется режим общей совместной собственности вне зависимости от отсутствия у сделки по заключению брачного договора признаков недействительности или каких-либо пороков.

Соответственно, в конкурсную массу ФИО1 подлежат включению с целью их дальнейшей реализации такие объекты недвижимого имущества, переданные супруге должника на основании данного брачного договора, как:

2. жилое здание, кадастровый номер 32:05:0050503:3, адрес: <...>;

3. жилое помещение, кадастровый номер 32:28:0031902:28, адрес <...>;

4. земельный участок для ведения садоводства, кадастровый номер 32:28:0031627:40, адрес Брянская область, г. Брянск, тер. СО Дзержинец, уч.20;

5. нежилое сооружение, кадастровый номер 32:28:0031627:119, адрес Брянская область, г. Брянск, Советский р-н, тер. СО Дзержинец, строен.20.

Судом также установлено, что объекты недвижимого имущества: земельный участок и расположенный на нем садовый домик по адресу: Брянская область, г. Брянск, Советский рн, тер .СО Дзержинец, строен.20, были приобретены ФИО1 09.06.1999 года, то есть до заключения брака - 29.12.1999, что также подтверждается договором купли-продажи, представленным в материалы дела.

Позднее - 23.12.2009, на основании указанного договора ФИО1 зарегистрировал свое право на данные объекты в ЕГРН.

Соответственно, данные объекты являются личной собственностью должника, а не совместно нажитым имуществом супругов, и при включении их в конкурсную массу будут иметь статус его личной собственности.

Доводы ФИО3 о том, что дом был достроен в период брака, правомерно отклонены судом, так как не подтверждаются какими-либо доказательствами. Как указала ФИО3 в суде первой инстанции, не регистрировать отдельно садовый домик посоветовал ей сотрудник Росреестра, когда она обратилась с заявлением о регистрации объектов.

После заключения брачного договора, в собственность ФИО3 был зарегистрирован только земельный участок кадастровый номер 32:28:0031627:40, сооружение (садовый домик) кадастровый номер 32:28:0031627:119 в свою собственность супругой должника оформлено не было и на настоящее время находится по-прежнему в собственности ФИО1

Таким образом, в рассматриваемом случае к спорному имуществу применяется режим общей совместной собственности вне зависимости от отсутствия у сделки по заключению брачного договора признаков недействительности или каких-либо пороков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце четвертом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам пункта 3 статьи 308.3 ГК РФ. Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника. В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника). При этом полученные от супруга денежные средства, оставшиеся после погашения требований кредиторов в соответствии с пунктом 6 настоящего постановления, подлежат возврату супругу. Само по себе наличие у финансового управляющего права на предъявление супругу указанного денежного требования не препятствует подаче иска об истребовании из чужого владения третьего лица имущества, подлежавшего передаче арбитражному управляющему. Такой иск следует разрешать по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

Разъяснения, приведенные в настоящем пункте, подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

Как установлено судом первой инстанции, 12.01.2022 ФИО3 (Продавец) в пользу ФИО6 (Покупатель) было отчуждено нежилое помещение (гараж) общей площадью 35 кв.м., кадастровый номер 32:28:0031902:487, этаж подвальный, адрес: <...>.

Указанное недвижимое имущество также являлось совместно нажитым и переданным должником своей супруге на основании брачного договора.

Факт получения денежных средств ФИО3 от реализации данного имущества в полном объеме лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Доводы ФИО3 о том, что полученные денежные средства в сумме 700 000 руб. были направлены ею на погашение обязательств по кредитному договору с ПАО ВТБ №625/0051-0875149 от 15.04.2020, при этом денежные средства, полученные по данному договору были переданы ФИО3 ООО Пансионат «Салынь» также опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Из выписки по счету ФИО3 (т.д. 2 л.д. 68) усматривается, что 700 000 руб. были перечислены в счет погашения кредита по договору №625/0051-0875149, дата выдачи 15.04.2020, заемщик ФИО3

08.09.2025 ФИО3 в подтверждение того, что кредит был взят и передан потом ею ООО «Пансионат Салынь» были представлены: договор займа от 18.07.2016 и кредитный договор от 18.07.2016 №625/0051-0373041.

Вместе с тем, из п. 19 кредитного договора с ПАО ВТБ №625/0051-0875149 от 15.04.2020 (представлен ответчиком по системе Мой арбитр 03.06.2025 в формате, не подлежащим распечатыванию на бумажном носителе) усматривается, что данный кредит выдан с целью рефинансирования двух кредитных договоров, заключенных ФИО3 с ПАО Росбанк.

Доказательств того, что данный договор №625/0051-0875149 от 15.04.2020 имеет какое-либо отношение к кредитным обязательствам ООО «Пансионат Салынь» ответчиком в материалы дела не представлено.

Именно кредитный договор №625/0051-0875149 от 15.04.2020 и указан в качестве основания внесения денежных средств в выписке по счету ФИО3 при перечислении ею 700 000 руб., полученных от отчуждения имущества в пользу ФИО6

Одновременно судом учтено, что данное недвижимое имущество являлось совместно нажитым имуществом должника и его супруги, при этом доли супругов не выделялись и соответственно считаются равными.

При сохранении имущества в собственности у ФИО3 оно подлежало бы включению в конкурсную массу должника с его последующей реализацией, как совместно нажитого.

Доказательств выплаты ФИО3 после реализации нежилого помещения кадастровый номер 32:28:0031902:487 денежных средств ФИО1 в размере супружеской доли или в какой-либо иной сумме суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, что с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 подлежат взысканию 475 000 руб. (50% стоимости реализованного имущества).

Вместе с тем, апелляционная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции не учтено следующее.

Как было указано ранее, жилое помещение, кадастровый номер 32:28:0031526:276, адрес: <...> было отчуждено ФИО3 на основании договора №1/2019 купли - продажи недвижимого имущества от 21.08.2019 в пользу дочери – ФИО4 по цене в размере 1 800 000 руб.

Таким образом, применительно к вышеуказанным разъяснениям, изложенными в абзаце четвертом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», учитывая, что данное имущество являлось совместно нажитым имуществом должника и его супруги, взысканию с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 подлежат также денежные средства в размере 900 000 руб., то есть в размере 50% стоимости реализованного жилого помещения.

На основании пункта 2 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Поскольку судом первой инстанции не учтено, что отчужденное бывшей супругой должника жилое помещение так же являлось совместно нажитым имуществом, соответственно подлежало реализации в процедуре банкротства с последующей выплатой супруге половины денежных средств, вырученных от реализации данного имущества, обжалуемое определение подлежит изменению в части размера взыскиваемых с ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств.

В остальной части обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не выявлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 272 АПК РФ, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 12.09.2025 по делу № А09-2616/2021 изменить, взыскав с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 денежные средства в размере 1 375 000 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Брянской области от 12.09.2025 по делу № А09-2616/2021 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 АПК РФ кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

Н.А. Волошина

И.В. Девонина

И.Н. Макосеев